Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 32

Глава 12

Я выхожу из тени деревьев навстречу ракхасам, которые уже выстроились в боевом порядке, готовые к схватке. Впереди всех стоит здоровяк — их Мастер, упёр руки в бока и усмехается насмешливо и презрительно. Дар у него, надо сказать, особенный — в отличие от остальных зеленых, заточенных под грубую физическую силу, этот умеет поглощать энергию из окружающей среды, но, похоже, исключительно для усиления собственной мускульной мощи. Его тело уже напитано до предела, а трава под ногами почернела и выгорела, листва на кустах и деревьях вокруг него опала и скукожилась. В его руке — артефакт Тьмы — чёрное зеркало с трещинами. За спиной Мастера остальные ракхасы нетерпеливо скалятся, у каждого в пудовых кулаках кривой ятаган.

Я выхожу на открытую поляну. Настя и Змейка, идущие следом, с равнодушным видом осматривают ракхасов. А вот доблестная городская стража трясется еще сильнее при виде ракхасов. Какие-то местные стражи порядка боязные. Видимо, тяжела их ноша — охранять покой в городе.

Мастер скалится. Его голова слегка наклоняется вбок.

— Ба! А вот и ты. Тот самый сопляк, что достаёт нашего лорда, — фыркает он.

— Лорд Тень явно преуменьшил мою значимость для него, — произношу. — Иначе бы ты вел себя поуважительнее, зеленая морда.

— По-ува-жи-тель-нее? — здоровый ракхас словно пробует на вкус незнакомое слово. — Это как?

— Ползал бы по земле, ходил бы под себя и умолял бы пощадить такого тупого валенка как ты, — щедро расписываю, и Настя звонко смеется, оценив.

Мастер скалит клыки:

— Много ты, смотрю, о себе возомнил. Давай один на один, — рычит ракхас, выдвигаясь вперёд. — Покажи, на что годишься!

— Не-а, — протягиваю я с ленцой. — Мне лень что-то кому-то показывать.

И бросаю пси-гранату. Взлетает синий конструкт прямо в зеленый лобешник. Контакт мгновенный: его голова вспыхивает зеленоватым светом, как новогодняя гирлянда, активируя стихийный доспех. Своеобразный ракхасский стихийный доспех, который показывается только в момент удара. В целом, ничего впечатляющего в этом Мастере нет: вся энергия, что он с таким рвением высосал из бедной рощи, уходит моментально, только чтобы не потерять сознание от удара. Причем большая часть энергии уходит впустую. Расточительство в чистом виде. Столько усилий — и всё ради того, чтобы просто остаться на ногах.

Я взмахиваю рукой. Из-под земли взмывает лиана. Один её виток тут же опутывает ногу Мастера, второй — уже переброшен через толстый сук ближайшего дерева. И прежде чем он успевает сообразить, что произошло, его дергает в воздух. Он повисает вниз головой, беспомощно дёргаясь, пытаясь что-то ухватить или зацепить.

Он отчаянно тянется к ближайшим деревьям, кустам, корням — ко всему, что может дать ему хоть каплю энергии, но тщетно. Расстояние слишком велико. К тому же лиана обмотана поверх штанины, не давая контакта с кожей, а без него вся его жажда поглощения остаётся бесполезной.

— Хватит уже портить местный парк, — хмыкаю я, наблюдая за тем, как он беспомощно извивается.

Недолго любуюсь, как ракхас болтается вниз головой, дёргаясь в бессильных попытках дотянуться до хоть какого-то источника энергии. Лиана по моему мысленному сигналу резко вздрагивает и подкидывает его вверх. Огромное тело как пушинка взмывает в воздух, закручиваясь.

— Зачем? — удивлённо спрашивает Настя.

— Потренировать меткость, — пожимаю плечами, будто всё это — рутинное упражнение.

И тут же поднимаю руку. Вслед за движением — импульс. Десяток концентрированных псионических пуль выстреливают. Ракхас, ещё не успевший приземлиться, пронзён в воздухе. Он орёт, судорожно выгибается, а затем мозг его просто перегорает от перегрузки. Десять попаданий из десяти. Неплохой результат, особенно если учесть, что Мастеров я раньше как мишени не использовал. Хотя именно этот Мастер посредственный.

