Абаддон, выйди вон!

Глава 6

— Все, теперь ждите моего возвращения! — я закрыл дверь подвала перед носом любопытного Сида.

Вообще, сейчас у него была другая работа — координация с немецким отделением «Санктума», располагавшегося как раз в Берлине, точнее, его пригороде.

Рисковали мы? Да. Начиная с того, что сейчас принц сидел взаперти в одном из укрепленных бункеров «Санктума», оставшихся после прусских милитаристов. Естественно, под защитой и со всеми мерами предосторожности, засыпанный солью чуть ли не с головы до ног, как перхотью. И с соляной шахтой под бункером — это чтобы демоны снизу не прорвались и за яйца не укусили, наверное.

И то, все это внушало, скажем так, осторожный оптимизм. Гончие ада сдаваться не были намерены, песики это упорные и целеустремленные. Охрана клялась и божилась, что слышала инфернальный вой, пробирающий до костей, и скрежет досок ворот и дверей. А потом поутру находили изгрызенные и исцарапанные когтями двери и косяки, при том, что ни одна камера безопасности их не засекла. Да еще щедро обоссанные ворота.

Че, песики примериваются. Через пару дней принцу зввиздец, они за ним придут так или иначе, будь он даже просолен, как голландская селедка и сидел в бочке со святой водой. Даже если они сразу до него не доберутся — ему все равно кранты. Либо перекроют ему путь к еде и воде, либо более радикальным способом — притащат к нему его любимую жену и сынишку-наследника. Хруст костей которых быстро заставит его сдаться и уйти в ад добровольно. Поэтому я решил заняться народным творчеством пораньше.

Для начала я прищурился и посмотрел на канавки сигила с пентаграммой, заботливо и тщательно кем-то выдолбленным в полу. Ну что, тот кто это делал, сделал это толково. Все углы выдержаны, соединения замкнуты, символы нарисованы правильно. Чувствовалась работа мастера. Причем ловушка была большая, того же самого Рыцаря Ада с жопой, как у бегемота вместит— это если мне вдруг приспичит его вызвать. Но на мелкого шныря точно хватит.

Для начала я заполнил канавки солью из принесенных мешков. Кладбищенской пылью было бы еще лучше, но это надо ее идти мести, собирать… А тут отличная соль — не, не «Экстра», она не подходит для печатей так же, как и для засолки огурцов — хорошая, мелкая, каменная… Самое оно.

Хорошо еще, что в полу были выбиты только основные элементы, дополнительные можно было досыпать отдельно в приготовленных для этого местах. Что я и сделал.

В центре, в углубление я поставил самую настоящую чашу Гекаты. Вообразили себе золотую с каменьями? Не, ошибочка. Весьма непрезентабельная медная чаша, такую на развалах у старьевщика найти можно. Вот только испещренная письменами на фракийском. Но взяв ее в руки, я ощутил что-то вроде вибрации на уровне высших сфер. Да, один из легендарных артефактов, что уж там.

А вот смеси номер два под рукой не было, как не было вообще номерных смесей, не делают они это еще. Так же не было свечей «Ритуальные демонские», спичек с каббалой — вообще ничего! Недоразвитие этого мира в плане магии меня начало напрягать нипадеццки. Пришлось делать все самому, а запас больших и толстых свечей нашелся у густо покрасневшей Мери. Если учесть, что они были с лавандой и при сожжении давали легкое заклинание Флирта… Опасно, а что делать! Вдруг у демона на меня встанет? Интересно, а для кого их Мери жжет? Ай да проказница!

Я ухмыльнулся, расставляя большие и толстые свечи — для такого мегакруга. А что? Это, считай, как ацццкие батарейки, должны быть большими. Мы же не дух безвременно усопшего хомяка вызываем?

Ну что же, все готово. И пусть на сегодня у меня нет кодового слова, я демона вытащу. Потому что у меня есть мегачаша, и плевать, что у него там адофон на отбой незнакомых номеров поставлен. Кстати, отличная идея, так бы до него мошенники-хохлы бы добрались. «Не желаете перевести шекели на безопасный счет?»

Я начал ритуал. Что меня всегда не устраивало — руку надо резать, чтобы окропить трэш в чаше своей драгоценной кровью. А теперь подожжем получившуюся аццкую смесь… Есть!

По залу поплыла вонь жженых костей, трав и еще чего-то — воняет, примерно, как костер на субботнике, в который еще предварительно и насрали. Ну что, надо читать заклинание…

— Осурми делмусан аталслойм… — ну и так далее по тексту, и добавил в конце, — Пентагнони метосите!

