Дипломированный ситх

28. Res publica - (лат. общее дело)

=*=

Мы встретились с герцогиней за завтраком… Точнее, для неё это был завтрак, а для меня — скорее ужин, но что уж тут поделаешь — бывает.

— Уже не знаю, чему и удивляться, — пробормотала Сатин, разглядывая бутерброд с каким-то болезненным любопытством. — То, что электронные договоры — штука ненадёжная и могут появиться задним числом, — это я и раньше знала. Но чтобы без ведома одного из подписантов — с этим я сталкиваюсь впервые.

— Как оказалось, Республиканский центр сертификации был скомпрометирован во время боевых действий, — кивнул я. — К слову, разорвать наш договор не желаете?

— Вы для этого притащили в систему контейнеровоз с истребителями? Чтобы стоимость содержания стала ощутимой для нас?

— Вы неустойку видели? — спросил я и уточнил: — На самом деле это не для вас демонстрация, а для тех, кто таким вот образом договор составил. Впрочем, врать не буду: очень надеюсь, что стоимость содержания вызовет у вас протест, и мы разойдёмся, оставшись добрыми друзьями.

— О да, вам это удалось, это вызывает у меня невероятный протест, — буркнула герцогиня и ткнула ножом в бутерброд так, что он распался на две части, которые разлетелись в разные стороны. — А ещё у меня вызывает протест то, что после того, как вы обезглавили предателей, оказалось, что кроме меня, горстки помощников, секретарей и граждан Калевалы — и нет ничего. Вы реально думаете, что у меня теперь есть возможность денонсировать этот договор?

— Не в обиду будет сказано, но у вас и до меня не так уж много было вооружённых сил и преданных сторонников. Но главное — вместо полиции у вас всегда были милиционные формирования, и от того, что у этих отрядов не стало начальства, это скорее плюс, чем минус в этой ситуации.

— А это здесь причём?

— Выйти и заявить что-то в стиле: «Сограждане! Нет, собратья!.. В этот тяжёлый час я буду предельно честна…» — ну и дальше по тексту. Добавить что-нибудь про то, что всех чудом не продали в рабство, и что надо сплотиться вокруг… нет, к чёрту… вокруг закона и здравого смысла надо сплачиваться. Да, именно так. Все хотят заниматься любимым делом, а не отбиваться от маньяков и прочих сволочей. В конце концов, защита от погани — это такая же работа, как и любая другая. — Запил сомнительного вида канапе глотком кофе, с недоумением посмотрел на остекленевший взгляд Сатин. — Кхм… Так что насчёт разрыва договора по обоюдному сговору? В смысле… я хотел сказать — согласию?

— Нет! — герцогиня резко встала из-за стола и, бросив перед уходом: — Я найду деньги, — торопливо исчезла.

— И что это было? — с недоумением переспросил сам у себя и всё-таки решился доесть оставшиеся канапе. Есть хотелось сильно, но больше хотелось спать. Пришлось ведь побегать за последние трое суток.

Из-за ведьминой подставы… Эта долбаная хакерша впихнула в систему договор с удивительно гадскими штрафными санкциями за невыполнение этого самого договора. А по контракту Сатин Крайз не просто должна была остаться живой — её ещё и не должны были свергнуть. Вот последний пункт всё и портил.

Да, я размазал Алмека — в прямом смысле этого слова — и поубивал, но больше рассеял его бойцов. Однако так уж получилось, что в этом заговоре, в той или иной мере, участвовали вообще все высшие должностные лица. А так как эти парни и девчата были горячими и вместо того, чтобы засухариться под корягой, решили показать удаль молодецкую… В итоге даже падавана Скайукера пришлось садить за станковый репитер, чтобы сбить накал ситуации.

Пока мы с рогатой геройствовали, Й`он метнулся к нам в систему и выгреб всех Колобков и вообще все запасы боеприпасов, какие у нас были. Тибану, к счастью, мы и на месте достали, но вот остальные средства наведения законности больше нигде не производились. В этом и есть основная проблема всех кастомных решений.

Проморгавшись, с недоумением обнаружил, что недоеденная еда со стола пропала и, судя по виду из окна, уже обед.

— Вот это я выпал из жизни, — пробормотал, шокированный тем, что кто-то даже руки мне протёр, а я и не проснулся.

Встав с кресла, потянулся и с тоской поглядел на список входящих в терминале связи. Сначала хотел пройтись по степени значимости — то есть начать с Й`она, — но взгляд зацепился за незнакомую иконку. Следом шёл текст: «Обращение правительства Калевалы к гражданам» и ниже — реквизиты: отправитель — герцогия Сатин Крайз, получатели — все.

— Да ну? — фыркнул я, выбрав этот пункт.

— Собратья, в этот тяжёлый час я буду предельно честна: нас едва не продали в рабство — и чудом мы всё ещё свободны, — начала герцогиня без прелюдий. — Не буду скрывать, я испугалась за свою жизнь и жизни близких. Предательство премьер-министра Алмека и высших должностных лиц создало у меня иллюзию, что это не банальный переворот, инспирированный группой зажравшихся сволочей, о нет, я подумала, что проблема во мне, что народ утратил веру в меня. Вы и сами понимаете, почему я так подумала… История с лекарствами, инцидент с отравлением детей, продовольственный кризис — всё это моя вина, даже если все эти злодеяния не моих рук дело, но я не досмотрела, не проконтролировала, была слишком доверчивой…

Невольно сказав пару-тройку предложений «на матерном», я набрал Асоку, которую подрядил поохранять герцогиню, пока я и пацан заняты.

