Глава 44

— Велика фамилия Романовых, что тут сказать! Но среди них нет пригодных к правлению, просто сидеть на троне могут все, но если разобраться по совести, но по-настоящему царствовать…

Алексеев осекся, машинально пробормотав то, что могли ему вменить как государственную измену. Но после памятного разговора с Фоком, мысли постоянно возвращались к этому вопросу — спасти империю от возможной гибели мог только крепкий духом монарх, достаточно умный, чтобы прислушаться к его советам, и способный осуществить реформы.

Император Николай I Павлович был многодетным отцом, и сейчас правили «Александровичи» — внук и правнук, закрепившаяся на троне линия от его старшего сына, ставшего императором Александром II. Реальных кандидатов было только два — дядя нынешнего императора великий князь Владимир Александрович, властный и строгий, но Алексеева он абсолютно не устраивал, ни при каких расчетах, как и его сыновья Кирилл и Борис. Генерал-адмирала и московского генерал-губернатора можно было сбрасывать со счетов — оба были бездетны, а великий князь Павел после скандального брака жил в Париже, а его несовершеннолетний сын Дмитрий сторонников, понятное дело, не имел вовсе.

Оставался только «Мишкин» — так по-домашнему звали великого князя Михаила Александровича. Всего 26-ти лет от роду младший брат правящего монарха не имел нужные качества правителя, с чем в «Фамилии» были согласны все. Хотя именно ему император Александр III собирался передать престол в обход старшего сына, которого считал совсем никчемным монархом, и на смертном одре требуя, чтобы тот это сделал. «Ники» согласился, но взойдя на трон, забыл про данное отцу обещание, и правит до сих пор. А к чему может привести его царствование, если оно будет продолжаться, Алексеев хорошо знал, потому и сидел мрачный.

— Дурное потомство у «Константиновской» ветви, не ему править, — Алексеев придвинул к себе карточки с нарисованными вензелями — потомство Константина Николаевича, второго сына императора Николая Павловича, в 28 лет ставшего адмиралом и управляющим Морским ведомством, воспитанника адмирала Федора Петровича Литке. Алексеев его хорошо знал — умер всего 12 лет тому назад, и при дворе заслуженно имел репутацию «либерального реформатора».

Старшего первенца, великого князя Николая Константиновича в расчет можно было не принимать — подавал надежды, первым из Романовых окончил Академию Генерального штаба с серебряной медалью, героически дрался в Хивинском походе, получив Владимира 3-й степени с мечами. И скатился вниз — вначале у него была любовницей американская танцовщица Фанни Лир, а затем адъютантом стал корнет Савин, поставлявший проституток. И закономерный итог — «Искандер», а так его звали домашние, вульгарно спер у матушки бриллианты. «Сор из избы» выносить не стали — то еще позорище. И сослали бывшего великого князя, лишив его титула, чина, орденов и имущества, в жаркий Туркестан, где он вроде как остепенился, и увлекся научными изысканиями и реформаторством.

Второй сын, великий князь Константин Константинович управлял военно-учебными заведениями, занимался наукой и всякими общественными учреждениями, вроде «христиан-трезвенников», писал стихи под псевдонимом «К.Р.» — в общем, на взгляд Алексеева совсем не подходящая на роль монарха фигура. Так что его шестерых сыновей можно было и не рассматривать в качестве возможных претендентов на трон — даже старшему двадцати не исполнилось, а младший еще младенец.

Третий сын, Дмитрий Константинович сейчас командовал 1-й бригадой 2-й кавалерийской дивизии, и единственным его увлечением были лошади — конные заводы создавал, да ярмарки устраивал. Еще хуже, чем брат подходил для престола, тем более детей не имел и слыл ярым женоненавистником, что не добавляло ему популярности.

Великого князя Николая Николаевича, которого именовали «Старшим» в отличие от сына, полного тезки, Алексеев тоже хорошо знал — еще бы, последний кавалер ордена святого Георгия 1-й степени, полученного за войну с турками, которого отец нынешнего самодержца именовал не иначе как «дядя Низи». У него было два сына, и первенец Николай Николаевич Младший, 48-ми лет, являлся генерал-инспектором кавалерии — очень значимая должность. Порывистый и горячий, нетерпеливый, тоже закончил Академию генерального штаба, великий князь был популярен в армии, а потому доверием самодержца не пользовался — «Александровичи» его тихо ненавидели, видя в нем конкурента. Женат не был, и детей не имел — а это резко снижало его шансы на занятие престола.

А вот его младший брат Петр Николаевич был личностью миролюбивой, со спокойным характером, тихий — словом, совсем неподходящий для престола. Да и военная стезя, как у всех Романовых, проходила иначе — в инженерных частях. А потому любил архитектуру и увлекался живописью. Единственный сын Роман малолетний, но это роли не играет — сам великий князь как кандидат на престол совершенно не подходит.

