Зона некомфорта

-25-

Габриэль

Раскрыв ресницы, я сладко потянулась, наслаждаясь приятной негой, разливающейся по телу. Планы были грандиозными, а настроение прекрасным, но ровно до того момента, как я обнаружила, что моего маньяка нет в постели. И мне это не понравилось. Сбежал. От меня. Утром! И я подумала, что это такая месть за мои побеги в Риме, но внизу раздавались тихие голоса и приглушенные смешки.

Откинув одеяло, и быстро облачившись в халат, я беззвучно выскользнула из комнаты, спускаясь на звук. Но не успела дойти и до середины лестницы, как хорошее настроение полетело ко всем чертям. Потому что то, что предстало перед глазами, привело в бешенство. Мой маньяк обнимал мою подругу, и вместе с ней что-то готовил на моей кухне!

Ладно. Кухня, как и дом, принадлежала джиннии. Но это не меняло факта: Витторио готовил с Джун! Готовил! С другой! С моей единственной подругой, да еще при этом улыбался! Всего лишь уголками губ, но… Я была в бешенстве и не знала, что именно меня бесило больше всего. Что Джун с ним миленько болтала, что маньяк ее обнимал, или что они оба пересекли все границы и зашли на мою территорию. На кухню! Еще и готовят! И это после того, что на своей вилле Витто вообще не проявлял никакого интереса к кулинарии. Хотя, это видимо только к моей. Да и Джун тоже хороша! С роду ничего кроме бутербродов приготовить нормально не могла, а тут на тебе! Не ожидала я от нее такого.

Обидно было до слез, но я их старательно сдерживала. Кто бы мог подумать, что такое произойдет. Маньяк, Джун и кухня. Просто готовили они. Лучше бы уж переспали и не вмешивались в то, что всегда было только моей обязанностью! Да они же опорочили все, что было свято!

Наблюдала я за ними молча, пока не поняла, что же за блюдо они готовят, и хоть фриттату сложно испортить в принципе, но каким-то неведомым образом Джун с этой непосильной задачей справлялась на ура. И нервы сдали. Я могла бы остаться без подруги и без парня. Возможно, даже когда-нибудь их понять, простить и отпустить, даже не покалечив, но без завтрака оставаться я точно не собиралась. И начав готовить вторую порцию, я все-таки не удержалась от того, чтобы дать несколько советов, пока совсем все не пропало.

Только меня не так поняли, а оправдаться я не успела, потому что впала в легкий ступор, ибо моя подруга что-то там вякнула про кровососа. И меня же безумной называют. Да Джун явно самой пора к специалисту, причем не к психологу, а к психиатру. Но как будто мало было мне второго удара шоковой терапии только за первый час этого распрекрасного утра, как сразу же после этого выяснилось, что жизнь маньяка в Кентербери гораздо насыщеннее жизни в Риме. И с Джун он готовил, и с Алессандро Мореном познакомиться когда-то успел. Впрочем, мне уже было без разницы.

За всеми этими разговорами, случилось то, что всегда случается стоит Джун помыслить о приготовлении еды. Ее фриттата безбожно подгорала, и я скорее рефлекторно схватилась за раскаленную ручку чугунной сковородки, в попытке спасти еду и перевернуть этот непонятный омлет. Вот только даже он надо мной издевался, намертво прилипнув к сковороде, на которой никогда и ничего не прилипало.

- Вашу ж мать! Просила же сделать огонь тише! – наконец, отбросила я сковородку на стол, не выдержав жара от рукоятки. Ладонь буквально горела, а слезы все-таки выступили на ресницы. – Вон с моей кухни!

И если Джун поступила как умная, смывшись подальше от боевых действий, и наблюдала, прикинувшись фикусом в углу, то маньяк словно назло действовал от противного и подошел почти вплотную.

- Покажи руку. – В своей типичной манере не то приказал, не то попросил Витто.

- Ничего страшного, само отвалится. – Прорычала я, раздумывая больше над тем, что делать в первую очередь. Спасти один омлет или забить и все внимание уделить второму.

- Габриэль, перестань упрямиться и покажи мне чертову руку… пожалуйста.

