!Фантастика 2026-31" Компиляция. Книги 1-30

Глава 1

//Идёт загрузка сценария…//

//Создание виртуальных аватаров пользователей//

//Оценка матричного импринта…ожидание…удачно//

//Обнаружен новый имплант…идёт создание умений и расчёт уровней//

//Создание сценария завершено//

— Ну твою же мать! Это не честно! Почему на мне роль обслуживающего персонала?

— Уж кто бы говорил, Приблуда. И ты не обслуживающий персонал, а личный помощник начальника охраны. Совсем как в реале, да?

— Виртуальные или нет, Трев, но я тебе сейчас все зубы выбью!

— А ну, заткнулись оба, он идёт!

На встречу шёл довольно крупный человек с широкой шеей и волевым подбородком. По его внешнему виду было понятно, что он больше привык управлять людьми, нежели им подчиняться. К тому же, в подтверждение этому, на случай, если кто-нибудь не узнает его в лицо, рядом с ним шли две личные ассистентки с электронными планшетами в руках.

— Вы новый начальник безопасности? — произнёс он так, словно перед ним стоял рядовой уборщик.

— Я, — коротко ответил, краем глаза оценив привлекательные формы его ассистенток.

— За мной, — а затем, не удосужившись дождаться ответной реакции, продолжил инструктаж на ходу. — Сигнал поступил около трёх часов по местному времени. Сначала объект работал в штатном режиме, но сигнал продолжал усиливаться, пока не произошёл выплеск инородной материи.

— О какой материи идёт речь? — не выдержав, поинтересовался Трев, а когда мужчина одарил его повелительным взглядом за то, что он его перебил, добавил: — Исключительно профессиональный интерес. Мне надо знать, с чем мы имеем дело.

Мужчина осмотрел синий комбинезон Трева и забавную белую шапочку ромбом, что тот носил на макушке, и продолжил:

— Секции с пятой по двенадцатую заблокированы, личный состав выведен по вашим указаниям, но я всё ещё убеждён, что это штатный сбой работы Принтера. Вы здесь новенький, поэтому не знаете, как тут всё устроено. Городу в первую очередь нужна безопасность и стабильное производство, а если выяснится, что один из рубежей дал сбой, тогда среди жителей начнётся паника. Вы понимаете, к чему я клоню?

Честно? Понятия не имею! Но ради сохранения сюжета придётся притвориться профессионалом.

— Если бы разговор шёл о штатном сбое, то с ним бы справился и мой предшественник. Я не для того тащился со своей командой с самого Кокона, чтобы выслушивать предположения — а расследовать ситуацию самостоятельно. Кстати, как вас зовут?

Мужчина недовольно нахмурился, не обрадовавшись перетягиванию авторитета, и, понизив голос, ответил:

— Старший сотрудник объекта Внешнего рубежа-3 Шарман.

— Так вот, Шарман, — продолжил, уже полностью взяв на себя инициативу. — Мы проведём собственное расследование, выясним причину и доложим об этом в Город, как и требуется. Вы, в свою очередь, обеспечьте нам безопасный проход и держите сотрудников подальше от эпицентра.

Мужчина вновь нахмурился, правда, в этот раз вместо недовольства в его взгляде открыто читалось опасение. Кажется, мои слова, а лучше сказать, тон, смогли убедить его в том, что ситуация заслуживала непременного внимания. Однако правда заключалась в том, что я и понятия не имел, о чём вообще шла речь.

Остаток пути мы молча шли за человеком, стараясь не удивляться количеству снующих вокруг людей. Некоторые старались нас не замечать и быстро проходили, опустив повинные головы. Другие не стеснялись в выражениях и двояко реагировали на инспекцию с самого Города. Однако и тех, и тех связывал тот факт, что все они выглядели как обычные и, главное, цивилизованные люди.

Весь комплекс выглядел совершенно иначе, нежели в моих воспоминаниях. Работу главного генератора отлаживали десятки озадаченных техников в синих комбинезонах, вокруг них крутились уборщики, бросая недовольные взгляды, когда с рабочих инструментов на чистый пол падали капли машинного масла. Сотрудники в длинных прозрачных накидках, которые со стороны очень сильно походили на пластиковые, о чём-то переговаривались и старались не обращать внимания на беззвучно мерцающие аварийные лампы.

Наконец, мы подошли к широким двойным дверям, и человек, приложив ладонь с индексом к сенсору, бросил на меня взгляд и проговорил:

— Удачи.

Под механическое шипение створок мы зашли в белоснежный изоляционный проход, а когда двери за нами закрылись, я услышал недовольное бурчание Шармана:

— Суки городские, припёрлись с самого Города и ещё меня учить будут как…

Мы оказались в гордом одиночестве, и когда запустился протокол очистки перед входом, первым заговорил Приблуда.

— Нет, это не может быть простым совпадением!

— Совпадением? — переспросил Трев, державший рабочий чемоданчик размером с офисный кейс. — Совпадением, что виртуальность Санктуума засунула нас в сценарий, который один в один воспроизводит внутренние помещения принтера? Да уж, тут даже у скептика зародятся сомнения. А ты что думаешь, Смертник?

Пока они спорили о причинах выбора сценария, я решил ещё раз проверить условия прохождения. Открыл интерфейс, залез в раздел «Задания» и внимательно вчитался.

//Получено новое задание: В качестве инспекции из Города-Кокона проникнуть на «Объект» и выяснить причину неполадки.

//Награда + 1 уровень/+100 очков КС. Дополнительный опыт можно получить за выполнение второстепенных задач.

Хм, целый уровень — это очень даже неплохо, но вот что за второстепенные задачи? Опыт подсказывал, что они откроются в процессе выполнения, и значит, надо двигаться только вперёд. Так, с этим разобрались, теперь что делать с очками КС? Не то чтобы под рукой находился терминал, в котором можно их обналичить. Ладно, будем действовать по ситуации.

— Смертник? — слегка наклонившись, повторил Трев.

— Я слышу. В удачу и совпадения не верю, но без дополнительной информации причина может быть любой.

Приблуда кивнул:

— Как думаешь где мы? Ну в смысле не в месте, с местом-то всё понятно.

— Ты, наверное, хотел сказать «когда», — поправил Трев, не без издевательской улыбки на лице. — Думаю, эта симуляция вырвана из памяти системы. Чем-то подобным и я занимаюсь, когда конструирую сценарии. Тяжело, правда, когда в памяти дыра, поэтому приходится создавать собственные воспоминания, притворяться, что они мои родные, и тогда мир выстраивается.

— Я тебя уже на хер послал? — недовольно пробурчал Приблуда, не забыв изобразить неприличный жест.

— Хватит, — пришлось в очередной раз вмешаться в их перепалку. — От топтания на месте и постройки теорий ничего не изменится. Мы погрузились по важной причине, и у нас есть цель, поэтому, пока не выполним её, всем вживаться в роль и следовать за мной.

Трев кивнул. Приблуда присоединился, правда, решил добавить короткое: «Ну хоть жрать не хочется».

Я мысленно выдохнул, надеясь, что они всё не испортят, дождался, пока откроется дверь, и зашёл в первый шлюз.

Виртуальный болванчик Шармана явно недоговаривал и пытался скрыть важную информацию. В воздухе пахло смертью и металлом. Кровь на стенах и потолке, а длинный алый след тянулся через всё помещение и резко уходил влево, в приоткрытую дверь. На полу битое стекло от ламп освещения, работала из которых лишь половина.

Приблуда и Трев перестали пререкаться и заняли позиции возле меня.

— Думаешь, монстры?

Я мотнул головой и ответил на вопрос Приблуды:

— Пока не разберёмся, за оружие и навыки не хвататься. Трев, ты успел ознакомиться с собственными настройками?

— Пока шли, я всё прочитал, — кивнул он. — Если в двух словах, то у меня поведенческий импринт: Контроль. Первое умение: могу голосом брать управление над механизированными единицами, но команды простые: стой, иди, повернись. Второе умение: марионетка. В теории, контроль, распространяющийся не только на машины, но и устройства. Правда, для этого надо подойти вплотную.

Хм, значит боевой единицей всё ещё остаюсь только я. Приблуда — боец поддержки, Трев — манипулятор. Жаль, что только над машинами. Отряд не идеальный, но как доберёмся до второго рубежа, надо будет посмотреть, что он может предложить.

Поправил чёрный костюм главы безопасности, который, признаться, немного сковывал движения, и пошёл первым. На всякий случай, мысленно приготовился использовать удар гадюки, если кто-нибудь внезапно нападёт, а может, даже и нейротоксин. Однако ничего, кроме разрухи и смерти, не встретил.

Интересно, но крови хватило бы сразу на несколько трупов, однако ни тел, ни оторванных конечностей я не видел. Кто бы ни поработал над этим местом, он явно постарался утащить их за собой, или ещё хуже, сожрал вместе с костями. После ВР-3 и того, что там происходило, не удивлюсь, если в виртуальной реальности КиберСанктуума произойдёт нечто подобное.

Под ногами хрустело битое стекло, а над головой мерцали редкие лампочки. Я медленно завернул за угол, ступая на кровавый след, и заметил, что дверь не закрылась, так как посреди проёма застряла верхняя часть туловища человека. Пластиковую накидку разорвало вместе с ногами, а внутренности вывалились наружу, придавая телу вид выброшенного на помойку порванного пакета с мусором. Теперь понятно, откуда след.

Молча перешагнули через тело, стараясь не поскользнуться в луже, и зашли в следующее помещение. Оно практически не отличалось от предыдущего, а кровавая дорожка продолжала тянуться дальше, словно специально разбросанные хлебные крошки, по которым мы должны следовать. Радовало то, что секции комплекса были выстроены одна за другой и напрямую соединялись дверьми. Не хватало ещё набрести на лабиринт.

Похоже, госпожа услышала мои мысли…

Миновав очередную секцию, мы наткнулись на закрытую дверь. Консоль никак не отреагировала ни на мой, ни на чей-нибудь другой индекс, постоянно повторяя одно и то же: «Секция заблокирована по указанию старшего сотрудника «Объекта» Внешнего рубежа-3 Шармана. Требуется разрешение.»

— У кого-нибудь есть номер этого Шармана?

Приблуда цокнул, и, отыскав камеру наблюдения, принялся махать руками и кричать:

— Эй, нас видно? Дверь откройте!

— Нет смысла, камеры выключены, чтобы никто не мог подсмотреть и обнаружить, что на самом деле происходит, — произнёс я, а затем выпустил клинок, как вдруг заговорил Трев.

— Может, попробуем более деликатный способ?

Он обошёл меня, подошёл к консоли и, занеся ладонь в полуметре над устройством, выдохнул. С ладони закапала тёмно-зеленая жидкость, отчего Приблуда отошёл на шаг назад и недовольно поморщился. Она постепенно сплеталась в тонкие нити и проникала сквозь корпус устройства. Ясно, Марионетка.

После нескольких секунд молчания Трев улыбнулся и, довольный собой, посмотрел на меня. Это стало его ошибкой…

Я схватил напарника и, потянув на себя, со всей силы отбросил назад ровно в тот момент, когда из-за щели открывающейся двери показалась металлическая клешня. Теперь понятно, что стало с убитыми и куда делись их тела. Отскочил назад, призвал клинок, и не раздумывая, прыгнул ударом гадюки.

Интерфейс системы определил монстров как «Штатный робот-мусорщик РХК-221/6. Уровень 10», но для удобства я прозвал их пузанами. Высотой в два человеческих роста, на каждой руке массивные металлические хваты, а брюхо раскрывалось как жадная пасть, в которой постоянно горел огонь.

Первым прыжком добрался до монстра, увернулся от атаки и вторым запрыгнул ему на плечо. В обычной ситуации лупить клинком по металлу — затея так себе, но в Санктууме включались игровые механики. Сработала критическая атака, и лезвие вошло в каплевидный купол, служивший существу в качестве головы.

Он вскинул обе клешни, стараясь меня схватить, но тут сработал стимулятор Приблуды. Оттолкнулся двумя ногами от металлического корпуса и придав клинку вид портативной пилы, под хруст железа вогнал её в спину монстра и прошёлся по шву.

Приблуда, не забыв о своём новом апгрейде за мой счёт, широко улыбнулся механическому противнику, пока тот был занят мной, подбежал и нанёс несколько быстрых ударов. С каждой атакой его кулаки искрились молниями, на которых, к слову, не оставалось и следа повреждений. Со стороны могло показаться, что стихия не только наносит урон, но и защищает руки хозяина.

Металлические ноги пузана не выдержали, и Приблуда, отрабатывая каждую вложенную в него единицу кибы, раздробил их на запчасти. Кажется, с выражением насчёт единственной боевой единицы я немного поспешил. Вот Трев, в отличие от него, поднявшись на ноги, скакал как блоха на сковородке, не понимая, с какой стороны ему зайти и атаковать.

Пузан с грохотом рухнул на пол, извергая из брюха столп огня. Неудивительно, что от жертв не осталось даже костей. Фактически — это самоходные крематории с возможностью переломить хребет человеку одним ударом. Вопрос в другом: с каких это пор роботизированные мусорщики путают пластиковые стаканчики с живыми людьми, и вообще откуда они здесь взялись?

— Не, ну ты видел, видел?! — радостно вскрикнул Приблуда, продолжая любоваться новеньким оружием.

— Видел, отлично сработал! — похвалил напарника, заглядывая в интерфейс.

Получено 350 опыта.

За одного пузана? Вполне, даже очень! До пятнадцатого осталось чуть больше четырёх сотен очков, и в теории, за выполненный сценарий смогу поднять сразу два уровня. С этой мыслью окружающая атмосфера заиграла новыми красками, и прежде, чем отчитать Трева, я закрутил головой в поисках новой жертвы, пока действовала змеиная мимикрия.

В дальнем конце помещения появился новый пузан. Четырёхметровая консервная банка, клацая металлическими хватами, угрожающе приближалась, разевая огненную пасть. Вполглаза посмотрел на счётчики отката умений и прикинул, что вдвоём с Приблудой получится повторить наше феерическое выступление. Однако я взял с собой Трева не только из-за его способностей Конструктора.

Не успел я ничего сказать, как новичок нашей ватаги звучно выдохнул и, потирая ладони, прошёл мимо меня. Хм, будет интересно.

Пузан перешёл с ходьбы на быстрый шаг, уверенно набирая скорость, и если Трев ничего не предпримет, то его попросту раздавят как жука. Приблуда посмотрел на меня, будто спрашивая: «Что будем делать?», на что я подмигнул ему и отошёл на шаг назад. Ну давай, Конструктор, показывай свою техномагию.

Трев откашлялся, словно собирался исполнить песню, а затем открыл рот и прохрипел машинным кодом. Пузан на мгновение остановился, будто наткнулся на невидимый барьер, но уже через секунду его вибрирующее тело сразило контроль человека. Трев недовольно нахмурился, откашлялся ещё громче и попробовал заново.

Пузан вновь остановился, однако в этот раз он взмахнул правой клешнёй и вогнал её в стену. Комплекс задрожал. Трев по-садистски улыбнулся. Вторая клешня просвистела над головой, разворачивая существо лицом к стене. Пузан закрыл пасть, дабы не спалить самого себя, прежде чем Трев приказал ему сделать шаг вперёд.

Существу оказалось явно не по нраву, что им управляли как марионеткой, и оно, справившись с невидимыми путами, резко развернулось и побежало навстречу. Тут Трев слегка переоценил свои способности и, выпустив склизкие нити, решил встретить его лицом к лицу. Пришлось остудить его пыл, пока он не отправился в мертвяк, а мы бы с Приблудой тем временем стояли и смотрели на мокрое пятно на месте напарника.

Зачтём на три с плюсом, но за усердие твёрдая четвёрка. Пару раз попрактиковаться, повысить уровень импланта — и, думаю, Трев сможет с лёгкостью брать машины под контроль.

Разъярённый механоид на всей скорости хотел вклиниться в наш небольшой отряд, но его размеры сыграли с ним злую шутку. Вместо того, чтобы бежать прочь, я рванул навстречу и в подкате рубанул ревущими зубцами по левой ноге монстра. На следующем же шаге существо споткнулось и, оказавшись на коленях, попало под контроль Трева. Считанных секунд хватило, чтобы Приблуда добрался до головы и разнёс её в щепки всего за несколько ударов.

Неплохо для того, кто не вкладывается в силу, с другой стороны, электричество, как ничто другое, подходило для этого противника, а сам Приблуда уверенно подбирался к двадцатому уровню.

Мысленно сделал для себя вывод, что Треву катастрофически не хватает боевого опыта, хоть и порой он ведёт себя чересчур самоуверенно. Приблуда, в свою очередь, особенно после резни на ВР-3, чувствовал себя в бою комфортно. И если заняться его тренировкой, дать пару советов по связкам, то можно попробовать сделать из него бойца.

Открыл интерфейс и выдохнул. До пятнадцатого не хватило меньше сотни очков. Обидно…

— О! — радостно воскликнул Приблуда, а затем, на мгновение закопавшись в интерфейс, добавил. — Готов.

Виртуальная карта комплекса гласила, что до точки выполнения задания осталось пройти всего три сектора. Может, там успею поднять уровень. Проверил состояние ватаги, убедился, что никого не задело, и махнув рукой, отправился первым.

Коридор за коридором, мы пробирались сквозь заблокированные сектора к нашей цели. Пару раз пришлось воспользоваться умениями Трева, что заставляло задуматься. Система специально создала для нас сценарий, где будут полезны навыки всех членов ватаги, или это очередное совпадение? Устал уже считать, сколько их было, и решил больше об этом не задумываться. По крайней мере, пока не выполним задание.

Чем меньше оставалось до цели, тем чаще меня посещало невесть откуда взявшееся чувство, будто мы приближались к чему-то грандиозному. Конечно, так называемый Объект был полной копией комплекса принтера, и даже в разговоре с Шарманом,он употребил это слово. Принтер. Неужели наша цель находится в той самой комнате? В комнате, где я встретил переродившихся знакомых?

Ответ отыскался сам собой.

Перед последней дверью, за сектором двенадцать, я ощутил прилив ностальгии, будто возвращался в родные объятья любящей семьи. Называть принтер и уж тем более систему подобными выражениями у меня не поворачивался язык, поэтому настрого для себя решил, что все эти ощущения — не более, чем имплантированный суррогат, дабы вызвать ложные чувства.

Удивительно, но подобная мысль позволила справиться с нарастающим азартом, и когда двери открылись, я вошёл внутрь с абсолютно холодной головой и сердцем.

Возможно, дело в освещении, или теория Трева действительно верна, но это помещение заметно отличалось от своего реального собрата. Казалось, что здесь больше света, а широкие стены, уходящие по дуге и придающие залу ромбовидную форму, сверкали ярче. В этот раз мне удалось разглядеть в них едва заметные щели, делившие их на чёткие и ровные ячейки. Оставался лишь один вопрос: что внутри?

Трев молча зашагал вперёд, остановившись в центре на широком круге света, присел на колено и приложил индекс к стеклу. Что-то произошло. Раздалось шипение множества клапанов вперемешку с металлическим жужжанием, а затем из твёрдой поверхности пола поднялся пластиковый столб.

Внутри находилась квадратная ячейка, очень сильно напоминающая аккумулятор, чей заряд стремительно кончался. Трев аккуратно поставил свой чемоданчик на пол и протянул обе руки.

— Стой! Я что-то слышу, — остановил его Приблуда, хватаясь за металлический прут.

Трев чуть не подпрыгнул на месте и сквозь стиснутые зубы выдохнул:

— В следующий раз так не пугай, просто нормально скажи. Я тут всего лишь собрался батарейку принтера поменять.

— Приблуда прав, — согласно кивнул я, а затем выпустил клинок. — Сейчас начнётся.

Ячейки на стенах задрожали, а затем, развернувшись, словно игральные карты, выпустили наружу свеженапечатанных людей. По крайней мере, они таковыми казались.

Адские отродья, изуродованные аберрации — их можно было назвать множеством имён. Мне приходилось видеть так называемый брак, который был частью каждой поставки принтера на ВР-3, но чтобы такое, и причём поголовно?! Это уже не аномалия — а закономерность!

Многие из них вываливались как криво сшитая биологическая масса, не в силах даже ходить. У других конечности сливались в общий комок, превращая людей в беспомощных колобков. Некоторые появлялись на свет с изуродованными скелетами, отчего внутренние органы рвались на месте, вызывая нестерпимую боль.

— Что... что происходит? — промычал один из них, тщетно пытаясь встать на детские ножки.

— Нет, нет, только не так! Только не в этом теле! — прокричал другой.

— Моя любимая, где моя любимая? Ответь! Ответь мне!

— Я здесь, дорогой, здесь! Что с нами произошло? Почему мне так больно?

— Этого не должно было произойти! Кто ответственен за подобное святотатство? Я требую ответов!

— Где мы? Я ничего не вижу, мне холодно и страшно!

Я отошёл на несколько шагов назад, медленно оттягивая за собой Трева. Он, широко раскрыв рот от увиденного, в последний момент успел схватить свой чемоданчик и беззвучно хлопал губами.

— Ты! — злобно прорычал один из напечатанных, указывая на меня целой россыпью указательных пальцев. — Ты в этом виноват! Ты ответственен за сбой!

— Смертни-и-и-и-к, — медленно прошептал Приблуда, имитируя Мышь. — Кажется, нам здесь не рады.

Существа согласно закивали, по крайней мере, те, кто мог, и направились в нашу сторону явно с одной и той же целью.

Почему? Почему именно этот сценарий, больная ты сука? Издеваешься надо мной? По-твоему, играть вот так с людьми, превращая их в монстров, забавно? Я что, должен быть впечатлён?

Мой вопрос, естественно, был направлен в пустоту. Брошенный в никуда, больше для того, чтобы выплеснуть накопившиеся эмоции, однако я и представить не мог, что получу на него ответ. Перед глазами возник интерфейс системы, и через мгновение забегали первые буквы:

//Получено дополнительное задание: Нейтрализовать угрозу любыми доступными средствами.

//Награда будет зависеть от действий пользователя.

Глава 2

— Куда хватаешь? — выругался Приблуда, а затем недовольно цокнул и сквозь стиснутые зубы прошипел: — Да и пёс с тобой, сам полез первым.

Увесистый удар металлическим прутом размозжил голову существа, и осколки черепа вместе с содержимым упали на пол. Светлое, ослепляющее своей чистотой помещение окрасилось первой кровью. Приблуда сыпал проклятиями, нанося удар за ударом, в то время как больное порождение принтера отказывалось умирать.

Я выпустил клинок, попутно смазав его нейротоксином, и замер в нерешительности. Что система имела в виду? Почему награда будет зависеть от решения пользователя? Она хочет, чтобы я их убил? Избавил от страданий? Опять издевается, тварь, и играет как со щенком.

Трев убрал чемоданчик со сменной батареей в инвентарь и медленно отступал, наблюдая, как из принтера вылезают новые создания. Все как один уродливые, с разным количеством рук и ног, они ползли, ковыляли, изгибались как черви и впивались зубами в пол. Всеми управляла неистовая ярость, боль и ненависть, направленная на тех, кто это с ними сотворил.

— Верните нас обратно! — прокричал один, давясь собственной слюной.

— Перепечатайте нас нормально! Я буду жаловаться в комитет!

— Ошибка! Ошибка! — вопил третий, вцепившись зубами в дрыгающийся на полу кусок плоти с тремя глазами.

Приблуда убил первого монстра и резко выдохнул, отступая на шаг назад. Я смотрел, как ко мне подползает существо с такой ненавистью в глазах, которую не видел даже у Мышьяка. По какой-то причине оно решило, что именно мы в ответе за их уродства, и, кажется, это уже не изменить. Всё, что я могу сделать — это закончить страдания единственно известным мне способом.

Я запрыгнул сверху на монстра и коротким ударом перебил шейные позвонки. Существо ещё некоторое время извивалось, словно толстая змея, а, затем выхаркнув собственные внутренности, сдохло. Начало положено…

Приблуда, заметив, что я решил действовать, недовольно оскалился, перехватил прут поудобнее и вступил в схватку. Трев, не имеющий никакого оружия ближнего боя, с интересом посматривал на открывающиеся ячейки, откуда вываливались новые твари.

— Чего стоишь? — прокричал Приблуда, пинком сломав нос очередному противнику.

Трев ничего не ответил, и, прижавшись к стене, хлопал по стенной панели, словно пытался наощупь что-то отыскать.

— Пускай занимается делом, — ответил я напарнику. — Надо прижать их обратно. Вешай стим, и давим к стене!

Приблуда кивнул, и через мгновение меня накрыло тёплой волной. Скорость увеличилась, как и моё желание закончить этот бой как можно скорее. Прыгнул гадюкой, пронзив грудь противника, а затем воспользовался бонусным умением и скакнул ещё раз. Твари оказались слишком медленными, но проблема заключалась не в этом.

Сошедший с ума принтер штамповал их одну за другой. Новые твари появлялись быстрее, чем мы их убивали, а мёртвые тела постепенно заполняли комнату. Таким темпом всего через пару минут на полу не останется свободного места, куда можно ступить, не опасаясь споткнуться о трупы или лужи крови.

— Трев, шустрее!

Парень кивнул, и продолжая избегать стычки, ладонями хлопал по стене. Центральная консоль скрылась под полом, где, думаю и останется до тех пор, пока процесс создания монстров не будет остановлен. После очередного убийства я понял, что трачу по три, а бывает, и четыре удара на одного противника. Их тела не несли опасности, однако из-за особенностей строения тяжело было угадать, где находится сердце и другие критически важные органы.

Я бил до тех пор, пока твари не останавливались, но даже тогда, после пары секунд бездействия, некоторые возвращались обратно к жизни и атаковали сзади. Рано или поздно они возьмут нас числом и попросту заживо похоронят под собственными телами. Если ничего не изменится.

Удар. Клинок вошёл прямиком меж глаз ходячему монстру, но его это даже не замедлило. Ну ладно, тогда попробуем по-другому. Если точечные атаки не имеют эффекта, буду рубить до тех пор, пока не отсохнет рука. Модернизировал клинок в пилу и под рёв мотора и скрежет зубцов отделил голову твари от туловища.

Сработало.

Существо протянуло ко мне руки, а затем рухнуло у ног, возвращаясь обратно в принтер. Отмучился. Я обернулся и заметил, что Приблуда, вместо того, чтобы теснить врага, едва успевал отбиваться. Ходячий кусок мяса с дополнительной парой ног на спине схватил прут напарника и вырвал из его рук. Снизу лодыжки обхватили ещё двое ползающих, а последний старался запрыгнуть сверху.

В этот момент Приблуда яростно закричал, воспользовался подкожным имплантом и со всей силы саданул по челюсти врага. На месте удара осталась разорванная плоть и торчащие кактусом зубы. Сам монстр, не получив ожидаемого урона, замахнулся прутом Приблуды и приготовился ударить того по спине.

— Нашёл! — радостно прокричал Трев, срывая со стены невидимую пластину. — Работаю!

Он запустил слизь и будто вкопанный замер. Твою мать, защищать теперь обоих? План явно рушился на месте. Электричество Приблуды, как бы оно ни было действенно против механических врагов, не имело никакого преимущества против биологических зомби — еще одна условность КиберСанктуума. Ему приходилось тратить много времени, чтобы дать заряд достаточной силы, который мог бы, в теории, пройтись по всему телу и остановить сердце. А учитывая, с какой скорость штамповал принтер… Нет, надо срочно найти другой способ.

Мой пытливый разум панически выискивал решение, пока тело методично рубило врагов на части. Кровь. Опять столько крови, что её можно разливать по пакетам и сдавать в донорский банк. Я уже перестал чувствовать металлический привкус, который стал для меня обыденностью. Разумом понимал, что передо мной литры нулей и единиц, однако ощущения и страх смерти были вполне реальны.

Кровь. Железо. Снова кровь. Но было в ней кое-что помимо бесконечного металлического привкуса. И тут меня прошибло. Соль! Весь пол был залит несколькими сантиметрами соленой жидкости, полной растворенных электролитов, по которым босыми ногами шлёпали монстры. Я уж и молчу про тех, кто ползал и буквально купался в ней.

Может сработать…

Быстрым ударом отрубив очередную голову и ловко перемахнув через гору трупов, воспользовался ударом гадюки и убил того, что замахнулся прутом Приблуды. Парень сумел поймать оружие на лету и насадил существо, пытающееся прыгнуть на него сверху. Те, что ползали под ногами, едва не повалили парня, но я аккуратно сумел рубануть и отрезать им верхние конечности.

— Херачь зарядом по полу! — прокричал я на ухо Приблуде, попутно хватая его за левую руку.

— Ты с ума сошёл? Тут столько крови, мы всем как на электрическом стуле будем!

— Не будем, — коротко выпалил и, когда на стене открылась очередная плита, откуда вывалился кусок мяса, ловко запрыгнул, схватился за пластину и протянул ладонь Приблуде.

— Трев? — хватая меня за руку, прокричал тот.

— Он успеет, или все погибнем! Херачь, говорю! Я сам не знаю, что произойдёт, но времени нет. Их слишком много!

Вдруг Трев вышел из транса и, повернувшись, поднял большой палец.

Приблуда, сопровождая всё действие густым матом, вылепил в правой ладони небольшой электрический шар и, повиснув на моей руке, метнул его в центр помещения. Видимо, выучил новое умение, а мне, жучара, даже не сказал.

По всей комнате прошлась волна, а воздухе запахло жжёным мясом. Монстры извивались в судороге, жарились заживо и замертво падали от разрыва сердец. Приблуда явно не пожалел заряда, однако меня больше интересовала участь Трева.

Идея с антистатической обувью казалась хорошей, вот только я не учёл исполнительность Приблуды. Парень каждый раз выкладывался на полную и из-за того, что раньше постоянно проигрывал, и не привык мельчить. Но Трев оказался не таким уж и беспомощным задротом. Видимо, сработал на инстинктах и, словно в детской игре, где все притворялись, что пол — это лава, пауком вскочил на стену и запрыгнул в открывшуюся ячейку.

Монстры продолжали падать как костяшки домино и покрывать своими телами весь пол помещения принтера. Само же устройство после ударной штамповки партий существ внезапно остановилось. Однако это касалось и ячеек, откуда они вылезали. Я ощутил, как пластина, за которую держался, начала медленно закрывать дыру в стене, а значит, скоро либо лишусь пальцев, либо придётся отпустить.

После того, как последний монстр умер, в центре помещения вновь появилось отверстие, откуда появилась та самая консоль. Кровь потоком хлынула вниз, уходя под пол, а я, выждав до последнего, всё же разжал хватку и спрыгнул на лежащие тела монстров.

— Все живы? — произнёс после нескольких секунд молчания.

Приблуда похлопал себя по телу, посмотрел на Трева и удивлённо спросил:

— Откуда ты знал, что это сработает?

— А я и не знал, — Ответил я прямо, решив, что врать смысла нет.

— Тем не менее сработало, — удивлённо пробубнил Трев. — По крайней мере, мы живы. Странно.

— Очень странно, что тебя не поджарило как шашлык? — переступая с трупа на труп, словно прыгая по островкам, поинтересовался Приблуда. — Радуйся лучше, живее будешь. Я вот вообще давно перестал задаваться этим вопросом, жив и ладно. А ты, Смертник?

— Что я? — переспросил я, так как вполуха следил за их разговором.

— Ну, ты задумываешься иногда, вот после всего этого дерьма на ВР-3, как мы всё ещё живы?

— Нет. Если начнёшь об этом думать, то внезапно для себя откроешь, что все твои действия — это либо набор случайностей, либо кто-то тобой постоянно управляет. Поэтому предпочитаю на эту тему не разглагольствовать. Трев, ты точно в порядке?

Парень молча кивнул, всё ещё с интересом посматривая себе под ноги. Не стал его торопить, да и он и сам вскоре пришёл в себя, достал из инвентаря запасную батарею и пошёл её менять.

Нападение отбито, основная задача будет вот-вот выполнена, а значит, вскоре придётся вернуться в реальность. К горлу подкатывал ком при одной мысли, где придётся проснуться, и когда Трев, заменив батарею, встал, а устройство вернулось обратно под землю, я выдохнул, увидев сообщение:

//Задание выполнено//

//Награда: +1 уровень, +100 очков КиберСанктуума//

//Обнаружено выполнение дополнительной задачи//

//Награда: Доступ к боевой ветке импланта Курьера «Нейролинк»//

//Для дополнительной информации обратитесь к соответствующему меню//

//Завершение сценария//

Стоп, стоп, что ещё за ветка?

Мир свернулся в точку, и, перекрутившись, расцвёл мрачным бутоном, возвращая нас в реальность. Выяснить причину неполадки сценария нам не удалось, а вот уладить — это другое дело. Интересно, это ли система имела в виду, когда конструировала миссию, или мы неосознанно отошли от сюжета и изменили конечную цель?

Я открыл глаза, ощущая, что за время пребывания в виртуальности у меня серьёзно затекла поясница. Азалия гладила по раскрытой левой ладони, снимая проводки, подключённые к небольшому отверстию в индексе. Рядом, облокотившись спиной о железную стену, сидел Приблуда, а возле него примостился Трев.

Когда я открыл глаза, Азалия одарила меня лёгкой тенью улыбки, но скрывать многодневное истощение она могла всё хуже и хуже.

— Ну как прошло? — спросила она, отключая Приблуду.

— Странный сценарий, странный мир, но в целом ничего необычного. Ты как себя чувствуешь?

Она вновь попыталась улыбнуться, протягивая мне бутылку воды.

— Я получила данные о вашем путешествии, и сценарий мне тоже показался странным. Я не помню, чтобы он был в списке Санктуума. Может, новое обновление, о котором я не знаю?

Размяв мышцы, я сделал небольшой глоток воды и, поставив бутылку на пол, спросил:

— Значит, вот так это работает?

Азалия похлопала по щекам Приблуду, помогая ему проснуться, а затем переключилась на Трева.

— Это? — переспросила она, указывая на болтающийся на шее каплевидный кулон, от которого тянулись тоненькие проводки. — Это мой прощальный подарок из Города-Кокона. Его выдают всем операторам на случай, если комплекс придёт в упадок. Обычно он для личного пользования, и заряда хватает на несколько погружений, но вы отправились втроём, и от количества поступающей информации батарея практически истощилась.

— Понятно... — задумчиво прохрипел я. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Как ты себя чувствуешь?

Азалия вытащила последние проводки из индекса Трева и с серьёзным выражением лица произнесла:

— Паста практически закончилась. Вот эта бутылка воды — последняя. Идея погрузиться в КС, чтобы замедлить метаболизм, была неплохой, но надо что-то делать, Смертник, иначе мы все тут погибнем.

Я нахмурился.

— Опять эти звуки?

Она кивнула.

— Я выставила Мышь снаружи, но звуки всё ближе и чаще.

Встав на ноги, я выдавил из себя улыбку и произнёс:

— Пойду проверю его, а затем мы попробуем ещё раз. Не переживай, Азалия, я обещал, что проведу вас на ВР-2, где ты сможешь найти помощь у коллег Санктуума, значит, проведу.

Кажется, в этот раз она улыбнулась искренне, но девушка права. У нас осталась последняя попытка, и оттягивать больше нельзя.

После того как нам удалось скрыться от бойцов города и наткнуться на целую подземную сеть бесконечных лабиринтов, я практически не спал. Небольшой вагончик, который, судя по всему, использовали для перевозки грузов, послужил не только в качестве прибежища, но и главным транспортом.

Так, прежде, чем двигаться дальше, можно попробовать восстановить цепочку последних дней и выстроить хоть какую-то последовательность. Пока Азалия занималась остальными, выводя их из транса виртуального путешествия, я медленно выдохнул, закрыл глаза и успокоил разум.

Серв, Дьякон и даже Некр. Сначала думал, что меня атаковало временное помешательство, но спросив у остальных, выяснил, что это не так. Они тоже заметили, как из принтера вышли невредимые люди, сумев обмануть смерть. Однако я прекрасно видел, как они погибли на моих глазах, не считая Некра — его смерть для меня стала неожиданностью.

Будто этого было мало, ублюдки говорили так, словно для них это далеко не первый заход. О каком разе шла речь, и что теперь будет с ВР-3? Его судьба меня волновала в последнюю очередь, но такой поворот событий заставлял задуматься. Что насчёт других? Следом выйдет новый Мышьяк? Новый Косой? А дальше что? Или всё крутилось исключительно вокруг троицы Сервоголового, Дьякона и Некра?

Сколько бы я ни размышлял на эту тему, заметил, что ничего кроме теорий выстроить не смог. Возможно, дело обстояло так, возможно, совершенно иначе, но без подтверждений всё, что остаётся делать, — это бесцельно гадать. К тому же, приходилось тратить драгоценное время, а оно, как и еда с водой, было для нас важным ресурсом.

Как только двери лифта закрылись, и он спустил нас на нижний этаж, на котором действительно находился пустующий склад, мы быстро вышли к перевалочной станции, где ждала пустующая вагонетка. Это помню отчётливо, а что дальше?

Помню, как ощущал тревогу и буквально чувствовал, что нас преследует спецназ города, но их мы так и не увидели. Может, они были заняты новыми версиями загадочной троицы, а может, им поступили другие команды. Как бы то ни было, помню, как погрузились в вагонетку.

Трев сумел завести мотор, а потом мы скрылись в бесконечной тьме, и дальше всё как по шаблону. День за днём мы бесцельно путешествовали по железной дороге, наугад выбирая, куда свернуть, и прерывались только на сон и еду. Последняя стремительно заканчивалась, учитывая, что пришлось кормить пять ртов. Ватага начала постепенно терять надежду, но я знал, что выведет нас та самая идиотская змейка, поселившаяся у меня в голове. Она просто обязана.

Повезло, что вагонетка оказалась полностью заправленной топливом, иначе мы давно бы очутились посреди рельсовой дороги, и пришлось бы идти пешком. Однако, как и всё остальное, топливо стремительно подходило к концу, и у нас оставался последний шанс.

Не знаю, кто прокладывал километры рельс по подземным туннелям, но этот человек явно позаботился о том, чтобы без карты добраться до цели было невозможно. Причём даже знание местности не помогает. Куда бы ни свернули, пейзаж оставался одним и тем же: непроглядная тьма, в которой слышны глухие рычания, и лишь свет одинокой фары вагончика помогал ориентироваться и не сойти с ума.

Приведут ли нас эти пути на ВР-2, или я привёл всех к медленной и мучительной смерти от голодания, а то и от обитающих во тьме существ? Понятия не имею. Единственное, в чём уверен наверняка, так это в том, что лучше достану нож и вскрою себе вены, чем просто сдамся и лягу покорно умирать.

Снаружи вагончика, привычно сгорбившись и глядя куда-то вдаль сквозь ониксовую маску, стоял Мышь. Со стороны могло показаться, что он практически не двигался и превратился в настоящую статую. Лишь подойдя поближе, заметил, как двигалась его грудная клетка, а на спине подрагивали острые иглы.

— Надо бы тебя от них избавить, — произнёс я с ухмылкой. — Кибу всё равно носить не будешь, а так станешь меньше места занимать. Ну что, Мышь, как там обстановка? Жрать хочешь?

— Смертн-и-и-к, — привычно затянул тот, протягивая раскрытую ладонь.

— Смертник, Смертник, — улыбнулся и положил на неё половинку тюбика питательной пасты. — Не смотри ты так, у самих под ложечкой сосёт, так что ешь и не пререкайся.

Мышь покрутил тюбик у глаз и, широко разинув рот, забросил его внутрь.

— Да… ай, к чёрту. Алюминий с пластиком-то жрать зачем? Тебе там что, вместо желудочного сока азотной кислоты налили? Да ладно, ешь, ешь. Что уж теперь, тем более у тебя и так всё выходит.

— Смертни-и-и-и-к.

— Смертник, Смертник, — снова повторил я за Мышью и, нахмурившись, убедился, что глухое рычание всё ещё довольно далеко.

Откуда источник? Неужели в этих туннелях водилась дикая жизнь? Странно, учитывая тот факт, что на поверхности обитали только люди. Может, они всех сожрали? Рубежи, поди, не один десяток лет строили, а судя по постоянной ржавчине и убогому состоянию, сказал бы, что не одну сотню. С другой стороны, строители туннелей, которые, видимо, создали и всё остальное вокруг, попросту могли установить звуковое загрязнение, имитирующее животный рёв. Надеюсь, проверить на личном опыте не доведется.

Пока Приблуда и Трев приходили в себя, решил глянуть, что накопилось в интерфейсе за всё это время.

А накопилось немало…

Первым делом разберёмся с уровнем. Цифра добралась до шестнадцати, и значит, до потолка мне осталось всего четыре. Однако прежде чем раскидывать характеристики, в первую очередь гляну ту самую ветку моего импланта. Нашёл не сразу. Система запрятала её в подраздел личных данных, а когда передо мной показалось небольшое деревце на пять пунктов, удивлённо присвистнул.

— Смертн-и-и-к, — Отреагировал на звук Мышь.

— Да-да, это я, — ответил ему. — Подожди, не мешай пока.

Так, а вот это уже интересно. Сообщение системы гласило, что эта новая ветка умений Санктуума называлась Нейролинк, однако все пять ячеек наглухо заблокированы. Ну и как мне их открывать? Набирать опыт как с обычными умениями? Так там обычно указывается требуемое количество очков и изначальное полное описание навыков.

Постарался потыкать, мысленно выдернуть, но ничего не получилось. Ладно, главное, что ветка появилась, теперь осталось выяснить, как её активировать. Если я заработал её во время выполнения задания Санктуума, погрузившего нас в прошлое этого мира, логично предположить, что для открытия умений надо повторить этот процесс.

Заметил, как моргала иконка с имплантами, и вспомнил, что незадолго до смерти Некр успел поставить мне новенькую нанитовую защиту, а после погружения система рассчитала умения и вывела список. Ну что же, посмотрим.

1. Нанитовая защита: При попадании в область груди и живота наниты формируют невидимый щит, способный поглотить часть повреждений. Пользователь ощущает это как сильный толчок. Тип способности пассивный. Повторная активация через 60 сек.

Уровень поглощения зависит от параметра «Крепость тела» и вычисляется по формуле +5% за каждые 5 очков характеристик. Начальный уровень: 30%

2. Тактический панцирь: Наниты способны не только блокировать повреждения, но и чинить их. При обнаружении внутренних повреждений (переломы рёбер, разрывы тканей, внутренние кровотечения) наниты переключаются в режим регенерации. Они стабилизируют повреждения, формируют временные поддерживающие структуры и ускоряют естественное заживление организма в поражённой области. Внимание: наниты «НЕ ЛЕЧАТ» повреждения, а лишь поддерживают организм до тех пор, пока пользователь не обратится за помощью.

3. Нанитовый рой: Даёт возможность пользователю временно создать копию нанитов и отправить в любую часть тела для дальнейшего использования. Хорошо работает в связке с другими умениями.

4. Импульсное возвращение: Получив повреждение, наниты накапливают часть кинетической энергии, которую можно выпустить в качестве импульса или ударной волны. Требует связывающее умение «Нанитовый рой» для полноценного использования.

Ой как всё вкусно, а можно сразу и без сдачи? С первым умением всё понятно. Качаешь крепость тела — повышается поглощаемый урон. Второй категорически нужен, причём как можно скорее. Виртуальный аватар обновлялся после каждого захода, а вот получить поддержку сломанному ребру в процессе — это дорогого стоит.

Третий — дубль! Пока не знаю, как он будет работать, но если получится отправить паскудников в любую часть тела, то откроется целый спектр потенциальных связей. Четвёртый и последний — атакующий. Хм, вырисовывается занятная картина.

Значит, монстр по мне лупит, попадает в броню, я поглощаю часть урона, перевожу его в кинетическую энергию, а затем отправляю копию нанитов, скажем, в кулак и выпускаю импульс обратно. Получится связка из трёх умений. Хм, а если добавить к этому ещё нейротоксин или прыгнуть гадюкой и потом ударить?

М-да, теперь понятно, почему наёмники так сильно держались за кибернизацию. Чем больше плюшек, тем больше потенциальных связок и комбинаций.

Так, будем разбираться. Свободных очков четыре. Не раздумывая, вкладываем три в крепость тела и поднимаем до десяти, тем самым увеличиваем поглощение урона ещё на десять процентов. Неплохо. Только вот что делать с последним?

Сила: 10

Скорость реакции: 20

Крепость тела: 10

Погружение: 10

Вспомнил слова Некра о серой посредственности и, посмотрев на свои ровные статы, задумался. На данный момент моё главное оружие — это скорость. Нанитовая защита добавит к ней ещё и смертоносности, но для этого требуется периодически получать урон. Что, если не бросаться под товарный поезд, а придумать способ, как, не теряя скорости, повысить максимальное КПД поглощениями нанитами? Тогда в Санктууме станет легче жить.

С другой стороны, не стоит забывать, что качаюсь я там не для того, чтобы быстрее и эффективнее проходить сценарии, а для моего реального тела. Мне требуется скорость, крепкое туловище и выносливость. О погружении так же нельзя забывать, так как это доступ к новому хрому. Ладно, единичку пока оставлю, может пригодиться.

Запустил принятие новых характеристик и увидел, как пошёл обратный отсчёт. Что у нас дальше по плану?

— Блин, как же жрать хочется, — раздался за спиной голос Приблуды. — Когда у нас киба появилась, я уж думал, никогда голодать не буду, а тут такое!

Я обернулся и с улыбкой произнёс:

— У тебя же был ещё тюбик.

Приблуда фыркнул и, махнув рукой, сказал:

— Отдал Треву, он массу только начинает набирать. Голова ещё иногда кружится, если пропускает приём пищи, а он, мудак такой, половину Азалии скормил.

— Девочкам тоже надо питаться, Приблуда. Брал бы с него пример, — отшутился я и краем глаза взглянул на смотрящего во тьму Мышь.

— Как думаешь, доберёмся? — голос Приблуды резко изменился, омрачив и без того серую ситуацию.

— Доберёмся. Мы просто обязаны. По-другому никак.

— Вот это мне и нравится в тебе, Смертник. По роже бей, ногами запинывай, палкой по хребтине, а тебе хоть бы хны! Прёшь как паровоз на максимальной тяге. Правильно я всё же себе ватагу выбрал, а то лежал бы сейчас лицом на земле где-нибудь на ВР-3 и медленно гнил.

Похвалы от Приблуды, конечно, приятны, только вот мы всё ещё плутали по этим туннелям, а прошло уже несколько дней. На исходе не только запасы еды и воды, но и топлива. Вагончик, все эти дни служивший нам не только убежищем, но и транспортом, передвигался не на комплиментах.

Почему я думал, что смогу вывести ватагу благодаря воспоминаниям залётного? Глупая, детская игра в змейку — это на самом деле карта? Даже не мог это вслух произнести, настолько наивно и неправдоподобно звучало. С другой стороны, залётный жизнью рисковал, чтобы её добыть, а затем сам как-то оказался здесь. Совпадение? Паскуда, ненавижу совпадения.

— Смертник! — раздался за спиной обеспокоенный голос Трева. — Что-то приближается!

Я едва успел посмотреть в ту сторону, куда указывал парень, как оттуда выскочила крупная тварь. Не знаю, на что она похожа, но скотина оказалось быстрой. Меня спас Мышь, вовремя развернувшись и выставив свои иглы. Существо напоролось брюхом и, перелетев через ежа, упало на пол вагончика.

Я воспользовался клинком, быстро подбежал и нанёс три коротких удара, однако даже этого оказалось мало. Перед лицом просвистела когтистая лапа, едва не лишив меня головы. Опасная, слишком опасная. Это не Санктуум, здесь из мертвяка за кибу не вылезешь.

Рядом оказался Приблуда и, хлопнув в ладони, саданул по огромному и плотному черепу создания. Тварь заревела и попыталась встать, но я ловко запрыгнул ей на спину, пользуясь повышенными характеристиками, и, добравшись до головы, всадил клинок прямиком в глаз.

— Это ещё что такое? — раздался крик Азалии.

— Назад, быстро! Все в вагон! Трев, заводи. Приблуда, помоги с Мышью! Надо отсюда срочно валить!

Не успел я запрыгнуть внутрь и затащить за собой ежа, как вагончик тронулся с места, а из тьмы появилось ещё несколько тварей. Все такие же огромные, как и первый, с мощными клыками и широкими плечами. Кем бы они ни были, они явно не прочь были полакомиться человеческой плотью. А значит, останавливаться больше нельзя, и осталось лишь последняя попытка отыскать путь на ВР-2.

Глава 3

Вагончик резко накренился вправо и чуть не сошёл с рельсов, когда один из монстров всё же сумел нас нагнать. Азалию мотнуло в сторону, и она оказалась в объятьях Мыши. Девушка заметно поморщилась, но вовремя осознала, что на данный момент это самое безопасное для неё место. Приблуда выжимал из транспорта всю скорость, на которую был только способен вагончик, но даже этого оказалось мало.

— Куда дальше? — прокричал он, замечая впереди развилку.

— Куда хочешь, всё равно пока от них не избавимся, останавливаться нельзя! — проорал я в ответ, стиснув зубы, и открыл боковую дверь.

Пора проверить, насколько прокачалось моё тело, а именно скорость реакции. Если не рассчитаю прыжок или пропущу окно, то улечу обратно во тьму, где меня явно растерзают местные твари. К слову о них. За нами гнались два существа, передвигающихся на четырёх мускулистых лапах. Широкие плечи, тёмно-коричневая шкура, множество отростков на голове и светящиеся во тьме зелёные глаза. Очередное порождение принтера или, наоборот, мы только что встретили местных аборигенов?

Кем бы они ни являлись, надо от них избавиться.

— Не отпускай Азалию! — прокричал Мыши, а затем, увидев, как Трев обеими руками держался за поручни, выдохнул и запрыгнул на крышу вагонетки.

Быстрые. Не знаю, с какой скоростью мы двигались, но монстры без проблем поспевали за нами. Они заметили, что я забрался на крышу и, выпустив клинок, бросил им вызов. Самонадеянный, но всё же вызов. Интересно, смог бы я продержаться на несущейся вагонетке без двадцати очков реакции?!

Первая тварь решила проверить это в деле, и, пригнувшись, набрала скорость, а затем прыгнула, расставив передние когтистые лапы. Никаких умений, никаких ударов гадюки, лишь простенький имплант и мышечная память. Надо дать остальным возможность оторваться, иначе транспорт не выдержит и сойдёт с рельсов.

По этой причине выдохнул и бросился в атаку. Тварь успела полоснуть по корпусу вагонетки, выбивая яркую искру, а я на всей скорости вонзил клинок в грудь, пробивая толстую шкуру. Монстр взвыл от боли и, взмахнув лапой, попытался прибить меня как назойливого комара. Я предвидел этот шаг и, хватаясь за наросты на голове, перепрыгнул на спину, двумя руками обхватив толстую шею.

Кажется, на миг сработало.

Тварь переключилась на меня, однако вторая продолжила преследование. Мне это даже на руку. Сначала разберусь с одной, потом прикончу вторую, главное — не сорваться. Наниты на груди сформировали твёрдую поверхность после того, как монстр подпрыгнул на бегу и, попытавшись меня скинуть, жёстко приземлился.

Я чувствительно приложился о твёрдую спину монстра и глухо выругался. Ну уж нет, теперь ты точно мой. Поудобнее схватился за очередной нарост и нанёс несколько быстрых и глубоких ударов в шею. Опять кровь. Чёрная, вонючая и вязкая. Похожая на смолу, только пахло от неё сразу тремя выгребными ямами ВР-3. Старался не открывать рот и дышать носом, но схватка оказалась слишком интенсивной.

Пришлось прижаться головой к телу монстра и, отвернувшись, продолжать бить. Существо заметно замедлилось, запинаясь о собственные лапы, но продолжало бежать. Сложилось такое впечатление, что его подгоняла невидимая плеть хозяина или неистовая ярость и желание убивать. Нечто такое мне уже приходилось видеть.

Когда крови стало столько, что вместо твёрдой шкуры противника я погружал клинок в лужу вязкой жидкости, решил, что пока хватит. Однако тут же возникла следующая проблема. Умирающий монстр замедлился слишком сильно и отстал не только от вагонетки, но и от своего побратима.

Надо как-то привлечь внимание второго. Более того, заставить его не только сбавить ход и сменить цель. Во только как? За спиной послышалось рычание — видимо, запах крови приманил и других хищников. Не успел повернуть голову, как со спины меня ударило чем-то крепким. Мир перевернулся с ног на голову, и я ощутил, что нахожусь в свободном полёте.

Тело панически двигало конечностями, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, как вдруг невидимая сила схватила меня на лету и отбросила в сторону. Когда меня ударило о твёрдую поверхность, я инстинктивно выпустил клинок и вонзил, дабы удержаться на месте. Не знаю, что это было, но каким-то образом я не только долетел до преследующего монстра, но и остался жив.

Левая рука болталась как мокрая лапша и отказывалась выполнять мои приказы. Вроде перелома не вижу, значит, просто вывих, ничего непоправимого нет. Повернул голову и заметил, что во тьме, исчезая из виду, сородичи твари дожирали его труп, разрывая на мелкие куски. Видимо, некоторые из них попробовали посоревноваться за моё тело, но что-то пошло не так. Повезло? Терпеть не могу полагаться на удачу.

Бегущая за вагонеткой тварь то ли не заметила торчащий в левом боку клинок, то ли полностью была поглощена преследованием. Заметил, что несмотря на рану, она практически добралась до транспорта и готовилась к финальному прыжку. Раскачался, держась одной рукой, и со всей силы ударился левым плечом о тушу зверя.

Сработало…

Под влажный противный щелчок сустав встал на место, и рука вернула себе часть подвижности, чего хватило, чтобы схватиться за отросток на спине твари и залезть ей на спину. В мгновение когда занёс клинок для удара, ощущая, что голова гудит колоколом, когда монстр решился на прыжок. Я вновь потерял под ногами опору и оказался в воздухе, правда, теперь уже не одиночестве.

Тварь приземлилась на крышу, вонзив свои длинные когти, и крепко зацепилась. Я пролетел чуть дальше и, перекатившись едва не сгинул под колёсами вагонетки. Вовремя успел схватиться за поручень и повис прямо перед глазами Приблуды. Парень что-то кричал, но на такой скорости и под лязг металла ничего было не разобрать.

Вагонетку качало из стороны в сторону, и, собрав последние силы, я подтянулся, залез обратно и бросился на врага. К тому времени монстр вырвал кусок металла, словно разворотив крышку консервной банки, и потянулся к содержимому. Со всей скорости врезался в ублюдка и, повалив его на спину, принялся наносить удары клинком один за другим.

Монстр в любой момент мог схватить меня, как куклу, и попросту отбросить в сторону. Я это знал. Более того, подсознательно я этого ждал, но момент так и не наступил. Меня окатило фонтаном крови, когда рука утонула в грудной клетке существа, и я нащупал что-то склизкое и округлое. Сердце — а это было именно оно — лопнуло, как переспелый арбуз под тяжелым ботинком, и я, сорвавшись с туши убитого врага, свалился в вагонетку.

— Смертник! — прокричала Азалия, подползая к моему телу.

Я отмахнулся, приказав ей держаться подальше, а затем перевернулся набок и выхаркал добрую порцию чёрной и склизкой крови. На вкус как трижды забродивший гной, а ощущения были такие, словно вместе с ней я изрыгал огненные столбы. Глотка буквально рвалась на части, а организм в паническом приступе старался очиститься.

Кажется, всё вышло…

— Впереди ещё одна развилка! — прокричал Приблуда. — Топливо заканчивается!

— Нас снова преследуют! — присоединился Трев.

Да чтоб вас всех драли! Опять?!