Вот это мощность у пентакля! По залу прошла невидимая волна, огоньки свечей моментально превратились в столбы огня до потолка, метров на пять, чаша вылетела из круга…

— А-а, б… дь! — раздался тонкий визг

В центре пентаграммы на четвереньках стоял голый Пентагнони, в одних трусах.

— Порвуууу! — вопль был такой, что аж уши заложило.

— Не обосрись по дороге, — сказал я.

Пентагнони поднял глаза.

— А, это ты… — разочарованно протянул он.

— Ага, я, — ухмыльнулся я, глядя на это демонское недоразумение.

Прошедшие годы явно не улучшили его внешность. Мелкий, босоногий, с всклокоченной шевелюрой, с глазами красными, как у бешеного кролика с бодуна. Или секса, что-то пьющих кроликов не встречал пока.

— Че надо, смертный… — затянул было он.

— Ты знаешь, как меня зовут, — сказал я. — Со своими «смертными» парь репу грешникам из лохов.

— Че хотел-то?

Я достал из-за спины бутылку красного Уокера. О, гляди-ка, сработало! У старого алкоголика сразу глаза желтым огнем зажглись.

— Что за это хочешь?

— Нужно имя демона, который в Олендорфе на перекрестке барыжит.

— Где? — неуверенно спросил демон.

— Тьфу ты, — плюнул я.

Надо же было так лохануться. Не посмотрел, есть ли тут на карте Германия, и как она там делится. Вот вроде и грамотный, а такие очевидные проколы допускаю…

— Бавария. Это где горы, грудастые тетки и колбаски. И шикарное пиво. А уж шнапс какой… — стал я расхваливать голосом турагента.

При слове «пиво» острый кончик хвоста у Пентагнони задергался, а при «шнапс» выпрямился и перешел аж в состояние эрекции.

— Шнапс? — хрипло спросил демон-алкаш.

— Ага, — я посмотрел на вискарь в своей руке. — Конечно, до скотча ему далеко, но…

— Ладно, узнаю. Развоплощай!

Я щелкнул пальцами, и демон втянулся струей черного дыма в специальные щели между плитами.

Минут пять я подождал, затем опять вызвал старого алкаша.

— Ну что, узнал?

— Ага. Давай бутылку, — он протянул руку к границе магического круга.

— Имя! — потребовал я.

Приходилось работать с алкашами, и только по принципу «утром стулья — вечером деньги». Иначе эти животные напивались раньше, чем что-то могли сделать.

— Малфис. Шестерка, продажник средней руки. Пришибить пальцем можно.

— А вызвать?

Пентагнони осмотрел зал, круг под собой, чашу и присвистнул.

— Да сюда можно хоть папу Люцика вызвать. С такими-то артефактами.

— Ладно, поверю, — я передал ему через круг бутылку. — Заслужил.

— Ага, — алчно сказал демон, сорвал пробку и прямо из горла высосал флакон, как минералку. — Хорошо, ик!

Он смачно рыгнул, глаза начали разъезжаться в разные стороны.

— Вот так бы сразу и дал похмелиться, а то вызвал и начал с беспредела, — пожаловался он. — Я уж думал, хотел узнать, где твоя подружка обретается…

О, блин!!! А я хотел ее призвать…

— Ну и где?

Демон пьяно подмигнул мне и протянул свою лапу.

— Что, опять?

— Не подмажешь — не поедешь, — хихикнул он. — И пойло должно быть получше. А то эта реднековская моча…

— Вообще-то это скотч, а не бурбон и не муншайн, — сказал я ему.

— Да знаю, знаю. Его только грешниками занюхивать. Пойду вяленых душонок куплю на закусь…

— Я те щас так куплю! — показал я ему атам.

— Ну вот, чуть что, сразу освященной пыркалкой грозить, — грустно сказал Пентагнони. — Разве так можно со старыми друзьями обращаться?

Я хмыкнул. Не припомню, чтобы у меня были друзья среди демонов. Эмпуса — не в счет, она уже ближе, чем друг. И надо ее выручать!

— Ладно. Вот такое пойдет? — я вынул подарочную коробку с «блю лейблом».

Пентагнони аж подкинуло на месте. Не будь он в круге, сделал бы кульбит на месте.

— Да! Давай!

— Колись. Что ты знаешь об Эмпусе, где она и как ее вытащить сюда?

— Это уже три вопроса! — скорчил он умную рожу и поднял глаза к потолку. — А значит, три бутылки!

Я молча спрятал коробку и сделал вид, что вот-вот его изгоню.

— Подожди! Стой! — засуетился демон. — Скажу! В беду попала твоя подружка. Причем, ты виноват! Как ты исчез, к ней сразу пришли за твои прошлые грехи ответить.