От этого его приказного тона, захотелось врезать маньяку все той же сковородкой по башке, но его спас единственный выученный за годы общения со мной русский возглас «ой, бля» от запустившего пальцы в волосы психолога. Я не удержалась, и стрельнула злющим взглядом по Джун, а не по тому, кто был во всем виноват. Витто же увидел в этом возможность и сам обхватил рукой мое запястье, а потом и вовсе попытался разжать сжатые в кулак пальцы. И ведь разжал.

- Где здесь мазь? – выдохнул он с некоторой долей осуждения.

И ведь Витто даже не успел закончить, как Джун уже сбегала за аптечкой, отдала ему и снова отошла к столу. А он… Он даже дернуться мне не дал или как-то отказаться от помощи и сам осторожно обработал ожог. С одной стороны, я все еще злилась, с другой, мне была приятна эта забота.

- Спасибо. – Тихо буркнула я, поджав губы. – А теперь пошел вон с кухни.

- Меня, конечно, невероятно бесит тот факт, что ты пытаешься приказывать, но нет. Даже не надейся. Я не сдвинусь с места, пока мы не разберемся в проблеме.

- А никакой проблемы нет. – Отмахнулась я, возвращаясь к любимому занятию. Причем это была любовь не трепать нервы окружающим, а любовь успокаивать свои посредством готовки. – Я в состоянии приготовить завтрак одной рукой.

- Ты поняла, о чем я.

Я даже на мгновение растерялась. Потому что единственной моей проблемой были голодающие. Причем не где-нибудь в Африке, а на этой самой кухне. И если первым я помочь не могла, то вторым вполне. Лишь бы мешать перестали.

- Твоя ревность, безусловно, льстит мне, но должны же быть хоть какие-то границы. – Мягко произнес мужчина, и только я хотела возмутиться, как Витто уже так привычно прижал к себе. И я почти растаяла от этого прикосновения, только маньяк на этом не остановился, шепча на ухо: – Кошечка, неужели ты сомневаешься в моей честности? Да, согласен, со стороны могло показаться иначе, но ничего, кроме желания помочь, я не испытывал. Никакого сексуального подтекста. – Уверил меня маньяк, поглаживая по спине. – И я не хотел грубить тогда на вилле. У тебя замечательный получился обед. Правда.

Ох, зря я ему рассказала, как мне приятны эти поглаживания. Потому что злиться я больше не могла. Если только совсем чуть-чуть. И не на него. Но и показывать своего поражения не собиралась, прямо посмотрев в глаза и сохраняя спокойствие. Да и вообще, в данной ситуации лучше было промолчать. Одно но. Уже даже я хотела поесть. И, похоже, выход у меня был только один, чтобы избавиться от всех посторонних.

Протянув руку к турке со свежезаваренным кофе, я сняла ее с плиты и от души улыбнулась маньяку.

- Витто, ты же помнишь, что случилось, когда ты в первый раз меня оскорбил? – мужчина покосился на утварь и вполне уверенно кивнул, что дало мне возможность продолжить самым ласковым голосочком: – хочешь за это извиниться, сделай милость, отойди и не мешай. Потому что это моя кухня, хоть некоторые и утверждают обратное.

- Кх-кхм, лучше не спорь. – Закашлялся психолог.

Пара мгновений было потрачено на то, чтобы ухмыляющийся маньяк переглянулся с Джун, потом со мной, а потом опять с джиннией, и, видимо осознав, что с сумасшедшими спорить чревато, тихо хмыкнул. А я наконец-то осталась наедине со своей стихией.

И поскольку я не совсем уж изверг, этой чудесной парочке закадычных друзей досталось по еще одной порции кофеина. А пока они тихо о чем-то беседовали, я забылась в приготовлении проклятой фриттаты, попутно спасая то, что осталось от их варианта и нашинковав простенький салат из томатов и огурцов. Просто и со вкусом. Причем для этого наглого любителя здоровой пищи со вкусом обычного, подсолнечного масла. Такая маленькая, но приятная месть. И пусть только попробует скривиться, сразу тарелку на голову одену.

- Приятного аппетита. – Прозвучало несколько ехидно, но мне было откровенно плевать. Нечего поварам настроение по утрам портить.

