Зона некомфорта

-38-

Витторио

Приехав к Габби на работу, я с удивлением не обнаружил ее на рабочем месте. Вещей ее также не было. Ну не сбежала же она? Хотя с нее станется.

Мне это сразу не понравилось, но отправляться на поиски не стал. Зачем, когда недалеко джинния?

- Где Габриэль? – без предисловий начал я, встретив ту, кого искал. Не Габриэль, конечно, но хотя бы Джун. Она-то должна знать, куда пропала ее секретарша.

- Я ее выпроводила. Зайди-ка в кабинет, поговорим.

Молча последовал за ней, гадая, о чем Джун Нейвос хотела поговорить, потому что в мои планы это совершенно не входило. Но раз ведающей нет, то можно уделить минутку.

- Так вот как держит свое слово глава клана? – спокойно то ли спросила, то ли констатировала факт джинния, так и не сев в кресло. Мы остались стоять друг напротив друга и единственное, что нас разделяло – стол.

Захотелось закончить разговор в эту же секунду. Во-первых, потому что я не обсуждал ни с кем свою жизнь. Более того, не позволял никому в нее совать нос и всегда оставлял ее под секретом, чтобы ни у кого и мыслей «поговорить» не возникло. Во-вторых, было не о чем разговаривать. У нас с Габриэль договор. Не больше.

- Я не обижал Габриэль, и ты это прекрасно знаешь.

- Оттрахал, обозвал потаскухой и продолжаешь над ней издеваться. А так нет, конечно, не обижал. И не ты ли обещал, что никто не причинишь ей вреда?

- Тебя это не касается. Чего ты хочешь? – холодно поинтересовался я, зная, что джинния просто так бы не завела разговор. Значит, все-таки что-то важное.

- Напоминаю вам всем, что это моя ведающая. И все что причиняет Габби боль и делает несчастной, касается меня в первую очередь. Более того, она моя подруга, - в тон мне ответила Джун, но меня это не проняло.

Я понимал, что это умелая игра, как и то, что она была ничуть не лучше меня. Но судить не мне. Если Габриэль устраивало, что ее все используют, это уже ее проблемы, к которым я не имел никакого отношения.

- Твоя ведающая… - задумчиво повторил я, наблюдая за невозмутимым выражением лица. И ведь не выдала ни капли сомнений. – А ведь ты не лучше, Джун. Ты так же, как и все, используешь ее, прикрываясь "дружбой". Так зачем обвинять остальных, когда сама такая же?

Отрицать она не стала, лишь кивнула, подтверждая сказанные мною слова, после чего дополнила:

- По крайней мере, я не скрывала от Эль своих намерений, не играла ее чувствами и в ответ на отказ найти элементаля, успокоилась. Но что это мы все обо мне. Перейдем к делу. За что ты так с ней?

И она еще спрашивала? Ведь Джун знала причину, по которой наши отношения ухудшились, но продолжала делать вид, будто не в курсе. Замечательно! Что еще придумала Габриэль? Я был уверен: этот разговор ее рук дело. И тут явно деньги не причем, но неужели девчонка захотела вернуть прежние отношения? Или она правда думала, что я поверю в ложь Нейвос и вернусь просить прощения? Не многовато ли чести?!

- Тебе ли не знать? - я даже не пытался скрыть своего раздражения данным разговором, но тем не менее решил расставить все точки над i, чтобы навсегда избавиться и от этих нелепых расспросов, и вообще от подобных бесед в будущем. - Я многое могу понять. Например, почему Габби изменяла жениху, почему не почувствовала во мне колдуна, и почему не хотела мне верить потом. Но я не пойму, почему она изменяла мне с Мореном, - я сделал паузу, вспоминая слова девчонки. Она произнесла их с такой уверенностью, что не оставалось никаких сомнений: измена была. – Не пойму и не прощу. Когда она выполнит свою часть договора, я уйду из ее жизни, и все эти «страдания» прекратятся.

Но судя по выражению лица, на котором, вопреки обычному образу стороннего хладнокровного наблюдателя, теперь отчетливо читались все эмоции, для Джун эти новости были сюрпризом. Удивление, недоверие, легкий шок. Она явно не верила, о чем не могла не сказать:

- Габби переспала с Мореном? Чушь!

