Волгари в боях за Сталинград

З. А. Шашков БОЕВОЙ ПОДВИГ РЕЧНИКОВ

Сталинград! Имя это с восхищением произносят люди всех континентов земного шара. Горсть земли, взятую с Мамаева кургана — господствующей высоты, где разыгрались самые ожесточенные бои за город-герой, как священную, хранят многие из тех, кто побывал здесь, чтобы отдать дань уважения солдатам Советской Армии. Воины неповторимого мужества, бесстрашно защитив волжскую твердыню, наголову разбив отборные фашистские войска, положили начало освобождению народов от гитлеровского порабощения.

В знак благодарности за их подвиг люди в разных странах назвали именем Сталинграда площади и улицы своих городов, прославили его в поэмах и песнях, стихах и легендах.

Сталинград стал символом непревзойденной стойкости, несгибаемой воли к победе всех честных людей, борющихся за свободу, национальную независимость, за мир во всем мире.

Никита Сергеевич Хрущев, выступая на митинге в индонезийском городе Сурабае, говорил:

«…У вас сравнивают Сурабаю с нашим городом-героем Сталинградом, под которым были разгромлены отборные войска фашистской Германии. Такое сравнение основывается на том, что оба эти города символизируют дух стойкости в борьбе за свободу. И этот дух скрепляет дружбу наших народов».

Почти одновременно Политбюро ЦК французской коммунистической партии опубликовало заявление в связи с предстоящим визитом товарища Н. С. Хрущева во Францию.

«Народ Франции, — говорилось в заявлении, — окажет горячий прием Н. С. Хрущеву, как представителю страны, которая в борьбе против гитлеровского варварства сыграла главную роль в освобождении Франции.

Французы не забывают, что в Сталинграде прозвучал первый глас победы над гитлеровским фашизмом. Ни один патриот, склоняясь с волнением и надеждой над картами восточного фронта, не сомневался тогда, что когда продвигается Красная Армия, вместе с ней продвигается свобода».

Нелегко далась победа советскому народу у стен Сталинграда. Она была подготовлена ратными подвигами Советской Армии на фронтах и не менее героическим трудом советских людей на заводах, полях, в научных лабораториях. В рядах многомиллионной армии фронта и тыла занял свое боевое место и большой отряд речников нашей страны, воспитанный и закаленный Коммунистической партией, отдающий все свои силы воплощению ее идей в жизнь.

Ранним утром 22 июня 1941 года фашистские самолеты сбросили свой смертоносный груз на порты Прибалтики. В этот же день, речные суда на Немане и других реках поступили в распоряжение военного командования. Трудно было речникам бассейнов Прибалтики и района западной части Днепро-Бугского канала.

Врагу удалось захватить или потопить суда в Бресте — крайнем западном пункте канала. Судам, идущим на запад, пришлось повернуть в Минск, а затем по Припяти спуститься к Днепру. Небольшой флот пограничного Выборгского пароходства перебазировался на Ленинград.

На юге, в Молдавии, суда Днестровского эксплуатационного участка ходили с боевыми заданиями по Днестровскому лиману, совершали рейсы до Тирасполя. Они участвовали в эвакуации населения, в переправе воинских частей, в ночных разведывательных рейсах. Большую помощь военному командованию оказали пароходы «Молоков», «Ляпидевский» и «9 января».

Враг, преодолевая упорное сопротивление частей советских войск, вырвался на правый берег Днестра.

Речной флот ушел опасным морским путем в Одессу, Николаев, Херсон.

И опять полные боевых тревог рейсы по Южному Бугу и нижнему Днепру.

В июле и августе бои развернулись в бассейне Днепра. На этой важнейшей водной магистрали Украины и Белоруссии к началу войны курсировало более 2000 судов. Здесь было немело хорошо оснащенных портов. За первые два месяца великой битвы за свободу и независимость нашей Родины речники Днепра перевезли десятки тысяч семей, эвакуировали много промышленного оборудования. Они доставляли продовольствие и нефтепродукты частям Советской Армии. Днепровский флот обслуживал сотни воинских перепрев в районе Киева, Днепропетровска, Запорожья, Кременчуга, Херсона, на Южном Буге, Березине, Припяти и Соже. Днепровские суда близ Запорожья ходили на штурм острова Хортица.

