Якудза из клана Кимура-кай, том 3

Глава 10

Спустя полчаса, большую часть из которых я пил чай с пирожными-моти, мы подошли к одной из местных детских площадок. Детворы тут не было, зато на карусельке тусовалась троица великовозрастных балбесов-чинпира.

Снова в голову пришла мысль о разнице в статусах. Мне бы сейчас и в голову не пришло торчать вот так на детской площадке, перемывая кости знакомым и цепляясь к прохожим. Фурукава, кажется, тоже уже перерос этот этап, потому что смотрел на своих старых дружков чуть снисходительно, как на малых детей. Хотя для кого-то и то, чем мы сейчас занимаемся, всего лишь возня в песочнице.

— Здарова, щеглы, — насмешливо произнёс он.

— О, какие люди! — воскликнул Араки Ясухиро, соскакивая с карусельки.

— Чего припёрлись? — проворчал Хидеки Йошикава.

— Как-то вы чересчур смело разговариваете, — хмыкнул я. — Давно по жопе не получали?

Все трое набычились, но развивать конфликт не стали, промолчали, сглотнули.

— А вы всё в песочнице возитесь, — фыркнул мой заместитель. — Пора переходить к серьёзным делам, разве нет?

Я закурил, предоставляя слово Фурукаве-куну. Демонстративно отстранился от беседы, мол, не по чину мне с ними болтать. По факту, так оно и было. Много чести — общаться с уличной шпаной.

— Мы с вами не хотим работать, — сказал Йоичи Сузуки. — Нам проблемы с полицией ни к чему.

Ну да, за них в полиции никто не вступится.

— Какие проблемы, братан⁈ — картинно возмутился Фурукава-кун. — Не будет никаких проблем. Вы даже не знаете, что там за работа.

Троица чинпира явно засомневалась, начали переглядываться. Раньше их лидером был Фурукава, теперь явного лидера не было.

— И что за работа? — спросил Араки.

— Опять небось что-то громить, подставляться, — зевнул Йоичи. — Не интересует.

— То есть, вам интереснее побираться на пиво, чем зарабатывать реальные деньги, — сказал Фурукава, который в моей компании быстро и лихо стал миллионером, хотя всю жизнь был таким же нищебродом, как и остальные чинпира.

Это их, кажется, задело. Причём из уст бывшего товарища это звучало даже обиднее, чем от меня. Всё-таки Фурукава сменил гардероб, постригся и привёл себя в порядок, сменил имидж на более представительный. Контраст между ним и его старыми друзьями выходил заметный.

— Реальные? — фыркнул Хидеки Йошикава. — В прошлый раз…

— В этот раз всё по-другому. Реальная тема, — перебил его Фурукава Сатоши. — Надо только надрать жопы нескольким китаёзам. Даже не в нашем районе. И не в соседнем.

— Китаёзам? Это можно, — задумчиво протянул Араки. — И сколько дадите?

Фурукава покосился на меня, я выпустил вверх струйку дыма.

— Пятьсот, — веско произнёс я.

— Тысяч? — не поверил Араки.

— Нет, блядь, пятьсот иен, — насмешливо произнёс Фурукава.

Посмеялись. Не до смеха было только мне, потому что пятьсот штук мне придётся выложить из своего кармана, но результат будет того стоить.

— Можете ещё пацанов привлечь, — добавил Фурукава. — Для верности. Втроём можете и не справиться.

— Втроём? — нахмурился трусоватый Йоичи. — А вы?

Я выразительно посмотрел ему в глаза и затушил окурок пальцами.

— Привлечём, — буркнул Араки. — Делиться просто неохота…

Конечно, пятьсот штук на троих выглядят гораздо заманчивее, чем на десятерых.

— Если вас китайцы уработают, ничего не получите, так что зовите ещё народ, — сказал я. — Их там человек пять будет, не больше.

— Где, когда? — Араки рвался в бой.

— Не сегодня. Завтра, — сказал я. — В Кабуки-тё. Точный адрес я попозже дам.

— Кабуки-тё… — присвистнул Йоичи. — Туда только ехать сколько надо…

— Ничего страшного, съездите, — оборвал я его. — Считайте это командировкой. Ищите себе людей в помощь, завтра в два часа дня собираемся на станции Кита-Сэндзю. Всё ясно?

— Ага… Ясно… Будем… — ответила троица гопников по очереди.

Я взглянул на часы. Если всё пройдёт по плану, то это будет самый элегантный способ начать всеобщую резню. Ещё и чужими руками.

— Тогда до завтра, — произнёс я.

— Бывайте, педики, — бросил им Фурукава.