Ага, то есть Габриэль не рассказала ей. Даже странно как-то. Я думал, джинния следующей после меня узнает об измене. Оказалось, нет.

Но тогда зачем этот разговор? И знала ли о нем вообще ведающая?

- Не веришь мне - спроси у нее. Или у самого Морена, с которым ты так часто общаешься, - с усмешкой закончил я, на что девушка прищурилась. Да-да, не только ей все известно. Мои колдуны заметили, как часто вампир наведывался к джиннии, что наводило на определенные мысли. Но это уже их дело, главное, чтобы мне не мешались, а остальное не важно.

- Мне не нужно спрашивать ни у нее, ни у него. Габриэль скорее бы сдохла в мучениях, чем зашла бы настолько далеко с вампиром. Но раз ты мне не веришь, - она достала увесистую стопку бумаг. - Полюбуйся на это.

- Что это? – спросил я, даже не прочитав название.

- Это то, с чего все началось: ее медкарты. Со дня аварии и до дня пока у Габби не появилось достаточно ума, чтобы начать изображать из себя нормальную. Восемь терапевтов. Двое из них оказались из тех, кто сталкивался с нашей стороной мира. К счастью, у одного из них я проходила практику и нашла Габби. Правда, потом потеряла на четыре года, но это не так важно.

- Если ты пытаешься переубедить меня, то напрасно, - я слегка скривился и продолжил спокойным тоном: - Есть еще что-то, что я должен узнать?

- Мне не нужно тебя переубеждать, я хочу, чтобы ты открыл любую из них и прочитал записи, - Прозвучало почти как приказ, и, видя, что я не спешу его исполнять, а только раздумываю над ее словами, Джун резко передумала. – Хотя, не читай, я сама все расскажу. Правда, всех подробностей я не знаю. Но мне точно известно, что в аварию они попали из-за вампира. Габриэль не могла нормально ни спать, ни есть и боялась их до одури. Пока страх не перерос в ненависть. В такую, что пару раз мне едва удалось помешать ей их убить, - джинния замолчала на время, давая переварить информацию, о которой, к сожалению, не было сказано в досье Габриэль Ритерфорд. – Витторио, это уже диагноз. Она может им улыбаться, может вести себя достойно, может сходить в ресторан, но я даже представлять боюсь, о чем на самом деле Габриэль в это время будет думать. Не говоря уже о том, какое влияние на нее оказывает один только вид их истинной сущности.

Слова джиннии прозвучали уверенно, но больше всего были заманчивы. Так и хотелось в них поверить, ведь факты, приведенные ей, как и доказательство, которое явно можно прочесть в стопке бумаг, правда. И я правда желал поверить, что Габби не изменяла, но слишком мало времени прошло, чтобы я мог так просто забыть события нескольких дней.

- Она могла назло мне переспать, - попытался образумить себя, хотя понимал, как это глупо звучало. В груди зародилась надежда, но я не спешил менять своего мнения. Я должен быть уверен в том, что Габриэль не виновата.

- Эль никогда бы не переспала с Мореном. Даже назло тебе, - Джун выделила последние слова, как бы подтверждая, что на такую глупость ведающая не способна. – Но вот заставить тебя в это верить, это вполне в ее духе. И я тебя предупреждала. Причинишь ей боль, она ответит тем же. И судя по всему, ей это удалось.

Я не мог не согласиться с Джун. Вероятней всего, Габриэль обманула меня, пытаясь отомстить, ранить и оттолкнуть. И у нее прекрасно получилось. Жаль, эта мысль раньше не приходила мне в голову, пока я еще не наговорил ведающей гадостей.

- Хорошо, спасибо. Где она сейчас? – спросил я с нетерпением, желая увидеть сумасшедшую.

- Скоро придет. Я еще не закончила. На счет этих документов. Первое, если тебе действительно не все равно, можешь взять их почитать. Только вернуть не забудь. Эта информация оригинальная, в единственном экземпляре и интереснее той, что нашли твои колдуны, и скажем прямо, добыта она была лично мной и не совсем законным путем, - джинния хмыкнула, и я молча забрал бумаги, после чего она продолжила: - Второе, я надеюсь, тебе хватит ума сделать так, чтобы Габби о них, ну или хотя бы о том, у кого ты их нашел, не узнала.