//Внимание: Попытка соединения с неизвестным Рубежом//

//Идёт соединение…//

//Получен сигнал из Города-Кокона…местоположение неизвестно//

//Идёт оценка состояния Курьера…ошибка…местоположение и состояние Курьера неизвестно//

Ах ты ж скотина! Я, хлопая ладонями по чёрной жидкости и спотыкаясь о склизкую поверхность, едва сумел подняться и, схватив Приблуду за плечо, отбросил назад.

Перед глазами возник интерфейс системы. Вкладка, запустить фрагмент из памяти. Ну что, идиотская ты игра, выводи меня на ВР-2, в этот раз я точно не шучу! За последние дни я несколько раз проводил змейку по одному и тому же маршруту и в теории мог бы воспроизвести его во сне, однако это наш последний шанс, поэтому даже несмотря на феноменальную память, всё же решил свериться.

Впереди будет резкий поворот влево, а значит, надо сбавить скорость и приготовиться. Вот он! Пока один из двух. Дальше длинная прямая, и, насколько помню, потом путь уходит на пятнадцать градусов вправо. Два из двух.

Крики Трева и Приблуды сливались в какофонию. Вагонетка держалась лишь на честном слове, то и дело выбивая искры из-под металлических колёс. На загривке встали волосы дыбом от ощущения преследования сразу нескольких хищников. Пускай я их и не видел, но знал, что они там, знал, что некоторые дожирают туши сородичей, а остальные, которым не досталось, решили поискать удачу в другом месте.

Двигатель вагонетки надрывался, переходя из обычного рычания в пронзительный свист, и, казалось, вот-вот взорвётся. По лбу стекали капли пота, смешиваясь с остатками крови, и застилали и без того уставшие глаза. Я надеялся, нет, я знал, что мы сможем добраться до цели, вопрос — в каком состоянии.

Мы вышли на очередную прямую, и пока выдалось пару секунд, я ещё раз мысленно пробежался по лабиринту. Система упомянула попытку соединения с неизвестным Рубежом, так что это не может быть совпадением. Впереди должен, нет, обязан быть ещё один поворот влево, и тогда останется всего ничего.

Не отпуская рукояти управления вагонеткой, с я придыханием ждал, когда тёмный туннель по дуге начнёт уходить влево и считал секунды, отбивая монотонный ритм по приборной панели. Ну же, ну же! Три из трёх.

— Смертник, — раздался голос Приблуды. — Надо тормозить или прыгать, вагон сейчас перевернётся.

— Нет! — резко отказал, сильнее надавливая на рычаг, словно от этого транспорт начнёт двигаться быстрее. — Мы почти у цели.

— Пешком дойдём! — прокричал Трев.

— Если остановимся, они нас сожрут! — вмешалась Азалия, вновь вцепившись в Мышь.

— Да уж лучше так, чем на всей скорости вылететь как сопля!

— Разбиться в лепёшку или быть сожранным? А есть третий вариант?

— Есть! — радостно выпалил я, когда на горизонте вместо бесконечных рельсов, уходящих во тьму, появились темные силуэты.

Вагончик, будто имея собственное сознание и увидев то же самое, решил, что его долг выполнен, и в конечном счёте сдался. Первым не выдержало переднее колесо с левой стороны, и некоторое время он держался, пока не раздался металлический хруст сзади.

Монстр, сумевший наконец нас нагнать, первым делом рубанул по ходовой части, однако тут же получил мощный заряд в зубы от Приблуды. Парень едва не отправился вслед за ним и, быстро перебирая руками, с широко раскрытым ртом побежал в сторону кабины.

Вообще стоит сказать, что к этому моменту туда перебрались практически все. Только Мышь, не помещающийся из-за своих игл, остался стоять в грузовой зоне и молча смотреть вслед улетающему монстру.

Вдруг я заметил, как остальные твари сначала слегка замедлились, а затем и вовсе, сверкнув зелёными глазами, скрылись во тьме. Неужели они старались держаться подальше от рубежей? Тогда неудивительно, почему мы их впервые встретили, достаточно отдалившись от ВР-3. Существа, всё ещё издавая глухие рычания, скрылись во тьме, и я услышал крик Приблуды:

— Тормози!

Обернулся и резко потянул рычаг на себя. Луч света от единственной оставшейся фары упал на подземную металлическую конструкцию ворот, которые стремительно закрывались. Мы пронеслись на такой скорости, что я даже не успел рассмотреть, были ли там люди, а затем вагонетка наконец сдалась.

Левый борт зацепил ворота, и, пролетев сквозь них, мы кубарем покатились по рельсам. Мир перевернулся с ног на голову, и возникло такое ощущение что нас забросило в водоворот. Я вцепился в приборную панель, прижавшись к ней как к родной матери, и свободной рукой держал Приблуду. Трев, всё это время вцепившись в поручень, вовремя успел упасть в кресло и пристегнуться. Не знаю, что стало с Мышью и не насадил ли он случаем Азалию на свои иглы, но вскоре вагонетка перестала болтаться и, пробив собой твёрдую поверхность, наконец остановилась.

Я открыл глаза и, закашлявшись, не смог поверить, что всё ещё жив. Приборная панель не только спасла мне жизнь, но и сохранила все кости на месте. Первым делом нащупал чьё-то тело и услышал глухой мат. Так, значит, Приблуда жив. Что насчёт остальных?

— Все живы? — раздался голос Трева, а затем послышался щелчок ремня.

— Вроде жива, — прохрипела Азалия, давясь поднявшейся пылью. — Мышь тоже жив.

— Смертни-и-и-к.

— Со мной всё в порядке, вроде бы.

Я медленно встал, ощущая, как тягучая боль в левом плече вернулась, видимо, опять выпадение плечевого сустава. Ничего, починим. Сейчас главное — понять, где мы оказались. Заметил, что остальные также пытались встать, поэтому, чтобы не занимать место в смятой консервной банке, в которую превратился наш верный транспорт, выполз наружу и выдохнул.

Да как мы вообще в живых остались? Если бы не знал, как выглядела вагонетка изначально, никогда бы не догадался, что мы ехали именно на ней. Колёса разбросаны по сторонам, от ходовой части остались лишь воспоминания, а сам кузов — ну как сказать… Кузова почти не осталось. Он оказался смят в небольшой железный комочек, и, пожалуй, именно поэтому мы всё ещё живы, а не разлетелись по сторонам живописными фрагментами.

Где-то вдалеке были слышны голоса, вроде даже человеческие, но не это привлекло моё внимание. Когда чувства, сходящие с ума от бешеного потока адреналина, наконец, пришли в себя, я ощутил, как ко мне были прикованы сразу десятки, а может, и больше любопытных глаз. Выпустил клинок, резко развернулся и приготовился к бою, а затем не поверил увиденному.

Ежи! Десятки ежей, лишь на первый взгляд напоминающие своих собратьев по несчастью с ВР-3. Они держали в руках незамысловатые кирки и смотрели на меня человеческими глазами. Никаких ониксовых масок, никаких имплантов. Они выглядели как скрюченные карлики, по-прежнему державшиеся на металлической основе.

На всякий случай, я отошёл на пару шагов назад и нахмурился. Вроде не атакуют, но и работать перестали. Заметил, что они сгорбились над какой-то бордовой рудой, по которой проходили голубоватые жилы. Они её добывали? Это ВР-2?

За спиной раздались привычные проклятья, и Приблуда, отряхивая себя от крови и пыли, выполз наружу и заковылял ко мне. За ним вывалился Мышь, аккуратно вытащивший за собой Трева и Азалию. Они медленно подошли и молча посмотрели на ежей, как вдруг из-за поворота шахты вышел человек с шипастой плетью в руках и, принявшись раздавать розги, прокричал:

— Ну чего встали, суки безродные? Работать, пока на железо не разобрал! — а затем посмотрел на нас, словно ничего не произошло и, сплюнув под ноги, прошипел: — А ты ещё кто такой?

***

— Осмотр закончен. Протокол очищения выполнен.

Боец, облачённый в тактическую чёрную форму спецназа Города-Кокона, доложил о завершении, отдал честь и направился в сторону воздушного транспорта.

Высокий и атлетически сложенный азиат с острыми чертами лица снял очки и сверкнул красными искусственными глазами. В его взгляде не читалось ничего, кроме холодного расчёта и тренированной выдержки, однако, если присмотреться, то можно было заметить, как слегка дёргалась его правая бровь, выдавая лёгкое раздражение.

Он переступил через труп Толстого, медленно осмотрел залитый кровью КиберСанктуум и холодно проговорил:

— Что насчёт остальных?

— Принтер под полным контролем и возвращён к штатному режиму, — доложила его личная помощница с голографическим планшетом в руках. Мы ведём подсчёты, но по приблизительным данным можно сделать вывод, что проект вернуть в штатный режим через десять дней. Нужно провести чистку, избавиться от тел. Система дала указ…

Он молча поднял раскрытую ладонь, и девушка, потупив взгляд, тут же замолчала. Длинный кожаный плащ, который азиат всегда носил, застегнув на последнюю пуговицу, прекрасно подчёркивал его идеальную фигуру и широкие плечи, но помощница прекрасно понимала, что сила начальника кроется не в его теле.

— Наша работа здесь выполнена, — проговорил он всё тем же холодным голосом и, развернувшись, увидел озадаченное лицо девушки. — Говори.

— Протокол очищения выполнен, и система дала подтверждение, однако… Вы так и отпустите беглецов?

Мужчина едва заметно нахмурился.

— Что о них известно?

Девушка провела тонкими пальчиками по голографическому планшету и вывела изображение прямиком на искусственные глаза человека.

— Последний раз их засекли у погрузочной зоны, после чего оттуда исчез один из пустых вагонов. Логично предположить, что они отправились на ВР-2, но для этого им необходима карта.

— Ещё информация?

Она кивнула.

— Мы провели тщательный анализ туннелей и обнаружили несколько убитых охотников и куски транспорта. Тела беглецов не обнаружены, возможно, им удалось скрыться. Вероятность добраться до ВР-2 без карты — ничтожна. Приказы?

Он задумчиво посмотрел на поднимающийся в воздух транспорт и проводил его взглядом. Девушка, облачённая в классический чёрный костюм и юбку-карандаш, стояла посреди моря трупов и даже не моргнула. Она покорно ждала ответа своего начальника, даже когда приземлился его транспорт, а мужчина зашёл внутрь, устроился на мягком кресле и отпил из приготовленного хрустального стакана.

— Пошлите на ВР-2 нашего нового агента. Пускай разыщет беглецов.

Глава 4

//Внимание, идёт подключение к Внешнему рубежу – 2//

//Идёт обновление и установка базовых комплектов пользователей//

//Загружены правила пребывания и карта//

//Имена пользователей успешно внесены в реестр рубежа//

Получено ежедневное задание: Ознакомиться с ВР-2 и посетить КиберСанктуум для регистрации виртуального аватара. Награда: 35 кибы.

— Эй! Эй! Вы совсем охренели вот так залетать? А убирать кто будет?

Голос принадлежал коренастому пареньку в очках в толстой оправе. Для своих размеров он вёл себя довольно смело, и на это была причина. Наш вагончик превратился в груду мусора, лежавшую посреди нетронутых рельсов, и кто-то действительно должен за это ответить. Человек с плёткой, увидев приближение наёмника, недовольно фыркнул и вернулся к воспитанию ежей.

— Что будем делать? — спросил Трев.

— Ничего, скажем что местные, что-нибудь придумаю.

— Эй ты! — указав на меня пальцем, прокричал паренёк. — Да, ты, я с тобой разговариваю! Кто такие? Откуда приехали?

Я пожал плечами и ответил:

— Я Смертник, это моя ватага.

Человек оказался ниже Приблуды, однако даже смотря снизу вверх, он не выказывал ни толики страха.

— Поздравляю, Смертник, идиотское кстати имя, но я не это спрашивал. Вы откуда такие красивые нарисовались?

Успел позабыть, что носил обычную футболку и тренировочные штаны, добытые в комплексе принтера. Будто этого весьма нехарактерного наряда было мало, я и Приблуда всё ещё были вымазаны отвратительной тягучей субстанцией монстров. Проще говоря, покрытые кровью с головы до ног.

— А по нам не видно? Везли груз, по пути на нас напали эти твари. Ты сам кто такой?

— Груз? — задумчиво протянул человек. — Какой груз, откуда?

— А вот это тебя уже не касается. Слушай, ты думаешь, мы специально так раскрасились? Говорю, по пути напали, груз пришлось скинуть. Отвали, а!

С этими словами я развернулся и пошёл в сторону единственной двери, которая вела прочь из этого массивного ангара.

— Стой! — окликнул меня человек, и я задумался, интересно, а здесь действует запрет на членовредительство, или хаос ВР-3 добрался и сюда?

Медленно развернулся и, не говоря ни слова, посмотрел в глаза пареньку.

— С хламом-то твоим что делать будешь? Мне пути освободить надо.

Я вновь пожал плечами и безразлично бросил:

— Хочешь, можешь себе забрать, мне ни к чему.

За толстым стеклом очков паренька блеснула заметная искра. Он посмотрел на остов вагончика и, жадно потерев руки, пошёл к нему для оценки.

— Да, точно! — крикнул он вслед. — Регистрацию пройти не забудьте, иначе не пустят.

— Куда не пустят? — поинтересовался Приблуда.

— Как куда? На ВР-2, конечно же. Всё, идите, у меня нет времени.

Мы прошли сквозь двери и попали в довольно узкий коридор, где уже стояла небольшая очередь. По обеим сторонам торчали металлические поручни, на стенах были надписи со стрелками и обозначением регистратуры ВР-2. Спереди небольшая будка с толстым стеклом, где сидел тучный человек и с кем-то о чём-то спорил.

— ВР-2, — прошептал за спиной Приблуда. — Мы добрались, слышишь?!

— Все разговоры потом. Сначала выйдем отсюда, а там будем разбираться на месте. Трев, Азалия, как ноги? Идти можете?

Трев кивнул, а уставшая девушка только смогла посмотреть на меня еле живым взглядом. Мышь едва помещался в узком проходе, то и дело гремя своими иглами. Так, от них надо действительно избавляться.

— Ну кого здесь отдрючить надо, чтобы эта сраная очередь, наконец, начала двигаться? — вдруг раздался недовольный вопль наёмника.

А вот это хорошая мысль!

Хлопнул по плечу стоявшего впереди человека и, не дождавшись пока, он ответит, бесцеремонно толкнул его и двинулся дальше. Приблуда широко улыбнулся и двинулся следом, тяня за собой остальную ватагу. Я, словно ледокол, прорубался сквозь толстый лёд человеческой очереди, пока не наткнулся на того самого нетерпеливого наёмника.

— Куда прёшь? Чё, самый хитрый? Тут у всех дела есть.

Хм, если нравы ВР-2 не особо отличаются от третьего, то должно сработать. Натянул маску злобного наёмника и будучи покрытый с головы до ног кровью монстров, заявил:

— Пошёл прочь, пока я тебя личному ежу не скормил!

— Смертн-и-и-к, — подтвердил мою угрозу Мышь, вытянув длинный язык из зубастой пасти.

Наёмник опешил. Неужели я задел его ранимые чувства? А где обратные угрозы? Где плевки под ноги и всё прочее? Человек сначала посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на усталую ватагу и, недовольно фыркнув, всё же уступил очередь.

— Ой, да ладно тебе! Ну ты же меня знаешь! Это же я, Седьмая!

А вот такого я никак не ожидал. У стойки регистрации с толстым работником спорила невысокая и довольно милая девушка. В отличие от наёмников, она каким-то образом сумела сохранить презентабельный внешний вид. Мешковатые фиолетовые штаны с белыми вкраплениями линий, жёлтые кроссовки и лёгкая спортивная куртка с коротким рукавом поверх светлого топика. На руках множество татуировок, голову венчали убранные в два хвоста каштановые волосы с розовыми кончиками, поверх которых она носила красные наушники.

После серости и однообразия ВР-3, от её внешнего вида рябило в глазах. Помимо этого, она вела себя довольно энергично, несмотря на нарастающие возгласы ожидающих в очереди. А когда они становились невыносимы, то девушка одаривала местных неприличными жестами, продолжая спор.

— А я тебе уже много раз говорил, новоприбывшие должны платить за вход. Это клановый закон, ты знаешь, что не я их устанавливаю.

— Вот ты и попался! — радостно воскликнула она. — Я не новоприбывшая! Меня вместе с семьёй распечатали на ВР-2.

— Новоприбывшие означа… — мужчина поморщился и устало потёр переносицу. — Плати за вход, как и все остальные, или вали обратно на фронтир. Следующий!

Девушка заозиралась, нахмурив брови, и когда её взгляд пал на меня, она прошлась по мне оценивающим взглядом и, кивнув, обратилась ко мне:

— Ты, судя по виду только с фронтира. Тоже на ВР хочешь? — она подошла и, несмотря на мой внешний вид, встала на носочки и на ухо прошептала: — Слушай, одолжи тридцатку, а? Я как-нибудь верну, найду способ.

— Одолжи? — ухмыльнулся я выбранным словам, так как каждой крысе известно, что на ВР никто и никому не одалживает. Вперёд об услуге договориться можно, но одолжить? Нет.

— Если ты ему полировать собралась, так либо приступай уже, либо пошли оба прочь.

Девушка прикусила нижнюю губу и, выглянув из-за моей спины, одарила грубияна сразу двумя неприличными жестами.

— Тридцать кибы за вход? — спросил, не обращая внимания на ремарки.

— Вообще, полтинник, — ответила та. — Но у меня двадцатка уже есть. Слушай, полировать я тебе ничего не собираюсь, не шлюха, так уж воспитали, но вот советом помогу. Вижу, что на фронтире долго были, вижу, что не местные. Давай обмен, а? С тебя тридцатка, а я расскажу кто, куда и зачем.

Я планировал всё самостоятельно изучить, но глупо отказываться от ходячего информационного бюро. Заглянул в инвентарь и посчитал. Двести кибы на четверых, плюс тридцать ей. За Мышь вряд ли возьмут плату, так как ежи проходили по статье «утварь». Итого выходит двести тридцать. Останется ещё около трёх сотен на отдых и еду.

— По рукам.

Девушка мило улыбнулась, обнажая белоснежные зубы. Вообще, стоит сказать, что сейчас, несмотря на свой подростковый наряд, выглядела она куда более презентабельно, чем Азалия. Девушка схватила меня за руку и, приложив свой индекс к моему, заявила:

— Ну, переводи!

Я улыбнулся:

— Не так быстро, — а затем подошёл к регистратуре и сказал. — Четыре взрослых и один детский.

Тучный работник не сразу понял шутку, а затем вопросительно посмотрел на девушку и захохотал.

— Это ей детский, что ли? Седьмая далеко не ребёнок, но если хочешь за неё заплатить, дело твоё. Итого двести пятьдесят кибы.

— Двести пятьдесят? Ты за ежа двадцатку срубить хочешь? Он моя собственность, может, ещё штаны с ботинками запишешь как посетителей?

— Двадцатка не за ежа, наёмник, а за твою борзоту в очереди. У нас так дела на ВР-2 не делают.

Седьмая толкнула меня плечом и быстро закивала, подтверждая слова толстяка.

— Ладно. Пускай будет двести пятьдесят.

Приложил индекс, заплатил, и с железным скрипом открылись двери лифта. Седьмая, как она сама себя называла, с интересом посматривала на Мышь, особенно на его ониксовую маску с личным номером 7-11.

— А вы с какого поселения? — спросила она, когда лифт тронулся с места, и мы начали движение.

— С такого, которого больше нет, — ответил полуправдой и, кажется, она поняла, о чём я.

— Опять охотники? Получается, уже третье за месяц. Хотя не могу винить тех, кто вынужден покинуть ВР.

— Добровольно? — решил начать сбор информации на месте.

— А что такое добровольно? — хмыкнула Седьмая. — Как клан решит, так и будет, вот тебе и всё “добровольно”. Это всё, что осталось от твоего поселения? Твоя ватага?

— Моя. Насчёт остальных не знаю, но думаю, они вернулись обратно в принтер.

Седьмая, нахмурившись, покачала головой, а затем улыбнулась, стянула наушники на шею и проговорила:

— Ну да ладно, не будем о грустном. Какие у твоей ватаги планы?

— В первую очередь отмыться, сменить одежду, поесть и поспать.

Она задумчиво постучала указательным пальцем по подбородку.

— Это вам на улицу Чиф надо. Там можно найти всё что угодно, тем более, насколько понимаю, проблем с кибой у вас нет.

— Улица? — поинтересовался Трев. — У вас тут улицы есть?

— А как же! — ответила Седьмая. — Практически цивилизация. Если бы не кланы, давно бы скатились в мрачные века.

— Кланы, — спросил я, замечая, что лифт добирался до своей точки назначения. — Ты постоянно говоришь о кланах, кто они?

— Они и есть ВР-2, мой обеспеченный и дурно пахнущий друг с фронтира. Три торговых клана, три торговых семьи, если так понятнее. Они всё держат, начиная от добычи ресурсов и еженедельных рейдов, заканчивая ценами и количеством капель воды в твоей бутылке. Проще говоря — на ВР и шагу нельзя ступить без их влияния.

Звучит как настоящая цивилизация, явно ничем не похожая на мёртвый третий рубеж. Может, здесь найдутся люди, у которых на уме не только постоянные сношения и пьяные драки? С такими проще договариваться.

Как только лифт добрался до последней остановки, и перед глазами появилась привычная серость поверхности, мне показалось, что я услышал нечто знакомое. А именно звуки ревущих моторов. Двери открылись, и рядом со мной с мокрым чавканьем приземлилась чья-то оторванная рука. Кажется, я поспешил с выводами…

На широкой площади, вокруг которой собралось множество людей, ревел двигатель мотоцикла. Наездник, вырисовывая восьмёрки, самодовольно хохотал, а к транспорту длинной верёвкой был привязан человек. Его крутило, бросало, как тряпичную куклу, с каждым ударом оставляя на земле кровавый отпечаток.

Он уже успел лишиться обеих рук и от боли потерять сознание, но байкер продолжал выжимать ручку газа. Заметил, что среди наблюдающих были простые люди. Не беспризорники ВР-3, а что ни на есть самые обычные прохожие. Кто-то из них держал корзинку с грязным бельём, другие несли пожитки в туристических рюкзаках. Мужчины, женщины, без каких-либо нашивок и отличительных символов.

Байкер, в свою очередь, принадлежал к какой-то организации, чей логотип выглядел как раскрывшийся цветок лотоса. Шоу, которое он устраивал для зевак, не приносило никакого удовольствия, более того, жители смотрели с полнейшим безразличием, а когда привязанный бедолага умер, а байкер отвязал верёвку и поехал дальше, все отправились по своим делам.

— Он так и будет лежать? — спросил Приблуда, явно намекая на то, что обычно даже таких уносили на станцию по вытопке жира.

— Кто-нибудь утащит, — безразлично ответила Седьмая. — А что? Он тебе нужен?

Парень поморщился, но отвечать не стал.

У меня возникла сразу тысяча вопросов. Как обстоят правила на втором рубеже? Кого можно калечить? Кого можно убивать? Можно ли вообще? Какие штрафы? Что насчёт еды? Всё это крутилось в моей голове бешеным вихрем, но большинство этих вопросов пока останется без ответов. Нельзя, чтобы она подумала о нас, как о перебежчиках с другого рубежа. По крайней мере, пока не выясню, что это вообще может значить.

К слову, о самом ВР-2. Выглядел он намного презентабельное, чем свой младший собрат. Если прошлому месту больше подходило название — свалка-поселение, то это могло претендовать на небольшой городок.

Некоторые дома достигали высоты в целых пять этажей, и речь идёт не о зданиях из сбитых листов металла, а о настоящих бетонных комплексах. Их, скорее всего, тоже построила система, хоть и Седьмая упоминала о какой-то добыче, а раз есть и она, то может быть и производство.

Людей на улицах было в несколько раз больше, причём в основном обычные гражданские. С виду невооружённые, они занимались в основном тем, что обслуживали уже существующие постройки. Кто-то отирал стены, мёл полы, наводил красоту, а кто-то обустраивал лавки и налаживал торговлю.

После ВР-3 я глазам не мог поверить, однако не стоит так удивляться. Та небольшая часть жестокости, которую я видел, скорее всего, тестовый пробник чего-то большего. Торговые кланы, добыча ресурсов, еженедельные рейды. Чёрт, нутро подсказывало, что всё намного сложнее, особенно когда речь касается денег.

— Смертник, — раздался голос Азалии. — Давай остановимся на пару минут.

Точно. В своих размышлениях совсем успел позабыть, что остальным требовалась помощь. Несколько дней скудного пайка и последствия погони явно сказывались на их состоянии. Ну что же, значит, будем действовать по пунктам.

— О! Булочки! — радостно воскликнула Седьмая и, протянув ладонь, широко улыбнулась.

Она точно не ребёнок? Вроде бы нет, внешне лет двадцать, может, двадцать пять, не больше. Протянул ладонь и перевёл на её счёт ещё десять кибы, а когда она убежала, произнёс:

— Значит так, поступим следующим образом. Приблуда, хватай всех, и дуйте в местных Санктуум. Найдёшь по карте, там вручишь Азалию местному оператору, а сами затаритесь провиантом на очки КС. Кибу пока не тратьте, надо разобраться в местных ценах.

— Ещё бы жильё отыскать, отдохнуть пару часиков.

— Это да, — устало протянул Трев. — Я бы часов на десять выключился.

— Отставить! Перед тем, как спать ложиться, надо привести себя в порядок и обзавестись нормальными шмотками. Поэтому после Санктуума произвести тактическую разведку на предмет душевых и простенькой одежды и только потом найти где поспать.

— А ты чем займёшься? — поинтересовался Трев. — С Мышью, кстати, как быть?

— Мышь пойдёт со мной. Так сподручнее будет, а то вы и так выглядите как зомби, а если с ежом, так местные вам и стакан воды не продадут. Я самостоятельно приведу себя в порядок и разузнаю как можно больше информации. Если не появится очередной Дьякон и не устроит религиозный апокалипсис, думаю, мы здесь задержимся. Надо выяснить, как работает местная система, взять новые социальные уровни, расширить ватагу, записать на участие в рейды, разжиться ресурсами и…

— Воу-воу! — вмешался Приблуда. — Куда это тебя так понесло? Я вообще думал, что никуда с третьего не уйду, и мы вообще ещё ни разу не обсуждали планы ватаги, всё получилось как-то слишком быстро, слишком сумбурно.

— Не знаю, какие у вас планы, — ответил, краем глаза посматривая, как Седьмая покупала свежие булочки. — Но я в конечном счёте планирую дойти до Города и выяснить, что здесь происходит. Однако никто меня туда вот так не пустит, тем более без знания пути. Поэтому надо наращивать влияние, заводить новые знакомства, зарабатывать ресурсы на подкуп и главное — качаться, качаться и ещё раз качаться. Новые уровни — это означает высокие характеристики, расширение ватаги и новое железо. Если ты, Приблуда, решил, что здесь всё будет иначе, спешу тебя разочаровать. Мне и двух секунд хватило, чтобы понять, что ВР-2 — это такая же полная жестокости помойная яма, только змей здесь больше, и клыки у них крупнее.

— Так, стоп, чего это ты из меня крайнего делаешь? Я не говорил, что собираюсь фигней заниматься, просто, чёрт, Смертник, я просто хотел в ватагу, чтобы было веселей в Санктууме качаться. Ну и сиську-другую помацать с бутылкой пива в руке, а ты строишь планы по завоеванию целого Рубежа! Не круто ли?

— А мне нравится, — согласно кивнул Трев. — Я вообще несколько месяцев пролежал в гробу, так что для меня любое движение — это кайф.

Устало потёр переносицу и выдохнул:

— Насильно я никого не держу, так же, как и не звал в ватагу. Если для кого-то из вас это слишком круто, я пойму, честно — никаких обид, раненых чувств и так далее. Я просто озвучиваю свои планы. Можно хоть сейчас поделить банк ватаги и разбежаться.

— Я никуда не хочу, — примирительно поднял руки Трев. — Меня всё устраивает. Ну на данный момент не всё, съесть бы чего-нибудь, поспать, отмыться и привести себя в порядок, а так всё устраивает.

Приблуда недовольно фыркнул и посмотрел в сторону Города. Даже несмотря на то, что мы ехали несколько дней и оставили позади одной системе известно сколько километров, оставив ВР-3 позади, с виду он всё ещё казался таким далёким и недостижимым, словно божественный Олимп, взобраться на который ему не светит.

— Добраться до Города, говоришь? Чёрт, а ведь когда-то и я об этом мечтал, но ты ведь понимаешь, что нас хоть завтра могу прирезать?

— Поэтому никого и не держу, — ответил честно. — И никаких обид, но решать надо сейчас — либо я двигаюсь один, либо вместе.

Приблуда ещё некоторое время молчал, задумчиво осматривая местные здания, а затем выдохнул и заявил:

— Да кого я обманываю? Если бы не ты, лежал бы сейчас мордой в земле. Я с тобой, Смертник, по край мере потому, что обязан тебе жизнью.

— Ну вот на этом и порешали, — заметил, что Седьмая возвращается с двумя горячими булочками в руках и шёпотом произнёс: — Задача всем понятна? Ну тогда если да, то вперёд, Азалия едва на ногах стоит и, кажется, нас даже не слушает. Бегом в Санктуум, найти оператора, пускай поможет. Если сильно прижмёт, доставайте кибу из банка ватаги и тратьте, но только с умом.

— Предлагаю встретиться здесь, — произнёс Трев, а затем перед глазами появилась виртуальная карта города с отметкой.

— Согласен, место хорошее и легкодоступное со всех сторон. Ну всё, до встречи.

Все разошлись, а Мышь, наклонив голову, смотрел на меня, протягивая когтистую лапу. Что, жрать хочешь, паскуда? Что же с тобой случилось? Кому ты так дорогу перешёл, что тебя система в ежи списала? А может, и не система? Вот покопаться бы в твоей голове, только сейчас там одна каша.

Принял свежую булочку от Седьмой, отломил половину и положил в ладонь Мыши. Тот спешно закинул её в рот и принялся звучно чавкать. Присмотрелся поближе, и мне показалось, будто его язык стал ещё длиннее. Мышь вновь наклонил голову, и я демонстративно съел оставшийся кусочек. Хрен тебе, сам есть хочу.

— Он тебе что, другом был? — поинтересовалась Седьмая. — Обычно ежей помоями кормят или вообще на голодном пайке держат, пока не сдохнут. У них там вроде какая-то внутренняя система питания установлена, как у этих, знаешь, верблюдов, у которых горб такой на спине.

— Верблюдов? Ты их вообще когда-нибудь видела?

— А то! — спешно закивала она. — Как и все, только во снах. Заложенные в принтере фрагменты памяти, чтобы не учиться с нуля.

Она радостно откусила кусочек булочки, и я задумался. Как такая, как она смогла выжить среди местных? На ВР-3 её за молодость и красивое личико уже бы изнасиловали раз десять, а может, и больше в обход правил системы. А здесь она вела себя как дома, позволяя сохранить детскую непосредственность.

— Когда мы встретились у регистратуры, ты что-то говорила о том, что тебя распечатали вместе с семьёй — это правда?

— Ну да, — ответила, откусывая ещё один кусочек. — Ты же тоже с… ах да, точно, ты же с фронтира.

— Угу, оттуда, — кивнул в сторону самодельной лавки и добавил: — Пойдём, ещё по одной возьмём, а то есть хочется, сил нет, как раз мне всё расскажешь, и, пожалуй, в первую очередь начнём с местных правил.

Глава 5

— Значит, вот как здесь всё устроено.

Седьмая улыбнулась, сделала глоток фруктового напитка из разведённого клубничного порошка и наклонилась. В этот момент я заметил, что под волосами на затылке девушки находилась чёрная пластина, по виду больше напоминающую резиновую. А я всё думал, есть у неё импланты или нет.

Пускай ВР-2 и не был похож на своего младшего брата, на деле правила не сильно отличались. Единственная разница заключалась в исполнителях. На какую бы тему ни начинали разговор, всегда всё сводилось к таинственным торговым кланам. Правда, слово “таинственный” не совсем подходит, думаю, лучше сказать “загадочным”.

Они каким-то образом умудрялись сочетать политику открытых дверей с абсолютно теневыми сделками, о которых знали лишь немногие. К примеру, любой собаке на ВР-2 было известно, что каждый сантиметр земли принадлежал одному из кланов, включая добычу ресурсов и производство. Однако стоило лишь шагнуть за эту черту и сунуть свой любопытный нос глубже, открывались такие подробности, о которых лучше не знать.

Седьмая откинулась на дешёвом пластиковом стуле и, заметив мой задумчивый взгляд, спросила:

— Всё хорошо? Ты выглядишь как-то странно, будто впервые об этом услышал.

Перевёл всё в шутку и ответил:

— Думаю, это усталость. После очистительной камеры и обеда, видимо, начинает клонить в сон.

Девушка прожевала кусок булочки и, высосав немного пасты из тюбика, предложила:

— Ну, пошли ляжем, здесь недалеко есть неплохая капсульная, если накинуть кибы, можно на часик добавить кислорода. Вещь! Помогает сократить срок восстановления.

Я улыбнулся и, несмотря на заманчивое предложение, произнёс:

— Успеем ещё, работать надо. У меня ежедневка висит. Надо в Санктуум наведаться, как раз проверить, как дела у Азалии.

— У твоей девушки? Выглядела она не очень.

— Она не… так, Седьмая, не будем отходить от темы. У меня пока не особо складывается общая картина. Ты говоришь, что за всем следят кланы, даже похлеще системы, а что с насилием? Не скажу, что летающие оторванные конечности и привязанные к мотоциклу люди — это эталон права.

Седьмая рассмеялась, причём на мгновение заметил, как в уголках её глаз сверкнула редкая искра.

— С насилием-то всё в порядке, фронтирщик, кланы — ставленники системы, земные чтецы её воли, они контролируют всё, в том числе и насилие. Не дай себя обмануть внешнему виду и слову «торговля». Люди ежедневно убивают друг друга на завтрак, обед и ужин. Правда, часы зависят от кланов. Раз в несколько дней они выкатывают так называемый «Час Насилия». Название идиотское, как минимум по той причине, что они могут продлиться от десяти минут до двух часов. Никогда не предугадаешь, когда они начнутся и когда закончатся. Если хочешь кого-нибудь убить, можешь заранее записаться через интерфейс и поучаствовать в массовой резне. Только не забывай, если твоё имя окажется в общем списке, то тебя волен убить любой, кто в нём находится.

— Хм, контролируемое насилие, теперь понимаю, что ты имела в виду. Вместо того, чтобы подчищать за уже совершенным убийством, почему бы не регулировать? Жестоко, но практично и, главное, в духе системы.

— Угу, — согласно кивнула она. — Никто не заставляет записываться, большинство так и делает. Живёт себе, выполняет ежедневки, торгует, плюёт в потолок или батрачит на шахтах. Только вот рано или поздно тебя кто-нибудь так достанет, что задумаешься, а не попытать ли счастье в счастливые часы? Ещё, конечно, в рейдах можно наткнуться на особенно озлобленных наёмников или сам можешь таким стать. Во время них валить можно вообще кого угодно и как угодно. Кланы сделали из них шоу, на которое сходится посмотреть весь ВР. Бывают даже турниры, и если выиграешь и станешь чемпионом, твоя ватага сможет высоко подняться и привлечь внимание кланов. Но в целом всё зависит от тебя.

Устало потёр переносицу, стараясь впитать как можно больше информации и ничего не пропустить, а затем выдохнул:

— Ладно, с кланами более или менее всё понятно. Я отдельно потом изучу, кто чем занимается, ты лучше скажи, какие здесь самые популярные способы заработка.

— Помимо ежедневок? — сделав ещё один глоток напитка, переспросила та. — Говорю же, рейды. За стенами есть жирная поляна, там постоянно водятся нанитовые черви, кланы собирают ватаги по личному выбору и ходят за ними охотится. Двадцать пять процентов всегда идёт в банк клана в качестве налога, а остальное можешь оставить себе. Можно спуститься вниз и пофармить охотников на фронтире. За каждого убитого вроде неплохо платят, но я не в курсе нынешних цен. Есть ещё шахты, но там плотно засели клановские, никого не пускают, да и смысла туда лезть нет, если только не хочешь весь день с киркой стоять. Кстати, вместо того, чтобы меня допрашивать, всю эту информацию можно совершенно бесплатно получить у любого глашатая. Они каждый день выходят на площадь, и у них, кстати, и можно записаться, если через интерфейс скучно.

— У меня для этого есть ты, — Ехидно подшутил я, а затем добавил. — Ладно, теперь рассказывай про семьи.

Седьмая устало выдохнула.

— Ты меня весь день будешь допрашивать? Отпусти уже, а? Булочки, конечно, вкусные, но я уже порядком наелась.

— Не-а, уговор есть уговор, поэтому рассказывай.

Девушка разочарованно выдохнула и начала:

— Ну семьи, да, семьи. Печатают не по одному, как кажется, а полноценными ячейками общества. Только вот дети сразу взрослые, лет по восемнадцать-двадцать.

— Хм, интересно, зачем?

— А мне откуда знать?! — она пожала плечами. — Вот так система решила, а Принтер что? Принтер подчинился и начать штамповать.

— Значит, получается, у тебя есть родители? Может, ещё и братья с сёстрами?

Лицо девушки внезапно изменилось, и показалось, что она сейчас выплеснет свой порошковый напиток мне в лицо. Ясно, поставим галочку, что тема семьи для неё больная, а вообще интересно. На ВР-3 печатали сразу взрослыми, поодиночке и максимальной стервозности. Принтер и там штамповал как бешеный, выпуская слепых людей, которых превращали в рабов.

Здесь, с другой стороны, штамповали сразу семьями. Мама, папа, дочка или сын. И что? Они потом действительно жили вместе или просто отыгрывали роль? Если, в теории, в человека можно подселить ложные воспоминания, то существует ли способ искусственно создать привязанность. Может, даже любовь?

— Если ты собираешься здесь обосноваться со своей ватагой, Смертник, то советую в первую очередь пойти и записаться на рейд. Если места не окажется или посчитают вас слишком слабыми, всегда можно попробовать поискать халтурку у доски объявлений. В целом, не отсвечивай, ходи в Санктуум, качайся и живи себе спокойно. Пока не попал в поле зрения кланов — считай, всё идёт своим чередом. А теперь, — она допила напиток, поставила пустой пластиковый стакан и, выдохнув, добавила. — Мне пора. Спасибо за еду, питьё, за кибу и за компанию, но пора откланяться. Береги себя, Смертник, смотри не сдохни.

— И тебе того же, Седьмая. Кстати, почему Седьмая?

Девушка улыбнулась и подмигнула:

— Вы исчерпали лимит вопросов, для дополнительной информации пополните счёт.

— Смертник! Смертник! — раздался знакомый голос, и, повернувшись, я увидел бегущего навстречу Приблуду. — Наконец-то я тебя нашёл! Там Трев! Он… он…

— Успокойся и расскажи, в чём дело.

— Трев… Мне кажется, он слишком сильно вдохновился твоими словами, и у него буквально сорвало крышу. Мы отвели Азалию, выполнили ежедневку, а он всю дорогу говорил о безграничном море возможностей и… слушай, дай попить, сил нет, — он выхватил мой напиток и, осушив до дна, продолжил. — Гадость! Так вот, всё говорил о возможностях и о том, как мы здесь создадим свою ватагу и откусим свой угол.

— Ну, вообще-то, он прав, — улыбнулся я. — Пока что план именно в этом, так что случилось?

— Он услышал, что разыгрывается какой-то блок. Да, блок, вроде так его назвали. Кусок земли, в общем, и не раздумывая, не спрашивая, что надо делать, взял и записал всю ватагу.

Улыбка сползла с моего лица.

— Вот это он зря, не спросив. Я так понимаю, теперь ты знаешь об условиях.

Приблуда кивнул:

— Клетка.

— У-у-у-у, — медленно протянула Седьмая. — Вот это вы, товарищи, конечно, попали. Блок — приз довольно неплохой, но, кажется, я знаю, где он находится и что за него захотят.

Я обернулся.

— Поможешь?

Девушка подпрыгнула на месте, надела наушники и, покачав головой, ответила:

— Не-не, туда я точно не полезу. Так что выбирайтесь сами, и добро пожаловать на ВР-2, фронтирщики.

С этими словами она, вальяжно виляя бёдрами, отправилась прочь, оставив меня наедине с Приблудой.

— Смертник, надо что-то делать. Трев в таком состоянии и мокрую туалетную бумагу не одолеет. Я слышал, что его всё равно кинут, а Мышь заберут за несдержанное слово.

— Сука, а как всё хорошо начиналось... Ладно, Приблуда, накачивайся пастой, она должна дать достаточно энергии для боя, и веди, будем разгребать за этим чёртовым риелтором.

***

Добрались до места мы ровно за пятнадцать минут, когда питательная паста рассосалась в желудке, и тело наполнилось энергией. На одной из площадей города собралось человек триста, не меньше. Они, организовав плотную стену вокруг центра, гневно размахивали и руками и требовали продолжения. Интересно, продолжения чего?

Пришлось протискиваться сквозь толпу и даже отвесить крепкий удар в челюсть парочке зевак, которые отказывались нас пропускать. Не время для манер. Ещё на подходе, даже сквозь хаотичный ор толпы, я расслышал, как некоторые требовали сгноить в рудниках какого-то ежа. Дело плохо.

Наконец пробился и увидел своего рода бойцовский ринг. Рыхлая земля пропитана кровью, местами можно заметить куски плоти и рваные лоскуты человеческой кожи. Запах немытых тел, алкоголя и гнилых зубов перебивал даже витающий в воздухе смрад смерти.

— Вы чего напали? По одному, гады, по одному!

Знакомый голос исходил откуда-то слева. Схватив выскочившего перед глазами человека, я развернул его к себе, саданул в челюсть и отбросил как рванную тряпку.

Трев затерялся в толпе и беспомощно отмахиваясь кулаками, летал из стороны в сторону, будто тряпичная кукла. Толпа швыряла, отвешивала оплеухи и не забывала ущипнуть или оставить синяки. Стая голодных гиен, мать их. Заметил, что за Тревом спрятался Мышь, размахивая длинными конечностями и гремя острыми иглами.

— А ну, суки, заткнулись все, пока не поубивал тварей! — прокричал я во весь голос и сам себе удивился, как хорошо у меня получилось.

Толпа обычных лавочников резко замерла и с интересом посмотрела на меня. Для пущего эффекта выгнал клинок и злобно оскалился.

— Смертник! — радостно воскликнул Трев, и, отпихиваясь от жадных рук, выбрался из толпы, утягивая за собой Мышь. — Да отпусти ты! Чего привязался? Мышь, не отставай.

— Смертн-и-и-и-к.

— Ты ещё кто такой? — прозвучал писклявый голосок из толпы.

— Ишь какой важный нарисовался, командовать тут начал. А чего это мы должны затыкаться? По какому праву?

— Да он, наверное, думает, что, мол, железкой обзавёлся, так сразу в господа записался. Может, ты ещё и клан какой представляешь, а?

— Да посмотрите на него, какой же он клановский? На лице написано, что фронтирщик. Ублюдок закордонный. Припёрся тут и начал командовать. Бей его мужики! Колоти этого пустослова!

Твою же мать, с цивилизацией я, кажется, поспешил. Если тупоголовые техноварвары на ВР-3 напоминали собой обычных уголовников с определёнными изъянами, то сейчас передо мной стояли, сука, крестьяне! Мужичьё и бабьё с одним классом образования. И даже непонятно, кто из них лучше.

— Смертник, слушай, брат, — спешно затараторил Трев, будто подумал, что я его собрался убивать. — Я хотел как лучше, появилась возможность, и я её схватил. Но не учёл, что после записи участие начинается сразу.

— Что? Какое участие? Ты вообще о чём?

Не успел он ответить на мой вопрос, как толпа вновь заткнулась, и с дальнего конца ристалища вышел человек. Молодой, лет восемнадцать-двадцать, чистая одежда, высоко задранный подбородок, узкие скулы и синие, как морская волна, волосы до плеч. На фоне остального сброда он выделялся не только внешним видом, но и статусом.

При его появлении остальные втянули шеи в плечи, словно над ними навис невидимый груз. Рядом с человеком покорно шагали четыре ежа. Массивные, крепкие. Мускулистые руки оплетали толстые вены и широкие провода, уходящие под кожу. Вместо игл на спине плотные металлические пластины, напоминающие черепашьи панцири, а на груди вырезан знак раскрытого лотоса.

— Значит, об этом человеке ты говорил, пустослов?

Треву явно не понравилось это выражение, которым его обзывали уже во второй раз. Он, почувствовав уверенность, сжал кулаки и выступил вперёд. Я остановил его раскрытой ладонью, и посмотрев в голубые глаза соперника, многозначительно промолчал.

— Твой наёмник оказался обычным лжецом, а я уже подумал, что у вас, фронтирщиков, есть чувство гордости и некое подобие совести. В качестве возмещения за нанесённый урон моей репутации, он должен мне ежа.

Повисла тишина. Недовольные торгаши с прищуром ожидали моего ответа, а сам человек ядовито улыбнулся, видимо, ожидая, что сейчас я упаду на колени и начну молить его о прощении.

— Это всё?

По толпе прошлась волна шёпота, а парень прикусил губу и ответил:

— Нет, ещё ты, как лидер ватаги, при всех упадёшь на колени и извинишься за то, что не умеешь держать своих людей в узде. Необязательно в этом порядке, выбирай сам.

Бледная кожа, ни капли морщин. Чистые глаза, полные высокомерия и самолюбования. Нежные мягкие ручки, не знавшие ни дня тяжёлой работы и не чувствовавшие крови врага. Передо мной стоял обычный избалованный ребёнок, отпрыск местной знати. Убить его на глазах у всех — значит, подписать смертный приговор не только себе, но и всей ватаге. В следующий «Час» на мою голову повесят награду, и придётся воевать со всем ВР-2. Однако оставить всё так, упасть на колени и отдать Мышь? Пф, выродок явно не понимал, с кем говорит.

— Какой именно договор не выполнил Трев? — спросил я и вновь услышал, как по толпе прошлась волна шёпота.

— Твой наёмник записал всю ватагу на соревнование, фронтирщик. Клан «Рассветного Лотоса», с благословения великой госпожи, устраивает игрища! Любой, кто сможет одолеть боевых ежей клана и победить меня, получит блок со сроком пользования в один год. Естественно, с вычетом налогов.

Боевые ежи выглядели внушительно. Длинные мускулистые конечности заканчивались острыми железными когтями. Спины надёжно защищены, мощная грудь и крепкие бёдра позволят им наносить сокрушительные удары. Опасный противник.

Вместо того, чтобы продолжать оценку и тщательно подбирать слова, я задумался. Возможно ли превратить в такую же безумную машину убийства Мышь? В теории, он вообще не ёж. Ну точнее, наполовину. Процесс не был завершён до конца, и пускай внешне он напоминал бездумное существо, официально в глазах системы он им не являлся. Неужели где-то в глубине сидит человек со статусом раба?

— Ну и что не так? — спросил, выведя себя из небольшой задумчивости.

Молодой парень поморщился, звучно выдохнул, словно устал объяснять, и, махнув рукой, подозвал вестника. Сгорбившийся старик спешно подбежал на зов хозяина и, кивнув, продолжил.

— По правилам соревнования, после заявки на участие испытуемый сразу приступает к бою. У моего хозяина нет времени, чтобы ожидать, пока каждый приготовится. Участвующий Трев не смог выполнить это правило, и мой господин, в полном праве члена клана «Рассветного Лотоса», взыскал с него штраф.

— Смертник, — зашептал Трев. — Пока тебя не было, я узнал, что всё это подстава. Никто ещё блок не выигрывал. Этот больной ублюдок устраивает каждую неделю эти соревнования, и до битв всегда допускаются только хилые наёмники. Поэтому меня и записали, а я и не подумал. Извини, друг, но надо уходить.

Уходить и упустить такой шанс? Я вышел вперёд, снял с себя поношенную куртку, оставшись в одной футболке, и с улыбкой произнёс:

— Ну и чего ты разорался? Ещё и хохлишься как петух. Пришла моя ватага. Все в сборе. Ты будешь сиськи мять, или начнём уже убивать друг друга?

Толпа негодующе зашепталась, а самодовольная улыбка на лице голубоволосого ублюдка исчезла. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы и остановился на руках. Да, прекрасно понимаю. Руки человека могут рассказать даже больше, чем глаза, а мои руки сбиты и пропитаны кровью врагов.

Трев спешно заозирался, а Приблуда, закатав рукава коричневой рубахи, хлопнул в ладоши и активировал свой любимый имплант.

Я внимательно осмотрел ежей, прикидывая, с чем придётся иметь дело, и заметил, как клановый отпрыск сделал два шага назад. Он или его вестник рассчитывал, что ватага Трева состоит из таких же наёмников. Одного он не знал: что внешний вид человека легко объяснялся месячным заключением в механическом гробу, а мы, напротив, всегда были готовы к бою.

— Ах, сука, — прошипел Приблуда, хватаясь за правый бок.

Я краем глаза посмотрел на напарника, но для себя уже всё решил. Он старался не подавать виду, но шагнув вперёд, я увидел, как тот от боли заметно хромал на правую ногу. В смелости парня я не сомневался, но рана его только замедлит, а медлительность всегда равняется смерти.

— Если местные напрыгнут, хватай всех и двигай обратно к лифту.

— Чего? — непонимающе протянул Приблуда. — Ты совсем с ума сошёл? Я тебя одного против четырёх ежей не выпущу. Не, Смертник, сказал, что с тобой, значит, с тобой. Мы одна ватага.

— Одна, — согласно кивнул. — Поэтому одной и должны остаться. Трев ещё получит за свой косяк, но для этого надо выжить, — затем молча вышел в квадрат ристалища и заявил: — Я готов.

Толпа сначала замолчала, а потом разлилась массовым хохотом. В меня тыкали пальцами, придумывали различные прозвища и, видимо, уже готовились созерцать, как четыре ежа разорвут наглеца на части.

На лице ублюдка вновь появилась улыбка, и он, заметно осмелев, вышел вперёд и пафосно заявил:

— Раз мне было нанесено личное оскорбление, существует всего один способ его смыть. Смыть кровью, и я лично буду участвовать в сражении.

Тут толпа сошла с ума. Они принялись кричать, восхвалять ублюдка и рукоплескать, словно сама система сошла с небес и поцеловала каждого в темечко. Толпа жополизов и лизоблюдов. Недовольно сплюнув, я выпустил клинок и шагнул навстречу, как вдруг на поле выбежала Седьмая и, встав рядом, заявила:

— Не вся ватага. Я буду драться вместе с ним.

Краем глаза посмотрел на девушку и заметил, как в её взгляде горела откровенная ненависть и презрение. Последний раз такое видел, пожалуй, в предсмертные секунды Мышьяка. Это чистые и ничем не замутнённые эмоции. Никакого сожаления, никакой пощады — лишь первобытная животная ярость.

Синеволосый резко перестал улыбаться и, сделав несколько шагов назад, подозвал вестника и что-то прошептал ему на ухо.

— Ты не обязана, я тебе за это не заплачу.

Седьмая фыркнула и, сорвав с пояса короткий меч с округлой рукоятью, оплетённой хлопчатобумажной тесьмой, от лезвия которого исходил адский жар, произнесла:

— Я это делаю не для тебя. Ублюдок давно занимает высокую позицию в моём личном списке. Не путайся под ногами, Смертник, и помни, никакой пощады. Эти бои всегда идут насмерть. Так что добро пожаловать на ВР-2, фронтирщик.

Глава 6

Раскалённый добела клинок, изрыгающий языки пламени, распорол плоть ежа, словно она была сделана из мокрой бумаги. Седьмая пролетела мимо существа, оставив за собой кровавый след. По толпе прошлась волна удивления, но это было только начало. Следующим движением она запрыгнула на спину второму существу и в два коротких удара распорола тому горло.

Кто бы мог подумать, что милая, невысокая девушка с выкрашенными в розовый цвет кончиками волос окажется настолько кровожадной. Она продолжала бить даже тогда, когда густая кровь ежа, смешанная с синтетической жидкостью, брызнула ей в лицо. Седьмая ловко увернулась, спрыгивая ровно в тот момент, когда ёж попытался схватить её и сбросить на землю.

Атака получилась впечатляющей, но больше всех удивился синеволосый ублюдок. Он выбежал с ристалища с такой скоростью, словно знал, что следующий удар уже коснётся его. Не знаю, что было между ним и Седьмой и какую общую историю они делили, но подозреваю, что в этом замешана кровь.

Раненый ёж схватился за порванную глотку в попытке сдержать брызнувшую фонтаном жидкость и рванул вперёд. Для низшей ступени существования, призванной до скончания своих дней служить всем остальным, он двигался достаточно быстро. Пускай, не обладал достаточной скоростью, чтобы сравниться со мной или с Седьмой, но на голову обходил своих «рабочих» сородичей.

Я увернулся от широкого взмаха механической руки ежа, закрутил пируэт и атаковал сбоку. Тварь мотнула длинным раздвоенным языком, словно змея, и не глядя, блокировала мой удар родной мускулистой конечностью. Клинок прошёлся по касательной, срезая выпуклые вены и провода из плотного пластика. Монстр оказался быстрым, и пришлось отступить назад, дабы избежать острых когтей существа и сохранить голову на плечах.

Контратака ежа получилась молниеносной, окончательно подтверждаю мою теорию. Они не просто кибернетически улучшены и обучены сражаться. Эти ежи каким-то образом были прокачены в Санктууме, а значит, имели свой сохранившийся поведенческий матричный импринт.

Это вообще возможно?

С другой стороны, на ВР-3 ещё никто не пытался взять с собой личную тумбочку в зону прокачки, тем более платить за погружение. Мышь стоял возле Трева и стиснувшего зубы Приблуды и наблюдал за битвой сквозь толстый слой ониксовой маски. Он следил за каждым движением сородичей со второго рубежа, словно пытался выяснить, почему другие на такое способны — а он нет.

Хороший вопрос. Перевёл интерфейс в боевой режим, убрав прочь все ненужные сообщения и оставил активными лишь вкладку имплантов. Если в бою хоть с одним что-нибудь случится, уж лучше знать заранее, чем выяснить в последний момент.

Напавший ёж вновь показал феноменальную скорость, доступную лишь пользователям с повышенными характеристиками, и в этот раз атаковал в полную силу. Существо явно планировало убить меня одним ударом и пронзить хлипкое тело человека длинными железными когтями.

Я парировал выпад, отскочил и нанёс два быстрых удара в область селезёнки и шеи. Первый удался на сто процентов и, пронзив плоть твари, разорвал внутренний орган. Я физически ощутил, как лезвие покрылось не только кровью, но и содержимым атрофированных запчастей ежа. Второй удар однако вышел не столь успешным. Монстр успел втянуть шею, словно черепаха, и блокировал лезвие бугристым плечом.

На мгновение показалось, что клинок вот-вот не выдержит и переломится в точке давления о плотный металлический наплечник. Пока вроде цел, но я краем глаза всё же глянул на статус имплантов и крепко стиснул зубы. Этот звук мне очень сильно не понравился — напряженный звон перегруженного металла. И в отличие от виртуальности Санктуума, в реальности импланты имели свойство ломаться.

Ёж тыльной стороной лапы ударил наотмашь, попав прямиком в нагрудную пластину из нанитов. Мелкие создания вовремя соорудили защитную стену и спасли грудную клетку от незавидной участи. Меня отбросило на пару метров, а затем последовала следующая атака.