— Чё ты сказал⁈ — в ту же секунду вскинулся Араки Ясухиро. — А⁈ Чё ты сказал щас? Ты себя кем возомнил, а?

— Чё слышал, урод! — в тон ему ответил Фурукава.

Араки толкнул его в грудь, Фурукава ответил тем же, они сцепились друг с другом, до ударов дело пока не дошло, но всё катилось именно к этому. Другие чинпира тоже подскочили, но не вмешивались в драку, предоставив всё Араки-куну.

— Прекратили, оба, — прорычал я. — Сатоши!

Фурукава стряхнул с себя руки и оттолкнул Араки-куна назад, готовый, впрочем, в любой момент снова начать драку. Араки, гневно раздувая ноздри и сжимая кулаки, стоял напротив. Он меня побаивался, и только поэтому ещё не кинулся на противника.

— Извинись, — потребовал я. — Фурукава Сатоши!

Тот играл желваками, глядя на своих бывших дружков. Всего пару секунд, не больше. А потом склонил голову.

— Приношу свои извинения, — произнёс он.

— Извинения за что? — спросил я.

— За то, что назвал педиками, — сдавленно произнёс он, уже не так уверенно.

— Мы — деловые партнёры, Фурукава-кун, деловых партнёров не называют педиками, ты понял? — сказал я.

— Понял, — ответил он.

Я посмотрел на троицу чинпира. Араки всё ещё жаждал драки, а вот двое других — точно нет, хотя они и оскорбление стерпели бы.

— Прибереги силы для китаёз, Араки-кун, жду завтра на станции, — сказал я. — Уходим, Сатоши.

Араки ничего не ответил. Мы развернулись и пошли прочь. Фурукава брёл рядом, хмурый и молчаливый, я закурил ещё одну сигарету на ходу. Как только мы отошли подальше, я пихнул его локтем в бок.

— Педики, да? Вот так ты к друзьям? — насмешливо спросил я.

— А чё они? Раньше нормально всё было, — буркнул Фурукава.

— Раньше ты был одним из них, — заметил я. — А теперь — нет.

— С чего бы? Я тот же самый остался, — возразил он.

— Разве? Ты гокудо. Миллионер. Плейбой, — усмехнулся я. — А они как были гопотой, так и остались. Посмотри на себя. Они-то видят различия. Они завидуют.

— Да было бы чему… — пробормотал он.

— Для них, значит, есть чему завидовать, — сказал я.

Фурукава, кажется, крепко задумался. Он выпал из своего круга общения, сам того не осознавая, перешёл в новый, внутри пока оставаясь тем же чинпира, что и был. Свой среди чужих, чужой среди своих.

— Определись уже, кто ты теперь, — сказал я. — Якудза или чинпира. Совмещать не получится. И веди себя соответственно.

Собственно, из этого и вытекали все его проблемы. Фурукава просто продолжал себя вести так, будто он общается с гопотой или им подобными, как и раньше. Воспринимай он себя чуточку солиднее, в качестве якудза, этих проблем не было бы. Ему бы и в голову не пришло попрощаться с бывшими дружками таким образом.

— Я понял, — выдавил он.

— Вот и хорошо, что понял, — сказал я. — Если бы не понял, пришлось бы объяснять. И тебе бы это не понравилось.

Он покосился на меня, чуть настороженно, словно ожидая от меня оплеухи, но я решил в этот раз обойтись без физических внушений. Должно получиться и без них. Свой педагогический эффект у лещей, безусловно, есть, но нельзя постоянно полагаться только на них.

Теперь нужно было подумать, чем заняться сегодня, и мы пошли обратно в лапшичную. В Кабуки-тё лучше лишний раз не показываться, с чинпира вопрос уже порешали, хотя день только начинался.

Посидели немного у Масахиро, поболтали с ним, попили чаю, потом прошлись по району, обозначая своё присутствие. Для сбора наличности время ещё не пришло, но иногда надо напоминать о себе, чтобы не забывали, кому здесь что принадлежит, и мы торговали лицом, напустив на себя грозный вид и прохаживаясь по здешним злачным местам.

Вид знакомой неприметной двери в клуб маджонга заставил меня вспомнить о данном дяде Юдзиро обещании.

— Поехали в Адати. Хотя нет, — сказал я. — Будь здесь, на районе, а я сгоняю до офиса. Кое-какие дела.

— Ладно, буду в лапшичной, — сказал Фурукава.

Мы разошлись в разные стороны, я поехал на поезде в Адати, мой первый заместитель отправился назад в лапшевню, чтобы можно было его быстро вызвонить в случае необходимости.