Я молча кивнул.

- И еще, не престанешь ее мучить, я перестану просто на это смотреть. Мы поняли друг друга?

Нет, все же Габби несказанно повезло с джиннией. Я ничуть не сомневался, что за ведающую она будет стоять горой, а это «предупреждение» не пустой звук.

- Более чем.

Попрощавшись с Джун, я вышел на улицу, чтобы закинуть документы на заднее сиденье. Возвращаться не хотелось, поэтому я остался стоять возле машины, дожидаясь ведающую.

Забавно, а я ведь поверил Габби. Даже не предположил, что она лжет. И самое хреновое в этой ситуации было, что я не знал, как все исправить. Габриэль не простит, это я точно понял. Да и сказать про разговор с Джун не получится. Придется выкручиваться.

Ждать главную причину моих размышлений долго не пришлось. И судя по сумке, которую я забрал из рук девушки, она ездила домой за вещами.

- Поехали, - тихо произнес я, стараясь не смотреть на нее.

Прошло уже два дня, как вампиры посмели напасть на них с Джун, но Габби до сих пор выглядела уставшей и немного разбитой, не говоря уже о том, насколько молчаливой она стала. В каком-то смысле даже жалкой. При виде этого котенка просыпалось желание обнять и никогда не отпускать. Эти мысли пугали меня, как и привязанность к девчонке, поэтому я отгонял их, считая временным наваждением.

По дороге в отель никто не произнес ни слова. Ведающая отвернулась и смотрела в окно, я же не знал, что сказать. Слов не было, но не мыслей.

Поднималась в комнату Габби тоже без энтузиазма. Мне даже жалко ее стало, отчего я чуть сильнее сжал ее руку, которую держал с того момента, как мы вышли из машины, но комментировать это девушка никак не стала. Только посмотрела на меня удивленно и быстро отвернулась. А вот в номере нас ждал сюрприз. Точнее папа собственной персоной. И я даже мог обосновать его появление, ведь когда я привел Габби в клан, он не знал об этом. Но зато узнал о сделке с ведающей.

- Добрый вечер, я Риккардо Остер – отец Витторио. А вы… – обратился он к Габби, даже не взглянув на меня.

- Габриэль Ритерфорд.

- Приятно познакомиться. Вы вместе живете? – с улыбкой спросил отец, только вот я знал, что такие расспросы ни к чему хорошему не приведут. Особенно, с папой.

- Отец, мы немного устали. Давай попозже поговорим, - попытался я отговорить его.

- Не ожидал встречи, да, сынок? – заговорил на родном итальянском Остер-старший, обратив на меня внимание. – Вот и для меня было большой неожиданностью, когда сказали, что мой сын приходил с ведающей, - он мельком глянул на Габриэль, а потом радостно закончил: - Но ладно, забыли. Самое главное, что ты сделал все, как я сказал, и она теперь наша. Молодец, я тобой горжусь.

У меня его слова радости не вызвали. От слова совсем. И дело даже было не в том, что Габби все сказанное понимала, хотя не без этого, но и в том, что мне в очередной раз напомнили о том, как я поступил. И ничего кроме горечи я не мог испытывать.

- Да, теперь вижу фамильное сходство. Оба вы уроды, - по-итальянски протянула девушка холодно и зло. Впервые за последние дни Габби стала хоть отдаленно похожей на ту, с которой я познакомился. И, похоже, ее вполне удовлетворило удивление на лице отца и, не дожидаясь ответа, она отправилась в спальню.

Черт! Как же все не вовремя!

- А ты был прав, она та еще конфетка.

- Уходи, - холодно произнес я. Отец опешил, но, к счастью, промолчал. – Надеюсь, до моего возвращения в клан, я тебя больше не увижу.

Возможно, потом я буду жалеть о своих словах, но не сейчас, когда Габби была раздавлена, а меня тревожили сожаление и чувство вины.

- Ты сейчас серьезно? Выгоняешь родного отца из-за какой-то девчонки?! – презрительно произнес он, не пытаясь скрыть своих чувств.

