Эмин. Чужая невеста

Глава 29. Дина

— Эмин, отпусти меня.

— Зачем?

— Я злюсь, — заявляю прямо, не желая играть в угадайку. — Очень сильно злюсь.

— Прям сильно?

Эмин усмехается, ни капли не принимая мои слова всерьез. И это только сильнее распаляет гнев внутри. Я поджимаю губы, стараюсь вырваться из хватки, но не получается.

— Ох, а это Мамедов?

Уловка срабатывает идеально. Мужчина резко оборачивается, выискивая в толпе знакомое лицо, а я пользуюсь этим. Выскальзываю из кольца его рук, спешу к Еве.

Он приехал! Вот так объявился несколько дней спустя, нарушая своё молчание. Я не знаю, что планировал Хаджиев, но явно никаких извинений я не получу. Мне они и не нужны.

Я хочу… Чего-то нормального, постоянного. Толку от слов «прости», если для Эмина они ничего не значат? Почему-то я уверена, что эта ситуация повторится не раз и не два. А мне такого не нужно.

— Это кто? — Ева заглянула за моё плечо, оценивающе смотрит на мужчину. — Красавчик.

— Это… Новый охранник, — я говорю намеренно громко, заглушая стук собственного сердца. — У них пересменка. Пошли, — я сжимаю ладонь подруги, тяну за собой. — У нас ещё много планов.

— Дина…

Это предупреждение мне в спину, но я не слушаю. Ева странно косится на меня, но молчит, чувствуя повисшее напряжение. Обожаю за это подругу, потому что я сейчас не могу говорить.

У меня в душе ураганы, хаос и разруха. Я ведь почти справилась, отстроила всё, что упало на утро после Нового года. Но стоит Хаджиеву объявиться, как меня сносит с ног.

Мне нужно время, чтобы всё обдумать. Я была уверена, что мы встретимся поздно вечером или вовсе не пересечемся из-за работы мужчины. А такая быстрая смена сбивает меня столку.

О чём мне говорить с Эмином? Как объяснить всё, но при этом не выглядеть жалкой? Мне кажется, что любая фраза будет глупой, на грани отчаяния.

— Прости, — Ева тормозит, когда я в десятый раз рассматриваю магнитик в форме коньков. — Мне нужно домой, иначе меня больше не отпустят никуда.

— Тебе ведь давно не пятнадцать.

— Объясни это моей маме. Ой! Черт, я ведь отдала Славе свою сумку и…

— Она у меня, — Эмин оказывается рядом за секунду, всё время наступал мне на пятки. — Не стоит волноваться.

— Спасибо. Я была очень рада увидеться.

Подруга заключает меня в крепкие объятия, а потом машет на прощание. Я уверена, что встретимся мы не скоро, это стихийные прогулки, которые никак не предсказать.

Мне хочется пробурчать вслед Еве, что она предательница. Так быстро бросает меня, оставляя наедине с тем, кого я не хочу сейчас видеть! Но и сбежать не получится, потому что на мою спину ложится мужская ладонь.

— Нагулялась, красавица? — тон Эмина напряженный, ему явно не понравилось ожидание. Мне тоже. Теперь мы квиты. — Домой.

— Где Славик? Я планировала вернуться с ним.

— Я его отпустил, на пару дней у него отпуск. А ты вернешься со мной. Сейчас же.

— Нет.

Я резко оборачиваюсь, упираясь ладонями в грудь мужчины. У меня нет никакого желания спорить посреди оживленной ярмарки, но и успокоиться я не могу.

Эмин решает всё. Я могла это позволить, когда дело касалось Мамедова, моей безопасности. Но теперь ведь это совсем о другом, а такого права на контроль я никому не давала.

— У меня есть планы на сегодня, — выпаливаю, стараясь не поддаваться на улыбку мужчины. — Я ничего менять не буду.

— Да? Удиви меня, что ты такого запланировала, что это может подождать.

— Это неважно! Ты меня не предупредил, что возвращаешься. Если бы ты это сделал… Возможно, только возможно, я бы что-то придумала. Но ты сам всё решаешь, Эмин, так оставь такое право и мне.

— Красавица, — мужчина проводит пальцами по моим губам, вызывая трепет внизу живота. — У меня не так много времени. Давай поругаемся в другой раз? Пока я хочу насладиться временем со своей женой.

— Отлично. Тогда найди себе настоящую жену и с ней развлекайся.

Я фыркаю, а затем вскрик слетает с губ, когда Эмин тянет меня на себя. Давит ладонью ниже поясницы, обжигает кожу теплотой его дыхания. Так близко, что мне приходится зажмуриться.

Запах мужчины оплетает, отбрасывает в прошлое. В голове вспыхивают отголоски воспоминаний, как хорошо мне было раньше. И если поддаться — то эти ощущения вернуть.

— Дина…

— Нет, — я машу головой, не позволяя мужчине касаться моего лица. — Нет, Хаджиев, так не пойдёт. Ты не можешь просто возвращаться и ждать, что мы продолжим, словно после паузы.

— Не могу?

— Нет!

Я не сдерживаюсь, ладонь сама взлетает вверх, бьет мужчину по плечу. И ещё раз, за то, как он откровенно насмехается над моими словами, не воспринимает их всерьез.

Я понимаю, что веду себя глупо, по-детски, но у меня ничего больше нет. Только отвратительный характер и неумение говорить прямо. Слова бурлят в горле, но я молчу.

Толкаюсь, пытаюсь уйти, а Эмин это стойко выдерживает, чем делает только хуже. Я почти срываюсь на крик, когда вдруг мои губы накрывают чужие, глотая все возмущения.

