Долг человечества. Том 5

Глава 21

— Филиппов? — Удивленно проговорил и встал в полный рост Илья, взглянув на вошедшего в комнату переговоров, ставшую таковой с недавних пор. — Не мямли, что стряслось?

Мы с Варей тоже поднялись, прислушиваясь к собственным ощущениям. Хотя вид нежданного гостя был взволнованным, ни я, ни моя спутница-колдунья самообладания не потеряли и просто ждали, как развернутся события.

Иван Филиппов судорожно глотнул воздух, заозирался, открыл было рот, но ответить не успел, как мы сами все услышали. Из-за тонкой бревенчатой перегородки до наших ушей донесся пронзительный женский выкрик. И быстро затих, превратившись в хрип, словно ей грубо заткнули рот.

Позабыв все на свете, наша четверка ломанулась на звук. Действительно, о какой дипломатии может идти речь, когда последствия принятых ранее решений наступают так скоро. Твою ж мать, я думал, у нас будет хотя бы часок, сгруппироваться, подготовиться, прикинуть, куда будем падать и туда подушек накидать, но не срослось.

Илья из комнаты вылетел первый, на ходу покрываясь трещащими синими сполохами бурлящего электричества. За нами не заржавело — я вынул «грушу» и приготовился было применять ускорение, но пока что придерживал, на всякий случай, рискованно получить часовой откат, и истратить ультимативно сильную способность для выживания в молоко. Варя, словно и всамделишная чародейка, разожгла огонь, буквально, приготовившись швырять огненные шары направо и налево.

С дверью в спальню лидера, откуда доносился выкрик, мы не церемонились — снесли с петель, вырвав ее из косяка с мясом, и влетели внутрь, все трое, пока как Иван задержался позади троицы бойцов и магов, всматриваясь вглубь полутемной комнаты.

Что ж, картина маслом, если гора не идет к Магомеду, то… у кровати полковника стояли трое, хотя правильнее будет сказать четверо. Те самые молодцы-офицеры, о которых мне полчаса к ряду рассказывал Муромец. Почему четверо? Один из мужчин, огромный бритый налысо амбал в латном доспехе, судя по описанию Завьялов, держал на весу брыкающуюся девчонку, сдавливая ей горло.

Слева от здоровяка стоял щуплый, скользкого вида мужчинка с бегающими, мышиными глазёнками, походу Савельев. Ну а третий, Морозов, торчал в самом углу, прислонившись спиной к стене и поигрывая кинжалом необычной формы.

— *нецензурно*, руки убери! — Проревел Илья, а его электрическая оболочка забилась ярче, пока с пальцев не сорвался четкий, моментальный разряд, как дуга, и ударил не в тело гиганта вопреки законам физики, а в землю под ним, выдав фонтан искр и взрыхлив землю.

Амбал нехотя разжал руки, отпустив парламентершу. Та рухнула на колени, уперлась рукой в землю и сильно закашлялась, схватившись за пережатую шею.

— Остынь, Муромец, — оскалился Завьялов, поигрывая желваками. Я считал эту эмоцию, он побаивается моего временного союзника, — время старика вышло, нет нужды устраивать резню, согласись. Ты же знал, что так будет. Так что все, кончилась богадельня, больше нам договариваться нужды нет.

— Артур, это те? — Савельев скривился, бросил на нас масляный взгляд, особенно долго задержавшись на Варе.

— Мои ребята говорят — те. — Ответил великан. — Илья, ты какого хера сюда вообще чужаков пустил? Что, самому разобраться кишка тонка? Решил под каких-то слюнтяев лечь? Мы же предлагали тебе мирный выход, но нет, ты как баран, ля!

— Спокойно, Завьялов, успеешь еще кулаки почесать. — Мягко, но настойчиво потребовал гиганта утихомириться нависающий над бездыханным телом Вячеслава Виктор.

Почему? Что происходит? Я ошибся? Не помогло черное ядрышко, и смерть пришла, не дождавшись исцеления? Но не успел я погрузиться в пучину размышлений, и даже помыслить о том, что прямо сейчас придется убить этих троих, послышался еще один голос.

— А ну пасти позакрывали, щенки.

Негромко, спокойно и размеренно, будто и правда команда для дрессированных собак, проговорил Вячеслав, впечатлив всех присутствующих. Кого-то сталью в голосе и леденящей властностью, кого-то своим чудесным, можно сказать, воскрешением. Меня, к примеру, и тем и другим, да и как погляжу, Варю тоже проняло, ее пламя, бушующее в нескольких сантиметрах от ладони, поутихло.

Тоном это было сказано таким, который сымитировать невозможно, только годы практики и знания, что он имеет вес, голос человека, привыкшего отдавать приказы и не терпя ни малейшего промедления к их исполнению.