Нестройным хором прозвучало что-то похожее на благодарность, и я, наконец, села за стол, отпивая свой сладенький кофе со сливками и наблюдая за Витто с Джун.

- Почему не ешь? – с долей беспокойства спросил маньяк. Только непонятно из-за чего именно он беспокоился.

Впрочем, этого я и ждала. Причем с нетерпением.

- А почему ты спрашиваешь? – прищурившись, нараспев протянула я. – Думаешь, тут какой-то подвох?

Джун с тихим вздохом помотала головой, определенно меня осуждая, но ничего не сказала, уплетая завтрак за обе щеки.

- Нет. И мысли такой не было. – Честно и спокойно ответил маньяк. – А теперь приступай к еде.

Страдальческий вздох вырвался из груди. Ну какой он все-таки скучный. А я уже рассчитывала на веселую игру, когда все окружающие будут искать подвох, а его на самом деле нет. Жаль. Очень-очень жаль. И все же этот маньяк на меня дурно влияет. Потому что я все равно могла продолжить издеваться, но сдалась. Мне было достаточно его внимания. Хоть и того, что он готовил с другой, я все равно не прошу. Не сегодня точно.

Оставшийся день можно было назвать вполне себе веселым, хоть мы и не занимались ничем особенным. По крайней мере, я, как всегда, большую часть своего выходного проторчала на кухне. Сначала готовя обед, а потом ужин. Витто старательно помогал, отметив, что с одной здоровой рукой у меня получается уже не так ловко со всем справляться. Но Джун мы от готовки оградили, после моего доходчивого объяснения, что сколько не пытайся, а стоит подруге зайти в кухню, как все летит к чертям. И я с этим уже пять лет ничего поделать не могу. Не ее это. От слова совсем.

- Ты все еще злишься? – то ли спросил, то ли констатировал факт Витторио, когда вечером за нами закрылась дверь спальни на втором этаже, и он снова властно прижал спиной к своей груди, накрыв широкой ладонью живот.

- Тебе правду сказать? Или чтобы ты с этим жить мог?

- Я уже объяснил, ничего такого не было. – Витто коснулся губами виска, ловко развязывая пояс моего халата, причем одной рукой. – Мы просто были голодны.

- А нельзя было разбудить меня?

- Ты так сладко спала. Я не решился будить тебя в выходной из-за такой мелочи.

Мелочи, как же! Да черта с два. Но припомнив отпуск, я действительно отметила факт, что и тогда маньяк не тревожил меня.

Какой он заботливый, оказывается. Такой привлекательный и идеальный. Почти. Вот если бы не его постоянно желание подавить меня и отдавать приказы, ожидая безропотного повиновения, тогда все было еще лучше. Но, я тешила себя мыслью, что при правильном подходе, мы сможем хотя бы достигнуть какого-то компромисса. Потому что даже прирученные кошки все равно остаются своенравными.

И все же Витторио умел выбивать все прочие мысли из головы, кроме тех, что в его руках мне невероятно хорошо. А глядя в его глаза, я тону. Потому что, кажется, влюбилась в Витто по-настоящему.

Каждое прикосновение, каждая ласка заставляли меня замирать, а сердце биться чаще. И не было никакого желания отказываться от них. Только брать все, что предлагал Витторио, взамен отдавая всю себя. Без остатка.

Почти провалившись в сон на плече маньяка, и наслаждаясь тем, как его ладонь блуждала по моей спине, я едва нашла в себе силы подняться с кровати, чтобы перевести будильник на более раннее время и принять душ.

- Куда ты собралась? – Витторио ловко перехватил уставшую меня за талию и вернул, где была. Правда, я все-таки успела схватить мобильник с тумбы.

- В душ, а заодно скорректировать расписание на завтра. – Совершенно не желая спорить с ним сейчас, я перевела будильник на час раньше.

- Утром сходим вместе.

- Тогда мне придется встать еще раньше, чтобы приготовить всем завтрак и собрать на работу. И возможно выпить, потому что завтрашний цирк на трезвую голову вряд ли переживу. А мне днем за руль.

- Надо же какая ты ответственная. – Иронизировал мой маньяк. – И не подумал бы.