До офиса «Одзава Консалтинг» я добрался без приключений, привычным маршрутом, по которому ездил уже много раз. Даже немного почувствовал себя саларименом, который изо дня в день ездит на работу по одному и тому же маршруту в компании совершенно незнакомых людей, каждого из которых он уже знает в лицо.

В офисе был только Ода. Он снова болтал с кем-то по телефону, и просто кивнул в ответ на моё приветствие, так что мне пришлось ждать, пока он освободится. Успел как раз выпить чашку чая.

— Что у тебя, Кимура? — спросил босс после того, как повесил трубку.

Я рассказал ему о том, как мы договорились с исполнителями на завтра, он слушал и задумчиво кивал. Денег на оплату услуг не предложил, но я особо и не рассчитывал. Моя инициатива, мне и расплачиваться. Одзава-кай тоже будет отправлять наёмников для того же самого, только цель будет немного другая, не китайцы.

— Ещё вопрос. По клубу маджонга, — сказал я.

— А что с ним? — нахмурился Ода-сан. — Отмыли, починили, работает. Или нет?

— Кто там работает? У меня есть на примете отличный специалист по маджонгу, шулерские приёмы знает, — сказал я.

Ода чуть подался вперёд, показывая свою заинтересованность.

— Ироха Юдзиро-сан, — произнёс я.

Босс рассмеялся, откинувшись назад в кресле. Я старался, наоборот, оставаться предельно серьёзным, поэтому замолчал, поджал губы и ждал, пока он закончит.

— Чтобы он проиграл всю кассу, фишки и здание? — продолжая посмеиваться, спросил Ода.

— Почему сразу проиграл… — проговорил я.

— Сильно сомневаюсь, что он потянет, — сказал Ода. — Это, конечно, хорошо, что ты за своих стоишь, но я в нём не уверен.

— Можно хотя бы дать ему шанс, — сказал я.

— Шанс, говоришь? — усмехнулся дайко. — Ладно, можно попробовать. В воскресенье пусть приходит, лично проверю его навыки.

Я встал и поклонился боссу.

— Спасибо, дайко, — произнёс я.

— Пока не за что благодарить, — отмахнулся Ода, тоже поднимаясь со своего места. — Это всё или ты ещё что-то хотел?

Его вопрос заставил меня немного призадуматься.

— Мне пора ехать, — пояснил он, не дождавшись от меня ответа.

— Что по завтрашним делам? — спросил я. — На месте встречаемся?

— Да, — коротко ответил босс.

— Мы будем там, — кивнул я.

Ода молча кивнул и мы вместе вышли из офиса, который он закрыл на ключ.

— Подвезти? — предложил он, когда мы вышли к парковке.

— Нет, пройдусь, — отказался я.

— Как хочешь. До завтра, — сказал он.

Босс забрался в «Мерседес», я неторопливо пошёл в сторону своей квартирки, удивляясь внезапному безделью. Делать пока было реально нечего, придётся сделать себе выходной, и это меня немного шокировало. Я отвык отдыхать и расслабляться, даже несмотря на то, что нигде не работал в привычном понимании.

Даже сейчас, шагая домой, я думал о делах. У меня был небольшой капитал, чуточку полезных связей, как раз пора бы заняться не просто беготнёй по улицам и мордобоем, а тем, что будет приносить реальную прибыль. Деньги должны работать, тем более, что финансовый кризис может превратить их в фантики, а вот недвижимость или зарубежные акции в фантики не превратятся.

Вот только постоянная занятость по делам организации мешала мне сосредоточиться на том, что действительно важно.

И можно было бы эти несколько свободных часов потратить на дело, но этого слишком мало, чтобы получить хоть какой-то результат. В итоге ни туда и ни сюда. Решил взять день отдыха, позвонил из таксофона в лапшичную, чтобы отпустить Фурукаву домой, заглянул в комбини за пивом и чипсами, а потом закрылся дома и смотрел дурацкие передачи по телику. Зато неплохо выспался, и следующим утром уже с новыми силами отправился в Кита-Сэндзю.

На место действия предполагалось ехать именно оттуда, во всяком случае, нам. Так что к двум часам дня я подъехал на станцию и принялся ходить по перрону, ожидая прибытия моей гвардии. Пока доберёмся в Кабуки-тё, пока всё сделаем, как раз наступит вечер, а там уже меня ждёт свидание с улыбчивой и податливой Реной-тян. Если всё пойдёт по плану.

Я самую малость нервничал, прохаживаясь по пустому перрону взад-вперёд и поглядывая на часы. Чинпира опаздывали. Фурукава Сатоши тоже.