— О, мистер Гри, здравствуйте, — жизнерадостно поприветствовала меня этот ребёнок.

— Где вы сейчас? — торопливо перебил я. — Сколько рядом Колобков? Я сейчас прилечу, не паникуйте.

— Мы на центральной площади. Да мы и не паникуем, — протараторила девчонка. — Всё путём. Вы, лучше, вместо Колобков дроидов-секретарей привезите, очень нужны.

— Каких ещё секретарей? Зачем?! — опешил я, торопливо спускаясь по лестнице.

— Так деньги и ценности описывать. А то люди их сюда всё несут и несут.

— Деньги? Какие ещё, хатт его задави, деньги?

— Так для заправки истребителей и пополнения боекомплекта нужны средства, а после попытки переворота выяснилось, что казна разворована.

— И!!! — нервно, почти прокричал я.

— Герцогиня попросила у граждан скинуться, кто сколько может… Вы, хоть и ниже себестоимости технику поставляете, и люди вам за это искренне благодарны, но всё равно сумма не малая…

Я оступился, вторая нога зацепилась за ковёр, а взмах рук не помог сохранить равновесие — и я банальным образом упал, скатившись вниз по ступеням. К счастью, тот ковёр, который помешал удержаться, стал же и причиной того, что я избежал травм. А вот терминалу повезло меньше. Я вынул его из разбитой вазы, отряхнул — и увидел взволнованное лицо тогруты во вновь появившейся голограмме.

— Что-то случилось? Картинка почему-то пропала.

— Да связь тут не самая качественная, — отшутился я. — Дай маяк, я выдвигаюсь. На месте разберусь, что происходит.

=* Й`он *=

Самопровозглашённый ученик ситха чувствовал себя не очень уютно. Один раз он уже успел ошибиться — напугав учителя тем, что его, Й`она, убивают, хотя ничего подобного в реальности не происходило. Просто случайное стечение обстоятельств и ошибка в передаче данных. И после удивительно мягкого наказания — бакта-пластыри и мед-дроиды творят чудеса — юноша надеялся, что больше не допустит такой оплошности. Однако сейчас его окружала немалая толпа существ в характерных доспехах, и единственное, что останавливало ребёнка от того, чтобы крикнуть в Силе погромче напоследок и пойти врукопашную, — это снятые шлемы почти у всех, кто его окружал.

— Печально.

— Что, испугался? — с ухмылкой уточнила женщина, отличавшаяся от человека лишь наличием забавных рожек.

— Не особо, — фыркнул юнлинг. — Смерти нет, а вот ремень у учителя есть. Я бы даже сказал, что он, ремень, болезненно материален.

— И какое же это имеет отношение к происходящему?

— Даже если я всех вас здесь покрошу, тела ведь тоже мне придётся убирать. Значит, в любом случае задержусь с выполнением поставленной задачи, а значит, понесу наказание. Я в безвыходной ситуации. Два косяка подряд — это позор.

— А-ха-ха, — заржало одно из самых здоровых существ среди присутствующих. — Мне уже нравится этот сопляк.

Остальные, к недоумению Й`она, одобрительно заухмылялись, словно он тонко пошутил. Но ведь он и не шутил. Пара вариантов выжить у него и в самом деле имелась, но вот задачу он, фактически, завалил. Невозможно размотать такую толпу не самых простых существ и остаться комплектным и готовым к продолжению миссии.

— Он не шутит. Он, в самом деле, не боится умереть здесь и сейчас, — произнесла та девушка с демоническими рожками, и смех прекратился, хотя улыбки на лицах остались.

— Мда… Жёсткие были нравы на Мандалоре в былые эпохи. Оказывается, даже просто бояться — уже позор… — прищёлкнув языком, пробормотал здоровяк. — В общем, так, малой: мы, те, что собрались здесь и сейчас, без восторга смотрели на Сатин Крайз и её политику. Но, раз уж даже подыхая она не отреклась от своих идеалов, значит, она или еб*нутая дура… или в её идеалах и в самом деле что-то есть.

После этих слов все невольно замолчали. Но рогатая мандалорка разбавила тишину:

— Го-Бо хотел сказать, что воровать у своих — это не Путь, торговать своими — это тоже не Путь. А если пацифизм — это про то, чтобы не кидаться на окружающих без веской причины, так мы все здесь — закоренелые пацифисты.

— Учитель сказал, что: «Пацифизм здорового человека — это, в первую очередь, про тех, кто за мир и сотрудничество, но армия которых по первому сигналу способна доказать окружающим, что мир и сотрудничество — и в самом деле клёвые штуки».

— Так даже лучше. Честнее, — буркнул здоровяк. — Мы тоже хотим.

— Го-Бо хотел сказать, что лучше всем вместе есть маленького поросёнка, чем по отдельности гнить в земле.

— В точку, — кивнул здоровяк. — Лаве у нас не так много, но кое-что можем собрать. Оружие тоже есть. Немного, но есть.