Американец-2

Глава 5 Стали для людей из стали

Фатумата Диавара вышла из нового, красивого, как новогодняя игрушка здания из стекла и стали поликлиники номер один Стального Города и на мгновение зажмурилась от яркого африканского солнца. В руке она сжимала небольшой, но удивительно крепкий и надежный кожаный мешочек, так теперь выглядели кошельки в молодой республике. Внутри лежала ее первая официальная зарплата, выданная не пайком или продовольственными карточками, а новенькими блестящими монетами.

Она прошла несколько шагов по новенькой мостовой, выложенной плиткой, все в их некогда разрушенной столице было новенькое. Фатумата остановилась по привычке, дабы полюбоваться на здание в котором она работала. Девятиэтажное здание поликлиники, с новенькими скоростными лифтами все сделано для удобства людей. Всего полгода назад его здесь не было, а были лишь руины, фактически пустырь, битый кирпич будто поле был усеян осколками и гильзами от пуль. Теперь же возле входа росли молодые деревца, набирающие силу вместе с молодой растущей и крепнувшей республикой — это было так символично. Фатумата провела ладонью по грубой ткани своей новой медицинской формы, на ней был темно-синий халат и белоснежный головной убор с красным крестом. Всего шесть недель назад она, бывшая санитарка, закончила ускоренные курсы медицинских сестер при советском госпитале. Ей простой девушке из народа, которая до войны не умела читать и писать, какие уж тут курсы, вручили официальный документ с печатью. И теперь у нее была не просто работа. У нее была профессия!

Ее легкие шаги понесли девушку по проспекту Победы — самого сердца молодой столицы молодой республики. Она шла, и сердце ее билось в такт ритму отбойных молотков строек и гудков грузовиков, что спешили доставить на эти самые стройки кирпич, бетон и прочее, Фатума не разбиралась в этом. Город больше не просто залечивал раны, он будто змея, что сбросила старую мертвую кожу и наращивала новую, но уже из стали. Повсюду стояли строительные леса, слышались веселые голоса рабочих со стройки. Мужчины работали не только руками из-за заборов доносился лязг и гул работающей техники. Но это был уже не хаос войны, а упорядоченный, созидательный шум, шум ЖИВОГО города.

Она свернула на свою улицу — улицу «Третьей Баррикады». Именно здесь она, тогда еще просто Фату, рвала на перевязки свою последнюю, много раз заштопанную юбку*, пытаясь остановить кровь умирающим мальчишкам-ополченцам. Теперь на этой улице стояли такие же новенькие, безумно красивые здания прочные, как сама воля команданте многоэтажные дома проекта «Феникс». В одном из них, в квартире на двадцать втором этаже она и жила.

Юбку* — немного о валютной системе и Фатума Диавара, кроме золотых монет «сталей» ходят центимы, если стали из золота и аналог рублей, ну или долларов, то центимы аналог копеек из серебра. На золотых монетах «отцы-основатели», а на серебряных герои обороны города. Фату на монете в 3 центима, не имея медицинского образования и навыков ведения боевых действия пошла в ополчения, где работала санитаркой, вынесла на себе 47 тяжелораненых бойцов, в последний день сражения за город, когда закончились бинты рвала на себе одежду и делала перевязки. Бойцы ее прозвали «Ангел», каждая монета имеет свое неофициальное название, 3 центима это «ангел», хотя на самой монете на аверсе лицо самой девушки, а на реверсе полевая санитарная сумка и цифра 3.

Ключ повернулся в замке с глухим щелчком. Фатумата вошла внутрь и девушка снова испытала целый бушующий коктейль чувств какое-то недоверие и щенячью радость и восторг. Квартира! Своя собственная квартира! В элитном районе столицы, огромная кухня и целых два собственного санузла с холодной и горячей водой. Для нее, выросшей в хижине с земляным полом, где мылись от случая к случаю, да и то в корыте, это был настоящий дворец. Идеально уложенный паркет, шикарные обои на стенах, электрическая лампочка даже она бы поразила Фату, но нет это была хрустальная люстра, огромная хрустальная люстра в ее огромной гостинной. В спальне стояла кровать из драгоценной породы красного дерева. Фату не знала и не могла знать, что рабочие из отделочников когда узнали, кто будет тут жить, то порой доходило до мордобоя! Все, абсолютно все хотели работать на отделке квартиры, но столько людей пусть и в огромной квартире просто не требовалось. Все самое лучшее для нашего Ангела, много или мало 47 спасенных жизней? А если учитывать, что многие из спасенных имели родственников, друзей, знакомых, соседей? На подоконнике стояла шикарная хрустальная ваза из СССР, а в ней простые полевые цветы. Фатума садилась на подоконник любовалась на огни ночного города, пила чай и вдыхала аромат полевых цветов, как в детстве.