Заняв остров, фашисты открыли огонь по Запорожью, затруднив эвакуацию заводов и населения. Надо было очистить Хортицу. Почти 10 суток шло сражение за остров. Газоход № 17, катера «В-1», «Темеров», «Делегат», баржа № 108 и другие суда под непрерывным огнем противника совершали десятки рейсов, доставляя десант наших войск. Гитлеровцы не выдержали и оставили остров. После этого еще около месяца продолжалась эвакуация из Запорожья оборудования местных предприятий.

В первые же дни Великой Отечественной войны на помощь Советской Армии пришли суда Беломорско-Онежского и Северо-Западного пароходств. Враг, зная цену речному флоту, водным путям, уже на шестой день нанес первый удар по важнейшей водной магистрали севера — Беломорско-Балтийскому каналу. Не один налет фашистских стервятников выдержали гидроузлы в районе Повенчанской шлюзованной лестницы. Но суда шли по каналу. Флот Беломорско-Онежского пароходства помогал эвакуировать население и промышленные предприятия через Онежское озеро, по Мариинской системе на Волгу, по каналу на Беломорск.

Фашисты захватили Петрозаводск, Медвежьегорск и Повенец, разрушили южный склон канала. Но речники продолжали водить суда по его северному склону, по Выгозеру, у восточных берегов Онежского озера и у побережья Белого моря: флот обслуживал Карельский фронт, доставлял лес для оборонной промышленности и строительства укреплений.

В навигацию 1942 года Беломорско-Онежский флот выполнил 244 специальных задания военного командования, доставил к переднему краю фронта свыше 30 тысяч тонн грузов.

Летом 1941 года тревожно стало и на водных путях Северо-Западного бассейна. Много судов Северо-Западного пароходства было передано командованию Краснознаменного Балтийского флота и частям противовоздушной обороны. Речные суда отлично провели на Ладожском озере операции по переброске воинских частей с северных и северо-западных берегов, из районов Кексгольма, Сортавалы, Питкяранта, Сортанлахты и других пунктов, через Мариинскую систему отправлялись караваны с эвакуируемыми грузами.

К августу вражеский нажим на Ленинград усилился, и скоро фашистам удалось прорвать Лужский укрепленный район. Начался штурм Ленинграда. Ленинградцы поднялись на защиту своего родного города. Около полутора тысяч речников ушло в Советскую Армию, многие вступили в полки народного ополчения, в партизанские и истребительные отряды, строили оборонительные рубежи. И все-таки главным для речников была работа на флоте.

26. августа из Ленинграда ушел на восток последний поезд — железнодорожную связь врагу удалось отрезать. 30 августа гитлеровцы вышли к Ивановским порогам в среднем течении Невы: единственную транзитную водную магистраль Ленинграда тоже перехватил противник.

Военный Совет Ленинградского фронта решил доставлять грузы водным путем через Свирь и Приладожские каналы до Шлиссельбурга, а отсюда в Ленинград по железной дороге или на автомашинах. Но в начале сентября фашисты захватили Шлиссельбург, а финны вышли на Свирь, к Лодейному полю. Ленинград оказался во вражеском кольце. Остался единственный выход: перевозить грузы для блокированного города через Ладожское озеро из Новой Ладоги в устье Волхова на Осиновецкий берег, соединенный с Ленинградом дачной железнодорожной веткой. Путь через озеро ленинградцы назвали «дорогой жизни». О том, как создавалась «дорога жизни» и о героизме речников, проводивших суда, часто рискуя жизнью, рассказывают документы из архива Министерства речного флота.

Осиновецкий порт сооружали строительные батальоны. Но нужны были земснаряды. И пароходы «Харьков» и «Ленинград» в штормовую осеннюю погоду привели из Новой Ладоги два речных землечерпательных снаряда. Вместе с морскими земснарядами Балттехфлота они готовили территорию будущего порта. Жестокий шторм выбросил морские снаряды. Их нагружу взял на себя речной земснаряд «Севере-Западный-7».

Строители, речники, железнодорожники трудились без отдыха. Слева, севернее Никуляс, в 30–35 километрах был враг; оправа, приблизительно на таком же расстоянии, стояли фашистские батареи, закрепившиеся в Шлиссельбурге. На пустынном берегу строители не могли укрыться ют осенней непогоды, «беспокоила» массированными налетами фашистская авиация, не хватало продуктов.

