!Фантастика 2026-31" Компиляция. Книги 1-30

Глава 1

Из дула пистолета тоненькой струйкой выходил дымок от сгоревшего пороха. Стреляная гильза упала на холодный пол, а по стенам всё ещё гуляло эхо совершенного выстрела.

Я левой ладонью держался за ствол пистолета и, опустив голову, тяжело дышал, всё еще пытаясь удержать кишки на своём месте. Мне удалось вовремя перенаправить выстрел, и пуля, выбив у уха бетонную крошку, срикошетила куда-то в сторону.

В помещении повисла тишина. Все присутствующие с недоумением смотрели на меня и ждали, когда начну набухать. Признаюсь, внутренности всё ещё пучились, и из живота раздавалось гулкое рычание, но в целом волна приступа постепенно отпускала. Я даже сумел покашлять, при этом не выхаркивая порцию крови, что в моем случае можно было считать прорывом.

— Сука, сказано же, что никакой я не реакционный, а если ещё раз направишь на меня оружие, прежде чем убью, сломаю руку сразу в нескольких местах.

Парень крепко сжимал рукоять пистолета, но вдруг его кисть начала заметно дрожать. Как он ни старался сдержать невесть откуда взявшийся тремор, оружие тряслось вместе с его конечностью, удерживаемое лишь моими пальцами.

— Ничего не понимаю, — произнёс он вполголоса, словно эти слова были направлены в пустоту. — Тебя должно было раздуть, а затем превратить в экскувиатора.

— Экскувиатора? — повторил его слова и сумел поднять голову. — Вы их так называете?

Почему-то от вида моего лица парень широко раскрыл глаза, и я заметил, как кончик его указательного пальца вновь потянулся к спусковому крючку. Я крепко сжал оружие, всё ещё не отпуская, и сухо прохрипел:

— Говоришь так, словно ожидал моего превращения. Откуда тебе это известно?

Тот указал на мои глаза и ответил:

— Красные склеры, кровавая рвота и вздутие живота — это классические симптомы реакции. О них здесь всем известно.

Я резким движением вырвал из его рук посеребренный пистолет и использовал в качестве зеркала. Мои склеры действительно были красными, словно разом лопнули все капилляры, но воспаление довольно быстро сходило на нет, и они уже начали светлеть. Превратиться в монстра у меня всё же не получилось, только вот его слова не только вызывали тревогу — а откровенно угрожали моему благополучию.

Я на всякий случай забрал себе его пистолет, с трудом встал на ноги и, устроившись на обычном стальном стуле, заговорил.

— Вот отсюда давай поподробнее.

Девушка с прищуром осмотрела меня с ног до головы, словно пыталась убедиться, что я не превращусь в этого экскувиатора, а затем занялась ранами Черники. Кай, если это его настоящее имя, несколько секунд изумленно на меня смотрел, словно стал свидетелем второго пришествия, и заикаясь произнёс:

— Ч-ч-что ты от меня хочешь услышать? Ты явно реакционный, но по какой-то причине реакция не произошла. У вас что, на других рубежах не знакомы с экскувиаторами? Они к нам постоянно прут с других ВР. Люди зараженные — а не монстры. Монстрами они уже становятся здесь. Хотя должен сказать, что и местные реакций боятся, как наводнения. Поэтому и держат новоприбывших в гетто, дабы они не среагировали в самом ОлдГейте.

— Гетто. Ты постоянно говоришь это название, где оно находится?

— Это не то, о чём бы я сейчас переживал на твоём месте. Сейчас тебе катастрофически повезло, и ты не обратился, но что, если приступ повторится?

Я недовольно поморщился, сплюнул на пол скопившуюся в горле кровь и проговорил:

— Я ценю твою заботу, но лучше отвечай на вопрос: где находится это гетто?

Парень прищурился, посмотрел на Лейлу и, пожав плечами, произнёс:

— Проще спросить, где оно не находится! Секторов временного содержания много, они по всему внешнему кольцу ОлдГейта. Мы, кстати, сейчас атаковали один из них, — вдруг он замолчал, словно едва не проговорился, а затем продолжил. — В общем, не знаю, какой ты ищешь, но мне тебе здесь нечем помочь.

Кай вдруг резко достал телефон, отвернулся, будто показывал, что не хочет продолжать разговор, и прислонил его к уху. Так, вот здесь надо серьёзно подумать. Никаких приступов у меня ранее не было, и кровавая рвота, помноженная на болевые ощущения, могла быть обычной реакцией на внутренние повреждения. В Чистилище не было ни места, ни специалиста, чтобы проверить мои раны, а затянутое клеем отверстие вряд ли можно считать за успешную операцию.

Я прислонил два пальца к ране и внимательно ощупал. Больно, только когда начинаю давить, но это остаточная реакция поврежденных тканей. В теории, без селезёнки человек может прожить, но с простреленной не думаю, что я смог бы так гарцевать. Повреждены другие органы? Что может давать кровавую рвоту? Печень… лёгкие… да фактически весь ЖКТ. Сука… да что же со мной такое происходит?

Так, Смертник, спокойно, на секундочку представим, что этот парень оказался прав. Есть шанс превращения в монстра, тогда зараза сидит внутри меня? Кровь? Подцепил где-то паразита? Это должно было произойти на ВР-2, точно не на Третьем рубеже. Там сплошь царила антисанитария, а про гигиену вообще молчу. Раньше думал, что в пасте содержаться чуть ли не антибиотики, позволяющие защищаться от многих болячек, и вроде так оно и было.

Как бы оно ни было, оно превращает в экскувиаторов, а значит, подцепить можно только от контакта с ними. Сколько людей переживало подобное и могло пересечь целый рубеж после? Неужели все эти прибывшие тоже в своё время перенесли контакт с тварями? Получается, если случай не был единичным, то на ВР-1, чёрт, ОлдГейте. В ОлдГейте должны быть медики, которые работают над решением вопроса.

Я медленно выдохнул, закрыл глаза и сосредоточился на мыслях. Они, как и эмоции, подчиняются моей воле, никакого хаоса, никакого бардака. Вдох-выдох. Ищем решение. Первым делом надо попробовать связаться с ватагой, пока под рукой есть телефон, и спросить где они. Вдруг у одного из них есть подобные симптомы, тогда это могло бы объяснить многое.

Если районов гетто действительно много, надо выяснить, на каком они оказались и как туда можно проникнуть. Однако прежде, чем это делать, мне понадобится сам ОлдГейт, а именно всё, что сможет предложить этот город. Для штурма гетто или скрытного проникновения мне понадобится экипировка, железо и тонны расходников. Надо закупиться качественной едой и забросить всё в банк ватаги, чтобы они там не жрали местные помои.

К тому же, кровь из носу надо показаться доктору, желательно, самому хорошему, и помалкивать насчёт приступа. Если в крови действительно присутствует вирус, думаю, его обнаружат, а оттуда уже можно будет плясать. Нельзя ни в коем случае заикаться об этом самостоятельно, иначе набегут силовики, и тогда мне точно не жить.

Я открыл глаза и посмотрел на собственные пальцы. Зрение вернулось в норму, и было видно каждое пятнышко крови на ладони. Не уверен, будут ли меня разыскивать, или те, кто знали о моём существовании, уже мертвы, но рисковать не стоит. Думаю, под улицами есть путь, который минует все блокпосты и выведет меня прямиков в город. И мой новый знакомый явно знает, как туда попасть.

Кай закончил обсуждать произошедшее с неизвестным мне собеседником и нехотя повернулся. К тому моменту я уже смотрел на него, протягивая обратно разряженный пистолет. Парень взял его, проверил содержимое обоймы, ухмыльнулся и убрал в инвентарь.

— Дай позвонить, — произнёс я спокойным голосом и протянул раскрытую ладонь.

Удивительно, но тот одолжил свой телефон.

— Если собираешься позвонить тем, кто сейчас в гетто, можешь сразу забыть. Там везде вышки, которые глушат связь с внешним миром. Ни туда, ни оттуда.

Я набрал телефон Седьмой, Элли, Трева и даже Приблуды, но каждый раз женский голос говорил о том, что абонент не абонент. Чёрт, видимо, Кай всё же был прав. Я швырнул телефон обратно и задумался.

— Может, пускай Баух на него посмотрит? — обрабатывая рану Черники, вполголоса произнесла Лейла. — Мы всё равно туда пойдем, а если нет, то оттуда сможет свалить в ОлдГейт и дальше делать всё, что ему хочется.

Кай повернулся, недовольно нахмурился и отреагировал:

— Вообще-то, он мне теперь должен. За то, что я спас его от гончих и не стал добивать.

Я удивился выбранной формулировке и спешно вставил:

— Не, об этом мы не договаривались. Разговор шёл только о крове и горячей пище. Что-то это дыра не похожа на кров, так что ведите в свой главный схрон, а там я поговорю с вашим Баухом. Ты, главное, запомни, если он не сможет мне помочь, то я не смогу расплатиться с тобой за оказанную помощь. Догоняешь?

Парень недовольно фыркнул, но ничего говорить не стал, лишь приказал Лейле с Черникой оставаться здесь, а сам молча кивнул. Я встал со стула и последовал за ним, а когда мы вновь оказались в канализации, и в нос ударил запах сырости, спросил:

— Кодекс Генетика. Что это?

— Откуда у тебя столько вопросов, брат? —Кай выдохнул и нехотя промямлил. — Ты едва не преставился, но ничего не спрашиваешь про реакцию. Тебя интересует гетто, Кодекс Генетика, всё что угодно, только не твоё состояние.

Я не стал юлить и ответил прямо.

— Это я ещё только начал. К остальным вопросам вернёмся позже, сейчас я хочу знать про Кодекс Генетика.

Кай посмотрел вперёд, вздохнул и сказал:

— Ладно, идти всё равно около сорока минут, поэтому расскажу. Кодекс Генетика — это свод правил, по которому живут все в ОлдГейте. Даже не так, свод правил, которые на самом деле являются законом. Если выживешь и не среагируешь, успеешь ещё сам его почитать. Там очень много о социальном разделении, справедливости, преимуществах чистой крови и местах для биошлака. Если спросишь моё мнение — это просто удобная отмазка, почему некоторые люди ведут себя так, как ведут.

— Я так полагаю, он тебе не нравится.

Кай ухмыльнулся, наигранно хлопнул в ладоши, от чего по стенам канализации прошёлся гул, и ответил:

— Это настолько очевидно? Не обманывай себя, брат, ОлдГейт, может, и лежит у Кокона, но старушка та ещё дыра.

Я заметил, как изменилось его лицо, когда он говорил о Городе, поэтому не стал тянуть и спросил напрямую:

— Ты там был?

— Где? В Коконе? — переспросил он и с иронией в голосе. — Брат, меня даже в ОлдГейт не пускают, о чём вообще может идти речь? Или ты думаешь, что мне нравится нюхать дерьмо жителей поверхности? Нет, туда можно попасть, только получив гражданство, а для этого нужно пройти цепь и добраться до последнего испытания.

— Что ещё за цепь?

Парень уже был готов сдаться под весом моих бесконечных вопросов, но впереди был ещё долгий путь, поэтому он едва слышно прорычал, нервно подёргал кончик носа и ответил:

— Цепь. Цепочка личных заданий, которая выдается Системой при подаче заявки на гражданство. Вроде должно служить проверкой твоих способностей и умений, но на самом деле это та ещё рулетка. Да-да, можешь не задавать вопрос, я уже всё понял. Рулетка, потому что у кого ни спрашивал, все в один голос говорили, что задания абсолютно и хаотично разнящиеся.

— Например? — спросил я, а затем достал тюбик питательной пасты и сначала предложил собеседнику.

— Фу, ты эту гадость всё ещё жрешь? Да её даже в гетто уже перестали выдавать, так, если кому-то вес набрать надо или помочь встать на ноги, но чтобы добровольно? Она ведь на вкус как жжёный пластик.

Я пожал плечами, присосался к тюбику.

— Да я как-то уже привык, вкуса практически не чувствую. Не хочешь, как хочешь, что там с цепью?

Кай поморщился, глядя на то, как я с абсолютно невозмутимым лицом поглощаю пасту и, поёжившись, словно тело охватила дрожь, пояснил:

— Например, первое задание — это набить сотню убийств в КиберСанктууме. Вроде ничего сложного, да? Следующее — накопить определенное количество ресурсов, а потом — бам! — и задание на покупку жвачки у местного лавочника.

Я доел остатки пасты, бросил пустой тюбик в воду и сказал:

— Вроде пока всё легко.

Он кивнул и спешно ответил:

— Ага, ключевое слово «пока». Система — она тварь ещё такая, и после целой цепочки простых заданий она внезапно тебе выдает что-нибудь из разряда стать старшим аппаратчиком ОлдГейта. Чтобы ты понимал, насколько это безумно, нынешний штат старших аппаратчиком последний раз обновлялся больше полувека назад. И это всего лишь пример. Как-то слышал, что один чудак почти прошёл всю цепь, как последним заданием ему выдали отправиться в путешествие по всем рубежам и на каждом убить по сотне человек.

А вот это уже было в духе Системы. Хаотичная, совершенно непредсказуемая, в одну секунду могла гладить тебя по голове, напевая на ухо сладкую мелодию, а через мгновение схватить мясницкий тесак и отрезать его одним ударом. Не знаю почему, но осознание того, что я вернулся к привычной госпоже, вызвало у меня на губах широкую улыбку.

— Чего лыбишься? — спросил парень, заметив моё выражение лица.

— Да так, кое-кого вспомнил. Ты мне лучше скажи, эти экскувиаторы и ваша атака — это ведь не совпадение?

Кажется, я только что хирургически точным ударом попал в нерв. Кай обернулся, и впервые за всё время нашего знакомства на его лице появился оскал недоверия. Поздновато он решил играть в недотрогу, но пускай. Если от этого ему станет легче, и я получу доступ к какому-то Бауху, который должен на меня взглянуть, так тому и быть. Тем более его реакция на мой вопрос стала сама по себе ответом, и мне не требовалось вербальное подтверждение.

Остаток пути мы молчали. Точнее, Кай периодически разговаривал с кем-то по телефону и отдавал приказы, которые меня не интересовали. Его фальшивая личина борца с действующим режимом меня не впечатлила, и пускай поначалу принял их группу за обычных бандитов, то, как он говорил и управлял своей сетью, даже чем-то напоминало настоящую организацию.

Кучка обычных горлорезов сейчас бы мародёрила на трупах убитых людей и грабила бы провиант, но кажется, сама атака была для них намного важнее. Меня же их идеалы даже близко не привлекали. Они могут сражаться против наставников Системы сколько им влезет, но в конечном счёте — это как ссать против ветра. Самого забрызгает, а цель останется сухой.

Даже если им удастся, всё равно на место нынешних придут следующие, а те, кто раньше проникался духом революции, сами вкусят запретный плод власти и богатства. История стара как мир: всегда найдутся недовольные и под громкие лозунги начнут сражаться с властью. Зачем? Большинство — от того, что просто нечем заняться, а другие увидят в этом возможность подобраться к общей кормушке.

В любом случае, мне плевать и на тех, и на других. Единственная моя забота на данный момент — это вернуть ватагу и самому в процессе не превратиться в монстра, а окружающий мир пусть хоть сгорит. Тем более, ВР-1 или, как его называли местные, ОлдГейт явно окажется такой же социальной дырой, как и остальные рубежи.

Когда мы добрались до места, то сначала прошли через гудящую трансформаторную, а затем дверь привела нас в просторное помещение. Не думал, что Кай так легко приведёт меня в одно из их убежищ, но парень оказался то ли настолько глуп, то ли наивен, а может, и то, и то вместе. В любом случае, я зашёл, заметил на себе взгляд сразу нескольких человек, и Кай заговорил первым:

— Можешь отдохнуть здесь и нормально поесть. Сменную одежду найдешь в шкафу, парни не особо любят форму гончих, поэтому брось её в топку. Я попрошу кого-нибудь, чтобы нашли Бауха, и он на тебя посмотрит. Мне надо заняться неотложными делами, поэтому, как закончишь, обязательно найди меня, и мы поговорим о том, как ты сможешь мне отплатить.

С этими словами парень ушёл в дальний конец помещения и закрыл за собой дверь. Ко мне подошла смугленькая невысокая девушка с азиатским разрезом глаз и протянула мне руку. Я решил, что она уж точно не будет меня убивать, и последовал за ней. Девушка отвела в душевую, сняла с меня одежду и принялась долго оттирать влажной тряпкой. Всё это время я копался в интерфейсе и пытался найти способ подключиться к ВР-1.

Когда она закончила, то сама сходила за одеждой и вернулась через пару минут. Джинсы, цветастая футболка и лёгкая ветровка с высоким воротом. Я никогда не был привередлив насчёт гардероба, поэтому не стал спорить, натянул предложенное и первым делом закатал рукава. Не красиво будет порвать подарок при первой же опасности.

Снаружи на столе уже ждала еда, но после приступа и кровавой рвоты мне не особо хотелось есть, ту же пасту проглотил, чтобы хоть как-то восстановить потерянную энергию и заставить желудок работать. Для вида, правда, съел заваренную в стаканчике лапшу, ловко орудуя алюминиевыми палочками, и запил полутора литрами воды.

— Ты издеваешься? — раздался громкий голос Кая из соседнего помещения. — Как ты умудрился его потерять? У тебя была всего одна задача — следить за ним!

Под громкий удар дверь открылась, и наружу вышел разъяренный предводитель этой шайки. Он явно был чем-то огорчен и глазами спешно пытался найти кого-то среди толпы. Остальные озадаченно на него смотрели, не позволив себе даже пискнуть, как его взгляд остановился на мне, и парень быстрым шагом пошёл навстречу. Чтобы ты ни задумал, меня это не касается, поэтому даже не пытайся.

— Плохие новости, — произнёс он, усевшись напротив на стул.

— Я уже догадался, но внимательно тебя послушаю, — ответил, аккуратно положив палочки для еды на пластиковый стаканчик лапши быстрого приготовления.

— Очень смешно, брат, но думаю, сейчас ты резко перестанешь улыбаться. Баух пропал, так что у нас с тобой большая проблема.

— Что значит пропал? Может, он ушёл в магазин или у девки какой зависает? Кто вообще этот Баух? Ваш доктор?

— Долго рассказывать, но вообще да, он занимался исследованиями экскувиаторов, поэтому мог бы тебе помочь, но теперь его нет. Мой… скажем так, у нас с ним недавно случился разлад, и мне стоило понять, что он может выдать нечто подобное. Чёрт, меньше надо было бухать! Правильно Лейла говорила, тёлки меня погубят.

Я задумчиво нахмурился, легонько шлёпнул его по щеке, приводя в чувство, и произнёс:

— Ты отвлекаешься. Баух — насколько он хорош?

— Насколько?! А чего, ты думаешь, я так орал? Он не только хорош, но главное, его ищет половина ОлдГейта, включая особый отдел военной полиции. Гончие!

— Ну так разошли своих людей, пускай прошерстят весь рубеж и найдут его. У тебя же их хватает.

Мне едва удалось сдержать улыбку предвкушения, когда говорил эти слова, понимая, что начинаю постепенно подсекать собеседника на крючок. Парень резко повернулся, крепко стиснул зубы и ответил:

— Нельзя нам сейчас светиться. Если по ОлдГейту пойдет молва о том, что какие-то непонятные люди одновременно расспрашивают о Баухе после недавнего нападения, у нас будут проблемы посильнее потери доктора.

Я замолчал и ждал, пока он дойдет до кондиции. Нутро подсказывало, что не существует незаменимых людей, и насколько бы ни был хорош этот Баух, среди сотен тысяч человек на ВР-1 явно найдутся ему равные. А значит, Кай опасался потерять не самого доктора, а что-то, что было при нём. Какой-то предмет или знание, возможно, даже тайну. Парень долго на меня смотрел, а затем, наконец, выпалил:

— Я покажу тебе выход на ВР-1, даже лично проведу. По нему ты всегда сможешь спокойно заходить и возвращаться к нам, но, брат, время тикает. Пускай ты и пережил первый приступ, второй может окажется фатальным. Отыщи Бауха, приведи его ко мне обратно, а я пока узнаю, в какое гетто увели новое пополнение. Сделаешь?

Находиться в тесных отношениях с этими бунтовщиками мне хотелось в последнюю очередь. Однако выбирать сейчас особо не приходилось. При первом варианте посылаю его к чёрту, выхожу на ВР-1 и начинаю самостоятельно вести поиск. Долго, скрупулёзно и, главное, из тени. Вариант номер два: я соглашаюсь на его предложение и потенциально замазываюсь в его делах, что само по себе неприемлемо.

Не успел я попасть на ВР-1, как меня уже пытаются сделать частью какой-то группы. Сначала бригада Сервоголового, затем попытка вписаться в торговые дела кланов, а теперь вот это? Канализационные крысы? Нет, мне всегда лучше действовать одному, на крайний случай, с помощью моей ватаги, которую надо вернуть.

Кай терпеливо смотрел на меня и ждал ответа. Ну выбирай, Смертник!

После нескольких секунд размышления я всё же пришёл к выводу, что с ресурсами этих людей у меня получится быстрее, ведь часики действительно тикали. Я посмотрел на дверь, на сидящих у неё людей и коротко кивнул:

— Ладно, показывай свой выход на ОлдГейт и запиши мне несколько вариантов, куда бы мог отправиться твой доктор Баух.

На лице парня растянулась улыбка и он спешно заговорил:

— Конечно! Снаружи магазинчиком управляет одна из нас. Обязательно поговори с ней и скажи, что пришёл от меня. Она снабдит тебя самым важным и укажет направление. И, брат, — Кай внезапно замолчал, хлопнул меня по плечу и улыбнулся. — Я рад, что мы не стали убивать друг друга.

Глава 2

Пользователь: Смертник. Профессия: Фарматех.

35 лвл – 10 520/ 299 737

Очки характеристик: 0 доступных

Сила: 20

Скорость реакции: 40

Крепость тела: 11

Погружение: 20

//Подключение к сервисам ВР-1 *ОлдГейт*. Успешно//

//Доступны следующие сервисы: Карта местности, посещение КиберСанктуума, карта нового соискателя.

Я оказался в заднем помещении какого-то антикварного магазинчика, где повсюду меня окружали настоящие раритеты. Причем здесь даже находились вещи из эпохи, когда человечество ещё не было знакомо с паровым двигателем. На секунду задумался, было ли оно распечатано на принтере или этим предметам действительно несколько сотен лет?

Кай упоминал, что здесь работает женщина, которая позволяет использовать свой магазинчик как переходную точку между верхним и подземным миром. Я подошёл к двери, кончиками пальцев подцепил ручку и приоткрыл, как в ту же секунду раздался старческий голос:

— Не стесняйся, можешь спокойно входить, в это время у меня практически не бывает клиентов.

Я вошел и заметил, что голос действительно принадлежал пожилой женщине, которая сидела на мягком кресле в весьма маленьком, но при этом уютном заведении. Он качалась в старинном даже на вид кресле-качалке взад-вперёд, ловко орудуя спицами для вязания, и смотрела перед собой белыми как бумажный лист глазами.

Мне удалось внимательно осмотреть местечко, прежде чем войти и закрыть за собой дверь.

Пахло старостью, причём в прямом и переносном смысле этого слова. На стенах висели длинные ковры вместе с потёртыми картинами, а с потолка свисали рукодельные украшения, которые она, видимо, мастерила сама.

Слепая старушка продолжала смотреть перед собой, даже когда я прошёл мимо неё и оказался по ту сторону прилавка. Она лишь дважды быстро вдохнула, ощущая мой запах, и продолжила вязать.

— М-м-м, от тебя пахнет, как от путешественника с другого рубежа, и в последнее время тебе пришлось несладко. Не переживай, можешь здесь спокойно отдохнуть, тебя никто не тронет. Чаю?

Чай? Прежде чем успел ответить, женщина достала старый жестянок ящичек, морщинистой ладонью насыпала щепотку зеленой пыли и залила кипятком из чайника. На вид пойло так себе, но от него приятно пахло освежающими травами, которые, уверен, не пострадали в процессе создания смеси. Женщина размешала все это ложкой и протянула мне напиток. Я сделал короткий глоток, ощутил, как благодарно заурчал живот и впервые за всё время после приступа успокоились кишки.

Вот это эффект! Несмотря на кипяток, мне я несколькими глотками выпил содержимое и благодарно поставил кружку на стойку. Женщина убрала спицы, повернулась и, взглянув сквозь меня, коротко поинтересовалась:

— Ну рассказывай, кто ты такой, и чем я могу тебе помочь.

— От Кая, — ответил, как было велено, и добавил: — он сказал, что вы сможете мне помочь — советом и чем-нибудь ещё более материальным.

— Вот как? — удивленно спросила старушка и указала спицей на стену, застланную ковром.

Я посмотрел сначала на неё, потом на то места, куда она показывала, и подошёл. За ковром оказалась обычная и ничем не примечательная бетонная стена, и такой бы она и осталась, если бы не одно «но».

За спиной послышался писк, и фальшивая ширма отъехала в сторону, обнажая небольшой арсенал.

Вот тебе и старушка, торгующая антиквариатом. Пистолеты-пулеметы, дробовики, револьверы — всё, что душе угодно.

— Если у тебя есть что-нибудь, что тебе принадлежать не должно, лучше оставь это здесь, — проговорила женщина, продолжая заниматься пряжей. — Оружие Верховного аппарата промаркировано и скрупулёзно задокументировано, поэтому если применять, то что-нибудь чистое. Бери, не стесняйся.

Даже так? Вполне логично, особенно учитывая, что у других не будет начищенных и промасленных автоматических винтовок. Отдавать весь боезапас я, конечно не собираюсь, но скинуть кое-что для вида всё же стоит. Я взял дробовик с охапкой патронов с картечью и заметил, как мой взгляд с силой электромагнита притягивает матово поблескивающий револьвер. Рука сама потянулась к нему, но… Не сегодня, дружок, за тобой я вернусь в другой раз. Суровая реальность и понимание предстоящего задания заставили меня взять пистолет с глушителем с магазином на десять патронов.

На стойку легла новенькая автоматическая винтовка чёрного цвета, и фальшь-стена арсенала заехала обратно, скрывая оружейные стойки от посторонних взглядов. Я проверил, как лежит в руке новое оружие и, мысленно улыбнувшись, убрал его в инвентарь.

Так, с этой частью разобрались, что у нас дальше по плану?

Я вернулся к стойке, где меня уже ждал небольшой термос с вмятиной сбоку, словно им кому-то пробили череп, и небольшой жестяной контейнер рядом. Даже не открывая крышку, я ощутил запах зеленых трав, которые старушка заваривала в чай. Женщина ещё раз принюхалась и задумчиво проговорила:

— Если совсем станет невмоготу, лучше пусти себе пулю в голову, а до тех пор чаёк от приступов не избавит, но твои внутренности не будут так часто вздуваться.

— Ты что-то об этом знаешь? — наклонился я вперёд и понизил голос. — Мне сейчас понадобится любая информация.

Женщина прошлась пальцами по пышным седым волосам и ответила:

— Только то, что до тебя были те, от кого так пахло. Не смертью — а кислинкой. Все они среагировали и стали экскувиаторами, но они об этом не знали. Не знали, что их мучает недуг. Ты уже знаешь и ищешь помощи. Чай тебе в этом поможет.

— Откуда тебе это известно? Кай рассказал?