На свету что-то сверкает. Падающее зеркало. Артефакт, что был у него в лапах.

— Змейка, лови, — приказываю по мыслеречи, даже не оборачиваясь.

Сбоку тут же слышится довольный рык. Змейка срабатывает с хищной точностью — подпрыгивает, в полёте ловко перехватывает зеркало и, совершив разворот в воздухе, приземляется мягко, эластично, как кошка.

— Аррр, поймать блестяшу! — радостно мурчит она, вертя артефакт в руках. — Мазака!

Она протягивает зеркало, и я принимаю его. Пульсация слабая, но структура ещё стабильна. Артефакт можно будет перекалибровать.

Тем временем на поляне остаются ещё девять рахасов. Все они смотрят на меня с явным нежеланием продолжать. Боевой дух у них, мягко говоря, иссяк. В кусты они не бросились только по одной причине — видели, как Змейка мгновенно прыгнула к зеркалу. А значит, понимают, что и от неё им не уйти.

Я перевожу взгляд в сторону городской стражи. Те, похоже, до сих пор не пришли в себя. Стоят в ступоре, как будто всё это происходит не с ними, а где-то на арене, по ту сторону магического экрана.

— Ну что стоим, доблестные стражники? — бросаю им, не скрывая иронии. — Эти вандалы портят имущество города. Вон деревья загубили. Давайте, разберитесь с ними. Защищайте бюджет и экологию.

Под взглядом Змейки, поигрывающей когтями, синекрылые стражи начинают шевелиться. Неуверенно, но всё-таки хватаются за оружие и начинают медленно выдвигаться на ракхасов.

Но синекрылым не везёт. Не успевают они подойти даже на половину дистанции, как из плотной тени среди ракхасов внезапно вырывается изогнутая, хищная, почти жидкая по движению чёрная фигура. Резким манёвром она пересекает строй врагов, и следом за этим девять рассечённых тел разлетаются в стороны, словно кто-то смахнул с доски шашки одним быстрым движением.

— Тсс, вас опередили, — бросаю я стражникам. — Значит, в другой раз.

Тем временем теневая тварь, завершив круговую атаку, резко разворачивается и переключается на синекрылых. Она уже бежит к ним, занижая корпус, вытянув черные когти, двигаясь с пугающей скоростью. Ещё секунда — и она войдёт в контакт. Синекрылые завизжали от ужаса.

Я не медлю. Вскидываю зеркало и начинаю его калибровать. Именно для таких случаев оно и нужно — чтобы закладывать в теневых существ метки, подчиняющие их моей воле. Простыми словами, это инструмент для связи и управления. Лорд Тень отправил ракхасов как ловцов, да только без зеркала у них нет шансов.

Я закладываю свою команду. Направляю артефакт на тварь и активирую. Зеркальце тут же начинает мигать. Теневая тварь замирает в прыжке, словно наткнулась на невидимую стену, трепещет в воздухе, извивается и в следующую секунду ныряет в мою тень, растворяясь в ней, устраиваясь поудобнее.

— Вот так, — улыбаюсь, глядя на опустевшее пространство. — Одного зеркальца достаточно, чтобы программировать всех теневых тварей. Удобно, практично, и самое главное — экономично. На энергии можно неплохо сэкономить.

Мысленно фиксирую результат: артефакт активен, работает стабильно, хотя для некоторых экземпляров всё же требуется ручная калибровка. Впрочем, как инструмент — мощный, надёжный, и определённо стоящий своих затрат. Надо только убрать теневой жучок, и зеркальце готово к использованию.

— Спасибо, Лорд Тень.

— Мазака выжжидал, штобббы добыччу взять, — авторитетно замечает Змейка, как опытная охотница, тыкнув когтем в сторону зеркальца.

— Серьезно? — удивилась Настя. — Даня, это правда?

