Якудза из клана Кимура-кай, том 3

Глава 6

Покой нам только снится. И этой ночью вместо сна мы торчали в офисе, выясняя всю имеющуюся информацию по этому Сакакибаре из Осаки. Заказали пиццу, заехали в комбини за пивом и устроили мозговой штурм.

Такие люди, как Сакакибара-сан, без охраны дальше уборной не передвигаются, и это здорово осложняло дело. Мы поднимали всю информацию, какая у нас имелась по делам с Санакагава-гуми и Осакой вообще, но непосредственно у Одзава-кай контактов с ними было немного, а заниматься расспросами — значит привлечь к себе внимание.

Но из того, что нам удалось раскопать, Санакагава-гуми занимались игорным бизнесом. Примерно тем же, чем занимались мы, но в гораздо больших масштабах, и только поэтому у нас имелись контакты с ними. Точки пересечения интересов, если можно так выразиться.

— Неохота в Осаку ехать… — произнёс Такуя, хватая из коробки кусок пиццы.

Ода-сан, послюнявив пальцы, быстро листал документы в картотеке.

— Ну а чего, город посмотришь… — пробормотал босс. — Красивый город, между прочим.

— Ага, нас там просто замочат как чужаков, — проворчал Такуя-кун. — Как только рот откроем.

— А я бы съездил, интересно же, — сказал я, открывая новую банку светлого пива. — Рабочая командировка, ха-ха.

— Может, и не придётся, — сказал Ода. — Он часто бывает в Токио, если верить написанному.

— Почему вообще мы? — спросил Такуя. — У Ямады-сана что, своих исполнителей нет?

— Есть, как не быть, — сказал Ода. — Может, опасается утечки среди своих, а может, разглядел среди нас новый талант…

Такуя фыркнул и набил рот пиццей.

— Или поручил тем, кого не жалко, — мрачно усмехнулся я.

— Или так… — кивнул дайко. — Но если сделаем дело, кумитё в долгу не останется.

Наивным Оду Кентаро было сложно назвать, так что я склонен был поверить, что так оно и будет. Всё-таки слово «честь» для них не пустой звук. И раз уж он поручил нам столь ответственное задание, награда за его выполнение будет соразмерной, в этом и сомневаться нечего. Как минимум, можно будет рассчитывать на его помощь в проблемах с законом.

— А что он имел в виду… Про предупреждение? — спросил Такуя-кун.

— Чтобы враги сделали нужные выводы, — вместо босса ответил я. — Взорвать можно в тачке, такое громче некуда.

— Ты и во взрывчатке разбираешься? — хмыкнул Ода. — Боевики смотрел?

— Ну, типа…

— Кто ты, нахрен, такой? Агент ЦРУ? КГБ? Моссада? — рыкнул он, и я увидел, что он спрашивает на полном серьёзе.

И если ответ ему не понравится, я рискую из этого офиса не выйти.

— Никакой я не агент, — ответил я. — Пока все мальчишки бейсболом и мангой увлекались, я увлекался оружием, вот и всё.

Ложь, но правдоподобная. Ода недоверчиво на меня зыркнул, но развивать тему не стал. Я, конечно, показал множество талантов, совсем не свойственных вчерашнему школьнику, но не настолько, чтобы принять меня за разведчика-профессионала. Профи не попался бы в бане с голым задом и не допустил бы такого провала с Хонгиё-саном.

— Взрывчаткой красиво было бы, но где ж её достанешь, — фыркнул Такуя. — Мы в Токио, а не в Багдаде.

— Ямада-сан сказал же, что предоставит всё необходимое, — пожал я плечами.

— В пределах разумного, — осадил меня босс.

Мне оставалось только развести руками. Лично я не видел ничего сверхъестественного в организации взрыва. Сколько их гремело в Москве и Питере — и не сосчитать. Сам я ничем подобным не занимался, не довелось как-то, но кое-какое представление о минно-взрывном деле имел ещё со времён службы в армии.

— Способы определим потом, когда выясним, как до этого ублюдка вообще можно добраться, — сказал Ода.

Я выпил ещё пива и широко зевнул. Не спать уже вторую ночь подряд для меня хоть и не в новинку, но всё равно тяжеловато.

В папке, которую предоставил нам Ямада, никакой конкретики не было. Краткая справка по цели и его организации, дочерним организациям Санакагава-гуми, адреса штаб-квартир и офисов, находящиеся в открытом доступе. Как по мне, слишком мало для того, чтобы рассчитывать на успех. Либо он сильно переоценивает наши способности.

