Больше (не) люблю!

Глава 21

— Ну как, рассказывай! — Ольга садится за столик в ресторане и принимает от официанта меню. — Выглядишь отпад, загорела и глаза сияют. Быстро рассказывай, как отдохнула! Чувствую, без мужчины тут не обошлось.

— Всё-то ты видишь, — хмыкаю я, делаю заказ.

Я два дня как прилетела с отдыха и еще немного не в этом мире, точнее, явно не в зимней Москве. Перед глазами пальмы, море, фрукты, Влад…

— Ну что тебе рассказать, в принципе, по телефону ты всё слышала, и фотографии я тебе посылала, — улыбаюсь загадочно.

— Так, я поняла, что это твой бывший одноклассник. Хочу знать, кто такой, откуда взялся и что вы там делали.

— Всё-то тебе расскажи, — смеюсь, потягивая шампанское.

Думала, что на Мальдивах напилась его так, что дома смотреть не смогу. Однако во мне явно поселился алкоголик, хочется продолжения праздника, но… Пора выходить на работу, возвращаться в жизнь без Тарасова.

— Сразу тебе скажу, чтобы не мучить. У нас ничего не было.

— Совсем? — удивляется Ольга.

— Вообще. Ну, если не считать поцелуи и один раз проснулись вместе в одном номере, но в разных постелях. Это было на Новый год. Я тогда стресс снимала, да и Влад тоже. Короче, мы напились, и никто из нас не смог, да и не хотел, скорее всего, а потом я уже не смогла.

— Почему? Влад вроде бы ничего так мужчина.

— Ну Оль, а что я буду, как женщина легкого поведения, кидаться от одного мужика к другому? У меня тут еще мозги есть, — стучу по своему виску пальцем. — Мне нужно отвыкнуть от Тарасова, я пока себя плохо представляю в постели с другим.

— В чем-то ты права, но, а Влад? Он-то как стерпел твои отказы? — улыбается подруга.

— Отлично стерпел, поныл немного, но ты же знаешь, я не люблю мужчин, которые выпрашивают то, что им пока не готовы дать. Так что поставила на место, но от поцелуев и объятий не отказалась. Мне с ним хорошо было, правда. Но еще раз говорю, пока Тарасова никто заменить не смог. Нужно время.

— Да, вот такие мы, женщины, — вздыхает Ольга. — Вот и умом и сердцем понимаешь, что гад тебе изменил, не посмотрел на твои чувства, а никак. Другого душой не принимаешь и всё тут.

— Верно, я надеялась, что ты меня поймешь, а вот мой папа…

Приносят еду, и мы приступаем. У Ольги обед, я заехала за ней, чтобы отвезти в ресторан. Долго не виделись, хотелось поболтать, отдать подарки, а то дома у меня полный Армагеддон, точнее, у родителей. К ним я приехала еще утром и нарвалась на папину отповедь.

— Твой муженек дал интервью в газеты и подал на них в суд на клевету. Экспертизой доказано, что ему месяц подливали какую-то гадость в напитки и делала это его секретарша. Вокруг Тарасова поднялась такая шумиха, которая коснулась и моей предвыборной кампании. Я требую, нет, я приказываю тебе остановить своего муженька! Ты понимаешь, как выглядит наша семья на фоне всего этого? Вначале новость об измене и разводе, затем ДНК секретарши, которое доказывает, что ребенок не от Тарасова, теперь эти доказательства с напитками. Бред какой-то, Софья! Кто после этого будет за меня голосовать?

Отец ходит по своему кабинету, стреляя в меня сердитым взглядом и заложив руки за спину. Папа очень зол сейчас, и виновата в этом опять я.

— Папа, успокойся. Я не понимаю, при чем тут ты? Да и вообще, почему ты обвиняешь меня, а не Тарасова?!

— Твой муж полный идиот!

— С этим согласна, — хмыкаю в ответ. — Скажи это его отцу, и мы будем в расчете.

— Соня, ты действительно не понимаешь? Кто-то копает не только под меня, но ставит под угрозу репутацию твоего мужа как ненадежного, легкомысленного и взбалмошного бизнесмена. Тарасов теряет контракты, с ним расторгли договора уже несколько крупных компаний. Это какая-то масштабная акция против моих выборов и твоего мужа.

— Ты с ним говорил?

— И не раз, но он не хочет меня слушать. Я предлагал ему помощь своих юристов, но ты знаешь Игната. Сказал, что сам справится, но, Соня, тут уже не горит, а пылает все. Мне уже звонили несколько серьезных человек и предлагали снять свою кандидатуру с выборов.

— Пап, мне действительно жаль, что все так получается, — вздыхаю и встаю из большого кожаного кресла за рабочим столом отца. — Не переживайте, до выборов еще полтора месяца, все наладится.

Обнимаю отца, прижимаясь щекой к его груди, где под домашним бархатным пиджаком бьется сильное сердце папы.

— Ну не выиграешь ты свои выборы, мы с мамой только рады будем. Ты нам не в политике нужен, а дома.

— Ты с ума сошла, Софья?! — отстраняется от меня папа. — Ты хотя бы понимаешь, какие деньги за всем этим стоят? Сколько вложено уже в предвыборную кампанию?

— Далась она тебе, эта компания! — тихо ругаюсь я и отхожу к окну, смотрю на заснеженный сад. — Жили без политики хорошо и продолжали бы дальше.

— Не ожидал, что моя дочь будет против, — ворчит папа и садится за свой стол. — Поезжай-ка ты домой, Софья, я устал. В данный момент я вижу только один выход из всего этого.

— И какой? — поворачиваюсь к отцу, опираясь руками об подоконник. — Ты снова все решил за меня, да, папочка? Я опять пешка в твоей игре? То выйди замуж за Тарасова, нам нужно слияние с их бизнесом, то не разводись, то развод, я все решил. Что еще я должна сделать ради тебя, папа?!

Ольга сидит притихшая, когда я все это рассказала ей в ресторане. Передала весь разговор с отцом.

— И что тебе предложил твой папа? — делает глоток кофе подруга. — Какая еще бредовая идея его посетила? Я твоего папу знаю давно, он, конечно, жесткий человек, поэтому не думаю, что это будет приятное для тебя событие.

— Ты права, — усмехаюсь я. — Папа, как всегда, в своем репертуаре.

— И что же это?

— Он предложил выступить нам с Тарасовым публично, дать интервью на телевидении.

— О Боже, и о чем?

— Я прилюдно должна осудить козни недоброжелателей против своего мужа, сказать, что не верила ни в одно обвинение и сплетни про измену. Что по-прежнему люблю Тарасова и жду от него ребенка. Наша семья стала только крепче от всех этих ложных интриг.

— И ты это сделаешь?! — удивляется Ольга. — Стой, я что-то не поняла, ты правда беременна от Тарасова?!