- Не сравнивай. Я в отпуске и я на работе, это два разных человека.

- Но сейчас ты не на работе, а значит это тебе не нужно.

Он попробовал выхватить у меня телефон, но я категорически была против и игриво чуть прикусила протянутую руку, сжимая мобильник пальцами обеих рук.

- Кошечка умеет кусаться? – тихо возмутился Витто, сильнее сжимая меня в объятиях, явно что-то задумав.

- А еще царапаться. – Подтвердила я, загоревшись азартом, что же будет дальше.

- О! Поверь, моя спина в курсе. И если с этим я могу смириться, то за укусы буду наказывать.

Слишком свежи были в памяти воспоминания прошлого наказания, хоть и сладкого, и все же как-то мне не хотелось снова быть подвергнутой данным пыткам.

- Ну я же ласково. – Прозвучала нелепая попытка оправдаться.

- Как и я.

И не знаю каким чудом, но все же мне удалось отказать Витто, после чего воспользовавшись секундной заминкой сбежать в ванну. А вернувшись, все равно не удержалась и прильнула к почти заснувшему мужчине всем телом, чтобы через мгновенно накрывающее забытье снова почувствовать, как мягко скользят его пальцы по моим плечам куда-то ниже.

***

То, что мне в принципе не суждено выспаться в этой жизни, давно общеизвестный факт, но от этого просыпаться по утрам было не легче. А уж вставать тем более. И все же, я встала первой, умылась и оделась, после чего разбудила самого лучшего мужчину, о каком могла мечтать. Хотя даже было несколько жаль его тревожить, и я вполне могла понять, почему он не стал делать того же со мной вчера.

- Доброе утро.

- Доброе. – Витторио хмыкнул и кажется вознамерился вернуть меня обратно в такую желанную кроватку, но мне пришлось упереться руками в широкую грудь, на мгновение забыв, зачем я вообще тут нахожусь.

- Душ, одежда, завтрак. – Серьезно скомандовала я, выбираясь из объятий. – У тебя на все про все тридцать семь минут. И всего семнадцать из них на водные процедуры.

- А где обещанный цирк?

- Скоро начнется. А теперь вставай и, пожалуйста, не заставляй меня показывать свою темную сторону.

И больше не говоря ни слова, я отправилась на кухню, надеясь, что Витто не такой, как Джун, и мне не придется будить его по несколько раз. И судя по шуму воды, мои мечты сбывались. Оставалось разбудить начальницу. И пока Витторио свежий и бодрый не появился в кухне, я делала это по привычке, крича на весь дом и слушая невнятное мычание в ответ.

- Присаживайся, – хмыкнула я, заметив, как он приподнял левую бровь, удивляясь моим действиям. – У тебя билет в первый ряд.

Он послушался и сел за стол, причем на указанный мною стул, после чего получил честно заработанный за это кофе и тарелку каши со свежими фруктами. И только Витто прожевал первую ложку, как я очередным криком оповестила Джун, что у нее осталось всего пятнадцать минут, прежде чем я оболью ее кипятком, а потом уеду, потому что мы безбожно опаздываем.

- Почему ты раньше меня не разбудила! – возопила подруга, видимо подскочив с кровати, после чего последовал грохот упавшего стула и отборная брань, и я демонстративно вычеркнула этот пункт из своего блокнота.

- Действительно, почему? – снова повел бровью Витто.

- Потому что это невозможно. – Невозмутимо я сделала глоток кофе, прислушиваясь к происходящему в доме. А точнее к очередному шуму воды и к грохоту случайно роняемых в ванной предметов. – Пять лет, а это лучший результат, какого я смогла добиться. – И сверяясь с часами, начала медленный отсчет вслух, - три, два, один…

- А хде… - как по команде появилась джинния на пороге кухни в одном белье и с зубной щеткой во рту.

- Дальний шкаф третья полка.

Джиннии и след простыл, только Витто под моим прямым взглядом, почему-то вдруг сказал:

- Я ничего не видел.

- Еще увидишь. – Сквозь пробирающий смех, отозвалась я, снова отпивая ароматный напиток и ничуть не смутившись, что по сравнению с вчерашними их шалостями на кухне, сегодня все было достаточно откровенно, чтобы снова его приревновать. Только без шалостей. Просто вид.