Другие ежи не остались в стороне и присоединились к сражению. Они поделились на две группы по два брата на противника и давили с двух сторон. Вот это слаженность! Такое ощущение, что безмозглыми тварями управляли со стороны, или на самом деле они не были уж и такими безмозглыми. Какой бы вариант ни оказался правдой, факт остаётся прежним: ежи не атаковали по очереди. Они били синхронно, одновременно с двух сторон, практически не оставляя времени и возможности для манёвра.

Теперь понятно, для чего устраивали эти «соревнования». Клановые упыри под видом розыгрыша ценного приза попросту тренировали подопечных или развлекались подобным образом, вырезая самых отчаянных наёмников. Естественно, те, кто действительно могли противостоять боевым ежам, либо были заняты другими делами, либо их не принимали в качестве участников.

Жестоко, несправедливо, но, с другой стороны, никто ведь насильно не заставлял. Вместо того, чтобы взять с десяток рабов и швырнуть их на мясо ежам, клановики создавали некую видимость свободы выбора. Конечно, хочешь — не участвуй, никто даже плохо слова не скажет. Но как можно пройти мимо, когда на кону стоит такой ценный приз? Тем более, после удачного сценария в Санктууме, когда адреналин всё ещё бьёт по мозгам.

Однако в этот раз в глазах синеволосого я видел отчётливый страх и удивление. Идеальная формула, выведенная для развлечения, внезапно не сходилась. Каждый раз, когда он пытался умножить дважды два, всегда получалась разная цифра. Причём абсолютно любая, кроме четырёх.

Я увернулся от размашистой атаки ежа и перекатился по мокрой от крови и кишок земле. Сессия очищения за пятнадцать единиц кибы прошла впустую. Я вновь искупался в чьих-то внутренностях и покрыл себя смрадом. Остаётся лишь надеяться, что это того стоит.

Первый ёж прыгнул, широко расставив металлические ноги, и планировал раздавить меня как жука. Перекатился в сторону, увернулся от взмаха лапы, и, нащупав что-то твёрдое, вскочил на ноги и ударил. В руке оказался потрескавшийся булыжник, который, встретившись с головой ежа, раскололся на множество кусочков. В лицо брызнула волна жидкости, оголяя содержимое черепа монстра.

Вывалившееся из глазницы глазное яблоко повисло на тоненькой ниточке мышц, готовой в любой момент порваться. Ёж резко развернулся, и оно мотнулось за ним, словно маятник, мокро шлёпая по окровавленному черепу. Вместо, того чтобы добить противника, я отпрыгнул влево, ощущая, как за спиной просвистела когтистая лапа другого существа.

Если бы поддался импульсу и убил ежа, то, скорее всего, через несколько секунд сам бы присоединился к нему в принтере. Надо быть осторожнее. Я управляю собственными пороками, а не являюсь их слепым пленником. Моя жажда крови, моя ярость и гнев — это всего лишь инструменты насилия, которые подчиняются моему выбору. Не более, чем клинок или топор.

Мантра помогла, и коротко выдохнув, я ощутил, как возвращается контроль над эмоциями. Мир стал ясен, как никогда, а передо мной окрасились алой окантовкой две цели. Это что-то новое! На мгновение показалось, будто я очутился в очередном сценарии Санктуума и готовился совершить удар гадюки, но нет. Мы всё ещё находились в реальности, и она пахла смертью.

Пока ёж пытался удержать вываливающиеся из черепа мозги, его напарник присел лягушкой, а затем стремительно прыгнул. Заметил, как за мгновение до атаки у нижней части тела ежа забегали цифры со знаком процента. Это ещё что за… оценка чего? Силы прыжка? Вероятность попадания?

С лёгкостью увернулся, пропустив противника, словно пролетающую пулю, и атаковал недобитого. С болтающимся глазом и протекающим черепом, он двигался уже не так быстро и больше старался сдержать содержимое головы воедино. Искусно изобразил ложный манёвр, пытаясь пройти к нему в ноги, а когда существо наклонилось, я скользнул вправо и вогнал клинок прямиком в незащищенное место.

Он пробил мозг, вышел с другой стороны, а я, вцепившись кончиками пальцев в склизкий орган, нащупал нечто твёрдое и дёрнул на себя.

//Внимание…идёт соединение с носителем//

Какое ещё со…а-а-а! Меня окатило волной безумия, словно кто-то насильно схватил за шкирку и погрузил в ледяную ванну. Я пытался выбраться, кричал, сопротивлялся, хватаясь пальцами за твёрдые края, разбивая их в кровь и срывая ногти. Пытался нащупать плоть противника, почувствовать его слабую точку и убить. Во мне одновременно кипела животная ярость и не менее сильный первобытный страх, но всё оказалось тщетным.

За мгновение я утонул, а затем наступила тьма. Из неё я уже вышел другим человеком. Послушным, верным и кибернетически изменённым. Я больше не хотел убивать, не хотел рвать зубами тела своих жертв, не хотел ощущать тепло женских бёдер и слышать их крики, когда, наслаждаясь процессом, насиловал и резал их плоть.

Я превратился в бездумного раба, созданного лишь для одного — служить господину.

Как только воспоминание заканчивалось, оно перематывалось обратно и начиналось снова. Вот я, гордый и самовлюбленный, ощущая всё ещё тёплую, бездыханную женщину, наслаждаюсь собственным величием. Затем меня хватают, раздевают догола, срывают заживо всё нажитое железо и погружают в ледяную ванну.

Бесконечный цикл мучений, записанный на имплантированном в голову устройстве. Оно будет до самой смерти проигрывать один и тот же сюжет. До самого конца, пока не найдётся тот, кто сможет меня одолеть. Не найдётся тот, у кого хватил сил. А до тех пор я буду убивать и ещё раз убивать по приказу моего господина. Человека, который сотворил со мной немыслимое.

Волна чужих воспоминаний моментально испарилась, возвращая меня в реальность. Нечто подобное я уже испытывал, когда Некр подключил меня к голове залётного, но сейчас всё иначе. После погружения я физически ощущал холод. Моё тело покрылось мурашками, а зубы стучали, словно я оказался голым на морозе. В груди противоборствовали наслаждение собственными поступками и бесконечная агония существования. Я больше не мог отделить свои чувства от чужих, пока наконец сквозь пелену белого шума не донёсся вопль ликования.

Пришёл в себя, сжимая в правой руке остатки мозга, среди которых находился увесистый серебряный имплант размером со спичечный коробок. На нём был выбит личный номер ежа и имя владельца: «Вицерон». Крепко сжал устройство и с мокрым чавканьем швырнул его на землю.

Убью, разорву голыми руками! Теперь, когда у меня появился второй ша…

Что я несу?!

Крепкий удар в челюсть вернул меня в реальность, заставив выбраться из пучины психоза. Я оказался на мокрой земле, а надо мной навис массивный ёж. Справа лежало мёртвое тело существа со всё ещё болтающимся глазным яблоком. Оно смотрело на меня так, словно внутри всё ещё теплилась жизнь и надежда.

Пошёл ты на хер, больной ублюдок!

Собрал себя по кусочкам, склеивая обратно мозаику собственного разума, и глубоко вдохнул. Я вернулся. Мои чувства, моё тело, мой разум! Перекатился набок, рубанул клинком по металлической конечности ежа, вновь услышав противный лязг, очень похожий на треск, и вскочил на ноги.

Ликование толпы оказалось настоящим. Ещё минуту назад они требовали моей смерти, как и смерти Трева, а теперь? После феерического старта Седьмой и моего откровенно жестокого убийства, полного крови и вываливающихся внутренностей, зеваки изменили своё мнение. Бегство Вицерона как побитого щенка явно не добавило ему очков, и толпа резко сменила фаворита.

К тому же на их глазах мы убивали ежей. Обычное мясо, не более живое, чем боксёрский манекен или груша. Вдобавок скольких они сами убили? Десятки? Больше? Может, даже среди этих зевак были и так называемые родственники, которых распечатали в одной партии? Кто знает, может, сейчас они орали в толпе в надежде, что их искусственные чувства, вызвавшие вполне реальное желание мести, будут наконец утолены.

Ёж не колебался. Подгоняемый невидимой плетью хозяина, он бросался в бой, не жалея собственной плоти. И если против двоих я сумел выстоять, то думаю, с одним мало-мальски, но всё же справлюсь. Не стал дожидаться, пока он атакует первым, и, рванув на встречу, широким взмахом рубанул остриём клинка по груди.

Плотные и крепкие мышечные волокна порвались как бумага, вырвав фонтан вполне человеческой крови. На ходу пригнулся, проскочил за спину монстра и коротко ударил под колено. Существо попыталось развернуться, но из-за порванных сухожилий не сумело устоять на ногах и рухнуло на землю.

Вновь убедился, что в бою главное хладнокровие, а не слепая ярость, и когда коготь ежа рассёк воздух, я отошёл в сторону и нанёс несколько быстрых порезов по мускулистой руке. Фонтаны крови хлестали из множества ран. Однако несмотря на это, он всё равно пытался встать, и у него даже получилось.

В этот раз лучше обойти мозг стороной и не касаться импланта, по крайней мере, до тех пор, пока не смогу контролировать эти вспышки погружения в чужие воспоминания. Хватит для одного дня истории с больным маньяком.

Отступив, краем глаза позволил себе взглянуть, как идут дела у Седьмой. Девушка скакала и прыгала, исполняя акробатические трюки и всё ещё держа в руке короткий меч, на лезвии которого противно шипела вражеская кровь. Жива. Ладно, пора заканчивать со своим и добить остальных.

Специально позволил ежу напасть первым, а когда тот в очередной раз не сумел удержать равновесие из-за раненой ноги, дал ему упасть. Запрыгнул на спину, вогнал клинок в шею, провернул по часовой стрелке и перебил позвонки.

Существо, оставшись полностью парализованным, всё ещё беспомощно смотрело на то, как я, оставив его истекать кровью, уходил прочь. С моего клинка капала кровь, к телу прилипли кусочки внутренних органов, а в волосах можно было найти осколки черепа. Не знаю, кем был этот ёж в прошлой жизни, и может, зря я так с ним поступил, оставив медленно истекать кровью. Однако жестокая реальность была в том, что мне абсолютно плевать. Я смирился с тем, что даже сменив рубеж, за мной всегда будет тянуться длинный след крови, а впереди будет ждать ещё целый океан.

Еж, так и не закрыв глаз, ещё некоторое время смотрел, а затем издал последний хрип и вернулся в принтер.

Седьмая осталась один на один со своим противником. Первый убитый враг лежал от неё в нескольких метрах, изрешеченный, словно из пулемёта, множеством мелких и неглубоких порезов, из которых медленными струйками всё ещё сочилась кровь. Его лицо замерло в предсмертном безразличии, не изменившись ни на йоту.

Девушка заметила, что я справился со своими быстрее, и, недовольно прикусив губу, атаковала. Ёж и без того держался на последнем издыхании, но она решила, что её убийство станет более театральным. Седьмая метнула короткий меч, который по рукоять вошёл в крепкую грудь ежа, а затем подбежала и замахнулась для удара ногой.

Всего на мгновение, на небольшую долю миллисекунды, на тыльной стороне стопы у неё сверкнуло синее пламя, словно из турбины реактивного самолёта. Седьмая, подпрыгнув, прокрутилась в воздухе на триста шестьдесят градусов, будто кто-то схватил её за ногу и хорошенько крутанул.

Короткий меч под гулкий лязг стали вспорхнул вверх, разрывая тело ежа надвое. Я не сразу понял, что произошло, а когда клинок упал на сырую землю, а Седьмая приземлилась рядом с вулканом крови, извергающимся из тела ежа, толпа ахнула.

Не каждый день такое увидишь. Миниатюрная девушка, с ног до головы вымазанная в крови, поправила упавшие на шею наушники и бросила злобный взгляд на Вицерона. Единственное место, не затронутое смертью, оказались белки её глаз и сияющие светом пурпурные зрачки.

— Твоя очередь! — она схватила оружие и, указав клинком, вызвала на бой синеволосого.

Парень, осознав, что теряет не только свою репутацию, но и ставит под удар репутацию клана, нервно ухмыльнулся и махнул рукой.

Из толпы выбежало полдюжины наёмников, заняв места поверженных ежей. Питательная паста пока ещё действовала и наделила меня частью энергии, но даже у неё имелся свой предел. Горячка битвы постепенно покидала моё тело, а мышцы, наливаясь кровью, превращались в свинцовые. Последние несколько дней я практически не спал, а с прошлой битвы отдохнул от силы два часа.

— Ссыкун! — разразилась Седьмая, указывая клинком на Вицерона. — Всегда им был и всегда останешься!

Толпа разразилась неодобрительным свистом. Кто-то кричал протяжное «Бу-у-у», кто-то показывал неприличные жесты, указывая на половые органы, сложив ладони в форме ромба. Все они были направлены на того, кто ещё совсем недавно ощущал себя господином. Теперь он, словно испуганной оленёнок, вертел головой по сторонам, не понимая, как до такого дошло, и пытался понять, что ему делать дальше.

Глашатай постарался успокоить толпу и как-то разрядить ситуацию, но оказалось слишком поздно. Наёмники разом атаковали, и резня пошла по кругу. Я схватил за плечо Седьмую, одёрнув её назад, и указал на бойцов. Девушка недовольно фыркнула, посмотрев на меня, согласно кивнула и перехватила короткий меч.

Я насчитал восемь бойцов, все наёмники, у всех на правом предплечьи ленточка с изображением торгового клана. Паскуда, будет тяжело. Мысленно зачерпнул ещё немножко энергии, попросив тело продержаться подольше, выдохнул, успокоил разум и прогнал тревогу. Не время и не место.

На меня одновременно с трёх сторон напало сразу пятеро. Если попытаюсь сосредоточиться хотя бы на одном — это верная смерть, тогда как поступить? В голове родился небольшой план, который больше походил на детскую игру, но в бою все средства хороши.

Вместо того, чтобы атаковать, обнаружил небольшую брешь в их хаотичном строю и, выждав подходящий момент, кувырком нырнул. За спиной остались все пятеро, и притворившись, что пытаюсь от них сбежать, я со всех ног рванул к Седьмой. Девушке повезло куда больше, и она старалась выстоять против троих, однако даже ей приходилось несладко.

Заметила моё приближение, и прежде чем наёмники сумели прочитать это в её взгляде, я на полном ходу вонзил клинок в спину врага, а затем переключился на другого. Кажется, Седьмая поняла, чего я пытался добиться. Девушка быстро расправилась с оставшимся противником, сначала мечом перебив тому ногу, а затем, после очередного синего пламени у ступни, снесла врагу голову, как поставленное на стол яблоко.

Даже несмотря на то, что их осталось шестеро, чаша весов битвы всё равно не в нашу сторону. В отличие от ежей, наёмники действовали аккуратно и старались не бросаться бездумно в бой, как их предшественники. К тому же у каждого можно было насчитать парочку имплантов, которые на голову превосходили те же самые ржавые мачете Кровников.

Осознание этого факта поселило широкую улыбку на лице Вицерона, улыбку, которую Седьмая хотела бы смыть. Он даже позволил себе несколько шагов в сторону ристалища под громогласные крики толпы о бесчестии и неравенстве. Они продолжали кричать, показывать неприличные жесты, и среди всего хаоса я смог расслышать несколько слов.

— Может, ещё весь клан подтянешь против двоих?

— Фу! Против девки зассал! А ещё отпрыском Лотосов себя называешь.

— Позор!

— Валите их! Убейте их всех! Всех! А-а-а-а-а!

Я резко развернулся и в последний момент успел заблокировать удар меча, как внезапно возле моей ноги в землю с глухим звуком вонзилось то, чего я явно не ожидал. Стрела! Причём не какая-нибудь деревянная, выточенная уличными мальчишками, а хорошая, крепкая, из углепластика. Через мгновение у правого уха просвистела ещё одна, и, оттолкнув противника назад, рубанул наотмашь и заметил источник. Седьмая повалила на спину наемника, у которого к правой руке был прикреплён боевой имплант, и со всей яростью лупила мечом в грудь.

Вдруг из толпы выбежал Приблуда, не в силах больше наблюдать за битвой, и крепким ударом саданул кулаком наёмнику в челюсть. Вот и запахло жареным мясом. По телу врага пробежали искорки, и он, дёргаясь в конвульсиях, помер, а затем Мышь повалил его на землю и тяжёлым ударом металлической ноги размозжил тому череп.

Даже Трев, который ещё недостаточно восстановился, схватил упавший на сырую землю короткий меч и бросился в атаку.

Толпа взорвалась!

Люди, привыкшие к обычной пятиминутной казни, от количества крови и внезапной победы тёмных лошадок принялись бросать на арену всё, что под руку попадёт. Они, не в силах сдерживать бурлящие эмоции, прыгали, скакали, обнимались и рвали глотки.

Вот это мы звучно о себе заявили! Теперь осталось посмотреть, к чему всё это приведёт. Попавшие в тиски наёмники попытались сгруппироваться, а под весь этот хаос Вицерон, оставив глашатая разбираться с ситуацией, тактически скрылся.

— На, сука! — яростно завопил Приблуда. — Что? Когда силы равны, не так весело?

— Смертни-и-и-и-к, — промычал Мышь, развернувшись спиной и насадив отпихнутого Седьмой наёмника на острые иглы.

Битва закончилась быстро. Мы всего за несколько секунд разделались со всеми наёмниками и остались стоять посреди горы трупов. Глашатай, наконец отыскав толику храбрости, понял, что толпу может остановить лишь одно. Стараясь не ступать на всё ещё тёплые тела, он подошёл, двумя пальцами брезгливо взял меня за окровавленную ладонь и поднял вверх.

Не знаю, что именно мы выиграли и каковы будут последствия конфронтации с синеволосым, но одно ясно наверняка. Сегодня наша ватага не только громогласно заявила о себе, но и выиграла частичку любви местных ВР-2.

Ну что же, начало положено.

Надеюсь, ничего плохо не произойдёт…

Глава 7

— И вот за это я проливал кровь?

Трев поморщился, вновь ощутив, что его попросту развели и сумели подсадить на крючок, пообещав весьма туманную награду. После битвы, во многом благодаря толпе, глашатаю пришлось признать нашу победу и, как полагается, вручить награду, а именно «блок». Блоком на ВР-2 обычно называли квадратный кусок бетона, разделённый на несколько помещений, в которых ютились люди.

Он мог быть высотой в несколько этажей или едва возвышаться над землёй, оставляя лишь место для воображения. Тем самым, до тех пор, пока не увидишь здание воочию, так и не узнаешь, что стояло на кону. Не знаю, чего я ожидал и ещё тогда по глазам ублюдка должен был всё понять, но путь привёл нас в один из самых бедных районов всего ВР-2.

Большинство бы подумало, что он находится на окраине, у самой стены, где собираются все крысы, а по ночам пьянчуги яростно гадят по углам, но нет. На окраинах, отделённые от основного муравейника, находились частные блоки кланов. Хотя использовать это слово язык не поворачивался. Скорей, частные имения с прилегающими зонами.

Дело в том, что делить с остальными одну землю, и уж тем более воздух, для них считалось проявлением отсутствия вкуса и класса. На самом же деле ублюдки попросту брезговали общением с низшим сословием общества ВР-2.

Да и пёс с ними.

Блок моей ватаги находился чуть ли не в центре, если быть точнее, в самой его юго-восточной части. Здания в сердце ВР-2 были выстроены по кругу, с широкими улицами между слоями, образуя несколько густонаселённых колец. Все они обычно делились на торговые зоны, строго разграниченные между собой. В одних можно неплохо пообедать, в других закупиться хромом, а в последних хорошо провести время.

В нашем уголке можно было получить только заточкой под ребро или подхватить сифилис от местных шлюх. Когда глашатай говорил о награде, официально вписывая моё имя как лидера ватаги в качестве владельца, ещё тогда заметил в его глазах лёгкую издёвку. Списал тогда её на обычную усталость, но теперь всё стало понятно.

Десяток небольших блоков с сомнительными торговцами, больным мясником, который торговал железом хуже, чем на ВР-3, толстые и пьяные шлюхи, едва стоявшие на ногах, и куча расписных граффити во всю стену.

Наш блок, по словам местных, с которыми я успел перекинуться парочкой слов, в своё время ушёл под землю, и теперь снаружи осталась только крыша с единственной дверью, установленной на раме широкого окна.

— Ты просто не видишь перспектив! — спешно принялся оправдываться Трев, пытаясь отыскать хоть что-нибудь, что можно преподнести как победу. — Первый день на ВР-2, а у нас уже собственный угол! И вообще, мы ведь внутри не были.

— Если под паразитами, этот старый имел в виду гигантских тараканов, то я лучше буду спать на улице, — поморщился Приблуда. — Слушай, Смертник, раз Треву, при всей его «конструкторской» персоне, не хватает ума просто извиниться, то давай я скажу за него.

— Не надо, — коротко прошипел сквозь стиснутые зубы. — Башка болит.

— Ну тогда пошли посмотрим, что нас ждёт внутри? — предложил Трев и, почесав затылок, поинтересовался. — Кстати, Седьмую точно надо было так отпускать? Она ведь тоже сражалась, так что, в теории, часть блока её.

— Она сама сказала, что ей этого не надо. Пускай идёт, бегать не станем. Тем более она теперь знает, где нас можно найти. Ладно, пошли внутрь, пока у меня голова не развалилась на тысячи осколков.

— А я предлагал тебе к консоли заскочить и взять что-нибудь от боли, ну или победного пивка дёрнуть.

— «Дёргать» будем, когда действительно поймём, стоит ли праздновать победу, Приблуда.

— Смертн-и-и-и-к.

Дверь выдержала и не развалилась от первого прикосновения. Внутри оказалось довольно светло и просторно, что странно. На нижние этажи, или лучше сказать, этаж, вела одна винтовая лестница. Я пошёл первым, оставив Мышь стеречь вход, хотя на самом деле я боялся, что она не выдержит и рухнет под весом его тела.

Пахло жжёным деревом, пластиком и немытыми телами. Судя по десятку тлеющих костерков по всему помещению, теорию о гигантских тараканах можно сразу отсечь. Вот Приблуда будет счастлив! Однако теперь возникал другой вопрос: от каких это паразитов нам надо очистить блок, прежде чем даже начать его рассматривать в качестве нового дома?

Услышал шуршание во тьме и увидел, как в дальнем углу дёрнулась натянутая на двух стальных балках ткань. Кто-то здесь явно поселился, причём без разрешения, и этот кто-то точно обладал разумом, раз смог соорудить нечто подобное.

— Мрачно… — заявил Приблуда, видимо, глубоко внутри всё ещё ожидая гигантских тараканов.

Я спустился, ступил на твёрдый бетон и присмотрелся. По стене тянулась связка обшитых резиной кабелей, что уходила высоко к потолку. Достал из инвентаря фонарик Азалии, и одинокий луч света пронзил пустоту.

Послышался шорох множества шлёпающих по бетону босых ног и приглушённое рычание, больше похожее на звук работающей трансформаторной будки. Угрожающе выпустил клинок и провёл лучом фонарика по линии кабелей, пока не добрался до рычага.

Ну что, да будет свет?

Рассчитывать на то, что электричество всё ещё доступно на такой помойке — это предел мечтаний, но дёрнув за рычаг, я услышал далёкое жужжание, а затем на потолке одна за другой начали включаться лампочки. Одна, правда, не выдержав испытания временем или просто из вредности, решила покончить с собой и феерично взорвалась.

Убрал фонарик и с непривычки прикрыл глаза руками. Ладно, со светом разобрались, теперь насчёт местных обитателей. Множество мелких лачуг, собранных из всего, что попадётся под руку. Натянутые рваные тряпки, картонные коробки, железные арматурины, сбитые в клетки и согнутые пополам невиданной силой. И, по какой-то причине, ботинки. Очень много пар дырявых и жёваных ботинок.

— Пошёл отсюда на хер, говноед! — раздался чей-то высокий и очень противный голос, словно специально созданный для того, чтобы раздражать слух людей.

Я поморщился, ощущая, как от сказанных слов в подкорку будто вогнали дюжину ржавых гвоздей, и, стиснув зубы, зарычал.

— Чего непонятного? — голос послышался уже с другой стороны и на октаву выше. — Не уйдёшь — найдём мамку твою и без вазелина будем драть всей ватагой! Пошёл на хер!

— Пошёл на хер! — раздалось с другой стороны, а затем отовсюду, словно канонада, загремели голоса. — Пошёл на хер! Пошёл на хер! Пошёл на хер!

Ну всё, скоты, с меня хватит!

— Вылезайте, ублюдки, по одному! А хотя к чёрту, вылезли резко все сразу! Всех убью!

Трев краем глаза на меня посмотрел, видимо, думая, что часть моей ярости была вызвана и его поступком, и решив, что уж лучше на паразитах, чем на нём, вышел вперёд и демонстративно достал короткий клинок.

После того, как словесное оружие не сработало, канонада из голосов затихла. Я увидел небольшие комочки, укутанные в тряпки, которые сновали меж угловатых бетонных балок, поддерживающих всю конструкцию. Они передвигались слишком быстро, чтобы разглядеть их как следует, но когда шагнул вперёд, мне выдалась такая возможность.

Мелкий засранец ростом, пожалуй, чуть выше пятилетнего ребёнка, запрыгнул на меня и попытался вцепиться когтями в лицо. Я вовремя подставил клинок под его разинутый рот с мелкими, но острыми зубами, и, насадив его голову как арбуз, опрокинул на бетон и со всей силы пробил ногой грудную клетку.

Маленький, со светло-коричневой кожей, длинный крючковатый нос, на котором росла одинокая бородавка с единственным кучерявым волосом. Глаза практически отсутствовали, вместо них две чёрных пуговки, глубоко утонувшие в глазницах, и низкий покатый лоб. Гоблины! Настоящие, мать их, гоблины, правда, без характерного оттенка кожи. Мелкий засранец потянул когтистые лапы, и они, скользнув по ботинку, замерли в предсмертном спазме.

Твари посыпались со всех сторон. Они хватали первое, что попадёт под руку, и швыряли в нас, издавая противные писки. С верхнего этажа послышалось мычание, а затем тяжёлые шаги, приближающиеся к лестнице. Только этого ещё не хватало — быть похороненными в этом бетонном гробу вместе с воняющими карликами.

Увернувшись от просвистевшей у левого уха консервной банки, я решил, что с ними пора заканчивать. Тело ещё не отдохнуло после недавней драки, а мозг сигнализировал всеми доступными способами о том, что срочно требуется сон.

Короткий импульс выстрелил в висок, и я, скорчившись от боли, побежал вперёд. В лицо летело всё, начиная от жестяных банок и фантиков, и заканчивая железными арматуринами, которыми при достаточном усилии можно нанести неплохой урон. Правда, после боевых ежей и наёмников, мелкие засранцы двигались не так быстро, по крайней мере, пока я не оказался окружённый сразу несколькими.

Отсутствие скорости из-за коротких ножек они компенсировали ужасной прыгучестью. В момент надо мной проскочило трое, и я, успев схватить одного за ногу, со всей дури саданул об угол бетонной балки. Существо попыталось меня укусить, впиться в руку острыми когтями, но разница в силе была слишком велика. Одного удара хватило, чтобы не только перебить позвоночник, но и размозжить голову о серый бетон.

Кровавая клякса брызнула фонтаном, и гоблины на мгновение замешкались. Тактика, которую они выбрали против людей, очевидно, не работала, и твари решили прибегнуть к проверенному способу — «бей, беги».

Они собрались в общую кучку, оббежали вокруг колоны и всем скопом напрыгнули на Приблуду. Парень, ошарашенный тем, что на него надвигалась небольшая стая ростом не выше крупной собаки, сначала опешил, а затем оскалился, разбежался и пробил с ноги в толпу. Те, что не попали под удар Приблуды, запрыгнули сначала ему на ступню, а затем поползли вверх.

— С…к…а-а-а! — только и смог прокричать парень, судорожно отвешивая наэлектризованные пощёчины.

Оказавшийся рядом Трев прикинул, что меч, пускай и короткий, не самое лучшее оружие, чтобы помочь Приблуде, который слишком яро размахивал руками. Такими темпами, пускай и не с первого раза, он точно заденет напарника и уж после этого точно навеки запишет себя в извечные косячники. Дабы не множить ошибки, он убрал оружие в инвентарь и принялся срывать карликов с Приблуды, словно спешно разбирал достоявшую до лета новогоднюю ёлку.

Ну что за детский сад?

Мысленно выругавшись, я перепрыгнул через поваленную набок тележку на колёсиках и, разогнавшись, ударим клинком. Гоблины успели оставить на теле Приблуды несколько неглубоких порезов, но парню не привыкать. Ничего, шрамы обычно только украшают мужчину. Если, конечно, это не шрамы, нанесённые Кровниками. Тех ублюдков уже ничего не украсит.

Выжившие карлики спешно отступили к лестнице, видимо, осознав, что единственное спасение — наверху, но тут же передумали. Под характерный металлический лязг и грохот тяжёлых шагов спускался Мышь, а когда увидел удобную цель, стоявшую прямо под ногами, присел, хорошенько прицелился и прыгнул.

Парочка гоблинов всё же успела сбежать, но большинство превратилось в кровавый фарш, и дальше разрисовывая стены блока красным.

— Шлюха! Шлюха! — продолжать кричать один и бегать по кругу, как назойливый таракан.

— Пошёл на хер! Пошёл на хер! — кричал второй, прыгая с предмета на предмет, словно специально избегал холодного бетона.

Приблуда, утерев тонкую линию крови с лица, недовольно оскалился, сплюнул под ноги, схватил железный прут, прицелился и метнул. Не знаю как, но попал он точно в гоблина, когда тот перепрыгивал с куска бетона на самодельную хибару. Ублюдка перекрутило в воздухе и отбросило к стене, где тот медленно простонал и помер.

Последний всё же решил сбежать и, навернув очередной круг вдоль стены, попробовал перепрыгнуть через медленного ежа, но в полёте его тут же поймал Трев. Парень швырнул его на пол, наступил на грудь и добил коротким ударом меча.

— Вот же мелкие засранцы! — хлопая себя по плечам и отряхивая одежду, злобно выругался Приблуда.

— Всё же лучше, чем гигантские тараканы, — захохотал Трев, по-дружески хлопнув того по спине.

Приблуда остановился, поморщился, а затем, задрожав, начал отряхиваться быстрее. Кажется, на мгновение он представил, как вместо мелких гоблинов по его телу скакали бы разжиревшие насекомые. Картина не из лучших, поэтому он убедился, что все в порядке, и осмотрелся.

Конечно, не выгребная яма, но и не пентхаус. Достаточно места, чтобы всех разместить и подготовить расширение ватаги, но, с другой стороны, есть ли вообще в этом смысл? Если планирую вести агрессивное расширение — а несколько идей у меня уже зародилось — то любой, кто будет просиживать штаны на месте, сразу отправится в свободное плавание.

Приблуда схватил труп маленького гоблина за волосатую ногу и забросил в общую кучу. Сначала могло показаться, что он решил заняться уборкой, но когда гора из тел карликов стала достаточно высокой, парень подошёл, развернулся на месте и развалился как на мягком диване. Не то, чем бы я стал заниматься, особенно учитывая, как от них смердело, но, кажется, это финальное оскорбление значило для Приблуды не меньше, чем сама победа.

Он медленно выдохнул, закинул ногу на ногу и, заключив ладони в замок на затылке, заявил:

— Дыра, но теперь это наша дыра.

— Не, ну а что? У этого места есть потенциал! Разгрести тут всё, вынести, навести порядок. Поставить парочку диванчиков, может, даже установить бар вон в том углу. Починить освещение…

— Нагнать шлюх, пополнить запасы, — добавил Приблуда, одобрительно качая головой на слова Трева. — Только не из этого района. Те, что у лифта ошиваются, вроде ничего так. Надо будет, как ты там говоришь, Смертник? Провести тактическую разведку?

Мышь, хлюпая кровью на металлических ступнях, медленно приблизился и остановился недалеко от Приблуды, словно хотел принять участие в обсуждении. Я ещё раз посмотрел на ежа и всё никак не мог решить, понимал ли он вообще, что вокруг происходит? Иногда мог поклясться, что даже сквозь маску на меня смотрела пара разумных глаз, а бывали моменты, когда он пускал слюни, бездумно пялясь на обычную вывеску. Хотя вторых было намного больше.

Найдя более или менее уцелевший барный круглый столик на высокой ножке, я перевернул его в воздухе и поставил в центре помещения.

— Хм, символично, Смертник, символично, — всё ещё развалившись на горе трупов, закивал Приблуда. — Начало считаю положенным.

— Хватит хернёй страдать, — выпалил я приказным голосом, ощущая, как головная боль постепенно возвращается. — Нам предстоит ещё многое сделать.

Приблуда нехотя покинул свой трон, Трев хлопнул Мышь по плечу, и все собрались вокруг столика. Залитые кровью, уставшие, мечтающие о мягкой постели, но главное, преданные только мне и готовые действовать. А большего и не требовалось.

— Значит так, после прилюдного унижения назначаю Вицерона нашим главным врагом. Первыми не действовать, посмотрим, какова будет реакция, но она просто обязана быть. Так что аккуратнее среди Лотосов.

— Да, — согласился Приблуда. — После того, как ты его унизил, этот урод явно побежит жаловаться папочке, и думаю, попробует выдать что-нибудь эдакое. Может, даже нападёт на блок.

— Это вряд ли, — парировал Трев. — Может послать кого-нибудь, но чтобы сам? Сюда? Если я и понял что-нибудь из нашего короткого пребывания на ВР-2, так это то, что кланы ценят репутацию не меньше чем ресурсы, — вдруг Трев многозначительно посмотрел на меня и, покачав головой, продолжил. — Так что, если когда-нибудь, так, вдруг, соберёмся уничтожить один, то лучше всего начать именно с него.

— Стоп, стоп! Уничтожить клан?

— Об этом речи и не шло, — на полном ходу остановил амбиции парня, пока тот не загнал нас в очередную проблему. — Не отходим от темы. Я сказал, кланы не трогать до тех пор, пока они не атакуют первыми. Речь идёт исключительно о Вицероне, и когда он решит действовать, разбираться будем только с ним, так что к тому времени надо подготовиться. Мне не больше вашего хочется задерживаться на ВР-2, и будь моя воля, отдохнул бы, собрал ресурсы и пошёл дальше в сторону Кокона, но сначала нам нужна карта. Надо выяснить, ведут ли подземные ходы фронтира на первый рубеж, или они связаны только с третьим.

— Это раз.

— Это даже не “раз”, Прибуда, это пункт номер «обязательно сделать», к первому я даже близко не подошёл. На ВР-3 нам исключительно повезло, а я терпеть ненавижу, когда мне везёт. Так что такого больше не должно повториться. Прежде чем заняться выяснением способа, как можно добраться до первого рубежа, нам надо крепко стоять на ногах. Поэтому начнём с этого крысиного угла центра. Все, я повторяю, все — вплоть до последней шлюхи с финальной стадией сифилиса — должны беспрекословно признать нашу власть. Если кланы держат весь ВР-2, то мы должны держать как минимум этот угол и знать всё, что происходит вокруг. Это пункт номер «обязательно для выживания». А теперь к тому, как мы этого добьёмся.

Я перевел дух и продолжил:

— Я буду решать глобальные вопросы и заниматься продвижением. Ежедневные походы в КС всей ватагой и прохождение всего сценария за одно погружение. Поднять социальный статус минимум до наёмника, и меня это в первую очередь касается. В ватаге должны появиться свободные места на случай новых желающих. Плюс от будущих рейдов, трофеев и личных заработков в банк идёт двадцать пять процентов. Это относится ко всем, опять же, включая меня. Никто из вас даже не задумывается о том, откуда взять кибу на еду, одежду, чистку, шлюх или хром. Это всё моя забота. Единственная ваша — это заниматься расширением влияния и зарабатывать ресурсы. Вот здесь мы и приступаем к номеру «раз». Нам нужны люди.

— Рабы? — прищурившись, поинтересовался Трев.

— Нет, не рабы — люди. Раба можно посадить на цепь и заставить делать всё, что ты пожелаешь, из чувства страха. Нам нужны люди. Те, кто будет на вас шестерить. Они никогда не вступят в ватагу, так как ватага — это только для близких и проверенных людей. Они должны смотреть на вас беззубой улыбкой от уха до уха и понимать, что вот с этим человеком я заработаю кибы. А если нет? То зубов должно стать меньше. Как вы это будете делать? Уже не моя забота. Но банк ватаги должен пополняться каждый день хотя бы просто кибой. От этого зависит то, как быстро мы найдём путь на ВР-1, и какой хром сможем себе позволить.

— Значит, речи о захвате всего ВР-2 не идёт? — решил уточнить Приблуда. — А я уже себе напредставлял!

— Не идёт. Никаких привязанностей, никакой дружбы. На ВР-2 нас ничего не должно держать, и в случае чего, включая людей, мы сможем всё бросить и свалить дальше. Опыт третьего рубежа меня научил многому, особенно тому, что держаться надо только близких людей. Все, кто не в ватаге и не заслужил право в неё вступить, для вас должны быть безликими пешками. Чистый бизнес, ничего личного.

Повисла тишина. Трев, Приблуда, да и что уж там, и Мышь медленно впитывали информацию, пытаясь понять, что с ней делать. Ещё неделю назад мы были обычными наёмниками, считая каждую единицу кибы, а Трев вообще проводил всё свободное время в металлическом гробу. Теперь им предстоит взять на себя ответственность, за которую они потенциально могут быть убиты. Однако другого варианта нет, нам надо двигаться вперёд и наращивать ресурсную базу, прокачиваться и обрастать железом. На ВР бездействие равносильно смерти, и тысячи безликих зевак, ведущих бесцельное существование, лишнее тому подтверждение.

— Хорошо. Ну и чем займёмся?

Так, теперь надо всех расставить по своим местам. Они смотрели на меня, как на лидера, и ожидали соответствующего отношения. Ожидали, что я направлю их в нужном направлении и поделюсь опытом.

— Трев, ты всё ещё занимаешься хромом. Первым делом наведи справки и познакомься с местным мясником. Узнай, что он сможет предложить, где живут местные мусорщики, какой процент имеет и как на этом заработать. Также навести местного Некра и составь список цен и того, что он сможет предложить. Умасли, если надо. Убеди его в том, что если у него есть проблемы, то мы их сможем решить. Понял?

Парень молча кивнул.

— А я? — нахмурился Приблуда.

— А ты займёшься людьми. Язык у тебя подвешен как надо. Я переведу все свои ресурсы в банк, включая синту и наниты. Бери, если надо, подкупай, узнавай варианты заработка. Создавай свою небольшую сеть из шестёрок, готовых на любую работу, лишь бы платили. Главное, не забывай: количество потраченных ресурсов должны окупаться, а шестёрки жёстко подсесть.

— Тут бы Седьмая пригодилась, — произнёс Приблуда, задумчиво почёсывая подбородок. — Может, её всё же отыщем?

— Хочешь — ищи, но я бы дал ей пару дней прийти в себя. У девочки явно нерешённые психические проблемы, и пока к ней стоит просто присмотреться. Сейчас для нас она может быть опаснее, нежели полезнее.

— Понял, — кивнул тот. — Нагоню шестёрок, пускай блок приведут в порядок, а то эти гоблины уже начинают вонять.

— Они и так воняют, — поморщился Трев, а затем перевёл на меня взгляд и спросил. — А ты чем займёшься?

Я посмотрел на Мышь и ответил:

— От моего социального статуса зависят функции ватаги, поэтому займусь этим в первую очередь. Надо ещё наведаться в КС, сдать ежедневку и по пути записать нас сразу на рейд. Не факт, что возьмут, но надо постоянно висеть в списках. Как раз гляну, как там Азалия.

— А Мышь?

— Мышь в этот раз пойдёт со мной, есть на его счёт планы. Даю десять часов на отоспаться, прийти в себя, вымыться — и приступаем к работе. Всё ясно?

Глава 8

— Ну вот и всё!

Иглы с грохотом упали на пол небольшого магазинчика мясника, и даже показалось, будто Мышь задышал свободнее. Он попробовал выпрямиться, но имплантированная в спину металлическая плита не позволяла позвоночнику принять вертикальную форму. Без торчащих со спины игл перемещаться станет намного легче и главное — он не будет цепляться за косяки и сбивать случайных прохожих.

— А что насчёт моего вопроса? — спросил я, краем глаза поглядывая, как двигался Мышь.

— Записать ежа в боевые? Вопрос, конечно, решаемый, при правильной цене, но я не возьмусь.

Ухмыльнулся и, заплатив двадцать пять кибы за работу, поинтересовался:

— Отказ как-то связан с тем, что произошло вчера?

Мясник убрал болгарку в инвентарь и, задумчиво потерев ладони, ответил:

— Вчера? А, ты про то, как твоя ватага отметелила Лотосовских? Хех, да если бы они все разом загорелись, я бы даже ссать на них не стал, что уж говорить про уважение. Нет, причина в другом. Прежде чем снимать иглы, я провёл стандартную диагностику, не переживай — это бесплатно, и заметил, что он не до конца прошёл ежефикацию. Где ты говоришь его нашёл?

— На фронтире, — убедительно солгал я. — Шарился по туннелям, едва на охотников не напоролся.

Мясник ещё раз посмотрел на ониксовую пластину Мыши и произнёс:

— Не знаю, как он себя поведёт, если его снова в машину засунуть. Установить боевой хром — это полбеды, а вот с поведенческим чипом уже сложнее. Если у него лобная доля не выжжена как полагается, то интерфейс не будет работать. Хотя, если честно, я вообще понятия не имею, что с ним станет. Думаю, просто с ума сойдёт, и придётся его прибить. С другой стороны, смотри сам, твоя собственность. Если синта есть, можем попробовать, но за результат не отвечаю.

Я улыбнулся, махнул рукой и ответил:

— Ладно, пускай пока так походит, а насчёт веса я тебя понял, попробую откормить, чтобы железо лучше встало. Ну, бывай, мясник.

С этими словами мы вышли из небольшого магазинчика, и я заметил, что Мышь стал двигаться быстрее. Что, поди гора с плеч упала? Ладно, следующая остановка — форум, запишемся на участие в рейде, а затем двинем до Санктуума, посмотрим, как себя чувствует Азалия.

Спокойным и размеренным шагом предстояло идти минут пятнадцать, как раз гляну, что там подготовила для меня система.

Призвал интерфейс, стараясь не терять Мышь из виду, и зашёл во вкладку социального статуса. Ярлычок меланхолично моргал ещё с ВР-3, пытаясь привлечь моё внимание. Ну, прости дорогой, не до тебя было, зато теперь появилось время, и мы обязательно познакомимся поближе. Улыбнулся мысли, что по какой-то причине очеловечивал не только систему, но и агрессивно красный интерфейс, словно общался с симпатичной девушкой. Не нашёл в этом ничего плохо и кликнул на иконку.

//Внимание: Доступно задание на повышение социального уровня//

//Для выполнения явитесь к ближайшему КиберСанктууму//

А затем ниже прочитал.

//Успешное подключение к серверам ВР-2. Максимально доступный уровень пользователя повышен до 40//

//Доступен новый социальный уровень: Элитный наёмник//.

//Для доступа к новому социальному уровню сначала пройдите задание на уровень «Наёмник»//

Элитный наёмник? А что будет на ВР-1? Суперэлитный наёмник? Система явно не обладала креативным мышлением, хотя это название звучало даже иронично. Почему наёмники? Да, мы выполняли ежедневные задания, получали за них деньги, но насколько понимаю, наёмничество — вещь обычно добровольная. А тут нас буквально выбрасывали в мир живых и заставляли болтаться.

На мгновение отвлёкся от рефлексии и обнаружил, что для следующего уровня мне требовалось всего лишь наличие двух имплантов и минимум двенадцатый уровень. Информации о следующей ступени пока не поступило, но думаю, тенденция сохранится примерно та же. Запихай в себя больше хрома, подними общий уровень — и добро пожаловать.

Обещаний насчёт функций ватаги тоже не заметил, но вспомнил слова Некра, когда он говорил о неком «фермерстве». Если не обманул, и навык станет доступен после повышения социалки, возможно, получится засунуть туда шестёрок, которых завербует Приблуда. Так станет проще отслеживать прогресс и пополнение ватаговского склада.

Ещё предстоит многое сделать, но сначала разберусь с социальным уровнем. Как я планирую расширять ватагу, если сам всё ещё позорно хожу в рабочих наёмниках?! С этой мыслью шлёпнул по интерфейсу, отправил его восвояси и выдохнул. Наконец добрались до форума, где от количества людей было не продохнуть.

Заметил, как легко обходились с обычной питьевой водой, которую теперь добывали не только в качестве бутылок через распределитель, но и покупали целыми бочками. Думаю, особо богатые ублюдки могут себе позволить устраивать ванные по несколько раз на дню, в то время как другие довольствовались несколькими литрами на семью.

В отличие от ВР-3, местные водили рабов на поводке, словно домашний скот, и не позволяли им передвигаться самостоятельно. Кроме Мыши, больше ежей не встретилось, и наличие одного посреди бела дня на форуме вызывало у прохожих множество вопросов. Оставил их заниматься своими делами, протолкнулся через армию зевак и записал ватагу на будущие рейды.

Оказалось проще простого. Я приложил свой индекс к одному из квадратных терминалов, установленных у основания огромного проектора, и система автоматически записала нас в раздел «желающие».

Лидер ватаги: Смертник.

Количество пользователей 3.

Самый высокий уровень 20. Самый высокий социальный статус: рабочий наёмник.

Хм, наверное, лучше было записаться после того, как поднимусь на ступеньку выше, но уже поздно. Схватил Мышь за плечо, чтобы не потерялся, и принялись пробиваться обратно через толпу в сторону тропы, ведущей к КиберСанктууму. Удивительно, но даже здесь ему выделяли особое место, и если существовало выражение, что все дороги ведут в Рим, то на ВР, все дороги рано или поздно приводили к КС.

— Извините, вы Смертник? — раздался юношеский голос за спиной.

Подавил в себе импульс призвать оружие к бою и, повернувшись, кивнул.

Передо мной стоял паренёк лет восемнадцати. Простенькая одежда, испачканная в грязи, ничего броского. Явно либо напечатанный уже свободным, либо лишившийся рабства совсем недавно.

— Извините, — повторил он, сжимая в руках кусок хлеба. — Это вам. Спасибо, что убили тех ежей. Мой отец пытался выиграть для нашей семьи блок, но не справился. Я сам хотел их убить, как подкачаюсь, но вы меня опередили. Это моя благодарность.

Улыбнулся, положил ладонь на протянутый кусок хлеба и, отказавшись, ответил:

— Не стоит, парень, лучше матери отдай или сам съешь, — затем собрался отворачиваться, как вдруг остановился, и чёрт меня дёрнул договорить. — Хочешь бесплатный совет? Никому ничего не отдавай просто так, а если кто-нибудь попробует забрать — бей в зубы. Причём бей так, чтобы противник уже не встал. Понял?

Паренёк кивнул, и мы наконец смогли вернуться к намеченному пути. Посмотрел на часы и заметил, что потерял слишком много времени, и значит, пора наверстать. С иглами Мыши разобрались, на рейд записались, но впереди ещё слишком много дел. Надо выяснить, что удалось наскрести Треву и подумать над тем, чтобы обзавестись собственным стреломётом и, по-хорошему, транспортом. Передвигаться на своих двоих привычно, но занятие это чертовски затратно по времени. Это не дохлый райончик Сервоголового семь на семь километров.

Наконец добрался до КиберСанктуума и от удивления опешил. Комплекс ожидаемо был в несколько раз больше, чем на третьем рубеже, но меня удивило не это. У входа стоял невысокий мужчина с отсутствующей шеей и сломанным носом и говорил по телефону! Телефон! Маленький кирпич, который обычно прикладывают к уху, когда хотят кому-нибудь позвонить.

Странно, но именно эта трактовка родилась в голове, когда увидел, как тот держал в руках устройство. Мысленно вырвал себя из благоговейного транса и задумался. Ведь на ВР-3 тоже присутствовала связь, по крайней мере, пока система не сошла с ума. Не все, но некоторые наёмники, стерегущие стены от членов других бригад, пользовались портативными рациями. Ещё тогда я удивился, не обнаружив ни радиовышек, ни других средств передачи сигнала.

Связь! Связь важна в первую очередь, поэтому я подошёл к мужичку, бесцеремонно выхватил у него телефон и внимательно изучил. Кнопочный, маленький зелёный экран, толстый и крепкий синий корпус. Человек беззвучно захлопал губами, пытаясь подобрать слова, но я вовремя вернул ему предмет и зашёл внутрь комплекса.

— Смертни-и-и-и-к, — протянул Мышь, когда тот принялся кидать нам в спину различные оскорбления.

Внутри КиберСанктуума пахло свежестью и пластиком. В центре находился выстроенный квадратом бар, где одновременно орудовали пять работников, разливая напитки. С левой и правой стороны небольшие столики для ожидания, у которых собрались местные разного пола и масти. Они разом перевели на нас взгляды, и думаю, виной тому был Мышь. Мало того, что разгуливал с ним как с личным питомцем, так ещё и притащил с собой в Санктуум.

— С рабами и ежами нельзя! — словно из ниоткуда перед глазами появилось два оперативника.

Высокая и стройная девушка с золотистыми волосами и искусственной лицевой пластиной из прозрачного пластика. Глаза ярко-оранжевые, огненные, пухлые губки и аккуратный нос. Мужчина того же роста, худощавый, с острыми скулами, тёмными волосами и длинным носом с заметной горбинкой. Такая же искусственная лицевая пластина, как у девушки, выкрашенные в серебряный цвет ногти и строгий классический чёрный костюм.

— С рабами и ежами нельзя! — повторил мужчина, причём абсолютно с такой же интонацией.

//Внимание: Ежедневное задание выполнено//

//Получено 35 единиц кибы//

— Азалия здесь? Её должны были привести двое.

— Азалия? — слова девушки прозвучали удивлённо. — А-а, ты, видимо, тот самый Смертник, о котором она говорила. Да, с ней всё в порядке, можешь не переживать. Она сейчас отдыхает, а затем… — вдруг девушка опешила и её глаза на мгновение блеснули. — Чем я могу помочь? Ежа действительно придётся оставить снаружи. Внутрь с рабами и ежами нельзя.

— С рабами и ежами нельзя, — повторил мужчина.

Да что с ними творится? Повторяют друг за другом как заведённые, больше похожие на роботов, чем на людей. Нет, Азалия, конечно, рассказала про то, как становятся операторами, но она-то вела себя всегда адекватно, а эти какие-то странные. Решил сделать вид, что пропустил их ремарку мимо ушей и произнёс:

— У меня квест на социалку, какая капсула свободная?

Мужчина обернулся.

— Двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь, есть ещё тридцать один, но её надо подождать.

В Санкууме находились несколько сотен капсул, и большинство действительно уже было занято. А чем тогда занимались остальные? Просто отдыхали?

— Возьму шестую и седьмую.

— Отлично! — произнесла девушка-оператор. — Кто ещё с вами будет? Член ватаги? Стоимость одного погружения — пятьдесят кибернетических единиц, если полная ватага, то скидка десять процентов.

— Ватага будет, но позже, — улыбнулся я, а затем кивнул на Мышь. — Вот он пойдёт.

Выражение лиц операторов было бесценно, и я даже пропустил мимо ушей, как девушка сказала, что с человека требовалось пятьдесят кибы. Конечно, с растущим уровнем увеличивалась и плата, но полтинник? Хотя цены ВР-2 и 3 отличались заметно.

— С рабами…

— И ежами нельзя, — закончил за оператора. — Только он не совсем ёж, процедура не была полностью закончена, так что, возможно, он ещё и пользователь.

— Невероятно! — воскликнула девушка.

— Невероятно! — повторил коллега.

— Ну так и не гадай! — схватил её за запястье, где находилось считывающее устройство, и занёс над ладонью Мыши.

Девушка некоторое время молчала, её глаза искрились так же, как у Азалии, а затем выдохнула:

— Капсула двадцать шесть и двадцать семь, пожалуйста.

Мужчина изменился в лице.

— Но с рабами и ежами нельзя.

Она повернулась, отрицательно покачала головой и, сложив ладони у бёдер, пошла в сторону капсул.

Подключить ежа к капсуле? Интересно, что она там увидела? Меня, конечно, терзали сомнения об истинном статусе Мыши, но чтобы вот так легко? Вдруг девушка резко остановилась и уверенно заявила:

— Нет, я не могу! Ни при каких условиях! Это существо не человек…оно…оно… оно даже ещё раб!

— Смертн-и-и-и-к, — протянул Мышь.

— Кажется, ты только что оскорбила его ранимые чувства, — произнёс я с ухмылкой, получая довольно извращённое удовольствие от того, как корпоративный работник пытается вывернуться из сложившейся ситуации. — Ладно, давай поступим следующим образом: ты всё же попробуешь нас подключить к одному сценарию, а когда Азалия придёт в себя, она тебе всё подробно расскажет, договорились?

— Мне кажется, вы не совсем поняли, — вмешался мужчина, отыскав способ не пускать Мышь в виртуальную реальность. — Вы сделали запрос на задание повышения социального уровня. Его можно проходить исключительно в одиночном режиме. Так что подключение ежа невозможно.

Мы добрались до капсулы, и девушка подготовила её к работе. Залез внутрь, нехотя соглашаясь с тем, что мужчина оказался прав. Однако это не означает, что я собираюсь сдаваться, и обязательно опробую свою теорию в действии.

— Значит так, Мышь. Вот эти две капсулы наши. Если кто-нибудь попробует твою занять, можешь смело бить ему в зубы. Даю полное разрешение.

— Я напоминаю, — надменным голосом произнесла девушка. — Что насилие на территории КиберСанктуума карается суровыми штрафами. Таков закон кланов, таков закон системы.

Я улыбнулся и, кивнув ежу, погрузился в виртуальное пространство. Ну посмотрим, что там приготовила для меня система.

Мир привычно свернулся в точку и рассыпался множеством нулей и единиц, образовывая сначала скелет, а затем и плоть мира. В прошлый раз мне пришлось штурмовать пентхаус отеля и убивать какого-то толстого азиата. Воспоминания о том дне до сих пор сидели глубоко в подкорке сознания, откуда периодически выскакивали в виде рваных отрывков снов.

Вроде бы обычный виртуальный сценарий, но то, как всё проходило и какие чувства я испытывал, заставляли задуматься. И этот раз не стал исключением.

Открыл глаза и обнаружил, что сижу на заднем сидении автомобиля. На коленях заряженный пистолет, такой же, что и в прошлый раз. Вокруг ни души, лишь молчаливый водитель за рулём, который явно чего-то ждал.

За окном автомобиля меланхолично тарабанил дождь по крышам незнакомого мне города, а в глаза светила яркая красная вывеска с изображением хтонического дракона. Значит, мне туда?

Первым делом обратился к интерфейсу и прочитал задание:

//Восстановить…убить…зачистить…//

Да ладно, опять? Что восстановить? Кого убить? Что зачистить? Неужели при распечатывании мне достался ущербный матричный импринт? Когда дело касалось Санктуума, система постоянно забрасывала меня в довольно странные сценарии, ограничиваясь лишь туманными трактовками заданий. И сейчас второй раз выполняю на социальный уровень — и опять какая-то чушь!