— Я, конечно, рассчитывал, что Лорд Тень постарается как-то вернуть себе теневых зверюшек, потому и не сразу пошел в рощу, да только я и не надеялся получить такой шикарный пульт управления;

Настя, оглядев груду мёртвых ракхасов, медленно хлопает себя по лбу и произносит с явным осознанием:

— Так вот зачем ты взял с собой синекрылых, Даня… Они же приманка.

Городские стражники вздрагивают от этой фразы, кто-то даже сдвигается назад, инстинктивно ощущая, что мог бы быть на месте этих девяти.

— В этот раз доблестным стражникам не понадобилось рисковать собой, — говорю с лёгкой усмешкой. — За них всю работу сделали вандалы… Что ж, — говорю, убирая зеркало за пояс. — Теперь осталось главное.

Я смотрю вперёд, сквозь ветви и дрожащую от остаточной магии листву. Там, в самой глубине парка, начинает шевелиться гигантский Спрут, до сих пор остававшийся неподвижным. Кажется, ему надоело отсиживаться на месте, и теперь он, не торопясь, намерен прогуляться по местным достопримечательностям, попутно разрушая всё, что попадётся под щупальца.

— Пожалуй, пора и нам навестить этого большого мальчика, — бросаю, выбирая тропинку к цели.

Цитадель Лорда Тени, Сумеречный мир

В своих покоях Лорд Тень вздрагивает резко, словно получил удар в грудь. Его тело моментально выпрямляется, и он замирает, напряжённо прислушиваясь к себе, к окружающей магии, к тому, что ускользнуло. В следующее мгновение он чувствует: зеркало — его зеркало Тьмы — сменило владельца. Более того, исчезла и теневая пиявка, его контрольный якорь, встроенный в конструкцию.

— Филинов, Тьма тебя побери! — шипит теневик, и голос его надламывается, искажается от ярости. — Как ты, мальчишка, добрался до моего ценнейшего артефакта! Неужели ты всё это подстроил⁈ Сидел в засаде и специально караулил моих посланцев! Теневые твари были приманкой⁈

Он взрывается. Вспышкой, не сдерживая себя, сносит всё, что находится на столе перед ним — флаконы, кристаллы, зачарованные камни и подготовленные амулеты разлетаются в стороны, сбивая свечи, царапая пол. Пергамент с ритуальной схемой сминается, как тряпка. Сосуд с живыми чернилами падает и разбивается — вязкая, темнеющая субстанция шипит, как змея, проедая каменную плиту.

— Ах, гадство! — сквозь зубы продолжает Лорд Тень, грызя ногти. — Теперь он сможет подчинить мою последнюю и сильнейшую свору!

Он ходит по комнате, спотыкаясь о разлетающиеся обломки хлама, не глядя под ноги.

— Какой я Лорд Тени, если у меня больше не будет подчинённых теней⁈ Я не переживу этого позора, — хрипит он, сжав кулаки так, что костяшки побелели. — Филинова нужно убрать, и сделать это быстрее, чем он доберётся до Спрута.

Лорд Тень разворачивается на месте и, не колеблясь, исчезает в теневом портале, мгновенно оказываясь в подвале — глубоко под своей башней, в том месте, куда не спускался уже много лет.

Перед ним — дверь. Массивная, древняя, закованная в три слоя защиты: механический шифратор, магический сканер аурного контура и биометрическая ловушка, сплетённая из плотной чёрной магии.

Первый уровень — сканирование сетчатки. Лорд Тень поднимает взгляд, сканер вспыхивает, и замок с негромким щелчком отзывается. Второй — отпечатки. Он кладёт ладонь на панель, и та озаряется короткой яркой вспышкой, принимая доступ. Третий уровень — демонстрация ауры. Лорд Тень позволяет Тьме внутри себя подняться наружу — не полностью, но достаточно, чтобы замок щелкнул.

Дверь отворяется медленно, с болезненным, скрежещущим звуком.

Высший теневик входит.