Ревность, конечно, кольнула, но не так сильно.

И действительно, через две минуты джинния влетела на кухню в новом комплекте белья и в чулках, чтобы забрать у меня отглаженный рабочий костюм. Только замерла, увидев моего мужчину, что мне снова пришлось прибегнуть к командному тону, чтобы поторапливалась. Одевалась Джун прямо здесь, после каждого действия получая от меня маленький кусочек сэндвича или глоток ужасно крепкого кофе. Витторио спокойно завтракал, наблюдая за всем происходящим. Как я тенью преследую Джун, то подавая ей что-то, то исправляя ее недочеты, то опережаю на полшага, предугадывая действия.

Через двадцать минут, мы с Витто чинно и спокойно вышли из дома и уже почти сели в машину, но я остановилась понаблюдать, как Джун выбегает следом и сбегает по ступеням с крыльца. Витторио тоже замер со своей стороны Хонды.

- Ты ничего не забыла? – совершенно невозмутимо бросила я подруге.

Джун тут же остановилась и сначала проверила содержимое сумочки, а потом развернулась и подергала ручку двери. Хотя только что сама ее и закрыла. И когда она снова стала спускаться, я подлила очередную порцию масла в огонь.

- А утюг выключила?

Джинния развернулась и вбежала в дом.

- Она же его не включала. – Напомнил Витто.

- А-то я этого не знаю. Я половину жизни этим занимаюсь.

- То есть ты половину жизни мучаешь людей? – совершенно правильно распознал он суть всего происходящего.

Я чуть не дополнила, что не только людей, но и нелюдей, но вовремя прикусила язык, слегка оскорбившись. Это не я их мучаю, это они все вокруг безответственные. И, несмотря на то, что у меня было в запасе еще несколько таких же пакостей для Джун, решила, что хватит с нее. Только контрольный выстрел все равно сделала, узнавая, где ключи и документы на машину. И когда выяснилось, что все на месте, добила брошенной на капот ее автомобиля папкой, о которой начальство и не вспомнило.

- Это было жестоко. – Выехав на трассу, заговорил Витто.

- Зато действенно. – Усмехнулась я в ответ на замечание. – Жестоко будет, когда до нее дойдет, что торопиться некуда, и у нас еще двадцать минут в запасе осталось. Хотя я думала, что будет хуже.

- Хорошо сработано. – Неожиданно похвалил меня маньяк после продолжительного молчания.

- Таким и должен быть хороший секретарь. Предугадывать необходимое, вовремя исполнять текущее, всегда держать руку на пульсе, даже в условиях полнейшего аврала, оставаясь при этом незаметным, но незаменимым.

- И не страдать ложной скромностью? – как будто специально поддел он.

- Витто, милый, если мы с Джун работаем только вдвоем, это не означает, что в более крупной компании я перестану справляться с работой. При желании я могла бы стать лучшим секретарем не только в Кентербери, но и в Лондоне.

- Сделаю вид, что верю на слово.

Вот же ж! Похоже, он забыл, что не стоит упрекать меня в непрофессионализме, но я смогла подавить вспыхнувшую злость.

- Сделаю вид, что это был комплимент.

Остаток пути до офиса провели в молчании. Только я сверялась с рабочим расписанием и делала пометки в блокноте, из всех сил стараясь не коситься на спидометр. Разве что в зеркало заднего вида на едущую прямо за нами Джун.

А когда приехали, я только и могла сладко поцеловать мужчину на прощание, удерживая блокнот так, чтобы проходящая мимо джинния увидела записи.

- Что это? – оторвавшись от меня, он перехватил записную книжку, без зазрения совести прочитав все написанное.

- Список указаний.

- Кто из вас двоих начальник вообще? – Витто не удержался от усмешки.

- Она. Я всего лишь нескромный, но чертовски предусмотрительный секретарь.

Покинуть машину оказалось очень тяжело. В эмоциональном плане. Мне так не хотелось расставаться с Витторио, но запас времени истекал. Впереди был трудовой день.

Джун ждала меня на офисной кухоньке и даже заварила для меня чай, и достала все то, что потребуется для приготовления угощения для лисомордых.