Ладно, будем мыслить логически. Если с «Убить» и «Зачистить» вроде всё понятно, то «Восстановить» вызывало куда больше вопросов! Что восстановить? Кого восстановить? Вдруг заметил, как зарождалось знакомое чувство, словно я тут уже был. То же самое произошло и во время убийства пухлого азиата. Это явно не может быть совпадением. Неужели каждый сценарий на повышение социального уровня слегка приоткрывал дверь, за которой находилась информация о том, кем я был раньше?

Эта теория объясняла не всё, но хотя бы помогала понять, откуда я на инстинктивном уровне знаю как сражаться. Почему ни разу не испытал вины за убийство другого наёмника или не чурался вида истекающего кровью человека. Правда, оставалось ещё множество моментов, которые объяснить никак не получалось, поэтому, надеюсь, смогу здесь отыскать хотя бы часть ответов.

Подмывало поинтересоваться у молчаливого водителя касательно моего задания, но темнокожий человек в солнцезащитных очках посреди городской ночи, словно сбежавший из второсортного фильма, вряд ли мне подскажет. Значит, система хочет чтобы — что? Решал сам? Выяснил, в чём состоит суть задания? Насколько помню в прошлый раз реальность Санктуума не дала мне возможности выбора, и пухлый азиат разменял свою виртуальную жизнь.

Ладно, как обычно, будем разбираться на месте.

Взял пистолет, проверил содержимое обоймы. Обнаружил во внутреннем кармане пиджака четыре дополнительных. Так, это начало, теперь посмотрим, что у нас по умениям. Хм, вроде всё осталось как прежде. Клинок прокачан на полную, а вот пластину даже не затронул. Четыре умения с шагом в пять сотен очков опыта между ними.

М-да, для клинка требовалось намного меньше, но как тогда и говорил Некр, нанитовый имплант — вещь довольно серьёзная. Ничего, теперь, когда нас трое, сможем лучше проходить сценарии, и прокачка пойдёт быстрее. Вкладка височного импланта, подарка системы, носила неброское имя: «Нейролинк» и всё ещё не могла предложить ничего интересного.

Я закрыл глаза, выдохнул, решив для себя, что спешить не стоит и надо просто качаться. Всё будет, всё откроется и станет ясно со временем, нужно просто запастись терпением и двигаться вперёд. Улыбнулся собственной мысли, что впервые за долгое время сам себя старался успокоить и вышел из машины.

Вокруг сновали безликие люди, сливающиеся в один биологический поток. Они проходили мимо, огибали сбоку, словно я для них был очередным препятствием на пути, обращать внимание на которое не имело никакого смысла. У входа в ресторан стоял высокий лысый азиат, периодически посматривая то на меня, то на курящую рядом девушку в коротком чёрном платье.

Я решил не провоцировать конфликт раньше времени и спокойным шагом подошёл к двери. Выражение лица человека резко изменилось, когда его непропорционально массивная ладонь легла мне грудь. Он медленно покачал головой и слегка оттолкнул меня назад. Девушка покосилась сначала на меня, потом на него, а затем глубоко затянулась, и, словно догадываясь о том, что произойдёт дальше, затушила сигарету и отправилась прочь.

Подсознательно понимал, что система не дала бы мне оружие просто так. Правда, в отличие от прошлого раза, в этот решил действовать обдуманно. Отступил на два шага назад, поднял руки в примирительном жесте и подумал о том, чтобы зайти с другой стороны ресторана. Охранник на входе словно прочитал мои мысли, и только стоило отвернуться, как он схватил меня за плечо и резко развернул.

Ещё до того, как это произошло, из тёмного угла подсознания на меня напрыгнуло отвратительное чувство. Чувство, словно кто-то тянул свои холодные пальцы к моему затылку и пытался схватить за ворот. Этим кто-то, конечно же, оказался охранник. Его массивная рука, сжатая в кулак, который был покрыт начищенным до блеска серебряным хромом, одним ударом отправила бы меня в нокаут.

К счастью, я оказался быстрее.

Вместо того, чтобы пригнуться, я заранее подготовил клинок и, слегка отклонившись в сторону, вонзил его в подбородок противника. У него и там оказалась искусственная пластина, заменяющая тому нижнюю челюсть, но мой удар получился размашистым, хорошо заряженным и с лёгкостью пробил сталь, позволив добраться кончику лезвия до мозга.

Глаза охранника закатились, обнажая пожелтевшие белки, и он, широко раскрыв рот, грохнулся на холодный асфальт нарисованного города. Виртуальные болванчики сценария никак не отреагировали на происходящее. Более того, они выпали из поля моего зрения, словно всё остальное стало неважно. Я поднял голову, прищурившись от света яркой вывески в неизвестных мне иероглифах, и мой взгляд на мгновение остановился на изображении хтонического дракона из древней азиатской культуры.

Никто не приказывал идти внутрь, никто не пытался затянуть меня туда насильно. Чёрт, да даже система не могла чётко выразиться, что ей от меня требовалось. Однако на подсознательном уровне ощущалось, что продолжение этой ночи должно произойти именно внутри. Более того. Редкие кадры, всплывающие в сознании яркими вспышками, вырывали обрывочные куски памяти.

Должно произойти нечто ужасное. Кровь, очень много крови и криков. Кадры мелькали перед глазами, как вдруг я понял, что не испытывал ничего, кроме железного хладнокровия. Нет, так человек не может себя ощущать, только если не настроил себя заранее. Каким бы больным уродом ни пыталась выставить меня система, было прекрасно понятно, что я переживаю этот момент своего прошлого не просто так, и чтобы отыскать ответы, придётся заглянуть за туманную завесу.

Достал пистолет, ещё раз проверил содержимое обоймы, поправил воротник костюма, прочитав мантру, занёс руку за спину и вошёл внутрь.

Глава 9

Кисло-сладкий аромат жареного мяса смешался с терпким запахом крепкого алкоголя. Прежде чем двери ресторана распахнулись, я сделал два выстрела, убив человека на месте. Молодой мужчина в тёмном костюме умер практически сразу, оставив на стене короткий кровавый след. На подсознательном уровне я знал, что он стоял именно там. Даже знал, что в этот самый момент он будет говорить по телефону и держать в левой руке небольшой чемодан.

Содержимое меня не интересовало, а вот сам человек, если бы оставил его в живых, мог бы стать настоящей проблемой. Надёжный пистолет “Техкор” со встроенным алгоритмом помощи прицеливания, слегка подправив кисть в нужном направлении, сработал как надо. После прошлого раза и небольшого путешествия по уголкам разума залётного, я пользовался огнестрельным оружием уже намного лучше. Всё ещё присутствовало ощущение, будто слегка косил влево, но адаптивная система пистолета закрывала небольшие дыры в моей подготовке.

Перед глазами выскочил план ресторана, надёжно поселившийся глубоко в подкорке, и огибая деревянную трибуну, за которой спряталась молодая и симпатичная девушка, я открыл дверь, ведущую в подсобные помещения, и прицелился. Секунда, вторая. На третью показался темнокожий мужчина с шикарными длинными усами. Он вцепился в швабру, словно она единственная могла спасти ему жизнь.

Махнул пистолетом в сторону подсобки и, когда тот туда зашёл, закрыл за ним дверь и провернул ручку замка. Надёжнее было бы его убить, но я покину это место прежде, чем прибудет подкрепление. Выглянул из-за угла, убедился, что длинный коридор пуст, добравшись до единственной двери, убрал пистолет за спину и вошёл на кухню.

Букет ароматов ударил по чувствам с такой силой, что мне едва удалось сдержаться, чтобы не схватить засахаренный кусок мяса прямиком из чугунной сковороды. Пускай разумом понимал, что всё это лишь уловки виртуального мира, но после двух недель на одной пасте и воде, с короткими перерывами на булочки сомнительного содержания, даже ложь пахла правдой.

Повара были заняты своим делом и не обратили на меня ни капли внимания. Синхронный стук кухонных тесаков, столбы огня из газовых плит и невнятная иностранная речь — всё это создавало особый антураж некой загадочности и неизвестности. Однако я сюда пришёл не для кулинарного приключения, а чтобы выполнить задание.

Перед глазами высветился интерфейс, в этот раз заметно отличавшийся от моего агрессивно-красного. Мягкие зелёные цвета, удобное расположение вкладок, и главное, на фоне всего этого символ — раскинувшая по сторонам крылья птица. Вот это уже интересно.

Обычно система полностью интегрировала мой родной интерфейс, стараясь создать полное ощущение погружения, а здесь, словно забросив в шкуру другого человека, она отпустила тормоза и открыто показывала различия. Тем не менее, выбрал вкладку заданий и заметил, что единственный пункт там поступил от контакта с неброским именем: «Работа».

Интересно, что же это за такая работа, где положено разгуливать в классическом костюме и открыто убивать обедающих в ресторане людей? На наёмного убийцу особо непохож, хотя профиль складывался именно такой. С другой стороны, он бы стал действовать немного иначе, нежели пробиваться к цели сквозь толпы противников.

Отложив размышления в долгий ящик и открыв дверь, я оказался в зоне для так называемых особых гостей. Два охранника, не ожидающие никаких проблем, подумали, что с кухни вышел официант и вынес очередное блюдо для хозяев. Быстрым движением воткнул одному клинок в шею и в три коротких выстрела убил второго в упор.

Сидевшие за длинным столом тучные люди с татуировками в виде драконов и тигров подскочили и потянулись за оружием. Не знаю почему, но это уже второй раз, когда в сценарии на повышение социального уровня мне приходится убивать именно азиатов. И либо система специально выставляла меня против них, либо моя работа заключалась в чём-то ещё.

На коленях у людей сидели молодые девушки, а присмотревшись, можно даже сказать, что и девочки. Наряженные в школьные формы, в коротких юбках, они стали живыми щитами, заставив короткую казнь превратиться в настоящую перестрелку. Двоих я всё же успел убить, но только потому, что они находились ближе всех и сидели спиной ко мне.

Пришлось нырнуть за колонну, на ходу меняя обойму, и спрятаться от свинцового дождя. Почему именно этот маршрут? Зачем врываться в одиночку в осиное гнездо, полное вооружённых людей? Если моей целью был всего один человек или даже несколько, то убить их можно и другим способом. Вместо пальбы было бы предпочтительнее подкупить работников и отравить еду. Заложить бомбу, убить всех ещё на подходе, а лучше всего — выйти на них через близких людей и родственников.

Но вот так? С одним пистолетом и простенькими имплантами? Так поступают только пересмотревшие фильмов подростки, обычно не доживающие до совершеннолетия. Возможно, всё это было тестом. Система хотела выяснить, на что я способен? Хотя ей вроде и так уже всё известно. Видимо, опять начинаю надумывать вместо того, чтобы сфокусироваться на бое.

Когда свинцовый дождь прекратился, а из соседнего помещения выбежало ещё трое людей, я ощутил, как под кожей на груди забегали крохотные наниты, и, хорошо прицелившись, выстрелил. Первая пуля с чавканьем вошла бойцу между глаз, и тот умер на месте. Второй получил бы в грудь, но то ли специально, то ли по счастливой для него случайности, вместо того, чтобы стрелять, нырнул в сторону. Пуля вошла в бок человека, пробив левое лёгкое, и тот на ходу, выплёвывая кровь, закрутился и упал на пол.

Последний не стал размениваться на мелочи и, прислонив приклад автомата к бедру, открыл беглый огонь. Одна пуля пришлась мне в грудь, и наниты сумели её остановить. Хм, значит, выстрел из винтовки они держат — полезно знать. Когда закончу, надо будет первым делом заняться прокачкой всех умений, но это потом. Сейчас мне всё ещё предстоит битва.

Огибая колону, я перескочил на другую сторону, не глядя выстрелив в сторону третьего охранника, а затем резко развернулся и побежал к опрокинутому длинному столу. Оставаться на одном месте — значит, рисковать быть зажатым сразу с нескольких сторон. И если это произойдёт, придётся начинать заново, а я планирую закончить с первого раза.

Напротив показалась голова толстяка с татуировкой дракона, и в эту же секунду я выстрелил. Чёткая, ровная и аккуратная точка во лбу послужила гарантией отправки противника на тот свет, и его туша придавила лежащую рядом девушку. Будто криков и воплей без того было мало, она заверещала ещё громче, когда жирное тело мужчины сломало ей ногу. Собственная торчащая окровавленная кость — это не то, что ожидаешь увидеть, когда отправляешься в хороший ресторан в компании членов ОПГ.

У меня не осталось ни капли сомнений, что все эти люди не были корпоративными бизнесменами или публичными деятелями. Конечно, не сомневаюсь, что каждый из них занимался чем-нибудь вполне легальным для налоговой, но в целом? Гнусные морды, татуировки, вставные челюсти и зубы, вульгарные импланты и характерный эскорт.

В голове промелькнула мысль, что меня отправили сюда не за определённым человеком, а за всей группой. Тогда о каком «восстановлении» могла идти речь? Восстановить фрагмент памяти? Надо будет потом спросить Приблуду и Трева о сценарии сдачи их социальных уровней. Может, они тоже переживали своего рода отрывки прошлого.

Насчитав ещё примерно пять человек и повернувшись, я заметил, как один из них толкнул в мою сторону молодую девушку и, заметно прищурившись, стрелял куда попало. Три пули с чавканьем влетели ей в спину, а одна прошла мимо. Девушка попыталась протянуть ко мне руки в поисках спасения, но оказалось слишком поздно. Я шагнул в сторону, прицелился и коротким выстрелом убил толстяка.

Четыре.

Вместо того, чтобы вновь скрываться за колонной, взял пистолет в левую руку и, выпустив клинок импланта, рванул в атаку. Удар гадюки с молниеносной скоростью доставил к первому врагу, а когда лезвие разорвало ему глотку, я скакнул ещё раз и добил второго практически в упор. Странно, но сами главари, пускай и обладали железом, практически им не пользовались. Вместо этого всё, что они могли мне противопоставить — это раскрашенные золотом и платиной личные пистолеты.

Оставшиеся двое, заметив, как быстро погибли практически все, включая вооружённую охрану, стреляли практически не целясь. Они больше осыпали свинцом всё помещение, нежели пытались действительно меня прикончить. Правда, это не означает, что стоит расслабляться, ведь неважно, будь то прицельная стрельба или шальная пуля, всё, что требовалось — это один шанс из тысячи.

Заметил, как человек побежал в сторону двери напротив той, из которой я вышел. В зал? Пытался скрыться среди толпы? Выстрелил ему в спину и промазал, а затем тот пригнулся, упал на колени и пополз дальше. Я вставил новую обойму и выпустил ещё две пули.

Первая попала в правое колено, а вторая прямиком в левую ягодицу. Мужчина закричал от боли и, повернувшись, нажал на спусковой крючок. Сухой стук бойка прозвучал словно приговор, и человек спешно полез во внутренний карман пиджака, дабы отыскать следующую обойму. Пока ему это не удалось, и я спешно приблизился, ударом ноги выбил пистолет и, надавив на раненое колено, произнёс:

— Где Скрин?

Слова сами сорвались с языка, и на мгновение могло показаться, что принадлежали другому человеку. Какой ещё Скрин? О чём я? Голос вроде бы мой, задание на повышение социального уровня. Всё в том же костюме, что и раньше, тогда почему ощущение такое, что меня забросили в чью-то пустую оболочку, и теперь она взяла контроль на себя?

— Сука, тварь, урод! — продолжал кричать мужчина, и пришлось направить пистолет на пах, и ещё до того, как я спустил курок, он затараторил. — Тихо, тихо! Я не знаю! Это ты убил бухгалтера? Идиот! Он бы вывел тебя на Скрина, а теперь его нигде не отыскать!

— Неверный ответ.

Выстрел! О детях можно забыть, да и молодых девок незачем будет лапать. Человек заверещал как резаная свинья и, схватившись за пах, принялся бросаться яркими проклятьями. Пришлось садануть его по рёбрам, а затем вновь надавить на раненое колено носком начищенной туфли.

— Никто не знает, где Скрин! Никто! Импринт у него! Только он может расшифровать импринт! Сука!

Ещё один выстрел закончил страдания человека, а я крепко зажмурился. Что это только что было? Скрин? Какой ещё нахрен Скрин, и почему я так сильно хочу его отыскать? Только он может расшифровать импринт? Какой? Матричный? Чёрт, никаких ответов, лишь очередная вереница запутанных вопросов.

Огляделся. Полная комната трупов. Никто не выжил. По левому плечу стекает тонкая струйка крови, впитываясь в мягкую ткань рубахи. Во внутреннем кармане осталась парочка дополнительных обойм, но они мне больше не пригодятся. Эскортницы, совсем ещё юные девушки. Понимаю, что это всего лишь симуляция, но закончить жизнь вот так — как-то паршиво.

Поймал себя на мысли, что накатившая волна меланхолии появилась не просто так. С какого перепуга я стою посреди выдуманной локации и переживаю о виртуальных болванчиках? Кто-то насильно запихал эти чувства мне в голову, или я попросту переживал давно минувшее ощущение? В любом случае, задание выполнено, и пора возвращаться в мир живых.

Стены постепенно складывались карточной колодой, и на последней секунде я остался стоять посреди белоснежной пустоты. Оператор Санктуума выгрузила меня из сценария, но двигаться не хотелось. Продолжал лежать в капсуле и жадно вчитывался в новую информацию.

//Получен новый социальный статус: Наёмник//

//Максимальный уровень увеличен до 40. Доступны новые функции ватаги//

Ну посмотрим, что мне там удалось приобрести. Зашёл в раздел и медленно выдохнул. Появились две свободных иконки для новых членов. Чёрт, ожидал хотя бы пять, но ладно, две так две. Заметил новый раздел, который носил неброское название: «Фермерство» — и ухмыльнувшись мысли, что придётся собирать урожай, зашёл внутрь.

От каждого члена ватаги исходило пять ровных линий, ведущих к небольшим квадратным иконкам. Вспомнил наставления Некра и внимательно изучил интерфейс. Хм, вроде всё предельно ясно. Тот, кто не помещается в ватагу, сможет вступить в так называемую ферму, заранее обговорив условия труда.

Некр тогда уточнил, что эта система исключительно для должников, чтобы следить за процессом выплаты. Со счёта каждый день будет списываться определённая сумма ресурсов до тех пор, пока бедолага не выплатит полностью весь свой долг. Удобно, но мне в голову сразу пришла другая идея, а именно способ, который поможет заработать.

Что, если вместо добровольного рабства оставить просто слово «добровольно». Пускай все записываются в фермеры, скажем, каждому поставить налог в триста единиц кибы в неделю — и пускай пашут. Официально они не будут находиться в ватаге, но всё равно смогут финансово её поддерживать, оставался вопрос: как?

Хм, что на ВР-2 больше всего любили? Турниры и добычу. Если собрать достаточное количество шестёрок, записать их в общий список, то можно устроить небольшое соревнование, а когда они подсядут, то водить всю толпу на рейды. Тем самым можно будет самостоятельно, без остальных, фармить ресурсы, а те, в свою очередь, за возможность будут отсчитывать процент в банк ватаги и ещё сверху платить за фермерство.

Надо будет подумать над идеей на досуге, обрисовать картину в целом, нарастить немного мяса на скелет и хорошенько причесать. Думаю, в конечном счёте получится заманчиво.

Ладно, с этим разобрались, что у нас дальше?

Раздел «профессия», вот это уже интересно! Зашёл и обнаружил четыре основных иконки: Мясник, Торговец, Производитель и Фарматех. Так, стоп, я думал, всем этим занимался исключительно мясник, да и где раздел конструктора? Вспомнил слова Трева об уничтожении профессии в целом и задумался, чем так должны были нагрешить бедолаги, чтобы их дело вырвали из системы с корнем?

Если с мясником всё было понятно, то остальные пока являлись загадкой.

Профессия Торговец: Вы открываете ветку, где будете обучаться торговому делу. Открывается доступ к вкладке «Чёрный рынок» в консоли распределения, где можно обзавестись серьёзными ресурсами, недоступным другим пользователям. Открывается доступ к чёрному аукциону, на котором пользователи могут торговаться за более редкие экземпляры, включая людей и внутренние органы. Открывает доступ к скупке и продаже рабов, также добавляет возможность владения другими пользователями ниже социального статуса “рабочий наёмник”. Для дополнительной информации умений пройдите в меню. В комплекте идёт устройство для торговли.

Профессия Производитель: Вы открываете ветку, где будете обучаться делу производства. Открывает доступ к редким связкам ресурсов, требуемым для создания имплантов высокого уровня. Открывает доступ к уникальной системе производства снаряжения, амуниции и транспорта, включая беспилотный (недоступно на ВР-3, ВР-2). Так же добавляет возможность запомнить и скопировать предметы в личную коллекцию рецептов. При достаточном уровне профессии пользователь сможет разбирать высокоуровневые импланты без потери ресурсов. В комплекте идёт устройство для создания.

Профессия Фарматех: Вы открываете ветку, где будете обучаться фармакологии и техническому применению полученных препаратов. Открывает доступ к редким рецептам создания ядов, лекарств, вирусов и бактерий (недоступно на ВР-3, ВР-2). Открывает доступ к уникальной системе испытания препаратов на живых пациентах с получением полного отчёта при выполнении. Даёт возможность изучать, копировать и комбинировать рецепты для достижения желаемого результата. В комплекте идёт устройство для создания.

Для ознакомления возможностей профессий в КиберСанктууме обратитесь к оператору и произведите погружение.

Твою же мать, вот это я, конечно, пропустил! Некр, жук ещё тот, описал всё так, словно максимум, что сможешь сделать, так это клепать ржавые импланты на коленке. Хотя скрытность и то, что он обычно выдавал за юмор, вполне в его духе. Однако всё ещё непонятно, опять же с его слов, как всем, кроме торговли людьми и созданием вирусов, занимался обычно мясник?

Я не смог сдержать любопытство и зашёл в последнюю ветку.

Профессия Мясник: Вы открываете ветку, где будете обучаться искусству имплантирования и поддержания работы сложных механизмов. Открывает доступ к пониманию работы нервной системы человека и принципам действия имплантов. Открывает доступ к возможности установки и вариантам улучшения уже созданных производителем имплантов. Даёт возможность изучать, копировать и составлять собственную библиотеку рецептов с разными вариантами подключения к нервной системе.

ВАЖНО: Единственная профессия с доступом к начальной стадии «Ежефикации». Дважды подумайте над выбором профессии, если не готовы заниматься этим процессом.

Теперь всё ясно. Чёткое разделение, где одна профессия не сможет существовать без другой, иначе бы вокруг были одни торговцы. Производитель создаёт имплант, но не может его установить. Мясник, в свою очередь, может сварить средний и даже поставить, но вот высокого качества можно не ждать. Фарматех, видимо, обеспечивал не только ядами и нейропарализаторами, но и накачивал препаратами ежей, превращая их в безмозглых существ. Торговец мог продать всё что угодно и кого угодно по любой цене, но сам при этом являлся обычным барыгой и перекупщиком, неспособным создать даже коробок спичек.

Прежде чем принимать решение насчёт будущей профессии и вообще начинать в ней разбираться, стоит углубиться и выяснить, какие плюшки они дадут мне в Санктууме. Ожидаю нечто извращённое и смертельное, конечно, только после нескольких уровней прокачки.

Склоняюсь пока больше к фарматеху или производителю, так как торговец и мясник обычно привязывались к определённому месту. К тому же вряд ли мне понравится резать себя или членов ватаги, а речь о превращении рабов в ежей вообще не шла.

Что лучше? Создавать стимуляторы и опасные яды или улучшать уже имеющееся железо и производить мощные импланты, дабы не покупать по завышенной цене?

Так, всё. Решил для себя, что в этом вопросе спешить точно не буду и сначала накопаю больше информации. На бумаге, пускай и электронной, всё звучало довольно заманчиво, но с системой так не бывает. Госпожа явно подготовила целый плац подводных камней, заставляющих вместо приятного и заслуженного бонуса жалеть о сделанном выборе.

Как бы то ни было, пора вылезать из капсулы и смотреть, как обстоят дела у Мыши. Стеклянная крышка отворилась, и с первым глотком воздуха, ощущая лёгкую дезориентацию, я заметил, что рядом стояла Седьмая. Она что-то обсуждала с оператором Санктуума и периодически посматривала на Мышь.

Еж заметил моё пробуждение и привычно протянул:

— Смертн-и-и-и-к.

Я помахал ему рукой и переключился на Седьмую. Девушка что-то пробубнила оператору, протянула ей небольшую флешку и, прищурившись, посмотрела на меня.

— Нам надо поговорить.

Я ухмыльнулся:

— Думал, не придёшь. Ладно, дай выбраться из капсулы. Там столики неплохие есть, мне как раз надо прийти в себя и расспросить тебя как опытного жителя ВР-2.

Её лицо помрачнело, и девушка, опустив голову, прошептала:

— Не здесь, много ушей.

Даже так? Видимо, что-то серьёзное, раз даже она опасается подслушивания. Неужели это насчёт Вицерона, и упырь уже начал действовать? Вряд ли. Он бы не стал хитрить, и послал бы своих бойцов прямо. С него станется.

Посмотрел по сторонам — людно, здесь мы точно не найдём приватного уголка. Вернуться в блок? Трупы убрали, но там всё ещё пованивает, да и идти довольно далеко. Не найдя никакого другого варианта, я откинулся обратно в капсуле и, закинув руки за голову, предложил:

— Запрыгивай.

Удивительно, но Седьмая не стала спорить и, кивнув, попыталась закрыть мою крышку, как я внезапно остановил её и обратился к оператору:

— Как раз три капсулы, подключай вместе со мной ежа и убедись, что мы все попадём в одну симуляцию. Да не смотри ты на меня, сама же видела, что он полный имбецил. Матричный импринт всё ещё остался, а значит, под личиной ежа внутри всё ещё подобие человека.

— Но статус! — возмутилась девушка.

— Ну тогда считай его моим рабом, и я хочу взять своего раба в виртуальное путешествие. Если ты права, система распознаёт в нём недочеловека и наградит его навыками. Тебе-то какая разница? — затем перевёл взгляд на Седьмую и добавил. — Если ты попросту потратишь моё время, у нас с тобой будут проблемы.

Она залезла в капсулу, потеребила в руках наушники и, взглянув на меня из-под кончиков розовых волос, прошептала:

— Обещаю.

Глава 10

Мир растянулся, закинув нас в очередную локацию, но всё, о чём я думал, так это том, что пора браться за работу. Очередной социальный статус откроет новые возможности, а очков Санктуума хватит, чтобы хотя бы ненадолго обеспечить всех водой и припасами. Моё ежедневное погружение в виртуальный мир стоило ещё пятьдесят кибы, плюс столько же заплатил за Мышь. Внезапно всего за два дня на счету осталось меньше сотни. Какие-то жалкие шестьдесят две единицы.

Конечно, была ещё и синта с нанитами, но менять её на кибу? Нет, этот этап моей жизни пройден давно. Оставлю её для профессии, если вдруг решу выбрать производителя. Да, думаю, и для фарматеха сойдёт. В любом случае, прокачка — это хорошо, но с пустыми карманами далеко не уедешь.

Всё думал, куда нас закинет с Седьмой, как вдруг обнаружил, что попал в ужасно тёмное место, где вдоль стен светили редкие фонари. Рядом со мной стояла девушка, а сбоку раздалось знакомое мычание. Вот ты где, мелкий, суетливый и назойливый раб! Чёрт, ёж, попавший в сценарий КиберСанктуума! Видимо, всё же получится сделать из него боевую единицу.

Первым делом вызвал интерфейс и судорожно принялся искать хоть какую-нибудь информацию о Мыши. Ватага? Пусто. Моя личная страничка характеристик? Тоже ничего. Неужели инвентарь? И там его не было. Да не может такого быть! Мышь загрузился как отдельный персонаж с собственным аватаром? Если да, то это конец. Он ни в жизнь не сможет сказать, есть ли у него умения или характеристики, и даже если бы и мог, то вряд ли сумел бы отыскать где.

С виду он абсолютно соответствовал своему реальному телу, что неудивительно. Правда, в тенях он казался намного больше, но это, скорее всего, из-за освещения. Чёрт, должен же существовать способ достучаться до его интерфейса! Может, попробовать заговорить напрямую? Мало ли, получится?

Седьмая заметила, что я с прищуром рассматривал Мышь, и терпеливо стояла в стороне, стараясь не привлекать к себе внимания. Я, как маленький ребёнок, которому вручили на Новый год новую игрушку, судорожно крутил её в руках, пытаясь понять, на что она способна. Где включается моторчик, с какой стороны лучше поставить и вообще какой разрушительной способностью она обладает.

Мышь медленно повернул голову и промычал знакомое «Смертни-и-и-к». Хм, значит, просить систему наградить его речью — это слишком. Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

Я подошёл, схватил Мышь за запястье и приложил свой индекс. Интерфейс — ничего. Вдруг он протянул ко мне вторую руку, и перед глазами выскочило сообщение:

//Внимание, получен запрос на вступление в ячейку фермерства. Принять?//

//Да. Нет.//

Сделать из Мыши фермера? Тогда придётся вешать на него долг, плюс все остальные будут его видеть. Нет, надо придумать другой способ. Ну же, госпожа, хватит вести одностороннюю беседу. Мы уже познакомились, и ты знаешь моё имя, а я знаю твоё. Давай продолжим разговор!

Зашёл в раздел ватаги, сначала выбрал членов по очереди, не заметив ничего интересного, а затем щёлкнул на собственное имя. Ха! Бинго! Система, благодаря оператору КС, определила Мышь как моего раба, записав того в раздел «Боевой слуга». Видимо, так и прокачивали боевых ежей, и из этого следует, что, возможно, процесс ежефикации проходил немного иначе на ВР-2. Или это отличительная черта рубежа, но как бы то ни было, у меня появилась возможность.

Кликнул на Мышь и вывел его характеристики на экран.

Сила: 16

Скорость реакции: 5

Крепость тела: 10

Разумность: 65%

Хм, погружения нет, да ему и не надо. Значит, система определила его таким образом? Странно, при жизни Мышь был мелковат, и я ожидал, что при повышении социального уровня, ему обязательно пропишут поведенческий импринт поддержки. Однако он оказался настоящим бойцом. Кто бы мог подумать? Шустрила-Мышь стал медленным и мясистым танком, правда, таким он пока ещё не казался.

С интересом зашёл в “Разумность” и прочитал: “Параметр отвечает за то, насколько боевой слуга может самостоятельно принимать осознанные решения. Повышается с ростом боевого слуги и взаимодействием с господином. При смене тренера параметр понижается до десяти процентов.”

Сучий ты потрох, так вот как они устраивали бои ежей! Тренировали их, словно обычных гладиаторов в Санктууме, а потом выставляли на потеху остальным. Надо будет обязательно узнать, сколько на этом можно заработать. Правда, сначала стоит его немного подкачать. Набрать с десяток уровней, приучить к сражению.

В голове выстраивалась идеальная картина. До завтра срочно разжиться кибой, собрать всю ватагу, загрузиться в сценарий, повысив при этом сложность, и водить Мышь в качестве прицепа. Пускать только на слабых или средних противников, чтобы привыкал к убийствам, а мы тем временем набьём ему с десяток уровней, а может, даже больше.

Глазом не успеет моргнуть, как станет настоящим боевым ежом и перестанет бессмысленно таскаться за ватагой! Ну что, Мышь, кажется, я наконец нашёл тебе занятие. Правда, не то, о которым ты мечтал, будучи хилым рабом, и уж точно не то, за которое бы взялся. С другой стороны, начнёшь приносить пользу, отрабатывать пасту и зарабатывать для ватаги.

Мышь, будь бы он здесь в своём былом обличии, сразу бы начал юлить и пытаться выторговать работу получше. Вот кому надо давать профессию торговца, он бы нас уже миллионерами сделал!

Ёж смотрел перед собой, наклонив голову, словно пытался прочитать мои мысли. Я улыбнулся и пообещал, что займёмся им непременно, и решил осмотреться и понять, куда нас забросило.

Из всех мест и сценариев, на которые была способна система, она выбрала чёртов подземный лабиринт, где мы провели несколько голодных дней. От воспоминаний заурчал желудок, а во рту начала выделяться слюна. Я повернулся к Седьмой и спросил:

— Что мы здесь делаем?

Девушка взглянула на Мышь, потом на меня и с обидой в голосе ответила:

— Наигрался? Мы можем приступать к делу?

Я приподнял бровь и поставил её на место:

— Ты сама ко мне пришла, сама сказала, что нам нужно поговорить. Никто тебя не тащил насильно, поэтому не надо делать мученический вид. Я займусь твоим вопросом тогда, когда у меня появится время.

Седьмая замолчала и виновато опустила голову. Кажется, с давлением я немного переборщил, так как привык в последнее время общаться исключительно с дегенератами. Однако тут же себе напомнил, что пускай она и выглядит как симпатичная молодая девушка, только переступившая за второй десяток, но на деле она хладнокровная убийца. Видел, как без раздумий и колебаний убивала, а значит, не стоит вестись на весь этот инфантильный образ.

— Гад ты, Смертник, — цокнула она, и прикусив нижнюю губу, добавила. — Гад и мерзавец.

От нахальства перешли к оскорблению? Такими темпами она далеко не уедет, и с каждой секундой её шанс вступить в ватагу становился всё меньше. Однако в этот раз решил пропустить её слова мимо ушей, так как взгляд девушки действительно был серьёзным. Более того, кажется, она то ли стеснялась, то ли не знала, как начать. Решил ей помочь и, выдавив лёгкую улыбку, произнёс:

— Ладно, рассказывай, что мы здесь делаем. Почему именно фронтир? Я видел, как ты протягивала оператору флешку. Что на ней? Заказной сценарий от конструктора?

Седьмая резко подняла голову, и на мгновение в её взгляде промелькнуло удивление:

— Как ты догадался? Впрочем, неважно. Да — это конструкт. Искусственно созданный сценарий, за который я заплатила кучу кибы.

— Кучу? О каких размерах этой кучи идёт речь?

Седьмая прищурилась:

— Большой куче, а что?

Я пожал плечами и, взглянув на подошедшего Мышь, который приблизился, чтобы принять участие в разговоре, ответил:

— Ну в следующий раз, если обзаведёшься такой кучей, то приходи к нам. Трев тебе создаст любой конструкт, на который будет способен. Естественно, со скидкой.

— Трев Конструктор? — ещё сильнее удивилась она. — Теперь… чёрт… теперь всё намного сложнее.

Вдруг я услышал, как из-за тёмного закутка подземки раздалось уже знакомое рычание, перерастающее в гулкий вой. Охотники, причём немало. Целая стая. Седьмую это даже не побеспокоило, и девушка, собравшись с силами, сказала:

— Ты фронтирщик, Смертник. Мы на фронтире. Мне нужна твоя помощь, чтобы закончить этот сценарий.

Эх, паскуда. Знал, что ложь рано или поздно обойдёт планету по дуге, вернётся и схватит меня за филейную часть.

Что я знаю о фронтире? Так это то, что его называют фронтиром, здесь есть железная дорога, по которой возят товары с ВР-2 на ВР-3 и куча голодных монстров обитающих в тенях. Они только и ждут, чтобы напасть на очередной конвой и полакомиться мягкой человеческой плотью. Вот, собственно, и всё. Всё, что мне известно о нём.

Вслух, конечно, говорить такого не стал, так как до сих пор не был уверен, стоит ли ей вообще доверять, и коротко кивнул.

— Зачем ты заказала сценарий фронтира? Можно же было просто спуститься вниз.

Седьмая нахмурилась:

— Потому что мне надо! Ты будешь помогать или нет?

Я вздохнул и, искоса поглядывая во тьму, ответил:

— Ну раз мы уже здесь, то не вижу причин отступать. Только давай уясним сразу: если ты предлагаешь совместную прокачку — это одно дело. Мы вместе завершаем сценарий, получаем гору опыта и выгружаемся, а дальше словно ничего и не было. Но если ты опять что-то недоговариваешь и, как Трев, пытаешься меня втянуть в нечто паршивое, то скажу тебе сразу, Седьмая: я, может, гад и мерзавец, но я не тот человек, которого стоит водить за нос.

— Две тысячи седьмая, — вдруг произнесла она. — Седьмая — это просто сокращение. Моё полное имя — Кибертянка2007. Мои родители посчитали забавным так меня назвать, а система шутки не поняла и официально внесла в реестр. Так что да, вот такое у меня имя, поэтому для всех я просто Седьмая.

Я улыбнулся:

— Ну раз для всех Седьмая, значит, то и для меня будешь Седьмая. Насчёт подвоха ты всё уяснила?

— Уяснила, — ответила она, при этом уверенно кивнув, и сразу добавила. — Всё, что мне требуется — это помощь в прохождении сценария. Концовку можешь не смотреть и не участвовать в ней, если не хочешь. Заставлять не стану.

Ну хотя бы в этом мы были согласны. У неё явно имелась своя корыстная цель помимо опыта и прочего. Решил, что у каждого есть свои секреты, бросил приглашение в общую группу и внимательно вчитался в информацию.

Мне уже известно, какими имплантами она обладала в реальном мире, по крайней мере частично, а вот чем наградил её Санктуум — это дело другое. Девушка молча смотрела, как я с каменным лицом копался в интерфейсе, а затем под звук шагов приближающихся охотников произнесла:

— Статус: наёмник, импринт: Боевой Инферналь. Три импланта, основной стиль боя — урон по местности огнём. Могу бить и одиночными, если понадобится. Если хочешь узнать о каждом умении отдельно, могу рассказать.

Так вот откуда меч с раскалённым клинком. “Боевой Инферналь” звучит довольно интересно.

Кивнул девушке и ответил:

— Предпочитаю увидеть всё воочию. В первом бою на рожон не лезь, надо притереться друг к другу, а то случайно оба в мертвяк улетим, а у меня сейчас лишней кибы нет. Ты сказала, что в соло сценарий пройти не смогла, поэтому пока не пойму, что здесь и как, вперёд не лезешь и выполняешь все мои команды. Также я буду прокачивать Мышь, он пока первого уровня, так что следи, чтобы до него не добрались. Вопросы?

Седьмая повернулась на звук приближающихся охотников, надела на голову наушники и материализовала раскалённый добела клинок. Затем схватила короткий меч обратным хватом, и отрицательно покачала головой.

Три монстра, мускулистые, с множеством наростов по всему телу, выбежали из-за угла, попутно толкая друг друга. Могло показаться, что каждый из них старался выиграть спор и добраться до людей первым. Но на деле они попросту были голодны и желали вкусить нашу плоть. Убедился, что Мышь остался за спиной и вступил в нашу группу, пускай и в виде боевого слуги. А затем смазал клинок нейротоксином и улыбнулся. Долгожданная прокачка.

Седьмая пригнулась и зашла по дуге, держа клинок наготове. Монстры не распознали в ней угрозу и решили сосредоточиться на мне. Это зря. Как только они пробежали мимо, девушка сорвалась с места и, ловко запрыгнув на спину монстру, принялась кромсать его плоть раскалённым лезвием меча.

Я специально отошёл в сторону, чтобы хиленького Мышь случайно не задело товарным поездом, и, выждав идеальный момент, прыгнул ударом гадюки. С каждым разом мне всё лучше удавалось выверить подходящий момент, чтобы воспользоваться умением и нанести максимальное повреждение.

Клинок вонзился в мускулистую грудь монстра, а священный рандом решил, что в этот раз токсин не сработал. Глухо выругавшись, я поймал себя на мысли, что всё ещё удивляюсь низкому шансу прохождения, схватившись за один из отростков на спине монстра, качнулся и отпрыгнул в сторону.

Массивная когтистая лапа шлёпнула об окровавленную грудь в надежде прихлопнуть меня как комара. Охотник быстро заработал передними и задними конечностями, пытаясь на полной скорости сменить траекторию, как вдруг запнулся о выставленный хвост соратника и покатился кубарем.

Я выдохнул, когда заметил, что громадная туша, весившая без малого тонну, бесконтрольно катилась в сторону ежа. Мышь стоял словно вкопанный, и молча смотрел на надвигающуюся смерть. Ну же, двигайся, тупой ты кусок ежа! Отскочи в сторону! Сделай хоть что-нибудь, или тебе всё приказывать надо?

Шестьдесят пять процентов разумности, хотя этот параметр я бы лучше назвал «самостоятельностью». Вкопанный Мышь, кажется, был готов расстаться с жизнью, лишь бы не проявить инициативу в битве, и некоторое время просто стоял. Я уж думал, придётся вытаскивать его из мертвяка, как вдруг он внезапно удивил и меня, и катящегося на него охотника.

Перед тем, как превратиться в лепёшку, мой боевой слуга резко развернулся, выпустил из спины крепкие и длинные иглы, а затем свернулся в клубочек. Даже с такого расстояния я слышал, как раздался хруст, помноженный на мокрое чавканье плоти.

Тем временем я увернулся от когтистой лапы охотника, полоснул по коже, вызвав в этот раз паралич и, пока тот замер в угрожающей позе, запрыгнул на голову и широким замахом вогнал клинок через глазницу.

Жёлтая, вязкая и противно пахнущая жидкость брызнула в лицо, а существо, хоть и не могло двигаться, более чем уверен, испытывало непереносимые муки. Держа в голове мысль, что я не имею ничего личного против монстра, и сменив форму клинка на пилу, продрался сквозь кожу и мышцы и рассёк череп. Наружу фонтаном брызнула мозговая жидкость, а я, не останавливаясь, погрузил оружие внутрь и разделил полушария на чёткие две половинки.

Получено 400 опыта.

Вот это здравствуйте! За одного охотника четыре сотни? Чёрт, да мы здесь всей ватагой так развернёмся, что будем резать без остановки! Выводи ещё! Больше трупов! Больше опыта! В ликовании совсем успел забыть о бедном еже и, спрыгнув с монстра, получил ещё четыре сотни от убийства Седьмой.

До семнадцатого уровня осталось чуть меньше восьми сотен, а значит, мне нужен ещё один дополнительный охотник. Тот, что наткнулся на иглы Мыши, успел встать на лапы и атаковал уже не так уверенно. С правого бока у него хлестала кровь сразу из нескольких отверстий, однако ошмётков тела ежа я так и не обнаружил.

Вместо того, чтобы превратиться в лепёшку, виртуальный аватар боевого слуги выдержал, пускай и разгибался он с особым трудом. Ничего, первый блин всегда комом. Зато теперь буду знать, что не прокачанные ежи — как дети малые. Надо управлять ими напрямую и отдавать четкие приказы.

Едва живой Мышь втянул иглы обратно в тело и под хруст позвоночника и скрежет металла попытался выпрямиться. Даже смотреть на это было больно, а когда Мышь наконец смог принять нормальное положение, то задрал морду вверх и протянул привычное «Смертни-и-и-и-к». Нечего меня винить, надо было самому соображать и сваливать, когда на тебя со всей скорости несётся потерявший управление товарный поезд.

С другой стороны, может, он и хотел, но игровые ограничения Санктуума не позволяли. Однако Мышь всё же сумел принять независимое решение, выпустить иглы и свернуться в комочек. Не думаю, что для прыжка требовался более высокий параметр «разумности», и это было его выбором. Значит, возвращаемся к старому «сам виноват, надо было думать».

В отличие от уставшего и голодного тела в реальном мире, в виртуальной подземке при помощи дополнительных умений сражаться было куда легче и интереснее.

Очередной охотник бежал на нас со всех ног, не обращая внимания на хлещущую с правого бока кровь. Сзади медленно подошла Седьмая. Вымазанная во внутренностях, она крепко держала клинок, на котором испарялись последние капли крови монстра.

Вместо того, чтобы атаковать, она вопросительно посмотрела на меня, ожидая приказов. Значит, девочка всё же знает, что такое подчинение, и если захочет, то может свою гордость засунуть глубоко и надолго. Ладно, ты только что вернула себе пару очков, но посмотрим, как справишься дальше.

Отошёл в сторону, кивнул в сторону монстра, и она вышла вперёд. Видел, как ты засадила пинком в ежа, разрезав того напополам, но что твой имплант даёт тебе в Санктууме? Седьмая, словно прочитав мои мысли, удобнее перехватила клинок, а когда монстр оказался на опасно близком расстоянии, едва заметно топнула, и вокруг девушки взмыли столбы огня.

Она сорвалась с места так быстро, что я едва успел уследить за ней взглядом. Нет, я, конечно, тоже умел прыгать с помощью удара гадюки, но если в глазах других я перемещался с точки на точку, то Седьмая буквально взлетела, оставив после себя выжженную полосу. Она со всей скорости впечаталась в приближающегося охотника и, вонзив клинок тому в морду, резко запрыгнула на спину и побежала по туловищу создания.

Последнее явно было лишним, так как он уже был мёртв, однако Седьмая решила меня впечатлить, таща за собой свой короткий меч и продолжая расчленять монстра. Когда девушка спрыгнула с хвоста твари, он превратился в хорошо проваренную картошку, кожицу которой слегка надрезали сверху.

Яркая вспышка огня осветила туннель, внутренности охотника вывались наружу, а в воздухе запахло жареным мясом. Я получил ещё четыреста опыта, и интерфейс дал понять, что третье умение нагрудной пластины из четырёх, готово к использованию. Не ожидал такой стремительной прокачки, особенно на первых минутах сценария. Даже представить боюсь, что нас будет ждать дальше. С другой стороны, это специально созданный для Седьмой конструкт, так что, думаю, она аккуратно выбирала каждый этап сценария.

— Ну как ты? — я убрал клинок и подошёл к хрустящему позвонками Мыши.

Тот сумел наконец более или менее привести себя в вертикальное состояние, насколько позволяла конструкция его скелета, и что-то промычал. Ну и славно.

Заглянул в раздел умений и увидел, что «тактический панцирь» и «нанитовый рой» были готовы к использованию. Первый должен будет сдерживать тело воедино, пока не закончу сценарий, а вот второй куда интереснее.

Теперь могу копировать нанитов, что уже были в груди, и создавать ещё один слой защиты там, где захочу. Я решил не откладывать и мысленно приказал телу произвести новых, интереса ради послав мелких существ в правый кулак. Всего через мгновение ощутил, как костяшки пальцев окутали крохотные жуки, создавая плотную защиту для скелета, а сама рука налилась чугуном.

Ощущение было такое, что я могу раскалывать целые горы, но это, скорее всего, от накатившего адреналина. Пообещал себе, что обязательно попробую умение в бою и поиграюсь со связками, особенно когда открою последнее, до которого осталось каких-то жалких двести очков.

Так, с этим всё понятно. Перейдя в раздел группы и прищурившись, я посмотрел на состояние Мыши. Пара сломанных рёбер, порванная селезёнка, но в целом ничего страшного, жить будет. Он сейчас, наверное, испытывал нечеловеческую боль. Жаль, но ничего, характер закалит, и в будущем будет знать, как тупить в бою. Немного боли никому не повредит.

Хлопнул Мышь по спине и повернулся к Седьмой.

— Ну что, идём дальше? — спросила она, убирая клинок за пояс.

Я кивнул, посмотрел на закуток туннеля, и произнёс:

— Ты ведь мне всё расскажешь, когда будешь готова?

Седьмая замешкалась, спустила окровавленные наушники на шею и тихо прошептала:

— Пошли уже, тебе качаться надо.

Глава 11

— Я, кстати, хотел спросить, у тебя же социальный статус — наёмник, почему всё ещё с профессией не определилась?

Седьмая с интересом посмотрела на меня и, прокрутив меж пальцев небольшой метательный нож, ответила:

— Случай как-то не подвернулся. Ты если не заметил, я не особо занимаюсь прокачкой, а в наёмниках уже давно. Ну что, сам-то определился?

Я зарылся обратно в интерфейс и задумчиво почесал подбородок. Выбор стоял между производителем и фармотехом. Мясник и торговец не привлекали даже после того, как внимательно изучил ветки умений Санктуума. Каждая из них вмещала в себя по пять дополнительных умений с весьма интересной механикой.

Вместо того, чтобы учить их как обычные навыки, зарабатывая опыт с убийства монстров, цель как можно быстрее добраться до последнего. Все предыдущие шаги, конечно, открывали возможности боевого использования, но только пятое умение полностью раскрывало весь потенциал ветка профессии.

Заметил, что они расходились на два пути: Боевой и Поддерживающий. Производитель, при наличии определённых ресурсов, мог создавать механизированные турели или даже баррикады. Очень удобная штука, когда попадутся сценарии с целыми волнами монстров. Подготовить плацдарм, выстроить стены и заполонить всё турелями.

В случае прокачки Поддержки пользователь усиливал силу и действие имплантов союзников и даже мог создавать крепкую броню. Существовали, конечно, свои нюансы, но в целом механика Производителя до жути проста и понятна. Вот Фарматех, с другой стороны, вызывал куда больше вопросов.

Если бы меня кто-нибудь попросил рассказать в двух словах, то я бы его описал как вирусолога-некроманта. Никакой магией он, конечно, не обладал, и признаться, я понятия не имел, как это будет реализовано в рамках Санктуума, но описание не оставляло место для разночтений.

В боевом режиме он усиливал собственное оружие, используя смертельные вирусы и яды, а также мог создавать дымовые гранаты, начиняя их бактериальным составляющим. Накрыть целую поляну монстров, закидав их издалека контейнерами с едким и смертельным содержимым — звучит как мечта садиста, если бы не одно “но”. Мой нынешний стиль боя отказывался жениться на этой ветке, оставляя только возможность для использования ядов.

Конечно, можно ворваться в толпу, забросать всё гранатами и спешно отступить, но что будет, если вдохну пары собственной же работы? Поэтому ветка поддержки меня привлекала больше, особенно учитывая, что именно в ней таилась та самая часть «некроманта». Вместо того, чтобы создавать ядовитые испарения, она предлагала выкачивать «силу» и «жизненную энергию» из врагов и передавать её союзникам.

Мой пытливый разум сразу принялся прикидывать варианты, до какой степени можно раскачать Мышь. Механика заключалась в том, что я каким-то образом должен буду соединить его с собой, создав связь «Хозяин-раб», а затем попросту выкашивать монстров. Каждое убийство будет заполнять виртуальный счётчик, постепенно открывая возможности усиления подручного.

В отличие от первого, мне всё ещё придётся сражаться самому, поэтому продолжу усиливать как тело, так и получать новые импланты. Мышь, в свою очередь, подняв характеристики и уровень собственных умений, получит дополнительные усиления и станет полноценным убийцей. В теории, если бедолагу как следует раскачать, при этом не напортачив с билдом, то мы получим дополнительного бойца, при этом не занимая места в ватаге.

Эта мысль всё больше и больше мне начинала нравиться, особенно когда пробежался взглядом по умениям.

1. Кибернекротический поток: Создав связь между вами и вашим рабом, вы сможете накачивать его жизненной силой убитых. Каждая смерть будет делать вашего слугу сильнее, быстрее и выносливее, а вы будете получать полный контроль над потоком. Усиление доступно каждые десять секунд. Требуется 10 единиц шкалы Жнеца.

Ур 1 - +15% к Скорости реакции.

Ур 2 - +15% к Силе

Ур 3 - +15% к Крепости тела.

2. Коктейль Агонии: Вы учитесь создавать особые психогенные коктейли, заставляя вашего раба не чувствовать боли и не испытывать страха. На протяжении десяти секунд он, даже ценой собственной жизни, будет убивать во имя своего господина. Внимание: Ни в коем случае не применять на живых пользователях, эффект непредсказуем. Требуется 30 единиц шкалы Жнеца.

3. Нейроэкстракция: Коктейль Агонии наделяет оживлённого раба способностью вытягивать жизненную силу убитых самостоятельно и преобразовывать в дополнительную защиту для себя или своего господина. Навык не конфликтует с «Кибернекротическим потоком» и может использоваться как дополнительное усиление.

4. Био-Пластификация: Создаёт из плоти и костей убитых надёжную и крепкую защиту, обволакивая тело раба или хозяина. Если создать дополнительные нейросвязи, можно усиливать членов ватаги. Для активации требуются пять свежих трупов и 80 единиц шкалы Жнеца.

5. Кибернекротический кошмар: Создаёт финальную версию машины для убийства. Вы тратите все единицы шкалы Жнеца, а также теряете все предыдущие эффекты, усиливая раба и превращая его в настоящее чудовище. Требуются все четыре активных навыка и 100 единиц шкалы Жнеца. Время действия: 100 секунд.

Ещё никто и никогда в жизни не говорил мне столь приятных слов. Вылепить из Мыши настоящее порождение больной фантазии с одним лишь желанием убивать? При дополнительной поддержке всей ватаги? Чёрт, где ставить крестик и дату подписания?

Ещё раз внимательно прошёлся по всем умениям других профессий и, уверив себя в том, что ветка фарматеха самая вкусная, принял окончательное решение, вступив в должность. Рядом с именем в окне характеристик появилась небольшая иконка с перевёрнутым крестом с насаженным на него черепом.

Хм, торговцем явно станет Приблуда, и останется ещё одна вакантная профессия. Краем глаза посмотрел на Седьмую и улыбнулся.

— Чего лыбишься? — спросила она, подозрительно прищурившись.

Зашёл в раздел профессии, интуитивно создал связь между мной и Мышью и прочитал требование для получения первого умения. Да, в отличие от остальных, для прокачки профессии необходимо выполнять отдельные задачи. Так вот, первая гласила, что я должен убить сотню противников в виртуальной реальности Санктуума.

Ну что же, никаких уточнений не было, поэтому можно валить всех подряд. Сделал для себя мысленную заметку, перетянул окно так, чтобы оно всегда находилось в поле зрения в правом верхнем углу и, сделав интерфейс полупрозрачным, кивнул Седьмой.

— Ну наконец-то! — она замолчала, а затем с интересом выдохнула. — Фарматех, значит? Ну ладно, я думала, ты больше по хрому, но, видимо, оказалась неправа.

Напоследок я залез в характеристики Мыши, обнаружив, что за четырёх мёртвых охотников он получил третий уровень, и решив, что раз уж в этом сценарии он всё равно сражаться не будет, оставил распределение очков на будущее.

— В общем, слушай, — продолжила Седьмая, вставая на ноги. — Дальше нас…

— Не-а! — прервал я её, пока она не испортила всё веселье. — Терпеть ненавижу, когда рассказывают концовку фильма. Пускай ты и знаешь, но мне самому интересно глянуть, что за порождение лихорадочного сна настряпал тебе конструктор.

Удивительно, но Седьмая спорить не стала, и мы, завернув за угол, спокойно пошли по длинному туннелю. Лампочки на стенах загорались за несколько метров перед нами, словно ощущая появление людей. Ещё заметил, как спутница была расслаблена, словно знала, что в ближайшее время нам ничего не грозит. Можно потратить его с умом и вновь закопаться в тонкости новой профессии, но решил, что пока хватит.

Мышь ковылял сзади, переваливаясь с ноги на ногу и размахивая длинными руками, словно маятником. Представил его в образе спутника некроманта, в чёрной драной робе, с чёрными мертвецкими ногтями, и, конечно же, с капающей изо рта слюной. Мысленно ухмыльнулся и заметил, что фактически он мало чем отличался, естественно, помимо кибернетической составляющей. Вон даже чёрная маска на лице подходила под выстроенный образ.

Принимать за бездумного зомби его, конечно, нельзя. Система всё ещё считала Мышь рабом и отказывалась записывать в ежи, пускай он выглядел и действовал как один из них. Возможно даже, в процессе прокачки получится взять ему квест на социалку? Или сама мысль об этом равносильна безумию?

Я выбросил из головы лишнее, и через несколько минут молчаливого пути мы добрались до первой точки.

Переходная станция. Туннель внезапно делился надвое крепкой металлической стеной, пройти через которую можно было двумя способами: по рельсам или по ступенькам через небольшую дверь в переборке. Довольно просто и ничего сложного, если бы не угнездившиеся неподалёку охотники.

