Дипломированный ситх

18. Сам так никогда не делай

=*=

— А ведь так хорошо спалось, — тоскливо вздохнул я, обнаружив, что это таки не внуки соседа шумят, а самый настоящий юнлинг. Или кто он теперь?

— Мастер, система наблюдения обнаружила посторонних, — взволнованно доложил он с таким видом, словно произошло что-то невероятное.

— Милый ребёнок, — удержав непечатные эпитеты внутри себя, ответил максимально гуманно: — А для какой цели, по-твоему, мы запускали аппарат-обманку, а сами, используя средства маскировки, тошнили в зону строительства буквально по инерции в течение суток?

— Эм…

— Ну, конечно же, здесь мог кто-то быть. Более того, я бы удивился, если бы вообще никого не было. Обжитой сектор вокруг, — встав с раскладушки, осмотрелся и поморщился, так как во время сна моя Сила несколько вышла за границы тела, и теперь радостно сигнализировала мне, что (вот неожиданность!) небо — не настоящее.

Я посмотрел на симуляцию неба, которая пригревала симпатичным на вид солнышком, и ещё раз вздохнул.

— Старатели, контрабандисты, пираты и разного рода отморозки. Учитывая астрографию, эта система — как заброшенная парковая зона посреди неблагополучного района. Где-то закладка с наркотиками, а где-то и труп прикопали.

— Вы не упомянули военных и врагов тоже.

— Флот может использовать такие системы только для организации скрытого склада, размещения станции слежения и как точку промежуточного сбора перед лихим ударом. Им, флотским, больше нравятся системы с планетами, чтобы явные гравитационные поля были и, желательно, чтобы мусора поменьше. А у нас тут сплошной щебень, — ответил юнлингу, собирая раскладушку. — Да и я был бы на твоём месте более бдительным. Так-то, если помнишь, меня корабли ВАР чуть в Силу не отправили, так сказать, насильно. Да и вообще, вся эта война — одна большая постановка. С обеих сторон конфликта одна и та же физиономия маячит, плюс группа охреневших барыг и политиканов.

— Понял, — кивнул Й`он. — А делать что будем?

— Делать? — задумался. — Позавтракаем… точнее, пообедаем.

— А с неизвестными?

— А что ты можешь с ними сделать? И, главное, на каких основаниях?

— Ну…

— Если очень хочется кого-то убить или поиграть в пятнашки с собственной смертью, то давай я кошке позвоню, у которой ты истребитель попятил, — предложил я.

— Давайте я вам паёк распечатаю, — засуетился подросток и скрылся во внутреннем объёме жилья.

— Паёк? — задумчиво повторил я и плечами передёрнул. — Нет-нет, отказать. На даче, даже фальшивой, надо есть дачную еду.

=*=

Удивительно, но факт остаётся фактом. Имея, фактически, все необходимые технологии, местные умудрялись неиллюзорно страдать на пустом месте. И да, я понимаю, что предвзят и всё такое, но всё же.

А ещё пригодилась любовь к астрономии, так как сеть пассивного наблюдения, данные с которой обрабатывала пара астродроидов, буквально за неделю выявила всех действующих лиц в этой системе. И, если тут и были такие уникумы, как мы, которые сидели тише воды ниже травы, их так быстро было не выявить, а вот все остальные буквально светились во всех диапазонах. Некоторые светились буквально, гоняя на форсаже.

— Вот тут, скорее всего, нычки контрабандистов. Ближе к звезде орудуют старатели-частники. Им, из-за гравитации, проще сваливать, а из-за жара звезды легче засекать удачные экземпляры для разработки, — указал я пальцем на пару точек на голограмме. — А вот здесь пираты тусят.

— Но отметок куда больше.

— В основном это межсистемный транзит. Скорее всего, тоже контрабанда, так как в обычных условиях зачем в пустой системе перегиб маршрута устраивать? Тем более в столь захламлённой системе.

— А как вы поняли, что вот тут пираты?