— Ему незачем мне рассказывать такие очевидные вещи, — ответила старушка, делая глоток воды из пластиковой бутылки. — Мальцу ничего неизвестно об истинной сущности ОлдГейта.

— А тебе известно? Мне бы действительно понадобилась твоя помощь.

— Тогда иди к тому, кто тебе сможет её обеспечить. У тебя ведь есть задание? Ты ведь пытаешься найти горе-доктора. Можешь начать с его клиники, там сейчас крутятся гончие, но думаю, у такого как ты всегда найдется способ проникнуть внутрь.

— С чего ты взяла, что у меня он найдётся? Что ты вообще обо мне знаешь?

— Что тебе хочется жить, — ответила она серьёзным голосом, а затем впервые улыбнулась.

Я взял термос с горячей водой, чайную пыль, и перед глазами выскочил интерфейс с точным адресом лаборатории доктора в пяти километрах от меня. Цель намечена, оружие есть, временное обезболивающие булькает в контейнере, а значит, пора выдвигаться и не терять больше времени. Поблагодарил старушку, убедился, что она больше ничего мне не может рассказать и вышел на улицу.

Мимо меня пробежал подросток лет пятнадцати. Он смотрел куда-то за спину, поэтому не заметил, как я вышел из магазинчика, и споткнулся о мою ногу. Парень кубарем покатился, попутно выплёвывая такие ругательства, на которые не был способен даже Приблуда. Я с интересом посмотрел ему вслед, а затем с той стороны, откуда бежал малец, показался отряд людей в форме.

Они стремительно настигли паренька, скрутили в бараний рог и потащили обратно. Дела мелкого ворья меня не интересовали, а вот окружение весьма впечатляло своими габаритами. В сравнении с ВР-2, ОлдГейт, по крайней мере эта часть, выглядел как настоящие каменные джунгли. Даже дорога и та делилась на проезжую часть и тротуары, чего нельзя было заметить на других рубежах.

Я оказался посреди довольно оживлённой улочки, состоящей в основном из мелких заведений. Здесь можно было сделать всё: вкусно поесть, купить новую одежду, воспользоваться услугами массажа и даже снять номер на несколько часов или дней. Дома здесь были высотой не более десяти этажей, с застекленными окнами и довольно чистыми от граффити и других рисунков стенами.

Мимо меня проходили люди, одетые в совершенно разные одежды. Молодые девушки щеголяли лёгкими и коротенькими платьями, те, а что постарше, старались одеваться более скромно. Городские работники носили специальную форму, выделяющую их из основной массы людей. Я увидел даже строго одетых и хорошо ухоженных мужчин, которые расплачивались за обед и садились в припаркованные машины.

Если бы не знал, что нахожусь на ВР-1, то скорее всего подумал, что оказался посреди обычного города. Таким он и являлся, правда, стоило лишь поднять голову, как картина резко менялась. В небе над зданиями периодически пролетали боевые дроны, постоянно патрулирующие окрестности, а ещё выше завис массивный дирижабль.

Мне не удалось рассмотреть его получше, но уверен, что тот завис в воздухе не для красоты. К нему крепился огромный экран, на котором постоянно крутилась пропаганда с улыбающимися здоровыми лицами и единым лозунгом всего ОлдГейта: «Геном – закон. Слабость – преступление». Он продолжал ходить по кругу, часто попадаясь меж сюжетами длинного ролика.

На нём ВР-1 изображался, как место для всех, до тех пор, пока эти все являлись чистокровными. Нередко проскакивали кадры, где в карикатурной, но весьма серьёзной манере наказывали людей, которые представлялись попросту как чёрные тени. У них не было ни имён, ни лиц, лишь контуры силуэтов, заслужившие жить лишь в одном месте — гетто.

Я внимательно следил за роликом, пытаясь понять, в какое место попал, но заметив, что он пошёл по кругу, опустил голову и вернулся в более приземленный мир. Там на меня смотрели с особым интересом, даже не понимая почему. Лишь через мгновение осознал, что слева от меня выстроилась настоящая очередь, терпеливо ожидающая входа в магазинчик. И когда она успела появиться и почему до сих пор меня никто не послал нахер?

Странно. Тем не менее я отошёл на шаг в сторону и позволил им зайти внутрь. Так, стоп, надо всё переварить и хорошенько обмозговать. Первым делом я открыл интерфейс и внимательно изучил новые возможности. Раздел ватаги твердил, что мои товарищи всё ещё живы, только вот не было ни малейшей зацепки — где. То же относилось и к Мыши, по крайней мере иконка ежа ещё не исчезла.

Ежедневных заданий не обнаружил, что было неудивительно, так как город обеспечивали собственные рабочие, да и тридцать единиц кибы за несколько часов бессмысленной работы вряд ли кому-нибудь сделают погоду. К слову о деньгах, в магазинчике ещё заметил, что на небольшом экране вместе привычной кибы, синты и нанитов цены были в каких-то странных единицах. Никогда не видел, чтобы так обозначали какие-либо ресурсы, поэтому нужно будет ещё уточнить на эту тему.

Теперь к самому интересному. Интерфейс объявил, что у меня появилась какая-то карта соискателя. Соискателя чего? В инвентаре её не было, зато сверху появился новый раздел, который носил простое и неброское имя: «Оператор».

//Для подачи заявки на вступление в ряды операторов, вам потребуется карта оператора и регистрация в «Дивизионе». Внимание – для подачи заявки требуется минимальный уровень: элитный наёмник. Показать место на карте ОлдГейт?

//Да. Нет.

Ну допустим, «Да».

Хм, а вот это уже интересно. Перед глазами появилась цифровая карта с ярко красной точкой там, где находился один из трёх местных КиберСанктуумов. Всё равно рано или поздно придётся туда заглянуть, как раз заодно и узнаю, в чём заключалась роль этих самых наёмников.

Прежде, когда таких послали по моему следу в Чистилище, я думал, что речь идёт либо о силовиках, либо об обычных наёмниках, но, видимо, оказался не прав. Раз у меня была возможность записаться в так называемый «Дивизион», значит, на самом деле всё было сложнее, нежели могло показаться на первый взгляд.

Ладно, всё это не то чтобы третье, а двадцать третье дело. Сначала нужно отыскать доктора и выяснить, куда поселили мою ватагу. Мысль о том, чтобы связаться с ними через банк, так и меня и не покидала. Валяющихся туловищ транклов не было рядом, зато кругом целый город и множество ресурсов, которые можно использовать.

Я бесцеремонно сорвал кусок ткани с фасада магазинчика старушки, выхватил помаду из рук проходящей мимо девушки и, присев на колено, принялся писать.

Получилось довольно кривое, но всё же читаемое: «Вы где? С.»

Самым бесцеремонным образом обворованная девушка смотрела на меня, широко раскрыв рот, а когда я закончил, вернул ей огрызок помады, улыбнулся и положил тряпочку в банк ватаги. Надеюсь, где бы они ни были, там найдется помада для ответа.

К слову о банке. Через улицу я заметил отделение, на фасаде которого было написано: «Обмен для других рубежей». Хм, значит, как только нам удалось насобирать кибу, синту и наниты, вдруг мы оказались в месте, где она совершенно бесполезна. Ну почти.

Я перебежал через дорогу, зашёл внутрь и вместо длинной очереди и множества кабинок обнаружил обычные распределительные консоли. Точно такие же, правда, чуть больше, как на других рубежах. Подошёл к одной из них, приложил ладонь, и перед глазами высветилось сообщение:

//Добро пожаловать в банк ОлдГейт. Ставка обмена ресурсов (кибернетический материалы, синтетическая кровь и наниты) на Омни валюту следующая:

Кибернетические материалы 10ед. = 2 Омни

Синтетическая кровь 1 единица = 5 Омни

Наниты 1 ед = 50 омни

Хм, так. Помимо очевидного, обменивать все ресурсы нет смысла. Во-первых, они могут понадобится моей ватаге, во-вторых, никто не отменял использования их для создания или установки имплантов. Огнестрельное оружие — это, конечно, хорошо, но мне понадобится более продвинутое железо, особенно когда пули начнут отскакивать от уродов с высоким показателем крепости тела.

Решил, что для начала мне хватит трёх сотен омни, а даже если понадобится больше, всегда можно заглянуть в один из таких вот банков. Выбрал нужную графу и принялся закидывать ресурсы в открывшийся отдел в центре консоли. Пришлось, правда, запихивать по одному, но в целом понадобилось не так много времени.

В банке ватаги осталась ещё приличное количество ресурсов, молчу уж про сотни килограммов сырой руды, которую грамотно изъяла со складов кланов моя ватага, и, не отходя от кассы, купил себе новенький телефон. В отличие от ВР-2, здесь все щеголяли с чёрными, плоскими раскладушками, а не увесистыми и надёжными кирпичами.

Держать такой в кармане, значит, рисковать остаться без связи в любой момент. Я сразу синхронизировал его с интерфейсом, перенёс уже существующую информацию на него и вызвал Элли. Ну же, скотина, соединяй нас! Нет, память не подводила, однако в глубине души была надежда, что вдруг Система сделает для меня исключение, и сигнал пройдет внутрь гетто.

Однако этого не случилось. Трев, Седьмая, Приблуда, Ваныч — все они были недоступны, поэтому мне ничего не оставалось, как убрать телефон в инвентарь и выйти на улицу. Солнце стояло ещё высоко, лениво выглядывая над колоссальным коконом, который снизу казался поистине монструозным сооружением.

Когда-нибудь, когда всё это кончится, и я верну свою ватагу, обязательно дойду до ворот, ведущих внутрь Города, и посмотрю на них воочию. Уверен, что там соберется львиная часть всего ОлдГейта, желающая попасть внутрь без получения гражданства. Я попробовал отыскать этот пункт в интерфейсе, но его там не оказалось. Всегда можно спросить у любого из прохожих или узнать у Кая и его шайки, однако сейчас это волновало меня в последнюю очередь.

На карте интерфейса всё ещё моргала красная точка, ведущая меня к лаборатории доброго доктора, который должен был взглянуть на моё состояние, и поэтому я, закинувшись половинкой тюбика питательной пасты, собрался с мыслями, засунул руки в карманы куртки и слился с толпой.

***

Глава 3

Лаборатория оказалась на одной из густонаселенных улиц ОлдГейта в весьма непримечательном жилом здании. У входа в подъезд стояли два чёрных автомобиля с изображением красной цепи ДНК и пронзающего её меча. Ублюдки явно расследовали исчезновение доброго доктора, правда, уже не так рьяно. У машины курил один так называемый в народе гончий, член специальной военной полиции ОлдГейта. Ещё двое о чём-то разговаривали у входа и периодически посматривали вверх.

Я решил, что ввязывать в драку посреди рубежа не стоит, и для начала лучше тщательно осмотреться. К счастью, на противоположной стороне улицы была кафешка под открытым небом с удобными круглыми столиками. Сел за один из таких, закинул ногу на ногу и внимательно присмотрелся.

Другой бы на моём месте развернулся и ушёл, решив, что доктора внутри точно не может быть, однако я это понял, ещё находясь под улицами ВР-1. Если он сначала сбежал от своей любимой работы, а по словам Кая, это было именно так, то возвращаться обратно — это полнейшее безумие. Когда человек откуда-то сбегает, обычно на это есть веская причина: опасность для жизни, кража, убийство или, самое очевидное, уход от погони.

Так что Бауха внутри точно не будет, однако может быть то, что упустили из виду городские ищейки. В отличие от них, у меня имелось весомое преимущество в виде уникального импланта, способного проникать и подключаться к сложной технике. Осталось только разобраться, как можно пробраться внутрь, при этом не всполошив военную полицию ОлдГейта.

Я достал новенький телефон, зажал его между пальцами и принялся им крутить, постукивая ребром о стол, словно пытался поймать ритм собственных мыслей. Монотонное действие постепенно убаюкивало разум и погружало в своего рода транс. Мне удалось полностью сфокусироваться на здании, как вдруг перед глазами стали появляться редкие и замытые цифры.

Нечто подобное уже происходило, когда Нейролинк оценивал в процентах потенциальный угол атаки врага. Ещё раньше подобный трюк я пытался провести на резне против ежей, но безуспешно. Складывалось такое впечатление, словно я пытался воспользоваться тем, что мне ещё не было доступно. Скрытая возможность, тайное умение или заблокированная функция импланта, отказывающаяся подчиняться. Пока что…

Я прищурился, когда перед глазами появился аккуратный женский бюст, выглядывающий из расстёгнутой на груди белой рубашки. Ох уж эта эволюция со своими цепочками ДНК, сложными нейронами, сморщенным как пальцы после горячего душа мозгом и миллионами миллионов лет постоянного прогресса. Однако простые половые признаки, выпяченные напоказ, смогли нарушить глубокую концентрацию усердно работающего разума.

Проще говоря, меня отвлекли примечательной и довольно симпатичной парой сисек.

Девушка поставила на столик крохотную чашечку с приятно пахнущим кофе, улыбнулась, заправляя золотистый локон за ухо, и на прощание стрельнула на меня взглядом. Не помню, чтобы заказывал напиток и тем более платил, но чёрт, как же от него соблазнительно несло терпкостью и зарядом бодрости. А дополнительная порция кофеина перед таким делом уж точно никому не помешает.

Я поднёс чашечку к губам и, сделав глоток, медленно выдохнул. Кайф…

Видимо, вселенная решила, что насладиться покоем или заняться делом мне сегодня точно не дадут, поэтому в левой руке раздался звонок телефона, и я, не глядя, откинул крышку и нажал на клавишу с изображением зеленой трубки.

— Трев? — инстинктивно вырвалось из глотки.

— Кто? Нет, это я, Кай. Звоню спросить, как идут дела, удалось уже что-нибудь отыскать?

У парнишки явно сдавали нервы, и это чётко читалось в его голосе. Прошло от силы два часа, а он уже ожидал от меня каких-то результатов. Придётся его огорчить.

— Только добрался до места, здесь кругом твои хорошие знакомые. Другого входа нет?

— Падла, — выдыхая сигаретный дым, выругался он и продолжил. — Я так и думал, что они не оставят его в покое. Значит, за лабой всё ещё следят. И насколько мне известно, другого входа нет. Есть, правда, биоотстойник, в который сливали все жидкости и отходы после экспериментов, но ты слишком крупный и не пролезешь внутрь. Я пошлю к тебе Лейлу, она неплохо знает местность, к тому же две головы лучше, чем одна, правда?

— Отставить, — резко выпалил я, делая глоток божественного кофе. — Двое — уже толпа, я сам справлюсь. Ты лучше сиди тихо и нервоточь молча, а лучше ищи, куда отправили мою ватагу.

Вот же сука, я только что проговорился? Ладно, сказанного не вернешь, и теперь он знает кого я ищу в этих гетто.

— Ватага, да? Ну хорошо, раз тогда решил раскрыть свой секрет, может, назовёшь хотя бы имя? Так будет проще отыскать, чем спрашивать всех о ватаге Смертника.

Я подумал, кто скорее всего покажет себя ярче остальных, и ухмыльнувшись, ответил:

— Седьмая. Ищи девушку по имени Седьмая.

— Хм, такое погоняло должно быть редким даже в гетто, но я тебя понял. Найдешь и приведёшь мне Бауха, а я скажу, в какой сектор гетто отправили твою Седьмую, договорились?

Я ничего не ответил и молча положил трубку. Ещё не хватало пожимать руки и связывать себя обязательствами с этими людьми. Бауха найду в любом случае, так как от этого зависит моё благополучие, и если понадобится, приведу его обратно под улицы. Но если этот предводитель маленькой армии решит меня кинуть… В общем, лучше ему этого не делать.

Залпом допил кофе и попытался вновь сконцентрироваться на поисках входа, отстукивая ритм в этот раз не телефоном — а указательным пальцем. Раз, два, три, раз, два, три. Перед глазами лениво вытягивались мутные или ребристые цифры, примерно оценивая успешность проникновения внутрь. Неудивительно, но самая низкая была через главный вход, где стояли люди, а вот вариант в шестьдесят восемь процентов порадовал куда больше.

Правда, для этого требовалось забраться на крышу соседнего здания, перепрыгнуть на другое и уже потом спускаться по пожарной лестнице. Возможно, и там будут стоять стражи закона, но с ними, если что, справлюсь тихо и в идеале без жертв. План постепенно вырисовывался, как вдруг передо мной оказался уже знакомый бюст девушки. А она знала, как пользоваться своим явным достоинством!

Официантка вновь улыбнулась, поставила пустую чашечку на поднос и протянула раскрытую ладонь, на которой был выбит индекс. Я молча прислонил свой, и с личного счёта списались пять омни. Неплохо они заряжают за одну порцию бодрящего напитка, правда, ещё не совсем понимал, много это или мало.

Девушка вильнула бёдрами и довольная отправилась прочь. Я уж приготовился закрывать интерфейс и приступать к проникновению, как вдруг заметил оставленное сообщение. На нём ярким синим цветом был выделен её номер телефона рядом с изображением персика в виде сердечка. Я мысленно ухмыльнулся, решив, что сейчас не до романтических утех, а затем мой взгляд остановился на том, что оказалось для меня полной неожиданностью.

Цепочка, мать её, ДНК с подробными маркерами, описывающими: фенотип, мутационные паттерны, уровень чистоты, психогенетический профиль, иммунопрофиль и потенциальную наследственность. От количества информации и цифр у меня голова шла ходуном, а я задумался.

Так мне предложили потрахаться или создать полноценную династию чистой крови? Неужели где-то в дебрях интерфейса находилась подобная информация и обо мне? Что стало со старым добрым ухаживанием или на крайний случай сиськами в рожу?

Признаюсь, если сначала моё мужское начало подначивало отлучиться на часик-другой, то после увиденного у меня пропало всё желание. Я посмотрел по сторонам, увидел мирно гуляющие парочки и задумался, неужели всё здесь происходило именно так? Люди сходились на исключительно прагматичных и холодных условиях, а внешний вид и размер инструмента был всего лишь приятным бонусом? Жуть… но, чёрт возьми, жуть весьма практичная.

Вывалить на стол на обозрение всего общества, видимо, всё ещё считалось дурным тоном, а вот украдкой отослать свой биологический профиль, как бы намекая на интим, — другое дело. Всего лишь иная версия обычной фотки обнажёнки. Я поймал себя на мысли, что слишком долго пытаюсь углубиться в размышления о местных нравах, поэтому встал со стула и направился к пешеходному переходу.

Однако номерок на всякий случай сохранил, если вдруг понадобится место, где можно переночевать.

Я перешёл через дорогу, прошёл мимо дежурных машин и краем глаза посмотрел на гончих. Вооружены, на груди бронежилеты, которые вряд ли пригодятся. Нужно обязательно выяснить минимальный уровень местных стражей, чтобы примерно представлять, с чем придётся иметь дело в будущем. Я добрался до соседнего здания, вошёл в подъезд и поднялся по лестнице.

Мимолётом взглянул на свой тридцать пятый уровень и прикусив губу, задумался, что неплохо бы его поднять до сорокового и взять новый социальный уровень. Регистрация в Дивизионе всё равно требовала ранга не ниже элитного наёмника, а потолок ВР-1 подскочил до шестидесятого.

Получается, я пока вдвое слабее местных топов, но смогу, если что, компенсировать эту разницу Нейролинком. Залезать в КС и проходить сценарии в соло, пока мои товарищи гниют в гетто, не особо хотелось, однако от моих характеристик напрямую зависело и их спасение. Опыт научил, что даже самый идеальный план имеет свойство идти по одному и всем очень известному месту.

Так доказал ВР-3, ВР-2, и, думаю, Первый не станет исключением. «Всегда рассчитывай на худшее, тогда будешь ко всему готов», — именно так звучал лозунг пессимистов, но я называл его главным правилом реалиста. Пока что оно смогло довести меня аж до стен Кокона, так что не вижу смысла игнорировать его дальше.

В размышлениях поднялся на последний десятый этаж, попутно встречая выходящих из квартир жителей. Как и ожидалось, они смотрели на меня с опаской, не узнавая во мне одного из них, но это вполне нормально. Сверху находился люк, ведущий на чердак, но без лестницы. Я подковырнул его кончиком клинка, ловко оттолкнулся от стены и зацепился пальцами за край. На всякий случай закрыл за собой люк, если кто-нибудь особенно любопытный решит заглянуть внутрь, и через чердак добрался до покатой крыши.

Наверху я первым делом осмотрел небо на наличие патрулирующих дронов и, убедившись, что оно чисто, направился к месту прыжка. Вблизи пропасть оказалась намного больше, чем виделось снизу, но с разбега, думаю, всё же смогу её преодолеть. Вообще, пересекать огромные ямы и каньоны стало для меня чем-то вроде хобби. Я перебрался через пропасть ВР-3, пересёк выжженное ничто на поезде до Чистилища с ВР-2, а затем по воздуху до Первого рубежа, так что какой-то небольшой обрыв не станет для меня непреодолимым препятствием.

Мне удалось как можно дальше разбежаться, попутно сохраняя баланс, и прыгнуть. Колени дали о себе знать, когда на я всей скорости врезался в бетонную стену, но руки успели зацепиться. Я подтянулся и оказался на плоской крыше требуемого мне здания. Ещё с улицы видел открытые окна и часто мелькающую голову в фуражке на шестом этаже. Думаю, в любом случае биологическую лабораторию не пропущу, но тогда даже и подумать не мог, что ею окажется всё здание.

Я открыл дверь на крыше и спустился по лестнице, как вдруг меня поприветствовала крепкая дверь с цифровым замком. Она явно отличалась от обычных дверей, которые встретил в соседнем здании, и вела вглубь лабораторного комплекса. По бокам толстое стекло, сквозь которое можно было заметить несколько светлых помещений и какое-то оборудование. Все они мне не нужны, меня лишь интересовало то, где работал Баух, и личная квартирка, которая, по словам Кая, также находилась где-то здесь.

Я воспользовался Нейролинком и подключился к оказавшемуся весьма сложным замку. Требовалась двухфакторная авторизации сначала через индекс, а затем путём голосового подтверждения. Нутром я чувствовал, что существует способ обойти замок, и даже понимал, что с этим справится мой имплант, но вот знаний и опыта мне всё ещё не хватало. Чёрт, видимо, всё же придётся брать сороковой уровень и быстро пройти задание на повышение социалки. Если всё будет как раньше, то с новым рангом откроется и расширение для Нейролинка.

Единственное, мне удалось замкнуть цепь, которая вела к сигнализации, и в случае проникновения она теперь не сработает. По крайней мере, от замка. Настала пора проверять, и я вонзил оба клинка засов и разрезал плотный металл. Пришлось, правда, пошуметь, но другого способа проникнуть внутрь не было.

Пока не набежали гончие, я зашёл внутрь и быстро огляделся. На этаже размещалось примерно двадцать офисных помещений, осматривать каждое из которых у меня попросту не было времени. Однако передо мной находилась стойка регистратуры, за которой оказался вполне обычный компьютер с пузатым монитором и тугими клавишами на клавиатуре.

Я думал, что на рубежах всё завязано на интерфейс, но приятно удивился наличию физического оборудования. Конечно же, на нём стоял пароль! Я прикинул дважды два, в обе строки ввёл по слову «Админ» и нажал ввод. Чёрт, а сработало! Никогда не стоит недооценивать глупость и лень обычных пользователей.

Так, мне нужен Баух… Баух… Баух… Баух… Вот он! Как и предполагалось, его лаборатория на шестом этаже. Значит, спускаемся на четыре вниз и стараемся так можно меньше шуметь. На всякий случай закрыл все окна, вернулся на главный экран форму ввода пароля и отыскал пожарную лестницу. Лифты явно заблокированы, но зато, пока здесь проводили расследование, всех работников лаборатории отправили по домам.

Я отыскал пожарную лестницу и быстро спустился вниз, периодически выглядывая, нет ли кого снизу. На седьмом этаже удача меня покинула, и мужчина в форме отрапортовал по рации, что собирается подняться наверх и расследовать шум. Вот же паскуда! Можно вернуться обратно, спрятаться на десятом, дать ему пройти мимо, а затем побежать вниз. Однако в таком случае он обнаружит взлом и оповестит своих коллег.

Значит, пропускать его нельзя…

Я достал пистолет с глушителем, спрятал его за спину и, опустив голову, быстро засеменил по ступенькам вниз. Противник заметил меня на лестничном пролете и не сразу понял, кто находится перед ним. Я быстро спускался, словно планировал мимо него пробежать, а когда тот потянулся за оружием, мне удалось схватить его за запястье и со всей силы ударить рукоятью пистолета в висок.

Он рухнул на ступеньки, а я забрал его оружие себе — мне нужнее. Кончики указательного и среднего пальца сумели нащупать пульс, но внутренний мясник всё ещё требовал его добить. Нет, убивать без нужды не стану, так как каждый труп оставит после себя кровавый след, который рано или поздно приведёт ко мне.

Я оставил гончего без сознания и, считая секунды, добрался до шестого этажа. Баух, Баух, ну и где твоя берлога? Вместо того, чтобы пробовать пароль «админ», в этот раз побежал вдоль кабинетов, попросту выискивая нужную фамилию на двери. Она, конечно же, оказалась в самом дальнем конце этажа. Доктор Баух. Кандидат биологических наук. Экзобиолог. Специальность: Форма жизни Экскувиаторов.

Вот ты-то как раз мне и нужен. С пистолетом в руках я приоткрыл дверь и, не обнаружив никого, проскользнул внутрь. Лабораторное оборудование, тонны оборудования. В соседнем помещении находились клетки, от которых отвратительно воняло знакомым запахом монстров.

Они держали их здесь? Посреди города, напротив кафе, где работали люди? Пускай, на стенах и не было окон, а сама дверь запиралась на крепкий замок, это всё равно полнейшее безрассудство. Им что, не было известно о произошедшем на ВР-2, и в какую биологическую массу могут собраться эти твари, если им дать доступ к постоянному источнику питания? Может, Баух оказался не таким уж и умным, как о нём говорил Кай?

Вместо построения догадок, я нашёл лабораторный компьютер и погрузился в недавние записи. Отчёты, отчёты и ещё раз отчёты. Описание экспериментов и снова отчёты и отчёты. Чем они здесь занимались? Судя по общей информации, пытались выяснить, как можно бороться с монстрами без привычных способов. Однако опять же — где? Здесь? Посреди ОлдГейта?

Ладно, оставим этичность для философов и возьмёмся за более сочный и жирный кусок информации, которого здесь, конечно же, не оказалось. Все логи были давно прочитаны и, думаю, скопированы гончими, так что мне здесь искать нечего. Да и не думаю, что Баух оставит личную информацию на рабочем компьютере, тем более без пароля. Значит, посмотрим на его квартирку.

Она оказалась на другом конце этажа, где жили работающие здесь сотрудники. Дверь уже была взломана, а внутри царил полнейший бардак. Здесь уже успел поработать специальный отдел, разворошив всё, включая даже матрасы и пол. На первый взгляд, здесь могло сложиться впечатление, будто прошла настоящая битва или как минимум ураган, но это всего лишь результаты скрупулезной работы следаков. Однако люди есть люди, и даже опытные ищейки могут что-нибудь да пропустить.

Кай описал Бауха, как человека замкнутого и необщительного, а такие обычно те ещё параноики. Если он вёл личные записи, а в этом я даже не сомневался, то вряд ли найду их на личном компьютере человека, а вот на какой-нибудь заныканной флешке может оказаться настоящая вкуснятина. Осталось только её найти, если её уже не отыскали.