Все трое, Завьялов, Морозов, Савельев, повернули головы, медленно и скрипуче, как будто у них вместо шей — шарниры. Ошарашенно глядели на Вячеслава. Ведь там, где только что лежал иссохший, вонючий труп, перетянутый синюшной кожей, сейчас поднимался, чтобы присесть, Вячеслав Нестеров. Более того, когда ему удалось распрямить спину, он сбросил с себя ткань, укрывавшую его до этого, и спустил босые ноги на голую землю.

Кожа его приобрела здоровый, чуть смугловатый оттенок, на руках бугрились хоть и с видимыми возрастными изменениями, но налитые силой мышцы. Провалы глазниц заполнили ясные, пронзительные глаза, которые сейчас пристально рассматривали присутствующих в этой комнате. Седина в волосах никуда не девалась, только теперь она придавала вид мужчине не умирающего деда, а матерого такого волчары, которому еще хоть куда.

Нестеров, как оказалось, тоже своего рода колдун, пусть и всего второго уровня, однако это не мешало ему контролировать этих псов одним лишь своим присутствием. Я не скрывая наслаждения наблюдал, как стекает по стенке Морозов, собираясь стать меньше и незначительнее, чем он есть, и занять позицию тише воды ниже травы в буквальном смысле этого слова. Клянусь, если бы этот пижон мог, он бы схлопнулся до частиц и улетел, куда понесет ветер.

Наблюдал также и перемены берсерка Завьялова. Пышущее яростью, злобой и тупой грубостью лицо сейчас скукоживалось, будто лимона поел, бледнело, а руки его, перевитые чудовищной мускулатурой, которую было не скрыть даже за латными перчатками и наплечниками, начинали мелко дрожать. Лишь Савельев сохранил подобие хладнокровия.

— Старший лейтенант Завьялов, Капитан Савельев, Лейтенант Морозов, — Вячеслав чеканил их звания, а я слышал не должности и фамилии, а вбиваемые в их крышки гробов гвозди, — какого *нецензурно* здесь происходит?

У меня масса вопросов, но главный — почему так или иначе причастные к вооруженным силам ругаются так бранно? Видимо, это я в своей интеллигентной жизни к подобному контингенту не привыкший, а для них это в порядке вещей. Ладно, это я от стресса каламбурю, вопросов насущных действительно немало.

Во-первых, Вячеслав действительно знает, что происходит, тем не менее задает этот вопрос. Может ли быть, что последние часы его прошли в беспамятстве? Но нет, чуть меньше часа назад я слышал его голос, он был в здравом уме. Хотя, как посмотреть…

Ответа от троицы тех, кто уже практически поделил шкуру неубиваемого медведя, не последовало. Я же, признаться, находился в серьезном замешательстве. Сделать-то свои ходы я сделал, и сейчас наблюдаю развязку, но делать что? Полагаю, разумным решением в моей ситуации будет понаблюдать, я частенько так делал, ну а Варя, видимо, настолько запуганная моими увещеваниями не лезть на рожон и не атаковать всех подряд, сейчас заняла ту же позицию, что и я.

Заговорил вновь «старший», уже встав на ноги.

— Что встали, морды кирпичом? Думали концы отдам? Хер вам, приблуды неблагодарные, с тем что вы натворили я разберусь, и молитесь, чтобы я поступил по уставу, а не вскрыл ваши сраные черепушки, не вышкреб их до снежного блеска и не нассал в них! Оружие сдали Илье и шагом марш наружу! Муромец, — перевел старик взгляд на остолбеневшего электроманта, — позаботься о том, чтобы эти три тупые бошки торчали из ямы. Выполнять!

Выдав эту, без сомнений, пылкую тираду, я пронаблюдал последствия. Поджав хвосты, все трое, поняв бесполезность всех своих потуг, действительно сдали свое оружие нашему с Варей провожатому. Он его принял, попрятал в инвентарь скимитар, кинжал и секиру, кивнул Вячеславу, помог подняться пребывающей в не меньшем шоке Агнессе и, одарив злобным взглядом тройку солдафонов, уволок их за собой, щедро отсыпав пинков.

Меня поразило то, что я увидел. Похоже, вся власть действительно держалась на одном единственном человеке. Но что же заставляет их так слепо повиноваться? Неужели то, что рассказал нам Илья, настолько сильно в армейской среде? Почему еще час назад я видел в этих троих людях угрозу, которая могла унести десятки жизней и мою в том числе, а сейчас смотреть на них я мог только с жалостью? Черт, сложно это все.

Но, должен признать, это было эффектно. Я-то вечно полагался на дипломатию и переговоры, а оно вон как, оказывается, можно. Чистый нефильтрованный авторитет, перед которым трое здоровенных мужиков с военным прошлым напрудили себе в штаны и не посмели произнести ни слова, гуськом выползли из помещения, услышав приказ.

