Его пульс

Глава 22

Спутанное сознание и пульсирующая головная боль — это все что я ощущала в тот момент. Отдаленные голоса и легкий прокол кожи в районе сгиба локтя стали лишним напоминанием о реальности за пределами этого густого тумана.

Вдалеке появились две фигуры, смутно напоминающие мне кого-то, но стоило побежать за ними, как они испарились, оставив после себя лишь порыв ветра, ударивший меня в лицо.

«Еще рано»

Кто-то коснулся моего лица невесомым жестом. Сердце сжалось от нежности, сквозившей в этом касании.

«Время еще не пришло»

Поцелуй в лоб и запах свежести. Исходившее невесть откуда тепло приятно грело кожу.

«Аня, очнись!».

Знакомые руки на моих запястьях жгли огнем.

«Ты умничка, девочка».

Темная фигура перед глазами помахала мне рукой, как бы прощаясь.

«Мы любим тебя, не делай глупости».

Я начала плакать, потому что до воспаленного мозга начало доходить, что это были за фигуры.

«Ну же».

Легкий удар по лицу, и я полетела в куда-то вниз в беспроглядную бездну, как Алиса в стране чудес, но я уж точно была в стране кошмаров.

Хлопок и глаза открылись, белый свет резанул по зрению. Я с трудом моргала, когда заметила напротив себя побледневшего Борю с пустым шприцом.

Расфокусированный взгляд зацепился за руки, и я подняла глаза на лицо. Моя тихая гавань сейчас была под ударом шторма, свирепого и беспощадного, уносящего все самое хорошее в открытое море.

— Слава богу, Аня, ты меня так напугала, — с такой силой обнял меня, что казалось, я могу задохнуться в этих тисках. Но странное дело, вдохнула спокойно и полной грудью. А когда события нахлынули на меня вновь, я расплакалась, уткнувшись ему в грудь. — Чшш, не плачь, я все знаю. Все будет хорошо, послушай меня внимательно.

Он взял мое лицо в руки и по слогам проговаривал у самых губ

— Я сейчас поеду решать этот вопрос, — я замотала головой, схватив его за рубашку.

— Послушай, нет. Нельзя, — шептала сквозь слезы и всхлипивания, — должна приехать я, иначе они умрут. Я поеду.

Сорвалась, но сильные руки припечатали меня к кровати. Знакомый неодобрительный взгляд столкнулся с моим испуганным и затравленным.

— Черта с два. Мне похуй, что он там написал, ты останешься в безопасном месте!

Читал уже сообщение. Конечно, читал.

Боря встал и отошёл к окну, взмахом руки приказывая всем выйти из комнаты. Боковым зрением я заметила в ужасе стоявшую Машу, она лишь кивнула мне и удалилась.

— Наша бригада приехала быстрее, у тебя был приступ панической атаки, — сомкнул руки на груди. — И закончился он потерей сознания.

В принципе, я уже догадывалась, что конкретно со мной случилось. Тихонько подошла к нему сзади и обняла со спины напряжённую фигуру.

— Раньше со мной такого не случалось…

— И я сделаю все, чтобы это не повторилось, — грубость в голосе по чуть-чуть сходила на нет. Он обхватил мои руки широкими ладонями и тяжело выдохнул.

Набрала полные лёгкие воздуха и выдавила из себя:

— Он сказал, что папа…убил его жену, — осеклась на половине фразы, даже боялась произносить это, ведь мой отец спасал таких тяжелобольных людей, что просто в голове не укладывался другой исход!

— Кого ты слушаешь? Он засланный казачок человека из прошлого. Аня, у женщины была неоперабельная опухоль, она подписала документы, в которых чёрным по белому написано "я соглашаюсь на экспериментальное лечение и оперативное вмешательство". А дальше что? А дальше пошел курс пробного лечения, прошедшего первый уровень апробации, была операция…и она не выдержала. Так бывает, — он развел руками, а я пошатнулась от полученной информации. — Ей оставался месяц или два в любом случае, но она согласилась рискнуть. Риск закончился смертью. Рак не делает поблажек, Аня, он не смотрит на попытки людей выжить…и как бы это жестоко не звучало — она знала, на что шла. Только вот твой папа теперь под следствием.

Я прикусила губу и постепенно начала приводить мысли в порядок, чтобы сформулировать главный вопрос:

— Тогда почему он под следствием?

Мужчина хмыкнул и прикрыл лицо ладонями.

— Документы на согласие пропали, Аня. И ее муж отрицает, что они на подобное давали добро.

Контрольный в голову, и теперь картинка сложилась полностью, убивая своей очевидностью.

Повисло молчание. Я неосознанно рассматривала Борю и все пыталась привести сбившееся дыхание в норму, но такие новости бесповоротно взбудоражили сознание.

Мой папа ни в чем не виноват, он дал шанс человеку выжить, и да, он не Господь Бог. У меня получится достучаться до этого мужчины, получится…надо просто поговорить с ним без свидетелей.

— Послушай меня, я поеду не одна, ты можешь послать со мной охрану…буду осторожна, — шептала еле слышно, но от безысходности это звучало как жалкий скулёж.

От упрямой попытки, хоть и глупой, я отказаться не могла. Мне жизненно необходимо, чтобы он согласился. Господи, да надо, я поеду с армией, но поеду!