Их жилище, очень похожее на сплетённую из паутины и жухлой соломы пещеру, располагалось как раз на путях, словно они специально преграждали нам путь. Интересно, если всё, что хотела Седьмая, — это пройти сценарий по своим личным причинам, то почему в процессе создания конструкта она всё так усложнила? Возможно, девушка хотела испытать себя или проверить личные навыки? Странно…

— Поступим тем же образом? — спросила она, прерывая мои размышления. — В прошлый раз получилось неплохо.

На всякий случай, я жестом приказал Мыши не двигаться с места, чтобы его случайно не пришлёпнули, и, присмотревшись внимательней, ответил:

— Ты ведь знаешь, что двое спрятались по углам? По взгляду вижу, что знаешь. Предлагаю сначала их выманить. Остальные всё равно подтянутся, поэтому с ними должны справиться быстро.

Посмотрел назад и мысленно сам себе кивнул. Туннель достаточно широкий для вагонетки, но если широкоплечие монстры набьются, будет тяжело. Отступать некуда, по прямой они догонят нас всего за пару секунд. Здесь не помешали бы умения Производителя — поставить пару турелей, возвести стены и наслаждаться зрелищем. С другой стороны, мы пока ещё не сработались, и дополнительная тренировка пойдёт только на пользу.

До семнадцатого уровня осталось четыреста тридцать очков, и мысленно я уже потирал руки в предвкушении драгоценного опыта. Девушка некоторое время молча разглядывала будущее поле битвы, а затем согласно кивнула и достала меч, а я спокойным шагом направился к перегородке.

Глухое рычание сопровождалось скрежетом когтей о металлическую поверхность, и из левого угла выпрыгнул охотник. Второй не заставил себя долго ждать и, присоединившись к соратнику, широко расставил мускулистые лапы. И на чём они только здесь отжирались до таких размеров? Людей нет, других монстров тоже нет. Ели себе подобных? Почему бы и нет. Не думаю, что каннибализм был прерогативой исключительно ВР-3, впрочем уверен, и на втором рубеже найдутся свои извращенцы.

Выпустил клинок, остановился и, когда оба монстра оказались на расстоянии удара, взмахнул оружием, смазанным нейротоксином. И в эту же секунду шагнул назад ударом гадюки. Фух, ещё бы мгновение — и пришлось бы лететь в мертвяк. Монстры рассекли воздух мощными лапами и по инерции поскакали вперёд. Я воспользовался дополнительным прыжком, в этот раз в сторону, и вогнал клинок в крепкую руку существа.

Твою мать, двадцать пять процентов. Ну почему такой маленький шанс? Надо избавляться от этого простенького импланта и заменять на другой. Хватит уже с ним возиться, постоянно делая одно и то же и рассчитывая на священный рандом. Правда, для начала надо обзавестись ресурсами и закупиться минимумом технологического уровня ВР-2. Телефон, мотоцикл, нормальная еда…

— Отойди! — прокричала Седьмая, воспарив над монстрами.

Я пригнулся, увернувшись от широкого взмаха, и заметил, что настолько привык к сражениям, что увидел атаку ещё до начала. Или просто охотники начинали приедаться. Как бы то ни было, шагнул назад и, сменив форму клинка, приготовился контратаковать.

Седьмая с пылающей катаной планировала убить монстра одним ударом, но тот, заметив девушку ещё до того, как она прыгнула, вовремя отскочил и, сжав когтистую лапу в кулак, ударил наотмашь. От удара она перекрутилась в воздухе и крепко припечаталась спиной к каменной стене туннеля. Слишком самоуверенная, бьёт открыто, даже не стараясь скрыть своих намерений. Теперь неудивительно, что, обладая весьма серьёзными имплантами, она не смогла пройти этот сценарий в одиночку.

Пришлось брать всё в свои руки, и, побежав навстречу охотнику, я сначала рубанул его по запястью, а затем ревущие зубцы оружия вонзились прямиком в подмышку монстра. Тот зарычал на весь туннель, и тут наконец показались его сородичи.

План разделаться с этими как можно быстрее пошёл псам под хвост. Пришлось кувырком проскочить под охотником, нанести ещё несколько коротких ударов и оставить того истекать кровью. Удар гадюки ускорил меня достаточно, чтобы сократить дистанцию всего за секунду до следующего монстра, а затем я успел выставить перед собой пилу.

Встретил сопротивление, и имплант на мгновение завяз в стене из крепких когтей монстра. Он замахнулся свободной рукой, но я надавил сильнее и, когда под характерный треск они рассыпались, нырнул под существо и распорол тому брюхо.

Не заметил, как получил очки за убийство, а когда Седьмая пришла в себя и разделалась с уже раненым охотником, мы наконец успели справиться с первой партией. Ничего, сработаемся, правда, надо будет ей объяснить, что существуют и другие способы нападения.

Пришлось выбежать вперёд и мысленно приказать создать новую партию нанитов. Куда? С какой стороны ударят? Я не сомневался, что придётся выдержать тяжёлый хук, так как монстров слишком много. Попытался предугадать, откуда поступит первый, и шагнул в противоположную сторону, прикрываясь рычащим клинком.

Ударили сразу с двух сторон, и если бы не отправка нанитов в левое плечо, то остался бы без действующей руки. А мне сейчас нужны обе. Седьмая ворвалась в толпу и вновь активировала импланты в ступнях, закрутившись огненным вихрем и нанося урон окружившим её тварям. Так вот что она имела в виду, когда говорила о массовых атаках.

Когда охотников ужалило огненным касанием, они бросились врассыпную, как испугавшиеся света тараканы. Я воспользовался моментом и перерезал горло первому. Несмотря на все свои размеры, основные органы и артерии находились примерно в тех же местах, где можно представить.

Монстр взмахнул лапой, и тут сработал эффект узкого туннеля. Охотников набилось такое количество, что для того, чтобы атаковать, им зачастую приходилось бить по своим же. Мой не стал исключением. Истекая, как свинья, кровью, он случайно задел соратника и вырвал тому неплохой кусок мяса с правого бока.

Тот, вместо того, чтобы сосредоточиться на людях, яростно зарычал и атаковал в ответ. Всего за пару секунд недалёкие охотники принялись отвешивать друг другу крепкие удары за случайно нанесённые раны, и мы с Седьмой, не сговариваясь, продолжили резню.

Сначала девушка запрыгнула на одного монстра, рассекла ему плоть на спине до позвоночника, а затем заставила того дёрнуться вправо и напасть на соседа. Тот, будучи заметно раненным, отбивался сразу от двух и, не выдержав, помер под тяжёлыми ударами собратьев. Остальное — вопрос времени.

Охотники могли бы справиться и лучше, но стали жертвами собственной ловушки. Последние два пытались убежать и спрятаться в логове, но споткнулись о мёртвые тела других. Они, быстро перебирая окровавленными лапами, старались выбраться на свободу. Я убил первого, уже привычно запрыгнув тому на спину и распилив голову надвое, а Седьмая воспользовалась клинком и нанесла несколько точных и быстрых ударов.

Когда всё стихло, я убедился, что она выучит урок, и, посмотрев на девушку недовольным взглядом, заставил её цокнуть. Чего губы надула? Сама виновата, нечего лезть на рожон, а то заладили оба. Один стоит как вкопанный, а вторая, прежде чем атаковать, орёт на весь туннель. Ей-богу, учить надо как детей!

Счётчик убийств для умения профессии пополнился на восемь единиц, а я заработал три тысячи двести опыта и поднялся сразу до восемнадцатого уровня, оставив в запасе ещё пять сотен. Неплохо, надо обязательно взять двадцатый и наконец добраться до максимума рабочего наёмника. Пять очков характеристик оставил для будущего распределения и улыбнулся, когда заметил, что Мышь скакнул до седьмого.

Мы молча подошли к гнезду монстров, и напарница, черканув мечом, выбила огненную искру, и материал загорелся как тополиный пух. Яркий столб осветил мрачный туннель, обнажая резко уходящую влево железную дорогу. Заметил на лице Седьмой толику страха, и, кажется, она не могла не удержаться. Её правая рука крепко сжимала рукоять оружия, а костяшки пальцев заметно побелели. Что бы ни находилось впереди, одна мысль об этом разжигала огонь внутри девушки. Паршиво. Если она опять решит поддаться эмоциями и так открыто будет атаковать, придётся вывозить всё на своём горбу.

Не успел я ничего сказать, как она молча шагнула вперёд, и через некоторое время послышались звуки моторов. Сначала охотники, а теперь байкеры? Интересно выстроен сценарий, но спорить не стану. Последовал за ней, а затем увидел то, чего уж точно не ожидал.

Оказалось, что среди подземных туннелей, где в тенях скрывались смертоносные хищники, сновали убийцы и другого толка. Разношёрстые люди, облачённые в тёмные халаты, на спинах которых красовался образ распустившегося лотоса. Они гарцевали на мотоциклах и явно готовились к нападению.

Но удивило другое. Их цель. Небольшое поселение, казавшееся оазисом света в царстве непроглядной тьмы. Оно прилегало к одной из заброшенных погрузочных станций туннеля, возле которой складировались отработавшие своё вагонетки.

Люди сколотили из подручных средств небольшие хижины, в которых ютились, стараясь не отходить от костров. Те, в свою очередь, служили единственным источником освещения, не позволяя тьме поглотить их холодными щупальцами. Некоторые из зданий уже полыхали, а пытавшиеся сбежать люди натыкались на стену ревущих мотоциклов и тут же прощались с жизнями.

Упыри бросались заточенными металлическими прутьями, которые пронзали бедолаг насквозь. С первого взгляда могло показаться, что они таким образом развлекались. Ведь так охотятся на диких животных, заставляя их бежать в нужном направлении, а затем попросту закидывают копьями или выворачивают наизнанку картечью.

Некоторые всё же предпочитали сгинуть в пламени, нежели доставить удовольствие байкерам и играть в их игру. Остальные же, не в силах сопротивляться стихии, бросались на байкеров, лишь бы поскорее закончить мучения. Заметил, что хоть среди жителей и не было детей, но люди разбивались на маленькие группки и погибали в объятьях близких. Они действительно считали себя семьями? Или на самом деле ими и являлись?

Седьмая молча наблюдала за резнёй, как вдруг по её щеке сползла одинокая слеза. После того, что она сделала с ежами Вицерона, не думал, что когда-нибудь увижу её в таком состоянии. Она не просто казалась расстроенной. Девушка переживала каждую секунду страданий этих людей и не могла сдвинуться с места, чтобы им помочь.

Ну если она не могла, то меня-то уж ничего не останавливало.

Ещё раз убедился, что, несмотря на смену рубежа и более цивилизованный стиль жизни, меня всё ещё окружали отмороженные на всю голову наёмники. С этой мыслью убивать их станет ещё легче, и в процессе я даже получу особое извращённое удовольствие.

Главная проблема была не в количестве противников — целых десяти человек — а в том, что все они сидели на довольно быстрых мотоциклах. Если окружат, то здесь не поможет даже хвалёная скорость реакции, а значит, придётся реквизировать один и использовать по назначению. Пока Седьмая переживала свою личную драму, я выпустил клинок и на полусогнутых коленях подкрался к самому крайнему байкеру.

Он держал стальной прут наготове и с садистским хохотом выбирал следующую цель. Дождался, пока тот совершит бросок, а затем коротким ударом перебил его шейные позвонки. Пока остальные не заметили потери бойца, быстро приблизился ко второму и повторил. Даже несмотря на то, что десять байкеров растянулись в довольно широкую линию, и между ними было не меньше трех метров, долго оставаться в тени не получится.

Когда я уже бежал к третьему, за спиной раздался хруст металла — видимо, мотоцикл завалился набок. Человек, не снимая самодовольной улыбки, обернулся, и мне пришлось вновь шагнуть в пустоту и перерезать тому горло. Он так и умер, не осознав, кто его убил, и откуда взялся противник. Быстро выхватил прут и метнул в ближайшего человека, а затем, не тратя времени, сбросил тело и сел на мотоцикл.

Нахлынуло знакомое ощущение, словно мне и раньше приходилось управлять железным конём. Выжал сцепление, переключил передачу, и, увернувшись от просвистевшего недалеко прута, крутанул рукоятку газа. Двухколесный зверь под рёв двигателя забуксовал, а затем сорвался с места. Удалось оформить четыре трупа, и осталось добить всего лишь шестерых. Не знаю, какими уровнями наделила их система, но внезапный вой двигателя и крики байкеров заставили Седьмую выйти из транса.

Девушка схватила любимую катану и, приняв боевую стойку, выбирала следующую цель. Разжиться своим транспортом и присоединиться к гонке она не решилась или попросту не умела с ним обращаться. В любом случае, Седьмая превосходит меня по скорости и не даст себя в обиду. Краем глаза убедился, что Мышь всё ещё скрывается в тенях, и с лёгким сердцем поддал газу.

В седле чувствовал себя уверенно, даже когда резко повернул влево и в заносе задним колесом протаранил мотоцикл байкера. Тот сумел удержаться, но когда я прыгнул ударом гадюки и перебил тому шейную артерию, он всё же завалился, придавив себе правую ногу. В ту же секунду я вернулся на коня и отметил, что мне начинает нравиться. Надо будет обязательно обзавестись таким в реале.

Половина готова, осталось столько же.

Седьмая выбежала перед очередным наездником, и когда тот, словно средневековый рыцарь, на ходу швырнул в неё стальное копьё, она увернулась и пантерой запрыгнула на мотоцикл. Неаккуратный удар рассёк наёмнику грудь, а девушка забыла, что под ногами у неё находился заполненный топливом бак. Седьмая активировала имплант в ступне, привычно выбив искру, превратившуюся в пламя, а затем раздался взрыв.

На мгновение показалось, что спутница отправилась в мертвяк, и я всё же не смог помочь ей пройти этот сценарий, как вдруг она вырвалась из огненного шара, оставив за собой сгоревшую куртку. На плечах, локтях и руках красовались свежие островки ожогов от горячих бензиновых капель. Девушка воспарила в одном топике, обнажающем плоский живот, и приземлилась на правое колено.

Заметил, как от нижней трапеции спины вплоть до самой головы тянулась линия чёрного как ночь материала, а затем цветком распускалась на затылке. Ей даже пришлось выбрить волосы, но в целом смотрелось довольно симпатично. Я видел меч в действии, видел, как она скачет благодаря имплантам в ступнях, но это? Интересно, на что был способен загадочный усилитель?

Она перехватила оружие левой рукой и со всех ног бросилась навстречу другому байкеру. Тот не стал повторять опыт павшего товарища и на полной скорости свернул влево, оголяя установленный в правую руку стреломет. Такой я видел раньше, и вряд ли Седьмой удастся увернуться. Она и не стала.

Девушка, не останавливаясь, побежала на встречу, и даже когда углепластиковый болт вонзился ей в плечо, прыгнула и одним ударом отрезала противнику голову. Оставшиеся трое наездников, осознав, что битва проиграна, видимо, решили перед смертью как следует повеселиться или попросту забрать с собой побольше виртуальных душ. Вместо того, чтобы атаковать, они синхронно развернули стальных коней и направились в сторону поселения, где спрятались выжившие фронтирщики.

Седьмая недовольно цокнула, вырвала из плеча болт, а затем услышала рёв мотора за спиной. Я поднял девушку одной рукой и усадил себе за спину. Она обхватила меня ногами, прижавшись бёдрами и приготовив раскалённый клинок, и ждала идеального момента. Даже сквозь рёв мотора и крики людей я слышал, как она скрежет зубами и считает секунды.

Мы всё же не успели.

Ублюдки спрыгнули с мотоциклов и всего за несколько мгновений методично вырезали оставшихся. Тогда Седьмая расцепила ноги, запрыгнула мне на плечи и, оставив лёгкий ожог на шее, скакнула вперёд. Она приземлилась как раз в центре мясорубки, и на спине девушки, где находился чёрный имплант, затанцевали синие языки пламени.

Через мгновение сегмент за сегментом импланта приоткрылся, оголяя мощные турбины двигателей, и разверзлась настоящая адская буря. Седьмая, используя верхние и нижние импланты одновременно, закрутилась бешеным вихрем, сливаясь с потоками огня.

Не выжил никто.

Трупы жителей сначала разрывало на части, а затем куски мяса и потоки крови сгорали в адском пожарище. В сторону полетели кости, остатки черепов и куски металла. Мне пришлось резко развернуться и отъехать подальше, дабы самому не вернуться в мертвяк. Вовремя создал новую партию нанитов и приказал им прикрывать спину. Что-то твёрдое и, судя по звуку, металлическое попыталось сбить меня с мотоцикла, но удалось удержаться.

Проклял Седьмую, которая, видимо, решила спалить здесь всё, но не мог не оценить способностей девушки. На данный момент она на голову превосходила по силе не только меня, но и Приблуду с Тревом вместе взятых. Правда, ей катастрофически не хватало боевого опыта, но это дело наживное.

Я остановился, на всякий случай, не стал глушить мотор и с прищуром наблюдал, как горит поселение. Ни один человек не способен выжить в таком огне, и, видимо, Седьмая всё же использовала последние силы. Вдруг пламя постепенно начинало затухать, а через несколько секунд, взорвавшись последними искрами, оставило после себя груды углей.

Я быстро добрался до Седьмой и, увидев её обнажённой, вконец убедился, что она не была маленькой девочкой. Округлые формы и крепкое тело, которое она прятала под мешковатой одеждой, покрылось твёрдой корочкой. Она дышала, была в сознании и смотрела на меня глазами, полными боли.

Я попытался ей помочь, как она вдруг схватила меня за руку, сжала так крепко, что начали хрустеть кости, а затем выдохнула и прошептала:

— Спасибо.

Глава 12

С завершением личного сценария Седьмой мне всё же удалось взять двадцатый уровень. Размышлять над повышением характеристик особо не пришлось, и девять свободных очков поделил между погружением, доведя до пятнадцати, а скорость реакции скакнула до двадцати четырёх.

Они потребуются для установки новенького импланта, и вместо того, чтобы пичкать себя дополнительным железом, я решил если не улучшить, то заменить выбросной клинок. Штука удобная и спасала мне жизнь не один раз, но после увиденного в Санктууме, как Седьмая устроила буквальный пламенный ад на земле, я серьёзно задумался.

Плюс если собираюсь прокачивать не только себя, но и Мышь, осваивая новые навыки фарматеха, придётся слегка изменить направление. Скорость реакции — характеристика универсальная, повышающая не только работу инстинктов, но и совершенствующая тело, позволяя быстрее реагировать на опасность.

Заметил, что моё тело стало более поджарым. Не то чтобы раньше я щеголял лишним жирком, но сейчас я чувствовал себя намного свободнее. Казалось, что даже такая простая вещь, как обыденный шаг, давалась мне с невероятной лёгкостью. Возможно, мозг ещё не перестроился как следует после резкого повышения на четыре единицы, но думаю, дело не только в этом.

При достижении двадцатого уровня я ожидал ещё один подарок от системы в качестве улучшения одного из навыков, как это случилось на десятом. Однако вместо этого она поздравила меня с достижением «потолка» рабочего наёмника и замотивировала качаться дальше, уверяя, что нет предела совершенству.

Мысленно согласился и закрыл очередную веху. Оба импланта имели максимальный уровень и, в рамках Санктуума, работали на полную. Использовать последнее умение нанитов с перенаправлением энергии так и не удалось, но в следующий раз точно попробую. Однако сейчас это волновало меня в последнюю очередь.

После того, как было принято решение сделать Мышь боевым ежом, я старался не только не выпускать его из виду, но и специально водил его за собой по самым оживлённым улочкам, чтобы его милая мордашка, спрятанная за ониксовой маской с личным номером 7-11, была у всех не только на виду, но и на слуху. Слышал, что кто-то прозвал его «две палки», другие называли «чёрным», но больше всего удивило прозвище «Туз».

Не сразу понял, зачем люди выдумывали странные прозвища вместо того, чтобы привычно называть его “ёж”, но потом выяснил, что у всех боевых имелось нечто подобное. Это что-то вроде сценических псевдонимов, под которыми они выходили на бой. Неудивительно, так как большинство наёмников своих рабов и ежей обычно называет: «Слышь, эй ты» или каким-нибудь ругательством с особой подковыркой.

Ну а я решил не превращать Мышь в бездушное орудие и оставить ему хотя бы частичку личности. Поэтому пускай люди придумывают, что хотят, но для меня он останется тем, кем и является. Тем более это имя подойдёт ему как никогда, учитывая, в какое существо я собираюсь его превратить.

На седьмом уровне Мышь обзавёлся двенадцатью очками характеристик. Не раздумывая, вложил всё в силу и догнал её до двадцати восьми. Система изначально определила этот параметр как самый высокий, и думаю, спорить с ней нет смысла. После срока принятия новых характеристик визуально Мышь изменился не сильно. Плечи, локти и запястья стали в несколько раз сильнее по сравнению с тем, что было раньше, но мяса не прибавилось.

Значит, чтобы превратить его не только в грозную боевую единицу, но и мускулистого охранника, придётся откармливать. К счастью, Мышь ел всё, что попадётся. Однажды даже пытался отгрызть кусок железа от стола только потому, что какой идиот пролил свой лапшичный суп из пластикового стаканчика. В очередной раз распорол себе десну, порвал верхнюю губу, но продолжался грызть дальше. Пришлось его угомонить подзатыльником и выдать порцию еды, пока не начал пробовать на вкус прохожих.

После некоторых манипуляций смог создать для него идеальный завтрак, обед и ужин чемпиона в одном. Смешивал два тюбика пасты, купленных на очки КиберСанктуума, с литром воды, и, добавив одну булочку для вязкости, лепил небольшие шарики, которые тот глотал без риска разодрать ротовую полость.

Наделал таких на несколько дней, дабы не прерывать процесс кормления и наращивания мышц, и грустно посмотрел на содержимое инвентаря. Всё, Смертник, вернулся ты к тому, с чего начинал. Ну почти — синта и наниты лежали на своих местах. К счастью, теперь у меня есть ватага, и за мной более не гонится яростно желающий моей смерти больной ублюдок, а значит, живём.

Вселенная словно услышала мои слова, и в интерфейсе выскочило сообщение. Оно гласило, что мою ватагу одобрили на рейд, и нам незамедлительно следует явиться на место проведения. Совпало как никогда вовремя, так как и мои, и характеристики Мыши успели вступить в силу. А они нам точно понадобятся.

Идти пришлось несколько часов по длинной дороге, уходившей далеко за жилую зону ВР-2. Из неё, словно ленивая змея, тянулась целая вереница настоящих караванов. Люди везли с собой всё, начиная от кухонной утвари и заканчивая посаженными на цепь рабами. К мотоциклам цеплялись груженные товарами люльки, а некоторые умельцы, сооружая настоящих монстров, тащили за собой целые прицепы.

Пока шли, было время перекинуться парой слов о состоянии и прогрессе Приблуды и Трева. Первый сказал, что ему удалось поговорить с местными и убедить их в сотрудничестве с нами, но потребуется ещё некоторое время. Трев же сосредоточился на одном и выкатил мне полный список имплантов, подходящих под мой стиль боя, включая и стоимость. Также сказал, что получил один заказ на создание конструкта, и я ответил, чтобы он поспешил. Конструкты — вещь полезная, особенно с местной плотностью населения. Всегда найдётся кто-нибудь, кому надоело рассчитывать на однотипные сценарии Санктуария, и он решит раскошелиться на собственный. А ресурсы нам нужны как никогда.

Добрались до места к закату, который здесь выглядел немного иначе, нежели на ВР-3. Солнце, уходившее за горизонт, казалось намного ярче, хоть и не одаривало большим количеством света. Красным диском, оно медленно опускалось за раскрывшийся кокон Города, ещё раз подчёркивая его значимость и централизацию.

Когда стемнело, и местные развели костры, подготавливаясь к завтрашней охоте, я задумчиво посмотрел на яркие неоновые огни на горизонте и выдохнул. Ответственный за набор участников принял регистрацию, и я, поняв, что делать больше нечего, решил вернуться к нашей палатке.

Охота предстояла серьёзная, и судя по количеству людей, не являющимися участниками, зрителей будет предостаточно. А где зрители — там и соревнование. Много кому интересно наблюдать, как группа наёмников рискует жизнями против нанитовых червей и полудохлых синтетиков. Ещё при регистрации ответственный уточнил, всё ли мне понятно насчёт правил мероприятия, и что в случае смерти с моим телом ничего не будут делать. Бросят прям там, на съедение червям.

Однако это превосходный шанс не только ещё раз заявить о себе, но и обзавестись лутом высокого качества, на который можно будет купить и телефоны, и железо, и может даже подержанный транспорт. Так что пути назад нет, и придётся попотеть.

Когда добрался до лагеря, где кучками расположились ватаги, насчитал примерно двадцать палаток. У самой большой ютилось порядка восьми человек, и — о чудо! — на предплечьях у них были повязки с изображением лотоса. Заметил ещё одних засланцев элиты с символом разинувшего пастью тигра, а другие выбрали в качестве герба морскую черепаху.

Видимо, это и были представители всех трёх торговых кланов, державшие шахты по добыче ресурсов и всё местное производство. Ещё когда покидали жилую зону города, прошли мимо дымящих заводов, и я для себя отметил, что их было достаточно для полноценного создания очень многих вещей.

Клановики, конечно же, превосходили остальных не только в оснащении, но и в качестве имплантов. Их лидеры, прокачанные до потолка ВР-2, станут смертельно опасными оппонентами, которых лучше всего избегать. Думаю, дичи на всех не хватит, но если поляжет половина, то оставшиеся будут более чем увлечены охотой и не станут сражаться друг с другом. Главное — оказаться среди выживших.

Подошёл к нашей палатке, которая удобно расположилась недалеко от будущего поля, и увидел, как Приблуда и Трев вели оживлённую беседу. У костра спиной ко мне сидела та, кого я не думал встретить так скоро. Седьмая после нашего захода поблагодарила меня, сказала, что, если надо будет, найдёт, и отправилась по своим делам.

И вот она здесь.

— Ну это на самом деле вопрос времени, но в целом осуществимо, — услышал я слова Трева, который, судя по выражению лица, говорил о чём-то своём. — Только ты ведь понимаешь, что я не забесплатно работаю? Для создания такого сценария мне потребуется немало дополнительной энергии, а как видишь, я ещё не до конца откормился.

Тут он явно лукавил и пытался выжать из Седьмой как можно больше. Трев выглядел вполне сносно в рамках рубежей. Острые плечи и торчащие даже из-под футболки рёбра исчезли. Впалые щёки налились румянцем, а на лбу даже появилась жировая плёнка. Коктейль Некра, за который в своё время мне пришлось вывалить сотню кибы, подстегнул организм Трева на быстрый набор массы, а всё остальное сделала питательная паста.

В целом, он вполне походил на обычного наёмника, если бы не эта дурацкая причёска, но, как говорится, на вкус и цвет…

— Я знаю, — ответила девушка, и в её голосе послышалось напряжение. — Кибу я найду, за это можешь не беспокоиться, просто скажи, справишься или нет?

Трев кивнул, а затем, заприметив моё появление, широко улыбнулся и поприветствовал:

— А, Смертник! Тебе там, наверное, икается, мы как раз о тебе говорили.

— Смертни-и-и-к! — протянул идущий за спиной Мышь и плюхнулся у костра.

— Обо мне? — я уселся рядом и принял бутылку воды от Приблуды. — Мне показалось, вы о создании сценария говорили. Ну и как успехи?

По глазам Седьмой было прекрасно видно, что ей не хотелось говорить о нашем небольшом частном приключении. Не стал пытаться вывести её на разговор путём всяческих ухищрений и решил, что перед началом рейда лучше хорошенько отдохнуть и не нервировать ватагу.

— Ну как тебе сказать, — ответил Трев, устало вытягивая затёкшие ноги. — Немного отвык от создания столь продуманных и детализированных сценариев, но в целом справлюсь.

Приблуда ядовито улыбнулся и решил подшутить:

— Да ладно, у тебя же целый частный гроб был, из которого аж до Смертника достучался! С таким железом явно ночи напролёт создавал дикие сценарии.

Трев пропустил колкость о своём прошлом мимо ушей.

— Да если бы. Запросов-то было много, только о требованиях тебе лучше не знать. Я могу как минимум ста различными способами описать голое женское тело, вплоть до небольших родинок и размеров половых губ, — тут он перевёл взгляд на Седьмую и, словно извиняясь, продолжил. — В общем, тебе лучше не знать.

— Ага, — кивнул Приблуда. — Упырей там хватало…

— На фронтире? — радостно спросила Седьмая, наконец сумев перевести русло разговора в другое направление. — Вы, кстати, с какой станции? Их в последнее время всё меньше становится.

Приблуда затих, осознав, что постепенно приближаемся к тому, о чём говорить нельзя. Он перевёл на меня не только взгляд, но и нить разговора, тем самым заставив выкручиваться.

— Из той, что больше нет. Была глубоко на фронтире, но, как и остальные, не выдержала очередной атаки охотников. Нам пришлось бежать, попутно раздобыв брошенную транспортную вагонетку, а остальное уже история.

Вроде поверила, тем более учитывая, что байка про наше феерическое появление на всей скорости явно разошлась по всему ВР-2. Хотя нечто в её взгляде мне всё же не понравилось, и кажется, она догадывалась, что я если и не вру, то точно недоговариваю. Ничего, Седьмая, не только у тебя могут быть секреты, и думаю, ты это прекрасно понимаешь.

— Да… — огорчённо выдохнула девушка. — В последнее время станции всё чаще подвергаются атакам, и скоро останется целой только основная линяя поставок. Кланам самое важное, чтобы товары уходили по главной линии, а тот факт, что люди буквально сражаются за свою жизнь каждый день, их это не волнует.

— Ну всегда есть вариант вернуться на второй, чего они там сидят? — спросил Приблуда, наплевав на конспирацию.

Седьмая не стала ловить его на слове и ответила:

— Не у всех есть такая роскошная возможность. Большинство изгоняют на фронтир без возможности вернуться, — тут она замолчала, и в глазах проблеснула та самая грусть. — И не всегда справедливо.

Повисла неловкая тишина, изредка прерываемая лишь потрескиванием искусственных древесных углей из распределителя. Все задумались, а для меня это означило лишь одно: вместо крепкого спокойного сна ватага ляжет спать не в настроении.

— Ты, кстати, чего здесь забыла? — вовремя спросил я, переводя тему. — Думал, ты одиночка и ни в какой ватаге не состоишь.

Седьмая кивнула:

— Одиночка, поэтому одиночно и участвую. Всегда нужны такие как я, которых, в случае чего, можно пустить под нож на потеху публике. А то иногда бывает, что ватаги слишком сосредотачиваются на сборе и забывают резать друг друга. Народу такое не по душе.

Тут Приблуда почувствовал момент и, радостно хлопнув в ладоши, заявил:

— Ну так чего ты? Я же тебе уже говорил: вступай к нам! Мы и так в последние дни постоянно друг на друга натыкаемся. Вон, уже даже в нашем лагере сидишь вместо того, чтобы с одиночницами время проводить. Думаю, никто не будет против.

Седьмая посмотрела на улыбнувшегося Трева, затем на Приблуду, покосилась на меня, встала и резко заявила:

— Я зашла, чтобы спросить насчёт сценария. Так что, думаю, пора перестать злоупотреблять гостеприимством и вернуться обратно.

— Тебе необязательно, — произнёс я спокойным голосом. — В палатке место найдётся, да и завтра всё равно всем вместе идти на рейд, поэтому, если хочешь — оставайся.

Седьмая замолчала, а затем через пару секунд ответила:

— Мне надо подготовиться к рейду. Проверить ещё раз импланты и наточить меч.

С этими словами она ушла, а мы молча проводили её взглядом, пока девушка не скрылась во тьме. Трев огорчённо швырнул небольшой камень в костёр, я посмотрел на медленно дышащего Мышь, а Приблуда, не выдержав, заявил:

— Что ты с ней сделал, Смертник? Со дня вашего погружения на ней лица нет. Была весёлая девка, шутки шутила, улыбалась, а ты её в зомби превратил. Неужели оформить успел по-быстрому? Нет, я, конечно, уважаю, но если девки после тебя такими становятся, то…

— Приблуда! — рявкнул Трев, а затем заметил мой задумчивый взгляд.— Как завтра действовать будем? Нас всего трое, но я готов на сто процентов. Больше не буду отсиживаться, пока вы за меня всё делаете, — он достал из инвентаря углепластиковые ножны и, щёлкнув большим пальцем по гарде, оголил клинок, который в свете костра переливался фиолетовым оттенком.

— Неплохо, — присвистнул Приблуда. — Где это ты таким успел разжиться? Судя по виду, стоит немало!

— Продал одному извращенцу сценарий ещё с ВР-3. Он уже был готов, осталось только перенести на носитель. Намешал всего в кучу, и ему настолько понравилось, что расплатился вот таким вот мечом.

— И как ты с ним справляешься? — спросил я, заметив, как он положил ладонь на рукоять.

— Когда был наёмником, постоянно тренировался в Санктууме. Как и сказал, боец из меня так себе, но убить рука не дрогнет.

— Кстати! — хлопнув в ладоши, вспомнил Приблуда. — Я всё хотел спросить, как ты, будучи рабочим наёмником, стал конструктором?

Трев убрал оружие в инвентарь и с ухмылкой ответил:

— А, это позорная часть моей биографии. Конструктором стал, уже будучи наёмником, а когда произошло то, что произошло, а я приобрёл себе новый дом, то из-за часто невыполнения ежедневных заданий система понизила до рабочего. На самом деле, я чуть не переквалифицировался в рабы, но вы вовремя на меня наткнулись. Так что здесь никакой загадки нет.

Приблуда кивнул, и в его руках появились новенькие шипастые кастеты, на которые он тут же подал напряжение своих имплантов.

— Я тоже без дела не сидел, во какая вещь!

— Так, стоп! — я устало потёр переносицу, узнав, что мою ватагу потянуло не в ту сторону. — Оружие — это, конечно, хорошо, и оно пригодится в реальном мире, но не надо забывать о билде. У каждого есть свой стиль прокачки. Приблуда, Трев…

— Успокойся, — улыбнувшись, махнул Трев. — Мы не идиоты. Просто надоело смотреть, как ты один за нас всех сражаешься, вот и обзавелись неплохим оружием. Ты лучше скажи, как действовать завтра будем?

Я медленно перевёл взгляд на огонь, и, наблюдая за тем, как танцуют языки пламени, ответил:

— По ситуации. Чёткого плана у меня пока нет, так как организаторы всё держат в тайне. Место, количество и прочее огласят только утром, специально, чтобы никто не мог нормально подготовиться. Хотя есть у меня подозрение, что клановским ватагам уже всё известно. Думаю, нет смысла пытаться выудить информацию, и лучше готовиться к чему угодно. Так что долго не засиживаемся, готовим оборудование и еду, проверяем импланты — и на боковую. Завтра рейд.

***

Она сидела, согнувшись над очередной жертвой, крепкой сжимая нож, с кончика которого всё ещё капала горячая кровь. Заворожённая зрелищем, девушка не могла оторвать взгляда от человека, медленно возвращавшегося в принтер. Ей казалось, что из раны на шее, помимо крови, тоненькими линиями выходила душа человека.

Она разжала пальцы, обронив нож, и попыталась схватить одну из них. Было бы неплохо, если бы получилось поглотить её и стать ещё сильнее. Каждый раз, когда она убивала, то старалась повторить один и тот же ритуал, отрывая кусочек души, прежде чем та возвращалась в принтер.

Вдруг резкая головная боль напомнила о недавней операции, но очередная доза из ингалятора вернула сознанию целостность. Последнее время всё тяжелее удержать разум воедино и не дать ему рассыпаться на миллионы мелких осколков. Наркотики помогали в краткосрочной перспективе, но чтобы наконец излечиться, ей нужно и дальше убивать.

С кончиков пальцев по запястью потекла тонкая струйка крови, опускаясь ниже до локтя, и соскользнула по новенькому сияющему хрому. Появилось дикое желание сорвать с лица маску, но тогда придётся смотреть на мир обычными глазами, а от этого становилось только больнее и хотелось убивать ещё больше.

До тех пор, пока она сидит в этой комнате и смотрит за тем, как тело жертвы покидает жизнь, всё будет хорошо. Её никто не тронет, не скажет, что делать, и она будет пробовать собрать всё обратно. Как только она начала об этом думать, вновь разболелась голова и возникло ощущение, будто по разуму пошла широкая трещина.

После того, как ей установили новые импланты, заменив зрение и слух, она перестала слышать и видеть окружающий мир так, как это делали другие. Каждый звук взвинчивал ощущения до предела, каждая капля крови казалась настолько яркой, что после небольшой лужи начинали до зуда болеть глаза. Ей пришлось на это пойти, чтобы сдержать разум в целости и не превратиться в дикое животное.

Опять начинается. Она за несколько секунд ощутила, как под черепом зашуршали мелкие жуки, и где-то издали раздался голос:

— Статус.

Холодный, зашифрованный и изменённый. Больше похожий на машинный, нежели человеческий, и сквозь пелену тяжёлого наркотика звучавший божественным.

— Цель уничтожена, — ответила она, не узнавая собственный голос.

Настала тишина. Ощущение пропало, жуки замерли в нерешительности, а она начала молить голос вернуться, иначе придётся снова принять дозу. Как же чесался мозг, как же хотелось разодрать его до крови и вышвырнуть всех жуков из черепа! Она уже потянулась холодными пальцами к вискам, как насекомые вновь забегали и голос вернулся.

— Отлично. Оставайся на ВР-2, у тебя новая цель. Передаю все данные. Найти и уничтожить.

Очередная жертва? Так быстро? В груди зародилась радость и счастье. Она не могла дождаться того момента, когда ей снова разрешат убивать, и её пальцы коснутся новой частички души. Девушка приняла ещё одну дозу наркотика, напрочь утопая в пелене жёсткого прихода, и, потянувшись за ножом, выдохнула.

Скоро. Скоро она будет снова убивать.

Глава 13

***

Посреди ночи, не в силах уснуть перед предстоящим рейдом, я всё же покинул лагерь и вышел на широкую поляну. Тишина, абсолютная безмятежность мёртвой земли ВР-2. Как ни старался, но так и не смог найти хотя бы крохотную травинку. В этих землях правила лишь смерть. Посмотрел на вечно яркий раскрывшийся кокон ночного города и медленно вдохнул прохладный воздух.

Завтра это место превратиться в настоящее поле битвы, и многие не уйдут отсюда живыми. В этом и заключается моя жизнь? Постоянно идти вперёд, убивать, протаптывать себе путь десятками трупов? А что будет ждать в конце? Город, со всеми своими возможностями и пороками? Является ли он моей конечной целью?

В размышлениях не заметил, как со спины кто-то подкрался. Он старался не шуметь и вести себя максимально скрытно, но его выдала вполне заметная аура ненависти. Инстинкты оповестили меня раньше, чем тот смог добраться, и я резко развернулся.

Вицерон… Один… без охраны. Синеволосый ублюдок прикусил нижнюю губу и надменно цокнул:

— Не переживай, убивать тебя не собираюсь, по крайней мере, не здесь.

Я расслабленно выдохнул, безразлично махнул рукой, а затем вернувшись к созерцанию города, бросил:

— По нужде все ходят в другую сторону, там выгребные ямы. Хотя такому ублюдку, как ты, наверное, выкопали отдельную. В любом случае, у меня нет ни настроения, ни желания выслушивать твои угрозы. Пшел прочь!

Даже отвернувшись, слышал, как раздувались ноздри и беззвучно хлопали губы человека. Сейчас он пытался подобрать какие-нибудь колкие слова, которые должны будут меня ранить в самое сердце. Однако ублюдок не понимал одного. На меня тактически напала боевая меланхолия, и вместо разговора с ним я хотел молча понаблюдать за панорамой пейзажа.

— Господин! Господин! — послышался за спиной чей-то низкий и ужасно противный голос.

Чёрт, я всего лишь просил минутку тишины, это настолько много?

Вицерон подошёл, достал нож и надавил кончиком мне в область печени. Не став сопротивляться, я лишь краем глаза бросил удивлённый взгляд на оружие.

— А может, и стоит прирезать тебя как свинью за то, что ты меня оскорбил на глазах у всего Рубежа?

Опять мне угрожают, опять вместо того, чтобы действовать, пытаются ранить чувства. Когда они уже, наконец, поймут? Я — Смертник, у меня нет чувств. Лишь чёрное, как ночь, и смоляное, как перо ворона сердце наёмника. Ощутил некое чувство дежавю, и выдохнув, произнёс:

— Ну? Это всё?

Вицерон надавил сильнее и, крепко стиснув зубы, прошипел:

— Завтра, наёмник. Так что готовься, я слышал, прольётся много крови.

На слове «крови» у него заметно дрогнул голосок и просел так, что он аж пропищал последний звук. Получилось забавно, особенно учитывая, что в этот момент за ним выбежал личный слуга, пытающийся отвести его обратно в палатку. Вицерон молчал, выжидая моей реакции, а когда она не последовала, то убрал нож за пазуху, недовольно фыркнул и направился в сторону лагеря.

Да, и тебя в то же место и настолько же долго.

Попытался вновь сосредоточиться на созерцании города, но момент уже был испорчен. Я не видел в нём ничего, кроме монструозного сооружения, а окружающая местность вновь показалась бездушной и пустой. Меланхолия отступила, уползая обратно в свой угол, а я пнул небольшой камешек под ногами и, бросив прощальный взгляд на Город, побрёл к нашей палатке.

Действительно. Завтра прольётся много крови.

***

— Стоп, какая ещё ставка налога крови?

Ну говорил же себе, утверждал, что так просто не бывает, но почему-то всё ещё удивляюсь. Приблуда высказал мысли всей ватаги, но для других, кажется, это не было сюрпризом. Приятный женский голос, от которого веяло холодком, через расставленные по всему периметру динамики объявил, что так называемая ставка налоги крови повышена до семидесяти пяти процентов. Что это значит? Думаю, в скором времени узнаю.

В воздухе всё ещё пахло озоном от недавно закончившейся ионной бури. Странно, что в этот раз височный имплант не принял сигнал от города о грядущем катаклизме. Неужели это потому, что я находился в тот момент в Санктууме? Вообще, последнее время я от него ничего не слышу, и единственный раз, когда он проявил активность, — это во время битвы с боевыми ежами.

Нет, не то чтобы мне было приятно, когда мозг принимал и отправлял сигналы в город, но такое резкое затишье могло означать лишь одно. Решил пока об этом не думать и сосредоточиться на проблемах более насущных.

Кланы всё устроили как настоящее представление. Я ощущал себя гладиатором, брошенным на арену, где буду сражаться под ликование голодной до хлеба и зрелищ толпы. Не совсем понимаю, почему это мероприятие называлось рейдом. От похода с целью ограбить и нажиться здесь оставалось только последнее.

Правда, несложно догадаться, что подобным образом местная элита покупала если не любовь, то хотя бы приязнь населения. Намного легче переживать ежедневные лишения, когда, хорошенько поев и выпив, можно раз в несколько дней сходить и посмотреть, как куча наёмников скачет по полю и собирает нанитовых червей.

Для этого даже построили высокую трибуну, материал для которой привезли аж с самого поселения. Не могу сказать, что она была на безопасном расстоянии, однако между идущими на смерть и клановыми клерками находилась стена из нескольких десятков личных бойцов.

Вон они кстати, сидят на самом верху, разбившись на три аккуратных сектора, и повелительно наблюдают за процессом. Каждая смерть, каждый добытый нанит будет тщательно взвешиваться и изыматься в качестве налога. Удобно устроились, но чтобы подняться по пищевой цепочке, надо с чего-то начинать.

А вообще, устроить массовый рейд и объединить его с массовыми зрелищами, да ещё и заработать на этом — идея вполне неплохая. Ватаги, отстёгивая процент добычи, получают бесплатный шанс обогатиться, а жители — понаблюдать за тем, как тех разрывают на части. Главное, самому не оказаться в этом списке.

Поле буквально кишело червями. Их было столько, что рыхлая земля окрасилась в чёрный цвет нанитов. Странно, но при всём рвении они не могли покинуть чётко очерченные пределы зоны в несколько километров, словно их держали невидимые стены. В отличие от того же ВР-3, сбор здесь выглядел совершенно иначе.

Клановые явно что-то знали не только о червях, но и об их внутренней структуре. Почему они появлялись только после ионной бури? Где они находились всё остальное время, если под землёй проходят бесконечные туннели фронтира? В прокладке между? Нет, это полностью нарушает все мыслимые и немыслимые законы природы.

Единственное, что приходило в голову, так это их составляющая. Тело каждого червяка составляли миллионы мелких частиц, которые при смерти носителя рассыпались на столько же песчинок. Значит, они формировались под воздействием бури? Звучит вполне логично, но детали пока совершенно неясны. Думаю, на втором рубеже я получу ответы на многие вопросы и приближусь к пониманию этого мира. Но для этого надо сначала выжить.

Ватаги расставили полукругом, чтобы на первых секундах те не начали друг друга резать. В противном случае, никто не успеет заработать, а черви присоединятся к зрителям и станут просто наблюдать. Также заметил, что никаких ограничений на убийство не стояло. Клановые, а лучше сказать, система, разрешали убивать всех записавшихся пользователей, словно настал тот самый «Час насилия».

Решил, что такое возможно, просто формат резни немного изменился, и это сразу меняло многое. Конечно, в первую очередь, наниты, сбор и лут, но, возможно, среди присутствующих найдутся те, что выбрали себе дополнительную цель. Одного такого ублюдка я уже точно знаю.

Вицерон с ватагой намного больше, чем в десять человек, что на голову превышало лимит элитного наёмника, находился на расстоянии более километра. Он окружил себя крепкими бойцами и в этот раз отказался от боевых ежей, которых, стоит сказать, на поле не было вообще. И то верно, здесь нужен холодный расчёт, чёткое командование, а главное, исполнительность.

Черви почувствовали появление людей ещё заранее и активировали боевой режим. Однако всё, о чём я переживал — это не провалиться бы под рыхлую землю, которая всё больше и больше напоминала торфяной песок.

— Ты ведь уже ходил на червей? — спросил Приблуда, который явно нервничал в свой первый раз.

— Будучи рабом — да, но сейчас немного по-другому. У нас нет свободных смертников, готовых выступать в качестве приманки, поэтому будем разбираться сами. Пойдём ледоколом. Я впереди, принимаю на себя основной удар, Трев справа, ты слева. Оба держите фланги и добиваете остальных червей. Пока не приноровимся, спешить особо некуда.

— Да залутают же всё, твари! — вполне справедливо обеспокоился Приблуда, но я успокоил его и уверил в обратном.

— Самый наглые и смелые сдохнут быстрее, чем ты скажешь: «Я был не прав, Смертник». Лучше обрати внимание на то, как держатся клановые ватаги. Никто из них не нервничает, не прыгает на месте, как Кровник, накачанный наркотиками. Они выждут, пока ляжет первая партия на разогрев народа, а затем спокойно, и главное — методично начнут собирать. Наша задача будет состоять в том, чтобы не пересекаться с ними и так же спокойно и методично собирать остальное.

Приблуда нахмурился.

— Скажу прямо, я ожидал от тебя услышать другое. Что у тебя есть план, как всех нагнуть, кинуть за наниты и так далее. Ну как обычно, когда ты один выходишь против десятка.

— Ты за кого меня держишь?— ухмыльнулся я. — Я наёмник по имени Смертник, а не киборг-убийца, восставший из пепла ядерного огня. К тому же я не верю, что все те люди состоят в ватаге клановых. Их слишком много даже для ранга элитного наёмника.

— Думаешь, читерят, гады? Но а как же система? Ведь она устанавливает правила.

— А кланы — это её представители на земле, — добавил Трев. — Системе в первую очередь нужен контроль над рубежами, поэтому неудивительно, что она выбирает себе любимчиков, ведь так, Смертник?

Интересно, почему последние слова он произнёс так, словно я являлся одним из них? Пожал плечами и ответил:

— Звучит разумно. Ладно, все всё поняли? Не жадничаем, пускай имбецилы выложат тропы своими телами и спровоцируют на себя большую часть червей. Мы пойдём следом, спокойно, методично. Всё наниты кладём сразу в банк.

Вместо хлопка, взрыва или выкрика «старт» раздался массовый боевой клич, и самые одарённые наёмники со всех сторон ломанулись на сбор. В очередной раз убедился, что стоит больше доверять внутреннему голосу, и увидел, как с другой стороны на них бросилась живая черная стена. Она пульсировала миллиардами мелких организмов, слившихся в единую волну.

Я даже и представить не мог, что на подобное были способны эти существа. Волна поглотила первых нападавших, буквально накрыв сверху одеялом с множеством мелких зубцов. Несколько десятков человек будто попали в мясорубку и вернулись обратно в принтер. За какие-то секунды их тела пережевали, разорвали на сотни мелких частей, а со стороны показалось, словно на коже почвы лопнул давно растущий кровавый нарыв.

Другого я и не ожидал, единственное, рассчитывал, что идиотов окажется больше. Народ взорвался ликованием. Они аплодировали и наслаждались первой кровью, в очередной раз убедив меня, что такое ВР-2. Общество с серьёзным социальное расслоением, где народ отвлекают насилием и жестокостью, в то время, пока кланы управляют всем рубежом и делают настоящие деньги. Интересно.

— Не отвлекаемся! — бросил я за спину, на случай того, если вопли толпы вдруг выбили моих бойцов из настроя.

Волна, поглотившая перед нами первую стену наёмников, разбилась о землю, и сотни мелких червей бросились врассыпную. Идти напролом было бы самоубийством, поэтому прикрываемый с левой стороны другой ватагой, взял правее и пошёл по дуге.

На меня выпрыгнул первый червь размером со взрослую собаку. Клинок ожидаемо пронзил пустоту, когда наниты образовали небольшое отверстие, и, улыбнувшись, я в ту же секунду вывернул запястье и рубанул в сторону. Червя разрезало надвое, и на ладонь упал первый переливающийся тусклым свечением куб. Сразу положил его в банк ватаги и продолжил сбор. Начало хорошее.

Мы шли вперёд, отбивая атаку за атакой. Причём именно так это всё и выглядело. Те, кто, в свою очередь, должен охотиться на червей, наоборот, держал оборону, всё глубже погружаясь в нанитовое море. На мгновение я даже подумал, а хватит ли нас, чтобы его собрать? Нет, клановые тоже постепенно подключались, но тварей было настолько много, что на третьем монстре я попросту перестал считать.

С каждым взмахом меня если не осыпало нанитовым песком, то било в лицо земляной крошкой. Я старался защищать глаза и не подводить ватагу, так как если застряну, то нас в ту же секунду сожрут со всех сторон. Запищали оповещения интерфейса. Вот те на!

Оказывается, за каждого червя я получал опыт! Опыт в реальном мире? Быстро провёл параллель с тем ужасом, который творился на ВР-3 и подумал: а что, если во время «Часа насилия» схема оставалась той же? Убей врага и забери его опыт и содержимое инвентаря. Логично, хотя после придётся платить налог и за этот лут.

Перед глазами и без того было черно от количества червей и земляной крошки, поэтому я перевёл инвентарь в беззвучный режим, оставив только самые важные оповещения. Очередной кусок нанитов залетел в банк ватаги, и пока всё шло довольно неплохо. У меня, как у ледокола, получавшего основной удар на себя, были расцарапаны плечи, щёки и местами руки.

Черви пролетали мимо, выбрасываясь из земли и оставляя обидные порезы. Тело охватила жгучая боль от множества ранок, но интерфейс пока не засёк крупной кровопотери. Нет ничего, с чем бы не смогла справиться питательная паста, рулон бинтов и крепкий сон. Так что, если рейд принесёт мне кучу нанитов, то мелкие порезы не страшны.

Заметил, что Трев немного отставал. Парень яростно орудовал своим новым клинком, в основном тыча им в землю, куда падали или откуда собирались выпрыгнуть черви. Пару раз ему удалось поймать их в полёте, при этом получив свою порцию ранений, но в целом справлялся неплохо. До тех пор, пока он не начал тяжело дышать, а руки наливаться свинцом.

Парень пропустил мощную атаку, едва не сбившую его с ног, а затем резко изменил курс и, схватив червяка в полёте, швырнул вправо. Тот врезался в другого, и оба зарылись под землю. Потерял потенциальную награду, но это подарило Треву секунду, чтобы прийти в себя. Ну же, давай, конструктор, активнее маши своими конструкторскими ручишками!

Приблуда, в свою очередь, чувствовал себя в своей тарелке. У меня даже появилась мысль поставить его в авангард, особенно учитывая, как тот активно разбирался с червяками. Вместо привычного металлического прута он колотил по тварям в воздухе шипастыми кастетами, на которое подавал электричество. Черви попросту разлетались перед ним, словно Приблуда лупил кулаками по снежкам. В отличие от нас, он расправлялся с ними намного быстрее и мог орудовать за двоих.

Сажать Трева в очередной раз на скамейку я не стал. Либо он адаптируется к ситуации, либо больше в бой не возьму. Будет сидеть в блоке и заниматься ресурсами. В конце концов, он сам сказал, что боец из него так себе.

Заметил, как тот, будто прочитав мои мысли, сплюнул кровь и, оскалившись покрытыми кровью зубами и закричав, рубанул по противнику. Уже что-то, начинает показывать характер, может, и подумаю над тем, чтобы потренировать парня в свободное время, если такое вообще когда-нибудь настанет.

Я упёрся спиной в Приблуду и провёл две быстрых атаки. Нож в левой руке оказался как никогда кстати. Черви выпрыгивали из-под земли, выпустив жвала, из которых торчали острые штыри. Если удачно попасть, то человека можно убить и с одного удара, но поодиночке они не так уж и опасны.

Поймал себя на мысли, что начинаю расслабляться, и ощутив, как на левом плече появилась новая рана, злобно зашипел и усилил давление. Не знаю, то ли сработало это, то ли что-то изменилось, но вместо формирования в очередную волну смерти, черви спешно отступали, по пути стараясь захватить с собой особо нерасторопных наёмников.

На мгновение выдохнул, как вдруг в уголке зрения свернуло нечто яркое. Вокруг и без того свирепствовала настоящая буря, так словно этого мне было мало, на голову свалилась ещё одна проблема. Свечение изредка появлялось возле того места, где должны находиться клановые. Лотосы, если не ошибаюсь.

Седьмая. Она явно пришла сюда не за нанитами, и теперь, когда правила рейда стали более или менее ясны, стало понятно, что девушка здесь ради Вицерона. Не назвал бы её глупой и уж тем более идиоткой, но напасть на отпрыска клана, окружённого десятком крепких наёмников? Это просто предел глупости. С другой стороны, она чуть так не поступила, когда между ней и синеволосым стояли лишь боевые ежи. Какие бы эмоции она ни испытывала к ублюдку, они явно поглотили Седьмую. Глупо, очень глупо. Причём главное, что ей не удастся убить Вицерона. Она просто умрёт, а черви дожрут остальное.

Заметил, что начинаю переживать о судьбе Седьмой. С какой поры меня это волнует? Ну симпатичная девушка, и что? Кругом происходит то, что даже словами описать не получается, а сам думаю о том, как бы постараться ей помочь.

Никаких привязанностей, никаких отношений и чувств. Сам же это говорил перед лицом ватаги, мотивируя их сосредоточиться на главном! А теперь? Возненавидел себя за эту мысль и вместо того, чтобы витать в облаках, решил поднажать. Убил очередного червя, какого успел поймать, и пополнил банк ватаги ещё одним кубом нанитов.