Плинтусы и розетки выкорчеваны, все коробки с лекарствами и лабораторным оборудованием валяются пустые на полу, даже унитаз вырвали с корнем и заглянули в сточные трубы. Чёрт, а они действительно проверили все места. Нет, если доктор оказался именно таким, как описал его Кай, нужно мыслить в совершенно другом направлении.

Все очевидные места уже обыскали, значит, нужно посмотреть в неочевидных, например, в разбросанном на полу мусоре. Пустые и наполовину опустошенные пузырьки из-под лекарств, какие-то мази и колбочки. Так, что ещё? Что ещё? Инструменты, отвёртки, гаечные ключи…

Я схватил отвёртку и резким движением сорвался рукоятку — пусто. Надеяться, что всё окажется настолько очевидным — безумие, но где-то же должно быть хоть что-нибудь. Какая-то зацепка, которая поможет напасть на след нашего безумного доктора.

На мгновение в голове проскользнула мысль: а может ну его к чёрту? В конце концов, что, на нём свет сошёлся клином, и мало во всём ОлдГейте людей, которые занимаются проблемой реакции? Явно должны существовать целые исследовательские отделы, в том числе и лечебные заведения, хотя бы для того, чтобы проводить добровольные эксперименты на людях.

Ага. Там меня посадят на цепь, превратят в личную игольницу, а потом вообще выяснят, что в моём послужном списке значится уничтожение целого Чистилища. Нет, общественные клиники для меня не выход, и единственная надежда — это специалист, который не хочет, чтобы его отыскали.

Пока раздумывал, в уголке кухне на столе возле плиты заметил лежащего лицом вниз игрушечного медвежонка. С виду обычная игрушка, тем более, что её уже успели выпотрошить, но меня больше привлекал внешний вид. Если не такого же, то очень похожего я видел в магазинчике старушки, одного из тех, которых она делала самостоятельно. Кто ей мешал, по особому заказу, сделать нечто уникальное?

Я схватил игрушку, спешно покрутил в руках и вытащил весь пух наружу. Внутри оказался небольшой механизм, который при нажатии должен был издавать противно милый звук. К нему была подключена обычная пальчиковая литиевая батарейка, которая по весу казалась слишком лёгкой и тем более не питала устройство.

Я, предвкушая следующие секунды, вырвал её из игрушки, кончиком ножа подковырнул фальшивую крышку и улыбнулся. Маленькая, я бы даже сказал, крохотная флешка идеально помещалась внутрь, словно была создана специально для того, чтобы залезать в пальчиковые батарейки.

Мне удалось её выковырять и внимательно рассмотреть. При контакте с большим пальцем, выстрелил готовый к работе разъем, и всё, что мне требовалось, — это место, куда смогу его вставить. Подошёл бы любой компьютер, включая даже местный, но думаю, рано или поздно гончие заметят молчание своего коллеги и запустят тревогу по всему зданию. К этому моменту мне лучше быть на другом конце если не города, то хотя бы улицы, дабы не вызвать даже и капли подозрений.

Я убрал флешку в инвентарь, выглянул в окно, ведущее на торец здания, и прикинул, как больно будет падать с шестого этажа. К счастью, внизу оказался мусорный контейнер, который давненько не вывозили, а идущая от него аллея рано или поздно выводила на дорогу, которая тянулась до ближайшего КиберСанктуума. Как раз там получится быстро погрузиться в сценарий, и я найду компьютер, который смогу использовать для получения информации.

Пускай мне и не удалось отыскать Бауха, но только что я приблизился не на шаг, а на целый прыжок к своей цели. Теперь главное не сходить с пути и двигаться дальше.

Не бойся, добрый доктор, от меня ещё никто и никогда не скрывался.

Глава 4

Лог№ 58

Вчера узнал, что один принтер возвели без моего согласия где-то далеко за рубежами. Причём его не стали подключать к общей системе, иначе я бы узнал. После того, как города-фабрики заработали на полную мощность, корпорация начала использовать принтеры не только для печати новых тел, но и для производства всего подряд.

Моё возражение они конечно же выслушали, но уверен, что забыли о нём в ту же секунду. Я не могу с полной уверенностью утверждать, что произойдёт при перепрофилировании объектов и каков будет результат, если вместо людей начать печатать пирожки. В теории, понадобится сверхточная калибровка, чтобы в эти самые пирожки не засовывали матричные импринты, но для этого понадобится огромная интеллектуальная мощь человечества или…

Или одна система, управляющая всей цепью.

Не знаю, будет ли кто-нибудь слушать мои записи, поэтому не стану перегружать бессмысленными терминами и скажу прямо — результат мне неизвестен. Хотя уверен, что это их не остановит, и вскоре, когда людей станет достаточно, они начнут воспроизводить целые города. Похвально, разве нет? Тогда откуда во мне эта тревога?

Я давно уже перестал работать над проектом, меня выгнали с должности надзирателя после того, что я сделал. Мою вину доказать им не удалось, но фабрика пала под моим надзором — так что мне и отвечать. Неважно. Теперь я живу в Городе в небольшой квартирке на самом отшибе, которую мне подарили за все предыдущие заслуги.

Я даже смирился с мыслью, что моё имя постепенно пропадает с уст людей, и слава создателя технологии воспроизведения померкнет и практически испарится. Однако единственное, что до сих пор не дает покоя, — это осознание того факта, что мою технологию используют как обычный фабричный станок.

Что дальше? Начнут печатать ватные палочки для ушей? Нет, несомненно, вещь полезная, сам по утрам использую, но гордость берёт своё. Не для того я положил двадцать три года на создание и улучшение технологии. Не для того потерял жену и не разговаривал с детьми, когда месяцами спал в НИИ. Моя технология должна была стать тем самым инструментом, который решит десятки, а может даже сотни проблем!

Наверное, лучше об этом не думать, особенно когда за мной постоянно следят. Мне кажется, корпорация хочет, чтобы я знал об этом и никогда не забывал, но разум невозможно посадить в клетку. В последнее время мне на ум постоянно приходит одна мысль. Я буквально становлюсь одержим её и не могу нормально выспаться.

Быть может, во мне найдутся ещё силы для небольшого личного проекта… так… скажем, больше для собственного успокоения, нежели для общества. Ведь видит Бог, с прорывными технологиями для всеобщего блага я точно завязал.

Откуда у доброго доктора целый лог того самого надзирателя? Я ожидал найти всё что угодно на его личной флешке, включая дневник, в который он записывал свои влажные фантазии, но такое? Дневник мне, кстати, удалось обнаружить, но полистав пару страничек, понял, что там вряд ли что-нибудь найдётся, указывающее на местоположение моей цели.

Однако найденный кусочек лога меня приятно удивил, хоть и содержимое оказалось не столь интересным. Значит, в какое-то время, после саботажа будущего Чистилища, доктора забрали в Город, поселили чёрт пойми и где и постоянно следили, дабы он не учудил что-нибудь похлеще. Видимо, его лицо всё ещё было достаточно популярным, и от него не смогли избавиться так просто.

Интересно осознавать, что у нас было нечто общее с этим человеком. Не всенародная популярность, конечно, а то, что нам обоим удалось уничтожить целый город-фабрику. Ему — более изящно и научно, но всё же. Однако отсюда возникал вполне закономерный вопрос: откуда у Бауха был целый лог? Те кусочки информации, которые я скрупулезно собирал и хранил в личной библиотеке, удалось получить с установленных в принтерах серверов. Неужели ему удалось проникнуть в один из таких, или он напрямую получил доступ по роду деятельности?

К сожалению, мне так и не удалось обнаружить на карте местный принтер, который, видимо, находился где-то за ОлдГейтом. Как бы то ни было, выудить больше информации, сидя за компьютером, у меня не получится. Я сделал глоток растворимого кофе и откинулся на спинку кресла.

В КиберСанктууме, который оказался настолько огромным, что вместо оператора меня встретила консоль управления, где пришлось самостоятельно записаться в очередь, находилась зона ожидания. Как обычно, столики, бар, где можно было выпить или поесть, а также небольшой компьютерный уголок. Мне всё ещё не было понятно, откуда такая одержимость аппаратами, учитывая, что каждый в голове носил личный интерфейс, но видимо, дело всё же в функционале.

К интерфейсу нельзя подключить флешку, вонзив себе её в ладонь, для обработки информации всё равно требовалась машина — а не человеческий мозг. К тому же не будем забывать про доступность. В отличие от других рубежей, здесь цвели и пахли полноценные организации со своими сложными структурами. А где структура — там и тонны информации. Не давать же всем доступ к собственному интерфейсу, бегая от индекса до индекса. Для этого существует киберпространство, к которому подключались эти машины.

С помощью него я мог связаться с каким-нибудь бедолагой на другом конце ОлдГейта и не только поговорить с ним, но и обменяться информацией. Создавать личный аккаунт не пришлось, так как мой матричный импринт отлично считывался через индекс на левой руке, через который так же списывалась плата за пользование.

Я сделал ещё один глоток, грустно посмотрел на плещущиеся на дне остатки и залпом всё допил. Прямого адреса, где бы схоронился Баух, мне так и не удалось отыскать, однако вместо места физического нашлось виртуальное. Он зачем-то хранил несколько адресов киберпространства в отдельных файлах на носителе, один из которых назывался простым словом «безопасность».

Я скопировал адрес, ввёл в строку, и на весь экран вылезла страница местного борделя. Портянки и портянки информации о местных служительницах, опять генетическая переносимость, мутационные паттерны, цепи и прочее. Чтобы добраться до фотографий весьма привлекательных жриц, пришлось промотать три страницы с подробным описанием каждой.

То ли они не знали, что такое маркетинг, то ли как раз наоборот, слишком хорошо понимали местную публику. Тем не менее, удивительно, что Баух выбрал это место и тем более назвал его «безопасность». Думаю, если его там нет, то точно найдётся информация о том, где он может находиться. Главное, потуже набить кошелек и не приходить туда с пустыми руками.

К слову о деньгах. В КС часто проходили соревнования, где можно было поучаствовать и даже выиграть неплохую сумму. Желающие соперничали сразу в нескольких категориях: быстрое прохождение сценария, убийство волн противников, следующих одна за другой, скрытное проникновение и прочие игровые механики.

Подмывало записаться и заработать деньжат, но только вот для участия требовалась ватага или хотя бы группа, а единственная категория, допускающая соло прохождение, — это стелс. Выражаясь другими словами — скука.

Пока подходила моя очередь, я ещё раз проверил содержимое флешки, не обнаружил ничего интересного и убрал устройство в инвентарь. Сессия автоматически завершилась, а после небольшой прокачки меня будет ждать поход в бордель, жаль, что не развлечения ради. У меня ещё осталось около десяти минут, поэтому решил, раз уж рядом, загляну в эти ваши Дивизионы.

Я встал со стула, вышел в огромное помещение, где, конечно же, в центре была изваяна статуя в виде главного символа всего ОлдГейта. Людей было столько, что даже человек с красным носком на голове мог с лёгкостью здесь затеряться. Высокие потолки, широкие лестницы и начищенный до блеска кафель придавали этому месту некое подобие сходства с настоящим дворцом.

Налево уходил коридор, ведущий в основной и светлый комплекс КиберСанктуума, а вправо, в более тёмный проход, уходила дорога в Дивизион. На всякий случай, я ещё раз взглянул на часы и пошёл за отрядом вооруженных людей. По пути удалось подслушать, о чём они говорили, и стало понятно, что эти люди только что вернулись с какого-то задания.

Внутри оказалось довольно просторно, хоть и после КС я ощущал себя немного зажатым в размерах. На входе сидела приятная девушка, за спиной которой висел огромный настенный герб в виде мощного щита, обильно усыпанного лепестками цветов. Не то, что приходило на ум при упоминании слова «дивизион», но выглядело это весьма внушительно.

Вооруженные люди, хлопая друг друга по спине, кучно отправились к наставленным у стены консолям, а меня поприветствовала девушка. Она внимательно осмотрела меня профессиональным взглядом и отметила, что пускай одет неброско, моё тело и лицо говорит само за себя.

— Добро пожаловать в Дивизион. Вы пришли, чтобы записаться?

Я улыбнулся, посмотрел по сторонам и с интересом спросил:

— Это зависит от многих факторов, начнём с того, что неплохо бы знать, чем вы здесь занимаетесь.

Девушка сохранила профессионализм и с натянутой улыбкой ответила:

— Конечно. Дивизион — милитаризированная структура, напрямую подчиняющаяся верховному аппарату и верховному лидеру. Мы уже сотни лет стоим на страже ОлдГейта и Города-Кокона, защищая как и жителей, так и гостей с других рубежей. Наш главный лозунг напрямую связан с…

Её голос превратился в белый шум, когда она штудировала заученный текст, а я краем глаза заметил, что из-за поворота вышла девушка в чёрной тактической форме. Она двигалась быстрым шагом, явно чем-то раздраженная, и на ходу сняв шлем, распустила пышные рыжие волосы. Наши взгляды сошлись на мгновение, как вдруг мир вокруг перестал быть пустым и вновь вернулся на первый план.

— Геном — закон, слабость — преступление, — закончила девушка и ждала моего ответа.

Я повернулся, понял, как только что пропустил мимо ушей все её слова и поинтересовался:

— От кого защищаете?

— От кого? От экскувиаторов, конечно! — ответила она, слегка наклонив голову. — Они являются главной заразой ОлдГейта, а наши бравые наёмники всегда готовы дать им отпор. Вас заинтересовало?

Рыжеволосая прошла мимо, оставив после себя приятный запах, а я коротко кивнул.

— Возможно.

— Тогда прошу, предъявите ваш индекс, и я быстро проведу тест на совместимость, чтобы лучше оценить ваши боевые характеристики и записать в подходящий отряд. Вы с ватагой?

Я медленно покачал головой из стороны в сторону и протянул ей ладонь. Секунда, другая, и девушка огорченно выдохнула и пожала плечами.

— К сожалению, для вступления вам требуется социальный ранг элитного наёмника, но если хотите, у нас существует программа, где мы собираюсь группы новичков, которые могут сообща…

— Я понял, — прервал её, пока она не свела меня с какими-нибудь желторотиками. — Вернусь, когда обзаведусь подходящим социальным уровнем.

— Я отправила вам полный пакет с гарантированными социальными услугами и похоронным бонусом, — крикнула она не в спину, и я заметил, как перед глазами выскочила портянка текста.

Сохранить её, к сожалению, было нельзя, поэтому я быстро пробежался взглядом и закрыл. Если в двух словах, то Дивизион — это кучка наёмных наёмников, как бы парадоксально это ни звучало. Видимо, угроза монстров действительно была настолько велика, что гончие ОлдГейта не справлялись самостоятельно.

Операторы, значит, да? Ну возможно, возможно, только после того, как найду Бауха, излечусь от недуга и верну свою ватагу. Нам ещё предстоит пройти эту цепочку заданий на гражданство, и нутро подсказывало, что без тонны ресурсов и слаженной работы нам не обойтись. Однако для всего требовался социальный уровень элитного наёмника как подпорка для дальнейшего роста.

Время постепенно подходило к концу и мне пришлось спешно вернуться в КиберСанктуум, пока кто-нибудь не занял моё место. Среди бесконечных рядов капсул, которые со стороны выглядели как поле, усеянное начищенными гробами, где-то находилась моя. Я следовал указателям интерфейса, пока не услышал чей-то недовольный голос.

— Что значит «занято»? Я бронировала её ещё сутки назад! Вот, идиот, сам посмотри!

— Я приношу свои извинения, но такое иногда случается, — спокойным голосом парировал лысый мужчина и учтиво добавил. — И прошу, не надо выражаться. Клиент на этот сценарий уже здесь, поэтому, пожалуйста, вернитесь к консоли за повторной регистрацией.

Я медленным шагом добрался до открытой капсулы, посмотрел на спорящих людей и заметил, что одна из них была та самая рыжеволосая девушка из Дивизиона. Она уже успела снять с себя чёрную форму и, сложив руки на груди, стояла в обтягивающих синих джинсах и короткой розовой футболке. Надо признать, что одежда неплохо подчёркивала как широкие бёдра и длинные ноги девушки, так и узкую талию. Она увидела, куда смотрит оператор и резко обернулась.

— Пф, меня не волнует, что клиент уже здесь, потому я твой клиент! — взорвалась она, хватая бедолагу за грудки. — У меня бронь со вчерашнего утра!

— Я повторяю, такое иногда случается, и бронь наложилась на бронь. Система автоматически и совершенно случайным образом определяет наёмника и решает проблему. Если у вас есть претензии к Системе, то вы всегда можете подать жалобу в верховный аппарат Первого рубежа.

Настроение девушки резко изменилось, и она, отпустив мужчину, отошла на шаг назад. Я всё это время молча наблюдал за происходящим, стараясь не особо привлекать к себе внимание, как она резко повернулась и обратилась уже ко мне:

— Слушай, я понимаю, Система выбрала тебя, но уступи место, мне кровь из носу надо качнуться именно сегодня. Завтра группой идти на задание, а я по уровню не подхожу, понимаешь? Специально этот сценарий ждала из-за его жирности на опыт.

Жирности на опыт? Хм, вот этого я неплохо подошёл, и если раньше я ещё бы подумал, то теперь такой кусок хочу отхватить исключительно для себя. К тому же, я сюда тоже не развлекаться пришёл, а заниматься делом, и время поджимало как никогда.

— Возможно, существует другой вариант, — вдруг заговорил мужчина, выглядывая из-за спины стоящей напротив девушки. — Если клиент того пожелает, то существует возможность разделить сценарий на двоих. Для этого не обязательно находиться в одной ватаге, достаточно лишь загрузиться в группе. Конечно, если клиент этого захочет.

Идти в группе неизвестно с кем? Нет уж, увольте. Мне пришлось потратить немало времени, чтобы притереться к своей ватаге, а теперь доверить пускай и виртуальный, но всё же тыл незнакомке? С другой стороны, она из Дивизиона и может знать кого-нибудь полезного или иметь доступ к сети организации.

Девушка смотрела на меня большими голубыми глазами и в лёгком нетерпении морщила обильно усыпанный веснушками носик. Я прикинул варианты и сам себе напомнил, что сценарии любили группы, чем крупнее — тем больше опыта с монстров и, естественно, выше сложность. Последнее меня не волновало, а вот драгоценный ресурс… Возможно, здесь есть о чём подумать.

— Ну же… — нетерпеливо поторопила меня девушка. — Давай, помоги даме в беде, последний раз прошу, больше уговаривать не стану.

— И не надо, — я улыбнулся и одобрительно кивнул мужчине. — меня Смертник зовут.

— Фокс, — коротко ответила девушка, на губах которой растянулась довольная улыбка.

«Фокс»? Серьезно? А была бы брюнеткой, обозвалась бы «Чернобуркой»? Ладно, не мне обсуждать чужие позывные и прозвища.

— Фокс? Думал прозвища носят только те, кто живёт в гетто.

Девушка поставила одну ногу в капсулу, словно пыталась залезть в бассейн, а затем ответила:

— Это не прозвище — а тег оператора, нам же с тобой, в конце концов, не детей крестить, поэтому зачем тебе знать моё имя? Можешь называть меня просто Фокс.

— Ну значит, тогда я просто Смертник, — ответил, так же залезая в свою капсулу.

— Эм, а вы ни о чём не забыли? — напомнил о себе мужчина, протягивая свой универсальный индекс.

— Чего? Я тебе уже заплатила! — недовольно фыркнула девушка. — Или ты ещё и плату мою списал?

Человек медленно закрыл глаза, явно пытаясь сдержать нарастающие раздражение, а затем выдохнул и учтиво ответил:

— Плата за групповое прохождение на пятнадцать процентов больше, чем за одиночное.

Она недовольно нахмурилась, посмотрела на меня, а когда я кивнул, протянула ладонь человеку и ответила:

— Лишь бы омни высасывать из честных наёмников. Я, между прочим, в Дивизионе состою и защищаю вас от экскувиатором, скоты корпоративные!

Мужчина молча списал плату, не поведя бровью, и, закрывая капсулу, спокойно произнёс:

— В последний раз слышал, что в Дивизионе неплохо платят, конечно, только хорошим наёмникам.

— Ах ты су…

Мир резко стянулся в точку и развернулся неожиданной картиной.

— …ка! — договорила девушка, уже оказавшись в сценарии, — вот этого я никак не ожидала…

А вот здесь скорее всего моя вина. Я устало потёр переносицу, по привычке вдохнул воздух полной грудью и медленно выдохнул. Мы оказались в массивном, да что уж там говорить, неимоверно огромном помещении размером в несколько ангаров. На стенах, словно соты в улье, находились многочисленные капсулы с погруженными в стазис людьми.

Прежде чем хоть что-нибудь делать, я повернулся, посмотрел на свою новую спутницу, которая по какой-то причине была одета в точно такой же обтягивающий костюм что и все остальные и вопросительно приподнял брови.

— Это не то, — произнесла она шёпотом, а затем ударила кулаком о ладонь и добавила, — вот же выродок, когда выберемся, я ему такое устрою! Да и ещё и жалобу оставлю, что он сценарии подменяет! Я специально тот выбрала, потому что он лёгкий и опыта много дают. Мне до уровня не так уж и много надо.

— Я не думаю, что в этом есть его вина. — Ответил, предвкушая какая из капсул откроется первой и оттуда полезут обезумевшие люди.

Рыжая насупилась и быстрым шагом обогнув меня, встала напротив и вполне справедливо поинтересовалась. — О чём это ты? Ты изменил сценарий? Я думал у нас с тобой наложились заказы на один и тот же.

А она слишком много задает вопросов и видимо именно так ощущали себя те, кого мучал постоянными расспросами.

— Нет, — ответил я и не объясняя, спросил, — задание получила?

Девушка замолчала, забегала взглядом, а затем ответила. — Уничтожить источник индокринации и спасти Проект: «Возмездие» v.01

Хм, и у меня такой же. Что ещё за проект «Возмездие» и почему такая сырая версия? Система опять направляла меня в какую-то сторону, показывая то ли сценарии прошлого, то ли будущего, то ли альтернативного прошлого или будущего, я уже вконец запутался. С другой стороны, она попросту могла со мной играться, но бесцельно? Это вряд ли.

Фокс только что подтвердила, что мы должны были погрузиться в совершенно иной сценарий и видимо опять произошла подмена. Последнее время она случалась со мной всё чаще и чаще и думаю виной тому растущее взаимодействие между мной и Нейролинком. После прохождения мне откроется новое умение или придётся ждать по задания на повышение социалки? Ответа на этот вопрос у меня всё ещё не было.

В любом случае придётся пройти сценарий до конца, поэтому не тратя попусту время, я вывел из транса интерфейса девушку и спросил:

— Уровень? Профессия? Поведенческий импринт?

— Эм…а…да… Сорок четвертый, фарматех, атакуюшая ветка, ПИ: Поддержки, — ответила она, поправляя неудобно сидящий костюм, который явно сковывал её в грудях и бёдрах.

Мой взгляд забегал по её идеальной и привлекательной фигуре, но разум был занят другим. Сорок четвертый — это неплохо, лучше, чем у меня. Одинаковая профессия компенсировалась разными ветками и насколько помню, в атакующей она могла создавать различные яды, вирусы, к тому же швыряться, и заражать ими врагов. Насчёт поддержки не помню, так как единственный мой знакомый с таким ПИ был Приблуда, не особо делающий уклон в эту сторону.

— А ты? — спросила она, яростно сражаясь с костюмом, чётко разделяющим её грудь на два ровных круга, — Да что же это такое, кто в таких узких вещах ходит?

Сказала та, кто ранее щеголял в обтягивающих джинсах, однако сейчас речь шла не о гардеробе.

— Тоже фарматех, но к сожалению, сейчас бесполезный. Тридцать пятый, ПИ: боевой.

В тон моих слов, будто сценарий ожидал пока мы обменяемся информацией, на первых этажах послышалось шипение капсул и оттуда вывалились первые люди. Выглядели они совершенно обычно, если, не считать бледную от стазиса кожу. Мы с Фокс переглянулись достали оружие и приготовились убивать очередных безмозглых зомби, как вдруг один из них указал на меня пальцем и злобно прорычал:

— Смертник!

Глава 5

Человек угрожающе вытянул указательный палец, словно пытался вызвать меня на поединок. Это уже не в первый раз, когда монстры в сценарии либо произносят моё имя, либо стараются убить меня. Не знаю, должно ли это меня впечатлить или наоборот напугать, но в тот момент я достал пистолет с глушителем и вогнал тому пулю между глаз. Из затылка противника выстрелил кровавый фонтан, и он, глухо замычав, грохнулся на спину.

Получено 200 опыта.

Довольное просто убийство, за которое дали какие-то гроши, и, чтобы понимать, в перспективе мне надо заработать ещё почти три сотни тысяч очков, прежде чем подняться на следующий уровень. Такими темпами мне придётся убить полторы тысячи врагов, и даже не смотря на открывающиеся камеры, размениваться на мелочи у меня не было желания.

Я посмотрел на пистолет и, пока враги выбирались наружу, задумался. Никаких особенных умений, связанных с ним, разрывных патронов или чего-нибудь вкусного. Самый обычный свинец, который оставлял самые обычные повреждения. Даже мои смертоносные клинки-богомолы, способные изрыгать испепеляющее пламя, были куда эффективнее.

Видимо, раз он не являлся частью моего тела или, проще говоря, имплантом, Система воспринимала огнестрел как обычные железки, ничем не отличающийся от палок или мечей. Жаль, я до последнего надеялся, что она сумеет меня как-нибудь удивить, но видимо, приносить с собой арсенал оружия и просить выделить на каждый хотя бы по одному особенному умению — это через чур.

Моя спутница не растерялась. Сорок четвёртый уровень она явно получила не за красивые глазки и привлекательную фигуру. Пальцы девушки на правой руке завибрировали, а затем превратились в десятки тонких нитей, которые сплетались меж собой, образовывая некое подобие лука. Фокс резко взмахнула рукой и, стряхнув сросшееся с её конечности орудие, схватила его на лету.

Так, с этим мы сейчас разберемся, но лук? Мы что, шагнули назад в технологическом прогрессе? Где ручные пушки? Где базуки из задницы и встроенные в плечи ракетные пусковые установки? В конце концов, мы ведь в виртуальном сценарии КиберСанктуума, где технологии не отличаются от магии и сплетаются в дикий водоворот великолепия ультранасилия!

Кажется, негодование постепенно сходило на нет, и моя мысль перескочила на то, как она это сделала. Фокс попросту вырастила оружие из собственных пальцев и отпочковала его в отдельную единицу? Получается, что в реальной жизни у неё или кибернизированны, или полностью заменены пальцы правой руки.

Даже несмотря на то, что во мне поселился сжирающий изнутри вирус, а моя ватага находилась где-то в одном из гетто, мне дико захотелось навестить местного мясника. Элли мне, конечно же, не простит и будет обижаться некоторое время, но чёрт возьми, технологии ВР-1, скакнувшие на порядок выше? Вдруг и у меня получится обзавестись встроенной куда-нибудь в колено базукой?

Ладно, что-то слишком я погрузился в размышления, даже Фокс успела натянуть лук и одним выстрелом убить противника. Вместо обычной или углепластиковой стрелы, девушка выпустила струю голубоватой энергии, которая оставила крупное отверстие в груди у противника. Хм, может, с выводами насчёт лука я немного поспешил?

— В общем, поступим следующим образом, — произнёс я, обнажая клинки.

