Зона некомфорта

-35-

Габриэль

Вернувшись из аптеки в офис за вещами, я хотела попрощаться с Джун и дождаться Остера на улице, чтобы джинния не заметила, что до примирения нам, как до Австралии брасом. Вот только там меня ждал крайне неприятный сюрприз. Настолько неприятный, что ненависть одержала верх над страхами. У меня откровенно отказали всякие тормоза, что я чуть не бросила Морену вызов.

Дружить? С этой мразью? Да уж лучше сдохнуть. И мне едва удалось сохранить лицо и не высказать ему всего того, что я думала на самом деле. Но прежде, чем успела подобрать какой-нибудь мало-мальски нейтральный ответ, клыкастая сволочь присосалась к моей руке поцелуем. И по закону вселенской подлости в таком положении нас застал колдун.

Цензурных слов на языке не осталось в принципе, и, если бы не Джун, я бы высказалась. К счастью, меня вообще никто не о чем не спрашивал, а эти скоты убрались на улицу «поговорить». И драка завязалась практически сразу, как они спустились с крыльца.

Хотя в первые же доли секунды сердечко мое екнуло. Витторио против Алессандро. Жестокого вампира, чья сила превосходила человеческую многократно. Но как выяснилось, зря я переживала. Мордобой шел практически на равных. И это даже несколько расстроило.

- Ну и что ты стоишь? – вмешалась в мои размышления джинния, в то время как я без зазрения совести, подпирая подбородок ладонью, наблюдала в окно за поединком и жалела, что под рукой нет чашечки чая и чего-нибудь пожевать. – Их надо разнять.

- Да пусть хоть поубивают друг друга. – Буркнула я в сердцах причем истинную правду. Потому что эти скоты меня изрядно достали.

У меня было время днем немного подумать и успокоить расшатавшиеся нервы, а заодно последовать совету Остера и отключить ненадолго чувства и включить наконец-то мозг. И мозг был уверен, что при любом раскладе жить мне осталось мало. А выбор был только между тем, чтобы быть пешкой колдуна или стать марионеткой вампира. Правда в последнем случае я скорее брошусь под поезд. В общем, не нравился мне такой расклад от слова совсем. А уж когда чувства снова одержали надо мной верх, так и вовсе все стало печально. Как не крути, сколько бы я не просила за свои услуги, чтобы не делала, а страдать все равно придется.

- Габби! – снова вмешалась в просмотр реального боевика джинния.

- Джун, милая, реши задачу. Два неадекватных накаченных мужика, с магией и скоростью наперевес, и две худенькие девицы, у одной из которых иммунитет только к магии, но никак не к встрече головы с асфальтом, а у другой кроме проклятия на неудачу из боевого арсенала только туфельки от Прадо. Кто победит при физическом столкновении? – кажется до Джун стало кое-что доходить, даже возмущение сползло с лица, но я все равно продолжала гнуть свою линию дальше. – Как ты себе вообще это представляешь?

Но сколько бы я не строила из себя холодную и стойкую стерву, наблюдать за дракой становилось невыносимо. Особенно, если Витто пропускал удары. Нет, вампиру тоже доставалось и прилично, и все же душа моя болела за колдуна. Теплилась еще где-то дурацкая надежда, что все-таки не такой он плохой. И когда моего Витторио отбросило к крыльцу, да еще и не слишком удачно, сердце чуть не остановилось. Я выскочила на улицу вперед джиннии, не зная даже, что буду делать.

- Габриэль, назад! – рявкнул злой колдун, уже стоящий на ногах, отвлекшись.

И это чуть не стало нашей роковой ошибкой, потому что Морен собирался атаковать в полную силу. Но Остер оказался чуточку быстрее и ответил гаду тем же. И к счастью вслед за мной выскочила Джун, оказавшись куда проворнее, и, закрывая Остера, заблокировала Морену все действия.

- Дорогуша, ты охренела?!

- Я тебя предупреждала. Я не люблю, когда обижают моих друзей, - сквозь зубы процедила Джун, ничуть не страшась ярости Морена. – Еще шаг и ты пожалеешь.

- И что же ты сделаешь?

- Лучше спроси, что сделает с тобой мой клан, если с головы этих двоих упадет хоть волос. – Витторио почти справился с собой и даже демонстративно отодвинул Джун. – Они обе под защитой моей семьи. А ты знаешь, что это значит.

Кровосос недобро прищурился и оскалился.

- Это еще не конец.

После этих слов на улице остались лишь мы втроем.

Не смотря на все попытки расспросить и проверить, насколько сильно пострадал колдун, тот лишь резко огрызнулся, что со мной, что с Джун, а после усадил меня в машину.