— А она-то тут при чем? И где ее крыша?

— Про крышу — не знаю. Разве не ты ее крыша? Тебя в адском чате черти часто поминают. Матом.

— Боятся?

— Скорее, опасаются, — почесал нос Пентагнони. — Но некоторые и боятся. Очень.

— Как я мог исчезнуть? Они что, меня не чувствуют в этом мире?

— Да как тебе сказать, — замялся демон. — Все сложно. Короче, нет.

— Так, где она сейчас? — требовательно спросил я.

— У одного из прислужников Астарота, Заргота.

— И как ее вызволить?

— А то ты не понимаешь… — подмигнул мне он. — Вызови ее.

— Я уже пытался…

— С кольцом призыва, что ли? Ну ты и балда! — рассмеялся он.

— Но-но, ты с базаром поосторожнее! — предупредил я.

— Твое кольцо работает только тогда, когда она свободна, типа адского пейджера. Сейчас же ее заперли в городе Диса, седьмой круг. Мерзкое, скажу тебе, местечко. А вытащить ее оттуда можно, используя этот королевский сигил огромной силы… Да что там, он Люцика может вытащить из ванной или с суккуба стащить!

— То есть, осталось только призвать…

— Ага! — сказал он и протянул лапу за бутылкой. — Давай!

— Если обманул…

— А зачем мне это? — он полюбовался на синюю этикетку, а затем все повторилось в точности, как с первой бутылкой.

Вот жрут черти, печенка у них железная штоль? Предмет зависти всех алкашей мира. Охренеть.

После второй бутылки демон окончательно окосел.

— Ну ты обращайся, если что, ик! — он погрозил мне пальчиком. — Я пошел!

Нажрался, скотина. Даже вихрь темного дыма не с первого раза попал в щели плит. Ну а что, нормально. Если демон будет у меня на подсосе, в смысле, виски сосать…

А вот теперь надо поднапрячься. Хрен бы там с ним, с принцем. Не успеют сожрать, если еще не сожрали. Для начала выдернуть свою верную подругу, которая мне стала родной, почти семьей. Если так можно сказать про демона.

На этот раз ритуал призыва чуть не разрушил плиты с пентаграммой. Тряхнуло хорошо, похоже даже кладку кое-где повело, но теперь в круге появилась Эмпуса. И тоже на четвереньках.

Да, серой досталось по полной программе — живого места на ней не было.

Я зачерпнул соль, размыкая печать и прошел внутрь.

— Привет! — прохрипела она разбитыми губами.

— Привет, — сказал я, взял ее на руки и вынес из круга. — Ты как?

— Бывало и лучше, — сказала она. — Вытащил — восстановлюсь. Вон, положи меня на тот темный алтарь, там зла было немеряно, эманации сильные остались. Подпитаюсь пока.

— Хорошо!

Я отнес ламию на алтарь. Но теперь у меня осталось еще незаконченное дело.

На этот раз даже спецэффектов не было — в круге появился Малфис. Сидевший в позе горного орла и со спущенными штанами, в руках — газета «Адские ведомости». Банально, перепечатка «Нью-Йорк Таймс», там те же черти в авторах колонок сидят.

— Запорами страдаешь? — спросил я. — Больше не будешь.

— А? Кто здесь? Где я? — встрепенулся демон.

Еще бы, представьте себя на толчке, где стены внезапно исчезли и появились зрители. Которые даже жопу вытереть не дадут.

— В гостях у сказки. Страшной.

— Ты? Откуда ты взялся? Ты же вроде как исчез? — демон вытаращил глаза.

— Как видишь. Кстати, тебя я не знаю…

— Зато тебя весь ад знает! Котел для тебя уже готов, персональный! — хихикнул демон.

— Да ну? — хмыкнул я. — Рано. Еще не всем вам, твари, рога поотшибал. Вот, например, тебе.

— Мне? — недоуменно спросил демон. — А мне-то за что?

— Ты продажник? — спросил я.

— Да, и хороший! — с гордостью заявил он, натягивая штаны. — Могу размотать любого лоха… то есть, предложить любому клиенту то, от чего он не откажется. Че вызвал-то?

— Принц Альберт Цоллернгоген — твоя работа?

— Да, — с гордостью заявил он. — Лучшая продажа года была!

— Контракт верни, — сказал я.

— С какого это перепугу? — возмутился демон. — Ни хрена!

— С такого, — я показал ему саблю экзорциста, в которую я вложил столько плетений, сколько туда влезло.

Демон заозирался, думая, как бы ускользнуть. Нет, родной, ты отсюда никуда не денешься! Соль, железо, мистериум… А вот сабля экзорциста развоплотит тебя окончательно. И звизда котенку, отосрался. Жопу зашили.