Либо кумитё, наоборот, рассчитывает на то, что мы не справимся.

Такие люди, как он, умеют из любого исхода извлекать выгоду, и я не сомневался, что Ямада-сан имеет с десяток различных планов на случай нашего успеха или на случай провала.

— А объекты в Токио у него есть? Казино или типа того, — спросил я, подавив очередной зевок.

— Есть. Но это будет выглядеть, как наша попытка отобрать кусок бизнеса, и смерть Сакакибары сразу выведет на нас и полицию, и его наследников, — хмуро ответил Ода.

Последствия придётся разгребать нам, пусть даже всю выгоду от этого получит Ямада-сан. Он, конечно, поможет, но толку будет мало, если количество проблем от этого убийства превысит количество открывшихся возможностей.

— Где у него бизнес? В Токио, я имею в виду, — спросил я.

— Синдзюку, в основном. Кое-что в Сибуе, — после краткой сверки с папкой Ямады ответил босс.

Не удивлюсь, если речь идёт об одном конкретном районе Синдзюку. Скорее всего, так оно и есть, если Санакагава-гуми занимается увеселениями и азартными играми, то все их заведения находятся в Кабуки-тё. Больше негде. Удивительная возможность совместить приятное с полезным, так сказать.

— Сгоняю завтра в Синдзюку, — сказал я. — Разведаю, что к чему.

— Ладно… Такуя с тобой, — сказал Ода.

— Да, дайко, — жуя пиццу, отозвался тот.

— Фурукаву тоже возьму, — добавил я. — А то в Кабуки-тё мне бывают не рады.

— Уже и там врагов завёл? — фыркнул босс.

— Чем выше лезешь, тем больше врагов, — пожал я плечами. — Макита-гуми решили, что они там самые борзые.

— Так и думал, — проворчал Ода. — Но лучше бы там не отсвечивать, если мы хотим разделаться с Сакакибарой в Кабуки-тё.

— Я планировал залезть в тамошний бизнес, — сказал я.

Ода грузно встал из-за стола и взял себе сразу два куска пиццы. Вместо пива он налил себе чаю, чтобы быть трезвым, вообще и на случай, если нам вдруг придётся куда-то ехать.

— Если так, то это, наверное, можно использовать, — сказал он. — Думаешь, сумеешь удержаться в Кабуки-тё? Это тебе не окраины. Там грызутся насмерть за каждый пятачок.

— Значит, рыбы в заливе отлично пообедают, — сказал я.

Ода мрачно усмехнулся.

— Смотри, как бы тобой не пообедали, — сказал он.

— Да я невкусный, — отмахнулся я, и мы все засмеялись, но некоторый осадочек всё же остался.

Дайко был прав, столь лакомый кусочек интересует очень многих, и драться за него будут изо всех сил. Вот только методы у них старые и меня ничуть не пугали. Пуганые мы.

Я зевнул, допил пиво, по обыкновению поставил пустую банку на пол, под столик, развалился на диванчике поудобнее. Дико хотелось спать, а если не спать, то пусть лучше это будет компания Рены-тян, а не двух якудза, но выбора мне сегодня никто не предоставил.

— А если всё-таки в Осаку ехать придётся? — спросил Такуя-кун, которому не давала покоя возможная поездка в третий по населению город Японии. — У нас там есть какие-нибудь связи?

— Есть, конечно, — ответил Ода. — Союзных кланов полно. Некоторые, кажется, даже входят в Санакагава-гуми.

— Некрасиво будет к ним обращаться, чтобы завалить их босса, — вставил я.

— Определённо, — согласился дайко.

— Блин, лучше бы в Токио всё провернуть, — протянул Такуя.

— Ладно… Хватит ныть. Завтра идёте в Кабуки-тё, попробуйте аккуратно вызнать там про Сакакибару, — распорядился Ода-сан. — Я свяжусь с Ямадой-саном, попробую узнать ещё хоть что-нибудь. В целом постараюсь расспросить некоторых знакомых, в Осаку позвоню… Желательно да, провернуть всё здесь, на месте. Я тоже командировки не жалую.

— Да, дайко, — вздохнули мы.

Энтузиазм весь давно кончился, убийство Сакакибары Дзюнпея мы воспринимали скорее как неприятную обязанность. Очередное дело, которое должно быть сделано, ещё одна грязная работа, свалившаяся на наши головы.

