Абаддон, выйди вон!

Глава 16

На следующее утро — да ну нафиг все эти ваши утра! — я был разбужен назойливым стуком в дверь. Я перевернулся на другой бок и сладко обнял такую милую поутру подушку. Желая стукачу гореть в аду.

Стук не прекращался. Наоборот, он превратился в назойливые удары по двери кулаком и дерганью ручки. Ну подергай, подергай. Зря, что ли, я испортил старинную дверь такой же старинной щеколдой, найденной на помой… в смысле, чердаке замка? Как раз от таких визитеров.

Я поднял голову и стал придумывать, как ответить стучащему, он явно нарывался. Выходило слишком задорно и крайне матерно. Ладно, в следующий раз будет по полной. Пока выберем мягкий вариант из набора.

— Ты, блин, еще башкой об нее постучи! — крикнул я, вставая с постели.

Настроение у меня было зверское. Вот ненавижу, когда мешают делать мне две интимные вещи — есть и спать. Тогда я становлюсь неуправляемо агрессивным. А в таком состоянии ко мне лучше не приближаться и пальцы в клетку не совать. Откушу нахрен.

Отодвинув щеколду, я резко открыл дверь так, чтобы визитеры почувствовали мое плохое настроение.

— Доброе утро! — ядовито сказал Сид, держа в руке тот самый разводной ключ.

— И вам не хворать. А это кто? — я ткнул пальцем в фигурку красивой девушки рядом с ним.

Черт! ЯБВ! Девка будила самые древние желания и скрытые под многовековым лоском инстинкты. Животные инстинкты.

Вот только у нее был огромный бланш на пол-рожи и отекшая скула.

— Это та, кого ты ночью чуть не прибил!

Или нет, как половой партнер явно отпадает. Теперь я смотрел на фофан чуть ли не с любовью. Награда нашла певицу на крышах.

— Бакэнеко? — прищурился я, включив Волховской взор. — Что-то не похожа она на оборотня!

— Нет. Это Бастет. Да. Та самая Бастет. Ты ударил богиню!

— Да ну? — с восторгом удивился я. — Первая богиня в моем послужном списке.

Я открыл оболок. Миндалевидные глаза Бастет расширились, кошачьи зрачки сжались до точки. Ага, прочувствовала, кошка драная? Богиня? Хорошо. Вот только есть одно небольшое обстоятельство…

— Ты будешь нака… — открыл было рот Сид.

— Слышь, дядя, пасть захлопни! — посоветовал ему я. — Если есть претензии — пусть говорит она!

— Есть! — с кошачьими нотками в голосе с акцентом произнесла она. — Покушавшийся на богиню и ее подданных умрет!

— Сама не сдохни случайно, — посоветовал я. — Во-первых, ты из левого пантеона, в местном мире ты не рулишь. Во-вторых, ты бессильна — у тебя нет здесь эгрегора, весь передох со временем. Не знаю, из какого древнего сортира тебя вытащил Сид, но силы в тебе нет, я это вижу и хорошо. Максимум, что ты можешь сделать — в тапки насрать. Ты просто старая иссякшая реликвия, монстр давно ушедшей эпохи. Я могу прикончить тебя прямо сейчас и прямо здесь, не сходя с места, но Сид, вероятно, будет против. Поэтому говорю в последний раз. Еще один концерт на крыше — кину не ключом, а выпущу магазин. Еще одна угроза — и ты умрешь. Я все сказал.

Я захлопнул дверь перед их носами и перевел дух. Действительно, не знаю, что она там Сиду сказала и что наобещала, но действительно старый египетский божок пусть тусуется со своими друзьями-фараонами. Ну и что, что те дохлые, перемотанные тряпками и в расписных гробах? Самая та компашка для древней, побитой молью кошкодевочки.

Пока протер глаза, пока прозевался, пока то да се — спустился, наконец, пожрать в кухню. Там уже хлопотал Джордж — на все руки мастер. Хотя вроде как и числился дворецким.

— Здравствуйте, Джордж!

— Здравствуйте, мистер Тони!

— Что-нибудь осталось от завтрака?

— Специально для вас оставил!

— Вот спасибо!

И тут же на столе появились тосты, глазунья, жареный бекон и чашка крепкого кофе — все, что я люблю! А потому что надо быть вежливым и обходительным с теми, кого природа или везение поставило ниже тебя. А от дворецкого ты зависишь больше, чем от того же барана Сида.

— А что это за гостья у нас тут нарисовалась? — поинтересовался я, зацепляя кусок яичницы на вилку.