Она развязала мешочек и высыпала монеты на стол. Тридцать шесть холодных, золотых кружков с профилем команданте Таннена, остальное было в серебре еще 50 сталей, но в центимах. Монеты, как настоящее сокровище из сундука пиратов лежали на столе, весомые, настоящие дающие веру в будущее и уверенность в завтрашнем дне. Тридцать шесть «сталей», аналог пятидесяти американских долларов она сразу отложила, нечего разбрасываться золотом решила привыкшая к нищете и выросшая в хижине девушка. Подумать страшно, но ей простой медсестре, платили как белой госпоже из тех страшных колониальных времен. Нет, пожалуй все же больше, куда больше подумала Фату и улыбнулась. Часть серебреных монеток она сгребла обратно в свой кошелек, не глядя, а часть оставила на столе. Подумать только, она простая чернокожая девушка может себе позволить часть денег «не глядя» положить в кошелек и их точно хватит. Затем очень быстро приняла душ и переоделась в свою обычную одежду, довольно простое легкое, почти невесомое платье из хлопка в горошек, и модные сейчас кожаные босоножки. И не дырок тебе не заплаток на новеньком чистом платье, а босоножки? Ну что же, так и задумано, ножкам девушки так было легче и приятнее…

Пожалуй впервые в жизни она вышла на улицу не с целью выжить, как в колониальные времена в поисках работы и куска хлеба, ну или во время войны за независимость, когда из каждого окна работали снайперы, стучали пулеметы, долбила артиллерия. Затем работа при госпитале, обучение, снова работа, просто так девушка никогда и не гуляла. Разве, что в далеком беззаботном детстве? Но нет! Забот хватало, всегда хотелось кушать при проклятых французах. Решение пришло само собой. Она пойдет в кафе и просто покушает, как настоящая горожанка, как когда-то делали белые дамы. Девушка вспомнила себя ребенком, как они с друзьями выбираясь из трущоб, где стояли их хижины и шли в город в поисках куска хлеба и как она смотрела на этих женщин, они сидели и объедались невероятно вкусными, наверное (Фату точно не знала она никогда в жизни такое не пробовала) блюдами и скользили равнодушным взглядом по умирающим от голода детишкам.

Кафе «У сытого носорога» располагалось на первом этаже одного из новеньких домов. Еще месяц назад это была просто большая комната с голыми стенами. Теперь здесь стояла легкая плетенная, элегантная мебель. В кафе подавали разное, но упор был сделан на горячие напитки: чай, кофе, легендарное какао, нет можно взять и холодный лимонад из свежевыжатых лимонов, но в чем смысл? Любой житель, любой африканской страны скажет, что при жаре нужно пить горячие напитки они позволяют поднять температуру тела и легче справляться с жарой. Фатумату испытывая робость и некий иррациональный страх вошла внутрь, она не боялась там под пулями, нет боялась конечно, но не так сильно. Годы угнетения сказывались Фату сжалась в комок ожидаю окрик, «куда прешь черножопая обезьяна», что ее с позором выгонят из кафе, но времена изменились. Никто на девушку не кричал, на нее практически не реагировали. Слышался гул голосов за соседними столиками, люди общались, смеялись, вон молодой парень с неуловимо знакомыми чертами лица, возможно один из ополченцев-добровольцев потому Фату и кажется его лицо знакомым робко положил свои руки на руки своей спутнице, что та так не осторожно оставила на столике, но нет девушка не убирает рук, похоже зарождается новое светлое чувство двух молодых влюбленных. Мальчишки, мои верные мальчишки, так кажется называл команданте мальчишек-добровольцев, они снова вели бой, но теперь не на улицах города, а штурмуя крепости неприступных женских сердец, Фатумату улыбнулась своим мыслям. Пусть лучше так, пусть этим мальчикам ее боевым соратникам никогда не придется штурмовать очередную точку очередного укреп-района, а только лишь брать новые крепости, строя карьеру, ну или как сейчас пытаясь завоевать сердце молодой красавицы. Пусть все их битвы будут мирными.