- Ну и чего мне теперь от тебя ожидать? – недовольно протянула Джун, скрестив руки от груди.

- Ты о чем?

- О том, во что мне выльется твоя беспочвенная ревность.

Ах, она все об этом. Но меня бесспорно радовало, что джинния хоть и пыталась преподать все как шутку, чуть посмеиваясь, но помнила, что так просто я обид не прощаю. Никому и никаких. Так что я загадочно улыбнулась.

- Лучше скажи сейчас. – Джун улыбаться перестала и уже откровенно занервничала.

- И какой в этом тогда толк? – из чистой вредности я щекотала ей нервы, рассчитывая, что в качестве расплаты, она мне пояснит, что у нее с Мореном.

Я просто обязана это знать. Хотя бы потому, что в случае чего мне прикрывать ее задницу за нарушение врачебной этики. Ну и заодно вправлять мозги, что помимо кровососа есть более достойный кандидат в ее любовники. Такой, который на руках носить будет.

- Эль! Хватит уже, твой колдун не в моем вкусе! – моментально сорвалась Джун, видимо решив, что так просто ей с рук вчерашнее не сойдет. – Не было между нами ничего.

От неожиданности кружка с чаем выскользнула у меня из рук и ударившись о пол, разбилась. Только я этого и того, что часть горячего содержимого растекалась пятном по одежде, не заметила. Потому что вместе с чашкой мой мир разлетелся на сколки. Снова. А я ведь только смогла все собрать почти, как было.

- Кто мой?

Начальница потупила взгляд и на какое-то время потеряла дар речи.

- Ты не знала? – сочувствующе уточнила джинния то, о чем не так сложно было догадаться по моей реакции.

- Ты знаешь, кто он? – предательски дрогнул мой голос.

- Глава итальянского клана. Официальное название сейчас не вспомню.

Теперь дар речи покинул меня. Точнее не покинул, просто при джиннии я старательно сдерживала все те ругательства, что вертелись на языке. Потому что, если бы не сдерживалась, это был целый мульти-язычный поток мата. Запустив пальцы в волосы, я медленно опустилась на пол, бессмысленно глядя на лужу чая и плавающие в ней черепки фарфора.

Я так надеялась, что наконец-то мне повстречался самый обычный, нормальный человек, который вырвет меня из этого сумасшедшего волшебного мира. С которым я просто могла быть собой и не переживать из-за своих способностей. А что в итоге? Он оказался колдуном! Как будто назло одним из тех, кого глупая девочка, оторванная от семьи, не могла определить ни с первого, ни даже со второго взгляда. Вселенная явно надо мной издевалась, уготовив нам встречу.

- Эль? – Джун присела рядом и тронула за плечо возвращая к реальности. – Эль, ну ты чего. Все же хорошо. Он не мог распознать в тебе ведающую.

- Не мог? – почти сорвавшись в истерику, переспросила я, потому что прекрасно вспомнила, как в последний день отпуска, перед тем как ехать в гостиницу, нашла свои часы в постели и заново застегнула их на руке, проделав еще одну дырочку в многострадальном ремешке. – Джун, да я почти целый день была без них на вилле!

Начальница на миг задумалась, но предприняла очередную попытку меня успокоить, что-то щебеча о том, что и в этом нет ничего страшного. Мы уже встречались, а значит, я ему точно небезразлична. И не из-за дара.

Как же мне хотелось ей поверить. До безумия просто. Хотелось верить, что все, что между нами было, это не обман. Что Витто действительно нужна только я, а не мой дар восприятия. Еще больше не хотелось чувствовать себя круглой идиоткой, которой просто вскружили голову, и она потеряла бдительность, даже не попытавшись распознать находящуюся рядом опасность.

Да, мне сложно определять колдунов и ведьм, но не невозможно. Приложив достаточно усилий, я могла это понять. А что я делала? Слабо противилась попыткам держать меня поближе и любовалась окрестностями! Не говоря уже обо всем остальном.

- Ты работать сегодня сможешь? – понимая, что уговоры не действуют, а часики тикают, Джун сделала очень верный ход, напомнив о единственном, что в моей жизни всегда было на первом месте и пока что не дало трещину.

