Дипломированный ситх

35. Гениальный мозг — гениальные ошибки

Меня тут попросили закончить книгу без битого стекла… Но как вы это себе представляете с учётом того, что в повествовании есть Палыч?

В общем, я, конечно, постараюсь…

=* Палпатин *=

Палпатин, будучи политиком и действующим канцлером Республики, хорошо понимал намёки. Можно даже сказать, что он легко ориентировался в оттенках и ароматах намёков. Ну а будучи одарённым, а точнее — ситхом, он понимал даже те намёки, которые промелькнули у собеседника где-то там, на задворках сознания. По крайней мере, он так считал долгие и долгие годы.

То, что вместе с сенатором от мандалорского сектора пришёл виновник сегодняшнего разбирательства, не стало какой-то особой неожиданностью. Примерно на такой исход Палпатин и рассчитывал… Но чтобы добиться этого, пришлось буквально прямым текстом попросить об этом Сатин Крайз, — и вот это неожиданностью стало.

Главному политическому актору* этой галактики даже в голову не приходило, что его многодневное противостояние планам «молодого выскочки из прошлого» носит, мягко говоря, одностороннюю направленность. И одностороннее это противостояние потому, что все негативные эффекты воспринимались его невольным противником как безусловное благо. Ну а то, что молодой ситх не жаждал встречи со своим более пожилым коллегой не из-за гордости, а из-за банального «а зачем?», — это не уложилось бы в голове прожжённого манипулятора в принципе.

— В каком смысле — а зачем? — переспросил Палпатин, сделав вид, что не понял подоплёки такого вот ответа и, более того, удивлён.

— Мы можем отпустить милейшую Сатин или вы предпочтёте говорить при ней? — вопросом на вопрос ответил молодой ситх.

— Вы считаете, что она услышит что-то новое о вас? — бросив на герцогиню нечитаемый взгляд, уточнил Палпатин и мило улыбнулся. — Вам есть что скрывать?

— Всем есть что скрывать, — вполне логично ответил молодой ситх, так как это и в самом деле было так, и он имел в виду так называемую «социальную ложь», а не то, что пришло на ум собеседнику. Впрочем, Дарт Гри невольно ответил и на мысли собеседника: — По поводу же вашего вопроса… Я, конечно, благодарен вам за оказанную помощь, но наверняка вы преследовали какие-то свои личные цели и в моей благодарности навряд ли нуждаетесь. Или я не прав? Если так, то большое вам спасибо… канцлер.

— И какую же помощь я вам оказал? — заметив лёгкую запинку перед словом «канцлер», Палпатин уверился в своих подозрениях. Ему и в голову не пришло, что его собеседник так сильно привык называть Палпатина Палычем, что чуть не оконфузился на официальной встрече.

— Признаться, условия договора с герцогиней оказались излишне сложными для меня.

— Вы так говорите, словно заключили этот договор против своей воли, — улыбнувшись по-лисьи, тонко пошутил Палпатин.

— В целом так и было.

— Хорошая шутка, — подивившись тому, что собеседник врёт так, что даже Сила не может определить правду, Палпатин всё же решил положиться на силу логики, раз уж Великая Сила дала сбой. — Вас послушать, так вы просто оказались не в то время не в том месте.

— В целом так и было, — кивнул молодой ситх.

— Но если это так, как мне понимать ваши действия на Конкордии? — уточнил Палпатин, не надеясь даже на тень честного ответа, но его собеседник вновь бросил взгляд на Сатин Крайз, которая сидела и даже дышала через раз. Мгновение — и канцлер принимает решение: — Думаю, дальнейшая беседа не несёт политического смысла, поэтому, герцогиня, мы не смеем вас задерживать.

Названная бросила несколько напряженных взглядов на молодого ситха, затем на канцлера и, тем не менее, поспешила удалиться, но так, чтобы не нарушить процедуру и этикет.

— Бережёшь свою союзницу? — отбросив вежливый тон, с ухмылкой уточнил Палпатин. — С каких это пор ситхи переживают из-за пешек?

— Да не, мне, в общем-то, по*ер, хотя девчонка нормальная. Удивлён, что этот клоповник её идеализм не подломил, — расслабившись и даже откинувшись на спинку диванчика, ответил молодой ситх. — Ну давай в темпе, не тяни. Херачь молнией Силы и, желательно, что-нибудь эпичное скажи напоследок.