— Личная гостья Сида с Мери. Больше ничего не могу сказать. Вы же знаете, Тони, что я не распространяюсь по подобным поводам, — сказал Джордж.

— Понятно. На завтрак у нее рыба? — я проглотил, наконец, кусок глазуньи.

Не, надо кетчупом полить. Глазунья без кетчупа — деньги на ветер.

— Даже не знаю, — развел руками дворецкий. — Ей доставляют еду из ресторана морепродуктов.

Ну естественно, ухмыльнулся я. Киса любит рыбку. А пьет она исключительно молоко, или к вискарю прикладывается?

— И завтрак, и обед, и ужин? — спросил я.

— Да, все это.

Как бы раскрутить Джорджа на еще какую инфу? Вот беда, из старого служаки лишних слов не выудить.

— И на сколько она у нас?

— Недолго. До завтра. Должны приехать из одного королевского дома и она нас покинет. Я ничего не говорил, — подмигнул мне он. — Просто не люблю тех, кто жесток и мстителен.

Я чуть не подавился беконом. Вот так так… Джордж меня предупредил на сегодняшний день и начало завтрашнего. Спасибо! Если эта царственная кошкодевочка, с которой сдувает пылинки Сид захочет со мной расправиться, то он и пальцем не шевельнет, она ему дороже во много раз. И мне нежелательно шинковать ее в капусту или что там у древних египтян было. Дилемма? Да щаз. Решаемо.

Я прикончил без сомнения вкусный и питательный завтрак, допил с наслаждением кофе. Еще бы что-то типа монтекристо или партагас в зубы, но увы, курить я бросил, еще став Томасом Хоупом. Курение, как говорит минздрав, вредит нашему здоровью.

— Спасибо, Джордж! — поблагодарил я за такой завтрак старого слугу.

— Пожалуйста, мистер Тони.

— И… спасибо! — а это уже не за завтрак.

— Пожалуйста, — подмигнул мне старый дворецкий.

Я поднялся к себе в комнату. Вот тебе и дилемма. Нет, есть у меня мысли на этот счет, но… Надо посоветоваться с ламией.

Я взглянул на часы. Десять часов, нормальное рабочее время. Если она чем-то таким и занималась, то время прощального коитуса прошло. И вообще, говорили за вечер.

Я потер кольцо, и передо мной явилась ламия. Сонная, растрепанная, глаза опухшие, сиськи в разные стороны… Похоже, вечер удался.

— Ну что тебе неймется? — простонала она.

— Ночь безумной любви удалась? — осклабился я.

— Да… — опять простонала она.

— Головка бо-бо? — ласково осведомился я. — Перебор с кровью грешников?

— Да ну тебя, — отмахнулась она.

— Сколько тебе нужно времени привести себя в порядок? — спросил я, поняв, что в таком состоянии она мне не то, что не советчица, но даже и не помощница.

— Сейчас! — она исчезла, чтобы через мгновение появиться уже в нормальном виде, даже причесанная и накрашенная.

Ей надо открыть курсы для жен, которые собираются вечность. Цены бы не было, все бы мужья выпихнули своих клуш-копуш туда.

— Быстро ты, — хмыкнул я.

— На самом деле долго. Просто у нас время течет по-другому. Так что тут случилось?

— Сид из своей поездки притащил просроченную богиню, та начала бесое$ить, я ее приголубил гаечным ключом по морде, теперь у меня проблемы.

— Ничего не поняла. Что за богиня? — тряхнула головой ламия.

— Бастет.

— Эта кошка драная? — ламмия аж поперхнулась. — Что ей в Бездне не сиделось?

— Это куда отправляются все священные и просветленные боги и прочая шваль после смерти?

— Ну да, — кивнула она. — И как сейчас эта кошка выглядит? Иссохшая?

— Наоборот, вполне себе жива и здорова. Да сама глянь.

Ламия на миг растаяла в воздухе и материализовалась обратно.

— Да, удивительно. А вот теперь подумай, как ее вытащили из небытия и почему она так хорошо выглядит.

— Жертвоприношение?

— Да, — кивнула ламия. — Ритуал призыва из Бездны осуществляется могущественным колдуном и обязательно с человеческим жертвоприношением, обычно массовым.

— Ну Сид вообще на сильного мага не тянет, стопудово. В том, что он кого-то может замочить, я не сомневаюсь, а вот в его способности колдовать — он лох. На уровне обычной школы, не «Торчка».

— Значит, где-то нашел, — пожала плечами серая. — По помойкам, наверное, бегала и объедки благодати жрала. И тут внезапно такой ништяк свалился. Можно отожраться и начать понты колотить. Кстати, к этой кошке драной не подкатывай, может плохо кончиться.

