Я его отец. Наследник миллиардера

Глава 17

Утро тридцать первого декабря выдалось на редкость морозным и солнечным. По приказу Яна вчера на заднем дворе соорудили горку для Артёма. Любой каприз по щелчку пальцев. Если бы за ночь там вырос настоящий ледяной городок, я бы не удивилась. Главное — желание хозяина, но он ограничился горкой. В гараже у Соколовского каким-то чудом завалялось несколько надувных ватрушек. Я думала, что удивить меня он уже ничем не сможет, но этот мужчина снова поставил меня в тупик.

— Мам, можно я пойду? — Сын сидел на кухне за столом и был, что говорится, на низком старте.

— Нет, кашу доешь, — строго сказала я, пододвигая тарелку с овсянкой ближе к нему.

— Ну ма-ам… — Его так и распирало нетерпение и недовольство.

Я взглядом указала на тарелку. Артём сунул в рот одну ложку.

— А теперь можно?

— Не можно. Ешь.

Ещё одна ложка, и на этот раз жалобный взгляд.

— А теперь? Мама, ну пожалуйста, я наелся! Хочу с горки покататься! Леша сказал, что они с Федей будут со мной кататься.

— Лёша? Кто такой Леша?

— Охранник дяди Яна, — заявил сын с готовностью.

Я обреченно выдохнула. И когда охранник дяди Яна стал просто Лёшей?!

— Ладно, — сдалась я и забрала из-под носа сына тарелку. — Иди, только не сломай себе ничего!

Сын засиял. Соскочил со стула и, обняв меня, унесся в коридор.

Я уныло размазала овсянку по тарелке и, встав, поставила в раковину.

Дел было по горло. Ян уехал с самого утра, а Дарина, в лучших традициях злодейки, накидала столько дел, что, как мне казалось, я их и за неделю не переделаю. Спасибо, что зерно перебирать не заставила. Если на сегодняшнем вечере я усну прямо за столом, Соколовскому стоит винить свою старшую горничную.

Когда я появилась в холле, сын, уже успел надеть теплый свитер и штаны, которые я ему положила с вечера. Пыхтя, он зашнуровывал ботинки, а рядом стоял один из охранников Яна, которого я видела лишь однажды — в собственной квартире, вместе с хозяином.

— Леша, давай. — Справившись-таки со шнурками, Артём потянулся к куртке в руках Алексея.

Тот молча подал её ему. Весь такой грозный, огромный, метра под два ростом, он улыбался моему сыну. Я тоже улыбнулась и подошла к ним. Взяла из шкафа шапку и шарф.

— Замерзнешь, тут же беги домой, — сказала, обматывая сына синим шерстяным шарфом. Сама его связала в прошлом году. Ему и… Мише. Мишка тогда смеялся и говорил Артёму, что на следующий Новый год мама свяжет им носки и варежки. Он смеялся, а я и правда ведь планировала.

Как момент из прошлой жизни.

— Ладно, мам, мы пошли. — Артём махнул мне рукой и вышел за дверь.

— Следите за ним как следует, — попросила я Алексея.

— Конечно, — кивнул охранник.

Когда и за ним закрылась дверь, я вдруг поняла, что Артем потихоньку начал оттаивать. Еще несколько дней, и он и вовсе освоится в этом огромном доме, а потом… Пройдут праздники, мой отпуск закончится, и придется решать проблемы и с работой, и с квартирой, и…

И с Яном Соколовским.

К шести вечера я валилась с ног. Помимо комнаты Яна и детской Артёма, Дарина поручила мне уборку пары гостевых комнат, кухни и коридора на втором этаже. Было даже интересно, что осталось ей самой и остальным. Я злилась, но молчала. Стерва. Надеялась я только на эффект бумеранга. Невозможно же делать гадости и не получить ничего взамен! Когда-нибудь прилетит ей обратно, сполна прилетит. Как ни наивно было верить в это, я верила.

Когда я добралась до комнаты Соколовского, единственным моим желанием было — плюхнуться на кровать и отрубиться мертвецким сном. Но на восемь вечера был назначен сбор хозяйских гостей, нужно было собрать Артёма, да и самой… Платье висело на дверце шкафа в моей комнате немым напоминанием о собственной слабости. Ведь сил вернуть его во второй раз я в себе так и не нашла.

Я метеором пронеслась с тряпкой по комнате. Не иначе как второе дыхание открылось. Оставалось только перестелить постель. Я как раз успевала принять душ, привести себя в порядок и пойти к сыну. Тот, накатавшись на горке, спал уже третий час. Завидовала ему белой завистью. Когда проверяла его перед уборкой в комнате Яна, едва сдержалась, чтобы не поднырнуть к нему под одеяло — так сладко он спал.

— Почему ты еще не одета? — услышала вдруг и едва не подскочила на месте.

Повернулась. Соколовский стоял прямо за мной и сверлил недовольным взглядом.

— Спросите у своей служанки, — ответила я, бросая покрывало на постель.

Ян сделал шаг ко мне. Я чуть на постель не села — схватилась за его руку, чтобы удержаться.

— Я… Что вы делаете, Ян?! — возмутилась, чувствуя его ладони на талии.

Он обхватил меня и притянул к себе.

— Обнимаю тебя, Адель.

Он почти коснулся губами моей шеи. Его дыхание щекотнуло кожу, и меня начало потряхивать. Не дышать, не чувствовать его — так было бы лучше всего. Но я не могла.

Что он делает? Обнимает меня? Мистер Очевидность, мать его! А у меня по телу мурашки табунами. Злость и растерянность, желание оттолкнуть и сдаться: всё скрутилось в узел.

— Пустите! — попыталась отпихнуть его, но силы были неравны.

Наши взгляды встретились.

— Отпустите меня.

— А если не отпущу? — усмешка в уголке рта.

— Вы…

— Может, хватит мне выкать? Называй меня просто Ян.

— Просто Ян, я ваша горничная, по крайней мере, на данном этапе наших отношений.

— Этап… — Он как будто задумался. Выпустил меня из объятий, и я тут же отошла.

Он был странным. И это резкое изменение его отношения ко мне… пугало. Что я несу?! Что значит — «на данном»?! Вряд ли Ян Соколовский способен поддаться чувствам. Да и какие тут могут быть чувства. И все же…

— Можешь быть свободна. — Он резко отвернулся от меня и принялся расстегивать рубашку. — К восьми жду тебя внизу. Представлю тебя гостям.

— И как же?

— Как мать моего сына, — не оборачиваясь, произнес он.

Сухо. Безэмоционально. Стянул рубашку с плеч и кинул на кровать. Принялся за брюки. Я стояла не шевелясь. Язык прилип к нёбу, а тело переставало подчиняться. Я не хотела сравнивать их с Мишей, но всё равно сравнивала. Ян… Крепкие плечи, мышцы и жилы: он был всё равно что сгусток силы. Альфа-самец, способный поработить любую самку.

— Хочешь помочь? — все-таки посмотрел он на меня. В дьявольски черных глазах вспыхнул огонь. Вспыхнул и погас.

— Идите вы!.. Можете меня не ждать! — Психанув, я пошла к двери. Дернула за ручку.

— Не придешь вовремя, я сам за тобой приду, Аделина, и ты спустишься в том, в чем будешь на тот момент.

Он улыбался, но в голосе ясно читалась угроза. Да на кой черт я сдалась ему на этом вечере?!

— А если я буду голой?! — Гнев так и рвался наружу.

Он медленно обвел меня взглядом, и улыбка его стала шире:

— Тогда я, пожалуй, останусь с тобой.