— Так ты на результаты замеров посмотри. Вошло в систему пятнадцать уникальных сигнатур, а регулярно выходят из неё только три. Да и параметры говорят об этом же. Я пока по среднему кольцу мотался, насмотрелся на эти самосборки. А чтобы точно убедиться, вот тебе накопительные снимки с нашей эрзац-обсерватории.

— Оу… — недоуменно пробормотал Й`он, сжимая в пальцах распечатку с неким мутным облачком и полоской спектрограммы сбоку. — Чего это?

— Всё-таки эти перцы на другой стороне системы, а наша каменюка и вообще на краю системы, и с каждой секундой лишь удаляется…

— Мастер, не юродствуйте, объясняйте как для дикарей.

— Это кладбище корпусов. Пираты обдирают всё стоящее, а сами корпуса не очень востребованы, вот их тут и бросают.

— Э… Я правильно понимаю, что эта дымка — это… Сила превеликая… Да сколько же их здесь?

— Это просто проблема с качеством нашей оптики. Потому так и размыто. А если в корпусах… предположим, что темпы их работы не менялись со временем, тогда тут все те корпуса, которые за десять лет накопились. Но, так как раньше войны не было, то, думаю, темпы были меньше, и они тут лет тридцать-сорок лютуют. Это сейчас всё на КНС списывают, а до этого какое-никакое, а следствие наводить приходилось.

— Я, конечно, знал, что пиратов много, но чтобы столько жертв от одной лишь банды… — юнлинг лишь выдохнул и вернул распечатку. — Сообщим в юстицию или сами?

— Экий ты бодрый юноша, — хмыкнул я на это. — Посмотри на сигнатуру третьего аппарата.

— Эм…

— Это корабль юстиции и есть. Так что звонить особо и некому. Разве что знакомым джедаям, но сомневаюсь, что кто-то из них снимет корабли с фронта и сюда подотчетный флот погонит. Всё же эти разумные существа сейчас важным делом заняты, они самоубиваются во имя какой-то ситховой матери, да.

— А сами мы не потянем, — понятливо вздохнул юнлинг и опустил взгляд. — Да и вам эти пираты ничего не сделали, а ради незнакомцев вы с места не сдвинетесь.

— Именно, мой юный падаван, именно, — покивал. — Но, вообще-то, ты обо мне слишком плохого мнения, ведь доброе дело можно сделать и с насквозь низменной целью.

— Это как? — заволновался подросток.

— Мне очень любопытно, насколько актуальны мои навыки черчения и конструирования агрегатов из готовых узлов. Чуешь, к чему я клоню?

— Не особо.

— Я уже неделю проектирую кинетическую ракету, а ракеты, как известно, должны убивать и разрушать… Впрочем, это их вторичное назначение. Самое главное — ракеты должны обогащать своего производителя. Но чтобы ракеты обогащали их, надо или продавать, или применять по целям.

— Но… как же они вас обогатят? Даже если мы отстреляемся по пиратам, то какая же здесь прямая выгода? Или вы на награду рассчитываете?

— Мне нравится это твоё «мы», — покивал. — Вообще-то, мне очень приглянулась свалка корпусов. Если перерабатывать корпуса, а не руду по камням скрести, то шахтёрское оборудование не потребуется. По крайней мере, на первых порах.

=*=

Погорячился я со сроками. Сильно погорячился. Но, всё-таки, с задачей справился, и ракета не только разгонялась, но даже попадала. Правда, на тестовые стрельбы ушло целых шесть штук, но теперь я точно уверен, что не ошибся где-нибудь, ноликом, или, там, запятую не в то место формулы поставил. Итого: ещё неделя на разработку, вторая — на печать и тесты образцов, а также на внесение правок в уже готовые изделия, а половину третьей недели — ракеты, которые, я вывез в нужную точку над плоскостью эклиптики, долго и нудно разгонялись. Раз уж у меня не было боевых частей, то сама масса ракет должна была стать оружием.