Когда шаги в коридоре позади нас стихли, а перепуганная произошедшим Агнесса перестала суетиться и искать пятый угол, взгляд лидера коммунистов задержался на мне.

— Марк, ты здесь. — Сглотнул он и, жестом показав захват в воздухе свободной рукой, подал сигнал сиделке, что хочет пить. — Я верил, что ты придешь, но даже не представлял себе, на что ты способен. Как тебе это удалось? Мой таймер исчез, а я, чувствуя, что пора примириться с судьбой, получил картинку от системы, мол, поглощено какое-то ядро и мне необходимо пройти процедуру перераспределения потенциала.

— Ну, я сделал малое, всего лишь засунул тебе в рот то, благодаря чему ты эту процедуру прошел. — Спокойно ответил я, подтянув к себе табуретку и заняв ее, и еще улыбнувшись одними лишь уголками губ. — Не хотел я становиться главой, вот и все.

— Для тебя так просто… — Хмыкнул Вячеслав и, увидев, что я уселся, так же не стал оставаться на ногах. — Не хотел он, поэтому решил сделать невозможное, чтобы просто не брать ответственность. Гражданские! — Протянул он, но без всяческой злобы, скорее пожурил по-отечески. — Не познакомишь меня со своей прелестной спутницей?

Варя зарделась, и даже, похоже, прониклась глубоким уважением к Вячеславу, ведь он одним рыком разогнал стайку бешеных собачонок.

— Это Варвара, мой офицер и хороший друг. — Представил я девушку, и та, скромно улыбнувшись, кивнула в знак знакомства.

— Вячеслав Нестеров, полковник в отставке, руководитель с худшими во всех мирах подчиненными. Но, попрошу, не делайте обо мне выводов, глядя на тех, кем я управляю. Тут, знаете ли, с кадрами не очень. — Старикан явно заигрывал с Варей, и меня это забавляло. — Но для светских бесед не время и не место, впрочем, когда-нибудь оно обязательно представится. Марк, живи мы в старом времени, представил бы тебя к награде.

— Не то время. — Мрачно ответил я.

— И верно. В любом случае, твоими стараниями я жив, и по ощущениям скинул лет двадцать. — Широко улыбнулся он.

— Ты получил второй шанс, полковник. — Укрепил я его слова своими.

Вячеслав посмотрел на свои руки, сжал их в кулаки, проверяя силу хвата, а затем, получив наконец от вышедшей из ступора Агнессы, отпил воды.

— Спасибо. — Кивнул он девушке, вернув стакан, грубо слепленный и обожженной керамики. — Расскажешь подробнее, что именно ты мне дал?

— Знаешь, Вячеслав, — я поднялся в полный рост, поправил юбку брони, — история будет долгой, и ты верно заметил, когда-нибудь шанс для нас представится поболтать за рюмкой чаю. Но не сейчас. Все, что я должен был здесь сделать, я сделал. Своих подчиненных ты, я думаю, в состоянии теперь приструнить сам. Я хотел поговорить о другом.

Старик напрягся, не понимая, к чему я клоню. Я пояснил.

— Я отдал тебе артефакт невероятной ценности. Он был один, другого такого, быть может, и не существует вовсе. Отдал просто так, не торговался. Так что ты и твоя фракция мои должники, и надеюсь, это не будет оспорено. Скажу тебе больше, накануне прихода сюда я посетил Барона, и в ходе переговоров мы установили, что притязаний на твоих людей у него больше нет и не будет, так что Коммунисты смогут свободно развиваться и больше не терять людей до самого конца испытания. — Я специально напустил морока в голос, но по правде говоря, рассусоливать я тут действительно не собирался.

— Требуй чего хочешь, ведь я два дня назад, по сути, вручил тебе в руки все карты. — Не раздумывая согласился с моими доводами Нестеров, но, что удивительно, никак не прокомментировал свою свободу от гнета больного рабовладельца.

— Принять управление или получить преференции не одно и то же. У вас в лагере почти двести человек, и, насколько я понимаю, большую часть из них твои солдатики пустили бы в расход. — Начал я.

— Всех, — поправила меня Варя, — не забывай рассказа Муромца.

— Действительно. — Кивнул я чародейке. — Так вот, они-то мне и нужны. Для определенных работ. Видишь ли, у меня есть несколько трудно реализуемых проектов, которые без большого количества рабочей силы так и останутся нереализованными. Ты и твоя фракция мне в этом поможете. — Я использовал свой навык отделения инвентаря, сформировал сундучок и поставил его на край постели, по правую руку от Вячеслава.

— Рабочая сила, конечно, есть, но для чего? — Удивился полковник. — И что это?