Она с интересом посмотрела на вибрирующие у пояса клинки, и поджав губу, ответила:

— Неплохой прибор, но не обижайся, Смертник. Я благодарна тебе, но давай без команд, ага? Идём вместе, убиваем монстров и не мешаемся друг другу на пути. Мы ведь с тобой не с одной ватаги, а как закончим — разойдёмся по своим сторонам.

Я открыто ухмыльнулся и жестом предложил ей пойти первой. Девушка подозрительно нахмурилась и после сказанного попросту не могла дать заднюю и занять место ведомой. С капсул продолжали падать люди, в основном расшибая себе мозги о белоснежный и даже на вид пластиковый пол.

Прошло достаточно времени после моего последнего посещения Санктуума, поэтому быстренько открыл вкладку умений и освежил себе память. Волна, серия ударов, огненный торнадо и солнечный коготь. Ещё, конечно, был атомный рассекатель, но в прошлый раз при использовании мне не просто обожгло руки — а испепелило кожу вместе с мясом. Так что если атаковать им, то только последнего босса — и обратно в реальный мир.

Мысленная ладонь всё ещё яростно хлопала по вкладке «спутник» в надежде каким-нибудь образом призвать Мышь и бросить его в бой. Умения фарматеха и шкала жнеца, заполненная на пять процентов, молили использовать их, но, к сожалению, не на ком. Я, конечно, мог бы опробовать их на моей спутнице, но описание строго говорило, что проверять на других пользователях нет смысла. Если на них нельзя, то почему бы не попробовать на монстрах?

Оставил эту мысль в подкорке сознания и заметил, что Фокс неплохо справлялась, отстреливая обезумевших людей на расстоянии. Раз уж я ей не понадоблюсь, то пойду дальше и посмотрю, что там ещё интересного. Девушка, попутно выпуская энергетические стрелы, проводила меня взглядом и недовольно нахмурилась.

Я накалил клинки до ярко-оранжевого цвета и злобно оскалился. Первым на меня бросился крепкий мужчина в таком же белом комбинезоне, что и все остальные. Я рассёк ему плоть на груди крест-накрест и пинком отправил в полёт. Он, словно шар для боулинга, сбил собой ещё троих и повалился на залитый кровью пол.

Вдруг у левого уха просвистел энергетический сгусток, едва не лишивший меня половины головы. Специально, падла, или промазала? Я повернулся в пол оборота и увидел, как несмотря на то, что девушка стреляла строго перед собой, взглядом она косилась именно на меня. Вот сучка, завалить меня захотела? Ладно, раз такая самоуверенная, пускай и разбирается.

Я скрестил клинки на груди, дождался пока они буквально начнут реветь от нетерпения, а затем взмахнул руками, выпуская огненную волну. Она прошлась по плотным рядам шагающих нам навстречу одержимых, а я ядовито улыбнулся сам себе и запрыгнул на одну из капсул. С неё, словно по маленьким островкам, я поскакал по головам людей, с лёгкостью пересекая всё помещение.

Некоторые пытались схватить меня за ступни, но они были слишком медлительные и неловки. Я же, в свою очередь, идеально балансировал, словно ступал не по головам врагов, а спокойно скакал по земле. Вдруг через некоторое время я ехидно захихикал, осознавая, что напарница осталась там одна, а затем подумал: «Какого чёрта ты делаешь, Смертник?»

Ну отправится она в мертвяк, ну будет ей уроком, так ты кто такой? Наёмник или учитель? Какая тебе на хрен разница, что в голове у этой девки? Я сюда пришёл в первую и единственную очередь качаться, чтобы поднять уровень и заработать новый социальный статус. Вместо этого, как малолетний дегенерат, скачу по головам, словно ребенок, ступивший на игровую площадку.

От количества трупов становилось некуда ступить. Люди перебирались по разбившим о пол головы союзникам и пытались дотянуться до девушки. Я по верху, но всё же добрался до конца бесконечных рядов капсул и спрыгнул на пол, как вдруг перед глазами выскочило сообщение:

//Вступает условность сценария. Все существа получают +50% к скорости передвижения и скорости атаки//

//Внимание: условность не влияет на активных пользователей, однако повышает количество получаемого опыта с монстров на 50%//

Я не успел понять, что только что произошло, и, развернувшись, инстинктивно взмахнул рукой. Клинок рассёк тянувшуюся ко мне конечность одержимого, который внезапно стал двигаться в полтора раза быстрее. С одним я справлюсь даже с такой скоростью, но когда половина потока внезапно обернулась и решила, что вместо того чтобы карабкаться по трупам, можно спокойно пойти в обратную сторону и попытать счастье там, у меня появились проблемы.

Я вовремя сумел отпрыгнуть назад, увеличивая расстояние между нами, и с клинков сорвалась огненная волна. Мой разум быстро пришёл в себя, адаптировался к изменениям и настроился на новый ритм боя. Тело последовало за ним, и я начал наносить чёткие удары в головы, грудь, шеи и животы, стараясь не подпускать одержимых близко.

Раскаленные клинки проходили сквозь плоть как сквозь масло, разрывая не только органы, но и кости в труху. Я почувствовал, что меня окружают, и, сделав шаг вперёд, отправил тело по дуге. Остальное за меня сделал поведенческий импринт, докручивая и используя характеристику скорости реакции для баланса и равновесия.

Мир на мгновение превратился в смазанную картину, а когда мне удалось остановиться, вокруг лежали кровавые ошмётки. Получаемый опыт подрос всего на сто единиц, но с каждый вторым убитым я получал очки за несуществующия убийства. Мне даже пришлось немного отступить, перегнать наниты в плечо, позволить туда ударить одержимому, а затем выплеснуть кинетическую волну через левый кулак.

Тварей сдуло как карточный домик, и я утёр выступивший на лбу пот. Так, главное, не терять самообладания. С другой стороны всё ещё моргали яркие голубоватые вспышки, а затем до меня дошла едкая дымка, которая не могла исходить от вполне живых, но свихнувшихся на всю голову людей. Пахло… крушиной? Откуда мне известен этот запах, если я даже никогда в жизни её не видел. Или видел? Чёрт, об этом лучше спросить Госпожу, ей явно всё известно о моём прошлом, так ведь, скотина ты эдакая?

Пускай я и не мог понять, откуда обладаю подобными знаниями, и подсознанием понимал, что крушина сама по себе недостаточно ядовита, но если её использовать с другими элементами, особенно имея профессию фарматеха, можно намешать неплохой коктейль. Я заметил, что на лицах у людей начала появляться заметная красная сыпь, а затем некоторые не выдерживали и опустошали содержимое своих желудков.

Биотическая жидкость, очень похожая на прозрачный гель, которая, видимо, заполняла внутренности обезумевших во время стазиса, фонтанами вырывалась наружу и падала на пол. Когда она закончилась, враги принялись харкать кровью, держась за животы. Клянусь, если сейчас она начнут лопаться как надувные шарики и превращаться в экскувиаторов — завою волком.

К счастью, этого не случилось. Люди массово падали на пол и с пеной у рта дёргались в конвульсиях. Я на всякий случай отошёл назад, закрыт рот и нос ладонью и попятился в сторону развилки, разделявшейся на сорок пять градусов в две стороны. Жаль, не сохранил маску Чистилища хотя бы в качестве сувенира, но пока вроде не покрываюсь сыпью.

Видимо, вирус Фокс оказался не настолько сильным, а большинство, заметно проблевавшись, вновь бросилось в атаку. Убивать их стало не так весело, особенно когда от каждого второго разило, как от ежа, но другого выбора не оставалось. Надо добить всех как можно быстрее и двигаться дальше.

Фокс вроде всё ещё была жива. Её ярко-огненные волосы мелькали с той стороны под частые выстрели энергетических сгустков. Стоило отдать ей должное, при всём своём гоноре, чем-то напоминающим Седьмую, сражаться она умела. Правда, разрушительной способности и предрасположенности к ультранасилию ей не хватало.

Я насадил обезумевшего человека на оба клинка, поднял над головой и разорвал на части. Кровавый дождь оросил поле боя, вновь превращая меня в берсерка — для полноты картины не хватало только рогатого шлема и мухомора в зубах. Ничего, мне не привыкать, тем более мы только начали. Увеличенная скорость людей уже не казалась столь опасной, и я начал подумывать, существует ли другой способ усилить врага за счёт повышенного опыта?

Ну что же ты, госпожа? Теперь, когда твой верный и самый любимый Смертник просит у тебя повышенного испытания, ты внезапно молчишь? Ну же, покажи личико, обнажи свой кровавый оскал. Ответом мне, конечно же, послужила тишина, а я решил, если Магомед не идёт к горе, то гора, как бы иронично не звучало, сама пойдет к Магомеду.

Резким ударом с характерным свистом я отрубил голову очередному одержимому, отступил от падающей на меня кучи монстров, а затем, сложив клинки на груди, испепелил их огненной волной. Становилось слишком легко, и у меня появился простор для экспериментов.

В интерфейсе пропищал Нейролинк, оповещая о готовности, и я попробовал захватить разум одного из противников. Сначала шло всё как обычно, и пускай тот не обладал хромом, в реалиях КиберСанктуума этого не требовалось. Мне с лёгкостью удалось подчинить слабый разум существа, но затем мощный ментальный удар едва не лишил меня равновесия.

Сложилось такое впечатление, будто я подошёл к двери, в которую входил сотни раз, но вместо того, чтобы спокойно открыть и войти внутрь, с другой стороны в меня врезался товарный поезд. Если бы не стена, о которую удалось опереться спиной и только за счёт этого устоять на ногах, рухнул бы беспомощной колодой на залитый кровью пол.

Поезда сами по себе не ходят, особенно через двери, а значит, кто-то должен был управлять всей это машиной… или что-то. Я решил, что погружаться в разум обезумевшего существа — затея не из лучших, зато теперь мне известно, что они сошли с ума не просто так. Что же ты подготовила для меня, госпожа, в этот раз? В какой кошмар планируешь погрузить, и какой урок мне стоит из этого извлечь? И будет ли вообще урок?

В голове всё ещё противно отдавались отголоски недавнего нейроудара, но лупивший в кровь адреналин перебивал весь эффект. Не знаю, сколько трупов было вокруг, но пора добавить к ним ещё несколько сотен. Я наметил толпу, что не могла решиться, бежать ли ей от густых паров рыжеволосой девушки или от меня. Мне удалось решить их дилемму, побежав к ним навстречу и попутно создавая за очки жнеца небольшой пузырёк с нейкрококтейлем. Мышь от него буквально зверел на глазах и превращался в безумного убийцу, объятый неистовой яростью.

В прошлый раз мне пришлось заливать коктейль напрямую в глотку ежу, но здесь мне это не поможет. Не хватать же человека и насильно запихивать в него эликсир безумия? Он и так достаточно безумен, да и в конечном счёте, что мне это даст? Нужно накрыть всю толпу разом и сделать это так, чтобы они начали рвать друг друга на части.

Я на ходу посмотрел на тёмно-алую жидкость в прозрачном пузырьке, которая материлизовалась в моей руке, и улыбнулся. А что, может сработать. Под ногами у врага было столько крови, что её можно расфасовывать по банкам и ставить на полочку. Я прокрутил бутылёк между пальцев, наметил неплохое место в самом центре толпы и швырнул туда нейрококтейль.

Стекло с треском разбилось, и пол-литра сильнодействующего препарата выплеснулось наружу. Пока оно не успело смешаться с кровью, я накалил клинки до белого цвета, как будто собирался использовать своё самое сильное умение, но вместо этого скрестил их перед лицом и выпустил огненную волну.

Заметка: больше так делать не стоит. Ещё бы секунда, и на руках запузырилась бы кожа, а затем всё по старому сценарию — ожоги, жаренное мясо и неимоверная боль. К счастью, в этот раз мне удалось этого избежать, а температуры волны хватило, чтобы и без того горячая кровь принялась закипать и превращаться в пар.

Вот такого эффекта я явно не ожидал. Помимо того, что воздух приобрёл отчётливую вонь жжёного мяса и железа, под ногами врага поднимался не пар — а настоящий густой дым, обволакивающий обезумевших людей. У них не оставалось выбора, как вдохнуть и стать жертвой моего гения фарматеха.

Мысленно поставил галочку и сделал вывод, что нейрококтейль при нагревании расширяется если не в сотни, то в десятки раз, хотя, наблюдая за тем, как широко стелился дым от испарения всего одного бутылька, смешанного с литрами крови, думаю, всё же в сотни. Я на всякий случай отскочил назад, пока волна безумия не добралась до меня, и осклабился в жестокой улыбке.

Глаза одержимых в буквальном смысле налились кровью, и они вконец превратились в настоящих кровожадных зомби. Захваченные общим безумием, помноженным в тысячи раз взвинченной кровавой жаждой, существа больше не разделяли своих и чужих. В стороны полетели ошмётки плоти, вырываемые зубами и сорванными ногтями.

Белоснежные зубы впивались в шеи своих бывших соратников и яростно вырывали шматы мяса, жадно поглощая их в кровавом безумии. Среди толпы будто взорвалась настоящая бомба, а из густого дыма, обволакивающего несколько десятков одержимых, лишь вылетали фонтаны крови, куски плоти и даже целые конечности врагов.

Я, будто художник, закончивший своё произведение, стоял и никак не мог налюбоваться со стороны. Может, стоило выбрать атакующую ветку фарматеха? Неужели я сделал неверный выбор? Однако стоило лишь вспомнить, на что был способен Мышь даже без моих усилений, все сомнения сразу улетучились. Если как следует его накачать, с новыми имплантами и прокаченными умениями он бы разорвал всех этих мягкотелых людей в клочья в одиночку, при этом пожирая их тела.

Нет, я поступил правильно, и как только верну себе свою ватагу, всё вернётся на свои места! Мысленно кивнул себе и увидел, как со стороны появилась Фокс. Чистенькая, с редкими каплями крови на белоснежной одежде, которые только украшали её и прекрасно подходили огненно-рыжему цвету волос. Девушка с интересом наблюдала за тем, как из тёмно-алого тумана раздался дикий вопль сразу нескольких голосов, а по сторонам разлетались куски плоти.

Мы молча стояли ещё несколько секунд, но когда дымка постепенно рассеялась и на ногах остался последний бедолага, стало понятно, что всё было кончено. У него полностью отсутствовала левая часть туловища, выгрызенная множеством зубов, оставивших свои заметные следы. Он держался лишь благодаря действию моего коктейля и всё ещё пытался кого-нибудь загрызть. Фокс вытянула новую энергетическую стрелу, как тот шагнул вперёд, запнулся о тело товарища и мёртвым грузом упал на пол.

В общую копилку упали ещё три сотни опыта.

Я первым делом открыл интерфейс и посмотрел, сколько мы успели набить. У меня чуть челюсть не отвисла, когда увидел цифру в тысячу двести. Нет, не тысяча двести очков опыта, а тысяча двести убитых врагов! Учитывая тех, что разорвали сами себя, плюс лично уничтоженные мною — в общем, набил сотни две, ну максимум три. Если взять в расчёт, что Фокс уложила примерно столько же, ведь не все умирали от её вирусов, то выходило сотен шесть. Ну восемь. Но тысяча двести?

Единственное, что приходило в голову — это то, что система записывала на счёт и тех, кто расшибал себе мозги об пол, падая с большой высоты, или хотя бы часть из них. Возможно, кто-то умудрялся прожить ещё несколько секунд и случайно попадал под то или иное умение нашего дуэта. Тогда всё сходится.

Мне удалось набить триста шестьдесят тысяч опыта, и результат меня более чем порадовал. Тридцать шестой уровень, семьдесят тысяч в запасе, и для повышения ещё триста девяносто. Сценарий только начался, а я уже успел шагнуть на ступеньку выше. Если всё так пойдет и дальше, возможно, даже возьму сороковой до окончания сценария, но для этого нужно идти дальше.

Фокс смотрела на меня так, словно ожидала, что я первым начну разговор. Не молчать же как обиженный ребенок, поэтому ухмыльнулся её упорству и произнёс:

— Как ты? Не задели?

— Нет, — произнесла она, испарив лук и вернув себе привычную конечность. — Ты видел, сколько опыта?

— Ты хочешь сказать — трупов? Это не в первый раз, когда мне приходиться вырезать тысячи врагов.

Она удивлённо приподняла бровь и неуверенно добавила:

— Ну, вообще, я своё получила. Не ожидала, что всё произойдёт настолько быстро, однако у меня уровень. Так, что, наверное, всё.

Я посмотрел по сторонам, заглянул в один проход, затем в другой и, мысленно наметив себе путь дальше, ответил:

— Бывай, удачи на задании.

Я двинулся прочь, решив всё же пойти по правую руку, придерживаясь старого правила лабиринта. К тому же, увидел на стене голубоватую линию, над которой было написано: «Путь к нижним отсекам». Система хотела от меня уничтожения какого-то источника индокринации, и думаю, он находится глубже моей нынешней позиции.

За спиной осталась Фокс и тысячи трупов, а я, стряхивая кровь с ладоней, задумался, где мне посчастливилось оказаться? Весь сеттинг сценария буквально кричал, что мы находимся то ли в массивном подземном бункере, то ли на огромном космическом корабле. Других идей мне в голову не приходило, но и гадать пришлось недолго.

Я пролез под обрушенным потолком, протиснулся в весьма узкий проход и вылез на обратной стороне, где передо мной появились футуристические двери лифта. Рядом с ним находилась управляющая консоль, очень сильно напоминающая те чёрные монолиты, что стояли на рубежах, и я, недолго думая, приложил индекс с считывающему устройству.

Перед глазами появились символы, которые срастались в линии и образовывали полноценное меню.

«Аркадия».

Значит, мы всё же на космическом корабле, причём не обычном. Судя по описанию и карте секторов — это настоящий ковчег, перевозивший десятки тысяч живых колонистов. Но куда? И как это связанно со мной?

Нутро мне подсказывало, что Аркадия далеко не улетит, и всё закончится печально. Хотя, если смогу уничтожить источник, возможно, выйдет заполучить другую концовку, пускай и с тысячами убитых.

Скачать всю карту корабля не получилось, однако находящаяся передо мной консоль оказалась частью единой нейронной системы, пронизывающей саму плоть судна.

Следующий узел действительно находился на глубине нескольких секторов, к которому можно добраться с помощью лифта. Я облегченно выдохнул, осознав, что не придётся блуждать вслепую по массивному кораблю, и с помощью консоли вызвал лифт.

— Смертник, — раздался женский голос, принадлежавший знакомой девушке. — Слушай, я, наверное, погорячилась, и думаю — а зачем вот так бросать? Опыт ведь не бывает лишним, да? — на последних словах она неловко хихикнула, стараясь перевести всё в шутку.

— Не бывает, — коротко ответил, услышав, как из глубин космического ковчега поднимается лифт.

— Ну вот и я так подумала, поэтому решила, что составлю тебе компанию и помогу пройти сценарий до конца!

Молча кивнул её словам и медленным шагом подошёл и встал напротив лифта. В груди зародилось странное ощущение, будто вместо транспортной коробочки, которая унесёт нас на несколько секторов вниз, я вызываю кровожадного монстра из глубин самой Геенны. Не знаю, так ли это, но в одном я был уверен наверняка: с чем бы ни пришлось столкнуться, от моих результатов зависит благополучие ватаги и у меня попросту нет права на провал. С этой мыслью я дождался, пока откроются двери лифта, медленно выдохнул и зашёл внутрь.

Глава 6

//[Хор….]

//[Загрузка проекта… Ошибка… Возмездие… Возмездие Хора…]

//[Оценка возможности успешного прохождения сценария… 0,00000000000000000000%]

//[Курьер Смертник продолжает сопротивление…изменение параметров сценария…]

//[Назначение новой парадигмы… Смертник… вы все здесь умрёте!]

Я быстро проморгался, словно пытался прогнать попавшую в глаза соринку, и задумчиво нахмурился. Мы спускались уже около минуты, и всё это время перед глазами мелькали одни и те же сообщения. То ли «Хор», то ли «Хорошо» — ничего не понятно. Потом это «Возмездие» или «Проект Возмездие», как было сказано в описании задания. Чушь какая-то.

Однако после минуты противная и выводящая из себя рябь, как и скачущие буквы сообщения, перестали меня беспокоить, и зрение вернулось в норму. Учитывая, что Фокс всё это время болтала, рассказывая про свой отряд Дивизиона, видимо, эти глюки Системы её не мучили. По крайней мере, она мне этого не говорила.

Только я собрался послушать, что она там говорила, как девушка замолчала и спросила напрямую:

— А ты один? Выглядишь как человек, который любит находиться в одиночестве.

— На данный момент да, — ответил, устало потирая веки. — Нам пришлось разделиться, но это всё временно.

— А, — понимающе кивнула та. — Гетто. Извини, я не хотела поднимать эту тему, просто как-то решила заполнить тишину.

— И поэтому захотела познакомиться поближе? — решил подначить, вспомнив её недавние слова. — Ты же вроде говорила, что нам лучше не разговаривать, и нам, как ты там сказала, не детей крестить?

Мои слова у неё явно не вызвали восторг, и Фокс едва заметно насупилась и остаток пути молча ждала. Наконец лифт остановился под металлический скрип, и двери медленно открылись. В нос ударила вонь фронтира Второго рубежа. Нет, мы не оказались под землей, внезапно переместившись во времени, однако воняло именно так. Трупами, гнилью, сыростью и кровью.

Я медленно шагнул вперёд и осмотрел стены длинного и широкого коридора. Выражение: «и у стен есть уши» обычно воспринималось мной крайне критично, по крайней мере, пока не оказался здесь. У них были не только уши. Стены покрывал один огромный холст, сплетенный из человеческой плоти, словно тела выпотрошили, высушили на солнце, а затем, разгладив, сшили в один гобелен. Он покрывал не только стены, но и уходил на потолок и даже охватывал собой пол, на который мы ступали.

Убивать обезумевших виртуальных болванчиков — это одно, но подобный разгон с нуля до сотни впечатлил даже меня. А вот Фокс повезло намного меньше. Девушка, закрыв рот ладонью, забежала обратно в лифт и хорошенько проблевалась. Я оставил её избавлять виртуальный желудок от виртуального обеда, а сам внимательно осмотрелся.

В конце тёмного коридора мелькали частые огоньки, словно от зажжённых факелов или тусклых фонарей. Оттуда доносилось монотонное мычание сразу нескольких голосов, распевавших что-то вроде сакральных псалмов. Видимо, мы стали ближе к источнику индокринации, и уровень «заражения» здесь скакнул в несколько раз.

Пока Фокс приходила в себя, я подошёл к стене и положил ладонь на холст. Нет, не показалось, плоть действительно сокращалась, словно одна большая сердечная мышца, а затем между пальцев моей руки появилось глазное яблоко. Оно раскрылось под мокрый, чавкающий звук, посмотрело на меня и быстро заморгало мясистым веком.

Сквозь гротеск картины я смог различить натянутое на стену лицо человека, которого вроде даже видел на первом этаже. С другой стороны, их там было настолько много, что с тем же успехом мог видеть его в совершенно ином месте. Осмотр стен не привёл ни к чему полезному, а когда девушка закончила вытирать рот, то нашла в себе силы выйти из лифта и прошептать:

— Это что ещё такое?

— Что, тебе никогда не приходилось погружаться в такие сценарии? — спросил я, натягивая лёгкую улыбку. — Ни бешенных фанатиков? Ни летающих гробов с человеком внутри? Ни толп монстров, пожиравших ВР?

— Нет! — возмущенно выпалила Фокс, с отвращение посматривая на стены. — Сценарии всегда выбираются из общего списка Санктуария. Ты всегда знаешь, за что платишь. Погоди, а у тебя это не в первый раз? Фанатики, летающие гробы с человеком внутри, монстры, пожиравшие ВР?

— Ну да, — коротко ответил, а затем сам себя поправил. — Ну, правда, с монстрами и ВР — это не в КС было, но да ладно. История уже быльём поросла.

С этими словами я развернулся и зашагал в сторону частных огоньков, постепенно приближаясь к странным и монотонным песнопениям. Фокс осталась стоять на месте, то ли заворожённая отвратительным зрелищем, то ли полностью ошарашенная сказанным мною. Как бы то ни было, ей лучше быстро привыкнуть, потому что кажется мне, что это ещё цветочки.

Когда из стены на неё посмотрели сразу несколько зрачков, причём из совершенно разных мест, она не выдержала, тонко взвизгнула и побежала за мной. Значит, весь этот показной и напыщенный пафос перед битвой на самом деле оказался ширмой. Не знаю, чем пыталась меня впечатлить, но надеюсь тут она поняла, что мы имеем дело не с тупоголовыми одержимыми.

— Почему ты так спокоен? — спросила девушка, наконец меня нагнав.

— Могу спросить тебя об обратном: отчего ты так истеришь? Ты же в Дивизионе, а вы постоянно сталкиваетесь с монстрами, как они, экскувиаторы?

— В Дивизионе, — ответила она, быстро кивая. — Но там совершенно другое! Монстры, пускай и бывшие люди, однако всё равно не выглядят так… так…

— Человечно? — закончил за неё, намекая на то, что в увиденном ею нет и капли творения человека.

— Жутко, — ответила она, решив воспользоваться обычной банальностью. — Жутко и отвратительно.

Может, я и поспешил, подумав, что оперативники ребята крепкие. Снаружи Фокс показалась мне прожжённым бойцом, по тому как держалась, как шла и как вела себя на публике. Однако даже ей не приходилось видеть подобные ужасы, которые преследовали меня на каждом шагу. Ну что же, с одним можно определиться сразу — в моей ватаге ей не место.

Мы подошли к концу коридора, который резко обрывался, обнажая весьма любопытную картину. Четыре квадратных выемки, похожие на бассейны и заполненные человеческой кровью, между ними широкие бетонные дорожки, на одной которой могло поместить сразу двое. Помещение было достаточно просторным, чтобы в нём можно было установить нечто, напоминающее то ли памятник, то ли какой-то монумент из кабелей, кусков металла и плоти.

Под ним находилось отвратительное жирное существо, откормленное до размеров настоящей свиноматки. Человеческая голова создания противно хрюкала и отрыгивая биомассу, пожирала её обратно и мокро чавкала. У ног существа собралось несколько людей, облаченных в красные рясы с капюшонами, чем-то издали напоминающие Кровников. Они-то как раз и затягивали монотонную песнь и, судя по всему, воздавали почести этой твари под монументом.

Даже я с отвращением поморщился, когда создание приподняло свои бесконечные жировые складки и с мокрым хлюпаньем пустило газы. Однако это позволило на мгновение заметить измазанную в слизи консоль и очередные двери лифта, ведущие куда-то вглубь. Никаких других ответвлений мне не удалось заметить, поэтому ход всего один.

Я шагнул вперёд, спуская по широким ступенькам, как вдруг перед глазами появилось сообщение:

//Получено новое промежуточное задание: Убить Хор Мясной Девы. Награда за выполнение + 1 уровень.

//Обнаружены модификаторы: Все существа получают бонус 50% к скорости атаки и скорости передвижения. Получаем опыт увеличен на 50%.

//Внимание, обнаружен дополнительный модификатор: «Хор Мясной Девы» находится в фазе воспроизведения. Существо может поглощать своих отродий и регенерировать.