Вдруг большинство наёмников остановилось. Черви сбились в центре поляны диаметром в несколько сотен метров и, прыгая друг на друге, старались держать как можно ближе. Такое ощущение, причём уже не в первый раз, как будто ими кто-то управляет! Не позволяет покинуть территорию, перегоняет всю стаю в центр, если то потребуется.

Жестом отдал приказ ватаге остановиться. Готовилось что-то серьёзное. Толпа ахнула и замерла в ожидании. Женский голос вновь напомнил о некоем семидесятипятипроцентном налоге, который всё ещё не был уплачен. Да твою же мать, что он значил, и почему в инструктаже о нём не было ни слова? Даже Седьмая не упомянула.

Наёмники, тяжело дыша, собирали выживших и, утирая кровь с потом, готовились ко второму раунду. Вдруг я ощутил, как под ногами затряслась земля. Ничего необычного, когда почву роют сотни мелких созданий, но вибрация исходила не от них. Сложилось впечатление, будто кто-то из ядра планеты на всей скорости рвался наружу и готовился появиться.

В последнюю секунду, когда всё естество кричало об опасности и молило убраться с пути, я отпрыгнул, утягивая за собой Трева и Приблуду. По всей территории поляны произошли серии лёгких взрывов, за которыми последовали толчки. В образовавшихся углублениях показались металлические двери, а когда под серию щелчков они распахнулись, оттуда последовала смерть.

Синтетические люди, те самые, которых в первый день пребывания на ВР-3 меня заставляли потрошить! Правда, в этот раз они выглядели совсем иначе. На плотном пластике, который служил им в качестве корпуса, были изображены различные рисунки. Разорванные на части люди, оскаленные черепа, огонь, кровь и всё, что может вселить ужас в любого наёмника.

Видимо, их использовали так же, как и ежей, переделав в боевые единицы. Приблуда отступил, Трев глухо выругался, а я не мог ни о чём думать, кроме как о синте! Убить как можно больше, распотрошить, забрать ресурсы и двигаться дальше! Маленький хапуга ликовал. Он расталкивал остальных и, выбираясь на передний план, исполнял свой любимый танец.

Вот на этом и нужно сосредоточиться, чем думать о здоровье той, что, видимо, и самой плевать на себя. Седьмая мне нравилась, как могла бы нравиться и любая другая девушка, но недостаточно, чтобы бросать рейд и пытаться вразумить её посреди крови и трупов. Большая девочка. Пусть сама решает собственную судьбу.

Я вернулся в бренный мир и увидел, как с двух сторон на меня бегут четыре синта. Причём не на ватагу, а именно на меня. Их холодные и пустые глаза устремлены к цели, а руки работают в такт ногам. Стоит признаться, что выглядели они намного опаснее, чем те, которых завозили на ВР-3. Взять того же охотника — когда атаковал, он не скрывал своих намерений. Слюнявая пасть жадно растянута, ноздри с бешеной скоростью перекачивают воздух, а мышцы буквально рвутся от напряжения.

С синтами картина обстояла немного иначе. Искусственно созданные, их лица не выражали эмоций, в грудной клетке не билось красное сердце, а движения столь выверены, что даже становилось страшно. Как бы то ни было, если наёмники во рванье с третьего рубежа справились, то справимся и мы.

Приблуда среагировал первым и, посмотрев по сторонам, решил, что Треву помощь понадобится больше. Он быстро перескочил на его сторону, и мы встали спина к спине. В одно мгновение синтетические люди лишились преимущества, и дело осталось за малым.

Первый синт на полном ходу выставил перед собой раскрытую ладонь пальцами вперёд и метил прямиком в грудь. Второй, не отставая от соратника, повторил его жест и резко отскочил вправо, целясь мне в бок. Атака произойдёт одновременно, имне стало ясно, что если двинусь с места, то оголю спину Трева и Приблуды, а значит, стоим намертво.

Прикинул, с какой скоростью они бежали, и пошёл на откровенно опасный поступок. С другой стороны, разве в бою бывают другие? Не сходя с места, я подставил грудь для первого, а когда второй нацелился в бок, вогнал ему нож в горло и резко провернул. Удар получился неточным, но сильным, и с пластиковым хрустом голова синта повисла на тоненьких проводах.

Клинок ножа лопнул, застряв в гортани противника, а я со всей силы ударил пяткой по коленной чашечке жертвы и приступил ко второй. Наниты выдержали, создав достаточно крепкую броню для защиты, хотя на мгновение и показалось, будто она вот-вот порвётся, и на этом путешествие в Город-Кокон подойдёт к концу.

Полагаться вот так вслепую на пускай и крепкий, но всё же имплант, я пока не мог. Разум и холодный расчёт подсказывали, что он спасал мне жизнь не один раз, и стоит относиться к нему проще, но старые привычки умирают с трудом.

Я перенаправил движением синта и сначала вогнал клинок ему в область лёгкого, а затем пинком повалил на землю и добил тремя точными ударами в спину. Будучи уверенным в Приблуде и Треве, сорвал пластину на спине существа и, погрузив руку по локоть, нащупал пакеты с синтой. Она отправилась в банк ватаги, а несколько халявных единиц кибы я решил перевести на свой счёт.

Повторил действие с другим существом, и вновь награбленное переместилось в общую копилку. Наёмники на время забыли о червях, собравшихся в общую массу в центре поляны, и убивали неожиданно появившихся синтетических людей. Не всем повезло, как нам. Нескольких человек всё же растерзали в первые секунды, а некоторые, не сразу сообразив, что происходит, всё ещё пытались понять, кого им лучше атаковать.

Наметил ещё несколько жирных целей, которые принесут нам долгожданный лут, как раздался пронзительный писк из колонок, за которым последовал женский голос.

«Квота по кровной ставке в семьдесят пять процентов всё ещё не выполнена. Торговые кланы предупреждают о последствиях невыполнения установленных правил. Для соблюдения законов и традиций великого рейда вводится дополнительный и ранее неизвестный элемент. Последнее напоминание — рейд не будет закончен, пока кровная ставка в семьдесят пять процентов не будет выплачена».

Кажется, понимаю, о чём шла речь, и если я прав, то сейчас начнётся самое интересное. Словно внемля моим внутренним рассуждениям, земля под ногами знакомо задрожала. Я приготовился к новой партии синтов, и тут открылись новые подземные ходы, откуда хлынула волна голодных до человеческой плоти монстров. Крупные, разношёрстые и чертовски злые, без каких-либо прелюдий они сразу рванули в атаку.

Твою же мать, а как всё хорошо начиналось.

Глава 14

Охотники. Подземные дикие жители фронтира. Они, круша сталь и выбивая двери туннелей, вырвались наружу и сразу приступили к резне. По всей поляне раздались крики и предсмертные вопли, и не осталось тех, кто мог бы сопротивляться. Большинство наёмников погибло в первые секунды, и лишь клановские ватаги, сгруппировавшись, смогли дать достойный отпор.

Где-то островками ещё сражались выжившие люди, и они несомненно отвлекут на себя монстров, но поле уже было усеяно множеством трупов. На мгновение это напомнило резню на ВР-3, когда Сервоголовый повёл свою бригаду против Кровников. Кто бы мог подумать, что это всего лишь очередной спектакль в бесконечном противостоянии двух бессмертных?

Из головы до сих не выходила картина выходящих из принтера людей. Они выглядели совершенно иначе, без имплантов и видимых улучшений, но, без сомнений, это был Серв, Дьякон и Некр. Не знаю, почему вспомнил их именно сейчас. Возможно, всему виной очередная кровавая битва, и умирающие вокруг люди напомнили мне чистку ВР-3.

Вдруг заметил, как к нам бежал одинокий наёмник. До него самого мне не было дела, но за ним тянулась целая вереница из червей, двух охотников и стольких же синтов. С первого взгляда могло показаться, что он убегал от монстров, но присмотревшись, я заметил, что это не так. Ублюдок гнал всю толпу прямиком на нас.

Я резко развернулся, утёр со лба пот и приготовился к битве. Обычный молодой наёмник с лицом, искаженным откровенным ужасом, на полном ходу достал нож и, прокричав короткое: «Ты труп, Смертник!» — перерезал себе горло. Черви набросились на обмякшее тело человека, а охотники рванули дальше.

Пожалуй, довольно действенный способ кого-нибудь убить. Зачем самому марать руки, если можно натравить целую стаю монстров? Правда, ценой чьей-то жизни. Удивило, конечно, с какой лёгкостью он с ней расстался — даже не моргнув глазом.

Черви утянули труп человека под землю, разрывая его на части, а первый охотник в три коротких прыжка атаковал. Я занял боевую позицию, подождал, пока тот окажется в воздухе, и отпрыгнул на два метра в сторону. Серия из быстрых ударов по рёбрам заставила существо заверещать от боли, а затем мне удалось запрыгнуть тому на спину и перерезать массивную глотку.

Трев упал на землю, вовремя выставив перед собой остриё меча. Монстр напоролся брюхом и, путаясь в собственных кишки, запнулся и упал. Приблуда добежал до охотника, несколько раз ударил того в бок, а затем достал металлический прут и воткнул его в рану на животе.

С двумя разобрались, остались только синтетические люди. Первый напал в весьма ожидаемой манере, решив отвесить обычный хук. Я увернулся, ударил клинком в грудь, свалил его на землю и добил в несколько быстрых ударов. Трев разделался со следующим, сначала рубанув от плеча до пояса, а затем закрутился и отрубил голову.

— Вот этого я точно не ожидал! — прокричал Приблуда, убивая очередного синтетического человека и отправляя лут в банк ватаги. — Что будем делать?

Я увернулся от атаки ещё одного синта, скользнул за спину врага и тремя короткими ударами лишил его искусственной жизни. На вопрос Приблуды у меня не было ответа. Монстры беспощадно рвали на части наёмников, нападая со всех сторон и атакуя мелкими стаями.

— Налог, — тяжело дыша произнёс Трев, опираясь на клинок. — Кажется, я понял, что за налог крови.

Да, я тоже догадался, но вслух озвучивать не стал. Толпу охраняла крепкая стена из наёмников и боевых ежей на случай того, если монстры вдруг решат сменить цель. Это вряд ли произойдёт, так как на поле выступали отпрыски торговых кланов. Их окружали самые крепкие и прокачанные бойцы семей, и защититься от обычных охотников они уж точно смогут.

Видимо, на каждый рейд кланы озвучивали ставку налога крови, но в этот раз она оказалась слишком высока. Кому интересно смотреть за тем, как боевые ватаги методично вырезают червей и обогащаются? Рано или поздно кто-нибудь психанёт и начнёт раскачивать толпу, требуя насилия и крови. И, видимо, для того, чтобы зрители получили своё, кланы и ввели ставку налога.

— А я вот ни хрена не понял, — процедил сквозь стиснутые зубы Приблуда, увидев, как одного наёмника схватили два монстра за руки и разорвали на части. — Что ещё за налог?

Я посмотрел на Трева, и тот, нахмурившись, качнул головой:

— Налог крови. Ставка в семьдесят пять процентов. На рейд вышло ориентировочно человек двести, значит, в живых должно остаться максимум пятьдесят.

Приблуда недовольно сплюнул, выбил кастетами искру и спросил:

— Ты уверен? Даже на третьем рубеже такого беспредела не было. Они действительно хотят завалить семьдесят пять процентов… то есть почти всех? Ради чего?

— Ради любви народа, — уверенно заявил я, а затем сам себя поправил. — Подчинения. Хлеба и зрелищ. Довольный житель хорошо работает, а значит, платит налоги и приносит деньги. На ВР-2 живут тысячи, а кланов всего три. Представь, что будет, если эти тысячи в один день решат, что ну его в пень, и восстанут против господ?

Приблуда вновь поморщился и цокнул:

— Чёрт, всё равно как-то стрёмно. Три четверти пустить под нож ради того, чтобы эти голодранцы посмотрели интересное представление? Жестоко даже по меркам ВР-3. Я уж молчу про слив стольких наёмников.

Трев наконец отдышался и произнёс:

— А ты чего ожидал? Принтер всегда напечатает новых, а постоянная чистка крови позволит держать уровень пользователей под контролем. Лишь единицы успеют обзавестись самым вкусным железом и раскачаться до максимума. Да и их, скорее всего, рано или поздно возьмут под крыло клана. А остальных можно смело в расход. Принтер напечатает новых.

— Хватит болтать, — холодно выпалил я и увидел, как в нашу сторону движется небольшая стая охотников.

Они уже успели разделаться с ватагами, которые находились ближе всех к нам и, насытив желудки их плотью, требовали добавки. Четыре охотника бежали ровным строем, на ходу брызжа слюной и выхаркивая попавшую не в то горло кровь. Я посмотрел на клинок импланта и ещё раз убедился, что пора менять и апгрейдить железо. Чёрт его знает, какие испытания нас будут ждать в будущем, поэтому надо готовиться сражаться с любым типом угрозы, а не только с людьми.

Мы медленно рассредоточились и приготовились отбивать атаку, как вдруг произошло интересное. Недобитый синт, схоронившийся под телом своего товарища, резко схватил бегущего охотника за лапу и потянул на себя. Тот даже не заметил, но когда болтающееся тело зацепилось за другого синта, а затем за ещё одного, монстр не выдержал, споткнулся и покатился кубарем.

Пока он не встал на ноги, я решил, что вот он — мой шанс, и со всех ног побежал навстречу твари. Другой охотник, заметив, что его соратник повалился на землю, сменил траекторию и попытался в прыжке прибить меня одним махом. На скорости пригнулся, проскользил по залитой кровью мягкой земле, ощущая за спиной мощный удар, и добрался до монстра.

Тот, стряхивая накопившийся ком из синтетических людей, пытался подняться. Широкий взмах когтистой лапы едва не лишил меня жизни. Я ловко увернулся, нырнул под массивную конечность монстра и, добравшись до головы, резким ударом вогнал клинок промеж глаз. Охотник разинул свою чудовищную пасть в предсмертном стоне и замер навсегда.

Получено 400 опыта.

Второй монстр не дал возможности понять, что только что произошло, и пантерой прыгнул со спины. Я кувырком откатился в сторону, попутно стряхнув с клинка кровь, и сразу бросился в атаку. Он явно планировал прикончить меня одним ударом, и когда задуманное сорвалось, охотник едва успел развернуться.

Запрыгнул ему на спину, хватаясь за один из позвоночных наростов, и принялся быстро орудовать клинком. Короткие и точные удары в одну и ту же область. Не знаю, какой орган там находился, но продолжал бить до тех пор, пока монстр не упал на колени, а затем взмахнул лапой. Удар получился кривой, размашистый и неточный, и мне даже не пришлось уворачиваться. Вместо этого, в очередной раз погрузив клинок в плоть врага, дополнительно провернул и получил очередную порцию опыта.

Значит, не совпадение. Я спрыгнул с монстра, позволил себе секунду отдыха и попробовал применить умение. Нет, мы всё же не в Санктууме, тогда как? Почему вдруг за монстров я начал получать опыт? Да, за убийство червей и синтов я тоже получал опыт, он давался в рамках «Часа насилия», но охотники? Неужели они тоже являлись полноценной частью рейда?

Чёрт, надо будет обязательно сходить на фронтир, отыскать парочку тварей или лучше устроить полноценную травлю. Как раз видел парочку заказов на уничтожение тварей на путях следования конвоя. Можно будет и заработать, и выяснить, всё дело в рейде или за монстров действительно дают опыт.

Треву требовалась помощь. Парень, впервые самостоятельно сражаясь с охотником, скакал вокруг существа, стараясь наносить короткие порезы оружием. Монстру это явно надоело, и в два коротких прыжка он разорвал расстояние и злобно оскалился. Пришлось быстро добираться до парня, и когда существо бросилось в атаку, я зашёл с другой стороны и на всей скорости врезался тому в бок.

Удар получился так себе, явно не хватало параметра силы, чтобы перевернуть ублюдка на спину, но это и требовалось. Оружие пробило кожу и мышцы, вонзившись в один из жизненно важных органов. Из аккуратного прокола полилась кровь, а монстр, среагировав на рану, отскочил и клацнул челюстью.

В этот момент подоспел Трев и, широко рубанув мечом, рассёк плоть на другом боку. В мгновение охотник превратился в жертву, попавшую в капкан, и пытался сражаться на два фронта. Долго его затея не продлилась, так как следующим же ударом я задел толстую артерию на шее и, схватив за свисающую на подбородке кожу, вонзил лезвие в голову.

Приблуда, оседлав своего противника, лупил тому по черепушке кастетами, по которым бегали искры электричества. С каждым ударом монстра характерно потряхивало, и он никак не мог схватить человека, раз за разом ловя мышечную судорогу. Со стороны выглядело довольно забавно. Казалось, что Приблуда превратился в кукольника и удар за ударом заставлял марионетку хаотично двигаться.

Наконец ему удалось пробить толстый череп, и, добравшись до склизкого содержимого, он подал дополнительный заряд на кастеты и с громким матом спрыгнул с тяжёлой туши. Я огляделся на предмет новых нападений. Вроде тихо, на секунду можно выдохнуть.

— Опыта всем за охотников дали? — словно прочитав мои мысли, поинтересовался Трев.

Приблуда секунду помолчал, а затем кивнул:

— Ага, мне дали. А что здесь удивительного? За червей и синтов тоже дают.

Трев не стал отвечать, но по его глазам было видно, что парня мучил тот же вопрос, что и меня. Однако разбираться будем позже, сейчас надо закончить рейд, правда, сказать намного проще, чем сделать.

С появлением охотников процесс выполнения ставки кровного налога пошёл намного быстрее. Выживших осталось несколько десятков человек, отчаянно сражавшихся уже не за ресурсы, а за свои жизни. Народ на трибунах ликовал, сливаясь в едином экстазе крови и насилия. Могу поклясться, что они вот-вот вконец сойдут с ума и начнут либо заниматься сексом, либо убивать друг друга. А может, и то и другое.

Не успела мысль покинуть мой разум, как по трибунам прошлась очередная волна, и несколько женщин начали заголяться. Сначала они избавились от верха, показывая груди различных форм, а когда по ним полилась жидкость из бокалов других, они пронзительно застонали и взялись за низ.

Обычные единичные случаи цепной реакцией повели за собой целый шторм из настоящего безумия. Люди спешно скидывали с себя одежды, поглядывая на счётчик ставки кровного налога, и сливались в поцелуях. Даже весь хаос битвы и крики наёмников ушли на второй план. Вдруг из-за трибун вышли люди в длинных халатах кланов и спешно начали передавать напитки в пластиковых бутылках.

Зрители выпивали всё залпом, а затем возвращались к утехам. Всего за несколько секунд вся трибуна превратилась в одну большую оргию, за процессом которой наблюдали представители торговых кланов. Они восседали в верхних рядах, отдельно от основной массы, и более не следили за рейдом.

Когда счётчик электронного табло наконец добрался до цифры семьдесят пять, толпа разом ахнула, а женский голос уведомил, что требуемые параметры рейда достигнуты. В ту же секунду из-за спин представителей торгового клана вышли очередные слуги, держащие в руках огромные чаны. Они выглядели, как настоящие големы, сшитые из множества частей отдельных людей. Тучные, до отвращения распухшие, их толстые руки крепко держали чаны, а затем по команде они высоко подняли и опрокинули емкости на беснующуюся толпу.

Кровь…

В одно мгновение людей на трибунах оросило сотнями литров крови. Они довольно кричали и продолжали заниматься утехами, полностью забыв о происходящем рейде. Всё это выглядело, как настоящий и, не побоюсь этого слова, тёмный ритуал. Если затем разверзнутся небеса, и на землю хлынет черный дождь с плотоядной саранчой, я даже этому не удивлюсь.

— Сука… — произнёс за всех Приблуда, не найдя подходящих слов. Хотя это как нельзя более точно описывало происходящее на трибунах.

Представители кланов даже не сдвинулись с места. Они с улыбками наблюдали за происходящей кровавой оргией, словно она была устроена в их честь. Будто они боги, восседающие на холме, а под ногами суетились люди, стараясь умаслить своих господ. По крайней мере, со стороны всё именно так и казалось.

Я надеялся, что после ВР-3 все эти религиозные бредни останутся за спиной, и не придётся их больше слышать. Второй рубеж отличался исключительно торговой и хладнокровной жилкой. Хотя, видимо, люди склонны всё приукрашивать, и будь то поклонение системе или обычный поиск удовольствий, всё в конечном счёте сводилось к рабству ритуалов.

Битва на поле рейда тем не менее продолжалась, и вопрос на повестке дня оставался всё тот же: как заканчивать рейд? Здесь бы самим выжить!

Червей в центре поляны скопилось столько, что оставшихся наёмников явно не хватит, чтобы их собрать. Я уж молчу про наступающих охотников и редких, но всё же опасных синтов.

Странно, не лучше бы вместо взаимного истребления потратить все силы на сбор ресурсов? Наниты, в конечном счёте, самые дорогие из трёх. Только если не существовали и другие, на фоне которых это жалкие копейки.

Заметил среди мясорубки поля одинокий огонёк. Он стремительно приближался к ватаге Вицерона и, кажется, я понял, что задумала его обладательница. Пока внимание всех отвлечено на происходящую оргию, включая представителей кланов, она собиралась совершить убийство. Кто потом станет разбираться, что произошло с отпрыском торгашей? И даже если станет, нутро мне подсказывало, что Седьмой уже будет плевать.

Ещё раз огляделся. Монстры постепенно расходились по поляне, пожирая ещё свежие трупы. Часть из них атаковала выжившие ватаги, а другая ходила вокруг, выискивая новую цель. Нельзя стоять на месте и уж тем более оставаться вдали от других наёмников. Думаю, в сложившейся ситуации мы перестанем друг друга убивать, а те, кто останутся в гордом одиночестве, послужат лёгкой добычей. Может, в процессе ещё и получится собрать побольше ресурсов, но признаться, сейчас благополучие ватаги меня заботило гораздо больше.

Я кивнул, и мы трусцой побежали в сторону мелькающего огонька. В голове постепенно зарождался план, но с каждой секундой он нравился мне всё меньше. Можно, конечно, спрятаться за спинами клановых ватаг и вместе с ними методично вырезать монстров, но судя по количеству трупов, даже им досталось сполна.

Через некоторое время, когда звуки битвы стали ещё громче, пришлось столкнуться с монстрами. Часть охотников отделилась от общего стада и решила полакомиться лёгкой добычей. Однако даже несмотря на усталость, нам удалось отбить нападение. Приблуда выбежал вперёд, со всей силы саданув кастетом охотника в бок, Трев вонзил меч ему в живот, а я привычно разделался ещё с двумя, чередуя уклонение с точечными ударами.

Вдруг за телами монстров показалась знакомая фигура. Седьмая, вымазанная с ног до головы вражеской кровью, стояла на коленях и тяжело дышала. Сбоку приближался голодный охотник, а она из последних сил, добивала синтетического человека. Сука, не успеет!

Я рванул к ней со всех ног, перепрыгивая с одной груды трупов на другую, словно перемещаясь по парящим островкам. От движений червей, свежих тел и сотен литров крови земля превратилась в вязкую грязь. Один шаг, может, два, но рано или поздно погрузишься по колено, и тогда точно всё. Конец.

Трупы позволяли быстро передвигаться, и настигнув голодного охотника, я выпрыгнул перед ним, на ходу полоснув клинком по шее. Существо отрывисто хрюкнуло и на третий шаг, споткнувшись, замерло. Коротким ударом добил тварь, собрав с неё жатву в виде опыта, и подбежал к Седьмой.

— Что ты здесь делаешь? — отрывисто, глотая окончания и тяжело дыша, спросила девушка.

— Потом будем выяснять. Идти можешь?

Она схватилась за протянутую руку и с трудом встала на ноги. Видимых ран заметно не было, по крайней мере тех, которые могли бы серьёзно навредить. С самого начала рейда она оказалась в центре мясорубки, поэтому, скорее всего, попросту вымоталась. Даже сквозь пелену усталости и тяжелое дыхание, девушка смотрела на сражавшуюся недалеко ватагу Вицерона.

— Забудь! — коротко выпалил я. — Не знаю, что у тебя против этого ублюдка, но сейчас не время. Ты себя видела?

Седьмая резко перевела на меня взгляд и злобно прошипела:

— Не мешай, Смертник. Я должна его убить. Ты и понятия не имеешь, что сделал этот человек. Нет, не человек! Он и вся его клановая шушера — настоящие монстры!

Я согласно кивнул:

— Уверен, что они не божьи одуванчики, но у тебя нет шансов. Если не клановики убьют, то точно охотники порвут на куски.

Седьмая стиснула зубы так сильно, что по нижней губе потекла одинокая струйка крови. Вицерон был окружён семью бойцами и уверенно держал оборону. Причём я заметил, что ублюдок не чурался кровавого дела и сражался самостоятельно, орудуя украшенной разноцветными камнями шпагой.

— Седьмая! Рад, что ты жива! — раздался за спиной голос Трева. — Я переживал, что с тобой что-нибудь случится.

— Да она сама за себя постоять сможет, — переводя дыхание, добавил Приблуда.

Не люблю, когда люди говорят много, а ещё больше терпеть не могу бездействие. И то, и то обычно стоит времени. Так же случилось и в этот раз. В центре поляны, где сбивались и толпились нанитовые черви, раздался оглушительный хруст, и существа, слившись воедино, срослись в могучего червя, который ту же секунду рассыпался на миллиарды крошечных нанитов.

Они спешно зарывались в рыхлую почву и прятались до следующей ионной бури. Не знаю почему, но на это среагировали охотники, тут же побросав кровавую трапезу, и зашлись в общем угрожающем вое.

Выжившие ватаги старались сбиться в одну общую группу, но не осталось никого, кроме клановых. Все обычные наёмники отдали системе душу и вернулись в принтер. Нас осталось человек тридцать, не больше, а охотников вместе с синтами я насчитал около шестидесяти. В целом должны, справиться, если бы не одно “но”. Большинство наёмников заметно выдохлось или уже имели серьёзные ранения.

Оставался ещё мой план, приводить в действие который мне хотелось в последнюю очередь.

Вицерон меня заметил, и на секунду мы встретились взглядами. По глазам ублюдка было понятно, что он меня узнал. Ничего, упырь, здесь есть ещё одна, кто была бы рада твоей смерти.

Монстры наступали. У трибун зашевелились свободные наёмники, готовясь если что вступить в бой. Я посмотрел на Седьмую, и она, стиснув зубы, кивнула. Приблуда хлопнул меня по плечу и спросил:

— Что делаем? Выстраиваемся в оборону?

— Выстраиваемся. Держимся рядом, Седьмая, тебя это тоже касается. Если не будем отходить от остальных, то должны выдержать.

— Может, стоит поговорить с другими ватагами? — предложил Трев.

Я молча покачал головой и не успел ничего ответить, как вдруг меня окатило знакомой волной. Ощущение такое, словно за спиной материализовалась смерть с косой и потянула свои костлявые пальцы. Я инстинктивно поёжился, стараясь увернуться, а затем увидел приближающегося Вицерона.

Он со всей своей ватагой, позабыв об угрозе охотников, бросился на нас как бешеный пёс, что казалось крайне глупой затеей. Ну убил я его ежей, ну прилюдно унизил, но даже так как он должен понимать, что сейчас каждый наёмник на счету. Седьмая почувствовала возможность и, крепко сжав катану, дождалась, пока клинок нагреется до рыжего оттенка и бросилась в атаку.

Приблуда под звонкий мат пробуксовал на месте и, схватив Трева, последовал за нами. Паршиво, но выхода нет, придётся защищаться. Шагнул влево, сделав ложный выпад и коротко резанув наёмника по левому плечу, оставил для напарников. Сразу переключился на следующего, ощутив, как нагрудный имплант погасил удар и быстро убил его, пронзив сначала сердце, а затем перекинул через плечо.

Битва только началась, но я прекрасно чувствовал, как сбоку приближается огромная стая монстров. Даже если каким-то образом успеем всех убить, мы не сможем отбиться ещё и от охотников. На мгновение поймал взгляд Приблуды, и, кажется, тот понял, что я собирался сделать.

Седьмая перескочила через наёмника, ловко увернувшись от размашистого удара топором, и сошлась в бою с Вицероном. Ублюдок сумел заблокировать атаку девушки и подсёк её ногой. Седьмая подскочила на месте и тут же пожалела о выборе. Крепкий удар в челюсть заставил её отлететь на несколько метров и упасть на вязкую почву.

Я заблокировал выпад Вицерона, ранил его коротким ударом в плечо, а затем провел четкую двоечку в печень и нос. Ублюдок схватился за лицо и попятился назад. Подмывало добить его на месте, но Приблуда с Тревом уже начали приготовления. Пришлось быстро хватать Седьмую, чьё тело все же не выдержало, и девушка потеряла сознание. Забросил её на плечо и услышал, как стая монстров становится всё ближе, развернулся и стиснул зубы.

Все бутыли бум-сивухи с третьего рубежа стояли кругом. Последний подарок и воспоминание о больных на всю голову Кровниках. Вот уж по кому, так по ним точно скучать не буду. Приблуда быстро присоединил к крышкам устройства приёма сигнала, и в его руке появился детонатор.

Монстры слишком близко, не успеем!

Треву пришлось буквально за шкирку хватать Приблуду и тащить за собой, прыгая по мёртвым телам. Я крепко прижал к себе Седьмую и, стараясь не отставать, гнался за своей ватагой, считая каждую секунду, каждый метр. Если взрыв произойдёт слишком рано — мы трупы. Даже если выживем, твари всё равно доедят наши останки. Слишком поздно — умрёт лишь часть монстров.

Мне до последнего не хотелось тратить и уж тем более показывать остальным прощальный подарок с ВР-3, но выбора не оставалось. Я чувствовал, как костлявая тянула свои пальцы, стараясь схватить меня за шкирку. Она холодно дышала, щёлкала фалангами и пыталась затянуть меня обратно в принтер.

После нескольких секунд бега я споткнулся и кубарем полетел вниз. Трев и Приблуда не остановились и вряд ли вообще это заметили. Всё, убежать точно не успею. Я положил Седьмую на землю, перевернулся набок и, закрыв её своим телом, потянул на себя лежащий рядом труп. Пахнуло сыростью и кровью, а затем раздался глухой взрыв, перерастающий в настоящую канонаду смерти.

Глава 15

***

Высокий широкоплечий мужчина с аккуратно уложенными назад лазурными волосами вошёл в комнату, оставив за спиной возбуждённых и жаждущих его ласк женщин. Он подошёл к небольшому столику, на котором, как обычно, его ждал бокал крепкого вина и запечённые в сахаре яблоки. К фруктам он не притронулся, а вот свой любимый напиток пропустить не смог. Несколько глубоких глотков, и содержимое бокала исчезло в его глотке, а мужчина довольно выдохнул и закрыл глаза.

За спиной раздались шаги. Слишком мягкие, чтобы принадлежать мужчине, слишком уверенные для покорной рабыни. Они медленно приближались, раздаваясь босым шлёпаньем по холодному полу его имения. Мужчина недовольно выдохнул, ощущая, что сил для ещё одного захода в нём больше не осталось, да и в последнее время его тело находилось не в лучшем состоянии, так как всю энергию он отдавал размышлениям.

— Всё ещё обдумываешь? — спросил мягкий женский голос, а бархатные руки прошлись по его плечам, разминая уставшие мышцы.

Он поставил бокал, ощутил, как девушка прижимается к спине мягкими грудями, и холодно ответил:

— Мои мысли тебя не касаются.

Она остановилась, обошла его со стороны, и, будучи обнажённой, села на край стола и игриво улыбнулась. Прекрасное тело, длинные и стройные ноги, заброшенные друг на друга, скрывающие женское лоно. Аккуратные груди, пухлые губы и гладковыбритая голова. Она смотрела на него вызывающим взглядом, игриво двигая бёдрами, и специально молчала. Через некоторое время мужчина не выдержал и грозно поинтересовался.

— Зачем ты пришла? У меня нет ни сил, ни желания тебя трахать.

— Твой отец уже утолил мою жажду, — произнесла она так, словно это должно прозвучать как оскорбление.

Человек же напротив слегка приподнял брови и спросил уже не таким холодным голосом:

— Да?

Она улыбнулась ещё шире, и, наклонившись, убедилась, что рабыни на кровати в соседней комнате их не подслушивают, продолжила:

— Он ничего не знает и, кажется, даже не догадывается.

Мужчина подошёл ближе, одной рукой схватил её за лицо и, крепко сжав пальцы, ядовито прошипел:

— Что такая, как ты, может знать о том, что творится в голове у лидера торгового клана?

Девушка даже не шелохнулась. Она покорно продолжала смотреть на человека и, не изменяя интонации, произнесла:

— Ты даже представить не можешь, на что способен обнажённый и беззащитный мужчина в объятьях любящей женщины. В момент, когда вся напыщенная и выстроенная против врагов защита рушится, и он превращается в обычного наивного мальчика.

Тот разжал хватку и, нахмурившись, поинтересовался:

— И что он тебе сказал?

— Он хочет, чтобы ты чаще проводил время на публике. Народу нужно больше тебя видеть, привыкать, особенно когда ты станешь главой торгового клана.

Человек фыркнул:

— Бесполезные игрища. Кровавые бойни ежей на потеху челяди! Они всё ещё пытаются купить любовь народа, словно мы в этом нуждаемся!

— Ритуалы важны, даже когда ты не видишь в них никакого смысла, — произнесла она, чувствуя, что нащупала больную точку человека.

Он схватил алюминиевый графин, налил себе вина и залпом выпил.

— Вся эта добыча! Всё это производство! Ради чего? Чтобы потом отправить синтов на третий рубеж? А взамен мы что получаем? Я что-то не припомню, чтобы с третьего рубежа нам приходило хоть что-нибудь! Сколько усилий уходит почём зря, которые мы могли бы направить на развитие и улучшение собственного производства! А то мы как отщепенцы, застрявшие между двумя рубежами, не можем определиться, к какому принадлежим! Ещё и этот чёртов фронтир! Отец и другие главы кланов не понимают, что вместо ссылки неугодных и созданию целой сети паразитов под ногами лучше было бы их пустить под нож или сделать целью ритуалов.

Она молча наблюдала, как человек ходил из стороны в сторону, извергая словесные потоки, при этом не стесняясь жадных ушей рабов. Он не боялся, что его слова дойдут до главы клана, что о его замысле узнают. Ему надоело притворяться любящим сыном, выполнявшим все приказы отца.

— И как ты планируешь поступить? — спросила обнажённая девушка.

Он остановился, подошёл и, пристально посмотрев ей в глаза, ответил:

— Всё тебе хочется знать, моя маленькая похотливая сука.

Девушка улыбнулась, медленно двигая бёдрами, и, раздвинув ноги, оплела его словно паучиха. Мужчина некоторое время смотрел в её глубокие, бесстыдные и полные жестокости глаза, а затем смёл рукой поднос с засахаренными яблоками, положил её на стол и наслаждался собственным величием, прокручивая в голове кадр за кадром. Влажная фантазия, от которой Вицерон вновь ощутил, как вновь возвращаются силы, а тело наливается былой энергией.

***

//Считывание информации завершено. Повторная попытка соединения импланта Курьера.

//Ошибка. Соединение не удалось. Закрытие канала с Городом-Коконом. Идёт процесс пробуждения Курьера.

Довольно странный сон, в я котором выступал в качестве наблюдателя, закончился на самом интересном месте. Отчётливо помню, что видел всё, словно сам находился в помещении. Запахи, скрип мебели и довольные стоны рабынь — всё как наяву. Не сразу, но всё же понял, что переживал очередное воспоминание, в которое меня погрузил этот чёртов височный имплант.

Настала пора открывать глаза и возвращаться в тёплый и прекрасный мир ВР-2. Причём по ощущениям, уж слишком тёплый.

Резкий удар сердца заставил прийти в себя и, очнувшись, я обнаружил, что оказался в запертой клетушке, которая стремительно нагревалось. Маленькая железная коробочка, сильно напоминающая гроб, внезапно вспыхнула множеством огоньков со всех сторон. То, что на первый взгляд показалось мне капсулой для сна, на самом деле являлось самой настоящей печью.

Вот это скачок с нуля до сотни!

Резко дёрнулся вправо, коснувшись огненного языка, оставившего на плече лёгкий ожог, и попытался выбить стенку. Ничего. Печь с каждой секундой поднимала температуру ровно в два раза, и одно могу сказать наверняка: оказаться в таком духовом шкафу, будучи в сознании, пытка ещё та.

Успокоил мысли, привёл рассудок в порядок и задумался. Если мой гроб — это всего одна из ячеек общей печи, значит, выход должен быть сзади. Нет смысла пытаться сломать стены или пробить потолок. Я досчитал до трёх, приготовился ощутить непередаваемую боль, и, задержав дыхание, оттолкнулся ногами.

Дверь не поддалась, но послышался лёгкий хруст, и это уже нелпохо. В голове загремел колокол, и вместо того, чтобы ждать, пока боль пройдёт, оттолкнулся ещё раз. Последовавший звук порадовал куда больше, и мне даже на мгновение показалось, будто потянуло прохладой. Языки пламени постепенно разгорались, и тут я осознал, что через мгновение вспыхнет настоящее пламя.

Удар, за ним ещё один, и мне наконец удалось выбраться и бессильно упасть на холодный пол! Инстинкты оказались правы. Как только вылетел, печь полыхнула яростным пламенем, и если я остался бы внутри, то прожарился бы до корочки. Быстро отполз назад, прижался спиной к стене и некоторое время смотрел на огонь.

В голове потоком неслись мысли. Что, если бы я проснулся секундой позже или не проснулся вообще? Резкое пробуждение от ожогов четвёртой степени и последующая смерть от прожарки — это не то, как мне представлялись выходные. Не знаю, кого стоит благодарить за своевременный удар сердца, но в тот момент решил впервые за всё время поблагодарить имплант.

Если бы не это сообщение о насильном пробуждении Курьера, то… Нет, даже думать не хочу.

Главное выбрался, теперь надо выяснить, где я оказался, и главное, какая скотина меня засунула в крематорий! Последнее, что помню, как схватил Седьмую и побежал со всех ног. Помню, как споткнулся, как закрыл её своим телом и укрылся сверху трупом наёмника. Помню грохот взрыва и толчок, а затем тьма и тишина.

Ощупал тело — вроде всё на месте. Ноги работают, руки в порядке, видимых повреждение нет. Голова только болит, но это объяснимо. На затылке нащупал порванную кожу, но вроде череп не повредил. Уже неплохо, приступим к следующему шагу. Осмотрелся по сторонам и обнаружил, что оказался в стандартной небольшой комнатке с двойными дверьми. Спереди огромная чугунная печь на несколько полок, справа небольшой металлический стол и обычный стул со спинкой.

Ватага! Где моя ватага? Они же не сгинули в печи или не лежат на соседних полках? Я быстро поднялся на ноги, ощутив лёгкое головокружение, и принялся открывать дверь за дверью. Везде пусто, значит, их здесь нет. Вовремя сообразил и, призвав интерфейс, зашёл в раздел ватаги. Облегчённо выдохнул и рухнул на металлический стул, который под моим весом издал противный скрежет.

Показатели в норме. Значит, Трев и Приблуда живы? А Мышь? Вот его-то как раз не видел, но думаю, если эти двое в порядке, то, значит, и с ежом всё хорошо. Помню, что оставил его недалеко от поля сражения вместе с такими же, как он.

Ладно, с этим разобрались, теперь пора сваливать отсюда и разбираться, как я здесь оказался.

Вдруг двери открылись, и в помещение зашёл человек. Пухлый, редеющие жидкие волосы, в руке булочка, аккуратно завёрнутая в пластиковый пакет. Он, не ожидавший увидеть здесь живых людей, видимо, был занят тем, что копался в интерфейсе. Мужчина подошёл к первой полке, посмотрел внутрь, сам себе кивнул и продолжил до тех пор, пока не добрался до моей. Сначала он мельком глянул, а затем резко остановился и присмотрелся уже получше.

— Потерял кого? — произнёс я максимально холодным и жестоким голосом.

Мужчина взвизгнул, обернулся и, указав на меня пальцем, побежал в сторону двери. Я вскочил со стула, перехватил его и резким ударом приложил виском о стену, на которой остался небольшой кровавый след. Тот что-то буркнул и, потеряв сознание, рухнул на холодный пол. Я наклонился и проверил пульс. Вроде не убил, а жаль — свидетелей оставлять нельзя. Но только выпустил клинок, как в помещение ворвалась Седьмая.

Она тяжело дышала, держалась за правый бок, и не сразу меня заметила. Девушка обернулась на звук возвращающегося в имплант клинка и широко улыбнулась:

— Живой! Фух, как я рада!

Я временно забыл о человеке в белом халате и, выпрямившись, осмотрел Седьмую. Всё та же одежда, потрёпанная и вымазанная в застывшей крови, но девушка выглядела невредимой. Если не брать в расчёт уставшие глаза, засаленные волосы и испачканное лицо. На шее она всё ещё носила свои любимые наушники, которые надевала лишь в момент битвы.

— И ты, смотрю, в порядке. Ты знаешь где мы?

— Угу, — кивнула Седьмая. — Была здесь пару раз, когда занималась Вицероном. Мы на одном из заводов, здесь избавляются от трупов.

— Как избавляются? — спросил, ощущая, как по телу пробежал холодок воспоминаний третьего рубежа.

Девушка, кажется, не поняла, и указала на печь:

— Как? Сжигают. Промышленный завод. Ты что, головой ударился?

Она быстрым шагом подошла, покосившись на лежащее под ногами тело, и резким движением повернула мою голову. В ту же секунду она достала медицинский чемоданчик, и, усадив меня на стул, принялась обрабатывать рану.

— Что с нами случилось? — спросил её, ощущая запах спирта.

— Ты меня спрашиваешь? Последнее, что помню, как пыталась убить Вицерона, а потом потеряла сознание. Трев и Приблуда сказали, что ты меня на руках вытащил и спас от взрыва какой-то бум-сивухи.

— Ты с ними виделась? — спросил я, резко повернув голову, на что девушка недовольно поморщилась и, развернув обратно, ответила. — Да, о них можешь не переживать. Оба схоронились в блоке, а сейчас занимаются поставленными тобой задачами. Не знаю какими, но я им всё объяснила и сказала, что вытащу тебя самостоятельно.

— Стоп, стоп, — пришлось прервать её рассказ, когда девушка откусила кусок медицинского скотча и принялась закрывать рану сложенным в несколько слоёв бинтом. — Вот отсюда давай поподробнее. Что значит “сначала схоронились, а теперь занимаются”? Сколько дней прошло? Почему ты здесь? Что, твою мать, происходит?

Седьмая закончила, хлопнула меня по плечам, а затем развернула на стуле, и, усевшись на край стола, вызвала лёгкий диссонанс с недавними воспоминаниями. Разум сразу принялся выстраивать интересную картину, но я вовремя отвесил ему подзатыльник, сказав, что сейчас не время для сексуальных фантазий, и внимательно прислушался.

— Два дня, — сказала как отрезала. — С рейда прошло два дня. Вицерона больше нет. Разорвало на части ублюдка, да так, что куски долетели аж до трибун, — на последних словах она жестоко улыбнулась. — Вообще, мало кто выжил, но веришь или нет, официально кланы считают рейд удачным. Ставка налога выполнена, ресурсы заработаны.

— Стоп, то есть умер отпрыск клана, а ты говоришь, что официально всё прошло удачно?

— А чего ты ожидал? — кивнула Седьмая. — Что они скажут, как всё печально и так далее? Имидж в первую очередь, помнишь? Из Вицерона уже лепят эдакого героя, защищавшего интересы клана, и всё такое прочее. Я, правда, думаю, что его и так хотели завалить, а тут такая возможность выдалась!

— Что насчёт других кланов? Их представители ведь тоже там были.

Седьмая вздохнула и ответила:

— Были, ватаги порваны в клочья, и им придётся искать новых защитников среди наёмников, но отпрыски остались живы, в отличие от Вицерона, — и опять эта жестокая и садистская улыбка.

— То есть, хочешь сказать, что на нас не спустят клановых псов и не будут ждать в каждом тёмном переулке? Тогда как объяснишь, что меня живым засунули в печь?

Седьмая пожала плечами:

— Вряд ли, по крайней мере, пока. В этот раз рейд получился уж слишком кровавым, но это нормально. Завтра новая партия из принтера должна выйти, человек триста, может, четыреста, свежая кровь. Так что кланы сейчас будут заняты новыми торгами.

— То есть то, что произошло вчера — это считается нормой? Что это вообще за ритуал был? Ты видела, что на трибунах творилось?

Седьмая посмотрела на меня так, словно я вчера вышел из принтера, и спокойно ответила:

— Ну да, рейд перед новой партией. Клан каждый раз случайным образом выставляет ставку, и её надо выполнить, или ты думаешь, что тебя вот такого замечательного за красивые глазки взяли? Очнись, Смертник, кланы ничего не делают просто так. Твой налог, который ты заплатишь за собранные ресурсы, — это капля в море. Наёмничьи ватаги всего лишь расходники для чистки крови, но ты это и так уже понял. Всё должно идти по кругу, всё находится в постоянном движении, а человеческая жизнь — это очередной товар. Насчёт оргии — ну это больше для развлечения. Я не знаю, как давно кланы ввели правило, но народу зашло на ура. Кто откажется сходить на бесплатное шоу, где накормят, дадут выпить, а потом ещё и бесхозную бабу подсунут. А кровь? Смерть и секс, конец жизни и её начало. Как-то так они вроде рассказывали. Давно дело было, да и не особо внимательно слушала, мне это не интересно.

Теперь, когда Вицерон вернулся в принтер, она заметно повеселела. Перед рейдом, когда все улыбались, на ней не было и лица. Видимо, ещё тогда Седьмая для себя решила, что убьёт врага любой ценой, даже собственной жизни. А тут вот как вышло! И Вицерон мёртв, и она осталась в живых.

— Так, а что насчёт меня?

Тут выражение лица девушки слегка изменилось.

— Ты меня спас, причём уже не в первый раз, поэтому я решила отдать тебе долг.

— Засунув меня в крематорий?

Седьмая улыбнулась и подмигнула:

— Можно и так сказать. Я не была уверена, как себя поведут Лотосы в будущем после того, как разберутся с новой поставкой, поэтому решила, что пускай все будут мертвы. Не спрашивай, как мне это удалось, пришлось задействовать много связей, но в конечном счёте всё сложилось. Ты ведь успел выбраться, да и я вовремя рядом оказалась.

Вовремя — это, конечно, с натяжкой, но не стану устраивать сцену и обвинять её в содеянном. Во-первых, это ничего не изменит, а во-вторых, идея-то на самом деле неплохая. Через день-другой они узнают, что я на самом деле жив, если вообще станут заморачиваться ради одного наёмника. В любом случае, лучше так, чем сгореть заживо.

— Правда, кого-то всё же сжечь придётся, — произнесла девушка, поглядывая на тело лаборанта. — У них здесь отчётность и всё такое.

Ну что же, если надо, то надо. Совесть помучает и рано или поздно отпустит. Внутренний рубеж обязательно найдёт способ, как разочаровать сильнее и вывернуть человеческое поведение наизнанку. К тому же здесь нет невинных людей. Даже среди тех, которые, обливаясь кровью, сношались под дикие стоны на трибунах, пока вокруг гибли наёмники.

Издеваться, правда, не стал. Коротким ударом добил человека и засунул в крематорий, даже не проверив инвентаря.

Я уже и отвык от запретов третьего рубежа, где всё управлялось жёсткой дланью системы. За кражу — штраф, за сломанную руку — отдаёшь свою, а за убийство — превратят в ежа. Не знаю, раскрепощали ли правила второго рубежа или, наоборот, создавали ещё больше проблем? По крайней мере, на третьем можно быть уверенным и чётко знать, что с тобой произойдёт. А здесь? Убьют вот так на рабочем месте и закинут в печь.

У меня всё больше складывалось впечатление, что система — это больной ублюдок, склонившийся над муравейником с толстой лупой в руках. Поджечь тут, перенаправить сюда, сломать всё к чертям и наблюдать за тем, как себя поведут люди. Этой колонии дать больше прав, здесь, наоборот, ужать. Всё это походило на бесконечную череду больных экспериментов. Но с какой целью и для чего?!

— Ладно, пошли уже отсюда, а то у меня мурашки по телу.

Седьмая согласно кивнула.

— Разобрался уже с опытом и лутом? Трев и Приблуда сказали, что не станут трогать ресурсы, пока ты не вернёшься, так что всё на месте.

«Да! Да! ДА!» — продолжал кричать внутренний хапуга, жадно потирая ладони. Мне и самому хотелось глянуть, на что было потрачено столько усилий, но в первую очередь надо выбраться отсюда. Не помешало бы поесть, привести себя в порядок и уж потом всё посчитать и распределить ресурсы. Обзавестись транспортом, средствами связи, особенно полезных на вот такой случай, и подумать об апгрейде.

Седьмая вывела меня из крематория, и, пройдя через несколько пустых коридоров, мы вышли в место, которое мог описать двумя словами — производственный цех. На футуристичных станках, с технологиями которых, пожалуй, мог сравниться лишь КиберСанктуум, работали люди. Причём именно люди — а не рабы. Неплохо одеты, сыты, без надзирателей. Они занимались тем, что засовывали в каплевидные серебряные печи нужные ресурсы. Кибу, синту, наниты.

Те лежали свободно в огромных баках, причём в таком количестве, что хватило бы полностью оснастить не одну ватагу самой лучшей экипировкой, а то и скупить добрую часть поселения. Рядом сновали несколько рабов, подтаскивая ресурсы откуда-то снаружи. Удивительно, но ежей, переносящих кибу на своих иглах, видно не было.

Футуристичные станки обрабатывали ресурсы и, снабжая портативные принтеры, выдавали уже готовые запчасти. Со стороны они выглядели как обычные куски пластика и железа, но если присмотреться, то в них можно было узнать части синтетических людей. К тому же, гадать не пришлось, и моя теория тут же подтвердилась.

В конце конвейера все части собирались в общий поток и одна за другой уходили в самый громоздкий станок, напоминающую промышленную стиральную машину. После нескольких минут сборки с обратной стороны выезжали уже готовые синты. Начищенные до блеска, белые и сверкающие, один в один как на ВР-3.

Теперь многое стало ясно, и конвои, о которых постоянно говорили местные, видимо, уходили отсюда. На ум пришли слова Вицерона из воспоминаний, и я мысленно прошёлся по пунктам его плана. Он действительно задумал заполучить власть и пойти против законов системы. Перерезать все поставки на ВР-3.

Причём самое интересное, что ублюдок и понятия не имел, какова сейчас обстановка на третьем рубеже. Не знал о чистке, о спецназе из Города-Кокона и внезапно оживших ключевых игроках. Не догадывался, что прерывание поставок, по крайней мере, на ближайшее время, никак не скажется на функционировании рубежа. Так что, в теории, у него бы всё получилось.

Однако теперь он мёртв, а информация и, главное, планы, вместе с людьми, именами и лазейками торгового клана Лотоса, теперь в моей памяти. Она может послужить в качестве подручного инструмента, если они вдруг решат действовать. С другой стороны, её всегда можно продать конкурентам и заработать огромную кучу ресурсов.

Однако прежде, чем хоть что-нибудь с этой информацией делать, нам нужно выбраться с завода и вернуться в блок. Трев и Приблуда, скорее всего, ждут моего возвращения, да и, думаю, даже Мышь беспокоится. В конечном счёте, мы ведь одна ватага, и они рисковали жизнями не меньше меня. Придётся ещё многим заняться, и мысленно я уже выстраивал планы о прокачке, заработке и будущих походах.

Седьмая с лёгкостью прочитала язык моего тела и жестом успокоила. Сначала не понял, откуда взялась такая безмятежность и откровенная глупость, но потом всё прояснилось. Убивать никого пришлось, а нас так и не напали. Мы прошли несколько рабочих помещений, всего пару раз поймав на себе задумчивые взгляды работников, а когда вышли на улицу, девушка вдохнула полной грудью, словно с её плеч упала целая гора, и с улыбкой спросила:

— Ну, теперь чем займёмся?

Глава 16

Тридцать пакетов синты утонули в консоли распределения, и в ответ, под хруст и шуршание, вывалились три коробочки. Сначала подумал, что система перепутала мой заказ, но затем, присмотревшись поближе, заметил, что это и в самом деле были телефоны. Три грубых пластиковых кирпича с небольшими монохромными экранами. Забрал покупку, два убрал в банк ватаги, а третий покрутил в руках.

Довольно тяжёлый, для нажатия кнопок приходилось прилагать усилия, но в целом ничего особенного. Седьмая, всё это время стоявшая рядом, широко улыбнулась и достала свой телефон. Почему-то я даже не удивлён. Розовый корпус, а на задней крышке изображение оскалившегося черепа на фоне огненного торнадо.

Ну и как им пользоваться? Интерфейс автоматически обнаружил новое устройство, провёл все требуемые операции, и через мгновение перед глазами появился список контактов с моим личным номером. Ха! Удобно.

Седьмая продиктовала свой, и на первой строчке появилось её имя, причём опять же с изображением оскалившегося черепа на фоне огненного торнадо. Неужели у неё специальный и выполненный на заказ, или она провела настройки уже после покупки? Решил, что для меня это не особо важно, и мысленно попробовал её вызвать.

Телефон Седьмой зажужжал, и она, улыбнувшись, приложила его к уху:

— Вы обратились в службу спасения Смертников, к сожалению, на данный момент все КиберТянки заняты, дождитесь пока…

— Ладно, ладно, — оборвал я звонок. — Я уже отблагодарил, или тебе официальное письмо надо?

Седьмая хихикнула и убрала телефон в инвентарь.

— Ну ты законч-и-ил или, сука, нет? — раздалась за спиной нечленораздельная речь.

Обернулся и увидел перед собой одного из байкеров Лотосов. Он, заметно качаясь из стороны в сторону, держал допитую бутылку пива и смотрел на меня то правым, то левым глазом. По крайней мере, так показалось, потому что он был настолько пьян, что мог смотреть сразу в двух направлениях.

Не успел я ответить, как он фыркнул, и, схватив бутылку за горлышко, атаковал. Нет, я, конечно, понимаю, когда люди теряют терпение в очереди, но чтобы вот так? Бутылка медленно приближалась к моему лицу, и я без особых усилий схватил его за запястье, развернул к себе спиной и дал обидного пинка под зад.

Байкеру этого показалось мало, и он, что-то невнятно промямлив, запнулся собственными ногами и достал из инвентаря раскладную дубинку. Не знаю почему, но в тот момент инстинкты сработали за меня, и я, метко прицелившись, швырнул предмет в руке прямиком в затылок ублюдка. Только потом понял, что там находился мой новенький телефон и, прикусив нижнюю губу, мысленно приготовил ещё десять пакетов синты.

Удивительно, но после того, как тот попал прямиком в цель, выбив кровавую кляксу из затылка байкера, я подошёл, поднял предмет и выдохнул. Ни единой трещины! Нет, мой параметр силы не столь высок, как у того же Мыши, но зарядил от всей души! Помимо крови байкера на корпусе телефона не было даже царапин, а все клавиши остались на месте. Чёрт, действительно настоящий кирпич, таким и убить можно. Интересно, а если его сбросить со скалы или утопить, будет работать?

Решил не проверять теорию в деле, к тому же, кругом нет скал, а про озёра и океаны я вообще молчу.

— Ну? Куда дальше? — поинтересовалась Седьмая, таскавшаяся за мной весь день, даже когда пришлось навёрстывать два долга ежедневных заданий.

Первое отправило меня на стандартный патруль вокруг одной из жилых зон, приказав докладывать о нарушениях, а второе заставило сходить на местные склады ресурсов, где я вместе с другими наёмниками два часа таскал ящики с эмблемами торговых кланов.

