Станислава
— Не забудь наш уговор, хорошо? — спрашиваю у малышки.
— Я помню, — отвечает мне Арина, прижав к себе шоколадку. — Поцеловать маму и папу перед сном.
— И сразу лечь спать.
— Не заходить в туалет, — повторяет мои слова, мотая головкой. — И не мыть губы. Маму и папу надо любить.
— Умница.
Так и хочется погладить её по плечу, но осекаю себя. Десятилетний ребёнок с неустойчивой психикой и выраженными симптомами мизофобии, появившейся внезапно, не позволяет мне этого сделать.
Девочка идёт за мамой, а я выдыхаю. Поглядываю на время. До следующего приёма есть двадцать минут, и мне срочно нужно попасть к Андрею, обговорить с ним закупку расходников.
Как же тяжело всё же работать психологом и участвовать в жизни центра… Всегда что-то надо. То подписать, то посоветоваться. Андрей вообще выдвинул предложение договориться с дельфинарием для ультразвукового лечения. И идея в принципе неплохая, но… сложно реализуемая. И над этим надо поломать голову.
Отвлекаюсь на вибрирующий телефон, пока направляюсь из кабинета психолога в кабинет босса. Беготня надоела, но не устраивать же планёрки в моём тесном кабинете, где проходят приёмы.
На дисплее телефона высвечивается «Брат».
О, давно не звонил, гадёныш.
— А кто это у нас тут? — весело отвечаю, прислонив телефон к уху. — Такой сладенький, такой хорошенький. Губки надул, глаза слезятся.
Конечно, я издеваюсь над старшим братом. Уверена, он сейчас стоит с лицом-кирпичом. Или стоял, а теперь широко улыбается.
— Ты точно со мной?
Бодрее направляюсь по коридору, услышав довольный голос Глеба. Хех, растопила глыбу льда.
— Но я же подняла тебе настроение?
— Не обольщайся, я просто сейчас сижу с детьми. А с ними я всегда такой.
— Добряша?
— Ох, ты с этим детским центром точно с ума сойдёшь. Ты ещё перестань букву «р» выговаривать.
— Как скажешь, блатец, — усмехнувшись, останавливаюсь у кулера с водой. В горле резко пересохло. — Ладно-ладно, чего хотел?
— Как быстро поменялась.
— Сам не захотел, чтобы я была ласковой.
— С детьми лаской поделись.
— Они у меня и так залюбленные.
Вот же противный! Каким был, таким остался. И даже дети его не меняют. Как его жена вообще терпит? Восхищаюсь Любой, что ещё не развелась с ним.
— Я чего звоню…
Наконец-то мы подошли к делу!
— На Новый год приедете? Давно не виделись.
Хм, и правда. С лета не встречались, когда они прилетали к нам в Питер.
— Ну, если ты приглашаешь…
— Конечно. Я по племянникам соскучился.
— Тише, а то дети услышат, приревнуют.
— Да ну. Астра только и делает, что просит позвонить тебе. Скучает.
Моё лицо вот-вот лопнет от радости. Да моя ты девочка… Мне тоже её не хватает. До появления мальчишек она была моим маленьким лучиком света.
— Мы прилетим, — договариваюсь о встрече. Всё равно нам делать нечего — втроём встречать Новый год не так уж весело. Марина наверняка будет с мужем, а мы как всегда. А так с близкими увидимся. — Привезу ей много одежды.
У Марины как раз сейчас много новинок на возраст Астры… Ей точно понравится. Как хорошо, однако, когда подруга занимается детской одеждой, а вокруг столько малышей. Можно и над подарками не заморачиваться.
— Тогда обрадую всех. Будем ждать.
— Время быстро пролетит, — улыбаюсь. — Ладно, Глебушка, у меня дела срочные, побежала.
Выпив залпом воду, выкидываю стаканчик в урну и бегу на встречу к Андрею. Прохожу мимо игровой, где сейчас должна играть моя малышня.
Невольно останавливаюсь напротив стекла. И с улыбкой заглядываю в просторный зал. И тут же уголки губ стремительно летят вниз.
Потому что там возле моих мальчиков сидит на корточках Демьян. Он говорит с Костиком, пока Саша показывает Данилу машинку.
Сердце подскакивает к горлу.
Что они здесь делают? Почему вместе?
Меня как по голове стукнули.
Так вот что это за друг, о котором говорил Костик! О Даниле! Но когда они успели познакомиться? В тот день мальчишки должны были быть у логопеда. Поэтому я так просто отпустила Даню в игровую, зная, что они не пересекутся, а тут…
Вчетвером в одной комнате.
Отец моих малышей. Дети, которых он не дождался. И ребёнок, на которого я должна быть зла за испорченную жизнь…
Нет! Она не испорчена! Если бы не этот разрыв, я бы и дальше не смогла отпустить ситуацию и забеременеть.
Но беспокойство и страх обволакивают сердце. Душа мечется, словно в клетке.
Я не хочу, чтобы они дружили. Мне будет больно. Эгоистично, но если когда-нибудь мальчики узнают, кто их отец… Как всё это будет выглядеть? А Демьян начнёт жить на две семьи? Ну уж нет…
— Рита, — зову сегодняшнего администратора на стойке. Благо бежать долго не надо — всё рядом, — пригласи моих следующих пациентов в мой кабинет.
— Но у вас встреча с Андреем Дмитриевичем, — напоминает мне.
— Я знаю. Перенесу, — чеканю, сжав от злости зубы. Почему они вообще встретились? — Но сейчас сделай так, чтобы этот мужчина покинул эту комнату.
— Почему? Что с ним? — обеспокоенно подлетает ко мне, заглядывая внутрь вместе со мной. — Надо вызвать полицию?
— Нет. Просто сделай так, как я говорю.
И, развернувшись, быстрее возвращаюсь в свой кабинет под адски сжимающееся сердце.