Я взглянул на часы, без пятнадцати четыре. Пожалуй, можно домой и не ходить, подремать здесь, прямо в офисе. Тут, в Японии, многие так делали. Потом, правда, умирали прямо на рабочем месте от перенапряжения, но мне такая смерть точно не грозит. Я немного поёрзал на диване, прикрыл глаза, а когда открыл — прошло уже пять с половиной часов.

На диване напротив дремал Такуя-кун, чуть похрапывая во сне, Ода куда-то исчез. Я растёр глаза кулаками, широко зевнул, сходил до тесной уборной на этаже. Ни в какое Кабуки-тё ехать не хотелось, я бы с гораздо большим удовольствием завалился спать дома.

Нагло забрал из коробки последний кусок пиццы, уже холодной и подсохшей, запил пивом. Завтрак чемпиона, блин. Это взбодрило, но не слишком сильно. Немного пошатался по офису, но вскоре мне надоело ждать, пока Накано Такуя проснётся, и я пнул его по ноге.

— Вставай, нас ждут великие дела! — гаркнул я.

Такуя подскочил, как ошпаренный, заозирался по сторонам.

— А⁈ Что? Кадзуки, ты чего⁈ — всполошился он.

— Ничего, будильник прозвенел, — сказал я.

— Какой ещё будильник? Ты охренел⁈ — прорычал он.

— Поехали, у нас нет времени валяться, — заявил я.

Он начал подниматься, с явной неохотой, и я его прекрасно понимал, но мы ограничены во времени, и надо действовать быстро, значит, нам некогда разлёживаться и долго собираться.

— Ща, ща… — пробормотал он.

Такуя тоже посетил уборную, вернулся, с явной досадой посмотрел на пустую коробку из-под пиццы, потряс пустыми пивными банками в поисках хоть каких-нибудь остатков. Ничего.

— Давай хоть в комбини заскочим, — предложил он.

Возражений не нашлось, я и сам хотел предложить что-нибудь в этом духе, так что мы спустились вниз и пошли до ближайшего магазинчика.

— А где босс? — спросил аники.

— Без понятия, — признался я. — Видимо, решил ночевать дома.

В магазинчике взяли по несколько онигири и газировку, пожрали, сидя на лавочке около парка.

— Влетели мы с этим Сасакигавой, — заявил мне Такуя. — В самый жир. Из-за тебя всё.

Я покосился на него, но никакой злобы или других эмоций в его голосе не было, только констатация факта. С этим трудно было спорить.

— Ну и что, справимся, — сказал я.

— Всем бы твою уверенность, — пробормотал он.

В ответ я только пожал плечами. Нельзя заранее настраивать себя на провал, даже если противостоять нам будет организация числом в полторы тысячи бойцов, а нас всего трое. Четверо, если считать Фурукаву. Как по мне, соотношение что надо.

Сатоши Фурукаве я позвонил из телефона-автомата, целый ряд которых находился на станции. Мой первый заместитель сонным голосом пообещал, что приедет в Кабуки-тё в самое ближайшее время, и мы договорились встретиться там, на станции Сэйбу-Синдзюку. Иногда отсутствие мобильных телефонов здорово осложняло дела.

А затем и сами сели на поезд. Основной поток пассажиров уже закончился, час-пик миновал, и нам даже достались сидячие места, хотя народа в вагонах всё равно было много. Мерное постукивание колёс навевало какую-то необъяснимую тоску, я глядел на людей в поезде, на катаги, понимая, что я не смогу вернуться к обычной жизни, даже если очень захочу. Слишком уж глубоко затянула меня эта опасная трясина жизни якудза.

На станции Сэйбу-Синдзюку мы вышли вместе с небольшой группой европейских туристов с фотоаппаратами на шеях. Фурукавы нигде не было видно, так что мы отошли в сторонку и принялись ждать его прибытия. Соваться вдвоём в Кабуки-тё после того, что было, идея так себе. Особенно если не держаться центральных улиц (на глазах у туристов нам никто ничего не сделает), а немного углубиться в эти бетонные джунгли.

Вскоре явился Сатоши Фурукава, приехал на одном из проходящих поездов. В своём спортивном костюме он выглядел рядом с нами третьим лишним, но я всё равно предпочёл бы, чтобы он пошёл с нами. Неизвестно ещё, чем закончится этот поход по местным злачным местам. Мы не туристы, которых можно только разводить и облапошивать, мы местные, якудза, и те же Макита-гуми могут запросто захотеть реванша.