Внутри в самом центре зала лежат огромные, покрытые рунными шрамами цепи. Оковы сделаны из антимагического сплава высшей пробы. Эти цепи удерживают пленника, застывшего в неподвижной позе. На полу сидит скрюченная, фигура, вся обросшая, с волосами и бородой, настолько длинными, что они стелются по полу, сливаясь с пылью и камнем. Он сидит неподвижно, будто застывший в вечном медитативном состоянии. Существо не реагирует на скрип двери и не поднимает головы, хотя сил в нем еще много. Да и этого пленника невозможно полностью обесточить.

Лорд Тень приближается.

— Я знаю, ты всё ещё хочешь вернуть свою жизнь.

Ответа нет.

— Так и быть, я позволю тебе увидеть родных, — продолжает теневик. — Если ты убьёшь одного мальчишку.

И тогда существо дёргается. Впервые за десятилетия.

Шпиль Теней, королевство Золотой Полдень

Бер бродит по коридорам Шпиля Теней, как обычно без спешки и без цели, внешне расслабленный, но на самом деле — в раздражённой задумчивости. За последние два дня Зела успела испортить ему не только настроение, но и все планы на безмятежную лень.

Наконец он доходит до нужной комнаты — узкий проход, артефактный замок уже распознал его ауру и отступил. В углу на ковре, скрестив ноги в классической позе, сидит менталист Грибирэль. Глаза у того закрыты, но как только Бер входит, один глаз приоткрывается.

Бер не даёт ему шанса даже возмутиться.

— Грибирэль, выручай! Зела достала вконец, — заявляет мечник с порога. — Хочет, чтобы я тренировался в воздушном фехтовании. Прыжки, удары, манёвры, полёт над ареной, вот это вот всё. Сама она как с цепи сорвалась — целыми днями тренируется с крыльями, всё, чтобы «не подвести короля Данилу», — дословно повторяет, поморщившись.

— Так и тренируйся, — бросает Грибирэль. — В чем дело? Ты же лучший мечник типа.

— Не типа, а так и есть!

— Ну и?

— Да сколько можно! — возмущается Бер. — Мне хватает обычных тренировок с мечом!

Бер облокачивается плечом на косяк двери.

— Я тут подумал, — продолжает он, скрестив руки. — А нафига мне это всё, если у кого-то уже есть эти навыки? Реально, чего я должен страдать, если можно взять и передать мне техники крылатого мечника?

Он делает характерный жест рукой у виска: «в голову, мол».

— Передай мне. Ну чё, если у кого-то есть, просто вкинь. Я всё равно потом отрепетирую. Привыкну. Потренируюсь.

Грибирэль отвечает со вздохом:

— Откуда я тебе возьму эти навыки? Я — менталист, а не волшебник. Приведи такого бойца, чьи приемы ты хочешь повторить, и тогда что-то может получится.

Бер фыркает, раздражённо:

— А у кого он есть-то, навык этот? Я чё, должен теперь искать какого-нибудь херувима?

Менталист фыркает:

— Бер, ты меня спрашиваешь? Чего пристал? Иди лучше к королю Даниле, если тебе так не терпится. Он сейчас, насколько слышал, как раз в Херувимии. Говорят, там у него какая-то заварушка, наверняка опять кому-нибудь наваляет и заберёт воспоминания.

Грибирэль с уважением добавил:

— Король Данила — это тебе не кто попало, это могучий менталист. Когда он вернётся из закрытого мира, вполне возможно, что и поделится с тобой какими-нибудь навыками.

Бер скривился, словно сглотнул кислое зелье.

— К тому времени меня уже съест Зела… — пробормотал он мрачно, оттолкнувшись от косяка. — Значит, мне надо в Херувимию! Спасибо, Гриб, ты просто спаситель.

— Эй, я ничего такого тебе не советовал! — тут же забеспокоился Грибирэль. — Если ты опять что-нибудь выкинешь — я ни при чём, слышишь?

— Конечно, конечно, я всё сделаю ровно так, как ты порекомендовал! — весело подхватил Бер, явно наслаждаясь пришедшей в голову идеей, и прежде чем Гриб успел что-то ещё сказать, уже нырнул за дверь.

— Бер! Нет! — отчаянно донеслось ему вслед, но лучший мечник Золотого Полдня уже не слушал.