Абаддон, выйди вон!

Глава 14

Я взял в руки что-то такое живое, полное черной энергии. С него прямо сочилось концентрированное зло, как яд. Я развернул тряпку…

— Меч Раздора, — прокомментировала ламия. — Один из легендарных адских мечей и прочего.

— Как-то он мне не очень по душе, — я разглядывал черное лезвие, словно сотканное из тьмы с пробегающими по нему красными огоньками.

Даже не из тьмы, а первородной бездны. А это еще большее, чем зло, потому что это не оно. Ничто. И эта штука сосала мою энергию на глазах через рукоять из непонятной черной кости, увитой металлом. Ну такой подарочек нафиг…

— И правильно, — кивнула ламия. — Он — только для демонов, человеку придется плохо. Примерно, как тебе сейчас.

— И что в нем такого? — я повернул лезвие плашмя, пытаясь поймать на него хоть какой-то отсвет, но тщетно.

— Может убить любого демона… или ангела. Я же говорю, легендарное оружие.

Я полюбовался им, как ядовитой змеей. Желание оставить себе не возникало. А отдавать в «Санктум» такую штуку… Облезут.

— Для демонов, говоришь? — я завернул меч обратно и протянул его ламии. — На, владей!

— О! — она прямо расцвела. — Спасибо!

— Могла бы и не спрашивать, — я подмигнул ей. — Спокойно взяла бы и все.

— Ну как же, — она смутилась. — Ты его победил, значит, и трофеи твои. Я же не буду крысятничать…

— Не надо будет прятать от других собратьев?

— Разберусь! А вот то, что будет по душе тебе, — и снова она сверкнула своим задним совершенством. — Держи!

— Что это? — я взял в руки серебристый трехгранный клинок из неизвестного мне металла. Короткий, не больше двух футов, с долами по лезвиям. — Увесистый!

— Меч ангела, — сказала ламия. — Вероятно, трофейный. Попроще, конечно, чем Меч Раздора, но тоже легендарное и тоже убивает всех. Табельное оружие ангелов.

— Не думал, что у них оно есть, — хмыкнул я. — А как же божественный свет, благодать и прочее…

— Еще как есть, — закивала ламия с нотками благоговения в голосе. — Есть у них и оружие массового поражения, а есть и что попроще. Надо же нападать и обороняться от демонов, пока находишься в человеческой морфе и нежелательно привлекать внимание? Есть у них оружие, есть. Да и сами они — хулиганье еще то. Удар крыльями у них болючий…

— Спасибо! — я воткнул чудо-клинок за пояс.

— Не за что, — сказала она. — Был бы меч архангела, тогда бы было за что. Ну что, есть еще желание подъехать на склад, где тебя уже будут ждать?

— Не-а. А то еще поубиваю мусоров, а они злопамятные.

— Правильное решение, — одобрила ламия. — Ну что, тогда домой!

— Ага! — и я вставил ключ в замок зажигания.

Впрочем, Билли так от меня и не отстал. Через пару часов, когда я уже шел по трассе порядком от Бостона, он мне позвонил.

— Ты где? — первый вопрос был задан явно для проформы.

— Возвращаюсь в «Санктум», к себе.

— Что на склад не пришел? Мы с Вилли тебя ждали, отметить дельце хотели…

Рядом со мной на сиденье материализовалась ламия. Не спится серой. А может и просто интересно. Вишь как уши навострила…

— Срочно вызвали обратно. Я же как пожарник, мчусь туда, где горит…

— А, ну да, — голос Билли выдавал нешуточную озабоченность. — Слушай, а у него ничего в комнате не было? Не искал?

— Ты же видел, я с пустыми руками вышел. Нет, ничего.

— А ты его обыскал?

Тут ламия закивала мне, и шепотом начала твердить «да, да, да!».

— Да, — я скосил недоуменно глаза на подругу.

— И что нашел? — спросил Билли, затаив дыхание.

Ламия стащила листок с рекламой и стала когтем что-то на нем писать.

— Да так… — отвлеченно ответил я.

— Что? — в голосе Билли прорезался металл, прямо как лязг затвора.

— Записку с адресом, — я притормозил и съехал на обочину.

— Какой там адрес?

— Сэндикот-кресчент двадцать два.

— Спасибо!

— Э, вы сами туда не суйтесь, мне нужно в «Санктум» доложить, чтобы команду выслали!

— Мы сами, — заржал Билли. — Пока, лошара!