— Опаздываешь, — вместо приветствия сказал я.

— Ты меня разбудил, — проворчал Фурукава. — Надеюсь, дело серьёзное и оно того стоит.

— Серьёзнее некуда, — вместо меня сказал Такуя. — Идём.

В середине дня огни и вывески Кабуки-тё казались уже не столь яркими и манящими, хотя зазывалы с улиц никуда не делись, точно как и многочисленные туристы. Мы шли одной шеренгой, заставляя прохожих расступаться и прижиматься к стенам, чем невольно привлекали внимание вышибал, охраны и прочих местных «силовиков», которые немедленно доложат о нашем появлении куда следует.

Это не совсем вяжется с необходимостью вызнать всё аккуратно, но и шарахаться по теням и закоулкам — совсем не наш стиль. Реноме тоже надо поддерживать, и мы вели себя грубо и развязно, вышагивая по узким улочкам так, словно были здесь хозяевами.

Пока настоящие хозяева не явились, можно строить из себя крутых парней. Сколько я таких крутых повидал — не пересчитать, и обычно при появлении настоящих хозяев подобные ребята немедленно поджимают хвост и тихонечко ретируются. Но это не наш случай.

Теперь нужно выяснить, что здесь принадлежит Санакагава-гуми и её дочерним организациям. И подойти спросить у кого-то не получится, и на вывеске прочитать тоже.

— Аники, у тебя знакомые тут есть? — спросил я.

Фурукаву можно и не спрашивать, вероятность такого исчезающе мала.

— Наверное, хрен его знает, — сказал Такуя. — Тут же народа… Тысячи людей.

— Найти бы какого-нибудь проводника из местных, — сказал я. — Со стороны смотреть это одно, а вот где здесь чьё…

Тут были и гиды, и зазывалы, но это всё для туристов, а не для нас. Простой местный гид знает максимум название семьи, которой платит его начальство, а это значительно меньше, чем мне хотелось бы знать.

— Кого вообще ищем? — спросил Фурукава.

— Санакагава-гуми, — кратко и без подробностей ответил я.

Чем меньше он знает о предстоящем убийстве и заказе вообще, тем крепче будет спать. И в случае провала сумеет отмазаться. Так что такая секретность ему только на пользу.

— Я бы, пожалуй, искал здесь выходцев из Осаки, — задумчиво протянул Такуя. — Знаешь, тут есть кабаки, в которых можно выпить с земляками из любой префектуры, ну, для туристов. Или почти из любой.

— Для иностранцев такое, наверное, тоже есть? — предположил Фурукава.

— Вряд ли тут можно выпить с русским, — пробормотал я. — Например. Сплошь китайцы и корейцы.

— Вот этого не знаю, — сказал Такуя. — Но осакские тут наверняка есть.

Было бы даже странно, если бы их не было. Как только их узнать среди остальных кабаков, лав-отелей, массажных салонов и баров — загадка. Во всяком случае, для меня.

— О, вот тут глянуть надо, спросить, — Такуя показал пальцем на одну из вывесок.

Это было что-то среднее между рестораном и клубом, и на вывеске красовалась кукольная морда бунраку, традиционного японского кукольного театра. Как раз-таки, в основном, осакская тема, в других городах этот театр был не так популярен.

И мы свернули к этому ресторану, но не успели подойти к крыльцу, как были остановлены молодцеватым крашеным пареньком в голубом пиджаке.

— Вход только по приглашениям, — сказал он с хорошо читаемым кансайским акцентом.

Значит, точно из Осаки.

— А если мы приглашены? — рыкнул Такуя.

— Я бы об этом знал, — заявил парень.

Пожалуй, в этом есть некоторый смысл.

— И как эти приглашения получить? — хмыкнул я. — Нам надо пообщаться с твоим начальством.

— Не имею ни малейшего представления, — надменно фыркнул крашеный и дёрнул головой, мол, разговор окончен.

Довольно смелая линия поведения, учитывая, что напротив него стоит троица якудза, значит, за ним явно стоит кто-то большой и сильный.

Но Сатоши Фурукава этого, кажется, не понял.

— Мы не закончили! Говори, мать твою! — прорычал он, хватая крашеного за лацканы пиджака.

Мы не успели его осадить и поставить на место. Крашеный попытался сбить его руку, но не сумел, только схватил за запястье.

— Вы не знаете, с кем связались! — зашипел он.

А я уже видел, как из ресторана к нему на помощь спешит подмога.