- Ты уже много чего наговорил. В следующий раз побеседуем в клане, а сейчас убирайся. Немедленно, - едва ли не прорычал, сжимая кулаки.

Остер-старший недобро прищурился и покинул мой номер.

Прежде чем зайти в спальню, я несколько секунд стоял на месте, справляясь с бушующими эмоциями. Нужно было успокоиться.

Ведающая лежала кровати, а не на диване как прежде, свернувшись калачиком. Осторожно подойдя, я лег рядом и прижался к ней сзади.

За последние сутки девушка практически не спала, ее мучили кошмары, отчего и я перестал спать нормально. Приходилось едва ли не каждый час контролировать ее и успокаивать, говорить, что я рядом. Хотя в тот момент я не видел в этом смысла и не понимал зачем стараюсь ради той, что предала меня, но не теперь.

- Девочка моя, - тихо прошептал я, целуя в висок.

- Витто, пожалуйста, если между нами хоть что-то было настоящим, хватит причинять мне боль, - тихо попросила она, едва ли не шепотом. Очень горьким шепотом. – Я больше не выдержу.

Знала бы она, какую боль мне причинила ее ложь. Но это все равно не сравнится с тем, какую я заставил испытать девочку.

- Если ты считаешь, что я снова обманываю тебя, то ты ошибаешься, - я скривился от того, как глупо звучали эти слова. Она не поверит. Не после всего того, что произошло. – Я знаю, тебе в это верится с трудом, но сейчас я не лгу, - уверенней произнес я.

- Тогда почему ты просто не оставишь меня в покое? Почему вам всем так нравится меня мучить? – в ее голосе послышалось отчаяние, от чего я прижал ее сильнее. Не отпущу. – Лучше бы я сдохла в той аварии, - тихо прошептала она.

Стоило только представить подобное, как в душу закрадывался страх. Я испытывал его каждый раз, когда у мамы случался приступ, но сейчас… Сейчас все было немного по-другому. Это был не страх потерять семью, тот, к которому я привык. Нет, казалось, что если с Габби что-то случится, я потеряю себя.

- Не говори так, - на полном серьезе возразил я. Еще не хватало, чтобы у Габби появились мысли о самоубийстве.

- Как же я устала. Как было хорошо жить и ничего не знать о таких, как вы.

В каком-то роде она права, ведь узнав о своей второй половине жизни, волшебной жизни, от нее уже трудно отказаться. Она словно клещ впивается в кожу и не дает вернуться в обратный режим. Но в этом есть и плюсы. Ты обретаешь самую верную семью, дар, и мир открывается для тебя по-новому.

- Это невозможно, Габби. Магия - часть тебя, как этот мир и остальные существа, о которых людям ничего не известно.

- Лучше бы он меня сожрал.

- О ком, ты говоришь? – мягко спросил я, гладя по светлым мягким волосам.

- О той твари, из-за которой мы перевернулись, - она схватилась за виски, пытаясь унять головную боль.

И с этим надо было что-то делать. Главное не давить, иначе она окончательно могла закрыться.

- Если ты хочешь поговорить – я буду рад тебя выслушать.

- А смысл, если мне никто никогда не верил? Я сама с трудом понимаю, где теперь правда, а что фантазия, спустя столько лет.

- А если я поверю? – тихо предложил я, не сомневаясь, что Габриэль не откажется поделиться историей, что так долго мучила ее. По крайней мере, я надеялся на это.

Габби взглянула на меня с сомнением. Конечно, никто не верил в ее бредни, никто не понимал, каково это переживать все вновь и вновь, хоть и мысленно. И я даже представлять не хотел, как тяжело ей приходилось среди людей, которые считали девушку сумасшедшей. Как ей вообще удалось с таким справиться. Но я выдержал ее взгляд, после чего она начала свой рассказ:

- Я точно помню, как мы ехали в машине. Как всегда папа был за рулем. Мама рядом. Она попросила меня передать ей воды, - девушка замолчала и перевернулась на спину, но на меня не смотрела. Спрятав голову за руками, Габби словно боролась с собой.

- И что было дальше? – нетерпеливо спросил я, подперев одной рукой голову, а другую положил ей на живот.

