Эмин. Чужая невеста

Глава 37. Дина

Меня тянет броситься вслед за Эмином. Повиснуть на его шее, позволить прижать к себе крепко-крепко. И он бы обязательно остался со мной, так ведь бывает во всех мелодрамах?

Но я стою на месте, провожаю мужчину взглядом. Сжимаю пальцы в замок, кусаю губу, чтобы не сделать ничего глупого. Эмин уходит, а у меня всё внутри обрывается.

— Вернись в дом, — летит сухой приказ, который я послушно выполняю.

Двери захлопываются, где-то далеко скрепят колеса по гравию. Он уезжает! Уезжает непонятно куда, на разборки с Мамедовым, которые из-за меня произошли.

Рискует!

А я ничего не могу с этим сделать.

— Здравствуйте, — выдаю глухо, самое нелепое, что можно сказать. Я стягиваю пальто, прижимаю к себе, словно он защитит от Саида.

— Давай, — забирает у меня верхнюю одежду, бросает на вешалку. — Пошли в гостиную.

Мужчина подталкивает меня ладонью в спину, мягко направляет. Обычный жест вежливости, но я дёргаюсь. Ускоряюсь, лишь бы никто меня не касался.

Не хочу больше.

Мне нужно сохранить прикосновения Эмина, как фантомные покалывания под кожей. Я цепляюсь за это, мой личный ориентир в творящемся безумии.

Саид — пугающий. Незнакомый.

Эмин когда-то пугал меня своей непредсказуемостью, мыслями, спрятанными за маской холодной безразличностью. И взглядом своим, по которому ничего нельзя прочитать.

У Саида глаза живые, взгляд цепкий, там горит интерес и внимательность, капелька настороженности. Впустил в дом диковинку, а не знает, как с ней обращаться.

Но дядя Эмина — сильный, крупный. Если я с Эмином не могла справиться, Юнуса оттолкнуть… Меня передергивает от воспоминаний. Сглатываю, понимая, что против Саида совсем ничего не смогу сделать.

Взгляд бегает по комнате, ищу хоть что-то, чем можно защититься. Эмин не привёз бы меня сюда, не будь он уверен в безопасности. Но это только мысли! А мне нужно физически почувствовать, что никто не посмеет тронуть.

Только в гостиной почти ничего нет, один шахматный стол. Фигурками в мужчину бросаться, чтобы он не подходил? Представляю это и на истеричный смешок пробивает.

— Располагайся, — кивает на диван, не приближаясь. — Могу в комнату отвести.

— Нет! Нет, здесь хорошо, спасибо.

Комната наверняка на втором этаже. Оттуда будет выбраться сложнее, снова из окна выбираться… А здесь выходная дверь близко, если повезёт, то я смогу выбежать…

Жмурюсь на секунду, стараясь собрать осколки эмоций, отодвинуть подальше. Сегодня… Не знаю, ощущение, что Мамедов добился своего. Сломал что-то во мне, раскрошил, как и хотел.

В прошлый раз было не так страшно, хотя я была совершенно не готова. Выхода не было, но… Но я смогла это перешагнуть, рискнула выбрать Эмина, до конца оставалась собой.

Теперь — что-то потерялось, не могу найти, восстановить себя, как сгоревшую картину. Фрагментов не хватает, на месте смелости — зияющая дыра, которую залатать не получается.

Мне хочется вернуться в нашу с Эмином квартиру, потрепать щенка по шерстке, забраться в постель… Нет, сначала в душ! До красноты стоять под горячей водой, жесткой мочалкой тереть кожу, избавляясь от чужих прикосновений. Выскрести из памяти всё, до крови расчесать голову, пока Юнус не исчезнет оттуда.

Я вжимаюсь в стену, когда слышу шум наверху. Кто-то быстро спускается по лестнице, врывается в гостиную. Девушка, чуть старше меня. Я выдыхаю, понимая, что она не сможет мне навредить.

— Саид! — девушка пронзает нас взглядами, разворачивается к мужчине. — Что происходит?

Я морщусь, думая, что помешала здесь своим присутствием. Сейчас ещё сцена ревности будет, а мне этого совершенно не нужно. Наверное, это жена Саида, о которой говорил Эмин. Уверена, что он называл имя, но оно не осталось в голове.

Молчу, позволяя этим двоим разобраться между собой. Чем меньше внимание ко мне, тем легче дышать. Впиваюсь в ладонь ногтями, пока кожу не начинает тянуть от боли.

— Пташка, я ведь говорил, что приедет девчонка Эмина.

— Жена, — я влезаю, хотя не должна. Ощетиниваюсь, приподнимаю подбородок и смотрю на эту парочку. — Я не девчонка Эмина, я его жена.