После насыщенного и откровенно скучного дня всё, чего я хотел — так это отмыться, съесть что-нибудь кроме пасты и плюхнуться в капсулу, но ещё многое предстоит сделать.

— Надо бы в блок вернуться, навестить ватагу и себя показать.

Седьмая кивнула, и, отыскав короткий путь, махнула рукой и сказала:

— Тогда в ту сторону.

По пути немного поговорили, но большую часть времени я всё же решил потратить на распределение характеристик и подсчёт собранных ресурсов.

В общем, уже за вычетом трёх купленных телефонов, удалось собрать сорок шесть кубов нанитов и девяносто четыре пакета синтетической крови. Расценки ВР-2 всё ещё пугали своей хаотичностью, но в целом разобрался. За кибу здесь можно купить только еду, если вкус пасты осточертел. Можно расплатиться за временное жильё, шлюху, стирку одежды и прочее.

За всё остальное приходится расплачиваться ресурсами выше. Синту в основном брали за электронику низкого и среднего уровня. Более дорогую и надёжную одежду с дополнительными металлическими вставками для защиты. Запасные части для мотоциклов и бензин.

Наниты, в свою очередь, уже не являлись самым дорогим и желанным ресурсом, и котировались они в основном там, где разговор заходил о кибернизации и хроме. Если на ВР-3 самый простенький имплант можно приобрести даже за кибу, то здесь всё, что ниже среднего уровня, покупалось исключительно за кубы нанитов.

Я довольно быстро осознал, что для того, чтобы прокачаться и приодеться, причём не только самому, но и ватаге, придётся заняться серьёзным делом. Купить всё по-быстрому и за копейки, как на третьем рубеже, снарядившись настоящим хламом, уже не получится. ВР-2 никогда не станет мне домом, и прекрасно понимаю, что мы здесь до тех пор, пока не найдём путь дальше.

В этот раз нам повезло, и охотники не сожрали никого из ватаги, а что будет дальше? Более сильные и прокачанные наёмники, серьёзное железо, высокий уровень технологий. Нет, нужно быть готовым ко всему, поэтому прежде, чем покидать ВР-2, при условии, если найдётся путь, нужно выжать из него всё до последней капли.

А это значит, что рано или поздно придётся завести знакомства среди кланов. Уверен, что все самые вкусные плюшки, включая качественные импланты, они хранят у себя и не подпускают к ним других. К счастью, у меня в голове отпечатались воспоминания Вицерона, в том числе и список имён, места и даже номера телефонов некоторых. Всё, что останется, так это для начала привести себя в порядок и найти, что можно предложить этим людям в обмен на вкусняшки. Будет непросто, но для этого у меня и есть ватага.

— Тебе правда больше заняться нечем? — спросил Седьмую, когда молчание слишком затянулось.

Она приподняла голову и, убрав длинную чёлку за ухо, поинтересовалась:

— А что? Я тебе уже надоела?

Твою мать, вот ненавижу, когда отвечают вопросом на вопрос. Ну почему нельзя прямо сказать, и всегда надо вилять? С другой стороны, и сам постоянно использовал эту тактику в переговорах и прекрасно понимал, как она может раздражать других.

— Я этого не говорил. Просто обычно ты пропадала и убегала куда-то.

— Ну теперь вот решила побыть с тобой, — Седьмая ухмыльнулась. — Проблемы?

Я отмахнулся, и дальше мы пошли молча. В районе, где мы получили блок, пахло уже не так сильно, или просто я привык к местной вони. Вышедший покурить на крыльцо своего небольшого магазинчика мясник, при виде меня с девушкой, приветственно кивнул и достал зажигалку. Недалеко работающие шлюхи, обычно зазывающие любого прохожего, вместо того, чтобы одаривать меня различными комплиментами, стараясь заманить, разом замолчали.

Сначала показалось, но потом понял, что всё так и есть. Окружающие не только знали меня в лицо, но и старались особо не тревожить. Они здоровались, пропускали перед собой, и некоторые даже старались избегать взглядов. Чего я успел натворить, что ко мне относились одновременно со страхом и уважением? Хотя нет, здесь лучше вопрос построить иначе. Что Приблуда успел им такого наговорить?

На входе у блока стояло двое молодых людей. Один курил сигарету и рассказывал какую-то историю, а второй чесал задницу и выдувал розовые пузыри жвачки. Первый резко замолчал и, кивнув, пропустил меня внутрь.

— Смертни-и-и-и-к! — первое, что услышал, спустившись вниз по лестнице.

Мышь стоял у входа в качестве охранника, медленно пережёвывая один из моих питательных комочков. Я хлопнул по плечу уже ставшего родным ежа и пошёл дальше. В целом, помещение выглядело намного лучше. От трупов избавились, небольшие хибары сожгли, а полы хорошенько вымели. Вместо стола, где мы разговаривали в прошлый раз, стояли три небольших диванчика, на одном из которых разлёгся Трев.

Он меня не заметил, так как его сознание было погружено в виртуальную реальность. На голове были громоздкие очки грязно-чёрного оттенка, больше похожие на очередной кирпич. Не знаю, то ли он самостоятельно раздобыл это устройство, то ли взял в аренду, но в любом случае, парень наконец занимался своим делом.

Прошёл мимо него и толкнул в бок, но тот никак не отреагировал. Если бы не монотонно двигающаяся грудная клетка — решил бы, что он отдал системе душу. Ладно, пускай работает.

На соседнем диванчике вальяжно развалился Приблуда, уже изучая новенький телефон. Я сел напротив, закинул ногу на ногу и произнёс:

— Ну как идут дела?

— Рад что ты жив, мы тут испереживались. А дела идут, — ответил он с весьма забавным выражением лица, когда копался в интерфейсе. — Кстати, с воскрешением, Смертник! Когда Седьмая рассказала о своём плане, я ей ещё тогда сказал, мол, чушь это всё. Пойдём просто отвоюем, но признаюсь, рад, что тогда послушался.

Девушка села на последнее свободное место и достала из инвентаря телефон. Быстренько обменялись номерами, заполнили списки контактов, и я наконец выдохнул. Теперь из любой точки ВР всегда можно с ними связаться, а значит, это в несколько раз ускорит не только нашу местную деятельность, но и поможет в управлении.

Пока Седьмая и Приблуда препирались насчёт того, кто и что сказал в тот день, я закрыл глаза и ощутил, как проваливаюсь в сон. Резко встряхнувшись, я стукнул себя кулаком в грудь и решил, что ещё рано. Надо разобраться с характеристиками.

На рейде удалось подняться до двадцать второго уровня, и я заметил, что на следующий требуется почти десять тысяч опыта. Цифра росла с каждым разом, вполне логично заставляя идти на более изощрённые методы прокачки. В будущем придётся убивать не только более сильных монстров, но и проходить более сложные сценарии.

Идею насчёт последних отбросил пока в сторону и вложил свободные четыре очка в скорость реакции. Итого двадцать восемь. Всё ещё чертовски мало, я должен быть быстрее. Вдруг заметил, как система создала отдельный раздел, который гласил: «Спутники» Кто? Мышь? Зашёл внутрь и мысленно ахнул. Значит, она перенесла его сюда? Хм, вполне удобно. Вся информация, характеристики, даже импланты, которых, кроме стандартных «ежовых», у него не было.

Заметил, как Мышь получил свою порцию от рейда, и улыбнулся. Десятый уровень — растёт! Шесть свободных очков. Всё в силу, и продолжаем действовать по плану, создавая из него настоящего Джаггернаута. Открыл глаза, посмотрел на Мышь и отметил, что тот успел набрать немало массы. Руки стали толще, появились синие вены, а на кончиках пальцев острые ногти стали плотнее. Он не только рос в уровнях, но и видоизменялся, превращаясь в настоящего боевого ежа.

Так, что дальше? Заметил, как Приблуда и Седьмая всё ещё препирались, а Трев, медленно снимая очки, улыбнулся, сел, попутно поймав соскочивший с груди телефон, и недовольно прищурился.

— Это ещё что такое? — спросил он, словно ему в глаза ударил яркий свет.

— Смертник купил, — ответил Приблуда, закидывая в рот кусок жвачки. — Мы уже все добавились, диктуй свой номер.

Трев разобрался за секунду — теперь точно вся ватага на связи. Он заспанными глазами посмотрел по сторонам, а затем протянул мне руку и произнёс:

— Рад что ты с нами. Мы переживали.

Приблуда демонстративно фыркнул и выдул розовый пузырь. Я улыбнулся и ответил:

— Тоже рад, что не сгорел заживо. Откуда примочка?

— Ну я ведь конструктор, — Трев окинул взглядом устройство. — На мне и так заказов уже много висит, причём один от Седьмой. Я тут решил, что на рейде, конечно, помог ватаге, но вне Санктуума мне лучше в киберпространстве. С устройством пришлось повозиться, потому что своё я давно потерял на фронтире.

Врёт уже, как заправский вор. Но это и хорошо, Седьмой лучше не знать, что мы с третьего рубежа.

— Понятно, но где ты его раздобыл?

Трев улыбнулся.

— Не переживай, Смертник, платить за него не надо. Ты раздал нам указания, мы их выполняем. Только что закончил работу над очередным заказом, — он отключил флешку от очков и, поиграв ею между пальцев, убрал в инвентарь. — Осталось теперь передать шестёркам, чтобы они доставили заказчику и забрали плату. Знаешь, скажу честно, я наконец занят своим любимым делом, так что не заморачивайся о мелочах.

— Как скажешь, — не стал я спорить и приступил сразу к делу. — Насчёт сценариев, Трев…

— Зверь, — произнёс он внезапно, оставив меня без слов.

— Кто?

— Зверь, — повторил он, а затем пояснил. — Негласное правило между конструкторами. В киберпространстве мы не носим настоящих имён, так проще оставаться анонимным, а после того, что со мной случилось в прошлый раз, поступок весьма объяснимый.

— Хорошо-о-о... — медленно протянул я. — Но раз я знаю, кто ты на самом деле, то буду звать тебя Трев. Так вот, занимайся сколько влезет, больше от тебя ничего не требуется, кроме одной вещи. Мы жестоко проседаем по уровням и уступаем местным. Нужно, чтобы ты сварганил сценарий только для нашей ватаги, да, это тебя тоже касается, Седьмая. Цель — набить как можно больше опыта, желательно массовыми атаками.

Трев задумался.

— Я тоже об этом подумал, особенно если пойдёт Седьмая. Но у конструктов есть чёткие ограничения.

— Нельзя взвинтить один параметр, оставив другие на нуле, — вставила Седьмая, а затем дала Треву возможность объяснить как следует.

— Угу, всё должно быть в балансе, или ты забыл, что это главное правило системы? Я могу создать сценарий, населить его огромным количеством монстров, но тогда придётся делать обширную и густонаселённую локацию. Однако не забывай: чем сложнее сценарий и насыщенней конструкт, тем больше понадобится энергии и времени на его создание.

— Поэтому мы будем сражаться в городе, — предвидя возражения Трева, предложил я. — И будем брать количеством, а не качеством. Вместо того, чтобы штамповать сложных монстров со своими параметрами, ты создашь ночной город и населишь его ордами зомби.

Трев посмотрел на Мышь и спросил:

— Он ведь тоже пойдёт, да? — а когда я кивнул, на его лице растянулась довольная улыбка. — Кажется, я понял, что ты имеешь в виду. Сделаем, Смертник, должно получиться интересно!

Приблуда безразлично посмотрел на нас обоих, словно не понимал о чём идёт речь, а затем пожал плечами, и выдув очередной пузырь, спросил:

— А мы чем займёмся?

Я посмотрел на Мышь и жестом приказал ему присоединиться.

— Вы пока продолжите зарабатывать ресурсы и наращивать связи. Вицерон в своём сволочизме оставил мне прощальный подарок в виде информации, с которой мне надо хорошенько переспать и обмозговать.

— Что ещё за информация? — подобралась Седьмая, резко подавшись вперёд. — И как он тебе её передал?

Приблуда перестал жевать и быстро забегал глазами между мной и девушкой.

— Я ничего не говорил — произнёс он на всякий случай.

— Знаю, что не говорил. У меня есть свои способы получения информации, Седьмая, так что не удивляйся.

— Может, лучше расскажешь? — продолжила она настаивать. — Ну это я к тому, что вы с фронтира совсем недавно, а я людей знаю, может, подскажу, что, куда и зачем?

Трев решил подшутить:

— А тебе больше никуда срочно убегать не надо?

Седьмая откинулась на спинку дивана и ответила:

— А тебе разве не пора обратно в своё пространство? Я, вообще-то, тебе заплатила, так что жду свой конструкт.

Тут уже удивился я.

— Насколько помню, ещё недавно у тебя не было кибы, чтобы заплатить за вход на ВР-2, или это был обман?

Седьмая материализовала пакет синты из инвентаря и ответила:

— Трев берёт мало, точнее, сделал приятную скидку, а заплатила ему уже после рейда. Ладно, трепаться можем хоть до пожелтения хрома, что делать-то будем?

Внезапно Трев щёлкнул пальцами.

— Точно! Хром! Смертник, совсем из головы вылетело, ты просил найти тебе местного Некра. Я его нашёл. Зовут Эл.

— Эл?! — возмущённо переспросила Седьмая, а затем, открыто захохотав, добавила. — Это тот хиленький девственник, что на внутреннем кольце держит паршивый магазинчик? Трев, не хочу тебя огорчать, или как ты там, Зверь, но этот мясник скорее палец тебе оттяпает, чем пришьёт новый. Каждый пёс на ВР знает, что самые лучшие сидят у клановских на зарплате, и их из поместий никуда не выпускают. Конечно, можно к ним записаться, но готовь наниты в качестве платы и жди несколько месяцев, а то и лет.

Есть Седой на главной улице, можно обратиться к Пионеру в квартале Красного знамени. На крайний случай, к Бестолочи, она хотя бы знает, какой стороной отвёртку держать, но Эл? Хорошо, что я здесь, а то сейчас бы пошёл к нему, а вернулся без двух пальцев, хромой, косой и с павлиньим пером в заднице.

Трев спокойно молчал, позволив Седьмой как следует выговориться, а когда она закончила, то слегка улыбнулся и продолжил:

— Однако мало кто знает, что истинного мастера на самом деле зовут не Эл, а Эл-Ли. И три дня тому назад она отправилась на фронтир за железом и так и не вернулась.

Седьмая замолчала и подозрительно нахмурилась.

План потихоньку вырисовывался, и решив, что момент самый подходящий, я хлопнул в ладоши и произнёс:

— Значит, так и поступим. Трев, занимайся дальше сценариями, Приблуда, как только закончишь со своими, хватай Мышь и дуй к местному мяснику. Пускай глянет и скажет, что с железом можно сделать, но пока никак не апгрейдь.

— А ты? — лениво потянувшись, спросил парень.

— А мы с Седьмой метнёмся в мастерскую, куплю простенький мотоцикл, а затем сгоняем на фронтир и поищем эту Эл-Ли. Если Трев оказался прав, и она действительно одна из лучших мастеров ВР-2, то она мне нужна.

— В ватагу хочешь взять? — спросил Трев.

— Никого насильно тащить никуда не буду, — пожал я плечами. — Хочу сначала поговорить и выяснить, что с ней произошло. Может, получиться усадить её в должники, но дальше пока не заглядываю.

Седьмая покачалась на мягком диване, а затем хлопнула в ладоши, встала и заявила:

— Знаю одного масляного. Парень так себе, болтает много, да и как мужик ни о чём, но мотоциклы варит хорошие. Пошли, Смертник, тут не особо далеко.

***

В мрачных коридорах шахты, где на каждом углу бродили души сгинувших людей, просвистела железная кирка. Парень выбил кусок драгоценной породы из жилы и, утерев пот, посмотрел на трудящегося рядом ежа. В нём не осталось ничего человеческого, лишь пустая оболочка когда-то существовавшей души. Он трудился, потому что ему приказали, потому что не обладал своей волей и потому что попросту хотел умереть.

Парень же, в свою очередь, надеялся, что за совершенные проступки его рано или поздно отпустят, и он сможет вернуться домой. Там его ждала молодая супруга и напечатанные вместе с ним мать и отец, которых так же сослали на фронтир.

Клановики… От одного этого слова руки сжимали кирку так сильно, что белели костяшки пальцев. Ему прекрасно было известно, что за отгроханными поместьями стоят сотни и тысячи душ, сгинувших на рудниках. “Да как они посмели? Как могли?” — продолжал он себя спрашивать, выбивая очередной кусок драгоценной руды.

Захотелось пить…ещё больше захотелось чьей-то крови.

С момента, когда он здесь впервые оказался, начал ощущать, как день за днём теряет рассудок. Сначала парень забывал, как выглядела его супруга, заметил, что не может вспомнить лиц своих родителей, а затем стал забывать собственное. Как теперь выглядело его лицо, после десятков порезов, которые он наносил себе в очередном приступе безумия?

Откуда в нём просыпалось желание вкусить человеческой крови? Ведь всё, что он сделал — это украл железного коня из личной коллекции главы торгового клана Тигров. Парню не приходилось ранее отнимать чужую жизнь, тогда почему сейчас так хочется крови? Почему рожа этого ежа так просит его кирки?

Он попытался успокоить мысли и объяснить себе, что всё это выдумка. Что так на него действует стресс и усталость. Нужно успокоиться и после отбоя попытаться сбежать. К тому же он уже всё продумал, всё приготовил, спрятал нож и выяснил, как дежурят надзиратели. Осталось только дождаться.

Ещё удар, ещё и ещё. Из камня высеклась искра, за которой последовал алый как кровь камень. Ему ещё не приходилось такой видеть. Яркий, чистый как слеза ребёнка, и, казалось, в нём можно увидеть собственное отражение. Он завороженно смотрел на него и через несколько секунд понял, что из глубины алой чистоты на него смотрела пара тёмных как ночь глаз, источая тьму.

Она проникала в душу человека, выворачивала её наизнанку, оставляя после себя лишь выжженную пустыню. Вдруг парень услышал чей-то голос, твердивший ему одно: убей ежа! Убей! Убей! Руки крепче сжали орудие, мышцы налились силой, о которой он даже и не подозревал, а кровь закипела в жилах настолько, что складывалось впечатление, будто кожа не выдерживала и лопалась от жара.

Очередной раз занеся кирку над жилой, он резко повернулся и вонзил её в бок ежа. Существо протяжно завыло, но не обернулось и продолжило долбить породу. Бессмысленное создание! Неспособное на свободу и принятие собственных решений! Парень вырвал кирку вместе с куском мяса, а затем ударил ещё раз. Ёж упал на металлические колени и попытался отмахнуться, но человек не медлил.

Удар, удар, удар...

Он бил до тех пор, пока существо не замолкло и не вернулось в принтер. Родившаяся животная ярость твердила, что этого будет мало. Крови одного ежа недостаточно, и ему нужно убивать дальше. Для начала сойдут рабы — они утолять жажду убийства на какое-то время — затем убить надзирателей, а когда их смерти напитают его тело невероятной силой, он наконец сможет вернуться и отомстить тому, кто его сюда поместил.

***

Глава 17

Под механический рёв двигателя мы покинули перевалочный пункт ВР-2 и выбрались на фронтир. Не знаю, что у Седьмой было с тем человеком, но она смогла выторговать неплохого железного коня всего за пятнадцать кубов нанитов и сорок литров синтетической крови. Цена вроде бы приемлемая, учитывая, что в нагрузку он добавил полный бак горючего и сменные запчасти.

Всё ещё странно ощущать под собой новенький личный транспорт, но вроде справляюсь неплохо. Информация Трева пригодилась, и парень даже смог добыть примерную карту местности с той шахтой, куда направилась наша новая знакомая. Седьмая сидела сзади, обхватив моё туловище ногами, и что-то бурчала.

Проезжая очередной участок, я услышал, как из тьмы донеслось глухое рычание. Старые знакомые проводили нас отстранённой угрозой и продолжили заниматься тем, чем бы они там ни занимались. Надеюсь, убивали друг друга от скуки и голода.

Вообще, странно, насколько человек существо живучее и способное адаптироваться к любым условиям. В то время, как одни стремились попасть к звёздам, другие забирались глубоко под землю, где нет естественного источника освещения, и бесконечно копали. Сбивались в маленькие группки, залезали в труднодоступные места и, как маленькие гоблины добывали, добывали и ещё раз добывали.

Куда только не заведёт алчность человека и желание быстрой наживы. Правда, сейчас речь шла больше о труде не совсем добровольном. На фронтире жили так называемые отщепенцы, версия штрафников второго рубежа. Однако в этом случае в стройные ряды богонеугодных записывала не система — а торговые кланы. Удобная вещь, особенно учитывая, что единственная возможность вернуться на поверхность — это выполнить определённое количество заранее установленных норм.

Как мне объяснила Седьмая, да тут самому уже можно было догадаться, возвращались лишь немногие. Большинство срывали спины и, не в состоянии больше работать, вышвыривались за порог, где в непроглядной тьме бесконечных туннелей их ждали охотники. Остальные же пахали до конца своих коротких дней, будучи настолько оштрафованными, что на выполнение назначенной нормы уходили десятки лет.

Знаю, что у девушки есть и своя история, связанная с фронтиром. Тот сценарий КС не был простым совпадением — а откровенная охота и казнь, в конце концов, явно как-то связаны с самой Седьмой. Тревожить старые раны порой хуже, чем обзавестись новыми. Застоявшийся гной лез наружу, смешиваясь с чистой кровью, а затем отравлял весь остальной организм. Некоторые вещи лучше оставить пылиться на дальней полке. Единственное, в чём уверен наверняка, так это в том, что Седьмой не приходилось вкалывать на рудниках. Ладони никогда не лгут.

Я завернул за очередной поворот и задумался. Что, если сеть туннелей доходит до самого города? Ведь логично, да? Ещё раз себя перепроверил и заключил, что теория имеет место быть. Кто бы ни занимался их созданием, эти люди явно не сподобились оставить после себя карт, знаков или хотя бы описания. В той же теории, она могла соединять только второй и третий рубеж, так как ВР-2, в отличие от своего младшего собрата, был самодостаточным. Конечно, не без помощи консолей распределения и практически полностью автоматизированных технологий самого города, но самодостаточным.

С другой стороны, зачем так рисковать и рыть туннели до самого центра этого мира, если вся суть рубежей — в их полной изоляции? В любом случае, даже если они и проходили хотя бы до ВР-1, без карты и тонны припасов можно блуждать вечно. А то и охотники сожрут быстрее. В размышлениях не заметил, как миновали небольшое поселение, от которого остались лишь пустующие здания.

Заметил, что чем дальше мы забирались вглубь фронтира, тем чаще натыкались на следы жизнедеятельности людей. Где-то виднелись небольшие потухшие кострища, вокруг которых лоскутами была разбросана одежда. Местами попадались брошенные части проржавевших мотоциклов и других предметов утвари. Поселения мелькали не так часто, но, когда проехали ещё одно, я вдруг ощутил, как по плечу захлопала Седьмая.

— Должно быть недалеко. Километра два от силы по прямой, потом направо.

Молча кивнул и прибавил скорости. Луч света единственной фары рассекал тьму и указывал дорогу. Ехать пришлось вдоль стены, так как повсюду был разбросан мелкий мусор. Всего через пару минут заметил, что информация Трева оказалась верна, и мы должны вот-вот приблизиться к шахте.

Как и сказала Седьмая, после длинной прямой путь уходил резко вправо, и, завернув, я увидел неожиданное. Небольшое поселение на пятнадцать-двадцать хибар, сложенных из ржавых листов металла. Единственная дорожка, протоптанная десятками шершавых пяток, уводила куда-то вглубь, но главное — ни души!

Я остановил мотоцикл недалеко от входа в поселение, но глушить мотор не стал. Что-то в этом месте вызывало у меня чёткое ощущение опасности, словно все чувства и инстинкты забились в панике одновременно. Из домов всё ещё выглядывали лучики света, и где-то даже гудел генератор. Но куда все подевались?

Седьмая медленно слезла и потянулась к оружию, которое постоянно носила за спиной на поясе. Видимо, не только меня мучили сомнения и тревога. Девушка осмотрелась по сторонам, слегка подалась вперёд и попыталась разглядеть, что происходило вдалеке. Сумрак фронтира не помогал, и видимо, придётся подойти поближе.

— Может, не туда завернули? — задал я весьма глупый вопрос, заранее зная на него ответ.

Седьмая подошла к поселению, подцепила носком ботинка повалившуюся вывеску и, посветив небольшим фонариком, ответила:

— Станция 21/07 — в информации было именно это название. Я слышала о нём ранее, обычная шахта, приторговывающая втихую левыми ресурсами. Как раз самое место для мясников.

Вот это и пугало. Левые дела шахты меня не касались, но вот посетители как раз вызывали самый горячий интерес. Если Эл-Ли сюда добралась, когда поселение уже пустовало, то девушка попросту могла развернуться и поехать обратно. Ходит сейчас где-нибудь по ВР-2 и даже понятия не имеет, что мы тут её ищем. С другой стороны, Трев сказал, что она пропала несколько дней назад, а местный антураж как раз подтверждает его слова.

— Ладно, пошли, надо осмотреться, — я всё же заглушил двигатель мотоцикла и, приготовив оружие к бою, достал свой фонарик.

— Есть кто живой? — прокричала Седьмая, и эхо её голоса разошлось по туннелям.

Из тьмы за спиной раздался ответ. Охотники рычали, грозились и реагировали на слова девушки, но по какой-то причине отказывались выходить, а ведь напасть сейчас было бы идеально. Я обернулся и, не увидев ни одного монстра, прислушался внимательнее. Казалось, что бы здесь ни поселилось, или лучше сказать, ни случилось, это пугало их до ужаса. Их! Огромных, мускулистых монстров, обитавших во тьме.

Как бы то ни было, всё равно стоит осмотреться. Мы подошли к поселению, прошли мимо поваленной надписи и, ступив на тропинку, ощутили, как в лицо ударила волна холодного воздуха. Единственный путь шёл через всё посёлок и утопал во входе в шахту, в которой двадцать четыре на семь должна кипеть работа.

Село казалось абсолютно пустым, будто его жители разом собрали вещи, плюнули на работу и уехали в отпуск. Нутро подсказывало, что ничего не может бесследно исчезнуть, поэтому кивнул Седьмой и решил проверить первый дом. Вместо двери висела прицепленная на два заусенца серая тряпка. Пригнулся, зашёл внутрь и посветил фонариком.

Что ж, люди здесь жили откровенно небогато. Два тоненьких и давно пожелтевших от пота матраса в дальнем углу. Ночной горшок, который явно давно не выносили, и нацарапанные гвоздём изображения на стене. В них работник пытался запечатлеть последние воспоминания с поверхности, накарябав силуэт ВР-2 и какую-то парочку, гулявшую по главной улице. Ничего, кроме пустоты, не обнаружилось, поэтому я вышел и заглянул в следующий дом.

Здесь матрас уже был один, правда, вместо нужника и настенных изображений обнаружился железный ящик, закрытый на крепкий замок. Я воспользовался клинком, создал рычаг, и на третий удар тот не выдержал, выставляя на всеобщее обозрение содержимое. Старая одежда, рванный одинокий башмак и недопитая бутылка воды. Попробовал выяснить, как давно ею пользовались, и заметил скопившийся внутри конденсат. Хм, интересно.

Снаружи ничего, кроме завывающего ветра, поэтому решил посмотреть, как шли поиски у Седьмой. Вышел из хибары и, не обнаружив девушку, принялся проверять дом за домом. Везде меня, конечно же, ждала обычная картина. Один или несколько спальных матрасов, от сна на которых даже без работы болела поясница, обязательная тара для естественной нужды и обычно какой-нибудь сундучок. Там, видимо, местные хранили свои скудные пожитки.

Однако то, чего не обнаружил, было куда интереснее. Нигде не было ни капли крови. Конечно, то тут, то там можно было обнаружить застарелые пятна, но чтобы свежие и жидкие? Такого не нашёл. Сразу отпала теория об атаке охотников. Они бы здесь устроили настоящий ад и, особо не церемонясь, вырезали бы всех. Хибары бы вывернули, людей разорвали на части и сожрали, а тут всё осталось нетронутым.

Неужели все действительно собрались и уехали? Но если да, то куда, и главное, зачем?

Чем ближе становился к входу в шахту, тем больше ощущался уже ставший знакомым запах. Пахнет смертью. А когда в одном из домов услышал я чьи-то шаги, приготовил клинок и забежал внутрь. Так вот куда делась вся кровь. Седьмая стояла посреди небольшой лачуги и ошарашенно крутила головой.

Стены, пол и даже потолок были исписаны бесконечными изображениями, символами и загадочными знаками. Кто бы ни постарался, он явно поработал на славу и убил не один час. Седьмую же эти знаки, кажется, ввели в некое подобие транса, аж пришлось подойти и хлопнуть по плечу.

Резкий разворот, и перед лицом оказалось лезвие её меча. Вовремя успел блокировать его своим клинком и оттолкнул её назад. Седьмая быстро захлопала ресницами и заметила, что сжимает рукоять клинка, а затем перевела на меня взгляд и с беспокойством осмотрела шею.

— Извини, Смертник, я не слышала, как ты подошёл.

Убрал клинок, успокоил сердцебиение и, выдохнув, ответил:

— Нашла что-нибудь?

Седьмая развела руками по сторонам и беспокойно выпалила:

— А этого тебе мало?

Я посветил фонариком и, присмотревшись поближе, попробовал разобрать хоть один символ. Не то чтобы они были написаны на знакомом мне языке, как раз наоборот, сложилось такое впечатление, будто каждый штрих, каждый мазок был хаотичен и беспорядочен. Однако при этом всё гармонично сливалось в общую картину безумия.

То есть кто-то собрал всю эту кровь, не поленился принести её в этот дом, потратить несколько часов, а может, и дней на данные художества, а затем — что? Испарился? Соседние дома уже были осмотрены, и там ничего кроме обычной утвари не хранилось. Тогда почему именно здесь? Кому принадлежала эта хибара?

— А что насчёт нашей знакомой? — поинтересовался я, не отрываясь от изображений.

Седьмая качнула головой:

— Ничего, только вот это. Пойдём отсюда, Смертник, её здесь явно нет. Здесь вообще никого нет, только призраки среди стен гуляют и жути наводят.

Ухмыльнулся и попытался хоть как-то скрасить ситуацию:

— Призраков не существует. Пошли проверим шахту, а то обидно будет, если уедем, так и не закончив.

Седьмая бросила прощальный взгляд на изображения и вышла вслед за мной. Из всего поселения неосмотренной осталась лишь шахта, куда тянулась единственная тропинка, а внутри ярко горел свет и жужжал работающий генератор. Оружие девушка больше не отпускала, но старалась держать подальше от моей шеи, за что я был ей бесконечно благодарен.

Когда подошли к входу, наконец стало понятно, откуда тянуло мертвечиной, и если снаружи тел мы не нашли, то внутри их явно будет более чем достаточно. Приказал Седьмой следить за тылом, чтобы убийца, или лучше сказать, убийцы, не застали нас врасплох, и зашёл внутрь.

Старенький, но всё ещё рабочий генератор устало тарахтел, высасывая последние пары топлива из бака, и выпускал чёрные клубы дыма. Обошёл его стороной, почуял сырость и запах разлагающейся плоти и, решив, что медлить нет смысла, спустился глубже.

А вот и тела. Часть из них подвешена словно туши, из которых всё ещё капала кровь, а остальные сброшены у дальней стены в огромную кучу. Прежде, чем что-то предпринимать, я убедился, что засады нет, заметил ведущий глубже путь чуть в стороне и лишь затем шагнул вперёд. Теперь ясно, что случилось с жителями поселения, однако тут же возникал следующий вопрос: кто это сделал, и стоит ли ожидать нападения из тени?

Седьмая поморщилась от запаха, закрыла лицо тряпкой, и подойдя, произнесла:

— Это самое отвратительное зрелище, которое я видела. И поверь мне, Смертник, я видела многое.

— Да? — переспросил, намекая на наше с ней небольшое путешествие в виртуальной реальности КиберСанктуума.

Она непонимающе посмотрела на меня, а затем кивнула:

— Ну да, а чего так спрашиваешь? Одно дело просто убить, сжечь, забить палками или копьями, но здесь настоящий больной ритуал! То есть кто-то сначала всех вырезал, потом методично снёс тела сюда, подвесил каждое, выкачав всю кровь, а затем рисовал те символы. Что, нечто подобное ты уже видел?

Вспомнились Кровники с их версией ритуалов, но те попросту сжигали людей и заживо сдирали кожу, так что Седьмая была права. Если пособники Дьякона совершали подобное под тяжёлыми наркотиками и будучи накачанными сладкими речами и обещаниями, то тут всё выглядело иначе. Работа была проделана хладнокровно, методично и, даже сказал бы, машинально. Кто бы этим ни занимался, они прекрасно понимали, что делают и к чему это приведёт.

— Как думаешь, она там? — спросила Седьмая, указывая на кучу тел.

Я присмотрелся повнимательнее и, покачав головой, ответил:

— Тяжело сказать, тел слишком много, но те, что вижу, все во рванье, плюс у нашей знакомой имеется механическая рука. Правая, если быть точнее.

— Может, убийцы забрали? — пожала плечами девушка. — Хороший имплант на дороге не валяется, а если и валяется, то его обязательно кто-нибудь подберёт.

— Может быть, — я не стал спорить, а затем, выдохнув, звучно цокнул и добавил. — Есть только один способ выяснить.

— Что ты… Нет! Смертник! Фу! Не смей потом даже притрагиваться ко мне!

Выглядело ужасно, пахло ещё хуже, но я был обязан убедиться. Скинул верхние трупы, отбросив их в сторону, и принялся руками раскапывать яму. Тела успели окоченеть, и застывшие мышцы отказывались двигаться. Я сбрасывал один за другим, ощущая холодную плоть до тех пор, пока вокруг меня не оказалось порядка полусотни трупов. Люди, ежи, все в кучу. Убийцы явно не отличали их и вырезали всех подряд.

— Видишь её? — спросил Седьмую, тщательно осматривая каждое тело.

— Нет! Фу! Смертник, я даже не знаю, как она выглядит! Чёрт, ну пойдём уже отсюда! Прошу тебя!

— Не ной, — коротко приказал я, а затем, прыгая взглядом от трупа к трупу, пытался найти тот, у которого отсутствовала правая рука. — Сама согласилась идти со мной, вот теперь помогай. Даже обезображенная, она должна сильно отличаться: руки мясника, более чистая одежда и кожа. Не думаю, что именно её убийца стал бы переодевать во рваньё.

Седьмая замолчала, а затем через несколько секунд смирилась и спокойно произнесла:

— Кажется, не вижу. Вроде бы её здесь нет. Все грязные, руки сбиты от тяжёлой работы. Мясники свои конечности если не заменяют, то явно берегут как зеницу ока.

— Угу, — я согласно кивнул. — Одноруких тоже не вижу, значит, она всё же смогла сбежать. Молодец, хорошая девочка.

— Или она свалила раньше, чем всё это произошло, или свернула не там — да какая разница? Её здесь нет, и нас не должно быть. Шахта клановая! Сейчас нагрянут бойцы, а мы тут среди моря трупов стоим — как думаешь, что произойдёт? Пошли наружу, там хотя бы не так сильно воняет.

Тут мне крыть было нечем, и видимо, всё же придётся возвращаться. Паскуда! А так хотелось быстренько найти её в какой-нибудь небольшой беде, спасти от охотников, заручиться долгом и вернуть её домой. А вместо этого наткнулись на то, что язык не поворачивался описать.

— Ладно, по…

Не успел я закончить, как из бокового прохода выбежал озверевший человек. В правой руке он держал шахтёрскую кирку, а в левой медицинскую пилу. Вымазанный с ног до головы в чужой крови, которая успела застыть плотной корочкой, а его глаза буквально горели безумием. Человек без какого-либо промедления, прокричав несвязный бред, бросился в атаку.

Я шагнул в сторону, с лёгкостью увернулся и дал тому проскочить мимо. Седьмая выхватила клинок и, злобно оскалившись, приготовилась его убивать.

— Нет! Стой! — прокричал, пока она не лишила нас единственной зацепки. — Он может знать, что случилось с Ли!

Седьмая недовольно цокнула, перепрыгнула через убийцу и, приземлившись на один из трупов, резко ответила:

— Да ты посмотри, это он всех убил! Думаешь, такой станет разговаривать?

Один человек вырезал всё поселение без чьей-либо помощи? Круто даже для наёмника, а судя по скорости, этот, кажется, ходил в рабах. С другой стороны, Седьмая права. Если он и не убивал, то явно был причастен к произошедшему. Заметил, как правая рука человека была полностью покрыта кровью до запястья. Так бывает и при убийстве, но ещё так может быть, когда используешь собственную конечность для письма, погружая ладонь в наполненный до краёв таз.

Мужчина развернулся, швырнул в меня киркой, а затем, издав очередной нечленораздельный вой, побежал навстречу. Попытался его успокоить, как-то разговорить, а затем плюнул и, поймав его левое запястье, сломал и бросил через бедро.

Ублюдок даже не заметил, как болталась его левая кисть, и продолжал пытаться меня ударить. Положил колено ему на грудь и зафиксировал шею, а когда подбежала Седьмая, то занёс над ним клинок и прокричал.

— Всё, хватит! Угомонись!

— Убить! Убить! Сбежала! Убить! — продолжал кричать мужчина, клацая челюстью, как настоящий зверь.

— Кто сбежал? Женщина? Девушка? Куда она сбежала? Что ты с ней сделал, больной ты, сука, выродок? Куда она сбежала?

— Убить! Убить! Сбежала! Поймать! Убить! Последняя! Убить!

Седьмая достала катану и, пытаясь удержать мужчину, посмотрела на меня и прокричала:

— У него крыша съехала, Смертник! Слышишь? Или ты его, или я, но он слишком опасен.

Пришлось с ней согласиться. Ещё раз спросил о сбежавшей, в ответ получив плевок в лицо и, заметив, как у того изо рта хлестала пена, словно у бешеного пса, кивнул Седьмой, и она одним ударом отрубила ему голову. Ублюдок наконец затих, но тело продолжало биться в судорогах и тянуло ко мне свои мёртвые пальцы.

Не успели справиться с одним, как рядом послышался мокрый хлопок, словно лопнул старый нарыв. Тело одного из шахтёров взорвалось изнутри и оросило всё помещение подтухшими внутренностями. Будто этого было мало, то что осталось, а точнее, скелет и кожа, вывернулись наизнанку и собрались в некое подобие существа на коротких ножках.

Послышался ещё один хлопок, за ним ещё и ещё. Взрывы вскрывали животы жертвам и превращали их в отвратительных монстров. Те под хруст костей собирались в гротескные формы, чем-то напоминающие ожившие сгустки слизи. Времени не осталось. Я схватил Седьмую за запястье и резко потянул за собой.

Девушка что-то прокричала, наотмашь рубанула мечом, когда монстр атаковал, и побежала следом. Быстро добрались до входа в шахту, перепрыгнули через генератор, а затем я рубанул по кабелю и пинком отправил агрегат вниз. Монстры с невероятной ловкостью запрыгивали на стены, потолки, прикрепляясь к ним мелкими ножками, и продолжали нас преследовать.

Десятки! Всего за какие-то секунды тела шахтёров лопались и преобразовывались в настоящий кошмар. Мы едва успели выбежать из шахты, как затряслись стены ближайших ветхих хибар, и оттуда вырвалось с дюжину таких же существ. Не стал разбираться, откуда они там взялись, и, всё ещё не отпуская Седьмую, побежал в сторону мотоцикла.

Перепрыгнул через одного монстра, взмахнул клинком и оцарапал другого. Не знаю, получилось ли убить, но тварей было слишком много. Они под отвратительное шипение быстро перебирали своими ножками, создавая ощущение, будто нас преследует целая армия. Звук можно было сравнить со стуком голой кости по твёрдой поверхности, и чем ближе они становились, тем отчётливее я ощущал, как на загривке поднимались волосы.

Стоит лишь на секунду остановиться, и нас попросту накроет волной из плоти и ярости, а мы даже не успеем отбиться. На пути заметил всё ещё стоявший мотоцикл, как вдруг перед нами выскочила небольшая группа монстров. Я нырнул в ближайший дом, на всей скорости приложился плечом и вынес собой стену весьма хрупкой хибары.

Всё это время я держал Седьмую за руку, и пока слышал её дыхание за спиной, можно было не оборачиваться. Мы быстро добрались до мотоцикла, я запрыгнул в седло, вставил ключ и резко повернул. Один монстр успел запрыгнуть на место Седьмой, и девушка, вонзив тому раскалённый меч в бок, сбросила на землю, а затем, обхватив меня двумя руками, закричала:

— Гони!

Глава 18

Я гнал до тех пор, пока звуки отвратительного чавканья не умолкли, а бесконечные повороты туннеля не начали внезапно заканчиваться. Седьмая слегка ослабила хватку и, обнаружив подходящее место, остановил мотоцикл и выдохнул. Девушка спрыгнула с транспорта, достала клинок и внимательно осмотрелась.

Ничего кроме привычной тьмы туннелей, редких далёких завываний и гуляющего вдоль стен ветра.

— Такого я точно не ожидала, — тяжело дышала Седьмая, словно всё это время бежала за мотоциклом.

— Успела заметить, как всё произошло? Откуда взялись эти твари? Я думал, на фронтире кроме людей обитают только охотники.

Она покачала головой:

— Только хлопки, взрывы, ничего больше. Что это за существа?

Я пожал плечами, стараясь разглядеть, куда нас занесло:

— Твои догадки сейчас ничем не хуже моих. Главное, оторвались — и ладно. Попробуем обратно?

Седьмая повернулась и удивлённо спросила:

— А ты запомнил, где сворачивал? Мы мчались минут десять, не меньше.

— Запомнил, и не десять — а семь. Лишь бы на тех тварей опять не напороться. Хотя можно попробовать выманивать по несколько штук и убивать.

Седьмая удивилась, всё ещё не выпуская оружия из рук:

— Ты чего это, Смертник? Откуда такая неуверенность в голосе?

Я медленно выдохнул, задумчиво поглядывая во тьму, а затем, нахмурившись, ответил:

— С уверенностью у меня всё в полном порядке, а вот такого предчувствия ещё не было. Не знаю, как тебе это объяснить, но что-то в этих тварях не так, что-то в них заставляет сердце съёживаться.

Девушка замолчала, а затем, мотнув головой, поправила наушники и предложила:

— Нам необязательно их убивать, можем попытаться проскочить мимо или в объезд.

Я, постучав указательным и средним пальцем в ручке мотоцикла, наклонился вперёд и произнёс:

— Лучше не стоит в объезд, здесь очень легко потеряться. Путь обратно я запомнил, но только проблема в том, что как ни крути, всё равно придётся проезжать мимо того поселения. Ладно, запрыгивай обратно, что-нибудь придумаем.

Седьмая убрала оружие, уселась, обхватив моё туловище ногами, и, указав куда-то вперёд, предложила:

— Если ты помнишь дорогу обратно, можем попробовать разведать, что впереди. Ещё можно выдернуть Приблуду и Трева, теперь, когда связь есть, это не сложно, и ударить с двух сторон. Вчетвером будет куда сподручнее.

Я покачал головой, завёл двигатель и ответил:

— Пока они доберутся на своих двоих, пройдёт куча времени, к тому же у них есть свои задания, а у нас своё, которое, кстати, не выполнили.

— Ты всё ещё планируешь найти эту Эл-Ли? Смертник, забудь! Мы вдвоём еле ноги унесли, а ты думаешь, она сумела выжить? Одна?

— Почему бы и нет? В конце концов, она наёмник, как ты или я, и уверен, что прекрасно понимает все опасности фронтира. Среди тел её не обнаружили, и вспомни, что тот умалишённый кричал? Сбежала одна жертва, так почему бы ею не быть именно Эл-Ли?

Седьмая неодобрительно покачала головой:

— Ты слишком многое оставляешь на волю случая. Она, конечно, могла выжить, но как ты собираешься её искать? По запаху? По следам?

— Ну зачем так радикально? Если хочешь найти человека, надо думать, как человек, а насколько мне известно, женщины и мясники тоже люди.

Кажется, мой плоский каламбур смог слегка поднять настроение Седьмой, и она, хихикнув, заявила:

— Боги Кокона, Смертник, никогда больше не вздумай шутить!

— Настолько ужасно? — я сделал вид, что её слова ранили меня в самое сердце.

Седьмая поморщилась и, покачав головой, ответила:

— Есть немного, убивать и руководить у тебя лучше получается, поэтому давай на этом и сосредоточимся.

— Давай. В общем, если она сумела сбежать, то единственное место, где можно скрыться на фронтире — это другое поселение. Память у меня феноменальная, особенно что касается запоминания маршрутов, поэтому предлагаю прокатиться по округе, благо топлива ещё полно, может, наткнёмся на поселение.

— Уж надеюсь, люди там будут посговорчивее и окажут более тёплый приём.

— Тёплый, забавно. Ладно, держись.

Эхо рёва мотора разносилось туннелю, а я без какого-либо плана попросту решил следовать правой стороне стены. Рано или поздно должны наткнуться либо на ещё одно поселение, либо на шахту. В любом случае, что-то да должно быть. В противном, придётся смириться с потерей одного из лучших мясников на ВР-2 и пользоваться услугами обычных. Жаль, Некр, или одна из его версий, разбаловал меня и подсадил на услуги исключительно премиум-уровня.

Ватага постепенно выстраивалась, с ресурсами уже не было такой напряжёнки, а Трев с Приблудой наконец начали самостоятельно зарабатывать. Дела на ВР-2 начинали идти неплохо, но ещё многое предстоит сделать. Например, решить, что делать с информацией из воспоминаний Вицерона, которую считал из разума убитого.

Причём нужно действовать очень осторожно и не нажить себе новых врагов в лице торговых кланов. Последнее, что хотелось, так это участвовать в местной политической жизни. Нет, как и на третьем рубеже, здесь я выступаю в качестве временного гостя, не более того. К слову, об этом. Нужно начать прощупывать почву и наводить справки о потенциальном пути на ВР-1, и уж теперь, когда знаю, что рубежи между собой соединены, меня никто не переубедит в обратном.

Нутро подсказывало, что этой информацией владели торговые кланы и, может, в будущем стоит обзавестись поддержкой одного из них. Думаю, с Лотосами у нас дружбы не выйдет, а вот с остальными можно попробовать, главное — знать, с какой стороны подходить. Ну и конечно же, одна из самых главных и не менее важных вещей. Мне требуется дотащить себя и всю ватагу до местного предела в сорок уровней и ступить на социальную ступеньку повыше.

Перед поездкой на ВР-1 я должен высосать максимум того, что предлагает второй рубеж, чтобы ни в чём не нуждаться и прибыть на первый в полном вооружении. А это значит, опыт, ресурсы, знакомства, новый хром и, конечно же, слаженность ватаги. Они должны стать полностью автономными и работать на повышение уровня группы вне зависимости от моих приказов.

В размышлениях провёл я несколько минут, а затем вдруг заметил, как вдалеке блеснул одинокий лучик света. Сначала решил, что показалось, но затем увидел ещё раз, и ещё. Такое ощущение, будто кто-то держал массивную масляную лампу и болтал ею, как маятником, отбрасывая чью-то тень на холодные стены туннеля.

Резко остановился и сразу заглушил мотор. Седьмая выглянула из-за плеча и вопросительно прошептала:

— Что такое? Монстры?

— Не-а, — покачал я головой. — Дальше пойдём пешком, здесь недалеко.

— Пешком? — переспросила Седьмая, слезая с сидениями и поправляя наушники. — Не самая лучшая затея, тем более вот так бросать мотоцикл.

Я слез, дотолкал его к стене и, прислонив, ответил:

— Впереди свет, а значит, очередная точка фронтира. Не знаю, насколько дружелюбно к нам отнесутся местные, поэтому для начала всё разведаем, а там уже решим. Если что, то всегда успеем вернуться на ВР, а охотникам на железо плевать, они не тронут.

Седьмая поправила курточку и, попрыгав на месте, последовала за мной. Фонарики мы выключили, поэтому некоторое время шли молча во тьме, но чем ближе становились к источнику света, тем отчётливее начинали слышаться человеческие голоса. Отлично, значит, всё же кто-то там есть, а учитывая, что большинство проживающих здесь либо трудились как обычные шахтёры, либо надзирали за ними, думаю, с людьми с поверхности у них не будет проблем.

Мы дошли до места, где стена резко уходила в сторону, откуда, собственно, и шёл свет, и остановились. В нос ударил знакомый запах чего-то кислого, только не получалось вспомнить чего. Седьмая тоже поморщилась и, согнув колени, заглянула за угол первой. Судя по её выражению лица, увиденное девушке, не понравилось. Выглянул следующим и понял в чём дело.

Поселение выглядело, как слабенькая версия блокпоста. Выстраивать защиту от охотников имело смысл только тогда, когда они атаковали постоянно, и видимо, это место не стало исключением. Две небольшие башни из металлолома, стена в человеческий рост, по которой проведена колючая проволока и пущено электричество. Два входа: один центральный, у которого дежурили два наёмника, а один сбоку, закрытый сетчатой дверью на толстую цепь.

С виду обычное поселение фронтирщиков, и я чуть не вышел, чтобы поздороваться, как вдруг заметил интересную картину. Из главного хода вышел морщинистый старик, тянувший за собой тележку, на которой лежало порядка пяти тел. Потери от недавнего нападения? Прежде чем двигаться, решил посмотреть, что он собирается с ними сделать.

Человек вышел, остановился посреди дороги туннеля и, посмотрев по сторонам, вывалил тела на землю. Те с мокрыми шлепками рассыпались на несколько аккуратно нарезанных частей. Заметил, что при этом не было ни капли крови, и это, в свете недавних событий, настораживало в первую очередь.

Инстинкты Седьмой не подвели, и девушка задумчиво протянула:

— Уходим, здесь нам точно не будут рады.

Кивнул, но прежде, чем пойти обратно, заметил нечто более интересное. С обратной стороны подъехало несколько мотоциклов, на одном из которых сидела наголо выбритая девушка. Я её уже видел в воспоминаниях Вицерона, причём сразу в нескольких ракурсах и с нескольких сторон. Длинноногая незнакомка слезла с мотоцикла, жестом что-то приказала остальным и прошла через ворота.

За ней повели невысокую девушку с механической правой рукой. Её чёрные длинные волосы скрывали лицо, а фигуру обтягивали тёмно-синие джинсы и чёрная кофточка с низким воротом, оголёнными плечами и бледным изображением черепа на груди.

— Девушка. Механическая правая рука. Идёт не по своей воле. Совпадение?

— Ты же их вроде не любишь, — поморщилась Седьмая. — Но ладно, признаю, похожа. Что будем делать?

Отступать уже поздно, к тому же мне стало чертовски интересно, что здесь делает главная шлюха Лотосов? Здесь, среди рванья и постоянной тьмы. Прикусил нижнюю губу и принялся детально осматривать стены поселения. В теории, их можно вынести без особо труда, но сражаться со всем гарнизоном — это самоубийство.

Вместе с лысой прибыло ещё пятеро наёмников, так что об открытом противостоянии и не может быть речи. Тогда цель — проникнуть внутрь, отыскать Эл-Ли и попытаться её тихо вывести. Чёрт, даже звучит не так просто, но гордость не позволит отступить. Главное, чтобы девушка не приняла меня за очередного наёмника и не начала верещать, но сейчас нужно отыскать путь.

Заметил, что у боковых ворот свободно болталась цепь, а значит, возможно, получится забраться внутрь, не сломав при этом замок. Не думаю, что местные выстраивали всю эту защиту против обычного лазутчика.

— Будем её вытягивать, — наконец заговорил я после длительного молчания. — Вдвоём нет смысла лезть, в два раза больше шанс быть обнаруженными, поэтому пойду один.

Седьмая нахмурилась и запротестовала:

— Но я меньше тебя!

— И ярко одета, — напомнил я ей. — К тому же, пока я буду там, вернись к мотоциклу и подгони его поближе на случай, если нас обнаружат и придётся быстро убегать. Но главное, запомни: ни при каких условиях — слышишь? — ни при каких условиях не пытайся меня вытащить. Если вдруг поймают, то попробую сам выкрутиться. Всё поняла?

Седьмая неохотно, но всё же кивнула и пошла обратно к мотоциклу. Я трижды выдохнул, призвал на помощь хладнокровный расчёт и под очередной смешок наёмников быстро засеменил к боковому входу, а затем замер. Секунда ожидания — вроде пока не заметили. Выглянул из-за угла и сквозь решётку присмотрелся.

Место выглядело как настоящая скотобойня, причём без каких-либо преувеличений. Слева находилась крупная постройка, куда заводили людей, по обеим сторонам что-то вроде складов с большими пузатыми цистернами. А в центре устроили бойню. Людей убивали, подвешивали на крюки и сливали с них всю кровь. Заметил, что среди тех, кого уже успели поместить вверх ногами, были как и немытые рабы, так и наёмники. Последних выдавали неплохие ботинки, которые даже не сподобились снять.

Значит, обычное мародёрство можно в расчёт не брать, а учитывая, как избавлялись от тел, этим ублюдкам требовалась кровь. Много крови. Столько, что приходилось убивать десятками, а может, и сотнями. Бритоголовая девушка остановилась у одной из цистерн, где наёмник ей что-то рассказывал, оживленно размахивая руками. Экскурсию проводил, что ли?

Напомнил себе, что пришёл ради спасения мастера, а не для того, чтобы раскрывать местные заговоры, и, выждав идеальный момент, когда снаружи послышались звуки мотора, протиснулся сквозь щель. Пришлось попотеть, но внутрь я всё же забрался и тут же засеменил к ближайшему контейнеру с кровью. Спрятался за ним и принялся ждать.

Бритоголовая обернулась, словно почувствовала моё присутствие, и в её глазах открыто читалось беспокойство. К ней относились как к почётному гостю и чуть ли не носили на руках, так чего ей тревожиться? Только если она здесь по поручению другого человека, и что-то пошло не так.

Вдруг двери главного здания открылись, и оттуда вывели новых жертв. Старик с тележкой вернулся и, сняв уже обескровленные тела, достал мясницкий тесак и принялся рубить их на части. Орудовал мужчина ловко и всего за пару ударов расчленял трупы как заправский маньячина. Что-то напевая под нос, он забрасывал часть за частью на тележку, в то время как остальные вели покорных жертв на бойню.

Удивительно, но вместо того, чтобы сопротивляться, они шли спокойно, понуро опустив головы. Скорее всего, их чем-то накачали, чтобы не привлечь внимание охотников, или просто не любили крики. Забросив последнюю часть тела, старик схватил тележку и, продолжая напевать мотив песенки, потащил её ко входу.

Бритоголовая девушка на время отвлеклась и внимательно наблюдала за процессом. Наёмники подвели людей, сменили тазы на новые, предварительно перелив кровь в цистерны, а затем связали ноги путами и ловко забросили на крюки. Один мужчина, кажется, очнулся от наркотического транса и задёргался, как выброшенная на берег рыба. Наёмник недовольно фыркнул и резким движением перерезал тому яремную вену, оставив тело медленно умирать. Он прошёлся и по другим, нанося чёткие порезы, а затем вытер нож о штанину жертвы и убрал за пазуху.

Все действия происходили с такой лёгкостью, будто они занимались этим не первый день и резали не людей, а обычный скот. Мужчина, ранее развесивший пленников, взял стул, уселся напротив, достал из кармана питательную пасту и лениво присосался к тюбику. Бритоголовая едва заметно улыбнулась и вернулась к осмотру цистерны.