— Не, — твердо сказал я. — Сначала она меня заинтересовала, как женщина…

— Вижу, — хихикнула ламия, глядя на мои штаны.

— Ты можешь сейчас о чем-нибудь другом думать? — рыкнул я. — Я рад за твое аццкое совокупление, но верни мозги на место!

— Ладно. Так в чем проблема, я не поняла? Я сейчас в астральную щелку поглядела — это чучелко почти без сил, на уровне может быть серафима или демона старшего командного состава. Скорее, второе. Для тебя замочить эту клюшку проблем не составит. Максимум, что она может тебе сделать — нассать в тапки. Ну или всех кошек на тебя натравить. Пока у нее никакой силы. Это со временем, когда она ее наберет…

— Так в том-то и проблема, что мне нельзя ее на глушняк валить. Сид не простит. Тем более, как я понял, там еще и королевские дома в деле. А этот прилизанный пидороватый глава скорее меня даст замочить, чем ее.

— Проблема, — задумалась на мгновение ламия. — То есть, тебе нужно ее отоварить, но не угандошить. А эта течная кошка пообещала тебе сиктым.

Ламия провела большим пальцем по горлу.

— Ага, ты правильно поняла, — подтвердил я.

— Ну что же… Решение есть.

— Какое?

— Ты не думал завести себе пета? Который типа фамильяр?

— Не, — протянул я. — Мне пока тебя хватает.

— Не хами! — рыкнула ламия. — Я серьезно.

— Куда ж я его приведу? — удивился я.

— Сюда. Будет с тобой рядом. Охранять тебя. Не все же время мне с тобой быть, у меня важные дамские дела есть!

— Сомневаюсь, что его могут разрешить, — покачал я головой.

Зверушку-то я хотел, но при моем образе жизни…

— А никому знать про нее не обязательно, — подмигнула ламия.

— И, конечно, видеть ее никто не сможет, — саркастически высказал я свое фи.

— Не сможет. Я тебе предлагаю адскую гончую, точнее, щенка, — торжествующе заявила она.

— Кого??? — у меня аж волосы на голове зашевелились.

Призрачная инфернальная тварь, одно из самых опасных созданий как для людей, так и для всех остальных, включая своих хозяев. Адские псы, которых могут видеть только создания рая и ада, ну и некоторые сильные маги тоже.

— Ты съехала, штоль? — спросил я. — Они же неуправляемые!

— Очень даже себе управляемые, — покачала головой она. — И верные хозяину до смерти. Главное, чтобы, когда они откроют глаза, первым, кого они увидят, был хозяин. И все, это на всю жизнь и после нее. На вечность.

— Ого, — сказал я.

Мысль заиметь себе такого имбового песика начала дергать меня за рукав.

— К тому же содержать его не надо — он сам прокормится, — продолжила ламия.

— Что жрет-то? — спросил я. — «Кискас — готовый кот без всяких хлопот»?

— Как и все адские твари — души. Так же, как и я. Тут таких неупокоенных полно, Америка страна такая.

— Понятно. Только вот один маленький вопрос. Точнее, несколько. Чтобы он открыл глаза, мне нужно быть рядом. Если он из ада, то что, мне для этого спуститься в ад?

— Вот ты невежа! Не в сам ад. В Лимб. Ходишь же ты в Лядь и обратно, сама не раз видела? Тут то же самое место, междумирье. Щеночка привезут в Лимб, там его заберем и все дела.

— А нам так прямо и привезут…

— Если я попрошу — привезут. Доставку оплачу.

— Сколько это будет стоить?

— Расслабься, — ухмыльнулась она. — Я башляю. Считай это моей благодарностью. И потом, сомневаюсь, что у тебя в «Адпромбанке» счет в душах есть. Не, зеленые не канают, таким дерьмом в аду, да и в раю не пользуются. Это только для обезьян, людей в смысле.

— Прям-таки не пользуются? — мне стало обидно за «обезьян».

— Точно тебе говорю. Ну на щеночка точно хватит.

— Ладно. Когда пойдем?

— Подожди, я сбегаю посмотрю, кто из заводчиков объявления дал, — и ламия растаяла в воздухе.

Соскучиться я не успел. Минут через пять ламия появилась вновь.

— Все, договорилась! Пошли!

— Что, прямо вот так взяли и пошли?

— Ну ты душнила! Да! Возьми меня за руку! И…

«Раз» я не дождался. Знакомые ощущения перехода в междумирье… Только вот это не Лядь, стопудово.