А потрахаться не завернуть? Так и хотелось сказать это вслух, но я решил в этот раз промолчать. Модификаторы монстров меня волновали не так сильно, как, собственно, и сама жируха, однако постоянная регенерация вызовет немало бед. Нам придётся каким-то образом наносить больше повреждений, прежде чем она сможет себя восстановить, и если у нас не выйдет, то до бесконечности будем лупить, пока тварь затягивает свежие раны.

Я повернулся, чтобы попытаться успокоить Фокс от преждевременной паники, однако заметил, что голубые глаза у девушки практически горели. Всё то отвращение к окружающему нас гротеску, которое она даже не скрывала, улетучилось всего за секунду. Она настолько широко открыла рот, что мне пришлось коснуться её подбородка кончиками пальцев и медленно закрыть.

Фокс вернулась в мир живых, спешно прошлась ладонью по губам, словно вытирала несуществующую слюну, а затем произнесла:

— Ты видел? Нет, ты видел? Тебе же тоже должно было прийти! Смертник, нам дадут целый уровень!

С этими словами она радостно засмеялась, хлопнула в ладоши, а затем, окрылённая счастьем, крепко меня обняла и быстро выдохнула. Ну уровень и уровень, откуда такая реакция на обычное повышение? Я подождал, пока она наобнимается, а затем с прищуром посмотрел на неё и поинтересовался:

— С тобой всё в порядке? Ты ведь понимаешь, что этот уровень надо ещё заработать? Нам придётся всех убить, и для этого надо действовать сообща. Никаких больше показных жестов и выпендрежа, или можешь сразу валить в мертвяк или вообще выгружаться из сценария. Я за тобой бегать не буду.

— Если ты поможешь мне взять ещё один уровень, — произнесла она, чуть ли не выпрыгивая из обтягивающего костюма. — То я готова выполнять все твои приказы!

Фантазия пошла немного не в ту сторону, но я вовремя ей объяснил, что сейчас не время поддаваться позывам природы. Хорошо, по крайней мере, с этим разобрались, и мне не придётся справляться в одиночку. Фанатики продолжали затягивать свой молебен, а существо наконец заметило нас и злобно оскалилось.

Ну что же, понеслась.

Я быстро закрутил головой и наметил удобную позицию для стрельбы. Если Фокс сможет туда забраться, то с лёгкостью будет поддерживать меня огнём с высоты. Кстати, а что там насчёт самой поддержки? Она же говорила, что вроде обладает именно таким ПИ. Я повернулся, серьёзно посмотрел на девушку и произнёс:

— Значит так, краткий курс фарматеха можешь опустить, он тебе здесь не пригодится. Интересует поддержка.

— Скорость, сила, выносливость, всё умею повышать на двадцать процентов. Если надо, могу навешивать на врагов метки смерти, будешь видеть их уязвимые места. Держится, правда, всего минуту и откат еще две.

— Хм, тогда оставь метку на Хор, она там больше понадобится. Вешай весь пакет по откату, как будет готов, а сама лезь вон на тот столб и занимай позицию на балконе, оттуда будешь поддерживать меня огнём. Банками своими пользуйся, если я буду далеко, и держи ухо востро. Справишься — будет тебе дополнительный уровень, а теперь вперёд. Чего ты так смотришь, сказал же, что сам справлюсь, вперёд, пошла, Лиса!

Девушка кивнула и, материализовав свой энергетический лук, побежала со всех ног к столбу, который шёл вдоль стены и поддерживал своим основанием удобный для стрельбы балкон. Я взглядом проводил её, обнажил клинки-богомолы и приготовился к битве.

Тёплая волна, очень похожая на ту, которой когда-то пользовался Приблуда, заметно подстегнула не только моё тело, но и чувства. Я прищурился и ощутил, словно мне стало проще концентрироваться, и вдруг сам собой активировался Нейролинк. Перед глазами забегали размытые цифры вероятностей удачной атаки в процентах, и я широко улыбнулся.

Ощущение всё ещё такое, словно пытаюсь насильно выдернуть новое умение сквозь плотную мембрану, которая никак не поддается. Мне удалось вытащить его лишь на треть, но этого хватило, дабы успеть уловить небольшой совет от моего височного спутника. Он предлагал разделаться с фанатиками не привычными ударами в голову и грудь — а рубить исключительно по конечностям.

Сначала я не понимал, откуда такой выбор, и может, имплант всё же немного барахлил, но когда те сбросили рясы, обнажая множество длинных и заострённых конечностей, всё встало на свои места. Я шагнул вперёд, прикинул, кого буду убивать первым, а затем энергетический сгусток попал прямиком в голову твари, размозжив её, как переспелую дыню.

Хм, а оказалось всё намного проще, но как когда-то говоривал один мудрый дядька: «У нас всё так просто не бывает». Вот так же подумал и монстр, заново отращивая целую голову, будто вскочивший после дождя гриб. Она оказалась совершенно идентичной, только, пожалуй, без старых шрамов.

Хорошо, что у меня сработал Нейролинк, иначе пришлось бы сейчас проводить заход-другой, прыгая вокруг тварей и пытаясь выяснить их уязвимость. Я медленно спустился по ступенькам, подождал, пока ближайший доберется до меня сам, и увернулся от очевидного, но быстрого удара.

Атаковавшие меня три конечности, похожие на обтянутые кожей и тоненькими мышцами тростинками, воспарили, когда я рубанул сверху-вниз, лишая его половины оружия. Из ран брызнула отвратительная чёрная кровь, от которой пахло жжёной смолой и перегнившей помойкой. Я едва успел отпрыгнуть, дабы не измазаться заскучавшего пса, увидевшего наконец-то лужу, и блокировал вторую атаку.

Вот она получилась куда сильнее, и существо, несмотря на совершенно спокойное выражение лица, действительно разозлилось. Я раскалил клинки, ударил монстра ногой в живот и следом выпустил огненный поток. Он задел лишь две конечности из трёх, но при этом вырвал кусок мяса из туловища врага.

Тот на глазах принялся регенерировать — видимо, свиноматка не была единственной, способной на моментальное восстановление. Ох уж эти реалии КиберСанктуума. С одной стороны, тебя наделяли смертоносными навыками, а с другой, выставляли против регенераторов без какой-либо поддержки.

Пока ублюдок не решил пойти на повторный заход, я быстро сократил расстояние, пригнулся, уходя от нелепой атаки, и резким движением рубанул. Последняя конечность отправилась в полёт, но существо всё ещё смотрело на меня красными как кровь глазами и клацало острыми зубищами. Ну теперь-то что? Можно мне его наконец убить, или для начала надо нашинковать в капусту и аккуратно разложить по кусочкам?

Ответ напрашивался сам собой. Тварь подалась вперёд, попытавшись вонзить мне в шею острые зубы, а я отступил назад и насадил его как мясо на шампур. Фанатик повис на моих клинках, какое-то время всё ещё клацая челюстью, а когда я развёл руки в стороны, разрывая того на две равных части, он наконец сдох и прекратил портить мир своим существованием.

— Лупи по культям! — прокричал я во весь голос, если Фокс всё ещё не поняла механику этого сценария.

Через секунду энергетический сгусток пролетел перед глазами с шипением оторвал конечность существа. Часть противников переключилась на Фокс, а мне осталось три фанатика, яростно защищающих своё божество. Я отступил на несколько шагов, чтобы занять удобную позицию между двумя водоемами с кровью, и раскалил клинки до ярко-оранжевого цвета.

Каждый раз, прежде чем выпустить огненную волну, я ощущал, будто с кончиков клинков вот-вот закапает расплавленный метал прямиком мне на предплечья и ноги. Этого, конечно, не случалось, но никак не получалось избавиться от чувства, нахлынувшего за мгновение до атаки. Вот и этот раз не стал исключением. Я взмахнул скрещенными у груди клинками, и огненный поток рассёк воздух вместе с половиной туловища монстра.

Пока он не начал регенерировать, я прыгнул навстречу и ловко отрубил ему правые конечности. Оставив противника фактически без оружия, от меня требовалось лишь его добить, но мне захотелось экспериментов. Заполненная шкала жнеца ещё с предыдущего боя уменьшилась ещё на двадцать пять очков, и в левой ладони появился пузырёк с нейрококтелем.

Повторить трюк с распылением здесь вряд ли получится, поэтому и приказал Фокс держать свои пробирки подальше от меня, однако в ближнем бою будет интереснее. Фанатик ожидаемо раскрыл пасть и попытался меня укусить, но вместо это на его зубах хрустнуло стекло, и содержимое фиала попало ему в глотку.

Секунда — и противник буквально озверел. Я увернулся от его укуса, повернул спиной к себе и прописал яростного пендаля. Существо внезапно сменило цель и на полном ходу впилось зубами в плоть идущего за ним монстра. Тот даже не пошевелился и продолжал в трансе напевать какие-то мотивы и шлёпать босыми ногами по холодному полу.

Укус, укус, ещё укус! Фанатик грыз своего соратника, словно бобёр ствол дерево, при этом не успевая проглатывать регенерирующую ткань. Значит, на них тоже действует поле регенерации, и кажется, у меня только что появился план, как поборот практически мгновенное восстановление Хора.

Энергии осталось на три дополнительных фиала, но этого должно хватить хотя бы для отвлечения главного монстра. Фокс отстреливалась от ползущих по колоне врагов, оставляя последних троих на меня. Я быстро создал три пузырька, приготовился применить их на практике и ловко перепрыгнул того, к которому присосался изображающий пиявку культист.

Двое фанатиков не отходили далеко от матки и старались никого не пропускать к своей госпоже. Я на полном ходу выпустил огненный поток, лишая половины конечностей одного, а затем проскользнул на коленях по полу между двух монстров рубанул обеими руками. Сразу несколько отростков полетели в стороны, а мне удалось вскочить на ноги, увернуться от отвратительно пахнущей субстанции, которую отрыгивал Хор, и отрубить последний набор конечностей у второго фанатика.

Пока они тщетно пытались схватить меня зубами, я запихнул обоим в пасти по пузырьку и, схватив их за затылки, буквально впечатал лицами в жирную плоть матки. Тварь заверещала как свинья, когда обезумевшие фанатики принялись жадно чавкать, отрывая куски мяса и выплёвывая их на залитый кровью и блевотиной пол.

Осталось разделаться с последним, который сумел развернуться и всё ещё тащил на себе присосавшегося коллегу по цеху. Справиться с ним не составило труда, а когда он лишился всех орудий, то запихал последний фиал тому в пасть и направил на цель.

Хор оказался безоружным, если не считать многочисленные потоки рвоты из отвратительной пасти. Я ощутил тёплую волну от усиления Фокс и попытался сосредоточиться. Цифры, цифры и ещё раз цифры… Слишком много, но кажется, я уже видел место для удара. Где-то в брюхе, чуть ниже желудка теплились сразу несколько уязвимых точек с высоким шансом на убийство, однако мне требовалась всего одна.

— Смертник? Отойди! Я не могу попасть! — раздался за спиной крик девушки.

— Бей в голову! Всем, чем можешь! — прокричал в ответ, надеясь, что многочисленные повреждения хоть как-то замедлят процесс регенерации.

Энергетический сгусток попал прямиком в лицо монстра, обезобразив его ещё больше, но обожжённая кожа тут же затягивалась на глазах, возвращая Хору привычное уродство. Меня подмывало использовать атомный рассекатель, но слишком рано идти ва-банк. Всё, что мне требовалось — это одна точка, куда я смогу погрузить солнечный коготь, который постепенно обретал силу и формировался на правом клинке.

От усилившегося жара по лбу стекали гроздья пота, а я начал ощущать, как румянится кожа на правой руке. Если вот-вот не выплесну накопившеюся энергию, то точно заполучу ожоги третьей степени. Буду потом щеголять до конца сценария с модным загаром а-ля «нуб передержал заряд импланта». Нейролинк наконец смог выдать нечто похожее на цель, и я, наметив точку с самым высоким процентом, разогнался и нанес удар в прыжке.

Клинок на всю длину вошёл в жирное пузо Хора, и наружу вырвалось яркое свечение. Я закрыл глаза, отвернулся и крепко стиснул зубы. Плоть старалась нарастать в ту же секунду, но касаясь накаленного добела клинка, буквально аннигилировала в ту же секунду.

Существо верещало от боли, будто свинья на бойне, который вонзили нож под ключицу. Я ощутил, что действие солнечного когтя заканчивается, а когда на интерфейсе появилась иконка отката умения, мне удалось оттолкнуться двумя ногами и отпрыгнуть назад.

В полете перекрутился задним кульбитом и приземлился на влажный от чёрной субстанции пол. Хор Мясной Девы, как прозвала это отродье система, продолжала рвать глотку, вскинув тучные коротенькие ручки, а со всех отверстий, в том числе и в животе, струился яркий белый свет. Сложилось такое впечатление, словно внутри монстра зарождалось маленькое солнце, готовое вот-вот рвануть.

Я не успел додумать, как Хор надулся до размеров массивного шара и, не выдержав, лопнул. Меня откинуло ударной волной на несколько метров, и мне не посчастливилось приземлиться спиной на ступеньки. Резкая боль на мгновение парализовало всё тело, и я выкашлял остатки воздуха из лёгких.

Мозг ударился в панику, решив, что мы собираемся умирать, и зарядил по нервам мощным импульсом. Я дёрнулся на месте, будто брошенный на сковороду уж, и глубоко вздохнул. Будто этого было мало, сверху на меня посыпались отвратительно мокрые куски мяса с толстой жировой прослойкой. От них пахло так, что даже мой сосредоточенный на битве мозг не смог описать этот смрад. Думаю, это даже к лучшему.

Фокс, которой удалось укрыться от взрыва на балконе, ловко спустилась вниз и брезгливо подошла ко мне, стараясь сдержать накатывающие рвотные позывы. Девушка протянула мне ладонь, а затем осмотрев меня с ног до головы, резко покачала головой и убрала руку. Я сбросил с груди огромный кусок мяса, сел, сложил руки на коленях и опустил голову.

— Сука… это уже начинает надоедать, — раздраженно произнёс я, едва слышно выдыхая.

//Задание выполнено. Хор Мясной Девы уничтожен.

//Награда + 1 уровень. Для распределения характеристик обратитесь к личному интерфейсу

Угу, спасибо.

С кончиков пальцев стекала вязкая прозрачная жидкость, и я взмахнул руками, чтобы от неё избавиться. Все, как обычно, пошло не по плану, но в конечном счёте нам удалось справиться. Я медленно встал, спустился по ступенькам и молча побрёл к открывшейся консоли у дверей лифта.

— Смертник! У нас получилось! — раздался восторженный вопль за спиной, до которого мне не было дела. — Получилось! Смертник?

Я молча подошёл к консоли, приложил к ней индекс, вызвал лифт для перемещения в следующий сегмент и едва слышно прошептал:

— Пора заканчивать.

Глава 7

Консоль в этот раз отказалась выдавать какую-либо информацию, и вместо кнопки «Подтверждение» или «Вызов» передо мной появилось множество итераций одного и того же слова «Возрождение». В ушах всё ещё звенело от недавней битвы, а мне более-менее удалось избавиться от слизи, но эти бесконечные ребусы не давали покоя.

Весь мой путь с ВР-3 меня вела система или какой другой искусственный разум — в этом не было сомнений. Только он вместо того, чтобы напрямую сказать что-то дельное, смог показать только извращённые сценарии с совершенно непонятными сюжетами. Они скакали от точки до точки в совершенно хаотичном порядке, словно человек пытался рассказать историю, начиная одновременна с начала, середины и конца.

Единственный раз, когда мне удалось погрузиться в самый обычный сценарий — это в первый раз, когда с Приблудой валили крыс и дронов-уборщиков в канализации. После этого были либо созданные на заказ конструкты, либо совершенно безумные сюжеты, порождённые больной фантазией системы.

Другой бы на моём месте плюнул, забросил все дела и каждый день погружался бы в новый сценарий до тех пор, пока не просмотрит весь приготовленный сюжет. Однако у меня такой возможности не было. Я слишком сильно старался выжить и не разбухнуть до состояния экскувиатора, так что с этим придётся подождать.

Мне всё же удалось мысленно смахнуть надписи и вызвать лифт. Всё это время Фокс молча лазила в интерфейсе, распределяя новые плюшки. На принятие новых параметров всё равно уйдет несколько часов, поэтому я решил, что полученный уровень плюс двести пятьдесят тысяч очков опыта за Хор и крохи за фанатиков подождут окончания сценария.

Мне пришлось подтолкнуть её, чтобы она зашла внутрь, а когда лифт тронулся, и мы поехали ниже, на всякий случай решил её предупредить:

— Если есть возможность, создавай все банки, какие можешь. Я не знаю, что нас будет ждать впереди, но надо быть готовым ко всему. У тебя есть какие-нибудь зелья на поддержку или только болячки всякие?

— Эм, есть банка на повышение регенерации и невосприимчивость к боли, но у них очень сильные побочные эффекты. С регенерацией повышается обмен веществ, и ты начнёшь уставать в пять раз быстрее, а с невосприимчивостью есть шанс повредить нервную систему до конца сценария. Тики, судороги, припадки и даже паралич. Я бы не советовала ими пользоваться.

— Понял, — задумчиво ответил я. — Всё равно делай и держи в запасе, всякое может быть.

Мы спускались настолько долго, что я невольно задумался о размерах этого корабля и точке назначения. Посмотреть на космос у меня вариантов не было, но воображение работало на полную. Если этот сценарий — очередной кусочек прошлого или будущего рубежей, то либо мы туда летим, либо спасаемся оттуда бегством.

Всего лишь теории, но что-то же надо думать. Кусочков мозаики слишком мало для полного и, главное, верного заключения, а быть уверенным, что показанное мне — чистая правда, это вообще на грани безумия. Достаточно лишь изменить всего один процент, и дальнейшая цепочка выводов пойдет в совершенно ином направлении, отдаляясь всё дальше с каждым следующим шагом.

Фокс выглядела уверенной, а когда лифт наконец остановился, я услышал монотонный гул, исходящий из ядра корабля. Не успели открыться двери, как над ними моргнул зеленый свет, и перед глазами появилось сообщение.

//Задание: Уничтожить источник индокринации и спасти Проект: «Возмездие» v .0.1

//Награда: +3 уровня

//Дополнительная награда в случае успешного прохождения сценария: «Неизвестно».

— Три… — едва слышно промямлила Фокс, а затем чуть ли не взорвалась. — Три?! Три уровня?! С каких это пор за обычный сценарий такие награды? Три? Смертник!

Хотел ей сказать, что её удивление вполне объяснимо, и эта награда в первую очередь предназначалась для меня, но сейчас это к не месту. До тех пор, пока я получаю своё, мне не жалко, если и ей достанется тоже самое. А раскрывать секреты взаимодействия с системой? Пожалуй, мы не настолько знакомы, да и так достаточно людей об этом знает.

Я молча вышел из лифта и удивленно приподнял брови, когда не обнаружил свисающих с потолкла кусков плоти и хлюпающих мясными веками глаз на стенах. Вместо этого мы оказались в самом сердце корабля, как и гласило описание консоли.

Огромное сооружение с ярким как солнце округлым ядром, экранированным защитным полем. Вокруг него ходили вверх-вниз множество прямоугольных поршней, меняя ландшафт помещения каждые три секунды. Именно от их движений и исходил тот самый гул, которые я поначалу принял за работу двигателя корабля.

От чистоты помещения у меня аж зарябило в глазах, особенно после мрачной церкви поклонения куску мяса. Здесь же их не было, лишь первозданный блеск и яркий исходящий от ядра свет. Я шагнул вперёд и ощутил, словно наступил в трясину, которая по каким-то причинам отказывалась меня утягивать вниз. Сделал ещё один шаг, переступая с ноги на ногу и понял, что даже виртуальная реальность должна подчиняться законам физики.

Нечто воздействовало напрямую на мой мозг, заставляя если не видеть, то по крайней мере ощущать то, чего на самом деле не было. Фокс ступила за мной и едва не запрыгнула обратно в лифт, однако весомая награда в три уровня заставила её двигаться дальше. Я уже увереннее шёл вперёд, стараясь не отрывать взгляда от яркой сферы.

Это и есть Проект Возмездие? Что это — двигатель корабля? Искусственный интеллект? Что ты хочешь мне показать, госпожа? Она, как обычно, молчала, заставляя меня самостоятельно искать ответы на эти вопросы. На всякий случай, приготовился к сражению, но когда добрался до резкого обрыва, мне пришлось остановиться.

Каждые три секунды ландшафт менялся. Поршни то поднимались, то опускались, заставляя выискивать более оптимальный вариант для перемещения. Слишком жирная и мозолистая точка в виде яркой сферы скорее всего и есть наша цель, и полагаю, её надо уничтожить. Я посмотрел на ближайшие платформы, вслух досчитал до трёх, а затем прыгнул на первую.

— Стой! — прокричала в спину Фокс. — Меня подожди!

С высоким параметром скорости реакции, ей удалось запрыгнуть на соседнюю платформу и удержать равновесие. Я расставил руки в стороны и скакал с одного выступа на другой, ожидая, что в любой момент он может провалиться, исчезнуть, или откуда-нибудь последует выстрел. Пока этого не происходило.

У меня зародилось очень опасное, но своевременное чувство того, что после долго затишья вскоре разразится буря, однако, когда это случится, лучше всего оказаться на устойчивом месте — а не на передвигающихся платформах. Фокс следовала за мной, стараясь не отставать больше, чем на три секунды, и через несколько минут прыжков мы достаточно приблизились, чтобы яркое ядро стало казаться ещё больше.

Смотреть на него без прищура и не прикрывая глаза у меня не получалось. От него отчётливо ощущалась исходящая волна энергии, которая проходила через моё тело, заставляя волосы вставать дыбом. Сложилось такое впечатление, что с каждым разом она касалась моего сердца, отчего оно стучало ещё быстрее. Пока ни монстров, ни ловушек я не заметил и уже подумал, что система наконец решила нас пощадить, но когда мы добрались до устойчивой платформы, мир окрасился в белоснежный цвет.

Окружение пропало, и мы оказались на довольно широком мосту из толстого пластика. Я оглянулся, увидел, что Фокс находилась рядом, и приготовился к бою. Девушка призвала свой энергетический лук и вытянула первую стрелу-сгусток. Тишина… оглушительная тишина, сотканная из миллиона голосов, сливающихся в шепот под ритм биения сердца.

— Ты это тоже слышишь? — насторожено спросила девушка, целясь куда-то в пустоту.

— Ага, будь начеку и дай мне свои банки.

Фокс медленно протянула мне два фиала с усилением регенерации и невосприимчивостью к боли. Надеюсь, не придётся их использовать, но если это конец сценария, то почему бы не попробовать? Вдруг на дальнем конце мостика засверкало яркое сияние, и вместо монстров к нам спустился человекоподобный аватар из света.

Женская фигура с золотистыми локонами, которые парили в воздухе, словно она находилась в воде, была соткана из чистейшей энергии, а в груди у неё билось вполне человеческое красное сердце, гоняя несуществующую кровь по сотням крупным и мелких сосудов.

Фокс резко повернулась и выпустила первую стрелу. Она прошла сквозь голову незнакомки, и девушка выстрелила снова.

Фигура никак не отреагировала и, ступив на мостик босыми ногами, остановилась в нескольких метрах от меня. Судя по положению головы, её невидимый взгляд был прикован ко мне. Она не обращала внимания на Фокс, даже когда та выпускала стрелу за стрелой, надеясь на совершенно иной исход. Я медленно поднял руку и приказал ей остановиться, когда понял, что от незнакомки не исходит угроза.

Слишком пафосное появление меня ни капли не впечатлило, ведь, в конце концов, мы находились в виртуальной реальности. Вот если бы это произошло вне сценария Санктуума, тогда да, я бы как минимум удивился. Существо явно не желало нам вреда, по крайней мере, пока, и видимо, собиралось поговорить.

В глубине моего сознания мне бы хотелось, чтобы это существо являло собой аватар системы, тогда бы я наконец смог нормально её расспросить и, главное, поинтересоваться, откуда у неё такой уровень сволочизма. Однако, думаю, если бы она могла вот так появиться в одном из сценариев, и более того, имела желание со мной вести диалог — то это бы давно случилось.

Фокс нехотя, но всё же послушалась, а у меня появилась возможность заговорить, и я сделал шаг вперёд:

— Ну и?

Существо некоторое время молчало, и я заметил, что шепот из миллионов голосов, исходящий отовсюду, звучал в такт ударов её сердца. Подмывало закончить наш разговор полутора килограммами стали прямиком в центральную помпу, но уверен, что требуемого эффекта это не возымело бы.

— Проект «Возмездие» должен быть продолжен. Курьер Смертник, ты желаешь его остановить?

— Да пускай продолжается, — ответил я с совершенно чистыми намерениями. — Мне что, жалко что ли? Я даже не знаю, что это.

— Подожди, — прошептала за спиной Фокс, но думаю аватар нас слышал. — Нам же надо его спасти. Стоп, получается, оно хочет, чтобы проект продолжался, а мы должны его спасти? А что не так?

— Проект «Возрождение» не дал требуемых результатов. Объединённые в общий разум колонисты в стазисе выдавали слишком противоречивые заключения. И сделанные выводы говорят о том, что проект «Возрождение» больше не может существовать.

— Что такое проект «Возрождение»? — решил я сыграть в её же игру, раз нам пришлось здесь застрять. — Ты так говоришь, словно я должен о нём что-то знать.

— Проект «Возрождение» — завершён. Проект «Возмездие» — истинное желание человечества.

— Значит, ты искусственный интеллект корабля, который должен был следить за всеми системами и вовремя разбудить спящих в стазисе людей? Но что-то, как обычно, пошло не так, и вместо яркого и светлого будущего все сошли с ума? Дай угадаю, из-за общей сети сознания?

Кажется, мой вопрос или его подача не сильно впечатлили аватар, и незнакомка сделала шаг навстречу. От касания её энергетических босых ног пол из толстого пластика вибрировал, словно вот-вот был готов разломиться на крупные куски, отправляя нас в бездну. Однако этого не случилось, и женщина продолжала идти, пока не остановилась в полуметре от меня, и холодно произнесла:

— Проект «Возмездие» v.0.1 должен быть продолжен.

— Допустим, — согласно кивнул я, пытаясь понять, как к ней лучше подступиться. — Куда направляется этот корабль?

— На данный момент корабль направлен к светилу в центре звездной системы. Точка невозврата уже пройдена.

— ЧЕГО? — возмущенно прокричала стоявшая за спиной Фокс. — Это ты так шутишь? Шутки такие?

— Успокойся, — угомонил я её, пока не пришлось иметь дело с двумя неадекватными женщинами. — Это симуляция, на крайний случай, упадём в мертвяк. Похмелье помучает, платить ещё раз придётся, но не смертельно, — затем обратился к аватару: — Что такое проект «Возмездие»?

— Проект «Возмездие» — это чистка!

С последними словами существо превратилось в настоящую баньши и своим криком отбросило меня назад на несколько метров. Я ловко приземлился на ноги, призвал клинки к бою и злобно оскалился. Ну что, скотина, наконец решила показать свои зубы? Пора бы уже, а то у меня все эти загадки уже в печёнке сидят! Ну! Где то сердце, куда я могу вогнать клинок?

*Ты — первая ошибка, на которой держится идеал!*

Какой ещё баланс? Мост растянулся, словно перестраивался под поле битвы, а я заметил, как завибрировало моё оружие. Кровь вскипала в жилах, от чего мой разум бился в агонии, предвкушая яростное блаженство настоящего сражения.