Это вообще сейчас не важно. Мелочь на фоне всего, что произошло сегодня. Но если я не скажу, не напомню сама себе, кто я для Хаджиева, то рассыплюсь пеплом прямо тут.

— Видишь? Жена, — хмыкает, разворачиваясь к девушке. — Ты забыла?

— Я всё помню! Но ты не говорил, что собираешь бедную девчонку запугивать!

— Пташка, не нагнетай. Я не…

— Ты — да. Посмотри на неё, да она вся трясётся и боится. Тебя .

Чертыхаюсь, потому что теперь все взгляды обращены ко мне. Саид словно сканирует меня, ищет подтверждение чужим словам. А я подбираюсь, скрещивая руки на груди.

Нельзя показывать страха.

Одна слабина и больше от тебя не отстанут.

— Не выдумывай, — качает головой, но смотреть не прекращает.

— Саид, я прекрасно помню, как выглядит девушка, которая тебя опасается. Знаешь сколько времени я выглядела так же? А Эмин, между прочим, ни разу меня не пугал. Не хочешь отплатить ему тем же…

— Ника, не нарывайся.

Девушка легко отмахивается, а я пытаюсь запомнить её имя. Она направляется ко мне, мягко улыбаясь. Не выглядит опасной, в отличие от её мужа. Кажется…

Да, Эмин говорил о ней. Вскользь, рассказывая о своей семье. Та самая девушка, которая решила остаться с мужчиной, несмотря на всё плохое между ними.

— Не переживай, ладно? — произносит мягко, словно боится моей истерики. Но все слёзы закончились, просто очень страшно. И мерзко от произошедшего. — Всё будет хорошо, может, ты присядешь?

— Хорошо.

Я соглашаюсь, медленно приближаясь к дивану. Напряженно слежу за Саидом, чувствую себя в западне. Жду подвоха, не могу расслабиться. И внутри всё натягивается тетивой напряжения…

Когда Саид достает пистолет.

Я неотрывно слежу за оружием, пока мужчина приближается ко мне. Останавливается рядом, а после… После протягивает пистолет мне, отводя дуло в сторону шахматной доски.

— Пользоваться умеешь? — ошарашивает вопросом, я качаю головой. — На курок желательно не нажимать, если не хочешь кого-то задеть. Держи.

— Зачем? — сжимаю холодный металл с опаской, словно он сейчас начнёт стрелять сам по себе.

— Я без понятия, как тебя успокаивать, — роняет раздраженно, но не злобно. — С оружием будешь себя лучше чувствовать?

— Наверное…

— А мне ты такого не предлагал.

Ника хмурится, стреляет взглядами обиды, но после улыбается, прижимаясь к мужу. Я аккуратно откладываю пистолет на мягкие подушки, накрываю ладошкой.

Хаджиев прав — так я чувствую себя чуточку лучше. Не уверена, что смогу выстрелить даже при желании, но… При этом нет такого дикого страха, что я совершенно никак не справлюсь с нападением.

— Пташка, иди к себе, — Саид подталкивает девушку к выходу, но та не двигается. — Сейчас же.

— Но…

— Ты не будешь в комнате, где девчонка… Жена Эмина может выстрелить случайно. Ясно? Иди к Адаму, поиграйте в шахматы, ещё что-то. Займи себя чем-то.

— Хаджиев… Ладно.

Вздыхает, признавая поражение. Мягко улыбается мне напоследок, пытаясь приободрить, а после оставляет нас. Теперь мне нужно следить лишь за одним человеком. Так даже лучше.

Я вжимаюсь в мягкую спинку, забираясь на диван с ногами. Обувь я скинула вместе с пальто, а теперь мне не во что кутаться, прячась от внимания Саида.

— Выпьешь что-то? — предлагает, направляясь к столику на колесах.

— Нет, спасибо.

— Как хочешь, — плещет себе что-то из графина, падает на кресло напротив. — Что тебе рассказывал Эмин?

— Ничего?

Пожимаю плечами, подбирая каждое слово. Я не представляю, что за отношения у мужчин. Эмин стрелял в него, а Саид спокойно принимает чужую жену и дает ей оружие.

Сумасшествие какое-то.

Но не мне лезть, у меня отец вообще дочь продал, не лучше.

Вот только я не собираюсь говорить ничего, что может навредить Эмину. Лучше молчать и рассматривать вид за окном, чем подставить собственного мужа. Мужа, который сейчас неизвестно где.

— Дина, я не стараюсь узнать секреты, — Саид усмехается, расслабленно потягивает напиток. — Лишь хочу знать, как много тебе нужно объяснять.

— Я всё понимаю. Молчу и не вспоминаю о том, что произошло. Я вообще ничего не видела, ослепла, — меня несёт, но тормоза не работают. — Знаете, бывает такое. Оп и потеряла память. Так что сегодняшнего дня вообще не существовало.