Красно-черное грозовое небо без признаков чего-либо вроде светила. Ну почти так же, как и в Ляди. Вот только вместо Темного леса вокруг — бесплодная пустыня, усеянная каменьями и огромными валунами. На горизонте темнел черный исполинский замок, над которым поднималось красное зарево.

— Ну и местечко, — покачал головой я.

— Нормальное, как по мне. И народу тут мало, в смысле душ. Они, в основном, вон там тусуются, — она махнула рукой в сторону замка.

— А это что за место?

— Там? Врата ада. Но туда нам не надо, да и не выдержишь ты. Не храбрись и не сверкай своими полированными чугунными мудями, ад пока не по тебе.

— А тут что?

— Разломчик на следующий уровень. Кто знает — пользуется как дырой в заборе. Мы именно за этим и пришли.

— Потусоваться у разломчика в ад?

— Жди уже, — начала терять терпение ламия, и я покорно замолк.

Но вообще это было эффектно. Из разлома, как из воздуха, на красный марсианский песок ступила такая же красная нога, потом появилось туловище и, наконец, демон целиком вышел к нам с большой переноской в руке. И вот тут черные глазки у него полезли на рогатый лоб.

— Ты? — заревел он, вращая буркалами, что твой хамелеон. — Шериф?

— Ну я, я, — нетерпеливо сказал я. — Не помню, чтобы встречались.

— Тебя все знают, ты заноза в заднице Люцифера! А ты, как ты могла с ним спутаться! — укоризненно попенял демон ламии.

— Тебе-то какая разница, Салсаал! Платежку я оплатила, души уже в «Адпромбанке», какая тебе разница?

— Но с ним!!! — заревел он.

— Я с ним не трахалась, мы деловые партнеры, в отличие от тебя, — отбрила она его. — Забыл, как Винифреду, потомственную ведьму пялил не по работе? И потом, души не пахнут, а этого щеночка ты наверняка утопишь. Выбраковка ведь?

— Ну да, выбраковка, — смущенно подтвердил демон.

— Почему? — спросил я.

— Он не злобный, — вздохнул демон. — Нет в нем той природной жестокости и злобы. Повелителю такие не нужны.

— Да, недостаток, — усмехнулся я.

— Зато чистопородный с огромной родословной из дворцовой псарни самого Вельзевула! — спохватился демон.

— Хватит разглагольствовать, давай показывай!

Продавец открыл переноску, я запустил туда руки и вынул черного, как бездна, лохматого щенка. Прямо мягкая игрушка такая, шарик, размером с шар для боулинга… Вот и кличка ему на наш манер, подходит.

И тут щенок внезапно открыл глаза. На меня нахлынули эмоции — счастье, радость, обожание… В завершении всего он лизнул меня в нос.

— Ну я пошел, — засуетился демон. — Да, запомните, благодать ему ни в коем случае не давать, кормить обезжиренными душами три раза в день.

— Я прослежу, — пообещала ламия.

— Переноску оставь! — сказал я демону.

Тот захохотал, как по обкурке и втянулся обратно в разлом.

— Что такого смешного я сказал? — недоуменно спросил я.

— Адские гончие растут на глазах в полном смысле. К вечеру у тебя уже будет полноценный подросток.

— То-то я чувствую, что он что-то потяжелел, думал, я подустал…

— Нет. Но нам пора возвращаться.

Ламия щелкнула пальцами, и мы вывалились обратно в мою спальню.

— Вон как раз хороший коврик, — посоветовал я, обращаясь к Шарику.

Щенок сладко зевнул, закрыл глаза, помурзился, готовясь спать… Я осторожно переложил его на коврик.

— А вот чем я его кормить буду? — спросил я у ламии.

— Душами. Ах да, у тебя же грешильника нет, — спохватилась она. — Ладно, в порядке шефской помощи буду доставать ему корм, пока сам твердо на лапы не станет.

— Только привидений жрет?

— Всякую низшую форму астральной энергии. Лярв тоже. Может и мелкого черта схарчить, если тот на зуб попадется. Ну и души само собой, если не прикажут оттащить клиента в ад. А так, если больше нечего, то и на вашу пищу переходит, но это редко.

— Гляди ж ты, какой полезный!

— А то их зря, что ли, владыки тьмы у себя в замках держат? Только не забывай, что собакен полуразумный, может с тобой общаться. Разберешься, короче.

— А у тебя нет, к примеру, книжечки типа «Я и моя адская собака» или еще какой-нибудь?

— Увы, — развела она руками. — Будем на ходу разбираться.

— Ладно, — я посмотрел на мирно дрыхнущего щенка.

Мне показалось, или он опять крупнее стал? Разберемся походя, в этом ламия права.