Мою цель завели внутрь, значит, они не знали кто она, и собирались попросту убить. Попалась, видимо, когда бежала с того поселения, а местные и рады — не придётся красть самим. Это хорошо, значит, особую охрану выставлять не будут, и скорее всего, она пойдёт последней. Наёмник как раз сел спиной к зданию и медленно высасывал пасту. Остальные, вальяжно расположившись вокруг бойни, ждали, пока процесс будет завершен, и закурили.

Бритоголовая закончила осмотр, что-то прошептала человеку на ухо и отправилась в сторону выхода, откуда уже появился старик с тележкой. Отлично, как раз всё удачно выходит. Обогнул цистерну, за которой прятался, затем ещё пару, оказавшись недалеко от здания. Так вот откуда пахло этой кислятиной!

Внутри была настоящая жара, причём дым был настолько густой, что впору ножом резать. Пришлось сорвать висевшую на стене футболку, оторвать кусок и обмотать лицо, оставив открытыми лишь глаза. От едкого дыма захотелось кашлять, а в голову ударил резкий приступ опьянения. Ощущение такое, словно залпом выпил грамм сто крепкой настойки, но адреналин пока перебивал эффект и помогал с ним справиться.

Не в силах больше находиться внутри, быстро отыскал Эл-Ли и, встряхнув девушку, прошептал:

— Только не кричи, я за тобой, снаружи ждёт мотоцикл, вернёмся на ВР.

Девушка подняла голову, посмотрев на меня глубокими фиалковыми глазами, в зрачках которых дрожало моё отражение. Вроде недолго здесь пробыла и не успела сильно надышаться, однако вместо демонстрации паники или полного бессилия она внимательно осмотрела моё лицо, сняла самодельную маску и прошептала в ответ:

— Я тебя знаю. Видела. Кто послал?

Я улыбнулся и, натянув обратно тряпку, ответил:

— Считай меня добрым спасителем, не более того. Поболтаем потом, как вытащу нас отсюда.

Клинком перерезал пластиковые путы и помог ей встать. Она мне уже начинает нравиться. Молчаливая, несуетливая и довольно покорная, хотя, наверное, помог тот факт, что она узнала моё лицо. Подошёл к двери и заметил, как к нам шли двое наёмников. Чёрт, так рано? Нет, жертвы всё ещё истекали кровью наполняя тазы, тогда почему сейчас? Спешите, кровожадные ублюдки?

Видимо, всё же придётся пробиваться с боем, надеюсь, Седьмая готова. Посажу их двоих на мотоцикл и отправлю вперёд, а потом сам догоню. Хотя так не получится, Седьмая довольно мелкая, да и Эл-Ли, тоже не могла похвастаться рослостью, может, даже поместимся втроём.

Выгнал клинок и приготовился к бою, как вдруг снаружи раздался крик, а затем полный ужаса голос, прокричал:

— Реакция!

Наёмники резко развернулись и, вооружившись, побежали обратно. Какая ещё реакция? Одной рукой придерживая Эл-Ли, выглянул и глухо выругался. Сука, и сюда добрались. Подвешенные как скот тела набухли в брюшной зоне, а затем глухой и мокрый взрыв разорвал живот, и останки принялись деформироваться.

Они срывались с крюков и под хруст костей и сухожилий принимали гротескные формы различных монстров. Невысокие, но чертовски юркие, они в ту же секунду начали нападать на наёмников и маленькими лапками пытались прокопать путь внутрь. Удивительно, но это им с лёгкостью удавалось. Твари, словно паразиты, разрывали людям животы и, проникая внутрь, пожирали органы и росли на глазах.

Я стиснул зубы, насчитав порядка шести штук, включая тех, которые вбежали снаружи. Там, в свою очередь, тоже шёл бой, так что думаю, вскоре наёмники не выдержат и будут убиты. Надо успеть сбежать, пока существа их пожирают и не заметили жирный кусок в виде накаченных наркотическим дымом людей в самом крупном из зданий.

— Ты готова? Придётся бежать, там нас будет ждать моя напарница и мотоцикл, потеснимся, но другого выхода нет.

— Я оставила свой недалеко, километр и триста шестьдесят метров на восток, — чуть громче произнесла девушка, и я отметил, что она обладала весьма мягким и приятным голосом.

— Отлично, готова? Раз…

Я сорвался с места, утягивая за собой спасённую, и, добравшись до бокового хода, рубанул клинком по замку и с ноги выбил ворота. Снаружи послышался рёв моторов — кажется, выжившие, включая ту самую девушку, спешно свалили. Ну и хрен с ними, сейчас о себе надо думать. Выбежал за ворота и услышал, как нечто противное за спиной быстро перебирало своими маленькими ножками.

Вовремя развернулся и успел поймать монстра на уровне талии, прежде чем он успел вонзиться в живот своими мелкими конечностями. Бросил на землю, придавил ногой и резким движением вонзил клинок. Тварь даже не пискнула и продолжила пытаться разорвать мне брюхо. Удар, за ним ещё и ещё. Существо попросту принимало мои атаки и не давясь проглатывало, словно они были нанесены ребёнком.

Краем глаза заметил, как одна из цистерн, лишившись ножки, медленно наклонялась и готовилась к падению. Пришлось схватить существо, поднять на уровень глаз, а затем со всей силы отшвырнуть от себя. Оно упало ровно туда, куда через секунду грохнулась цистерна, и интерфейс оповестил о полученных семистах единицах опыта.

Неплохо, но лучше убью двух охотников, чем буду сражаться с одной из этих тварей. Не знаю почему, но от них по коже пробегали мурашки. Эл-Ли всё это время наблюдала за происходящим, прижав ладони к груди. Пришлось вновь хватать её за руку и тянуть за собой.

Снаружи творилась настоящая резня. У наёмников не было ни единого шанса против этих тварей, несмотря на хваленый опыт и характеристики. Они попросту превышали их не только в скорости, но и обладали чудовищной гибкостью и необъяснимой живучестью. Ведь если подумать, то они состояли исключительно из костей, мышц и кожи людей. Никаких внутренних органов, никаких слабых точек, лишь вывернутая наизнанку мясная оболочка человека.

Седьмая, как только нас увидела, сразу же завела двигатель и, достав меч, приготовилась сражаться.

— Без толку! — крикнул на ходу, запрыгивая на железного зверя. — Валим!

Седьмая помогла Эл-Ли забраться, насильно заставила обхватить моё туловище руками, а сама, запрыгнув сзади, больше балансировала одной ногой и держалась за поручень, чем сидела. Существа постепенно доедали остатки наёмников, всего за какие-то секунды потроша их изнутри, а затем вывались в виде отожравшихся шаров. Они отращивали более крепкие и мощные конечности, хаотично изменяли форму тела, и, закончив трапезу, бросились в погоню.

Глава 19

***

Нож скользнул по вене, вскрывая её словно старый нарыв. Человек задёргался в предсмертных конвульсиях, хватаясь за последние секунды жизни. Он и не догадывался, что с того момента, как на пороге появилась она, его дни были сочтены. Всё, что мужчина мог сделать для незнакомки — это поделиться важной информацией.

Ей не нужна его жизнь, не нужна жизнь его напечатанной семьи, да даже ресурсы не спасли бы их от смерти. Она убила потому, что ей так захотелось. Потому что наркотик уже практически не притуплял боль, а с последнего убийства уже прошло целых два дня. Убийца сидела на полу, сжимая жертву крепкими руками, и вновь пыталась ухватить нити покидающей тело души.

В углу небольшого магазинчика лежала женщина с перерезанным горлом, крепко обнимающая своего половозрелого сына. Её смерть не успокоила разум девушки, а когда пришлось срочно убивать второго, так как он пытался защитить мать, она не ощутила ничего кроме лёгкого раздражения.

Их нити испарились в ту же секунду, и убийца упустила свой шанс, но с этим человеком всё было иначе. Кто бы мог подумать, что здесь, на окраинах второго рубежа, она найдёт временное упокоение в поиске своей цели. Девушка прекрасно понимала, что это временно, и когда дикая волна боли вновь окатила её с ног до головы, потянулась к ингалятору и вдохнула очередную дозу наркотика. Кислый, на вкус как перебродившая кровь, он окутал её разум и погрузил в привычную кому.

Она отпустила нож. Обмякшее тело владельца магазина, который смирился с участью и молча закрыл глаза, соскользнуло и упало на пол. Девушка перестала дышать, пальцы больше не касались тоненьких нитей души, а сердце, быстро застучав, отбило последние два удара и резко остановилось.

Она выдохнула, ощущая, как все страдания покидают её тело и, наконец, можно заснуть. Однако резкий толчок искусственного клапана сердца, как и всё остальное, управляемое из далёкого города, вернул её к жизни. Наркотик улетучился, и она вновь ощутила боль. Пальцы потянулись к ножу, и ей срочно захотелось убивать.

Целей рядом не оказалось, кроме трёх уже мёртвых людей. Она схватила оружие и принялась наносить удары, один за другим, имитируя последние секунды их жизни, но этого оказалось мало. Боль резким приступом мигрени била по вискам с такой силой, что она впервые ощутила, будто ей в мозг загоняют ржавые гвозди.

Девушка выбросила нож, схватилась за голову и глухо простонала, не в силах даже кричать. Вокруг неё зашевелились трупы. Их животы в секунды набухали плотными опухолями, а затем один за другим взрывались. Кровавые внутренности разбросало по всему магазинчику, а когда тела под хруст костей и суставов изменялись на её глазах, она упала на спину и во весь голос захохотала.

Боль испарилась. Полностью! Её больше не мучили мигрени от установленных в голову имплантов. Глаза не горели так, словно в глазницы засунули две раскалённых кочерги, а от зуда по всему телу не хотелось чесаться до кровавых язв. Впервые за долгое время девушка лежала и не ощущала ничего, кроме бесконечной радости, отчего захотелось убивать ещё больше.

Монструозные твари, завершив свои метаморфозы, потянулись к её телу множеством мелких лапок с острыми как бритва хитиновыми наростами. Даже в тот момент, когда они коснулись её тела, оставляя глубокие порезы, девушка не сдвинулась с места и продолжала хохотать. Цель, цель, цель, цель! Перед глазами на окне интерфейса появлялось одно и то же слово до тех пор, пока их не стало настолько много, что окружающий мир попросту исчез. В тот момент она последний раз хихикнула, схватила окровавленный нож и осознала, в чём её предназначение.

***

— Не против, если я буду звать тебя просто Элли, или обязательно в середине надо делать паузу?

Девушка посмотрела на Трева, который уже второй час лежал на диване с конструкторскими очками, а затем перевела взгляд на Приблуду и ответила:

— Нет, конечно, не против.

После фронтира меня всё ещё немного подташнивало, но нет ничего, с чем бы не справилась питательная паста внешних рубежей. Интересно, смертельные болезни она тоже способна излечивать?

Элли выглядела совершенно иначе, нежели в свете мрачной скотобойни фронтира. Мягкие черты лица, аккуратный носик, бледная как снег кожа и фиалковые глаза. Сначала подумал, что у неё стояли искусственные линзы, придающие такой оттенок, она ведь мясник как никак. Однако потом заметил, что это родной цвет, а инкрустированные узоры, которые со стороны выглядели, как переливающиеся цвета стихии, были очередным подарком принтера.

Девушка сидела на одном из наших диванов и медленно пила воду. Судя по её взгляду и общему состоянию, её так же мучила лёгкая головная боль. Предложил ей нормальной еды кроме пасты, но она вежливо отказалась и достала свой тюбик. Вообще, стоит сказать, что, несмотря на всё пережитое, вела она себя вполне спокойно, хотя, скорее всего, это часть её характера.

Застенчивая. Один из лучших мясников рубежа оказалась настолько застенчивой, что даже в компании дружелюбного Приблуды, Седьмой, да и что уж там, меня, вела себя скромно. Она сидела, опустив голову, отчего её смоляные волосы закрывали бледное личико, придавая ещё более погруженный в себя вид.

— Да ты лечишь! Это даже по меркам рубежей полнейшая чушь! — Приблуда вернулся к спору с Седьмой, которая в красках поведала о том, с чем нам пришлось столкнуться.

— Вот с чего бы я тебе заливала? — возмущённо парировала та. — У меня два свидетеля, Элли и Смертник! Думаешь, нам на обратном пути было настолько скучно, что мы сговорились тебя разыграть? Пф, Приблуда, ты слишком переоцениваешь собственную значимость!

Парень перевёл на меня взгляд в поисках доказательств, на что я сжал пустой тюбик пасты и молча кивнул. Приблуда замолчал. Он некоторое время переваривал информацию, и только раскрыл рот, чтобы удивлённо выругаться, как захрюкал Трев, а затем, утирая выступившую в уголках губ слюну, снял очки и медленно сел.

— О, Трев! — радостно выпалил Приблуда. — Я тебе сейчас такое расскажу, ни в каких твоих конструктах не видано! В общем Смертник и Седьмая…

Не успел он начать, как парень приветственно улыбнулся новой гостье и заспанно произнёс:

— Ты забыл, что когда я занимаюсь конструированием, то на самом деле не сплю и всё прекрасно слышу? — затем протянул руку и поздоровался. — Я Трев.

— Элли, — девушка пожала руку и вновь замолчала, потупив взгляд.

— Ах да, точно, — щёлкнул пальцами Приблуда и откинулся на диване. — Забыл, что ты странный тип.

— Я так полагаю, ваш поход увенчался успехом? — поинтересовался Трев, с интересом поглядывая на гостью.

Наконец я решил вмешаться в разговор и, допив последние капли воды, ответил:

— Можно и так сказать, но всё, что ты слышал — это чистая правда, которая меня довольно тревожит.

— Пф! — фыркнул Приблуда. — А чего тревожиться-то? Это пускай торговые кланы прудят, у них там шахты и добыча, а нашей ватаге на фронтире что делать? Не, Смертник, после ваших рассказов я лучше останусь на поверхности, здесь и ярче, и шлюхи краше.

Конструкторские очки исчезли в инвентаре, и Трев задумчиво произнёс:

— Никогда о таком не слышал, хотя, с другой стороны, откуда бы? Может, это какая-то мутация местной жизни? Те же самые охотники должны откуда-то появляться. Не из-под грибов же вылезли.

— А символы? — спросила Седьмая. — А обезумевшие шахтёры? Цистерны, буквально цистерны сцеженной крови!

Трев перевёл на меня взгляд, вспоминая Кровников, и произнёс:

— Ну рубежи и так не сильно славятся своим пацифизмом. Скорее всего, какая-нибудь отдельная группа, не знаю, собирает кровь на донорство? Продаёт за ресурсы?

— И вместо расфасовки сливают со всех подряд в один чан? Не, Трев, Смертник прав, тут что-то хитрое происходит, надо там побывать чтобы всё самому прекрасно прочувствовать и осознать.

— Ну уж нет, мне и рассказов достаточно, — улыбнулся парень. — Зато пока вас не было, я успел закончить заказ Смертника. Сценарий на кучу монстров и особую локацию. Получилось довольно интересно, жду не дождусь, чтобы попробовать.

— А у тебя как?

Приблуда самодовольно кивнул:

— Нашёл парочку новых фермеров, готовых на нас шустрить. Прирост кибы пока небольшой, но дай ещё парочку дней делу раскачаться. Плюс сводил Мышь в Санктуум и неплохо с ним на пару качнулся. Ну как на пару, он стоял, а я лупил монстров. Интересный сценарий, кстати, попался. Нас закинуло в густой лес! Прикинь? Лес! Свежий воздух, деревья высотой с небоскрёбы, а пахнет как, м-м-м-м-м…

Приблуду понесло, и парень во всех подробностях принялся описывать свои приключения. Заметил, что Элли вроде бы приподняла голову и с интересом слушала, а я тем временем залез в интерфейс и посмотрел, как всё прошло на самом деле.

Мышь тринадцатого уровня. Растёт мой маленький голиаф, скоро совсем большим будет. Свободные шесть очков вложил в силу, догнав до сорока, и решил, что дальше неплохо бы поднять тому крепость тела. Приблуда был настолько поглощён своим рассказом, что не заметил, как я встал, подошёл к жующему питательный шарик ежу и задумчиво осмотрел.

Мышь перестал чавкать, облизываясь длинным языком, и посмотрел на меня в ответ. Ну что, давай проверим твою мощь. Шесть очков войдут в силу через два часа, но даже тридцати четырёх должно быть достаточно. Указал на бетонный блок в углу помещения и приказал тому поднять.

Он некоторое время смотрел то на меня, то на предмет, а затем, протянув привычное «Смертн-и-и-и-к» встал и подошёл. На первый взгляд, блок весил примерно полтонны, не меньше, и даже с виду казался чертовски тяжёлым. Мышь присел на корточки, протиснул свои сосисочные пальцы с длинными когтями под блок и поднял его, даже не вспотев. Хотя не уверен, работали ли у него железы как положено.

Мышь повернулся, словно спрашивая, что ему делать дальше, а я жестом указал, куда поставить. Тот опять же молча подчинился, и блок с грохотом свалился на пол.

— Эй, потише там! Я, вообще-то, историю рассказываю! Так вот, идём мы значит за этим зверем. Жарища ужасная, Мышь ещё мычит: «Смертн-и-и-и-к» и так далее, и тут на нас сбоку вылетает огромная…

Хм, до сих пор не могу понять, Мышь, то ли ты туп как пробка, то ли притворяешься. Ещё раз зашёл в раздел спутника и принялся искать параметр интеллекта. Вроде такого нет. Постучал указательным пальцем по ониксовой маске и даже попытался её снять. Мыши это не понравилось, и он взмахнул рукой, отталкивая меня в сторону.

Ладно, ладно, не трогаю. Просто хочу понять, можно ли тебя как-то улучшить, не знаю, обучить речи, что ли, или в твоей коробочке осталась лишь каша? Может, дальнейшая прокачка сможет как-то осветить этот вопрос. Хотя, скорее всего, я сам себе надумываю. Протянул ему ещё один питательный шарик, побольше, и, оставив ему бутылку воды, вернулся к остальным.

— Ну и тогда мы его добили! Кровищи было, у-у-у-у, но мы справились, — Приблуда закончил рассказ, а затем в его же стиле абсолютной непринуждённости произнёс. — А теперь к главному: почему я всё ещё не вижу Элли в разделе нашей ватаги?

Девушка резко подняла голову, не ожидав, что он так быстро перескочит с темы на тему, и забегала глазками. Приблуде явно понравилась её реакция, и он решил продолжить, но здесь вмешался Трев.

— Не дави ты так сильно на девушку, дай ей немного прийти в себя. Ты же сам слышал рассказ Седьмой. Кстати, её ты так яро не зазывал.

— Как не зазывал? — оскорбился Приблуда. — Я дискриминаций не терплю! Если человек хороший, то, значит, хороший. А здесь по глазам вижу, что Элли девушка достойная.

Повисла тишина, все явно ожидали её ответа, даже Седьмая, которая, несмотря на то, что постоянно была рядом с нами, официально в ватаге не состояла. Элли настолько растерялась, что аж потеряла дар речи, поэтому пришлось спасать её самому.

— Тихо, угомонись, Приблуда, — а затем обратился к девушке. — Никто ни к чему не принуждает. Мне просто нужен новый хром, а молва по ВРу ходит, что ты один из лучших мясников.

— По определённому куску ВРа, — решил уточнить Трев, ещё раз напомнив всем, что это именно он сумел её отыскать.

— Д-д-да, конечно! — наконец нашла в себе храбрость Элли. — Я обязательно отблагодарю за своё спасение. Вы не подумайте, что я неблагодарная, просто… Я отправилась на фронтир за ресурсами и инструментом. Один из членов ватаги, в которой я состою, украл их и убежал под землю.

— Если надо, мы поможем тебе отыскать их, — вмешался Трев. — Ну то есть они, я-то туда точно не пойду.

Она отрицательно покачала головой:

— Он уже мёртв, а тело ограбили. Так что теперь что уж там. Да и инструменты не сильно важные, самое важное я ношу с тобой.

Тут у меня появился вопрос:

— А почему ты вообще пошла одна? Если ты состоишь в ватаге, то такого мясника, как ты, даже в магазин за сигаретами отпускать в одиночку опасно! Почему они не пошли с тобой?

Элли вновь привычно замешкалась и ответила:

— Ну-у-у как сказать. Не то чтобы они вообще пользуются моими услугами. Так, подлечу когда надо, поставлю коктейль от похмелья, а хромом обычно занимаюсь в одиночку, для себя, ну или для тех, кто знает о моих способностях. Я редко из магазинчика выхожу, да и всё, что у меня осталось, теперь лежит только там.

— Да и на хрен такая ватага нужна! — недовольно фыркнул Приблуда. — Если не ценят, то и хер с ними, правильно говорю, Седьмая?

Девушка пожала плечами:

— Меня не спрашивай, я вообще одиночка.

Вдруг раздался телефонный звонок, и Элли, поднеся устройство к уху, какое-то время молчала, а затем кивнула и ответила коротким «Спасибо».

По вздоху стало понятно, что происходит нечто печальное, поэтому спросил напрямую, на что она сразу ответила:

— Неудивительно. Меня больше трёх дней не было, так что они, скорее всего, забирают свою долю, как члены ватаги.

Приблуда сложил два и два и, вскочив с дивана, прокричал:

— В смысле?! Хочешь сказать, что сейчас твой магазин потрошат и забирают честно заработанные предметы? Пф! Смертник?

Я посмотрел на девушку, а затем, ухмыльнувшись, ответил:

— Ну чего ты завёлся? Собирайся и пошли, будем людей воспитывать, раз они не знают, как себя вести.

— Что, вдвоём? — переспросил парень.

— Зачем вдвоём? Пойдём всей ватагой, и тебя, Седьмая, это тоже касается. Мышь!

Магазинчик Элли находился не так далеко от нашего блока. Как и её характер, он держался вдали ото всех, и неудивительно, что о её способностях практически никто не знал. Как говорится, вовремя урвали ценного специалиста.

Изнутри раздавался звон металла и приглушённые голоса. Товарищи по ватаге Элли орудовали вовсю, распихивая по карманам то, что не было прибито к полу. Приблуда достал кастеты, на что я жестом указал, мол, сначала просто попробуем поговорить. Для одного дня трупов более чем достаточно.

Элли стояла позади всех, найдя безопасное место подле механического Мыши. Я поднялся по стареньким ржавым ступенькам, вытер ноги о распущенный на нитки коврик и постучался в открытую дверь. Наёмники резко обернулись, словно стая шакалов, которых застукали за потрошением трупа газели.

— Извините, я вам не помешаю?

Крупные сломанные носы, кривые ухмылки, не менее кривые зубы и идиотские выражения лиц. Даже боюсь представить, как такая симпатичная девушка, как Элли, на них наткнулась и почему её ещё не изнасиловали. Она, наверное, и согласилась на вступление из-за своей застенчивости и попросту постеснялась сказать нет. Хотя, может, опять надумываю.

— Ты кто такой? Иди на хер отсюда, тебя никто не звал!

Я в примирительном жесте поднял руки и произнёс:

— Я понимаю, что вы, товарищи, любите помарадёрить, но эти вещи принадлежат некой девушке и не являются вашей собственностью.

— А тебе чё до этого? Прёшь её, что ли? Эл-Ли никто не видел уже три дня, сдохла поди, дура, на фронтире, а ещё нас просила с ней пойти. Пф!

Заметил, что за спинами троих наёмников прятался худощавый паренёк с искусственной металлической челюстью. Наверное, это и есть так называемый Эл, который управлял магазинчиком, пока Элли занималась всей работой где-нибудь в каморке.

Я большим пальцем указал за спину и добавил:

— Дело в том, что она вернулась и хотела бы расторгнуть договор и выйти из ватаги, забрав свои вещи, конечно.

Прозвучало как угроза, и именно так наёмники и восприняли мои слова. Один из них, самый крупный, изо рта которого откровенно несло помоями, подошёл на опасно близкое расстояние и, ткнув меня пальцем в грудь, прорычал:

— Или что?

— Да хер ли ты с ними говоришь? — за спиной раздался знакомый голос.

Приблуда газелью перескочил через меня и со всей силы зарядил наёмнику в нос. Тот попятился назад и приготовился к ответу, как слева проскочила Седьмая и на всей скорости пробила тому ногой в пах. Трев также не остался в стороне и, предварительно размяв костяшки, забежал в маленький магазинчик. Внезапно стало тесно.

Я увернулся от нелепого хука, схватил наёмника за корпус и перебросил через себя. Он ударился головой о ступеньки и, едва не сломав шею, упал в ноги Элли. Девушка отступила на шаг назад, а Мышь занёс свою массивную металлическую пятку и чуть не размозжил череп нападавшего.

Тот вовремя вскочил на ноги и развернулся, где его уже ждал сюрприз. Два быстрых удара в печень и почки, один в челюсть и завершающий апперкот. Сотрясение и мигрень на следующий день обеспечена. Он по инерции развернулся в сторону Элли. Девушка, недовольно нахмурившись, сначала ударила его в пах, а затем достала небольшой одноручный арбалет и всадила стрелу в щёку.

Наёмник упал на землю и схватился на свежую рану.

— Вы кто вообще такие? Эл-Ли наш мясник, и всё, что она сделала, принадлежит ватаге! Ты, сука, ответишь! Ответишь, сука!

Видимо, процесс воспитания гопников придётся перевести в другую плоскость. Подошёл к ублюдку, раздробил тому коленную чашечку и, присев на корточки, схватил за мясистое ухо. Тот завыл от боли, попытался ударить меня кулаком, а затем я резким движением развернул его в сторону Элли и злобно прошипел:

— Видишь её? Нет, паскуда, отвечай как следует!

— Ай, больно! — послышался хруст колена, и наёмник, закричав во весь голос, наконец ответил. — Вижу, вижу, хватит!

— Вот так бы и сразу, а то оскорблять начал. Тогда слушай. Я не люблю повторять и тем более давать вторые шансы, уж так воспитали, но здесь сделаю исключение. Видишь ли, Элли девушка хорошая и слишком добрая, и она лично попросила меня обойтись с вами полегче. Будь на то моя воля, я бы не стал церемониться и скормил ваши останки моему личному ежу.

— Смертни-и-и-к, — протянул Мышь, жадно облизываясь длинным языком.

— Более того, я терпеть ненавижу уродов, которые пользуются слабостями других людей и сидят на шее, как стервятники. Поэтому слушай меня внимательно. Эй, ты слушаешь?

Я вывернул ушную раковину с такой силой, что на сгибах потрескалась кожа и тонкой струйкой полилась кровь.

— А-а-а-а-а! Слышу! — прокричал тот, стараясь выбраться из капкана.

— Так вот. Пока моя ватага херачит твоих дружков, скажу тебе прямо. Про Элли забудь. Навсегда. Она выходит из твоей шарашки, и теперь она под моим крылом. Подумаешь о том, чтобы ей отомстить — и в следующий раз увидишь не её лицо, а моё, и поверь мне, ублюдок, всё будет не так, как ты себе представляешь.

— Ладно, ладно, отпусти! Прости, Эл-Ли, мы всё вернём! Обязательно вернём!

Наружу повылетали остальные, с разной степенью инвалидности, а за ними, тысячу раз извиняясь, выпрыгнул Эл. Он всё твердил, что лишь отыгрывал свою роль и они не оставили ему выбора. Приблуда, конечно же, его не слушал и, весело хихикая, отвешивал тому пинков под зад.

Элли обошла бывших членов ватаги, поднялась по ступенькам своего магазинчика, а затем, собрав всё самое важное, вышла и, впервые улыбнувшись, произнесла:

— Я готова.

***

Пожилой мужчина с серебряными от возраста волосами, закрыв глаза от наслаждения, лежал на шикарной кровати своего особняка. Будучи главой торгового клана Лотосов, он мог весь день проваляться в постели, а просители всё равно будут ползти к нему на коленях и умолять заняться их делами.

Однако в этот раз он не вставал по иной причине.

Молодая, годившаяся ему во внучки девушка с наголо бритой головой грела ему ложе, запустив руку глубоко под одеяло. Она взглядом ядовитой гадюки смотрела на то, как человек получает удовольствие, и с нетерпением ждала, когда наступит пик удовольствия. Тот самый момент, когда мужчина будет более всего уязвим и полностью лишится защиты.

— Поступают новые отчёты, — прошептала она ему на ухо. — В шахтах происходят неизвестные случаи спонтанных мутаций, которые мешают сбору крови, мой господин.

— Плевать мне на шахты, — ответил тот, стиснув зубы от удовольствия. — Это то, чего не понимал ублюдок Вицерон, пытаясь выстроить против меня заговор. Система всегда находит баланс между добычей и производством. Выродкам с ВР-3 придётся пока уменьшить их запросы.

Девушка заработала рукой ещё быстрее и нежно прошептала:

— Даже если и так, процесс всё чаще сопровождается спонтанными реакциями. Мы не знаем, как долго ещё сможем скрываться наши операции. Ваши операции. Люди на ВР начинают подозревать, что на фронтире становится всё меньше поселений, и сваливать вину на охотников становится всё тяжелее и тяжелее.

Мужчина поморщился, и она ощутила, как он становится слабее, и девушка теряет контроль.

— Хватит твоих переживаний, я о них постоянно слышу со смерти Вицерона. Что ты предлагаешь сделать?

— Ускориться, — прошептала ему на ухо, осознав, как мужчина подходил к точке максимального удовольствия.

Свободной рукой она положила тёплое полотенце ему на глаза, а в помещение вошла служанка, несущая поднос. На нём находилась неглубокая тарелка, на которой можно было заметить небольшую красную точку. Её легко спутать с одинокой каплей крови, но если присмотреться поближе, то становилось понятно, что на самом деле — это крохотный организм.

Девушка, продолжая исполнять свои обязанности любовницы, слегка приподнялась, и открыв рот, вытянула язык. Служанка аккуратно прошлась по точке указательным пальцем и с улыбкой на лице положила её на кончик языка госпожи, а затем спешно вышла.

— Уже! Уже! — хрипло мычал старик.

А девушка ядовито улыбнулась, поймав в капкан мужчину, и нырнула под одеяло.

***

Глава 20

— Уверен? — спросила Элли, доставая своё устройство мясника. — Это довольно крупный имплант, и на установку потребуется около суток. Всё это время ты должен лежать смирно и… будет очень много крови. Может, лучше полностью заменим обе руки? Так и операция быстрей пройдёт, да и конечности сильнее будут.

Кромсать себя ещё сильнее хотелось в последнюю очередь, но мне нужна сила. Характеристики и уровень вылепливали из моего тела крепкую основу, защищая жизненно важные органы, но если хочу выходить из каждой схватки победителем, мне потребуется увесистое оружие — а тоненький клинок из запястья больше вызывал смех, чем уважение.

— Спасибо за предложение, Элли, но мне мои руки нравятся, поэтому, пожалуй, оставим их там, где они есть, просто немного улучшим.

Приблуда, Трев и Седьмая собрались вокруг небольшого кресла мясника, которое по запчастям забрала Элли с собой из магазинчика. Оно выглядело куда более футуристично и профессионально, нежели та лежанка, которая была у Некра. Ощущение такое, словно находился на приёме у стоматолога, и мне вот-вот начнут рвать зубы, причём без какой-либо анестезии.

— Хорошо, тогда приступим как можно скорее. Кровь для переливания купили? Физраствор?

— Всё, как ты сказала, — ответил Трев, протягивая ей медицинские пакеты.

— Хорошо, повесь вот туда, ставить капельницу пока не будем, Смертник с виду крепкий, должен сам пережить, но на всякий случай пускай будут.

Затем Элли выдвинула два подлокотника и аккуратно положила на них обе мои руки по локоть. Девушка бросила на меня последний взгляд, на случай, если я вдруг передумал, а затем засовы защёлкнулись, а подлокотники закрылись полукруглыми пластинами. Да, то, что будет происходить внутри лучше не видеть, да и думаю, они не только для красоты.

— Сама собирала кресло? — спросил Приблуда, заглядывая через плечо.

— Основу да. Это, скажем так, ритуал каждого мясника. Устройство с базой данных и рецептами выдаёт распределительная консоль после получения профессии, ну и кое-какие запчасти. Без технологий Города-Кокона кибернизация на рубежах была бы невозможна. Подключать каждый проводок к нервной системе в ручном режиме? Так легко спалить саму нервную систему, да и самая простенькая операция длилась бы часов тридцать, не меньше. Я запрограммирую устройство, обеспечу требуемыми ресурсами и проведу тщательную подготовку. Точнее, я это уже всё сделала, а затем оно самостоятельно вырежет требуемое количество мяса, напечатает запчасти импланта, а потом использует плоть для того, чтобы заживить свежие раны. Это о принципе действия, если в двух словах.

Приблуда задумчиво покачал головой, а я ощутил, как онемели обе конечности.

— Значит, и здесь не обошлось без принтера. Загружаешь требуемые ресурсы, и он тебе всё печатает? Удобно, — заключил парень, заметив, как по подлокотникам потекли тоненькие струйки крови, стекающие в крупные тазы.

Разделка началась…

— А что ты, кстати, выбрал? — поинтересовалась Седьмая, отходившая на несколько часов.

— Клинки-Богомолы, — ответила за меня Элли и продолжила. — С нанитовым энергетическим напылением. Нагреваются до пяти тысяч градусов.

— Вау! — присвистнул Приблуда.

— Именно! — было заметно, что при разговоре о железе у Элли буквально сверкали глаза, а сама девушка забывала о своей скромности. — Поэтому так дорого вышло. Искусственный сплав титана из моих личных запасов, на фронтире всего четыре шахты его добывают, плюс нанитовое покрытие для создания греющей поверхности и тщательного распределения температуры. Плюс батарея в виде биологического энергонакопителя. Вместо того, чтобы таскать с собой сменный нагреватель, устройство будет питать энергию из запасов тела Смертника, да и обычный не смог бы так сильно нагреть. Не переживай ты так, она тебя не высушит. Трёхразовое питание и постоянный приём пасты обеспечивают более чем достаточно.

— Да, — подумав, заключил Трев. — Сколько видел здесь мясников, не каждый бы справился.

Элли покачала головой:

— Справились бы многие, на этом этапе всего лишь нужны ресурсы и оборудование. Самое тяжёлое начнётся, когда я приступлю к адаптации его нервной системы. Подключение произойдёт автоматически, но нужно тщательно следить за процессом и вести постоянную калибровку, иначе нейроны Смертника могут не выдержать. Не только имплант станет бесполезным, но и сгорит часть проводки в мозгу.

— Успокоила, — сглотнув, произнёс я. — Некр такого не описывал.

— Это твой бывший мясник? Ловко придумано с нанитовой защитой, а вот имплант клинка слабоват. Я бы не стала его так ставить, а если и да, то лучше удлинить, разбить на несколько секторов и усилить механизм выброса. Чтобы получилось как клинок, привязанный к верёвке. Бросил на несколько метров и утянул обратно. Хочешь, сделаю?

Я криво улыбнулся, ощутил, что даже сквозь анестезию чувствую, как нож проникает в плоть, и ответил:

— Давай сначала с этим разберёмся, к тому же у нас практически закончились ресурсы. Нанитов то уж точно нет. Да и сама сказала, что всё равно от него придётся избавиться.

— За это не переживай, Смертник, — уверенно заявил Приблуда и хлопнул меня по плечу. — Пока тебя кромсать будут, мы займёмся делом. Скоро шестёрки должны прийти за очередным сценарием Трева, а я как раз с ними одну тему обсужу. Будут ресурсы, не тебе же одному впахивать.

— Согласен, — кивнул Трев. — Раз уж мы в ближайшие сутки сидим дома, то погружусь часиков на шесть, быстро сварю конструкт на… скажем так, самую популярную тему.

Седьмая пожала плечами, посмотрела по сторонам и безразлично выдала:

— Ну а я могу Мышь покачать, если тебе надо, хочешь?

Я ухмыльнулся, ощутив, как только что похудел на несколько грамм, и, стараясь не показывать мучений, ответил:

— Ты в ватагу уже пойдёшь или нет? Брала бы пример с Элли, она вот вообще не сомневалась.

— А то! — выпалил Приблуда. — Как нас таких-рассяких увидела, так и не смогла устоять!

Седьмая ничего не ответила и вместо этого переспросила:

— Так надо или нет?

Улыбнулся, ощутив, как по лбу забегали первые капельки пота, и ответил:

— Валяй, только смотри, чтобы по пути не выкрали его. Я потом всё равно планирую зайти и проверить, как там Азалия. Должна уже была отлежаться, сколько дней-то прошло.

Элли промокнула выступивший пот и, положив ладонь с индексом на коробочку мясника, замерла. Видимо, проверяет процесс. Забыл обсудить профессию или ремесло, но для этого ещё будет время.

На этом и решили. Приблуда через некоторое время куда-то ушёл, Трев, нацепив очки конструктора, развалился на диване, а Мышь под протяжное «Смертни-и-и-к» ушёл качаться в Санктуум вместе с Седьмой. Мы остались наедине с Элли, и она всё же поставила первую капельницу с физраствором.

— Когда я тебя нашёл, — проговорил я сквозь стиснутые от боли зубы, стараясь отвлечь себя мелкой болтовнёй. — Ты сказала, что знаешь меня, точнее, видела моё лицо. В прошлый раз, когда мне такое сказали, пришлось топать несколько километров вместе с едва живым ежом и тридцатикилограммовым наёмником на плече. Надеюсь, в этот раз будет иначе.

Она улыбнулась и, привычно опустив голову, ответила:

— Я была на площади, когда Трева чуть не растерзала толпа. Думала, ему настанет конец, и собралась вернуться в магазин, как пришёл ты с Приблудой и Мышью, ну а потом ты всё и так знаешь. Ты меня тогда ещё заинтересовал.

— Я? — улыбнувшись комплименту, ощутил, что руки жгло уже не так сильно.

— Мышь, — Элли покачала головой. — Таких ежей на ВР-2 не делают. Вы с третьего рубежа?

Вот тебе и здрасьте. Никаких прелюдий, никаких намёков, сразу в лоб! Думаю, ей пока тоже знать не обязательно, поэтому привычно сорвал:

— Говорю же, в прошлый раз, когда мне такое сказали, пришлось тянуть за собой ежа. Он найдёныш, поэтому не знаю, кто над ним так постарался, правда, Трев сказал, что процесс не закончен. Я лично снял его со станции.

— Не закончен?! — едва не взвизгнула та. — Насколько не закончен? На какой стадии оборвался процесс? Мясник уже успел сделать начальную кибернизацию? Что насчёт нейронного коктейля.

— Так, стоп, стоп, — пришлось остановить её, пока она мне все уши не прожужжала. — Если хочешь, можешь сама его изучить, как вернётся с КС. Да и мне до жути интересно, к тому же, на твои вопросы у меня ответов нет.

— Можно? — прозвучало так, словно ребёнок спрашивал у родителя.

— Даю тебе полное разрешение, только резать и кромсать его не надо. Там внутри паренёк хороший сидит, и он не заслужил, чтобы к нему как к подопытному относились.

— Значит, ты его знаешь? То есть знал ещё до ежификации?

Я недовольно поморщился, ощутив очередную волну боли, и сквозь стиснутые зубы процедил:

— Знал. Говорю же, нашёл уже в таком состоянии, не знаю, кто превратил и до какой стадии довели. Слушай, я, конечно, потерплю, но, может, добавишь чуть-чуть обезболивающих?

Элли приложила индекс к устройству, и через мгновение стало немного легче.

— Я, кстати, хотела поблагодарить вас за помощь в магазине, ну и тебя лично за спасение. Как бы я и так благодарю тебя сейчас, устанавливая имплант, отдав при этом весь свой сплав титана, а он дорогой, — вдруг девушка осеклась и продолжила. — Чёрт, я… я плохо умею общаться. В общем, спасибо тебе, Смертник.

— Никто от тебя не ожидает постоянных благодарностей, так что можешь уже выдохнуть. Мы теперь одна ватага и должны помогать друг другу. А это что-то да значит даже в таких проклятых местах, как рубежи. Если что надо, говори прямо и не стесняйся. Как закончишь с имплантом, пойдём всей толпой в Санктуум и опробуем конструкт Трева. Говорит, создал нечто уникальное и интересное.

Элли улыбнулась и обратилась к устройству. Остальное время операции мы практически не разговаривали. Меня бросало из одного сна в другой, причём второй всегда похлеще первого. Там я заново переживал события последних недель, смотрел на вещи под другими углами. Местами даже умирал, но всегда возвращался в принтер и через некоторое время выходил обратно.

Такова моя жизнь? Гнаться в непрерывной гонке до города, попутно собирая союзников и пытаясь выжить? Что, если мне и раньше приходилось проходить этот путь? Сколько Смертников погибло на ВР-3? Сколько добралось до второго рубежа? Бывал ли я когда-нибудь здесь, или всё это плоды моего воображения?

Мысль о том, что я лишь очередная жалкая копия оригинала, заставляя морщиться даже во сне. После того, как увидел заново напечатанных главарей ВР-3, меня постоянно не покидала мысль, будто моё тело — это очередная подделка. И мысль эта настолько глубоко поселилась в кулуарах сознания, что доходило порой до полной паранойи. В прохожих я видел своё лицо, сны были настолько яркими, что тяжело отличить от реальности, а постоянные прыжки в чужие воспоминания лишь добавляли топлива в общую печь.

Не знаю, что там намешала Элли, но коктейль забористый. Лампочки в мозгу загорались одна за другой, выплёвывая теорию за теорией. Меня швыряло из одного эмоционального состояния в абсолютно противоположное, заставляя переживать целый каскад чувств за какие-то секунды. Не стал бы советовать такое друзьям, так как порою становилось страшно от собственных мыслей.

Где-то в процессе решил, что будь оно как будет. Копия ли я, раз за разом выходящая из принтера, или самый что ни на есть оригинал, в конечном счёте, что это изменит? Мой путь останется прежним, а цель — всё той же. Меня будут окружать одни и те же люди и ещё много кто постарается убить, пока не доберусь до Кокона.

Проснулся от ощущения, что нечто тяжёлое давит на рёбра, и я не могу вдохнуть полной грудью. Сначала подумал, что в процессе заработал инфаркт, но всё оказалось куда прозаичнее. Вымотанная операцией Элли, положив свою усталую голову мне на грудь, попросту уснула. Попытался пошевелиться, чтобы её не разбудить, но девушка медленно поднялась и, заспанно потерев глаза, зевнула.

— Как ты себя чувствуешь?

— Да так же, как и минуту назад. Меня же только что вырубило.

— Ты проспал пятнадцать часов, Смертник, — раздался сонный голос Седьмой. — Так что пора просыпаться.

Пятнадцать? Оказалось, что именно так. Руки уже не болели, жжение прошло, кровь вытерли и даже поставили капельницу. Элли медленно расчехлила засовы и устало потёрла переносицу. Видимо, она весь процесс не смыкала глаз. Однако вместо того, чтобы устало рухнуть на диван, девушка встала с табуретки и оценивающе смотрела на результат своей работы.

Устройство справилось идеально и не оставило ни следа. По всей поверхности кожи, от предплечья до кончиков пальцев, шли небольшие чёрные квадратные вставки, намекающие на наличие импланта, но в целом мои руки практически не изменились. Остальные услышали, что я проснулся, и с интересом выглянули посмотреть.

Первым делом залез в интерфейс и нашёл новый хром: «Клинки-Богомолы». Ещё на третьем рубеже видел такие у спецуры Города, но я и понятия не имел, что смогу заиметь такие же так рано. Как же всё же повезло, что Трев узнал об Элли, а то так бы довольствовался простеньким апгрейдом.

— Ну! — протянула она. — Не стесняйся! Показывай.

Убедился, что вокруг нет ничего важного, встал с кресла и взмахнул двумя руками.

Щелчок.

Из-под кожи раскрылись клинки. Длинные, блестящие, как крылья хищного насекомого, идеальные линии, созданные не природой, а инженерным безумием. Я провёл ими по воздуху, и звук был чистым, как нота, а ощущение такое, словно каждая клетка внутри кричит от восторга. Попробовал сложить их обратно. Лезвия ушли внутрь плавно, будто в ножны под кожей. Лёгкий толчок в нервах — и снова наружу, с треском и всплеском синтетической силы. Они действительно выглядели как лапки богомолов, а когда рассекали воздух, то казались двумя сверкающими полумесяцами.В сравнении с моим стареньким клинком, который пришлось удалить за ненадобностью и чтобы освободить место, эти — настоящее оружие. Мысленно накачал их энергией и, пошатнувшись на месте, чуть не упал.

— Эй, эй! — воскликнула Элли. — Не спеши ты так, сначала отдохни. Я уже приготовила для тебя коктейль из пасты, иди ешь!

Ну уж нет, теперь меня точно не остановить. Я продолжал накалять клинки до тех пор, пока вокруг не стало жарко. Ярко-оранжевые, они буквально светились и наделяли меня силой. Вот с таким оружием уж точно повоюем! Причём всё, что мне потребовалось — это попросту мысленно приказать, представив, словно пытаюсь повысить температуру родных рук. Быстрым шагом, игнорируя ватагу, подошёл к тому самому блоку, который ранее тягал Мышь, и размашисто рубанул. Его разнесло на части всего с одного удара, а бетонная крошка полетела в стороны.

— Так, может не надо наше жилище разносить? — возмущённо прокричал Приблуда. — Иди вон, на кошках тренируйся!

Внешне, конечно, непривычно видеть внутренность собственных предплечий и окровавленную лучевую кость, вдоль которой проходил каркас устройства, но в целом, думаю, привыкну. Механизм так же быстро остудил клинки, и я взмахом вернул их обратно. Ощупал кожу — настоящая — и мясо родное, насколько может быть прошедшее через портативный принтер.

Элли, кажется, была довольна собственным творением и одобрительно качала головой. Заметил, что ватага выдохлась, а время уже близилось к глубокой ночи. Пока я нагло дрых, они вкалывали и занимались делами, поэтому решил дать им нормально отдохнуть и, осознав, что сейчас точно не усну, махнул рукой.

— Ладно, всем на боковую, я пойду прогуляюсь по ВР, найду место, где можно опробовать свой новый апгрейд, а под утро зайду в Санктуум и навещу Азалию. К тому же у меня теперь две ежедневки висят невыполненные. И Элли, — поймав на себе взгляд девушки, я улыбнулся. — Теперь моя очередь говорить “спасибо”.

Вышел на улицу. Ночь уже давно вступила в свои права, и я, закинувшись целым тюбиком пасты, пошёл в сторону Санктуума. Неспешным шагом как раз дойду за час, заодно проветрюсь и разомну мышцы. Пролежать на операционном столе больше двадцати часов — это не шутки. Поступившая от пасты энергия требовала выплеска, а разум до сих пор не мог понять, чего это мы так расслабились. Где прокачка? Где постоянное движение? Где та жизнь, к которой так привыкли?

Глубоко вдохнул воздух ВР и медленно пошёл дальше. Интересно, когда-нибудь я смогу остепениться и просто начать жить? С другой стороны, для этого нужно место куда более комфортное и безопасное, чем рубежи. Может, Кокон сможет предложить такие условия? В конечном счёте, высокие технологии обычно идут рука об руку с развитием социума. Обычно…

Завернул на небольшую площадь, на которой всё ещё остались засохшие останки боевых ежей. Да, неплохо тогда повеселились. У опасной жизни были и свои преимущества. Я постоянно что-то добывал, прокачивался, не стоял на месте и заводил новые знакомства. Убивал новые знакомства. Не знаю, как буду себя чувствовать, если жизнь резко замедлится.

Дорога за площадью вела в сторону улицы, носившейся неброское название «Торговая». Торги здесь, торги там. Купи-продай. Может, стоит выбрать другой образ жизни? Вместо того, чтобы скакать с новыми боевыми имплантами, надо было взять ремесло торговца и прокачивать его тяжёлыми тренировками? Сидеть на заднице ровно, посылать рабочих мулов с товаром в одну сторону и принимать гружёных золотом с другой. А?

Поймал себя на мысли, что помер бы со скуки ещё в первую неделю, да и думаю, желающих меня убить не стало бы меньше. Как раз наоборот. Торговые кланы не зря имели небольшие частные армии наёмников, а особняки охранялись похлеще производственных заводов, ломившихся от технологий и кибы.

Вдруг меня резко прихватила нужда. В процессе установки в меня влили неприличное количество жидкости, да и перед выходом залпом выпил полтора литра. Наметил тёмный переулок, зашёл и приступил к делу. А мысли вернулись к тому, что ватага постепенно складывалась, как и общее благосостояние, и теперь главное — не отступать и уверенно двигаться вперёд.

Закончил, застегнул ширинку, и вдруг меня прошибло. Тело двинулось ещё до того, как успел сообразить. Перед глазами свернула серебряная молния отравленного клинка. По привычке я обратился к старому импланту, но вовремя вспомнил и оголил клинки-богомолы. Убийца не медлил и атаковал снова. Впечатляющая скорость заставила отойти на шаг назад, и я, блокировав удар по касательной, тут же развернулся и побежал к цели.

Девушка? Мельком успел рассмотреть фигуру нападавшей, облачённую в серый ростовой костюм. Он плотно облегал тело убийцы, позволяя свободно двигаться и не сковывать движения. Не успел присмотреться внимательнее, как она выстрелила чем-то острым, и я едва успел отбить тонкие иглы новыми клинками.

Должен признаться, когда орудовал старым имплантом, он всё равно ощущался как довесок к скелету, однако богомолы теперь являлись частью меня. Когда делал взмах, то всё тело двигалось одновременно, следуя инерции удара. Это позволяло намного лучше контролировать оружие, а прокачанная скорость реакции — отбивать даже брошенные в лицо предметы.

Заметил, как тонкие и разбитые губы убийцы недовольно скривились, на что я улыбнулся. Это ты ещё не всё видела. Запустил механизм нагрева, и в ночной тьме ВР-2 загорелись два смертоносных полумесяца. Увидел, что лицо убийцы подверглось тяжёлой кибернизации, как, собственно, и всё тело. На глазах плотная маска с множеством проводов, уходивших под кожу. Судя по количеству застывшей крови, она приносила владелице невероятные страдания.

Пальцы и кисти сломаны сразу в нескольких местах и усилены хромом, позволяя ей выворачивать их как угодно, в том числе и под весьма неестественными углами. Светлые волосы местами выкрашены в зелёный цвет и выбриты по бокам в виде ирокеза с коротким хвостиком на затылке. Вряд ли это личный выбор убийцы, так как всю голову покрывало множество торчащих борозд телесного цвета, намекая на дополнительную кибернизацию черепа.

Девушка недовольно рыкнула, достала второй кукри с удобной рукояткой и узкой энергетической гардой, а затем бросилась в атаку. В этот раз я решил действовать с умом и, специально заманив её поближе, запрыгнул на стену, оттолкнулся одной ногой и, пролетев над убийцей, черканул кончиком клинка по лбу.

И оказался прав. Под тонкой человеческой кожей оказалась крепкая пластина, защищающая череп и мозг. Вдруг девушка, словно паучиха, побежала вверх по стене, а затем, извернувшись в неестественной позе, оттолкнулась всеми четырьмя конечностями и прыгнула. Узкая аллея не позволяла хорошенько развернуться, поэтому пришлось отпрыгивать назад, а затем спешно атаковать.

Я взмахнул клинком, рассекая холодный воздух, затем нырнул в ноги и апперкотом попал точно в цель. Маска слетела с лица девушки, обнажая её истинный лик. Даже в таком состоянии, будучи сильно кибернезированной и изменённой, я узнал в ней ту, что давно считал мёртвой.

— Лита?

Её пустые глазницы, в которые уходили тонкие провода, смотрели на меня непроглядной тьмой, а губы сжимались в яростной гримасе.

— Не произноси это имя, — глухо прорычала девушка и бросилась в атаку.

Лита! Та самая наглая и выносливая рабыня, одна из первых людей, встретившихся мне в этом мире. Брут был мёртв, Мышь превратился в ежа, а она? Чёрт, я думал Лита мертва или, по крайней мере, стала жертвой чистки, как все остальные! Как она попала на ВР-2? Что с ней случилось?

Мысли едва не стоили мне жизни, и я едва успел отбить атаку. Первый кукри полетел куда-то в сторону, а второй замер в нескольких сантиметрах от моей шеи. Я оказался на спине, а Лита, запрыгнув паучихой, оказалась надо мной и яростно давила на рукоять. Если бы не подставил колено, создав барьер между собой и телом девушки, то, скорее всего, был бы уже мёртв.

— Лита! — повторил я её имя в надежде достучаться до девушки.

Она оскалилась ещё сильнее и бешено закричала, требуя моей крови. Нет, от неё тоже ничего не осталось. Передо мной пустая оболочка человека, которого превратили в безумную убийцу. Мне хватило всего пару секунд, чтобы это понять. Решил, что речь идёт либо о моей жизни, либо о её, и понял, что выбора нет.

Пока она сосредоточилась на моей шее, ловко вывернул обе руки и погрузил большие пальцы в пустые глазницы. Холодные, влажные, где я не ощущал ничего, кроме хрома и отвращения. Резко дёрнул вправо, чтобы скинуть её с себя, а затем девушка закричала так, будто я выворачивал её душу наизнанку.

//Внимание// Идёт активация Нейролинка//

//Обнаружен нейронный имплант пользователя//

//Идёт выборочный поиск воспоминания//Успешно//

//Загрузка сценария//

Что? Только не сейчас! Стоп! Нет!

***

Пустующее поселение фронтира присоединилось к себе подобным. От него не осталось ничего, кроме воспоминаний и когда-то оживлённых улочек. В своё время оно успело достаточно разрастись, чтобы местные успели забыть, каково это — жить на поверхности. Они удобно устроили свой быт недалеко от двух шахт, рядом находилась распределительная консоль, а ежедневные задания сводились к постоянной добыче руды.

Со временем быт перестал ощущаться наказанием, и люди привыкли. Каждую неделю поступали новенькие, которые поначалу ворчали и клялись вернуться, но рано или поздно привыкали. Всё это осталось в прошлом, и самое крупное поселение фронтира на несколько сотен человек превратилось в братскую могилу.

Теперь здесь поселились монстры. Вылепленные из их собственных тел гротескные существа с множеством мелких лапок отожрались и разрослись до крупных размеров, а когда их стало слишком много, то начали пожирать друг друга и спариваться. Рождаемая биомасса вновь превращалась в еду — и так по кругу, до тех пор, пока её не скопилось достаточно в одном месте.

С других поселений прибывали новые существа, ведомые запахами размножения и пищи. Они успевали как раз к тому моменту, когда в центре поселения образовалась пульсирующая хризалида. Толстые стенки не пропускали свет и сдерживали тонны курсирующей внутри жидкости.

Остальные твари роились вокруг будущего господина, словно маленькие змеёныши в поиске тепла, защищая то, над чем так долго трудились. С каждым днём прибывали всё новые. Десятки превратились в сотни, сотни в тысячи, ведь даже торговым кланам не было известно, сколько за все эти годы они отправили людей на фронтир, и сколько выжило до сих пор.

Когда момент наконец настал, изуродованные монстры разбежались по всей округе, чтобы подарить жизнь новому богу. Вскоре ему понадобится много еды, много питательной биомассы для того, чтобы окрепнуть. В последние минуты жизни хризалиды монстры одновременно получили одну и ту же команду: питаться!

Они будут пожирать людей, скрещиваться и рождать новую биомассу, которая пойдёт на корм новорождённому богу. Однако единственная проблема заключалась в том, что, помимо охотников, фронтир превратился в безжизненную пустыню, а значит, единственное место, где они смогут найти питание, — это рубежи. И ближе всех остальных находился именно второй.