— Я рад, что ты понимаешь. Но я о другом. Это проблема Эмина, чтобы ты его ментам не сдала. Ты знаешь, что такое кровь за кровь?

— Эм… Да. Эмин говорил.

Кажется. Он столько всего мне говорил в первые дни, но это сейчас лежит на дне воспоминаний, не так просто достать. Я никогда не вникала в его криминальные дела.

— Если кто-то тронет вас, то вы бьете в ответ, — подбираю самое простое объяснение. — Да?

— Не совсем. Если кто-то тронет семью … У нас с Эмином своя история, но знаешь, что он сделал, когда тронули Нику?

Киваю.

Помню — репортаж на дорогах о том, как нашли голову без тела. Отец тогда постарался, чтобы запугать меня будущим с Эмином. Только это стёрлось от того, каким удивительно мягким мужчина бывал со мной.

— Потому что кровь за кровь, — теперь у этого больше смысла. — Самим семью трогать можно, а другим — нет?

— Вроде того. Я надеюсь, что до тебя дошло — ты тоже часть семьи.

— С каких это пор? Я вас не знаю, а вы — меня.

— Разве ты не Хаджиева?

— Это просто фамилия.

— В нашем мире одной фамилии достаточно. Но ты здесь в безопасности, никто тебя не тронет. Мы девочек не обижаем.

— Серьезно? А Ника…

Замолкаю, я почти ощущаю, как загоняю себя в ловушку. Говорю лишнее. Саид — не мой муж, с ним чесать языком не стоит. Тем более так откровенно.

Но можно подумать, что я не помню этого факта о Хаджиевых! Там же все поголовно себе жен выбрали так, что я бы никогда не смирилась. Конечно, Ника не выглядела запуганной, скорее — счастливой.

Только всё равно неправильно, что между ними случилось.

— Я смотрю, Эмин много с тобой болтал, — бросает чуть зло, крепче сжимает бокал в руках. — Он меня убить хотел.

— Ну… Я должна его осудить?

Должна, естественно! Это правильно, со всех сторон. Не злить Саида, пусть он и повторяет о семье. Моральный аспект, в конце концов. И не загреметь в тюрьму как пособница.

Но я ведь сказала Хаджиеву правду, когда узнала о его делах.

Меня пугает муж-тиран.

А муж-преступник… Ну, у всех свои недостатки.

Меня тоже выдержать не легко.

— Не должна, — Саид впервые за разговор смеётся. — Теперь понятно, почему он за тебя уцепился. Но раз ты с Эмином, то должна понимать, что Хаджиевы своё не отпускают.

— Вы — не отпускаете, — поправляю, отчего-то тянет в перепалку. — А Эмин никогда не держал меня силой. Он не такой.

— Пару недель назад у него не было никакой девчонки, а теперь появилась жена. Так быстро влюбилась?

— Да, — я отвечаю без сомнений, понимая, что это действительно так. Раздосадовано вздыхаю, потому что это признание не для того Хаджиева. — У нас всё без капли принуждения. Я уйду, если захочу, у нас нормальные отношения. Именно поэтому я и выбрала Эмина. Что смешного?

Меня жутко раздражает Саид! Больше не пугает, а бесит. До покалывания в пальцах, язык немеет от желания нагрубить ему. Взрослый мужчина, а так откровенно веселится над моими словами.

Я больше никогда не буду осуждать Эмина.

Потому что мне сейчас тоже хочется подстрелить его дядю.

— Ничерта ты не понимаешь, жена Эмина, — супер, теперь у меня кличка появилась. — Если бы ты знала моего племянника, то не говорила бы такого.

— Почему?

— Если ты стала Хаджиевой… То выбирала не ты, а Эмин. С самого начала он решил, что ты будешь его женой. Уйти у тебя не получится.

— Ошибаетесь.

Саид пожимает плечами, не признавая мою правоту. Я тоже не собираюсь сдаваться. Если он себе девушку похитил… Или это был другой мужчина? Неважно.

Не значит, что все такие!

И мой муж намного лучше их всех вместе взятых.

Но небольшая перепалка с Саидом помогает мне. Отвлекает и расслабляет, напряжение постепенно уходит из моего тела. Если уж мне ничего не было за спор, то бояться нечего.

Я даже спокойно отправляюсь с мужчиной в столовую, когда Ника зовёт на ужин. Торможу, замирая на пороге, когда на меня смотрит мальчишка с хмуростью, а потом срываюсь обратно.

Черт, ну надо же было так!

— В чём проблема? — Саид следует за мной, его тон полон недовольства. — Дина, Эмин поручил мне тебя. Если что-то случается, то я должен знать. Но я не мой племенник, я не буду с тобой нянчиться.

— Вот, — киваю на диван, где лежит оружие. — Я забыла, а там ребёнок — вдруг возьмет?