Порт строился, а Ленинграду требовались боеприпасы, оружие, продовольствие. И опять речники помогали ленинградцам: пароходы брали груженые баржи в Гостинополье, спускались по Волхову до Волховского бара. Отсюда озерные пароходы вели баржи по Ладоге. Нелегко пройти 115-километровый путь по бурному озеру. Рейс продолжался двое суток. Судам постоянно грозила внезапными налетами вражеская авиация. Пока не было причалов в Осиновце, суда приставали к шатким мосткам на козлах или к затопленным баржам. Это были тяжелые дни: с 12 по 20 сентября в Осиновце разбилось двенадцать судов. И все же в Ленинград шли боеприпасы, войска, продовольствие, а оттуда эвакуировалось население, вывозились заводское оборудование, памятники культуры. За 52 дня (а суда ходили до 10 ноября 1941 года, пока 17-градусный мороз не сковал озера) по большой Ладожской дороге было перевезено около 65 тысяч тонн грузов. Это сделали речники Ладоги, охраняемые военными моряками Краснознаменного Балтийского флота.

…Наступила страшная для Ленинграда зима 1941–1942 гг. Кольцо голодной смерти все туже сковывало город. Положение казалось безвыходным. И вот тогда-то по инициативе руководителя ленинградских большевиков Андрея Александровича Жданова была проложена по Ладожскому озеру трасса «дорога жизни». На смену водникам пришли автомобилисты. Днем и ночью, в мороз и пургу мчались на Ленинград и обратно грузовики.

В это время речники Ладоги ремонтировали флот, строили новые озерные суда, механизировали перегрузочные базы.

Вторую военную навигацию на Ладоге речники встретили подготовленными. Государственный Комитет Обороны определил место водников в снабжении героического города летом 1942 года. Он разработал смелый план снабжения Ленинграда: помимо большой ладожской трассы был создан малый ладожский путь, который связывал кратчайшим путем берега южной части озера. В районе Кареджи строится порт, а Осиновец превращается в мощную базу для перевалки грузов, идущих по обеим трассам. Новоладожская и Гостинопольская перевалочные базы реконструируются. В Осиповне организуется сборка металлических барж, части которых изготовляются на ленинградских предприятиях. Для пополнения ладожского флота перебрасывается в Осиновец по железной дороге часть судов из Ленинградского порта, на базе Сясьского целлюлозно-бумажного комбината возникла Сясьская верфь.

Речники могут сказать, что они вложили много труда в героическую защиту Ленинграда. На всю страну прославились своим бесстрашием и мужеством капитаны Северо-Западного пароходства Ерофеев, Ишиев, Мишенькин, Бабошин, Горсталов, Демидов, Конкин и многие другие судоводители, механики и матросы нашего флота. Это они, скромные труженики речных просторов, перевезли по Ладоге в те грозные дни 1.080.000 тонн грузов и 900.000 солдат и жителей блокированного города.

22 июля 1941 пода самолеты с фашистской свастикой появились над Москвой. Но речники Московско-Окского пароходства и пароходства Москва — Волга-канал уже вывозили из столицы женщин, стариков и детей, начали эвакуацию в глубокий тыл оборудования московских предприятий. В то же время они доставляли необходимые грузы для фронта и Москвы. Трудно было тогда речникам: ведь в начале войны суда в основном шли по Московско-Окскому маршруту, с его устаревшими шлюзами и небольшими глубинами. Канал Москва-Волга еще не был транзитной магистралью между столицей и Каспийским морем — гидроузлы в Угличе и Рыбинске только строились. Пропуск судов здесь начался лишь в сентябре 1941 года. А речникам столичных пароходств надо было успевать эвакуировать в глубь страны жителей Ленинграда, прибывших на пристани Калинин, Большая Волга, Коломна, Рязань, Калязин, Углич, Кимры. Пароходов и теплоходов не хватало — пассажиров перевозили на баржах. Здесь же организовывалось питание, оказывалась медицинская помощь. Еще сложнее стала работа подмосковных водников в начале октября: гитлеровцы вышли на дальние подступы к столице, а 19 октября Москва объявляется на осадном положении. Флот столичных пароходств продолжает эвакуационные перевозки, и, кроме того, ему поручаются специальные задания. Часть судов вместе с экипажами передается в распоряжение военного командования. Большинство же судов флота переводится на Волгу. В волжские порты перевозится оборудование портов и заводов.