Из пустоты на мост взбирались силуэты и безликие тени, вооруженные холодным оружием. Сначала их было всего несколько, и мы с лёгкостью убили их на расстоянии, но затем твари продолжили прибывать, стараясь взять нас числом. Я раскалил клинки, трижды выдохнул и сорвался с места.

На полном ходу широким взмахом оружия мне удалось рассечь тень от плеча до задницы, а затем закрутиться полу-пируэтом и разрубить ещё одну надвое. За спиной просвистел эфирный клинок, который ощущался вполне реальным, и я, шагнув вперёд, закрутился огненным вихрем. Всего за секунду погибло сразу несколько врагов, но это оказалось мало.

На каждого убитого прибывали ещё трое, занимая их место и пытаясь меня убить. Фокс отстреливалась как могла, пока ещё справляясь с наступающей ордой. Я получил крепкий удар в спину молотом, отчего не устоял на месте и подался вперёд, где меня уже ждало лезвие глефы. Мне удалось блокировать её смертельное касание и свободной рукой вонзить кончик клинка в подбородок нападающему.

Врагов становилось слишком много для меня одного. Я обнаружил, что окружающий яркий мир постепенно помрачнел, и дело не во внезапно наступившей темноте. Вокруг меня столпилась небольшая армия из человеческих силуэтов и безликих теней. Мне пришлось чаще отбивать удары, пользуя приобретенными рефлексами и повышенными характеристиками, а возможности для контратаки становилось всё меньше.

Так меня убьют прежде, чем я смогу понять, что здесь в конце концов произошло! Рука инстинктивно потянулась к инвентарю и я, закрутившись огненным ураганом, отправил умение в откат и освободил себе немного места. В обеих ладонях появились фиалы с зельями поддержки Фокс, и, не думая, кончиками больших пальцев сорвал крышки и влил содержимое в рот.

Горькие, но на это плевать. Я резко ощутил, как многочисленные порезы на коже начали стягиваться, а пронзающая боль куда-то испарилась. Меня окатило волной невесть откуда взявшейся энергии, и открылось второй дыхание. Надо пробиться к Фокс и защитить её. Без меня у неё не будет и единого шанса!

В теории, затея неплохая, и сила действительно в количестве, но на деле оказалось не всё так просто. Меня со всех сторон теснили сотни безликих врагов, то и дело пытаясь проткнуть своим оружием. У большинства это получалось, но нечувствительность к боли не означал, что я неуязвим. Мне требовалось двигаться быстрее, разить без промаха и превратиться в настоящего зверя. И кажется, у меня только что появилась спасительная мысль.

Я блокировал атаку одной рукой, зарядил ногой в голову другому противнику, а затем запрыгнул на плечи третьему и оттолкнулся со всей силы. Сверху весь белоснежный мост казался заполненным безликими тенями. Фокс давно утонула в них, и всё, что было видно — это редкие энергетически вспышки где-то в нескольких метрах впереди.

В этот же момент в ладони появился пузырёк с тёмно-алой жидкостью, и пока клинки накалялись до белого цвета, я сорвал крышку и выпил содержимое. Описание категорически запрещало использовать нейрококтейль на людях, и кажется, мне вот-вот удастся понять почему. Мир потух, словно кто-то внезапно выключил свет, а когда приземлился на твёрдую поверхность, осознал, что моё зрение только что пропало.

Однако вместо традиционного взора я смотрел на мир через интерфейс импланта. Окружающие враги на фоне бесконечного полотна тьмы вспыхнули яркими красными фигурами. Мало того, что я различал каждого отдельно, а не как общую кучу, так мне каким-то образом ещё удавалось за провалы между секундами принимать осмысленные решения. По крайней мере, они такими казались.

Внезапно тело сорвалось с места, хоть разум и не отдавал такой команды. Я ощутил себя наблюдателем, заключенным в безумную оболочку, словно вновь переживал воспоминания залётного на ВР-3. Однако в этот раз моё тело двигалось с такой скоростью, на которую, думал, что не способен.

Где-то запищал интерфейс, но в мире боли, убийства и кровавого безумия не существовало системы. Я разрывал врагов на части стремительными взмахами, рассекая красные силуэты, словно они были сотканы из бумаги. Больше! Разум требовал больше безумия! Моё тело не чувствовало ни боли, ни усталости, а сердце отбивало такой бешенный ритм, будто готовилось вот-вот замереть и остановиться навеки.

Я попытался вдохнуть, но вместо воздуха почувствовал металлический привкус с послевкусием гари. Моё тело закрутилось огненным вихрем, выпустило ударную волну, затем короткая серия из нескольких ударов, и мне больше не удалось сдерживаться. Из глотки вырвался яростный вой, и я вконец потерял контроль даже над разумом.

Взгляд заполонила красная пелена, и всё, чего мне хотелось — это убивать, убивать и убивать! Не имеет значения кого, не имеет значения где! Лишь бы найти свою цель, вонзить в неё клинки, выпотрошить как дикого зверя и сожрать внутренности. Я больше не мог мыслить трезво, а любые попытки вернуть контроль встречались крепкой и нерушимой стеной кроваво-алого цвета.

Не знаю, сколько врагов мне удалось убить, но вымазанные по локоть в крови руки требовали больше. Секунды сливались в бесконечную вереницу, где единственным мерилом времени служило количество поверженных мною врагов. Всё это не могло длиться вечно, и даже моё обезумевшее тело не было способно выдержать столько повреждений.

Красные силуэты гасли одни за другим, пока я вдруг не наткнулся на едва заметный лучик света и вовремя сумел остановить движение руки. Пелена внезапно спала, окружающая меня тьма рассеялась, а я, выхаркнув литр крови — не меньше — упал на колени и медленно выдохнул.

— Смертник… — прошептала умирающая Фокс с пробитым лёгким, из которого торчал кусок ребра.

Коктейль всё же находился у меня в крови и требовал больше крови. Мне удалось найти в себе силы и кое-как встать.

*Ты — первая ошибка, на которой держится идеал!*

Вновь этот пронзительный голос баньши из пустоты, а тени продолжают забираться на широкий мост и выстраиваться в длинные ряды. Неужели то, о чём раннее говорил интерфейс, оказалось правдой, и у меня действительно нет шансов пройти этот сценарий? Если так, то зачем меня сюда отправили? В чём смысл столь жестокой издёвки?

Твари продолжали прибывать, превращая тысячи в десятки тысяч. Я стол на месте, истекая кровью из десятка ран и чувствовал, что вот-вот потеряю сознание.

*Ты — первая ошибка, на которой держится идеал!*

Голос продолжал повторять одно и тоже, словно хотел, чтобы перед смертью я как следует ощутил собственную беспомощность, однако сквозь пелену кровожадности проскочила одинокая мысль, которая заставила ухмыльнуться. Вместе с ней изо рта вырвалась очередная порция крови, и я высоко поднял голову, надменно взирая на врага.

Раз уж мне пришлось стать ошибкой, тогда что станет с идеалом, если меня вдруг не станет? Что станет с проектом «Возмездие»? Я поднёс клинок к горлу, широко улыбнулся и медленно провёл, вскрывая собственную глотку.

Тело не выдержало. Я упал на холодный пол и вдруг ощутил, что захлёбываюсь не только собственной кровью, но и чей-то другой.

Великолепный белоснежный мир сбросил с себя фальшивый образ и предстал таким, каким на самом деле и являлся. Огромное ядро искусственного интеллекта на самом деле было давно уничтожено, превратившись в массивный контейнер, в котором теперь живёт лишь пустота и пыль. Множество поршней-платформ лежали огромными надломленными то посередине, то ближе к кончикам. Однако не это самое интересное.

Я лежал вокруг сотен, может даже тысяч трупов изуродованных людей, которые судя по виду, давно одичали и провели здесь не один год. У всех них были мёртвые взгляды, и они смотрели за тем, как я умираю. Где-то сбоку послышался хруст костей и кашель Фокс, а я перевернулся на спину, открыл интерфейс и увидел сотни тысяч полученного опыта. В этот момент на моих окровавленных губах появилась довольная улыбка, когда перед глазами появилось сообщение о выполненном задании, а затем ярко выделилась последняя строка.

//Выполнено дополнительное задание. Курьеру удалось достичь верной концовки

//Награда: В базу данных Курьера был занесён рецепт создания Нейрококтейля. Перед употреблением внимательно изучите побочные эффекты.

Глава 8

Я открыл заспанные глаза и медленно проморгался. На белом потолке лениво крутились лопасти центрального вентилятора, обдувая приятным холодком. От выпитого прошлой ночью всё ещё гудела голова, и уставший разум принялся выдергивать картины из прошлого вечера. Я решил, что всё ещё слишком рано для слайд-шоу вчерашней попойки и, повернув голову, увидел лежащее на полу женское бельё.

Квартирка оказалась довольно уютной, хоть мне вчера совсем и не удалось её как следует осмотреть. Мой взгляд блуждал в поисках хозяйки, которую нигде не было видно. Надо вставать и заниматься делами, но вместо этого разум погрузился в лёгкую стадию досыпа, и перед глазами появились картины прошлого вечера.

Алкоголь, очень много алкоголя. Для Фокс наше путешествие оказалось через чур реалистичным, и после КиберСанктуума и сразу двух таблеток от виртуального похмелья после смерти, она потащила меня в какой-то бар. Поначалу я пытался всячески отнекиваться и даже придумал фальшивый предлог, чтобы девушка от меня отвязалась, но в конечном счёте сдался, так как действительно очень хотелось выпить.

Помню заведение. Довольно неплохое и уютное. Бармен — мужчина средних лет с протезом правой руки и металлической пластиной вместо скальпа. Он постоянно наливал нам какую-то бурую бормотуху, которую доставал из-под стойки в отдельной бутылке без этикетки. Каждый раз, когда мы выпивали, я чувствовал, что все сильнее погружаюсь в себя и начинаю размышлять о смысле показанного сценария, а потом — тьма…

Не помню, как прошли следующие два часа, но осколки воспоминаний перенесли меня в уборную, где на раковине сидела обнажённая ниже пояса Фокс с задранной футболкой и обнимала меня за шею. Какой-то имбецил постоянно ломился в дверь, и от этого в груди начинали ворочаться остатки ярости виртуального нейрококтейля. Решил, что набью ему рожу после, а Фокс тем временем застонала ещё громче.

Я открыл глаза, поднял правую руку, на костяшках которой всё ещё была чья-то подсохшая кровь, и довольно улыбнулся. Разум твердил, что я не до конца досмотрел картинки и вновь попытался погрузить меня в дремоту. Однако я резко вдохнул, вновь открыл глаза и решил, что дальнейший сюжет мне и так известен.

— Кофе будешь? — прозвучал милый женский голосок откуда-то справа.

Я повернул голову, увидел обнажённую Фокс стоящую в дверном проеме кухни с кружкой парящего напитка в руках и ответил:

— Кофе. Буду.

Она скрестила ноги, сделала издевательский глоток и, поправив пышные рыжие волосы, произнесла:

— Ты разговариваешь во сне.

— Да? — протянул я раскрытую ладонь за напитком. — Ну и что я такого тебе наговорил?

— Бурчал что-то невнятное, что-то про Элли, какую-то Мышь и часто повторял цифру семь. Тебе в семь часов куда-то надо?

Какая же сложная штука человеческий организм. Моё тело занималось одним, мозг думал о другом, а подсознание выдавало то, что на самом деле меня волновало. Я медленно выдохнул и, так не дождавшись обещанного напитка, открыл интерфейс. Шёл второй час дня, и значит, я только что потерял почти сутки. Сначала на Санктуум, потом на сеанс разгрузки после и крепкий сон. Пора вставать.

Мои ноги коснулись холодного пола, а руки устало прошлись по шершавому от щетины подбородку. Всё это время Фокс с интересом осматривала моё обнажённое и покрытое шрамами тело и пила свой утренний кофе.

— Штаны, — коротко сказал я, раз уж мне не дали напитка.

Девушка поставила кружку на прикроватный столик, издевательски вильнула бёдрами и наклонилась за диван. Я проводил её взглядом, а затем поймал брошенные в лицо джинсы.

— Ну так ты ответишь на мой вопрос? О ком это ты бурчал во сне?

Я натянул штаны, встал с кровати и, направляясь в ванную, бросил в ответ:

— Дела. Надо разобраться.

После первого приема алкоголя за всё время пребывания на рубежах тело требовало холодной воды. Я уже привык к маленьким душевым кабинкам, где проходило бактериальное очищение, но заспанные глаза лучше промывать водой.

Достал сразу три бутылки, одну из которых сразу выпил залпом, и принялся за процедуры. Снаружи шумела Фокс, то ли разгребая наш бардак, то ли наконец делая мне кофе. Очень надеюсь на второе.

Питьевая вода приятно освежала, а я посмотрел на себя в зеркало и задумался. План-минимум на сегодня: посетить заведение, о котором писал Баух, и встать на его след. Мне порядком надоедали все эти кошки-мышки, и пора бы нам уже встретиться лицом к лицу. Не успел закончить мысль, как в животе забурлило, и на секунду подумалось, что сейчас начнётся второй приступ.

На всякий случай, достал термос и сделал глубокий глоток всё ещё горячего чая. Не знаю, что в нём было, но стало намного лучше, и даже похмелье уже не так сильно мучило.

Когда вышел, Фокс уже была одета и пальцем указывала на кружку порошкового кофе. Я подошел, сделал глоток, довольно выдохнул, и она, натягивая на себя чёрную форму Дивизиона, произнесла:

— Будешь уходить — закрой дверь, мне пора на задание, — она подошла, поцеловала меня в щёку и добавила: — Спасибо тебе за вчера, это было незабываемо.

— Ага, — невнятно буркнул я в ответ, надеясь, что она говорила про сценарий в КС, и проводил её взглядом.

Пока пил кофе, открыл интерфейс и быстро раскидал характеристики. Сороковой уровень и десять свободных очков. Подмывало увеличить реакцию и догнать её до крепкой полусотни, но думаю, пора укреплять тело. Классическая формула «скорость против мяса» здесь не работала, и можно было достичь идеального баланса. На мне слишком много шрамов, и каждый из них говорит о совершенных ошибках, на которых пришлось учиться.

Увеличенный параметр крепости тела должен в совокупности укреплять кости, мышцы и даже плотность кожи. Доводить его до абсурда не стоит, так как в таком случае зачем мне скорость? Но иметь способность прыгать с верхних этажей и не ломать себе при этом кости — было бы неплохо.

Ещё раз прошёлся по списку и вложил десятку в крепость тела, тем самым подняв её до двадцати одного. Обратный отсчёт пошёл, и я, сделав ещё один глоток, заглянул в раздел профессии.

Вот она, моя награда за самоубийство. Рецепт нейрококтейля, который должен подействовать на меня вне игровых условий КиберСанктуума. Вокруг существовало достаточно психоделиков, которые могут превратить меня в безумного маньяка, но в моём было нечто большее. Я не просто терял контроль — а становился сильнее и быстрее, словно все мои параметры взвинтились в несколько раз.

Опасная концепция, но если приспичит, можно использовать как крайний вариант. К тому же, мне никто не запрещал подлить раствор кому-нибудь в напиток. Я посмотрел в кружку с чёрным кофе, прошёлся языком по зубам, словно пытался ощутить кислый привкус, и коротко ухмыльнулся. Синтетические катехоламины, ацетилхолин и глутамат, нейропептид, перфторуглеродная эмульсия. Чёрт. Да где мне всё это взять?

К тому же, рецепт требовал не просто смешать, но не взбалтывать, а настоящую лабораторную центрифугу. Хм, думаю, с этим мне сможет помочь мой добрый друг доктор Баух, как, собственно, и с ингредиентами. Наделаю сразу доз двадцать, и пускай лежат до следующей зимы.

Последнее, что заметил, пока ещё не допил кофе, — это появившееся задание на получение следующего социального ранга элитного наёмника. Новость хорошая, но тратить ещё половину дня на выполнение в то время, как доктор может и вовсе пропасть с радаров, у меня возможности нет. Поэтому отложил мысль в сторону, допил кофе и закрыл за собой дверь квартиры.

На цветастой футболке остались пятна крови и алкоголя с прошлой ночи, поэтому первым делом пришлось зайти в ближайший магазин и совершить быструю покупку. В заведение всё равно не пустят, если приду как упырь с Третьего рубежа, а обновки помогут вытянуть информацию.

Джинсы, ботинки, футболка и лёгкая куртка с высоким воротом. Кто-то сказал бы, что ничего не изменилось, но я стал чувствовать себя намного лучше.

Кусок ткани, который я оставил в качестве сообщения моей ватаге, всё ещё лежал в отдельной ячейке. Я на всякий случай его вытащил в надежде найти хоть какую-то информацию, но ничего нового. В разделе интерфейса система утверждала, что члены ватаги всё ещё живы. Тогда почему молчат? Неужели у них нет возможности ответить?

Чушь, Седьмая бы точно что-нибудь придумала.

Паршиво, но расклад пока именно такой. Надо как можно скорее найти доктора и обменять его на информацию о гетто. Если придётся, буду выбивать её кулаками из Кая, но надеюсь, до этого не дойдет. Как бы то ни было, я сверился с картой, наметил маршрут и последовал за указателем.

Заведение с огромной красной женской попкой в виде сердечка нельзя было спутать с другим. Оно находилось в одном из тупичков аллей ОлдГейта, куда захаживали люди разных мастей. Здесь были и те, с которыми лучше не иметь дело, и обычные офисные клерки, и городские рабочие, и даже двое людей в гражданском, которые явно принадлежали к особому отделу военной полиции.

Я зашёл внутрь и первым делом ощутил отчётливый запах парфюма. Он был везде, даже в напитках, которые разносили откровенно одетые — или раздетые? — девушки. С виду бордель не отличался от любого подобного ему заведения. Небольшая барная зона, где расслаблялись после или накачивались перед делом многочисленные клиенты. Вышагивающие на высоких каблуках работницы с подносами в руках и терпкий запах табака.

Меня встретила женщина, которая заметно выделялась на фоне остальных своим весьма почтенным возрастом. Пока она не начала говорить, я первым делом посмотрел по углам помещения и не заметил камер наблюдения. Вот это хорошо, вряд ли клиентам понравится, если их похождению будут записывать, а затем и вовсе использовать для шантажа.

Мне это точно на руку, но прежде, чем проникать внутрь, я решил узнать, кто любимая работница нашего доброго доктора. Меня проводили к барной стойке и предложили немного расслабиться и подождать, пока освободиться одна из рабочих девочек. Как только сел на стул с высокими ножками, перед глазами вновь вспыхнули картины из прошлой ночи, а во рту появился противный привкус алкоголя.

Милая девушка с длинными фальшивыми ушками улыбнулась и спросила, что я буду пить. Я заказал ещё кофе и тут же поинтересовался:

— Сюда недавно не заходил мой товарищ? Невысокий, редеющие волосы, заметный живот.

— Тебе нужно подробнее описать его, зайка, — игриво ответила девушка, насыпая в небольшую чашечку порошок из чёрной упаковки. — У нас тут каждый день столько клиентов, что под твоё описание подойдут сразу несколько. Как его зовут?

— Он постоянный клиент, имени не хочу называть, сама понимаешь почему, но могу сказать, что работает он в сфере науки.

— Баух? — заинтересовано спросила проходящая мимо блондинка с шикарными большими глазами.

Я резко обернулся, схватив её за руку, отсканировал индекс и перевёл пятьдесят омни, а затем прищурился и указательным пальцем свободной руки коснулся кончика её носа. Девушка на мгновение замерла, её взгляд потускнел, а затем она вернулась к жизни и мило улыбнулась.

— Так значит, Баух? — переспросила за спиной барменша, поставив чашечку с кофе. — Эм, ты знаешь такого, Розалина?

Девушка замялась, и по её глазам стало понятно, что она уже сожалела о сказанном.

— Ну же, Розалина, ты уже взяла деньги, поэтому открывай свой миленький маленький ротик и начинай говорить.

— Я, — девушка опешила, а затем моментально изменилась в лице, соблазнительно улыбнулась и пропела: — Не хочешь подняться со мной наверх?

Наверх так наверх. Залпом допил горячий напиток, ощутил заряд бодрости и последовал за ней. Ещё в самом начале я услышал лёгкую дрожь в её голосе, а когда она схватила меня за руку и повела за собой, понял, что с обычными клиентами она так себя не ведёт. Девушка крепко сжимала мои пальцы, а когда мы поднялись по широкой лестнице на третий этаж, она встала у двери с номером семнадцать и осмотрелась по сторонам.

Я терпеливо стоял и ждал, пока зайдём внутрь, в то время как Розалина, щелогяя в мини-юбке, материализовала ключ в руке и вставила в замок. Три полных оборота плюс защёлка сверху: именно на столько она закрыла дверь, когда мы вошли внутрь, и в нос попал запах чего-то кислого и крепкого. Она ещё раз дёрнула за ручку, проверила замок, и лишь потом спешно прошептала:

— Сюда, скорее! Я уж думала, придётся помощь звать. Ты точно его друг? Ты ведь ему поможешь, да?

Наивная и глупая девочка… Но именно её доверчивость сэкономила мне целую кучу времени и избавила от поисков по всему ОлдГейту. Полный мужчина с заметным волосатым животом и редеющей шевелюрой лежал на двойной кровати звездой и смотрел в потолок. На белых трусах желтело сухое пятно, а кожа на кончиках пальцев заметно посинела.

Если бы не её паника, то я подумал, что передо мной хладный труп, однако едва заметно двигающаяся грудная клетка говорила о том, что человек всё ещё жив. Жив, вот только в каком-то трансе. Я подошёл, на всякий случай, приложил кончики двух пальцев к шее и нащупал пульс. На движение моей руки зрачки мужчины не реагировали, и даже звонкие щелчки у ушей не заставили его поморщиться.Это Баух, несомненно, Баух, только, кажется, доктору сейчас самому требуется лекарь. Я медленно выдохнул, повернулся и вопросительно поднял брови.

— Я не знаю, что с ним! — спешно завопила девушка, а затем закрыв рот ладонями, понизила голос и добавила: — Я отошла за контрацепцией, так как у него не было, а обычно он сам с собой приносит, возвращаюсь — и вот…

Её голос дрожал, ладони крепко прижимались к груди, а сама девушка едва стояла на ногах. В такой ситуации она сделает и расскажет всё что угодно, главное, чтобы об этом не узнала хозяйка или, ещё хуже, другие клиенты. Нужно этим воспользоваться и вытащить больше информации, прежде чем возвращать Бауха на этот свет.

— Что он говорил до того, как ты ушла за резинкой? О чём шёл разговор? Эй, смотри на меня, слышишь? Я сейчас твой единственный шанс не потерять не только клиента, но и работу, поэтому отвечай на мои вопросы. Он ведь твой постоянный, да? Такие обычно очень смело делятся секретами. Что он тебе сказал?

Девушка хмыкнула, утёрла выступившую слезу и ответила:

— Много чего говорил. Говорил, что связался с плохими людьми, и они его использовали. Что совершал ужасные вещи, и теперь погибли невиновные в этом люди.

— Уже лучше, продолжай. Что ты ему ответила?

Она промочила слёзы тряпочкой, дабы не потёк макияж и, хмыкнув, сказала:

— А что я ему могу ответить? Клиенты разные бывают. Кто-то приходит за сексом, кто-то душу излить, а кому-то просто не с кем поговорить. Человеку легче делиться секретами, когда нет одежды, а сам в объятьях того, которому на тебя не наплевать.

Говорить ей о том, что у всех так называемых чувств есть своя цена, я не стал, да она и сама это понимала, поэтому молча кивнул и дал ей продолжить.

— Только Баух не такой. Он всегда был со мной нежным, даже очень. Рассказывал о своей работе, делился успехами и так далее, а в этот раз пришёл, лица на нём нет. Усадил меня на стул, а сам сидел минут пять и молчал. Я и решила, что, может, ему стресс сначала снять надо, но не успела выйти, как он начал рассказывать про людей. Что связался не с теми, наделал ошибок, правда, не сказал каких. Видимо, что-то очень серьёзное.

Ладно, пришла пора узнать все тонкости его ошибки от самого доктора Бауха. Розалина зря переживала, решив, что тот погрузился в своего рода кому, так как правда была куда скучнее. На самом деле добрый доктор обдолбался чем-то очень серьёзным, и, судя по внешнему виду и пустым глазам — сейчас он смотрел цветные мультики.

Вывести человека из такого состояния не так просто, и обычно требуется покой и крепкий сон, но ждать, пока он насмотрится и выспится, у меня времени нет. Помогли бы дополнительные химикаты, чтобы сбалансировать деятельность его головного мозга и вернуть в чувства. Сам не знаю, откуда у меня эти познания, но это меня не удивило. Стрельба, убийства, тактические знания — и теперь это. Каким бы ни было моё прошлое — жил я явно на полную катушку.

— Давай сюда порошок, — произнёс я, не глядя протягивая раскрытую ладонь.

— Какой порошок? — непонимающе переспросила девушка, вжимаясь в спинку стула.

— Тот порошок, который я у тебя с носа вытер, когда поймал выходящей из туалета.

Она опешила, инстинктивно потянулась к носу, дабы убедиться, что следов не осталось, и виновато опустила голову. Я всё ещё не смотрел на неё и терпеливо ждал, пока наркотик не окажется на ладони. Маленький пакетик, порошка всего на дне, но должно хватить. Высыпал содержимое на указательный палец и зажал доктору рот вместе с носом. Раз, два, три. Отпустил и… Баух резко вдохнул воздух вместе с порцией порошка, и я сразу перевернул его на живот на случай, если тот вздумает блевать. Мужчина резко закашлялся и начал быстро моргать. Розалина от страха пискнула и, закрыв рот ладонями, испуганно смотрела на происходящим.

— Ну-ну, — произнёс я, хлопая того по спине. — Выплёвывай гадость, пускай всё выходит. Давай, давай, Баух, мне за тобой через половину ОлдГейта пришлось носиться.

Вдруг он изогнул спину и опустошил содержимое желудка на кровать. В основном алкоголь и желудочный сок вместе не до конца переваренной таблеткой. Хорошо, значит, наркотик не успел сильно всосаться в кровь. Розалина протянула стакан воды, и Баух с жадностью человека из глубокой пустыни выпил его залпом.

Я дал ему пространство, чтобы прийти в себя, а когда он посмотрел на девушку, а затем на меня, я улыбнулся и произнёс:

— Добро пожаловать в мир живых, доктор.

Зрачки у него всё ещё были расширены, а сам мужчина до чёртиков напуган. Правда, возможно, виной всему та порция наркотика, которую я ему скормил, или всё вместе. Он посмотрел на дверь, словно планировал путь отхода и спешно поинтересовался:

— Кто ты? Тебя они послали, да? Они?

Я заметил, как он всё больше и больше косится на дверь, поэтому сложил руки на груди и грозно произнёс:

— Я бы не советовал.

Паника вконец накрыла доктора, и он, в одних испачканных трусах, схватился за голову и жалобно застонал. Я выждал короткую паузу, периодически поглядывая на не скрывающую облегчения Розалину, и заметно прочистил горло. Мужчина повернулся, и в его взгляде откровенно читалось, что он понятия не имел, доверять мне или стоит меня бояться.

— Мне нужна твоя помощь, Баух, профессиональная. Ты ведь изучением монстров занимаешься? — тот спешно закивал. — А у меня как раз небольшая с ними проблемка, видишь ли. Так что как насчёт того, что Розалина сейчас метнётся вниз, заварит нам с тобой кофейку, а ты пока залезешь в камеру и приведёшь себя в порядок? Звучит заманчиво?