- Ну и где был твой профессионализм, когда эта тварь лобызала тебе ручку? – со злостью выплюнул Витторио, едва мы оказались в номере. – Или ты решила с нас обоих срубить деньжат?

- Не смей меня обвинять! Я работаю не только на тебя, но и на Джун. Думаешь, мне это было приятно?

- А разве нет? Он же такой шикарный любовник!

Моя рука взметнулась вверх, чтобы в очередной раз оказаться перехваченной. Мы буквально пытались испепелить друг друга взглядами, но понимая, что ничего не выйдет, и отныне мы связаны договором, я отступила первой. Не хватало еще уподобляться всяким уродам. И не желая больше делить с ним площадь небольшого коридора апартаментов, я собиралась пройти в гостиную и оттолкнула мужчину, стоящего на моем пути, но с его губ сорвалось болезненное шипение. Витто схватился за ребра, и уперся свободной рукой в стену. И вся моя гордость и решимость в тот же момент исчезли без следа.

- Витто?!

- Руки убери. – Сквозь зубы протянул он и попытался оттолкнуть.

На меня смотрели таким злым взглядом, что на миг я пожалела о своих словах и действиях. Но мужчине и вправду прилично досталось, и уступать я не собиралась, когда одной милой сердцу сволочи явно требовалась помощь. И я ему ее окажу. Даже если перед этим придется его покалечить.

- Заткнись, Остер! – рявкнула я, легко и как бы невзначай касаясь ребер, чуть выше его руки, точно зная, что ему будет больно. Остер скривился от боли, стараясь при этом ее не показывать. – Перед другой играй в героя, а со мной уже поздно. – И проигнорировав его злую усмешку, я осторожно погладила его по плечу. – Дай, я тебя осмотрю?

Ответом мне были плотно стиснутые зубы и никаких других действий или слов. Но это уже кое-что. Витто явно был не доволен, когда я помогала ему снять пальто и пройти в спальню, но предусмотрительно хранил молчание.

- Не стоило драться с Мореном. – Подвела я вердикт рассмотрев только лицо и сбитые до крови руки. Что я могла увидеть под рубашкой даже представлять было страшно.

- Не надейся, это было не из тебя.

- Вообще не сомневаюсь. – Ехидно отозвалась я, вставая за аптечкой.

Какое-то время я молчала, осторожно и методично обрабатывая ссадины на руках, пока не перешла на рассеченные бровь и скулу. Даже мельком мне сложно было встречаться с карими глазами, что неотрывно следили за каждым моим движением. И этот взгляд, и тишина между нами становилась невыносимой.

- Может, все-таки расскажешь, что за причины такие, из-за которых ты в драку полез?

- Дела клана. – Хмуро заявил Витто, но почему-то интуиция моя твердила, что это лишь половина правды.

- Не пудри мне мозги. Я сменила десять терапевтов и еще на одного работаю, и могу так же спокойно, как и они, рассказать тебе обо всех твоих комплексах, так что ты сам в них поверишь. Здесь что-то личное. И либо ты рассказываешь, либо сделке конец.

- Терапевтов было восемь.

Ну надо же, как хорошо мы осведомлены о моем прошлом. Только на этот раз я воздержалась от ехидной ремарки. К тому же я закончила с тем, что было открыто глазу, и пора было переходить к тому, что скрывалось под одеждой.

- Я округлила. – Тяжелый вздох вырвался из груди, и я потянулась к пуговицам на рубашке, чтобы помочь мужчине ее снять.

И я была права, что под ней увижу не самое приятное зрелище. Почти вся левая сторона медленно превращалась в один большой синяк. И ладно бы только в него. Витторио так неудачно налетел на перила у крыльца, что даже через одежду содрал часть кожи.

Опустившись на колени перед кроватью, на которой мужчина сидел, я провела рукой по волосам, раздумывая лишь о том, как к нему прикоснуться и при этом не причинить боли.

- Довольно, – тихо хмыкнул Витторио, отвлекая меня от размышлений. – Обойдусь магией.

И я пришла в бешенство. Вот все бы этим нелюдям магией решать. А он так неудачно решил встать, что невольно, но моя рука задела сие великолепие, что ему пришлось вернуться на место, а после и вовсе лечь из-за боли.

- Дьявол! Остер, ты можешь хоть раз уступить! - фыркнула я. – Чем больше обработаю, тем меньше сил потратишь. Терпи и давай уже рассказывай, иначе я все сама придумаю.

- Ты мне приказываешь? – зло и недовольно уточнил колдун, поведя бровью.