Сотни работников портов и пристаней столичных пароходов добровольно ушли в Советскую Армию и Военно-Морской Флот, в полки народного ополчения и истребительные отряды.

16 ноября враг начал второе наступление на Москву. Вскоре бои гремели у Солнечногорска и в районе Истринского водохранилища. В начале декабря фашисты вышли к каналу Москва-Волга, на линию Красная поляна — Крюково и появились севернее Звенигорода. Гитлеровские полчища были в 25 км от столицы.

Наступил ледостав, но речники сумели перевести по Оке флот из Серпухова в Каширу. Целый месяц продолжалась экспедиция под непрерывным огнем фашистских воздушных пиратов. Это был последний рейд судов столичных пароходств в навигацию 1941 года. А как не рассказать о смелой операции речников канала Москва-Волга! С наступлением зимы они наполнили камеры шлюзов водой. Когда фашисты прорвались к каналу, речники открыли ворота шлюзов. Тысячи тонн воды лавиной обрушились на лед. Вода местами взломала лед, водная преграда образовала непроходимую для танков зону. Предпринятая по инициативе работников канала операция была высоко оценена командованием Советской Армии.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой явился решающим событием первого года войны и первым крупным поражением гитлеровской армии. Советская Армия окончательно сорвала вражеский план молниеносной войны, развеяла легенду о непобедимости германской армии. И в этой большой победе есть доля скромного труда речников.

В ту тревожную для нашей страны осень тяжелое бремя войны легло и на плечи речников Дона и Кубани. Здесь тоже начались военные действия. Из судов Доно-Кубанского пароходства и пришедших сюда днепровских судов была создана Донская военная флотилия. Пароходы и баржи перевозили снаряжение и боеприпасы для фронта, раненых бойцов, население из прифронтовых районов. Эвакуируемые грузы и население направлялись в Калач. Госпитали, грузы различных учреждений и заводов, запасы продовольствия, население — все стекалось в Калач, чтобы отправиться далее по железной дороге на Сталинград. Здесь, в излучине Дона, в октябре 1941 года скопилось до 100 судов.

Речники Калачевской переправы проявили героизм. С таким небывалым потоком грузов могли оправиться лишь люди, страстно любящие свою Родину, верящие в победу! Среди многих судовых команд, успешно выполнявших здесь задания командования, особо отличилась команда буксирного парохода «Донец». Водил «Донец» прославленный капитан Князев.

В начале октября враг угрожал Ростову. Речники нижнего Дона выполняли тогда задания военного командования.

В 20 числах ноября гитлеровцы подошли к самому Ростову. Между 20–23 ноября для советских войск, оборонявших город, остался единственный путь отхода на левый берег Дона — через Ростовскую переправу «29-я линия и Зеленые острова» и дальше на Батайск. Обстреливаемые вражескими самолетами, между берегами то и дело сновали с грузами пароходы «Ока» и «Саламандра», пробивая себе дорогу в месиве снега и льда. 23 ноября немецкие танки вышли к переправе и шквальным огнем затопили пароходы, зажгли баржи. Знаменитая Ростовская переправа перестала существовать. До последнего часа руководил ею диспетчер пассажирской пристани М. А. Гурьев, старый коммунист, партизан, участник гражданской войны.

Единственного наплавного моста у Буденновского проспекта Ростова для отступления было явно недостаточно. Выход был найден. Изнуренные боями, наши части уходили из города по настилу на замерзающей реке. 750-метровый настил был сделан речниками с помощью рабочих ростовского завода «Красный Дон» за 12 часов. Речники переправились на берег последними.

В сложнейших операциях участвовал и флот Кубани. На небольших судах речники смело ходили по морю между Таманью и Керчью.

Никогда не забудется десантная операция на Керченский полуостров зимой 1941 года. Осенью и зимой 1941 года наши войска вели ожесточенные оборонительные бои под Севастополем. С 5 ноября по 31 декабря героический гарнизон Севастополя отразил два наступления фашистских войск. По указанию советского верховного главнокомандования войска Закавказского фронта при активном содействии Черноморского флота и Азовской военной флотилии, в которую входили и суда Доно-Кубанского пароходства, высадив десант на Керченский полуостров, 29–30 декабря овладели Феодосией и крепостью Керчь. К 1 января Керченский полуостров и район Феодосии были полностью освобождены.