И бросил трубку. Вот и вся любовь. Ну а я мысленно пометил в списке их двоих в колонке «Подлежат уничтожению».

— Ну и что это было? — поинтересовался я у ламии.

— Это? Адрес.

— Понятно, что адрес. И?

— Понятно было, что они хотят тебя кинуть. Тем более имея заказ на вещи высшего демона, скорее всего, Меч Раздора. Хотя я тебе еще не весь лут показала, там много эксклюзива.

— Я понял. А что за адресок? — я потряс листком.

— А, это… Гнездо гулей. Бедные голодные трупожоры числом с десяток проголодались, — грустно сказала она. — А тут сладкие вкусные охотнички как раз сами на перекус просятся, даже без оформления доставки. Не думаю, что два лохопета их уровня одолеют десяток гулей. Хотя будут стараться, этого не отнять. На кону охеренная куча бабок.

— Нельзя так, — с улыбкой пожурил я ламию.

— А что нельзя-то — вытаращила она глаза. — Подставили, решили кинуть и тебя и «Санктум» — хрен бы с ними, лошарня тоже полная, но тебя я не прощу. И потом еще решили тебя замочить и лут забрать! И да, попрутся они туда по своей воле, никто их за бейцы не тянет. Ну так что нельзя?

— Я про то, что у гулей от мусоров изжога будет. Хватит монстров травить!

— А, ну ладно, подушни, — великодушно разрешила ламия. — А как закончишь — займешься более умными делами.

— Это какими же?

— Я так думаю, что нечего все везти обратно в клювике в «Санктум», — сказала ламия. — В конце концов, снабжать их мы не подписывались.

— Да вроде как…

— Вроде, вроде… — передразнила меня она. — Ты получал контракт на исполнение этой работы? Я имею в виду в письменном виде, за подписью и печатью?

— Нет, конечно, — хмыкнул я. — Кто же будет палиться и такую глупость на бумаге писать?

— Ну тогда какие проблемы? — хмыкнула она. — Хрен им по всей морде. Лучшее и хорошее мы спрячем, а трэш загоним Сиду с его кисломордой командой. Сам же говорил мне когда-то, что шпионы делают тайники так, как белки прячут орешки.

— Говорил, — скорчил я кислую морду.

Да, в свое время наделал я тайников уйму. Вот только одна маленькая поправочка — в том мире и в тех САСШ. Там было загляденье — от фальшивых документов и денег до артефактов и легендарного оружия. Все, что попадало в руки во время практик и миссий — не хранить же это в «Торчке», чтобы попасться при внезапной проверке администрацией? Эх, сейчас бы это все…

— Хватит жалеть! — ламия словно прочитала мои мысли. — Надо обустраиваться по-новому в этой новой мировой тюряге.

— Легко тебе, — сказал я. — У меня там было заныкано немеряно, одних баксов по тайникам тонн двадцать!

— Что было — то сплыло. При случае этому мудаку Локи счет предъявишь.

— Уж предъявлю, не сомневайся, — мрачно пообещал я. — Что и где ты предлагаешь?

— Когда я шаталась по округе в поисках… ну короче, в поисках…

— Чью бы душу сожрать? — ухмыльнулся я, заметив запинку. — Ладно.

— Нашла совершенно шикарное место.

— Дай угадаю. Кладбище?

— Да ну еще! Там вечно неупокоенных полно, копатели могил, некроманты… Самое ненадежное место. Разве только для оперативного обмена информацией, но это мы шпионам оставим, у нас свои дела.

— А где тогда?

— Заброшенное ранчо в десяти милях от «Санктума». Абсолютно чистое, аж противно. Никакой паранормальной активности, существ и полтера.

— И ни души? — прищурился я.

— Была парочка, — смутилась ламия. — Старые, еще с позапрошлого века. Прогорклые, потом отрыжка от них нездоровая.

— Да уж, — что-что, а ее отрыжка меня никоим образом не беспокоила. Пускай с Альфом из шоу в этом соревнуется. — А кроме дичи что-нибудь было?

— Не, — замотала она головой. — Ничего.

— Ты предлагаешь спрятать это в доме? Туда могут заявиться кладоискатели.

— Нет, конечно, — сказала она. — В поле. Оно не возделывалось уже черте-сколько и не будет. Самое путевое место, чтобы прикопать там тайник с артефактами. Вон, мимо скобяной лавки проезжать будем, там должны бочки быть.