- Как будто есть другая альтернатива.

До обеда я работала на автопилоте. Ничего не видя и толком не замечая. И не знаю каким чудом не ошибаясь, как в прошлый раз. Работа меня отвлекала, но эффект был временный. Стоило хоть на миг присесть перевести дух, как каждая минута, проведенная без дела, утягивала в пучину воспоминаний о Витто, из которой не так-то просто было выбраться. Каждый момент, каждое слово, каждый жест так и стояли перед глазами. Раз за разом, пока они прокручивались в моей голове, я пыталась анализировать и найти хоть что-то. Вот только не знала, что именно хотела найти. Подтверждение того, что я непроходимая тупица, или чувств Витторио Остера.

- Эль, так нельзя. – Заперев дверь на время обеда, Джун присела на край моего стола. – Я из-за стены чувствую, как ты сходишь с ума на ровном месте.

В чем-то она была права, потому что я не могла остановить нервную дрожь, разбежавшуюся по всему телу, что даже отбивала чечетку каблуками по полу. Меня колотило со страшной силой.

- Тебя успокоит, если я скажу, что не чувствую в нем опасности? – мягко продолжала подруга, пытаясь достучаться до меня. – Витторио неплохой парень, и обещал тебя не обижать.

- Дейв так же говорил. А потом геем оказался.

- Но Витторио не Дейв. И уж точно не гей. Судя по тому, что мне пришлось слушать две ночи подряд.

Было понятно желание Джун перевести все в шутку, но мне от этого легче не становилось. А когда в очередной раз запиликал мобильник, я простонала и вцепилась в волосы так, словно хотела вырвать их с корнем. Впрочем, это было недалеко от истины.

- Какое это уже сообщение?

- Я не знаю! Не знаю! – меня охватило доводящее до безумия отчаяние.

Было так больно, что хотелось лезть на стену. Я ведь ему поверила. Доверилась там, где не доверяла даже Джун и семье. По-настоящему скучала. И все это время думала только о Витторио Остере. Не как о бизнесмене, а как о мужчине, с которым могла себе позволить слишком многое. В том числе быть слабой и решать за меня.

Джун спокойно разблокировала телефон, прочитала все сообщения и ответила за меня. Появилось желание или выкинуть мобильник в окно, или сменить пароль, чтобы всякие там джиннии не имели к нему доступа.

- Эль, ну посмотри, ничего такого здесь нет. – Повернула женщина экран ко мне, вынуждая взглянуть.

Действительно, ничего такого там не было. Как и раньше, собственно. Просто вопросы, когда я буду свободна, и почему не отвечаю. И красующийся ответ, якобы от меня, что слишком много работы и мне пока некогда. Надо отдать джиннии должное, она точно угадала с текстом. А у меня на глаза навернулись слезы.

Витторио Остер, черт его побери, как и всегда был безупречен. Безупречен в том, что во всей переписке взгляду не за что было зацепиться. Ничего такого личного или говорящего о нем, о его чувствах или их отсутствии. Сухо, холодно, без эмоций. Все так же, как и с вещами у него дома. Ничего, из чего можно сделать хоть какие-то выводы.

Нас прервал настойчивый стук в дверь.

- Цветы для Габриэль Ритерфорд. – Появился на пороге курьер с букетом, и Джун опять все сделала за меня.

- Ну вот видишь, зря расстраивалась. Посмотри какой хороший букетик. – Протянула она мне веник из сиреневых и белых хризантем.

Я достала из цветов небольшую открытку и, бегло прочитав «друзья добра не забывают», отбросила на стол.

- Дождешься от Остера, как же. – Буркнула я. – Это от Уолта.

Джинния удивилась, но комментировать не стала. И очень даже хорошо. Но и в покое меня не оставила.

К счастью, обед тоже подходил к концу, и в следующий раз мы с ней завели речь об Остере только в конце рабочего дня, когда подруга засобиралась домой, а я решила задержаться, разгрести завал, который не смогла разобрать на прошлой неделе.

- Эль, успокойся, пожалуйста. – Протянула она, обнимая меня на прощание. – Да, возможно ты ошиблась, но всего один раз. И раз ничего страшного не случилось, может Витто и не понял. Все хорошо.