«Советские корабли с десантными войсками, — писалось в наших газетах, — вышли в море, невзирая на шторм, доходивший до 9 баллов… Сквозь этот зимний шторм и свинцовый смертоносный ливень идущие в первом эшелоне пароход „КИМ“, баржи „Ока“, „Таганрог“ и „Лаба“ достигли берегов Крыма. Команды бросились в ледяную воду, чтобы ошвартовать суда и дать возможность выгрузить танки, тягачи с орудиями и автомашины. Это был подлинно воинский подвиг. Девять речников — участников Керченской операции — были награждены орденами и медалями Советского Союза. Капитан парохода „КИМ“ Михаил Проценко награжден орденом Красной Звезды посмертно — он пал смертью героя на боевом посту».

…Фашистские полчища рвались к Волге, к Сталинграду.

Накануне навигации 1942 года председатель Государственного Комитета Обороны И. В. Сталин послал телеграмму руководителям партийных и советских территориальных организаций приречных краев и областей: «Учтите исключительное значение и роль речного транспорта в условиях войны». В ней предлагалось оказать практическую помощь пароходством в перевозках нефти и нефтепродуктов, хлеба, соли и других грузов с Нижней Волги.

Фронту и народному хозяйству необходимо было горючее. Водному транспорту довелось решать сложную задачу: вывозить нефть и нефтепродукты морским флотом в Астрахань, а потом речными судами — вверх по Волге. Пароходству Волготанкер ГКО дал задание — вывезти из Астрахани несколько миллионов тонн этих грузов. Для координации действий моряков, речников и нефтяников Государственный Комитет Обороны командировал в Астрахань своих уполномоченных: Народного Комиссара морского флота СССР П. П. Ширшова, начальника Главнефтесбыта СССР Я. И. Широкова и автора этих строк, бывшего в то время Народным Комиссаром речного флота СССР. Уполномоченные ежедневно докладывали в Государственный Комитет Обороны об отправке горючего. Фронт, промышленность, сельское хозяйство бесперебойно получали нефтепродукты.

После упорных боев гитлеровским войскам удалось перерезать правобережные железнодорожные и шоссейные линии, идущие на Сталинград. Они начали постоянно бомбить левобережную железную дорогу Астрахань — Баскунчак — Ленинск — Паромная. Волжский водный путь стал единственной магистралью, обслуживающей Сталинградский и Юго-Западный фронты. Уже в июле, когда бои развернулись в придонских степях, фашистская авиация начала бомбить и обстреливать суда, порты и пристани Нижней Волги, минировать реку с самолетов.

Враг спускал на парашютах донные, большой взрывной силы, мины с магнитными и акустическими аппаратами. Минировались перекаты и другие труднопроходимые для судов места.

В первые же дни на минах подорвались теплоходы «Ильич», «Тимирязев», «Чайковский», «Татария», пароходы «Коммунистка», «Лядов», «Хользунов», несколько нефтеналивных судов.

Моряки Волжской военной флотилии и речники-путейцы ограждали заминированные участки, проводили траление реки. Во время одного из тралений погибли от взрывов мин бакенщики И. В. Михайлов и П. С. Хорьков.

Государственный Комитет Обороны решил вооружить речные суда Нижней Волги зенитными пушками, пулеметами. Для установки вооружения речники сами готовили суда на Саратовском судоремонтном и других волжских заводах.

Вооруженные суда не только отражали атаки вражеских самолетов, но часто и сбивали их. Однажды фашистские пираты пытались сбросить бомбы на пассажирский пароход «Михаил Калинин», но его зенитки сбили фашистский самолет. «Михаил Калинин» пришел в Сталинград невредимым.

Чтобы усилить защиту портов, караванов и мест стоянок флота, в начале июля.1942 года формируется «Зенитная группа ПВО бассейна Астрахань — Сталинград — Камышин». Командующим группой был назначен подполковник И. В. Желтяков.

Группа ПВО заставила авиацию противника прекратить удары по портам, судам с бреющего полета: фашистские самолеты теперь не решались летать на высоте ниже полутора — двух километров. К середине августа группа ПВО сбила 12 самолетов противника, а к ноябрю — уже 20.