У мужчины холодные и обветренные губы, но это совершенно не мешает. Поцелуй, мягкий и медленный, стирает всё. У меня в голове белый шум, а пальцы подрагиваю, когда я сжимаю воротник чужого пальто.

Разве так может быть? Сразу в пропасть, одно касание, чтобы лишало всего. Мыслей, упреков, возможности дышать и жить. У меня словно весь организм останавливается, перестает работать. Я замираю в мгновении, наслаждаюсь им.

Упиваюсь собственной злостью, выплескивая это в поцелуй. А Эмин отвечает мне тем же, наказывает укусами за то, как я бегала от него совсем недавно.

— Ты не можешь… Нельзя со мной так, — бормочу, царапая шею мужчины. — Я не хочу быть девочкой, к которой ты можешь заскочить время от времени. Я не… Не для пользования.

— Мля, Дина, — мужчина давит на мой затылок, удерживая на месте. — Я и не собирался относиться к этому так.

— Но это так выглядело! Ты уехал, не предупредил. Сразу как мы с тобой… Ничего не написал, не вспоминал обо мне. Мне такие… такое, — отчаянно подбираю хоть что-то другое, не столь откровенное, но сдаюсь. — Такие отношения мне не нужны.

— Я понял. И я написал тебя, предупредил, что меня не будет.

— Один раз!

Мои слова тонут в новом поцелуе, заставляют дрожать от напряжения. Кто-то толкает меня в плечо, проходя мимо, я прижимаюсь к мужчине сильнее. Охаю от того, как крепко он держит меня.

— Дина, — произносит безэмоциональным голосом, но я всё равно прислушиваюсь к нему. — У меня было три задачи: работать, добраться до отеля, залить в себя кофе. Я не привык отчитываться и не собираюсь это делать дальше.

— Тебе нравится со мной целоваться?

Я чуть наклоняю голову, радуясь морозу. Так можно списать мою красноту на холод, а не давящее смущение. Молчание Эмина бьет по мозгам, заставляя сомневаться в собственных решениях.

— Красавица, я не…

— Нравится или нет?

— Да.

Он отвечает, напряженно считывая что-то на моем лице. Эмин не понимает, куда я веду, видимо, для него это впервые. И мужчине это откровенно не по душе.

— Хорошо. А мне нравится получать от тебя сообщения. Уверена, что пока ты пьешь кофе или поднимаешься в лифте в отеле — можно написать пару строчек. Если нет, то никаких поцелуев.

— Ты фактически сейчас устанавливаешь для себя цену, понимаешь это? На выставке ты из-за этого сбежала, а теперь сама решила выбрать прейскурант? Картина была дороже, чем мои сообщения.

— Либо так, либо убери уже руки с моей попы!

Эмин не двигается и ничего не говорит, словно застывает, прикидывая варианты. А я четко ставлю себе задачу — если он сейчас не пойдёт на уступки, то к черту. Я…

Мне нравится.

Всё с ним нравится: поцелуи, касания, эта чертова ухмылка, от которой у меня мурашки по всему телу. Ненавижу свою растерянность рядом с ним, неопытность, но при этом — не хочу заканчивать.

Но закончу.

Может, я ещё ничего не знаю об отношениях, не разбираюсь в этом. Эмин для меня первый в каждой детали, во всем. Вот только я чувствую, когда что-то неправильно.

Опыт здесь не играет значения.

«Дин, иногда нужно умнее быть» — так мне говорила мама, когда я ругалась с отцом по пустякам.

А я не хочу быть умнее!

Я счастливой хочу быть.

И плевать мне на прошлое Хаджиева, на его криминальные повадки. Он может стрелять, устраивать вендетту или ещё что-то — но далеко, без меня. А сейчас он рядом, со мной, и в этом случае он должен оставлять всё за воображаемыми дверьми.

— Ясно, — вздыхаю, когда молчание затягивается. — Я поняла.

— Одно.

— Что?

— Одно сообщение в день, на больше не рассчитывай. У меня нет времени вести глупые переписки.

— В Новый год ты мне писал!

— Писал. И тогда у меня было время.

Я хмурюсь, сдерживаю радость внутри. Это больше, чем я рассчитывала. Но всё равно нельзя так откровенно показывать свои эмоции, хочу прочувствовать момент.

Отклоняюсь, когда Эмин тянется ко мне с поцелуем. Я отворачиваюсь, позволяя прижаться губами к щеке. Кожу щиплет, волнами расползается жар, превращая меня в красный помидор.

— Я всё ещё обижена.

— Дина!

— Очень обижена, — шепчу, не сомневаясь, что мужчина услышит меня. — Мне было неприятно. Ты просто воспользовался мной и сбежал, ничего не объясняя. Короткое сообщение не в счет. А мне… Мне хотелось знать, что происходит.

— Ты могла написать и спросить.

— А ты бы ответил? Сам сказал, что не до того было.

— Я бы постарался.

Я лихорадочно ищу хоть ещё какой-то повод для скандала. Нельзя так просто сдаваться, а то Хаджиев поймёт, что я умею быстро прощать и забывать обиды. Но в голове пусто.

Я киваю, проигрывая в собственной борьбе. Ладно, пусть. Эмин пошел на уступки, я тоже могу. Не сложно ведь, правда? Жмурюсь на секунду, успокаивая бурю внутри. Я буду потом разбираться в том, что происходит и что это всё значит.

Пока — буду плыть по течению, иногда устраивая шторм.

— Теперь, красавица, когда мы всё решили — можем вернуться домой? Или ты ещё хочешь поспорить?

— Ла-а-адно, — тяну медленно, нехотя. Но то, как смотрит Эмин, рушит любое сопротивление. Он прекрасно понимает, что этот раунд за ним. — Поехали домой. Говорят, у меня муж из командировки вернулся.