Результат попаданий, к слову, был не очень зрелищным.

Пятитонная бочка, в которой было почти четыре тонны инерта, который расходовался в течение шестидесяти часов разгона при ускорении, дай бог, в половину «же»… К астероиду, в котором располагалась база пиратов, болванки приходили уже сильно облегчёнными, в них оставалось хорошо, если тонна конструкционных материалов, и всё это добро имело к моменту столкновения с целью почти треть процента от скорости света…

Без учёта релятивистских поправок и скорости астероида пиратов, получалось, дай бог, если сто пятьдесят килотонн на плюху, однако чего я не ожидал, так это электромагнитного импульса. Как-то привык, что ЭМИ с ядерным оружием ассоциируется, даже в голову не пришло, что материал ударной части может сотворить столь злую шутку с собственным создателем.

Юнлинг негромко сквернословил себе под нос (ума не приложу, от кого он этого нахватался?) и торопливо заменял предохранители, так как наш аппарат, который был довольно далеко от астероида-цели, лишился и сканеров, и связи, когда последняя, запоздавшая ракета достигла уже порядком раздолбанного астероида. А ведь я уже собирался подвести корабль поближе, так как по времени получалось так, что забарахлившая ракета уже промахнулась. А она, гадина, не промахнулась — она, из-за разницы в скоростях со своими товарками, на десять минут позже к цели вышла.

Пока юнлинг возился с испорченной электроникой, мне пришлось маневрировать, буквально выглядывая через обзорный иллюминатор. К счастью, основную скорость мы сбросили перед самым прилётом последнего привета, и мне оставалось лишь закончить манёвр.

Сработавшие пиропатроны и неприятная вибрация корпуса оповестили меня, что эрзац-истребители, а по факту — оружейные платформы с простейшими двигателями ориентации, вывалились наружу и теперь соревновались в расстреле хлама. Но, к счастью, в этот момент заработала связь, и я передал команду голосом:

— Ёжикам стоп, — буркнул я и добавил: — Если предметы летят линейно, без ускорения и прочих аномалий, значит, это, скорее всего, нормально.

Три самоделки прекратили растрачивать боекомплект сразу, а четвёртая ещё пальнула пару раз в кусок чьего-то тела и тоже успокоилась. После небольшой задержки аппараты разбились на пары и принялись маневрировать в облаке трухи, что разлеталась во все стороны из разломленного пополам астероида.

— А говорили, что из дроидов-пылесосов невозможно сделать оружие, — пожаловался я юнлингу на своих оппонентов на одном из форумов галактики, на котором я обсуждал с местными Кулибиными нестандартное применение бросовой электроники.

— Угу, — односложно ответил Й`он и порывисто отвернулся от иллюминатора, в который влетели чьи-то останки. — Вы уверены, что там кто-то мог выжить?

— Когда-то мне доводилось вынимать тела из-под завалов, и ты охренеешь, насколько люди — живучие существа… пока они понимают, ради чего им жить, — свернув вкладку со статистикой по «ёжикам», развернул такую же, но уже по «колобкам», по дроидам непосредственной поддержки… И да, их я тоже склепал на основе «мозгов» от пылесосов. Просто именно эти пылесосы не умели летать, они умели только кататься за охраняемой персоной. — Или мне стоит напомнить, как ты канючил, что могли выжить и захваченные пиратами гражданские? Раз для тебя это важно, тебе этот крест и нести.

— Я понял вас, мастер, — взгрустнул юнлинг, но, тем не менее, сноровисто облачился в штурмовой костюм-самоделку и пошёл следом за сферами колобков, которые задорно катились по коридору.

Присматривая за юнлингом через камеры колобков, я без затей засыпал окрестности выпотрошенного астероида самодельными минами. Машинки были максимально бредовыми, но, как показал опыт, малые корабли редко когда используют защитное поле, когда есть необходимость высадки, а значит, и это позорище способно наделать дел. В конце-концов, не корабль — так десантника или дроида каждая такая блямба способна на запчасти разобрать. Я, конечно, не уверен, что кто-то сунется проверять этот объект после нас, но, если уж и полезут, то вероятность того, что это будут не посторонние, а наши враги, больше статистической погрешности.