Мужчина резко развернулся ко мне всем корпусом и, не давая разомкнуть объятия, хрипло прошептал в ухо, едва касаясь губами мочки:

— Только через мой труп, а до тех пор, если надо будет, я закрою тебя где-то и прикую к кровати, но хрена с два ты поедешь в логово этого психа.

Слезы так и продолжали литься, я уже поняла, что ничего сделать не смогу. Да и кто я такая? Всего лишь девчонка, которая мешалась под ногами взрослых мужчин, привыкших решать проблемы самостоятельного и по-своему.

От схватил меня за плечи и вжался в мой лоб своим. Глаза в глаза.

— Я пожертвую всем ради тебя, и неужели думаешь, что соглашусь на твою безумную идею? Лучше сам умру, чем подставлю тебя. Не надо…плакать, моя родная, — стёр слезы большими пальцами. В глазах плескалась бесконечная боль, смешанная с нежностью.

От услышанного затрепетала…волнение переливалось с высокой чаши моего душевного равновесия. Я перестала дышать, не этого ли хотела знать? И если это не признание в любви, то очень близко к тому. Я умирала и одновременно возносилась куда-то очень высоко.

— Прости меня, — прошептала сквозь слезы и спрятала лицо на широкой груди, упиваясь любимым запахом. Мы, конечно, не сказали друг другу главные слова, но я не ошибусь, если скажу, что на этой моей фразе он облегчённо выдохнул. Глаза. Они вопили о самом важном.

Мужчина поцеловал меня в макушку и продолжил:

— Я решаю вопросы. А ты ждёшь меня и не предпринимаешь ничего. Обещай мне, — приподнял лицо за подбородок и впился в меня серьёзным взглядом. — Я не смогу решать проблемы, зная, что ты можешь что-то выкинуть. Обеспечь мне надёжный тыл. Пожалуйста, — мольба в голосе подкосила все возможные идеи о том, чтобы сломить его отказ.

Кивок в ответ, хоть я и поняла уже, что никогда не смогла бы сидеть сложа руки в ожидании чуда. Но я пообещала, я дам этот тыл. В душе же поклялась себе, что если хоть что-то пойдет не так, не раздумывая, помчусь туда, куда скажут.

— Собери вещи на первое время, мне надо спрятать тебя очень надёжно. Возьми вот это, — достал из кулька чёрный парик вместе с незнакомым мне балахоном на пару размеров больше. — Ты уедешь с Ваней, это твой новый охранник, которого никто не знает. За вами в разных машинах будет сопровождение, не пугайся, если заметишь. Хотя не должна.

— Я поняла, Борь, все сделаю.

Мужчина едва заметно улыбнулся уголком губ и поцеловал меня в лоб. Тысячи незримых импульсов пронзили тело.

Я просто разрывалась на части от чувств к нему, всем сердцем стремилась навстречу. Никогда не думала, что подобное может в принципе быть со мной, но факт оставался фактом.

Времени на сборы ушло ничтожно мало — довольно быстро нарядилась и была готова к выходу.

— Он тебя любит, Ань, это видно невооружённым глазом, — мягко улыбнулась Маша, перехватив меня у ванной на первом этаже. — Ты бы видела, как он залетел сюда с воплями, где ты. Словно ты при смерти, а не в обморок грохнулась.

Со стороны виднее? Однозначно.

— Ты не осуждаешь? — вдруг стала перебирать колющийся парик, лишь бы не смотреть ей в глаза. Я, конечно, боялась, что в коллективе начнутся различного рода слухи, но меня несказанно обрадовал тот факт, что Боря при своих работниках не скрывал эмоций. Я не грязная тайна, а его…девушка?

— Что за глупости! — шикнула на меня. — Любовь не знает разницы в возрасте. И да, я верю в искренние чувства: ну там не мыслит зла, не радуется неправде, всё прощает.

Возможно, только в этот момент я ощутила, что Маша стала мне ближе, пусть и при таких печальных обстоятельствах, но в ней я рассмотрела родственную душу, потому что говоря о настоящей любви, я думала точно так же.

— Все будет хорошо с твоими родителями…такой человек, как Борис Викторович перевернет весь мир, но проблему решит, — продолжила и утешительно похлопала меня по руке.

— Спасибо…когда все закончится, я обязательно приглашу тебя куда-то отдохнуть и провести весело время, — обняла девушку и, попрощавшись, пошагала в комнату к Боре, где меня встретили сильными объятиями и жаркими поцелуями.

Я жадно касалась его лица и водила губами по шершавым щекам. Сколько мы не увидимся? День, два, неделю?

— Пожалуйста, береги себя, — глухо промолвила.

Он сжал меня в объятиях и повел губами по шее. И лишь спустя время мы оторвались друг от друга. Прощались скомканно, я не знала, что ему сказать, но кажется, мои глаза сказали больше, чем я смогла бы себе представить.

Душа стремилась к нему, а тело двигалось в сторону выхода вместе с охранником, но я не отрывала взгляда от Бори, пока его массивная фигура не скрылась за стальными дверями. Даже на улице украдкой поглядывала в окно, хоть там никто и не стоял.

Моё сердце разорвалось на части. Часть осталась с родителями, часть с Борей, а последняя еле-еле гоняла кровь по организму.

Любовь долго терпит.