— Для тотального сбора ресурсов, конечно же! — Я хищно улыбнулся. — У вас тут огромная, почти не освоенная территория. Леса, болота, озеро, подгорья, скалы и пещеры. Вы будете прочесывать эту землю мелкой гребенкой, собирая все, до чего дотянетесь. Будете развиваться, прокачивать навыки, усиливаться, добывать валюту. Все с пользой. Мне нужно всё, — я начал загибать пальцы, — древесина, травы, коренья, руда, глина, камни, шкуры, кости, вообще все, что только можно и нельзя, я всему найду применение.

— Недавно наш лидер сделал настоящее вино. — Деловито добавила веса моим словам Варя. Я же не без удовольствия считал удивленную реакцию Вячеслава.

— А как же мы доставим к тебе все эти объемы? Я в курсе, что твоя фракция заняла гору, расстояние приличное, риски и время. — Меня обрадовало, что полковник не пустился в торг и выяснения, а сразу начал обсуждать работу, задавая уточняющие вопросы. Человек дела.

— Это как раз таки твой второй вопрос. — Я кивком указал на сундучок, привлекший внимание собеседника ранее. — Это часть моего инвентаря. Складируйте все туда, мы будем вынимать. По сути, это бесплатный рабочий телепортер для ресурсов, так что логистически проблем нет никаких.

В очередной раз глаза Вячеслава расширились от удивления.

— Вы простите меня… — Жалобно пискнула Агнесса. — Но лидеру бы отдохнуть, а не сразу же устраивать переговоры и заключать сделки, он ведь буквально со смертного одра поднялся…

— Ничего, — мягко проговорил Вячеслав, — я понимаю, девочка, ты хочешь защитить меня от участи стать сырьевым придатком для моего спасителя. Но я в здравом уме сам принимать решения о том, что мы будем делать, и за последний месяц это лучшая новость, которая к нам попадала. Работать на благо развития всех, не страшась за свои жизни день ото дня. Да, Марк, — протянул он мне руку, — мы согласны.

— Это пока не все. — Сказал я почти сразу, и руку полковник опустил, уперев ладонь в постель. — Мне важно знать, что ты сделаешь с теми тремя. Видишь ли, череда событий сделала именно меня номером один на устранение в их глазах, и я не желаю, чтобы у них был хоть какой-то шанс это сделать. Так что, если мне придется их убить сейчас, то я сделаю это. Либо ты, своими силами.

— Я гарантирую, что ни одного из них ты больше никогда не увидишь. — Железно проговорил Вячеслав.

— И еще кое-что. Я бы хотел забрать нескольких людей у тебя. Сейчас. И твою повозку, на которой Молчун приволок тебя на место наших первых переговоров. — Наконец, закончил я со списком требований.

— Кого?.. — Забеспокоился собеседник.

— Агнессу, Филиппова, Молчуна и Муромца. — Заявил я.

Девушка пискнула от удивления, Варя вытаращилась на меня непонимающе, и мне пришлось пояснить, потому что в комнате повисла гнетущая тишина.

— Девушка способная и будет связным между нашими фракциями. Филиппов спас ей жизнь, вовремя позвав нас, и мне нужен такой преданный человек, пусть даже и не мне напрямую, — я загибал пальцы, закрывая каждую кандидатуру объяснением, — Молчуна, мне нужны крепкие руки в лагере, и Муромца, он Варе приглянулся.

— Что⁈ — Возмутилась Варя, густо покраснев.

— Агнесса? — Перевел взгляд старик на девушку, которая водила головой то на меня, то на своего главу. — Марк, ведь речь идет не о принуждении, так?

— Разумеется. — Кивнул я. — Если она ни в какую не пожелает, то я заставлять не стану. Но, полагаю, ночной горшок ты и сам теперь сменить себе сможешь?

— Марк Орлов, я попрошу! — Рассердилась Агнесса.

— Он просто шутит. — Улыбнулся Вячеслав. — Ведь я и правда был не в лучшей форме. Так как? Я не приказываю, спрашиваю твоего мнения. Отправишься в командировку?

— Есть одно дело, о котором я пока не готов рассказывать, но для этого мне будет нужна эта смышленая девушка, без нее ничего не выйдет, а в плюсе будут все. — Уже для Агнессы разложил я расклад.

— Ладно… — Выдохнула она. — У меня есть время собраться и позвать парней?

— Естественно. И скажи Молчуну, чтобы сразу рикшу прихватил, она будет нужна. — Сказал я поднимающейся девушке.

Судя по всему, черноволосая женщина осталась не слишком довольна раскладом, но меня это не сильно волновало. Нужна и все тут. Втроем, я, Варя и Вячеслав, мы дождались, когда девушка перешагнет выбитую дверь и покинет помещение. Тогда я продолжил:

— Ты передал мне ключ в футляре. — Вытащил я из инвентаря ту вещь, которую носил с собой все это время, и показал ее бывшему владельцу. — Что он открывает?