— Мастер, я нашёл выжившего, — отчитался юнлинг.

— Останься в коридоре, — приказал ему, а сам взял одного колобка под прямое управление и завёл его в указанное помещение…

=* Феторио Боз *=

Мужчина пришел в себя. Последнее, что он помнил, — это множественные сейсмические удары, которые буквально сминали базу пиратов, а также последовавшая следом взрывная декомпрессия. По чистой случайности Бозу посчастливилось уцелеть. И да, эту «случайность» называли доспехом, который обеспечил автономное снабжение дыхательной смесью, пока сектор с темницей не наполнился воздухом из аварийной системы.

На счастье Боза, ему удалось очнуться до прихода сил атакующих и даже заболтать бойца, который сопровождал несуразных дроидов. Всё буквально кричало о том, что это какая-то начинающая пиратская группировка. И дроиды, и снаряжение бойца были странными. И то, и другое было хоть и несуразным, но в одном стиле, и в этом всём чувствовалась какая-то варварская технологичность. Складывалось впечатление, что производитель клал большой и тяжелый болт на эстетику.

— Ребята, вы ведь «федеральное бандформирование»? Я угадал? — крикнул Боз неизвестному, предположив, что какая-то нищенствующая планета решила пополнить свою казну, орудуя на гипертрассах.

Это не было новинкой: так пытались поступать многие, но классические пиратские группировки не очень жаловали таких конкурентов. Слишком «чистенькие», мотивированные и, на удивление, хорошо обученные бойцы. С такими было трудно конкурировать, поэтому приходилось объединяться с корешами из других банд и подминать эти планетарные отряды, что получалось очень сильно не всегда.

— Я Феторио Боз, — известный поставщик корусантских борделей, — немного приврав про свою известность, представился мужчина. — Мне плевать, что вы не поделили с местной бандой, но вы сорвали нашу сделку. И если вы продолжите тыкать в мою сторону пушками, я буду считать, что вы собираетесь враждовать с семьёй Феторио.

Боз уже начал переживать, но, вроде бы, новички повелись на громкий титул, и в помещение вкатился один из их несуразных дроидов.

— Феторио Боз? — произнёс дроид, точнее, оператор воспользовался аудиосистемой дроида, и голос собеседника Бозу не понравился. Молодой, спокойный голос с немного непривычной, слишком чёткой дикцией. — Вы поставляете законтрактованных подростков?

— Ну да, — напрягся Боз, не понимая смысла вопроса.

— Ну, тоже работа, — с явственным безразличием произнёс оператор и скучающим тоном полюбопытствовал: — Это на вас настоящий бескар`гам?

— Верно. А что?

— Это хорошо, — ответил оператор, и дроид вскинул левую лапу с каким-то шлангом. — Значит, не расплавится.

=* Й`он *=

Юнлинг вздрогнул от странного хлюпающего звука, яркой вспышки и истошного, быстро оборвавшегося вопля… Ощущения, которые он почувствовал в Силе… их трудно описать словами.

Словно завороженный, он заглянул в помещение и увидел, как круглый дроид, неспешно поводя лапкой-манипулятором из стороны в сторону, заливает двухкомпонентной огнесмесью ещё живого мужчину. Бескар и в самом деле не плавился при четырёх тысячах градусов, но вот плоть, которую он собой закрывал, таких температур выдержать уже не могла.

Юнлинг дёрнулся до хруста, когда в гарнитуре раздался задумчивый голос мастера:

— Истязать разумных существ — это последнее дело… Таким только наглухо конченые мрази могут заниматься… Сам так никогда не делай.

— Х-хорошо…

— Ну ладно, мне тут ещё надо пластины собрать, а ты бери остальных дроидов и проверь оставшиеся помещения.