— Черт, — морщится, но не спешит забрать. — Тебе он ещё нужен? Мартышку с гранатой я к семье не подпущу.

— Я не мартышка! Да, берите, — отмахиваюсь, понимаю, что след Юнуса на моей душе уже не такой отчетливый. — И вы врёте.

— О чём?

— Что не будете со мной нянчиться. Иначе вы бы с семьей сидели или дела решали. А не болтали со мной, рассказывая про кровь за кровь.

Саид качает головой, но мне чудится в его глазах одобрение. Он забирает оружие, ведёт меня на ужин. И он проходит совсем не ужасно. Мужчина почти всё время молчит, а Ника заполняет тишину разговорами.

И мальчик у них забавный, который настойчиво требует, чтобы я научилась играть в шахматы. Я мысленно прикидываю его и Никин возраст, пытаюсь подсчитать.

Она его в восемнадцать родила?

Мне восемнадцать, но я совсем не готова.

Это же…

Уф.

Я жую картофель, но совсем не чувствую вкуса. Оборачиваюсь на каждый звук, надеюсь увидеть Эмина. Почему его так долго нет? Почему он мне не звонит?

Господи, лишь бы с ним ничего не случилось.

Я никогда не молилась, но сейчас готова на всё. Я знаю, что не виновата в том, что у Мамедова беда с головой. Но всё равно вина душит, обвивает лозой, сдавливает грудь.

Из-за меня он рискует.

Из-за меня пропадает неизвестно где.

А я даже в своих чувствах боюсь признаться, хотя с каждой секундой уверена всё больше в том, что Эмин — мой человек. Ему бы я простила и мое похищение, и если никогда от себя не отпустит.

Главное — пусть возвращается.

Ко мне или нет.

Просто…

Я смотрю на то, как Саид треплет по волосам мальчика, а Ника прижимается к нему. У них всё так хорошо, приторно-сладко, у меня зубы сводит от их счастья.

Глупо, по-детски завидно.

Потому что я хочу к своему мужу. В его объятия, прижаться и снова заговорить о том, что Мамедов сделал. Всё-всё рассказать, зная, что Эмин даже от прошлого меня защитит.

Я никому так не доверяла.

Но ему… Ему да, безоговорочно.

Я подрываюсь с хлопком двери, едва не опрокидываю стул. Судя по тому, как реагирует Саид, я не ошиблась. Это не охранник зашел и не его знакомый. Это…

Я мчусь к выходу, а после торможу в метре от Эмина. Жадно рассматриваю его, у меня холодеет от царапин на его лице, от сбитых костяшек. Он бледный, и нахальная усмешка — ни капли меня не обманывает.

— Саид… — голос Ники где-то далеко, его не существует.

Есть только Эмин.

Живой. В порядке.

Я хочу прижаться к нему, но смотрю и остаюсь на месте. Словно если прикоснусь, то всё окажется иллюзией. А я такого не выдержу.

— Адам, наверх, — Саид приказывает, я слышу шаги за спиной, на сама не двигаюсь. — Оставьте нас. Все.

Нет.

Я врастаю в пол, не собираюсь слушаться Хаджиева старшего. У меня есть муж, он мне пусть приказывает. Но я не сдвинусь с места, не смогу. Только смотрю и смотрю на Эмина.

Не хватает времени осознать всё, насмотреться.

Прочувствовать его.

Я не думала, что кто-то может стать настолько необходимым за месяц.

— Приехал, значит, — Саид усмехается, и я понимаю, что что-то не так. Мозги взрываются, острые иголки бьют по интуиции. — Смело.

— Здесь моя жена. Красавица, иди наверх, ладно? — мотаю головой. Ни за что. — Не удачный момент, чтобы спорить.

— Я не спорю. Я просто никуда не иду.

Здесь Эмин, зачем мне куда-то уходить? Я помню про чужие порядки, которые сейчас нарушаю. Может, Саид привык, что жены послушные и не спорят. Но, хах, ему досталась бракованная невестка.

Хочется истерично смеяться, лишь бы не плакать сейчас.

Что-то назревает.

— Жена тебя не спасёт, Эмин.

— Знаю, Саид. Давай уже закончим со всем. Красавица, пожалуйста , уйди в другую комнату. Тебе не стоит здесь быть.

Что происходит?

Кто и кого должен спасти?

Атмосфера в доме накаляется, и я не собираюсь этого пропускать. Мне кажется, словно сейчас что-то произойдёт. Если хотя бы на мгновение отвернусь, то всё разрушится.

Воздух сжимается, кислорода критично не хватает.

Всё скручивается, водоворотом уносит сознание.

Я даже закричать не успеваю от неожиданности.

Звучит громкий выстрел, а Эмин оседает на пол.