На всякий случай я вышел проверить, не ждут ли они меня на улице у входа. Так и оказалось.

— Опаздываешь, — вместо приветствия сказал Фурукава.

Вместе с ним отирались ещё пятеро, и мне вдруг вспомнилось, как я подрался с ними всеми здесь, у станции. Теперь они в драку не лезли, уважительно поздоровались.

— Это вы опаздываете, — раздражённо заявил я. — Мы условились встретиться на станции, а не возле неё.

Ответа у них не нашлось.

— Идём, — приказал я.

Дружной толпой вернулись к поездам. Из пятёрки чинпира я не знал только одного, но он и не подумал представиться, когда мы здоровались, так что я даже не стал спрашивать его имени. Ладно хоть за проезд каждый расплатился сам, в какой-то момент у меня возникло ощущение, будто они рассчитывают на то, чтобы это сделал я.

Сели на поезд, все остальные пассажиры поспешили перейти в другие вагоны, подальше от неприятного соседства. Шумная компашка чинпира и мне не слишком-то нравилась. Фурукава Сатоши тоже держался с ними холодно, отстранённо, как будто бы внял моему совету и решил наконец для себя, кто он теперь и с кем.

— Эй, Кимура! А деньги у тебя с собой? — развязно обратился ко мне Араки-кун.

Я в недоумении поднял бровь и посмотрел на Фурукаву, тот, мигом считав ситуацию, наградил дерзкого чинпира подзатыльником.

— Помни, с кем говоришь! — рыкнул Фурукава-кун, и я кивнул, глядя, как преображаются гопники.

— Деньги вас будут ждать после выполнения задачи, не раньше, — сказал я.

Все пятеро сразу же поникли. Надо бы подбодрить.

— Молодые люди! Мы, японские, друг друга не обманываем! — заявил я. — Делов на десять минут, это я вам говорю точно, как есть!

Меня перебило автоматическое объявление о том, что поезд прибывает на станцию Отэмати. В вагон вошли несколько катаги, но, завидев нас, поспешили убраться в соседние вагоны.

Как только поезд тронулся и мы снова остались в вагоне одни, я продолжил.

— Приезжаем, ищем китайцев, их там немного, — сказал я. — Устраиваете махач, без лишних соплей, базарить там не о чем. Втаптываете их, сколько будет там, если подмога к ним придёт, уходите. Главное, вот это на месте оставьте.

Я протянул записку Араки-куну. Тот взял её осторожно, словно я выдал ему конверт со спорами сибирской язвы, развернул, прочитал, едва ли не по слогам.

— Окамото Коджи… Это кто вообще? — спросил он.

— А это вас волновать не должно, — сказал я. — Записку оставишь рядом с кем-нибудь из китайцев.

Араки-кун и остальные чинпира понятия не имеют о Санакагава-гуми. А вот китайцы в Кабуки-тё наверняка знают это имя. Да и бланк видеопроката, на котором написаны имя и номер, должен навести их на след «Турбо-VHS», а дальше уже дело техники.

— Ладно, оставим, — пожал плечами Араки.

— Это и есть главная цель, — произнёс я, стараясь вколотить эту мысль в деревянные головы чинпира. — На китайцев в целом насрать. Разбейте пару бошек, и хватит с них.

— И за это ты платишь полмиллиона? — не удержался от вопроса Йоичи.

— Если есть возражения и ты не знаешь, куда столько денег потратить, могу заплатить меньше, — сказал я, и все чинпира подобострастно заржали.

— Не-не-не! — замахал руками Йоичи.

На станции Коккай пересели на другую ветку, поехали дальше. В целом дорога от Кита-Сэндзю до Кабуки-тё занимала около сорока минут, и в эти сорок минут я узнал об уличной жизни района больше, чем за всё время жизни в нём, хотя чинпира просто общались между собой, перемывая кости знакомым.

На станции Сэйбу-Синдзюку мы вышли и направились в сторону китайского квартальчика внутри Кабуки-тё, по пути я заметил нескольких человек в чёрных костюмах, а среди них — Оду и Такую. Сделал вид, будто мы незнакомы, они поступили точно так же, и мы разошлись по разным улочкам. Не знаю, куда направились они, а мы пошли к китайскому ресторанчику, где подавали пельмени-гёдза.

Мы с Фурукавой остались чуть в стороне, как генерал и адъютант на холме, с которого открывается вид на поле битвы, а вот чинпира, накручивая себя перед дракой, помчались к пельменной. Кто-то из них метнул в витрину осколок кирпича, стекло с громким звоном брызнуло во все стороны, возвещая о начале побоища. Резня в Кабуки-тё началась.