— Тоже мысль, — кивнул я. — Можешь думать головой, если захочешь!

Обратный путь занял положенные сутки и прошел без происшествий. Ну вот совсем без происшествий, чесслово! Даже скучно. И звонков больше не было — видать, ужин гулям понравился. Хоть бы благодарственную записку прислали…

Спал я теперь в машине, а ламия в это время выполняла работу санитара леса. Шучу. Просто моталась по округе и жрала неприкаянные души, которые в большом количестве маялись на шоссе, недалеко от места гибели своих хозяев.

Бочку мы все-таки купили. Пока маленькую, на двадцать галлонов, отвратительно кислотного синего цвета и мэйдинчайновую. Когда я понюхал запах под крышкой, меня перекосогребило от концентрированной химической вони свежего пластика. После этого бочка в кузове ехала открытой — пусть лучше окружающую среду отравляет, чем свое будущее содержимое.

И, когда пошли знакомые места, я свернул туда, куда вел меня мой бесценный серокожий штурман.

— Все, приехали! — в конце концов сказала она. — Всю задницу отсидела и сиськи растрясла!

— Лифчик носи, — критически осмотрел я ее, особое внимание уделив растрясенным частям тела, рвущимся на свободу от возмущения.

— Только тронь — палец откушу! — пообещала ламия, заметив, что я прищурил один глаз, и, вытянув указательный палец, собрался дотронуться до…

Ну, в общем, ладно.

— Тогда давай собирать то, что мы не будем отдавать.

— Вот это давай, — одобрила она.

Да, наследство у экзорциста-расстриги было порядочное. Первое — действительно по профессии, еще до того, как Андрас в него вселился. Все эти наборы, книги, записи…

— Прямо-таки жалко оставлять такое! — ламия с грустным видом кошки, у которой отобрали корм, глядела на книги.

— Ну тут у него всякое. «Молот ведьм», «Теургия Гоетия», все арсы от «Лемегетона», «Книга черной магии и договоров»… В общем, всякий трэш, который есть в любой библиотеке уважающего себя бесогона. Я отсюда заныкаю только «Арс Ноторию» и «Большой ключ Соломона». Посмотри какая прелесть, аж семнадцатый век! — я покрутил тома в руках.

— Ага, — ламия оглядела россыпь книг. — Всю религиозную макулатуру тоже им отдадим. А вот дневнички — нет!

Она любовно огладила старые потертые амбарные книги в кожаных обложках. Я даже предполагать не стал, чья кожа на них пошла. Наклейки на них «ни одно животное не пострадало» я не увидел, но она могла оказаться пророческой. Ведьмы тоже, знаете ли, природу берегут, что твой «Гринпис».

— Так, переходим к вещам насущным, — я потянулся к огромному и тяжелому футляру черного дерева, от которого распространялась нехорошая такая аура.

Ой, ё! Чуть пуп не надорвал! Тут вся сотня фунтов, не меньше! Я раскрыл футляр…

— Я, конечно, подозревала, что все экзорцисты долбаные садисты-извращенцы, но… — сказала ламия.

— Ты клейма посмотри, — посоветовал я ей и взял в руки один из никелированных инструментов.

— Ох, ё! Наци?

— Они самые, — я посмотрел на выбитые клейма «военной приемки» и двойные сигруны. — Наш экзорцист пользовался инструментами с большой историей и с черной аурой.

— Да вижу я, — угрюмо сказала ламия. — Что с ним делать?

— Очистить не удастся. Пусть пока в тайнике полежит. Вдруг пригодится.

— Ну-ну…

— Предлагаешь сдать этот раритет в «Санктум», чтобы они его обменяли на что-нибудь ценное? Зато у нас будет лишний инфернальный источник на всякий случай.

— А, ладно. Давай, — махнула рукой ламия. — Если что, и загнать его можно за хорошую цену.

— Ладно, — я начал перекладывать артефакты бесогона. — Что скажешь?

— Дешевая поделка. В любой папистской лавке найти можно, — скривилась она. — Можем сдать для отчета.

— Договорились. Так и сделаем. А вот это что такое? — я вынул из кучи трофеев футляр из черного дерева в форме гроба.

— О, интересная штучка! Только слышала… Открывай давай!

Я с интересом откинул крышку.

— О, да! — теперь уже выдохнул я.