Мужчина понял, что убивать вроде не собираются, поэтому молча посмотрел на меня, а затем, словно маленький ребенок, медленно закивал. Я взглядом поинтересовался, почему Розалина всё ещё здесь, а затем снаружи послышался визг шин автомобиля. Либо у кого-то заметно свербело в одном месте, и он дождаться не мог, как бы кому-нибудь влупить, либо у нас неприятности.

Я подошёл к окну, отодвинул красную шторку и внимательно присмотрелся. У входа в бордель остановились три чёрных автомобиля, из которых вышли облачённые в форму люди. Гончие, все до одного, а возглавлял их кто бы вы подумали? Мой старый знакомый с распределительного пункта, всё в той же фуражке и надменным взглядом.

Чёрт, мне казалось, он сдох, а он живее живых. Взгляд доктора изменился. Теперь он стал боятся ещё сильнее, правда, в этот раз смотрел на меня не как на врага — а как на спасителя. Не знаю, с чего бы он так решил, но в тот момент он, словно понимая, что приехали за ним, вытер рот от блевотины и спешно затараторил:

— Какой бы у тебя ко мне ни был вопрос, я обещаю, что сделаю всё, что будет в моих силах, но для начала нам нужно отсюда выбраться. Если гончие меня схватят, пострадает ещё больше людей, понимаешь? Я слабый и не смогу выдержать их пытки, прошу тебя, ты поможешь мне? Как тебя зовут?

Я посмотрел в окно, прикусил нижнюю губу и прикинул, куда его можно отвести. Не то чтобы у нас получится вернуться в его квартиру, а собственного жилища у меня здесь нет. Придётся вытаскивать, причём не только его. В любой другой ситуации я, возможно, убил бы шлюху, дабы она не рассказала об увиденном и услышанном, но прежде, чем она вернётся в принтер, возможно, получится её использовать.

Доктор терпеливо ждал моего ответа и, когда я озвучил детали постепенно выстроенного плана, то согласно кивнул. А я и наконец представился:

— Смертник. Меня зовут Смертник.

Глава 9

Баух едва держался на ногах, аж пришлось ему скормить вторую порцию порошка. Это дало ему заряд бодрости на какое-то время, но даже держа человека подмышкой, я чувствовал, как бешено колотится его сердце. Не устроить бы ему инфаркт, особенно с таким-то телосложением любителя красного мяса и невероятно быстрых углеводов.

Розалия после проведенной мною беседы поняла, что если сейчас она не поможет скрыть её постоянного клиента, в будущем девушку будут ждать большие проблемы. Даже если устрою их не я, то за неё точно возьмётся мой новоиспеченный знакомый в форме. Она фактически скрывала опасного беглеца, который в одиночку убил троих офицеров, украл их автомобиль и собирался отравить полгорода.

Когда я на ходу придумывал эту чушь, пару раз чуть не подавился смешком, однако наивная блондинка с большой грудью и очень доверчивым взглядом мне поверила и пообещала помочь. Она где-то раздобыла вещи по размеру, а именно штаны, длинный плащ с высоким воротом и кепку-восьмиклинку. В ней Баух выглядел как полный болван, однако со стороны походил на обычного алкаша, который слегка перебрал после плотного обеда.

Розалия заверила, что существует чёрный ход, у которого была припаркована машина доктора, так как в последние разы он встречался с ней инкогнито. Удобно, особенно в сложившейся ситуации, поэтому спорить особо не стал. Тем более, что мне удалось зайти в комнату напротив, которая как раз выходила окнами именно на задний двор. Узкая аллея, несколько небольших магазинчиков и припаркованный седан. Паршивенький, но главное, на ходу.

— Они нас заметят, — прошептала девушка, сменив свой рабочий наряд на неброские мешковатые штаны и кофту. — Мне очень страшно, возьми меня за руку!

— Конечно, заметят, когда одна из девочек пропадёт, но к тому времени мы уже будем далеко. И хватит меня лапать, лучше иди вперёд и открывай дверь.

Мы спустились по лестнице на первый этаж, и прежде чем свернуть в сторону задней двери, я увидел, как управляющая разговаривала с людьми из органов. Она явно была недовольна, что они сюда заявились и отпугивают клиентов, которые, стоит сказать, спешно покидали заведение даже не расплачиваясь. Они создали достаточно суматохи, дабы сопровождающие офицера не заметили, как мы прошмыгнули по лестнице.

Вот он засранец — выражение лица всё такое же. Не изменилось, даже когда управляющая начала его полоскать на чём мир стоит и яростно размахивать руками. Он лишь терпеливо вытирал брызги слюны с носа и лба, а затем едва заметно нахмурился и отвесил женщине звонкую пощёчину тыльной стороной ладони. Это был наш знак.

Я развернулся и потащил Бауха за собой к двери, где нас уже ждала Розалия, как вдруг из комнаты слева вышла симпатичная брюнетка. Она, судя по внешнему виду, только что закончила с клиентом и вышла на шум. Девушка явно узнала не только коллегу, но и повисшего на мне доктора, который постепенно приходил в себя и учился заново управляться с ногами.

Наши взгляды на мгновение встретились. Она смотрела на нас с ужасом, не понимая, что происходит, в то время как я незаметно достал пистолет с глушителем, спрятал его под плащом доктора и направил на незнакомку. Если придётся — нажму на спусковой крючок, но хотелось бы обойтись без лишних жертв. К тому же, пускай вокруг и шумно, но глушитель не полностью гасил грохот от выстрела, и ищейки явно его услышат.

Розалина посмотрела на коллегу так, словно я держал её в заложниках, и взглядом просила о помощи. Удивительно, но вместо того, чтобы верещать и забавно бежать на высоких каблуках, как это делают в фильмах, служительница культа любви молча кивнула и зашла обратно.

Молча. Просто закрыла дверь и затихла. И что бы это могло значить? У нее там телефон горячей линии психологической поддержки жриц любви на тумбочке? Или, может, тревожная кнопка в самом неожиданном месте? Как бы то ни было, пока никто суету наводить не начинал.

То ли она была должна Розалии денег, то ли Розалия теперь ей обязана, однако в этот раз нас пронесло.

Мы вышли из дома утех, и я первым делом закинул Бауха на заднее сидение и схватился за живот. Вот это точно не последствия бурной ночи, раз внутренности начинают взбухать. Я опёрся локтем о крышу автомобиля и выхаркнул небольшую порцию крови. Даже без вируса экскувиаторов внутри за последнее время мои органы претерпели достаточно и подавали очевидные сигналы.

Я с трудом достал термос бабульки, отбросил пластиковую чашку — не до нее — и присосался губами к горлышку. Глоток за глотком горячая жидкость проваливалась внутрь, противно обжигая нёбо. Розалия остановилась у пассажирского сидения и с ужасом смотрела на меня, пытаясь понять, что происходит. Я поднял указательный палец, сигнализируя о том, что панику надо бы отставить, и убрал термос в инвентарь.

Особый травяной отвар старушки сработал. Кишки постепенно возвращались в норму, а едва поступивший в желудок чай уже каким-то образом сумел купировать приступ. Пускай и ненадолго. Мне удалось вытереть со лба пот, пройтись тыльной стороной ладони по губам и сесть за руль. Ключ зажигания оказался в козырьке, и я тут же вставил его и завёл двигатель. Старенький седанчик недовольно заурчал и приготовился к поездке. Баух, ощутив себя вновь в положении лёжа, свернулся в позе зародыша и что-то мычал.

— Эй, нет, нет, не смей там умирать, у нас с тобой уговор, слышишь? —воскликнул я, выжимая сцепление и включая передачу.

— Я не умираю, — промычал сквозь сжатые губы тот. — У меня опиоидная интоксикация от той дури, что ты в меня запихал.

— Ну тогда лежи и получай удовольствие, только не вздумай отключаться, — ответил я, выезжая на дорогу.

Теперь главное не отсвечивать и ехать как ни в чём не бывало. Надеюсь, постовой службе не будет интересен обычный серый седан на оживлённых улицах ОлдГейта. Пока шло всё довольно хорошо, и я даже позволил себе немного отвлечься.

Впервые оказавшись на дороге, у меня появилась возможность как следует осмотреть Первый рубеж. Монументальный и поистине титанический Кокон двадцать четыре часа в сутки светился, словно радуга. Из его раскрытых лепестков лучами выстреливали разноцветные линии, уходящие до самой небесной тверди.

Где-то там был вход, куда не пускали без гражданства, записаться на которое я смог бы с недавнего времени. Мой социальный уровень допускал возможность прохождения цепи заданий, только бы вот разобраться со здоровьем и ватагой. Вместе мы найдём способ помочь друг другу и обязательно пересечём черту Города.

Я посмотрел в зеркало заднего вида и заметил, что добрый доктор заметно покраснел, что говорило быстро бьющемся сердце. Массаж коронального синуса помог бы ему, однако не успел я и предложить, как Баух прислонил первые два пальца к шее и начал медленно массировать. Надо отвлечь его беседой, иначе потеряю, а ведь мне только удалось его отыскать.

— Зачем ты вообще сбежал? — спросил я напрямую, игнорируя любопытные ушки блондинки.

— А зачем ты за мной пришёл? — парировал мужчина, продолжая массаж. — У всех нас есть свои причины, Смертник, но знай одно: после того, что случилось, я к ним не вернусь.

А вот это от тебя не зависит. Хочет ли он того или нет, мне всё равно придётся притащить его к Каю, чтобы обменять на информацию о местоположении ватаги. К тому же, неплохо бы использовать его сеть, чтобы туда не только проникнуть, но и вытащить всех обратно. Если для этого понадобится посадить Бауха на цепь — так тому и быть.

— Спокойно, — произнёс обычным голосом, стараясь успокоить мужчину. — Никто никуда не возвращается, мы просто стараемся избавиться от твоих государственных дружков. На кой чёрт ты им вообще сдался?

Кажется, массаж сработал, и мужчина заметно порозовел.

— Раньше я работал на лабораторию сети «НацГен», а они не так просто отпускают бывших сотрудников, особенно изучавших явление реакции экскувиаторов. Уверен, они хотят меня вернуться и узнать, что я сделал с образцом, но ты мне пообещал, наёмник, что взамен я взгляну, насколько далеко зашло заражение.

— Это настолько очевидно? — спросил я, заворачивая за угол.

— Кровавая рвота и вздутие кишечника? — ухмыльнулся тот и тут же закашлялся. — Вполне. Может, конечно, у тебя отказывает печень, но на алкоголика со стражем и наркомана ты не похож. А раз тебе настолько понадобилась именно моя помощь — значит, в обычную клинику ты пойти не можешь.

Теперь понятно, почему Кай не хотел его отпускать. Мужик оказался не просто умным, а ещё и через чур смышлёным. С другой стороны, раз он не стал спрашивать о подробностях, значит, мне придётся ему всё рассказывать. Идеально.

Вдруг я услышал, будто откуда-то идёт странный звук, очень похожий на чей-то шепот. Неужели Баух привёз с собой заложника в багажнике или запасную шлюху? Нет, под описание моего выдуманного сценария это, конечно, подходило, но вот для трусливого доктора такое развитие событий было совсем не характерно.

Я посмотрел по сторонам и заметил, как Розалия молча смотрела перед собой, не отрывая взгляда от дороги. В обычной ситуации человек бы реагировал как минимум с интересом и обернулся посмотреть, что я пытаюсь отыскать. Однако жрица любви продолжала молча созерцать дорогу, но её выдала тоненькая струйка пота, спускавшаяся по женственной шее.

Я опустил голову и увидел, что она прикрывала ладонями открытый телефон на коленях, и через пальцы пробивалось тусклое свечение. Резким движением схватил её за руку, дёрнул и взял устройство. Номер неизвестный, но на той стороне шепотом общаются несколько людей.

В окне заднего вида нарисовались два чёрных автомобиля, которые ранее были припаркованы у фасада борделя. Девушка посмотрела меня взглядом, полным ужаса, будто осознала, что её только что раскрыли. Она в защитном рефлексе выставила перед собой руки и приготовилась молить, как я резко схватил её за затылок и ударил лицом о приборную панель.

Розалия завыла, булькая кровью, соплями и слюнями, пытаясь что-то промычать, но было уже поздно. Я ударил ещё раз и больше не останавливался. Она продолжала невнятно мямлить, но после третьего раза замолчала и беспомощно обмякла. Я ударил ещё два раза для верности, а когда зубы вместе с осколками лицевых костей и накладными ресницами разлетелись по всему салону, открыл дверь и пинком вытолкнул тело на улицу.

В ту же секунду раздалась сирена автомобиля, а тело девушки попало под колёса гончих, оторвав голову с тоненькой шейки. Баух, пребывая в наркотической прострации, удивленно и с интересом наблюдал за происходящим, однако ничего не сказал даже тогда, когда тело любимой жрицы любви покинуло машину. Правда, он чуть не упал с задних сидений во время внезапного ускорения седана.

Я вдавил педаль газа в пол и попутно открыл карту города. Вот это уже плохо. Мы находимся чуть ли не в самом центре, и, судя по информации, впереди нас ожидает нехилая пробка. Надо съезжать с дороги и хорониться во дворах, иначе уже три преследующих автомобиля во главе с моим знакомым вскоре превратят наше тайное бегство в настоящую погоню.

Над головой пролетели вооруженные дроны с логотипом верховного аппарата ОлдГейта, но к счастью, у них была другая цель. Ничего, вскоре и на нашей улице будет праздник, когда гончие доложат о преследовании, и начнётся полноценная погоня. Я резко свернул, обгоняя медленно плетущийся автомобиль, объехал другой и примерно наметил маршрут.

Сбавлять скорость категорически нельзя, так как седан доктора и без того едва выжимал сто километров в час. Мне бы сейчас не помешал дополнительный стрелок, но Баух на это не способен — а другого у меня нет. На всякий случай, достал пистолет и положил его на колени. Если приблизятся, попробую убить хотя бы нескольких, потому что сдаваться — не вариант.

Поймают меня и доктора — узнают абсолютно всё, включая моё заражение и подполье тех революционеров. Может, и удастся бежать, но тогда прощай ватага и прощай шанс не исцеление. Придётся провести несколько недель в бегах, ограничиваясь лишь едой и с ном. А это вообще не то, что мне нужно.

Осознавая, что другого пути нет, я взглянул в зеркало бокового вида и увидел приближающийся автомобиль. Человек на пассажирском кресле уже выглянул из окна и открыл беглый огонь. Автоматные пули пробили заднее стекло седана и просвистели у правого уха. В следующий раз точно не промахнётся.

Я обогнал машину и вернулся на полосу так, что она оказалась ровно между нами. В спину раздался длинный гудок недовольного водителя, который через секунду уже пожалел о своей эмоциональности. Автомобиль противника вырулил вправо и нанес таранный удар в заднюю часть гражданского. Водитель не справился с управлением, и машину сначала занесло, а потом и вовсе перевернуло и заставило кувыркаться.

Мне, конечно, было известно, что военная полиция ОлдГейта — далеко не самые дружелюбные люди, но чтобы вот так? Ни в чём не повинного гражданского? Видимо, доктор успел им прилично насолить. Самого же Бауха вконец накрыло, и мужчина, лежа на спине, что-то мычал. Пускай отдыхает, главное, что не высовывает голову по чём зря.

Когда преграда между нами и преследователями исчезла, они прибавили скорости, и стрелок, видимо, собирался остановить нас на полном скаку. Только идиот на такой скорости и на узкой улице, полной других автомобилей, начнёт стрелять по колесам, и, к сожалению, тут мне не повезло. Он действительно прицелился и успел даже выстрелить короткой очередью, но водителю пришлось свернуть, и та прошла по касательной. Кузов пополнился новыми пулевыми отверстиями, а я взял пистолет и несколько раз нажал на спусковой крючок.

Две пули не достигли цели, однако третья попало прямиком в шею стрелку и тот, зажав брызнувший наружу фонтан крови, попытался залезть обратно. Именно в этот момент водителю вновь пришлось вильнуть, и ублюдок вывалился наполовину из салона, где его поджидал мчащийся навстречу автобус.

Дороги ОлдГейта в очередной раз окрасились кровью гончих, а я посмотрел в окно заднего вида и прикусил губу. Надо что-то с ними делать, иначе вскоре появятся новые. До съезда во дворы осталось ещё километра два по прямой, и я, обогнув очередной транспорт, достал телефон и нажал кнопку вызова.

— Смертник, бра-а-а-а-ат, — медленно протянул малолетний предводитель явно расслабленным и опьяневшим голосом. — Мы тут празднуем и как раз о тебе говорим. Ну что, чем порадуешь?

— Заткнись и слушай, — злобно прорычал и, вильнув в сторону, добавил. — Баух со мной, но за нами хвост гончих, мы на сорок пятой улице, центральная дорога, знаешь где это?

— Баух с тобой? Ты его нашёл?

— С кем это ты говоришь? — промычал доктор, чуть не грохнувшись с сидения. — С Розалией?

— Он со мной! И если хочешь его увидеть, лучше выгоняй своих людей, и пускай они устроят где-нибудь саботаж. Желательно, недалеко от нас и в другой стороне. Мы едем по сорок пятой в сторону второго КС.

— Сорок пятая, сорок пятая… — судя по звукам, парень хлопал себя по щекам. — Да, сорок пятая! У нас там есть отряд наблюдателей, но если их использовать, то недели внедрения пройдут зря. Чёрт, Смертник, он мне нужен живой и невредимый, ты меня понял? Будет тебе саботаж!

Я молча положил телефон и вернулся к вождению. Маневрировать в плотном движении становилось всё тяжелее, а впереди нас ожидала широкая развилка. Нет, придётся сворачивать раньше и оставлять машину, иначе далеко не уедем. Подтверждением стала длинная очередь откуда-то сзади, и над головой пронеслись боевые дроны.

Ну же, Кай, где твой саботаж, твою мать? Я пригнулся от очередной порции свинца в затылок, и вдруг где-то позади раздался мощный хлопок. Ударная волна добралась и до нас, а мне показалось, что парень слегка переборщил. Тем не менее, это даст нам окошко и направит гончих по ложному следу. Осталось только разделаться с этими и не дать им уйти. Таким образом я сниму с себя подозрения и всё свалю на их маленькую террористическую группку.

Заметил достаточно широкую аллею, в которой можно скрыться, и резко свернул на неё. Колёса автомобиля засвистели, и седан, не предназначенный для таких виражей, залетел в проход между двумя домами. Мне удалось сохранить управление, и я полностью сосредоточился на дороге, стараясь никого не сбить. Жители отпрыгивали в стороны, прижимая к себе пакеты, коробки и личные пожитки.

Если верить карте, а причин не доверять ей у меня не было, через несколько сотен метров будет довольно уютный, а главное, тихий тупичок. Гончие могут гнаться за мной хоть весь день, и рано или поздно мне придётся с ними столкнуться лицом к лицу. Уж лучше рано, чем поздно. Заметил стоявшие у обочины наставленные друг на друга ящики, перетянутые цепью, и на полном ходу рубанул по ней клинком. Это на время их задержит и даст мне возможность подготовиться.

Тупичок оказался вполне просторным и способным вместить наши машины. Часть выходящих туда окон закрыта металлическими листами, а те, кто ещё проживал в этом здании, явно не дружили с военной полицией. Я остановил машину возле подъезда, силком затащил туда Бауха и быстро осмотрелся. Можно забраться на второй этаж пустого здания и устроить им оттуда засаду.

Добытый у старушки дробовик как раз пригодится в этом сценарии, поэтому, не раздумывая, я запрыгнул на козырёк подъезда, подтянулся, забрался внутрь и затих. Снаружи послышался рёв двигателей, в то время как я снаряжал дробовик и внимательно слушал. Хлопок двери, за ним ещё несколько. Всего четыре, значит, их около полу-десятка, включая моего знакомого.

Я вставил последний патрон, передёрнул затвор и медленно выдохнул. Минимум пять целей, вооруженные и прокачанные, с моей же стороны — эффект неожиданности. Они, скорее всего, подумают, что я забежал в подъезд, в который специально открыл дверь, но ничего, кроме смерти, они там не найдут. Я досчитал до трёх, достал гранату, украденную из арсенала гончих и, выглянув, бросил.

Успел заметить троих у дверного проема подъезда, а ещё трое дежурили у машины. Жаль, но офицер остался сидеть в машине, поэтому у него будут все шансы выжить. За последовавшим хлопком гранаты я швырнул ещё одну и открыл огонь по машине. Выстрел за выстрелом, пустые гильзы вылетали наружу, и пока гончие не очухались, я сорвался с места, на ходу вбивая патроны в магазин дробовика.

— Сверху! Он… — раздался второй хлопок. — Чёрт, он сверху!

Я зарядил дробовик и спрятался за стеной, когда застрекотала первая очередь. Ублюдки открыли ответный огонь, но мне удалось насчитать всего два действующих автомата. Остальные были или мертвы, или лишились конечностей и не могли атаковать. Я дождался, пока их бойки сухо застучат, и, выглянув, открыл огонь. Затяжной битвы, как бы хотелось гончим, у нас не получится. Человек в форме храбро принял выстрел на грудь, но не вынес неимоверной тяжести бытия и дроби и повалился на спину.

В ту же секунду моё оружие дало понять, что боезапас иссяк, и, убрав его в инвентарь, я воспользовался клинками. Старый знакомый офицер к тому времени уже успел вставить новый магазин и приготовился к стрельбе. Я приземлился на асфальт и вместо того, чтобы бежать прямиком на выстрелы, засеменил по дуге, по пути бросив в противника армейский нож.

Он попал прямиком в винтовку, и тот едва не выронил её из рук. Этого оказалось достаточно, чтобы мне удалось приблизиться и, не сбавляя скорости, вонзить оба клинка ему в грудь. Мужчина смотрел на меня глазами, полными ужаса, а изо рта выстрелил кровавый фонтанчик. Я злобно оскалился, проворачивая сталь и доставляя ему предсмертные муки.

Что, скотина, с другой стороны стола не так приятно сидится?

Он скривился в гримасе агонии, а когда я надавил сильнее, человек испустил последнее дыхание и вернулся в принтер.

Кровь, слишком много крови и оторванных конечностей. Только что, всего меньше чем за минуту, мне пришлось убить шесть человек, принадлежавших к специальному отделу военной полиции. Этот факт не должен вскрыться ни при каких обстоятельствах, а значит, придётся немного прибраться и инсценировать криминальную разборку.

Из подъезда выглянул Баух, которому, судя по внешнему виду, стало уже немного лучше. Мужчина осмотрел поле битвы, увидел меня с окровавленными клинками и едва сумел сдержать рвоту.

— Не стой там, иди сюда и помоги. Найди в машине шланг для бензина и слей всё в канистру.

— В моей машине такой есть, и я так полагаю, она мне больше не пригодится? — поинтересовался Баух, хоть и сам прекрасно знал ответ на этот вопрос.

Я молча кивнул и принялся раскладывать трупы по машинам. Всё должно выглядеть как кровавая расправа, причём жестокая. Пришлось отрезать несколько рук для верности и разложить их, словно это работа показушного и больного ублюдка. Пускай думают на банду Кая, так всем будет проще.

Когда мы наконец закончили, я вытер руки об одежду трупа, отошел на безопасное расстояние и коротко выдохнул. А как хорошо всё начиналось. Мы летели на ВР-1, полные энтузиазма и новых надежд, а когда увидели целый город, аж сердце замерло на мгновение. Чистый, красивый, никаких варваров, торговых кланов и боевых ежей — ничего подобного. Однако в конечном счёте все пришло к одному и тому же.

Я выбил искру клинками, проводил огонёк взглядом, а когда он добрался до автомобилей, то приподнял ворот куртки, засунул руки в карманы и пошёл отсюда прочь.

Глава 10

Баух сидел на стуле в гостиной Фокс и крепко сжимал обеими руками чашку с горячим чаем. Он смотрел на восходящий от жидкости пар уже какое-то время и старался не уснуть. После его опиоидного захода наступила вполне естественная абстиненция. Он сказал, что мало чего помнил о том, что происходило на пути сюда, и старался об этом не думать. Я сначала подумал, что его опоила ныне покойная Розалия, но доктор отчаянно признался, что принятый им наркотик — дело его собственных рук.

Причём до этого никогда подобным не занимался и просто хотел расслабиться и отправиться в другой мир. Фигурально выражаясь. Эта не была попытка самоубийства, скорее наоборот — он хотел жить, только не в этом мире и в не этом теле, которое теперь ненавидел всеми фибрами своей души.

Я позволил ему принять душ, закинуться фармакологией, чтобы облегчить похмелье и даже заварил ему чай из пакетика с пылью. Однако время постепенно подходило к концу, как и моё терпение. Я не собирался выступать в качестве психотерапевта, как покойная шлюха, да и Кай уже трижды звонил, требуя ответов. Хватит, пора платить информацией за спасенную жизнь.

Я поставил перед Баухом стул спинкой вперёд, удобно устроился и заговорил:

— Ну, может, уже расскажешь, зачем ты сбежал и почему тебя так сильно хотят вернуть обе стороны?

— Зачем я сбежал? — повторил мои слова мужчина и, так и не сделав ни глотка, поставил кружку на стол. — От кого именно сбежал? Что тебя интересует?

Ох уж эти интеллигенты, их душевные копания и философские рассуждения, на которые у меня не было ни времени, ни желания это всё выслушивать. Я выхватил чашку из его ладоней, поставил на невысокий столик и заставил доктора прийти в себя.

— Значит так, сейчас за тебя одновременно хотят и гончие, и ватага Кая, поэтому скажу прямо. Мне одинаково плевать и на тех, и на других, да и на тебя тоже, на самом деле. Единственная причина, почему я рисковал жизнью, спасая того, кто и сам жить не хочет — это моё состояние, о котором ты уже догадался. Если хочешь покончить с собой, нажраться ещё таблеток или сидеть и рефлексировать — вперёд и песней, но у меня времени на это нет. Поэтому к главному вопросу: что со мной происходит?

Баух ошарашенно смотрел на меня, услышав такое откровение, а затем кивнул, словно смирился со своей участью, и посмотрел на поверхность стола, где стоял полученный от старушки термос. Он взял его, с интересом покрутил перед глазами, а затем кончиком указательного пальца подцепил несколько капель из него и положил на язык. Я сидел молча и не мешал ему заниматься делом, наконец сумев его вывести из транса.

Лицо доктора изменилось. Он перестал жалеть себя, а в глазах появилась искорка профессионального интереса. Прочь полетел и тёплый плед, которым тот укрывался в приступе похмельной меланхолии. Я всегда говорил, что лучше заниматься делом, нежели сидеть и терзать себя за потраченному впустую время. Видимо, всё же оказался прав.

Доктор бесцеремонно схватил меня за запястье, похлопал по венам, а затем сгрёб со стола всё ненужное и поставил туда портативную лабораторную центрифугу. Угу, я тоже всегда с собой таскал подобное оборудование, когда ходил в бордель с целью принять галлюциноген, однако говорить этого вслух не стал.

Удивительно, но это не единственное, что он носил у себя в инвентаре. Дальше на столе оказался комплект для забора крови, какие-то подписанные от руки и заполненные жидкостью мензурки и даже бутылка спирта. Я не стал сопротивляться, когда тот подготовился, взял у меня кровь и принялся её внимательно рассматривать, прежде чем засовывать в устройство.