Она нашла свободный столик и опустилась на стул. Вокруг нее кипела жизнь, которую она никогда прежде не видела с такого ракурса, раньше она была на улице наблюдая за счастьем сытых людей, впрочем сидя за столиком и посмотрев на улицу, Фатума отметила, что нет голодающих детей, что пожирают посетителей своим взглядом следя за каждым кусочком пищи отправленным в рот. Наш команданте работает, мой команданте, подумала девушка и вздохнула. За соседним столиком трое рабочих в новенькой, но уже потертой спецовке, оживленно спорили о чем-то, попивая чай из своих кружек. Их руки были настоящими руками обычных работяг, настоящие ковши экскаватора, а не руки, но главное лица в лицах людей, что-то изменилось. И тут до девушки дошло! Это не были лица доходяг, что страдают от голода. Сытые, довольные, уверенные в себе мужчины, да они тоже устали после рабочего дня, потому и зашли в кафе перекусить. Но усталость и голод разные вещи, девушка отлично это знала.

К ее столику легкой и быстрой походкой подошла официантка в идеально чистом, белоснежном, накрахмаленном фартуке…

— Что пожелаете, сестра? — Девушка улыбнулась она, не могла не узнать Фатума Диавару, чей профиль был на монете достоинством в три центима, ведь ей, как официантке, часто оставляли мелочь на чай и естественно, крайне редко кто-то мог дать «Вождя»* на 50 центимов, чаще это была «Связист», «Ангел» или «Учитель».

Вождя* — речь идет о валютной системе СССР 2.0 монета в 50 центимов на ней изображен старый знакомый Биффа вождь Мотондо и дело не в знакомстве, а в операции «Черная гадюка». Про Ангела или монету в 3 центима мы уже знаем. Связист монета на 2 центима. На аверсе молодой парень прижимающий к уху наушник полевой радиостанции Модибу Траоре, под шквальным огнем противника три раза восстанавливал провод полевого телефона, чем обеспечил связь своего батальона с другими частями Стального города, когда французы, как профессионалы уничтожили связь меж очагами сопротивления в первый день обороны, наладил связь под огнем противника, чем обеспечил успех защиты города. Погиб не выпуская из рук микрофона, его последней преданной в эфир фразой стало: «Удержим, мы обязательно удерж»… погиб от прямого попадания мины. Учитель смотри комментарии, я буду пытаться ввести читателя в курс дела о пантеоне героев, кто погиб и кто выжил, разумеется о выживших героях города постараюсь сказать или в отдельной главе, ну или как с лейтенантом Аминату упомянуть достаточно обширно в тексте очередной главы.

Фатумата смутилась она не знала, а что можно заказать и что вообще подают в этом замечательном кафе «У сытого носорога» вдруг ей вспомнилась невыполнимая мечта из далекого голодного детства.

— Можно мне лепешки? Какао и мед? — Как-то робко попросила девушка официантку.

— Конечно сестра, вам все можно, мы очень ценим наших героев. — В ее улыбке не было подобострастия, попытки выклянчить денег в виде чаевых, а лишь гордость и счастье, что она обслуживает самого Ангела Стального города, ангела из стали… Буквально через мгновение во всяком случае так показалось Фате, принесли ее заказ.

— Наш повар просил передать, что для него большая честь готовить для вас сестра. — Сказала девушка подавая заказ, поставила на столик целую тарелку ароматных африканских лепешек, большую пиалу меда и огромную по-русски чашку какао. Фатумата не могла знать, но когда решали какие размеры чашек для кофе должны быть в кафе, их размер утвердил лично команданте, уж очень Биффу не нравилось, когда пить кофе из мизерных чашечек. Он такого не любил и считал, что такого быть не должно.

Вдруг из-за столика за которым сидели рабочие встал мужчина и подошел к девушке. Было видно, как ему не просто начать разговор, но он преодолел себя и его слова звучали так же приятно, как прохладный ручеек в жаркий знойный день.

— Простите сестра, но вы ведь Ангел, самый настоящий Ангел? Вы та, что вытащила сержанта Домбра с позиции, вы же должны меня помнить? Я в тот день был там. — Уточнил он, но видел, что девушка скромно улыбалась. Что она могла ответить? Она не помнила лиц всех спасенных, сплошное месиво: крови, боли, смерти, кровавая мясорубка…

— Ну как же⁈ Мой племянник сражался на Третье Баррикаде, вы должны были его помнить вы его тогда спасли. — Горячился мужчина, он старательно подбирал слова, дабы не обидеть Фату.

— Они думали, что их бросили, как вдруг увидели, как вы ползете к ним на помощь, вы многим вернули надежду. — И он замолчал, он не знал, что еще сказать.