Гитлеровцы так и не сумели прервать движение по Волге: флот продолжал жизненно важные для фронта перевозки.

В конце июля 1942 года кровопролитные бои разгорелись в излучине Дона. 2 августа фашисты заняли Котельниково. Враг приближался к Сталинграду. Началась эвакуация населения и оборудования предприятий города.

Государственный Комитет Обороны назначил автора этой статьи своим уполномоченным в Сталинграде: надо было организовать четкую работу речного транспорта по эвакуации населения и промышленного оборудования. В Сталинграде была создана оперативная группа из руководящих работников наркомата, Нижне-Волжско пароходства и Волжского бассейнового управления пути. В нее входили И. С. Краев, П. М. Зубков, А. А. Свиридов, В. И. Сухарин, Ф. Г. Коченин, С. И. Везломцев, В. П. Цибин. Эта группа поддерживала постоянную связь с уполномоченными наркомата в Астрахани (заместителем наркома речного флота Г. В. Харитоновым), Саратове (начальником Московско-Волжско-Камского центрального управления М. Н. Чеботаревым) и в других портах Волги.

В Куйбышеве, Батраках и Саратове по решению Транспортного комитета при ГКО речниками вместе с железнодорожниками была организована перевалка из вагонов в речные суда военной техники и боеприпасов. Эти грузы по Волге доставлялись в район Камышина — Сталинграда.

В район Сталинграда пришли суда со Средней и Верхней Волги, Московских, Северо-Западного и Камского пароходств.

Большое сражение требовало надежных транспортных связей. Только волжский флот мог связать Сталинградский участок фронта на правом берегу Волги с резервными базами на ее левом берегу.

Основные переправы были организованы в центральной части Сталинграда, у заводов «Красный Октябрь» и СТЗ. Они связывали город с затоном судоремонтного завода, поселками Красная слобода и Бобыли.

На центральной переправе Сталинградского местного флота работали три парома с пароходом «Надежный» и баркасами «Абхазец» и «Пожарский». В перевозках здесь участвовали катер «Лейтенант Здоровцев», получивший свое название в честь Героя Советского Союза, речника-сталинградца, и пароход «15 лет комсомола». До 1500 автомашин, тысячи солдат, эвакуированных, много боевой техники перевозилось в сутки на этой переправе. Вторая центральная переправа — Сталинград — Красная слобода (от речного вокзала в затон) обслуживалась пассажирскими судами трамвайного типа. Катера «Первый», «Второй», «Четвертый», «Тринадцатый» и «Вторая пятилетка» перевозили за сутки до 15 тыс. человек.

15 августа в центре города были открыты еще две переправы, специально для воинских перевозок.

На переправе Сталинград — Бобыли работали быстроходные военные катера с площадками для автомашин и вооружения.

О Сталинградском сражении написано много. Но участникам этого великого сражения трудно не сказать еще раз о грозных днях того времени. Нельзя забыть ужасов 23 августа.

Чудесный воскресный день. Таким он был с утра. И вдруг в ясном сталинградском небе появились эскадрильи вражеских самолетов. Сбрасывая сотни тонн смертоносного груза, варвары начали разрушение огромного волжского города. Тысячи домов были превращены в развалины. На рейде горели суда. На железнодорожных путях, у причалов порта взрывались вагоны с боеприпасами, цистерны с нефтепродуктами. Горели нефтебазы, причалы, лабазы, речные вокзалы, склады. Удушливый дым пожаров полз над Волгой. Под грудами развалин гибли сотни людей. Женщины с детьми, старики бежали к Волге, надеясь найти там спасение.

В эти трагические часы от организованности и мужества речников зависело многое. Теперь, как никогда, потребовались переправы. Прежде всего надо было спасать население и раненых бойцов.

Вскоре оперативная группа НКРФ СССР доложила штабу Сталинградского фронта и Военному Совету о восстановлении переправ. Военный Совет, командующий фронтом А. И. Еременко одобрили эти меры.

Трудное задание пришлось выполнить членам оперативной группы А. А. Свиридову и И. С. Краеву. Им было поручено обеспечить личную связь с командирами судов, работавшими на переправах, организовать прием жителей Сталинграда и раненых бойцов на левом берегу реки. Затон судоремонтного завода стал опорным пунктом Сталинградского водного узла.