- Я тебе конкретно угрожаю! – В тон ему заявила я. – Только дернись, и я тебе ребра сама переломаю!

Конечно, я понимала, что обработка ссадин и гематом, с прикладыванием к ним холода и промыванием раствором перекиси, та еще помощь, но, когда этот тип потом займется самоисцелением, боли явно будет меньше.

Мне Джун о таком рассказывала. К тому же, если там все-таки есть перелом, которым я пока только угрожала колдуну. Более того, мама меня учила не только готовить на всех, но и за добро платить добром. Он обработал мне ожог, я вот ему с синяками помогу. Главное подавить в себе желание понаставить новых.

- Будешь молчать, сделаю больно, - напомнила я, садясь на мужчину сверху, перед тем, как решила вообще прикоснуться. Хотя я надеялась, что пока он будет говорить, я и свои нервишки успокою, и его от неприятных ощущений отвлеку. А заодно и осознаю, какая Морен все-таки мразь, что мне жизнь поломала, да еще и такое роскошное тело испортила.

- Знаешь, однажды я действительно тебя обманул. – Как будто специально подлил масла в огонь Остер, но я героически воздержалась от мести и любых мелких пакостей. – Мой брат не утонул. Его убил ваш «Алесс». Хотел меня, но Камилло спас, закрыв собой.

Вскинув голову и во все глаза глядя на Витто, я застыла. И вот зачем я спросила? Зачем он решил рассказать? Ну, вот же дура! Лучше бы не спрашивала и ничего не знала. Потому что сердце кровью обливалось, а в голове вертелась одна мысль: надо было отравить Морена в его первый же визит к Джун. И не просто уксусом, а святой водой. Да еще битого стекла в томаты накидать под видом льда.

- Прости. – Только и смогла едва слышно выдохнуть. – Мне очень жаль.

- Мне не нужна твоя жалость.

- Как и мне твоя, но я же терплю.

И на этот раз я не дала Витто ответить, нарочно касаясь так, чтобы он почувствовал. А вот потом, старалась сделать все как можно безболезненнее. Даже если больно и было, то Витторио терпел, изредка кривясь и стискивая зубы. И когда все закончилось, у меня появилось немножко смелости еще раз виновато посмотреть ему в глаза.

Если бы я могла все исправить.

Поздно. Сказанного не вернешь, сделанного не воротишь. Уже ничего не будет как раньше. Мы слишком сильно раним друг друга. И все наши чувства ни к чему. Они не здоровы и никогда не принесут ничего хорошего нам обоим. И, тем не менее, если отбросить все произошедшее, передо мной лежал мой восхитительный маньяк. И мы могли ненавидеть друг друга, но меня к нему влекло.

Не знаю, что на меня нашло, но я осторожно коснулась губами мужского торса у самого края гематомы.

- Прости меня. – В тишине комнаты мой шепот показался слишком громким.

- Габриэль. – Раздался сдавленный рык.

- Прости хотя бы за мой вопрос. – Я спускалась невесомыми поцелуями все ниже, и не рисковала поднять взгляда на лицо. Иначе я бы дрогнула, когда одной рукой справлялась с ремнем на брюках, а потом и с ширинкой. – Только за него. О большем даже не прошу.

Меня не пьянила власть над колдуном. Не манила идея, что достаточно пары прикосновений, чтобы ему стало больно, если бы он решил меня оттолкнуть. Мне не доставляла удовольствия мысль, что Витторио может быть неприятно все, что я делаю. Как моя рука скользит по его члену сначала через ткань боксером, и как он напрягается под ней. Я не думала, о том, насколько продажной потаскухой мужчина меня считал. Я просто хотела еще хоть раз приласкать его, плавно двигая рукой по возбужденной плоти. Снять с головки языком выступившую капельку, прежде чем обхватить губами и скользить вверх-вниз, каждый раз продвигаясь все дальше. Быстрее.

Безумие. Абсолютное безумие наслаждаться тем, как пальцы Витто путаются в волосах и стягивают их на затылке, заставляя продолжать, принимать его все глубже и подстраиваться под тот ритм, что мужчина считал необходимым, не смотря на некоторый дискомфорт, и выступающие против воли на ресницах слезы. Не иметь возможности нормально вдохнуть, но не желать остановиться.

И только когда все закончилось, посмотреть в его глаза и увидеть в них отражение всего того, что испытывала сама. Боль, отчаяние, желание и обиду. Злобу, граничащую с ненавистью. Слишком долго, чтобы это можно было проигнорировать.

Мужчина резко оттолкнул меня и встал, отправившись в ванну.

Что ж. На этот раз хотя бы заслужила.