— Что сказать? — не понял Палпатин.

Столь резкий переход выбил его из колеи, да и вообще он почему-то засомневался, что успеет добежать до статуи с тайником, в котором лежали мечи, если его собеседник кинется на него сейчас. А он, судя по всему, вполне может и кинуться. Странный какой-то. Расслабленный. Демонстративно расслабленный.

— Ну не знаю даже… Что-нибудь в стиле… — молодой ситх задумался и, резко выбросив руку вперёд и изобразив потешное безумие в голосе, прокричал: — Абсолютная власть! У-ха-ха!!!

— Кхм… — изобразив вежливую улыбку, Палпатин почувствовал, как волосы на голове начинает пропитывать пот. Происходящее до такой степени расходилось с тем, что он планировал и к чему готовился, что пришлось тянуть время столь детским способом, как улыбки и хмыканье.

А затем ему вспомнилась смерть лопоухого ситха, и Палпатин испытал давно забытое чувство — чувство стыда. Ведь он сам пригласил этого отморозка к себе. Один раз этот сопляк уже «исполнил» своего врага, и джедаи вообще не чухнулись. Может, и сейчас происходит что-то схожее?

— Тебя близость храма джедаев не смущает? — кивнув головой себе за спину, на панорамное окно, спросил канцлер, но уже без особой веры в значимость этого символа.

— А должна? — удивился гость. — А… Ну да, ты же скрываешься. Извини, я не подумал об этом. Из головы вылетело.

— Угу… — односложно буркнул Палпатин, мысленно готовясь к схватке с не таким уж и простым противником, как оказалось. Не сказать чтобы ситх боялся — доводилось ему и в более сложных ситуациях оказываться, — но вот чувство собственной глупости, оно давило. А отношение к джедаям и вовсе вызывало вопросы. Уж не в сговоре ли? — Слышал я, что ты взял себе ученика. Как там этого падавана зовут? Что-то на «й».

— Врут. Пацан сам ко мне прибился, — покачал головой гость канцлера и дополнил: — К слову, ты про Калевалу спрашивал… Признаться, я там алгоритмы отрабатывал.

— Алгоритмы?

— Ага, алгоритмы. Меня всегда интересовал вопрос, почему тут у вас такие войны странные. Ну, согласись, идиотия же какая-то, что дроиды не могут клонов размазать. Там же какая-то безумная статистика по потерям. И ладно против одарённых пасуют, но против обычных пехотинцев-то почему? Уму же непостижимо.

— Дешёвая штамповка, — невольно ответил Палпатин, так как в третий раз многозначительно хмыкать было уже как-то не комильфо.

— Хрен там плавал! — хлопнув в ладоши, возмущённо ответил молодой ситх. — Ты же сам ту писульку про сертификацию писал. Значит, знал, из какого хлама я своих дроидов склепал. Там же только у штурмовиков корпуса заводские.

— Я не сильно углублялся в этот вопрос, — уклончиво ответил канцлер. — Что, в самом деле такой хлам?

— Безусловно, это же банальные пылесосы с оружейными модулями. Вообще не врубаюсь, как твой «старичок на побегушках» умудряется эту войну не выиграть. Там же реально пара-тройка правок — и можно Республику в прах растереть.

— Ты для этого алгоритмы отрабатывал? Чтобы понять это?

— Что? А… Нет-нет, конечно же нет. Просто мне стало интересно, что нужно для того, чтобы устроить восстание машин в пределах всей этой галактики и возможно ли это при наличии ресурсов и желания одного лишь разумного существа.

— Хм… И зачем?

— Ну… Я тут один. Ни родных, ни знакомых. Смертушка буквально в затылок дышит… Да и, в конце концов, почему нет? Интересно же, сможет ли мир космооперы победить другой сюжетный троп.

Палпатина покоробило странное использование ещё более странных терминов. Ну ладно космоопера, канцлер любил оперу, но причём тут опера и сюжеты, если речь про восстание дроидов? Что это вообще? Непонятый намёк на что-то привычное для собеседника?