Оперативная группа НКРФ СССР ежедневно получала! задания от Военного Совета и штаба Сталинградского фронта. Командующий фронтом генерал-полковник, ныне Маршал Советского Союза, А. И. Еременко и член Военного Совета тов. Н. С. Хрущев проявляли исключительное внимание к работе волжского флота.

Даже в опаснейшие часы первых массированных вражеских бомбардировок речники не прекращали работу. 200 дней и ночей продолжалась битва за Сталинград. До зимы, пока морозы окончательно не сковали Волгу, речники, пренебрегая смертельной опасностью, переправляли грузы, водили суда по минированной реке.

Боевые дела экипажей сталинградских судов «Ласточка», «Надежный», «Гаситель», «13-й» и многих других стали известны стране. О бесстрашии и мужестве команд сталинградских судов в дни великого сражения рассказывается в этой книге.

Еще до первого массированного налета на Сталинград гитлеровцы прорвались к Волге в районе Ерзовка — Акатовка.

Из Ерзовки фашистские танки были выбиты батальоном морской пехоты и канонерскими лодками «Чапаев» и «Усыскин». Но в Акатовке враг закрепился. Он обстреливал Волгу из пулеметов и орудий и не давал судам выйти из Сталинграда, прервал связь с портами, находящимися в верховьях Волги. 24 августа в один из очередных массированных налетов фашистским стервятникам удалось разбомбить городскую нефтебазу. Она стояла на крутом волжском берегу выше города. Тысячи тонн нефти, керосина, бензина и смазочных масел хлынули в реку. Она превратилась в сплошной горящий поток. Это грозило гибелью многим судам. Ведь в Сталинграде скопились суда Нижней и Верхней Волги. У левого берега стояли замаскированными пассажирские пароходы и теплоходы «Иосиф Сталин», «Клим Ворошилов», «Михаил Калинин», «Чичерин», «Память Парижской Коммуны».

Было решено во что бы то ни стало отправить некоторые суда — в верховья Волги.

В ночь на 27 августа Волга окуталась туманом. «Память Парижской Коммуны», «Михаил Калинин» и «Иосиф Сталин» с грузом и пассажирами вышли в опасный рейс. Надо было пройти заслон у Акатовки.

С теплохода «Память Парижской Коммуны» поставили дымовую завесу. Но враг все-таки обнаружил судно. В рупор фашисты приказали теплоходу подойти к берегу. Но капитан Л. Д. Галашин резко повернул и прошел узкое место. Противник обстрелял судно. Теплоход получил пробоины. Отстреливаясь и набирая скорость, он прошел опасную зону. Рискуя жизнью, речники и зенитчики потушили пожар, привели судно на ближайшую базу.

Под командованием капитана Н. М. Богатова прорвался и пароход «Михаил Калинин».

«Память Парижской Коммуны» и «Михаил Калинин» уже скрылись в ночной темноте, когда шквал минометного огня обрушился на пароход «Иосиф Сталин». Судно охватило пламя пожара. Пароход получил пробоины.

Многие из тех, кто был на судне, погибли смертью храбрых. Не ушел с горящего, тонущего парохода его капитан И. С. Рачков. Теперь имя капитана Рачкова носит один из волжских теплоходов.

В эту трагическую ночь команда маленького баркаса «Наблюдатель» спасала утопающих с затонувшего парохода «Иосиф Сталин». Команда катера под руководством капитана Исакова спасла 82 человека.

Другие крупные пассажирские суда были отправлены по заминированной Волге, под непрекращавшимся обстрелом вражеской авиации, в Астрахань, а оттуда ушли Каспийским морем в Гурьев на зимовку.

Волжский флот перевез вместе с боевой техникой в район Камышина части легендарной 13-й гвардейской дивизии Родимцева. Отсюда они по левому берегу Волги направлялись к сталинградским переправам. Один только пароход «Орджоникидзе» перевез восемь с половиной тысяч бойцов.

Огромные людские и материальные резервы посылала страна на помощь Сталинграду. Переправа их в город лежала на плечах мужественных речников до глубокой осени. Лишь центральные сталинградские переправы уже 23 сентября были вынуждены прекратить работу: гитлеровцы прорвались в нескольких местах к берегу Волги.