— Ну что? — поторопил я его умственную деятельность легким взмахом сабли в воздухе.

— Не верну! Это один из моих самых лучших контра….аааа!

Стакан святой воды прекрасно освежает, как и любой другой. Так и просится рекламный слоган — «освежи своего демона, полей его водой!» Только что их корежит от нее, как от серной кислоты, ну да это мелочи.

— А если подумать? — спросил я, взвешивая на руке канистру с большой нашлепкой «Святая вода с ароматом ладана. Освящена папской курией».

Хотя там она паленая. Я просто нашел при разборке артефакторской пустую канистру и решил произвести впечатление. А так — крестик серебряный опустил — и все, вот тебе святая вода. Бесплатная. И с полезными ионами серебра. Хочешь — пей, хочешь — демонов мучай.

— Что ты хочешь? — плаксиво заверещал демон. — Сколько ты меня мучать будешь?

— Пока ты не разорвешь контракт.

— У меня же его душу из заработка вычтут! — захныкал демон.

— Выбирай, — пожад плечами я. — Либо это, либо это. Водички у меня достаточно. Следующую в шприц наберу!

— Ладно, ладно, отпускай! Разорву я этот треклятый контракт!

— Давай, при мне! — скомандовал я чертовой образине.

— Сейчас! — демон полез в карман сюртука и достал сложенную в четыре раза бумагу, потом кинул ее мне.

Я развернул контракт, посмотрел предмет торга, подписи сторон.

— Ну-ка дай мне посмотреть, — раздался голос сзади.

Я обернулся. Ламия, выглядевшая немного уставшей, но в целом вполне себе в норме протянула руку. Вот что алтарь жрецов-сатанистов животворящий делает! Даже демонов поднимает!

— На, — я сунул ей контракт.

— Ну вроде все нормально, — сказала она. — Все подписи и сигилы на месте. Жги!

Я достал спички, зажег и поднес огонек к контракту, который пыхнул, как порох с огнем и дымом. Демон в круге жалобно вздохнул.

— Ох и достанется мне от начальства! — плаксиво заявил демон. — Накрылась годовая премия. Да и неполное адское соответствие могут впаять. Отозвать дьявольскую свору так просто не проходит.

— А ты отозвал? — уточнил я.

— Да…

— И вправду отозвал, — сказала ламия, прислушавшись. — Воя не слышу. Давно демоны правды не говорили. Особенно лживые твари-продажники…

— Отпускай! — взмолил демон.

Я только поднял руку, чтобы щелкнуть пальцами…

— Ты что, отпустишь этого урода? — удивилась ламия.

— А что?

— Да он как только вернется, сразу второй экземпляр контракта возьмет, и все по новой! Вечно ты как маленький!

Демон обратился вслух — наши пререкания ему сильно не понравились.

— А что ты предлагаешь?

Вместо ответа ламия бросила в него выхваченный у меня из-за пояса атам, который я уже успел обработать. Теперь это полноценный атам изгнания, работает как на мир духов, так и существ.

Атам вошел демону точно в шею, и началась привычная аццкая цветомузыка. Опять в черепке заплескался аццкий огонь, подсвечивая глазницы, потом загорелся и сам демон целиком. Все, готов! На пол упало несколько обгоревших тряпок — все, что осталось от выкидыша ада.

— Кому-то здесь убирать! — ехидно заметила ламия.

— Уберут, не маленькие, — я взял чашу в руки и начал отлеплять от пола огарки свечей. — За то, что мы сегодня сделали…

— А что мы сделали-то? Ну вызвали, ну изгнали, точнее, развоплотили. И с таким оборудованием можно и не то творить, — пожала она плечами.

— Ты, я смотрю, быстро в себя пришла, — ехидно заметил я.

— Я же демон, не забывай. А тут было чем подпитаться. Теперь лучше думай, как будет проходить наша дальнейшая работа, — сказала она, обводя взглядом подвал. — Мне как-то пока в аду некомфортно, хотя я там и буду появляться. Что с этими твоими бесогончиками в коротких штанишках?

— Ну, значит, добро пожаловать!

— А они против не будут? — спросила со смешком Эмпуса.

А кто их спрашивать будет-то? Хотели специалиста — получили. А то, что у него на подхвате боевой демон — это уже мелочи.

М-да, чувство такое, как будто привел домой беременную одноклассницу и заявляешь — «Папа, мама, познакомьтесь, это Лида. Она будет жить с нами!».

Фигня, перетопчутся.

— Ну что, ты готова? — спросил я у ламии. — Тогда вперед!

И я смело взялся за запор двери.