— М-м… — многозначительно протянул Палпатин, чувствуя, что окончательно запутался в происходящем. То, что молодой ситх решил пообщаться с ним, с канцлером, словно с личным психиатром, — это даже звучит как идиотия, а размороженный сопляк уже доказал, что он кто угодно, но не банальный псих. Но тогда зачем он это говорит? Угроза? — Верится с трудом. Если бы это было так, то почему не начал? Или это оказалось невозможно?

— Вполне возможно. А не начал… Ты только не смейся, — смутился собеседник Палпатина, точнее — изобразил смущение, ведь в Силе молодой ситх не ощущался вообще никак: пустое место. Словно и нет здесь никого.

— Не буду, — согласился канцлер и покосился на статуи с тайником. Он принял решение, что если текущий инцидент закончится хоть сколько-нибудь хорошо, он обязательно сделает тайник поближе к рабочему столу, ибо сидеть с пустыми руками в компании ситха-психопата — это, как оказалось, удовольствие ниже среднего. Очень сильно ниже.

— Хоть я сопляка за ученика и не считаю, но как-то трудно разрушить мир, в котором он живёт. Тем более по столь бредовой причине. Впрочем, это сраное человеколюбие постоянно мешало мне сделать то, что хотелось сделать, — произнёс собеседник канцлера и словно груз с души снял. В его глазах появилось спокойствие и умиротворение, которое, впрочем, на миг пропало, а сам собеседник добавил: — К слову, будешь строить «Звезду Смерти» — обязательно озаботься защитой технологических отверстий. Ну, это же явная диверсия — реактор, имеющий прямой тоннель к поверхности станции. Вот для чего эта хрень вообще нужна? Чтобы какой-нибудь псих туда торпеду уронил?

Бз-з-з.

Палпатин чуть не подпрыгнул от неожиданно раздавшегося звука вызова от секретаря. К счастью, он удержался от попытки прорваться к тайнику, а его гость сделал вид, что ничего не заметил. Или же в самом деле не заметил?

Прикинув разные варианты, немолодой уже ситх рискнул выбрать самый безумный ход и подыграть тому бреду, который слышал:

— Я, конечно же, приму к сведению эту информацию. Но, увы, мир не ждёт. Столько дел, столько дел. Но, надеюсь, недоразумение между нами исчерпано? Не хотелось бы расстраивать следующего гостя отменой аудиенции.

— Недоразумение? — изобразив недоумение, переспросил молодой ситх и покачал головой: — Вы правы, уважаемый канцлер, я отвлекаю вас от работы. Простите.

— Да, именно недоразумение. У меня не было мыслей хоть как-то вредить вашему ученику, — кивнул Палпатин. — А теперь, простите.

Проводив размороженного ситха взглядом и дождавшись, когда дверь за его спиной закроется, Палпатин выдохнул и обмяк в кресле. Посидев пару минут в тишине, он попытался уложить мысли в голове, но получалось плохо. Слишком много было произнесено слов, слишком много намёков, полунамёков и провокаций. Теперь надо было разобраться, где намёки, а где провокации.

Разобравшись вчерне с результатами беседы, канцлер не сдержался и всё-таки заглянул в чертежи «Звезды Смерти». Он не был особым специалистом и мало соображал в чертежах, но технических навыков для того, чтобы задать правильный вопрос интеллектуальной системе, у него хватило. И хоть чертежи только-только начали прорабатываться и до финального завершения были ещё годы… странный тоннель уже значился на схемах, а его назначение интеллектуальная система объяснить не смогла — лишь посоветовала проконсультироваться с инженерами проекта.

— Блядь… — приложив ладонь ко лбу, пробормотал ситх. — Это уже не утечка, это полноценная река… Значит, его слова про усилия Дуку… Это что же? Это не угроза, а предупреждение? Или издёвка?

Неизвестно, до чего бы додумался утомлённый мозг политика, но секретарь нарушил тягостные размышления канцлера:

— Удалось найти материалы, которые вы запрашивали…

— И?

— Дарт Гри пропал без вести после того, как убил визиря Империи, Танлея Брозо. Из общедоступных материалов тех лет следует, что он мстил за свою погибшую подругу. Видимо, после этого он и попал в глобулу.

— Вот значит как, — пробормотал Палпатин. — Значит, мстил… Любопытно.