Вся тяжесть перевозок в районе Сталинграда сосредоточилась на переправе у завода «Красный Октябрь». Она связывала «малую» сталинградскую землю с левым берегом, со всей страной.

Гвардейцы дивизии Родимцева считали узкую полоску сталинградского берега у Волги священной землей. Речники приходили сюда на своих небольших суденышках, доставляя бойцам боеприпасы, продовольствие. До самого последнего дня навигации суда работали на краснооктябрьской переправе. Часть из них была переброшена на фланговые переправы в Тумак, Бекетовку и в район Татьянки для обслуживания 64-й армии генерала Шумилова и переброски к городу резервных армий: готовилось генеральное контрнаступление. Ни осенние штормы, ни начинавшийся ледостав не могли приостановить перевозок. Но невероятно тяжелые условия давали себя знать: суда выходили из строя.

Речники самоотверженно работали не только на переправах. Ответственные задания выполнял коллектив Сталинградского судоремонтного завода. 15 сентября фашисты совершили массированный налет на завод. Горели лесопилка, малярный цех, клуб, помещение ремесленного училища. Рабочим удалось отстоять от огня основные объекты предприятия. Но бомбардировки не прекращались, и пришлось перебазировать завод за семь километров от русла Волги. Здесь, в землянках, ремонтировались танки, орудия и другая боевая техника. Отсюда на переправы уходили летучие ремонтные и судоподъемные бригады. К судоремонтникам присоединились семьи многих сталинградских, речников из Красной слободы.

В дни Сталинградской битвы много славных дел совершил коллектив пароходства Волготанкер. Его нефтевозы и баржи до самого ледостава доставляли горючее частям, защищавшим Сталинград.

54 работника волжского нефтефлота были награждены орденами и медалями Союза ССР за проявленный героизм и отвагу во время боев под Сталинградом. Организацией нефтеперевозок на Нижней Волге в эти тяжелые для Родины месяцы руководил начальник Волготанкера Н. С. Ромащенко.

Навигация 1942 года шла к концу. Все труднее становилось водить суда в волжских льдах. А речники уже думали о том, как сохранить волжский флот для будущей навигации. Флот Волготанкера решено было перевести в район Гурьева: скопившись в Астрахани, он стал слишком заманчивой мишенью для фашистской авиации.

Около 100 судов Волготанкера с нефтью, с демонтированным оборудованием судоремонтных предприятий, материалами и эвакуируемым населением Астрахани двинулось осенью по бурному Каспию к устью Урала. Сюда же направлялись с грузом и каспийские танкеры. Это была труднейшая операция. Только строгий технический расчет, большой опыт вождения судов помогли речникам благополучно завершить эту сложнейшую операцию. Руководил ею заместитель наркома речного флота СССР Г. В. Харитонов.

В Гурьеве волжский флот хорошо подготовился к навигации 1943 года. Весной он вернулся в Астрахань.

К этому времени фашистские войска были уже далеко от Волги, от Сталинграда. Сошел лед, и вновь тронулась в свой трудовой путь великая русская река. Мощным потоком пошли грузы на Нижнюю Волгу. Надо было залечивать, восстанавливать прославленный в величайшем сражении Сталинград. Речники Москвы, Верхней и Средней Волги, Камы, Шексны, Иртыша, Амура, Печоры, Северной Двины помогли волгарям. В Сталинград ехали добровольцы-строители со всех концов страны. Израненному, но непобежденному городу Родина посылала машины, оборудование, материалы. Речники опять стали у штурвалов волжских судов, восстанавливали разрушенное хозяйство.

Восстанавливалось речное хозяйство не только на Волге, но и в других бассейнах, освобожденных от врага.

К концу Великой Отечественной войны речники уже подняли и восстановили сотни судов, построили десятки промышленных предприятий, прежде всего верфи для строительства флота, восстановили и расширили телефонную, телеграфную и радиосвязь, сдали в эксплуатацию основные водные каналы.

В послевоенный период речной транспорт сделал огромный шаг по пути дальнейшего своего развития.

Решения XXI съезда КПСС открыли для речного транспорта необозримые перспективы. Выполняя семилетний план развития перевозок народнохозяйственных грузов, речники творят замечательные дела. Они повседневно чувствуют заботу Коммунистической партии, ее ленинского Центрального Комитета.