— «Константиновичи» и «Николаевичи» не подходя, — пробурчал Алексеев, складывая карточки, словно пасьянс раскладывал.

— Остались «Михайловичи», вместе со своим прародителем — старик на диво крепок, и ума фельдмаршал не потерял, он еще Председатель Государственного Совета. Да, тут есть определенные шансы.

Наместник взял последнюю стопочку, в ней оказались всего четыре прямоугольных картонки с вензелями. Верхнюю карту адмирал сразу отложил в сторону. Здравствующий младший брат императора Александра II Николаевича, генерал-фельдцейхмейстер, мог стать для своих сыновей хорошим таким прикрытием. Единственный из живущих кавалеров высшей степени ордена святого Георгия и фельдмаршал, такой же чин сейчас носит и бывший военный министр граф Милютин — два осколка прошлых времен, дотянувших до нового века.

Старший сын Николай Михайлович до недавнего времени командовал Кавказской гренадерской дивизией. А то, что его отрешили от должности в декабре, оно и понятно — его отец и он сам были популярны в Кавказской армии. А все хорошо помнили, каких страхов натерпелся в декабре 1825 года только взошедший на престол император Николай Павлович, опасаясь, что проконсул Кавказа генерал Ермолов поддержит мятежников. Так что «Александровичи» постарались задвинуть опасного кандидата куда подальше — пусть лучше науками увлекается.

А вот на его брата Александра еще не обратили пристального внимания, и зря. Он единственный из всей Фамилии был чрезвычайно деятелен, благо еще сорока лет не достигнул, и входил даже в Кабинет министров. А вот оттуда великого князя путем хитрых интриг «сплавили». Иметь близко у рычагов государственного управления чрезвычайно похожего на него «дядю Сандро», старшего только на два года, император Николай Александрович опасался, мало ли что. А контр-адмирал, младший флагман Черноморского флота не та фигура при любых раскладах, армия, и особенно гвардия, в империи более важный вес имеют, чем Морское ведомство.

— Пожалуй, тебя можно и поставить при «Мишкине», выйдет толк…

Алексеев задумался, мысленно прикидывая варианты. «Сандро» подходил, как нельзя лучше. Еще бы — молодой, честолюбивый и умный, и при троне будет прекрасным теневым регентом, так сказать. И прекрасный семьянин — пять сыновей, а это многое значило. Женой является великая княгиня Ксения Александровна, двоюродная племянница и родная сестра правящего императора Николая II, так что при «Мишкине» он окажется еще по-родственному, и как дядя, и как зять.

Однако нужно выдернуть его в Порт-Артур, нужны победы над врагом, самое лучшее основание под репутацию. Жаль, что моряк, не армейский, но тут свою роль его младший брат великий князь Сергей Михайлович должен сыграть, в прошлом году произведенный в возрасте всего 34-х лет в генерал-майоры, назначенный командовать гвардейской конно-артиллерийской бригадой. И по слухам, он должен был сменить своего отца на должности генерала-фельдцейхмейстера, командующего всей артиллерией русской армии. А это более, чем весомо, очень значимый пост.

Да и два других брата могли быть в помощь. «Миш-Миша» пока можно не учитывать — за морганатический брак выслан из России, но обиду ведь все «Михайловичи» затаили. А Георгий Михайлович популярен в обществе, как управляющий Русским музеем и как почетный член столичной Академии наук. И женат он на дочери своей двоюродной сестры Ольги Константиновны, что замужем за греческим королем Георгом. Как не крути, но этот брак мостик к «Константиновичам», и если в комплот войдут и «Николаевичи», то шансы значительно повысятся.

— Надо думать, и крепко, — Алексеев отпил чая, поморщился, налил коньяка — мартель ему был более подходящим средством для размышлений, причем оптимистических. Японцы покинули Эллиоты, и теперь у них нет базы в непосредственной близости к Порт-Артуру и Дальнему. И теперь можно снабжать армию, благо флот будет доминировать в северной части Желтого моря, именуемой Корейским заливом…

— Ваше высокопревосходительство! Секретная телеграмма от государя-императора! Только что поступила!

Алексеев взял листок бумаги, развернул — и не поверил собственным глазам. Перечел внимательно, выделяя не то, что слова, каждую буквицу. И если бы не принятый бокал коньяка, то получил бы от чтения апоплексический удар. Почувствовав, что задыхается, адмирал отхлебнул мартеля прямо из горлышка бутылки — перехватило дыхание, но стало легче. Отшвырнув листок, Евгений Иванович с нескрываемой злобой прошептал, благо дверь уже закрылась, и он остался в кабинете один.

— Что ж, Ники, такой обиды я тебе никогда не прощу!





Загрузка...