— Спасибо вам. Я всех помню, вы все мои братья по оружию. — Немного слукавила Фатумату, но она не могла иначе, этому мужчине было важно, что их Стальной Ангел помнит их, всех их и живых и мертвых…

— Это вам спасибо сестра. — Ответил мужчина и приложил руку к рабочему берету, как некогда прикладывали бойцы-ополченцы приветствуя друг друга. Он ничего не просил и не хотел получить взамен, он смотрел на Фату, как на своего боевого товарища, как смотрит равный на равного, солдат на медсестру. В его взгляде не было ничего, кроме восхищения. Он отошел от столика не смея дальше нарушать ее отдых. Фатумату расчувствовалась и вдруг заметила, как на ее глазах выступили слезы, она украдкой их смахнула и так же украдкой посмотрела на столик за которым сидели мужчины, от которого подходил строитель, но все усердно смотрели в тарелки делая вид, что ничего не заметили. Это была их война и их боль, никто не осуждал девушку, что прошла вмести с ними через ад боев, все сделали вид, что ничего не увидели и усердно «ели» уже из пустых тарелок. Это был монолит единое общество — соратники!

Фатумату отломила кусочек еще теплой ароматной лепешки, обмакнула его в мед, положила в рот, девушка не удержалась и закрыла глаза от наслаждения было не просто сладко, а очень сладко. Она отпила свежайший ароматный какао он был самого высшего сорта, такой растет только в Африке и теперь его могли пить те, кто выращивает какао, а не только проклятые колонизаторы-французы. Для девушки — это был не просто вкус меда и какао, а вкус победы, мира и отвоеванной у злодейки-судьбы свободы. Вкус ЖИЗНИ!

Ей почему-то вспомнился тот день, как команданте Таннен вручил ей ключи от собственной квартиры, он не произносил длинных речей, а посмотрел на нее своими удивительными глазами и Фату с удивлением увидела в них лишь боль и усталость. Их несгибаемый команданте, тоже человек, такой же как они все! Вдруг дошло до девушки, что не умела читать и писать, там на баррикадах в городской мясорубке, его появление вело к победе. Несгибаемый лидер, а на деле просто уставший мальчишка, да он примерно мой ровесник подумалось ей тогда. Мысли заметались в испуге, а если кто-то узнает? Если об этом узнают враги?

— Это теперь твой дом сестра, защищай его. — Сказал он тогда. Коротко, ясно и понятно. И девушка поняла, защищать свой новый дом нужно не с винтовкой в руках. Теперь ее новая битва — это работа, учеба, жизнь. Мысли об учебе не покидали ее, стать фельдшером, а потом возможно и врачом. Фельдшер Фатума Диавара звучит просто фантастически, а доктор Диавара вообще сказочно, как если бы человек полетел на Луну. Но стране, ее стране, ее молодой республике нужны молодые врачи, не замечательные, но приезжие доктора из далекого Советского Союза, а свои африканские. Да команданте Таннен очень щедро платил, он поддерживал медицину. Но дело было вовсе не в деньгах, дело было в долге. Ее долге перед теми, кого она не сумела спасти и перед теми, кто выжил и даже перед теми, что пока еще не рожден. Девушка закончила кушать и оставив деньги за лепешки и мед с какао, добавила 5 центимом положив "Стену огня*"чаевых сверх суммы…

Стена огня*- серебряная монета достоинством в 5 центимов посвящена сержанту Алиу Сиссоко на аверсе монеты молодое лицо с гранатометом на плече, на реверсе монеты горящий французский танк посередине (в центре горящего танка) которого цифра 5, он в первый день боев подбил 4 французских танка из гранатомета, пятый танк уничтожил магнитной миной и погиб. Цифра символизирует не только номинал монеты, но и число подбитых машин противника. Название из аверса монеты, где по краям написано «Сержант Алиу Сиссоко — Стена огня».

На выходе она успела заметить официантку, так увидела, что Фата уходит, дружелюбно ей помахала рукой.

— Хорошего дня сестра, всегда рады вас видеть в «Сытом носороге». — На это Фата помахала рукой девушке и улыбнулась в ответ.

Фатумату шла по городу и наслаждалась смотря по сторонам любуясь новенькими зданиями проект «Феникс» работал в полный рост. Да еще не все было идеально, но многое менялось, менялось к лучшему и каждый день. Все это новенькие стены, стекла витрин было выстрадано потом и кровью ее народа и построено ее народом, а главное принадлежало всему народу. Больше нет хозяев из белых господ. Она шла и знала, что завтра после смены пойдет в новенькое здание и подаст документы в медицинское училище, она будет учиться и работать и обязательно станет фельдшером, а потом и врачом. Теперь это ее страна и ее долг героя построить новую страну, но теперь не на уличных баррикадах, а в аудиториях учебных классов, в больничных палатах. Возможно тогда, если каждый из них будет выполнять свой гражданский долг взгляд команданте не будет таким усталым…