На темно-алом вельвете, напоминавшим по задумке мастера кровь, лежал короткий посеребренный револьвер, который прозвали «курносым». Весь испещренный очень искусной гравировкой с летучими мышами и драконами

Тут же в футляре лежали серебряная бутылочка с надписью «святая вода», шомпол-кол против вампиров и шесть патронов с серебряными пулями, расположенными в форме креста.

— Только не говори, что эта пушка была его оружием, — я взял в руку револьвер, любуясь мастерством гравера. — Скорее, это сувенир.

— Эта собачья писька? Была, — ухмыльнулась ламия. — Она не настолько простая, насколько выглядит. Присмотрись внимательнее.

Я повертел короткий «Кольт», который прозвали «курносым». Даже на срезе ствола, заходя на рамку был вырезан крест. В общем, идеальное оружие для стрельбы в упор серебряными пулями. А так я просто заметил пару несложных плетений, добавлявших меткость и урон.

Серебряные пули были стандартными литыми. Только на носике была пентаграмма в круге, чтобы еще и на демонов действовали.

— А почему «легендарный»? — спросил я.

— Он из него кучу вампиров и демонов положил, когда человеком был.

— Вот этим вот? — хмыкнул я, вынув патрон из гнезда. — Твари умирали от хохота?

— Ну не знаю, — повела она плечом. — Может, дополнительно зачаровывал, может еще чего. Многим хватило. И даже хорошо посеребренный, чтобы вампирские ручки не цапнули.

— Ладно, сувенирчик себе оставлю.

Я прикинул калибр. Нормально, тридцать восьмой, плетения для него я помню наизусть. Будет карманная базука или «второй шанс», как у всех копов. Я отложил ящичек с микрокольтом в кучу «берем с собой».

Ну а дальше дело пошло быстрее.

Все религиозное, традиционное и дешевку-штамповку сдадим для отчета. Пусть почитают, обновят свои представления о религии. В дальнейшем им придется очень и очень удивиться и пересмотреть свои взгляды, я это обеспечу.

Все обычные артефакты — тоже в эту же кучу. Слишком много трэша мне не надо, некуда класть.

— А вот это надо? — подмигнула ламия, подавая мне ролик из баксов, банально перетянутых резинкой.

— А то! — оживился я. — Это уже веселее!

— Прибереги на случай моей инвокации, — потянулась ламия. — Вот тогда я с тебя стрясу все долги. Мороженкой ты не ограничишься. С тебя отдых на море и лучший ресторан в лучшем отеле. Так что копи бабки на круиз!

— Обязательно, — пообещал я.

А что? Я тоже уже давно в отпуске не был. И в ближайшем времени не буду. А отдохнуть на пару с ламией, когда она будет в человеческом теле… Если учесть, что у нее безупречный вкус, то она себе такой мясной костюмчик подберет…

Я еле отбросил такие мысли. Нет, все-таки отсутствие Холли плохо на меня влияет. А если, как нашептывает мне мой внутренний бес, это навсегда, то… Изыди, сволочь!

— Обещаю, — сказал я вполне честно. — Как решишь вселиться в кого, так сразу. Только предупреди за пару недель.

— Заметано, — кивнула ламия. — Так и сделаю. Ну что, продолжаем?

И мы продолжили. Пришлось пристрелить внутреннюю жабу, с которой никак не удавалось договориться. В результате в бочку ушло все то, что нельзя было светить или показывать в «Санктуме» и хранить в пикапе. Или при себе. А также то, что не понадобится в ближайшем будущем. До кучи перед тем, как похоронить наш тайник, я навел такие заклинания порчи на бочку, что ламия аж крякнула от удивления. Хотя должна была привыкнуть, нечего поражаться.

После я навел заклинание Развеивание и то место, где был наш тайник, стало неотличимым от окружающей земли. А пара метров глубины надежно спрятали контейнер.

— Ну, это бы надо обмыть, — ухмыльнулась ламия. — Первый тайник в этом мире.

— Дай бог не последний, — сказал я. — А обмыть… Я чувствую, сейчас по приезду нам предстоит и обмывание, и подмывание…

— Что, в первый раз, что ли? — хохотнула она. — Идем в голимое отрицалово. Ничего не знаем, ничего не видели и не брали.

— А если нажмут? — спросил я.

— Лучше им этого не делать! — она задумчиво стала исследовать свои отрастающие когти.

— Да, пожалуй, — вздохнул я. — Ну что, поехали?

Реально существующий кольт «THE VAMPIRE HUNTER'S COLT» и наборчик юного охотника