Эффект оказался неожиданным. Она взглянула меня с тем же сомнением, все еще не веря, что я ее выслушаю, и в то же время во взгляде промелькнула надежда. И я был готов не только выслушать, но и успокоить, если понадобится, и ждал продолжения.

- Дальше папа отвлекся, и тут появился этот... человек. – Спустя несколько мгновений тишины, девушка вновь заговорила. Только голос сильно дрожал. – Он словно шел прямо на машину. Я первой его заметила, даже что-то сказала. Папа слишком резко вильнул в сторону, дорога была скользкой, и нас занесло, машину несколько раз перевернуло. Я ехала не пристегнутой, на заднем сиденье... и я вылетела из машины.

Не могу только вспомнить, теряла я сознание или нет. Помню адскую боль и собственные крики. И мерзкую, обезображенную, рожу с красными глазами склонившуюся надо мной. - На миг Габби замолчала, гулко сглотнув, и сжалась. - Он был таким страшным, но я думала это человек и попросила его помочь. Умоляла. Пока не увидела клыки в раззявленной пасти. Эта мразь впилась в меня зубами. Я сопротивлялась, как могла, кричала, из всех сил пыталась вырваться, что-нибудь сделать. Но он... Он ломал мои кости, чтобы у меня ничего не получилось. Или просто получал удовольствие. Не знаю. Знаю, что было больно, никто меня не слышал, даже родители. И никто не мог прийти мне на помощь.

Чистая случайность, и родители не слышали девочку, потому что были без сознания, или здесь не обошлось без помощи… Кого? Вампира, который напал или элементаля, которого, как я понял по записям, она видела?

Габриэль всхлипнула и зажмурила глаза, сжимая кулаки настолько сильно, что от ногтей явно остались следы.

Бедная моя. Мне так хотелось защитить ее от всего мира. От кошмаров, от вампиров, которых я так сильно желал убить, абсолютно от всех.

- Тшш, успокойся. Этого больше не повторится, - я приблизился к ней, целуя лицо. Щеки, лоб, нос, губы. – Я рядом. Тебе больше ничего не угрожает. И учти, если я еще хоть раз замечу рядом с тобой Морена, я убью его, - уверенно закончил, ничуть не сомневаясь в сказанном. – Продолжай, - слегка грустно улыбнулся я, чмокнув Габриэль в нос, в то время как она просто смотрела на меня, но, к сожалению, я не мог прочесть эмоции в голубых глазах. Разве что нерешительность.

И тем не менее, Габриэль справилась и с ней, и с собой.

- Я не знаю, как это назвать, но, наверно, случилось чудо. Хотя теперь я думаю, что оно было весьма сомнительное. Был свет. Не яркий, но теплый. Как будто рой светлячков. Какие-то странные звуки. Шипение вампира. И снова очень много боли. Такой, что я даже не думала о том, чтобы выжить. Там уже жить не хотелось. Вампир прятался от этого света за моим телом, но свет приближался, пока не подошел почти вплотную. Руки вампира сжали с такой силой, что дышать было невозможно и в глазах потемнело. Был еще один оглушающий крик, только в этот раз чужой, и вампир словно высох и рассыпался. Дальше все было как в тумане. Я уверена, что видела лицо элементаля, перед тем как нас нашли спасатели, как и в том, что я не могла пошевелить сломанными руками и ногами, да я дышать-то могла с трудом. Но когда проснулась в больнице, на мне была лишь пара царапин и ушибов. И никаких подтверждений случившегося. - Она сделала паузу, сдерживаясь, хотя и так понятно было, как девочке непросто. – И чтобы я не говорила, никто мне не верил, а мне было так страшно, что я не могла спать. До сих пор боюсь спать по ночам и засыпаю только под утро. Как закрываю глаза, вижу и того вампирюгу, и все, что он со мной делал.

- Не сдерживай себя, - я прижал ее к своей груди, неторопливо гладя по спине. – Поплачь или даже ударь меня, но не держи ничего в себе. Если тебе что-то будет не давать покоя, тут же обращайся ко мне, поняла? – я заглянул в ее лицо, по которому медленно стекали слезы, и, заметив кивок, еще сильнее прижал.

Моя.