Один раз… Обычно одна единственная ошибка и становится роковой. И все же ее слова зацепили, а перед глазами пронеслось нужное воспоминание.

Вечер первой встречи. Машина. Я иду домой в слезах, принимаю ванну… и на мне нет часов. Потому что в то утро я хотела сдать их в мастерскую, но так и не сдала. А потом на меня посыпались все те несчастья и…

- Шумахер гребанный. – Сорвался с уст обреченный шепот.

- Что? – как и в большинстве случаев, подруга не поняла русского языка.

- Ничего, Джун. Езжай домой.

- Габриэль…

- Джун, езжай. Мне просто нужно время все взвесить, а не рубить с горяча. И мы обе знаем, что последнее у меня получается превосходно. Но мы же разумные нелюди? Зачем нам поспешность?

Джинния мне не поверила, одарив взглядом, полным беспокойства.

- Успокойся. До завтра никаких мер принимать не буду. А потом… На крайний случай, подамся в бега. Забыла, что один брат у меня пластический хирург, а Рич вообще в органах работает. Расскажу им сказку, спрячут, помогут. Гейл так еще и пинка под зад даст.

К счастью, это несколько снизило градус напряжения, и Джун все-таки ушла.

Оставшись одна, я впервые за годы работы пошла грабить клиентский бар на предмет выпивки, ища что-нибудь покрепче. Чтобы выпить пару стаканов и отключиться.

Так всегда, когда точно знаешь, что ищешь, обязательно найдешь. Вот я и нашла. То, с чего все началось. Ну и выпивку заодно. И не проходимая тупица старательно напивалась весь вечер, даже не пытаясь разобрать документы и сделать расшифровки сеансов начальства. Только корила себя, ища поддержки у «Джека Дэниэлса», пока не начала проваливаться в сон, оставшись ночевать прямо в офисе.

На следующий день лучше не стало. Я все еще пыталась разобраться в том, что испытывала. Но мысли как назло зациклились на Витторио и том, что было. И как это было. Да и сам маньяк не отставал и постоянно слал сообщения, что я откровенно устала искать отговорки, чтобы с ним не встречаться.

Не смотря на долгую дружбу, мне казалось, что джинния на стороне Остера. Джун постоянно напоминала мне, каким искренним и заботливым Витто был у нее дома, и припоминала мне мои же слова о нем. Как будто Джун сама в него влюбилась.

- Эль, если бы он хотел причинить тебе или мне хоть малейший вред, сработала бы защита. – Твердила она, в очередной раз наблюдая, как я сжимаю телефон с острым желанием запустить им в стену, получив сообщение от Витторио. – Не зря же я с почти каждого нелюдя прошу не только оплату, но и услуги за помощь. У меня дома и ведьмы поколдовали, и колдуны, и…

- А он типа такой дурак, что сунулся бы на чужую территорию только и размышляя о том, как нас убить?

Послышался очень тяжкий вздох.

- Ты в любом случае нужна ему живой.

- Пока есть шанс, что я приведу его к цели? Да базара ноль! Это потом меня можно похоронить под ближайшим кустиком.

- И так выражается лингвист с высшим образованием. - Джун страдальчески закатила глаза.

- Ты забываешь, что этот лингвист уже однажды скатывался почти на самое дно жизни. А там, знаешь ли, красиво говорить не учат. И, если мне не изменяет память, оттуда меня вытащила именно ты.

Этот разговор зашел в тупик. Я видела, что обидела Джун, но ничего с собой поделать не могла. Только оттягивала неизбежное, как это только возможно.

Но как сказала Джун, не выдержав в один прекрасный момент: встретиться все равно придется.

Как же хотелось причинить ему ту же боль, что он причинил мне. Вот только это невозможно. Потому что это я влюбленная дура, а он… Сомневалась я, что у Витто были ко мне чувства. Так что единственное, что я могла ему сделать, это трепать нервы. Причем так, чтобы на всю жизнь мое имя запомнил. Потому что такая ложь в разы хуже предательства. Мир существ слишком жесток, и напрашивался единственный вывод, почему Витторио Остер скрыл от меня, кем является.