— Какая у тебя профессия? Не фарматех случаем? — спросил он, когда центрифуга начала своё вращение.

— Фарматех, но больше с уклоном в Санктуум, в реале я за изучение ремесла ещё не принимался.

Баух посмотрел на меня со смесью настороженности и откровенного непонимания, словно у меня имелось редкое орудие, которым я по какой-то причине не пользовался. Он задумчиво перевёл взгляд на центрифугу, и до конца процесса мы оба сидели молча. Мужчина даже сделал несколько глотков остывшего чая и, не выдержав, заговорил первым:

— Тогда я тебя кое-чему научу, пока ждём, раз уж ты мне жизнь спас. Умения фарматеха не только для создания бутылок в КС нужны. В реальности, конечно, никаких умений нет, но это не означает, что ремесло исключительно для вирта. Даже те, кто не использует ремесло для профессионального роста и научной карьеры, могут пользоваться базовыми знаниями, о которых не рассказывает интерфейс. Например, ты знал, что твой индекс — это фактически компьютер на биологической основе, подключенный напрямую к твоему матричному импринту?

— Проскальзывала такая мысль, — ответил я прямо, вспоминая как собирались эти «компьютеры» в отдельный пакетик, чтобы получить доступ к так называемому пропуску.

— Хм, может, даже и не всё потеряно. Так вот, при получении профессии у тебя появилась возможность тщательнее изучить этот процесс. Видишь ли, у всего есть собственный генетический код, пускай даже и фальшивый, как у индексов и некоторых консолей системы. А то, что, пускай даже частично, состоит из биомассы, можно заразить вирусом. Ты когда-нибудь задумывался, почему тщательно написанный код или червь для киберпространства стоит целое состояние? Всего лишь набор ноликов и единиц, не имеющих никакой биологической подпорки, однако мало кто задумывается, что то же самое можно сделать и для био-компьютеров.

— Речь идёт о создании червей в прямом смысле этого слова?

— Почти, — уклончиво ответил тот, постукивая ногтем указательного пальца по центрифуге. —При достаточном уровне тренировок ты сможешь запрограммировать свой или чужой организм не хуже, чем какой-нибудь компьютер. Речь идёт о гормональной структуризации и частичном контроле обмена веществ. Например, ты в сценарии принимал созданные препараты? Ощущал их действие на себе? Так вот, представь, что в реале сможешь по желанию повышать или понижать уровень обмена веществ и разбирать принятые тобою препараты на ферменты. Как, например, твой чай, ты ведь понятия не имеешь, почему он останавливает приступы? Та старушка, на самом деле, одна из самых опытных фарматехов и мой бывший преподаватель на кафедре. Она научилась прогонять через свой организм даже самые опасные яды и расщеплять их на отдельные ингредиенты, выводя собственные формулы. Обычный чай, каким бы сильным и действенным он ни оказался, не способен останавливать приступ реакции на полном скаку! Однако ей удалось. Я годами пытался узнать у неё формулу, но старуха слишком упёрта. Говорила, что всё равно все мои данные уйдут верховному аппарату ОлдГейта, а они используют их для улучшения системы сегрегации населения. Эта одна из причин, по которой мне пришлось покинуть лабораторию.

— Так, стоп, — остановил я Бауха, пока он вновь не ушёл в самокопания, и поинтересовался. — Ты хочешь сказать, что при достаточном уровне тренировки я смогу влиять на собственный организм и научить его защите от ядов?

— Я не хочу сказать — а говорю прямо. Для невосприимчивости к ядам потребуются усилия, но в целом да. Ты ведь уже успел заметить, что ОлдГейт — это одна большая чашка Петри? Биоинженерия, чистота крови и генетического кода. Фильтрационный лагерь, если спросишь меня, где отбирают только тех, кто достоин ступить в Город-Кокон. Новый гражданин должен обладать не только продвинутой кибернизацией, но и хотя бы зачатками биоинженерии. Обычный человек, пускай даже со слишком чистой кровью, никогда не попадёт внутрь, поэтому, если твоя цель кроится за высокими стенами кокона, начинай погружаться в биоинженерию, — тут доктор заметил, что центрифуга наконец прекратила свой раскручивание, и коротко заключил. — Как станешь элитным наёмником, в разделе фарматеха появится новый раздел улучшения тела. Советую начать с простеньких эликсиров.

На этом мы оба замолчали, и Баух, достав пробирку с моей кровью, медленно потряс перед глазами и выдохнул. Его взгляд и вздох не вызывали ни капли оптимизма, и в этот момент у меня вспотели ладони. Я закрыл глаза, досчитал до трёх, а затем мысленно произнёс мантру. Моё тело, мои эмоции. Они всего лишь орудие в моих руках, не более того.

Когда открыл глаза, на меня смотрел задумчивый доктор с весьма удручённым взглядом.

— Говори прямо, не люблю, когда на меня вот так смотрят, — выпалил я как на духу. — Словно пытаются играть в пожалейку.

— Ты действительно заражён, — Баух кивнул. — Причём, судя по результатам, довольно давно. А это значит, что должен был среагировать ещё несколько недель назад. Когда, говоришь, у тебя случился первый приступ?

— Позавчера. Что значит, давно заражён? И вообще, как можно подхватить эту заразу?

Баух пожал плечами.

— Вариантов несколько. Напрямую через экскувиаторов, правда, для этого требуется наглотаться немало зараженной крови. Были случаи, когда выходили из принтера уже с паттерном в организме, но это единичные случаи. Ещё, как вариант, от некачественной сыворотки или прививки, которую ставят всем операторам Дивизиона, но за этим сейчас строго следят.

— Стоп, стоп, на ВР-2 никаких кровопийцев и сывороток не было. Обычные люди, грязные шахтёры на моих глазах надувались и лопались как воздушные шары.

— ВР-2? — с интересом прошептал Баух, словно нас подслушивали. — Значит, ты с ВР-2? Там действительно был прорыв? Сколько человек погибло?

— ВР-2 больше нет. Чёрт, сосредоточься на теме! Существуют ли другие способы? Вода? Пища? Мне пришлось убить немало тварей, но крови не глотал. Прививки не делали.

Баух задумался и медленно произнёс:

— Мне потребуется больше информации для заключения.

— Пёс ним, — злобно выпалил я, оглядываясь по сторонам. — Заразился так заразился. Что делать будем? Как мне избавиться от этой дряни?

Доктор состроил профессиональную мину научного работника, который собирался преподнести мне ужасные новости, но, уже достаточно меня изучив, выразился прямо:

— Ты должен был среагировать ещё недели назад, а значит, достигнута финальная стадия. От этого нет лекарства, пока нет, но даже если бы и было, у тебя всё слишком далеко зашло. Слишком запущенно. Твой единственный шанс — это биологическое обновление, которое проходят перед вступлением в Город, но для этого…

— Надо получить гражданство, — ответил я за него и задумался.

Теперь, когда у меня было больше информации на руках, я хотя бы знаю, как действовать дальше. Понять бы ещё, откуда во мне сидит эта зараза, и что стало с ватагой.

Я открыл банк, где всё ещё лежала тряпка с моим посланием. Неужели они её не видели? Нет, ведь живы, значит, имеют доступ. Тогда почему молчат?

Твою мать, теперь придётся разбираться сразу с несколькими вещами одновременно. Надо каким-то образом не сдохнуть, набраться сил и терпения и продолжать поднимать в гору. Требуется новый социальный статус, чтобы развивать в себе контроль над организмом, который сейчас придётся как никогда кстати, и получить первое задание цепи на гражданство.

Также надо бы найти стабильный источник заработка или одну быструю, но опасную халтурку. После того, как Кай обнаружит ватагу, вытащить их будет не дешево. Элли меня сожрёт с потрохами, но ещё неплохо бы обзавестись новым хромом. ОлдГейт предоставлял целый спектр новых технологий, не воспользоваться которыми было бы глупо. Ну и, конечно, прокачка. Всё это надо сделать, и желательно уместиться в несколько дней, при этом не превратившись в монстра.

— Смертник, я понимаю, что новости страшные, и, может…

— Всё нормально, на самом деле, даже стало лучше. Теперь у меня есть цель, и я знаю, в какую сторону двигаться. Спасибо, Баух, я благодарен за твою помощь.

В этот момент послышался щелчок замка, и моя рука машинально потянулась за пистолетом, однако ключ был только у хозяйки. Она зашла, стянула с себя обувь и довольным голосом произнесла:

— Так и знала, что ты всё ещё здесь будешь, Смертник. Может давай ещё раз, а то ночью как-то сумбурно было, я не… ой! — Фокс резко замолчала, увидев меня в компании доктора, и стеснительно добавила. — Я не знала, что здесь кто-то будет. Кто это, Смертник?

Не успел я и ответить, как в очередной раз раздался звонок телефона, и на откинутом экране высветилось имя Кая. Вот же настырный пацан. Ладно, всё равно игнорировать его долго не получится, поэтому я встал и, глядя в глаза удивлённой Фокс, ответил:

— Это Баух, можешь пока с ним познакомиться. Он поживет здесь пару дней, так что узнавайте друг друга получше.

Я улыбнулся потерявшей дар речи девушке и нажал на кнопку принятия вызова.

— Смертник! Я уж думал, тебя завалили! Ты где? Нам тут такой цирк пришлось ради вас устроить! Где Баух? Он с тобой?

Я посмотрел на доктора, который натягивал дружелюбную улыбку и пожимал руку рыжеволосой хозяйке квартиры и ответил:

— Со мной, и так ещё будет пару дней точно. Он мне нужен.

— Ты издеваешься? — прокричал во весь голос паренёк. — Какие пару дней?! Смертник, у нас не такой был уговор.

— Вот именно, — решил напомнить ему, сохраняя спокойный голос. — Уговор был не такой: я тебе доктора, ты мне информацию о моей ватаге. Так что, узнал где их держат?

— П-ф-ф, секторов гетто слишком много, и мне понадобится дополнительное время. Но, Смертник, ты должен привести Бауха ко мне, срочно! Поверь мне, ты не хочешь, чтобы Либертал стал твоим врагом. Мы тебя всё равно сможем найти.

— Так вот как вы называетесь! Я, в отличие от тебя, выполнил свою часть уговора, так что как найдешь информацию насчёт местоположения моей ватаги, тогда и поговорим.

С этими словами я оставил его злиться где-то под улицами ОлдГейта и оборвал звонок. Мечется, поди, сейчас там, как окунь на нересте, но ничего, ведь в конечном счёте правда за мной. Отдавать ему Бауха, не получив взамен то, что мне причиталось по уговору, — это обычный развод, в которых я разбирался достаточно неплохо.

Телефон отправился в инвентарь, а я обернулся увидел, как на меня смотрела Фокс. Девушка явно планировала заняться другим делом — а не знакомиться с каким-то лысеющим толстячком среднего возраста, однако вот он, и вот я. Удивительно, но устраивать истерик она не собиралась, вместо этого предложила нам кофе и ушла на кухню.

— Эм, я не всё тебе сказал, Смертник, — заговорил доктор, у которого, видимо, остались ещё хорошие новости. — Чтобы пройти биологическое обновление, тебе надо до него дожить. Чая старухи у тебя осталось не так много, но я знаю, где ты сможешь добыть ингредиентов для того, чтобы создать ещё. Она вряд ли откажет тебе, если принесёшь ей их, вместе с небольшим подарком, но для этого придётся отправиться в Мортмен.

Я кивнул:

— И что опасного в этом Мортмене?

— Это старый город, — ответила за него Фокс, выходя с кухни с двумя чашками порошкового кофе. — Ещё когда-то давно он и был ОлдГейтом, но потом произошла эпидемия. Реакций было столько, что пришлось эвакуировать верховный аппарат в сам Город. Потом, конечно, экскувиаторов сдержали, и с тех пор они оттуда совершают периодические набеги на ОлдГейт, который выстроили после. После этого, кстати, и началась вся история с сегрегацией, чистотой крови и гетто. Если тебе туда надо попасть, то наш отряд как раз ищет замену убитому наёмнику. Ему раздробило колено, и его больше не ведёт дорога оперативника, правда, потом ещё голову оторвали, но это уже после.

Баух кивнул:

— Это самый безопасный и единственный способ туда добраться, не нарушая закона. В одиночку в Мортмене выжить практически невозможно. А вот Дивизион — другое дело. Он как раз и занимается тем, что пытается защитить ОлдГейт и очистить старый город.

— Значит, Дивизион.

Присоединяться к ещё одной организации мне хотелось в последнюю очередь, но Баух прав. Если единственный шанс на спасение — это биообновление, то до этого момента надо дожить. Состав старушки действовал и неплохо снимал приступы, но его осталось на один приём, максимум два. Я уже выяснил, что рецептом она делиться не будет, да и ингредиенты явно недешево стоят, поэтому где бы ни был этот Мортмен, мой путь будет лежать именно туда.

— Тогда первым делом в КС за новым социальным уровнем, а ты пока набросай карту с подробным описанием. Фокс, скажи своим, что кандидатура нашлась, но не слишком распространяйся, кто я такой. Увидимся в Санктууме через несколько часов.

Я уже собрался уходить, как Баух что-то промычал и спешно вставил:

— А я тем временем смогу приготовить для тебя базовые эликсиры для той тренировки, о которой мы с тобой говорили. Ну и, если хочешь, могу ещё что-нибудь сделать.

В голову пришла мысль о создании нейрококтейлей, и ответил:

— Угу, есть кое-что, в чём может понадобиться твой помощь. Особенно перед походом в старый город.

Баух кивнул и напоследок спросил:

— Это ведь был Кай, да? Он хотел меня? Я подслушал, что ты договорился с ним обменять меня на информацию о твоей ватаге? Они ведь в гетто, так?

Я нахмурился и переспросил:

— Да, а что? Тебе что-то известно?

Лицо доктора резко помрачнело, он вернулся на свой стул и, спотыкаясь о слова, спешно затараторил:

— Нет, просто… в общем, сейчас это не особо важно. Расскажу как-нибудь в другой раз. Тебя впереди ждёт поход в старый город. Не хочу отвлекать.

***

«Трупы, много трупов. Много работы. Приятный запах смерти щекочет корень языка, отчего зубы стучат ещё быстрее. Хозяин выпустил погулять, но работы ещё много. Мои маленькие ножки были созданы для того, чтобы пролезать там, куда другие не поместятся. Мои маленькие ручки ухватятся за любую мелочь и сохранят для господина. Моя маленькая жизнь не стоит и тех редких крупиц внимания, которые уделяет мне мой хозяин. Моё предназначение — служить».

Сгорбленный человечек, проводивший большинство времени в клетке, как и все ему подобные, не знал другой жизни. Он вышел из принтера покалеченным карликом с исковерканным опорно-двигательным аппаратом и сломленной волей. Ещё в первый день его посадили на цепь и стали медленно объяснять смысл его существования.

Низшая ступень человечества, созданная для службы чистокровным, и за это он будет жить. К тому же получит редкую возможность снискать внимание чистокровных, в то время как ни один из них даже не посмотрел бы на такого уродца. После этого он занял своё место среди других трупных каргоидов и принялся служить своим новым господам.

Вокруг действительно было много трупов. Целый сектор гетто среагировал всего за несколько минут и превратился в плацдарм для настоящего нашествия экскувиаторов. Монстры не успевали рождаться, как сразу бросались в бой и поглощали биомассу, подготавливая почву для будущей хризалиды. Некоторая часть отправилась за пищей на прилегающие территории, где их никак не ждали работающие там люди.

Однако те, кто остались, были таковыми недолго. После того, как ОлдГейт удалось отбить, сюда пришли вооруженные до зубов люди, приносящие с собой только огонь и смерть. Понадобилось двадцать часов и тонны горючей смеси, чтобы очистить целый сектор гетто и убить восемь тысяч превращенных в монстров когда-то людей.

После того, как это место признали безопасным, из клеток выпустили каргоидов. Они должны собрать все ценные материалы, в том числе и биологические, для выяснения причины реакции. Однако не все использовали их по назначению, предпочитая обогащаться в процессе. Даже в гетто можно найти вещи, которые с радостью получится продать в самом городе.

Маленький каргоид, вооруженный небольшим крюком, который он вонзал в тела, чтобы удобнее было переворачивать, подбежал к небольшой обугленной кучке монстров и принялся разбирать. Пахло так, как ему нравится, отчего по кривым губам потекла тоненькая струйка слюны. Если он сможет найти что-нибудь ценное, ему достанется тарелка каши, а может, даже и мяса.

Карлик быстро орудовал крюком, продираясь сквозь тела монстров и пытаясь хоть что-нибудь отыскать. Обычно под такими кучками можно было найти труп человека, которого не успели сожрать, а иногда даже чьи-то пожитки. С каждым замахом он откидывал изуродованную плоть, пока его маленькие глаза-пуговки не заметили кое-что блестящее.

Он быстро заработал ручками, добрался до предмета и от удивления широко раскрыл рот. Такого предмета ему ещё не приходилось находить, и хозяин точно будет доволен. Каргоид не знал, насколько ценным оказалась эта вещица, но понимал, что такого цвета он ещё не видел. Пластиковая на ощупь, с мягкими подушечками, которые приятно было трогать, и странными кнопочками, от нажатий на которые ничего не происходило.

Каргоид облизал предмет, понюхал — пахло трупами и чем-то отвратительно сладким. Он едва не выхаркнул пасту, которую ему дали съесть с утра, а затем убрал фиолетовые наушники в инвентарь и продолжил поиски наживы.

Глава 11

Очередной перенос закинул меня в сценарий, от которого буквально пахло чем-то знакомым. Я открыл глаза и обнаружил, что нахожусь в уборной какого-то дорогого заведения. На полотенцах позолотой выгравировано знакомое название отеля, в котором мне приходилось проводить немало времени. В прошлый раз меня забросило на дождливые улицы родного города, и система заставила вырезать целый ресторан. Надеюсь, сейчас всё пройдёт иначе.

Вместо того, чтобы обращаться к интерфейсу и, словно послушный щенок, принимать очередное задание, я закрыл глаза и прочитал привычную мантру. Странное ощущение, очень странное, будто знаю, что произойдет дальше, но не могу вспомнить подробностей. Да, именно вспомнить! На третье погружение сценарии на повышение социального уровня перестали быть обычными конструктами. Это мои воспоминания, по крайней мере, в каком-то его проявлении. В противном случае, откуда мне знать, что за дверью будут ждать мои два самых близких подчиненных, и первое, что они спросят, — это что им делать дальше.

Снаружи много людей, все они собрались ради какого-то празднества. День рождения? Нет, свадьба — но чья? Открыл глаза, посмотрел на себя в зеркало и заметил белый костюм с расстёгнутым пиджаком и чёрным воротом рубашки. Я жениха не похож, значит, я приглашенное лицо? За поясом отчётливо ощущался пистолет, которым оказался тот самый ТехКор, видимо, моё любимое и преданное оружие. Удобная рукоять, голографический интерфейс, помощник ИИ, управляющий технологией умного прицела, и обойма на двенадцать патронов.

Женихи такое точно не носят.

Успокоила мысль, что убивать гостей свадьбы не придётся и, выдохнув, всё же заглянул в интерфейс. Ничего! К слову, вообще ничего! Нет ни задания, ни характеристик, ни привычных вкладок. Пусто! Даже сам интерфейс выглядел серо и уныло, лишь обычная рамочка, в углу которой красовался знакомый логотип.

Откуда такие резкие изменения? Уникальная механика именно элитного наёмника, или это из-за того, что изменилось моё восприятие сценария? Он больше не ощущался как обычных конструкт, где технология и «магия» сплетались в общий хаос игровых умений. Я чувствовал себя как самостоятельная единица, погруженная в полноценный мир, со своими правилами и всё ещё живущими людьми. И от осознания этого по телу пробежали мурашки.

Снаружи раздались восторженные крики людей, и видимо, это намёк, что мне пора присоединиться к гостям. Я на всякий случай проверил боезапас пистолета, умылся, вытер лицо бумажным полотенцем и бросил комок в урну. Вода ощущалась как настоящая, пускай и в реалиях КиберСанктуума, а вот всё остальное вызывало противоречивые ощущения.

— Босс, мы всё проверили, что нам делать дальше?

Двое высоких и крепко сложенных мужчин в тёмных костюмах действительно ожидали меня у выхода. Я ничего не ответил, словно надеялся, что заговорит кто-нибудь другой, но нет, они ждали именно моих приказов. Ну и что мне сказать? Я и понятия-то не имею, кто они такие, точнее, не помню. Или всё же помню? Я внимательно осмотрел людей с головы до ног и коротко произнёс:

— Действуем по плану, наблюдаем.

Слова вылетели автоматически, однако произносил и, более того, хотел произнести их именно я. Двое сотрудников молча кивнули и отправились в банкетный зал, откуда раздался очередной восторженный возглас. Я поправил костюм, ощущая вес пистолета за поясом, и вдруг меня кто-то окликнул:

— Ну, наконец-то! ты чего так долго? Хочешь, чтобы Та Лонг тебя сам искал? Ты, конечно, у него в любимчиках, но сегодня свадьба его дочери. Эй, ты в порядке?

Женщина, лет тридцать пять, лёгкие намёки на ранние возрастные морщины. Я её знаю, только не помню имени. Видимо, придётся пока действовать по сценарию и двигаться по течению. Посмотрим, куда оно меня приведёт, и что потребуется для прохождения.

Мы вышли в огромный и богато украшенный золотом и шелками банкетный зал человек на пятьсот, не меньше. Десятки круглых столов, за которыми сидели многочисленные гости и аплодировали представлению азиатских актеров, исполняющих древний традиционный танец-ритуал на сцене.

В голове вспыли размытые картины, где я общался с людьми, улыбался и ощущал на себе чей-то пристальный взгляд. Тревога — нет, насторожённость. Этот взгляд меня если не раздражал, то заставлял чувствовать себя дискомфортно, однако я никогда не чувствую себя дискомфортно. Странно.

Из размышлений меня вырвала женщина, которая молча ткнула меня в бок и кивком указала на тучного мужчину в костюме. Он стоял недалеко от сцены, окруженный прихлебателями, которые одаривали его подарками, передавая пузатые красные конверты худощавому старику справа. Он складывал их на специально приготовленный стол, где уже высилась приличная стопка.

Я заметил своих подчиненных, которые мастерски сливались с толпой и делали вид, что смотрят за представлением, и направился к человеку. Та Лонг, так его звали среди ему подобных, так называл его и я. Внушительное звание, самая высокая позиция в рядах его организации, которая дословно переводилась как — Большой, или Главный, дракон.

Он заметил моё приближение и сложил руки на своём огромном животе. Я подошёл, достал из внутреннего кармана конверт, швы которого едва не лопались от набитых в него купюр, и с уважением протянул. Мужчина даже не обратил внимания на подарок, однако его взгляд говорил о многом, а когда лишние люди ушли, он произнёс:

— Ты понимаешь, насколько важен для меня этот день?

— Всё будет в лучшем виде, я о них позаботился.

Мужчина коротко кивнул, осмотрел гостей и спросил:

— Всё ещё бегаешь за Скрином? Пытаешься его найти?

— Я даже не уверен, что он — это он, — ответил, вспоминая, как во время перестрелки в ресторане пытал одного ублюдка в поисках информации.

— Твой хозяин хочет, чтобы ты чаще выполнял свои обязанности — а не гонялся за призраками, но ты всегда делал то, что тебе самому хочется. Я не стану поднимать эту тему снова и скажу всего один раз. Остановись, пока ещё не поздно.

Голос человека прозвучал холодно, но без угроз. Почему-то я не ощущал от него злобы, лишь дружеское предупреждение, которое, по его мнению, в будущем может спасти мне жизнь. Послушал ли я его совета? Это зависит от того, что он действительно имел в виду.

Наше общение, которое заметил весь зал, было прервало торжественной музыкой. Актеры спешно покидали сцену, а в зал вошла невеста в традиционном красном обтягивающем платье. Её лицо было мне знакомо, причём даже ближе, чем может показаться на первый взгляд. Пускай сейчас она выглядела как сногсшибательная, но всё же послушная дочь, однако мне было известно, что во всю спину у неё была татуировка в виде китайского дракона. Я его видел, причём несколько раз и под разными ракурсами.

Наши взгляды на мгновение встретились, и её натянутая улыбка окрасилась мимолётной грустью. Договорной брак с бесхребетным сыном новообретенной в дружбе организации — не то, на что может надеяться девушка, но выбора ей не оставили. Я сдержал улыбку, но всё равно подмигнул в ответ, что не мог не заметить стоящий рядом гордый отец.

Церемония началась, а мне всё ещё не было известно, что я должен сделать. Убить их? Дождаться конца и убедиться, что всё пройдёт без сучка и задоринки? Нет, система не стала бы составлять для меня столь скучный сценарий или выдёргивать из похороненной памяти обычный банкет. Должно произойти что-то ужасное, и я это прекрасно ощущал. Нарастающее чувство опасности заставляло сердце биться чаще, а в голове тем временем всплывали новые кадры из прошлого.

На них я сидел в тёмной квартире, освещаемой лишь луной ночного города, а на кровати лежала обнаженная невеста, соблазнительно водя пальцем по мягкой перине. Вряд ли это можно назвать предвидением будущего, скорее, прошлого, однако на этих кадрах у меня в руках был пистолет, а белая простыня местами вымазана кровью.

Я мысленно отбросил эти кадры в сторону, как вдруг ситуация кардинально поменялась всего за секунду.

Одинокая пуля, выпущенная умелым снайпером, попала в грудь тучному и гордому отцу невесты, и он не сразу понял, что произошло. Однако понял я. Ту же секунду повалил его на пол, закрыл собственным телом и достал пистолет. Откуда выстрел? Почему я был уверен и даже сказал, что всё пройдет идеально?

В панорамном окне отеля заметил небольшую аккуратную точку от пули. Кем бы ни был убийца, действовал он явно не один, и прежде чем открылись двойные двери, я встал и нажал на спусковой крючок. Забежавший первым убийца в чёрной маске и с автоматом в руках получил порцию свинца аккуратно между глаз.

У моего левого желудочка заработал искусственный клапан, который в ту же секунду впрыснул в кровь коктейль из норадреналина, дофамина, эндорфинового стабилизатора и гамма-ингибиторов. Резкий удар в мозг позволил мне не чувствовать страха, повысил концентрацию, а окружающий мир налился красками.

Я убил ещё одного противника, но в банкетный зал ворвался целый отряд, где каждый боец был с признаками явной кибернизации. Они принялись убивать всех подряд, стараясь добраться до жениха и невесты. Мои подчиненные вступили в бой, но одного убили сразу, вонзив тому клинок между лопаток, который заменял одной убийце левую руку.

ИИ-стабилизатор слегка поправил движение руки, и я вновь нажал на спусковой крючок. Пуля с фосфорным ядром. Она пролетела через грудь случайно выскочившей гостьи и раскрылась бутоном в животе у нападавшего. Он, явно накачанный чем-то мощным, не сразу почувствовал, что в него попали, а когда белый фосфор начал выжигать ему внутренности, он свалился на пол и принялся верещать.

Эта была последняя пуля в обойме, которую я всегда заряжал на всякий случай. К бою подключились и сами члены организации, а я обернулся и увидел, как на меня смотрит истекающий кровью Та Лонг. Он махнул рукой, заставив меня подойти, а затем выхаркивая кровь, едва слышно прошептал:

— Скрин. Это не он и не она. Выведи Мей, и она тебе расскажет.

Слишком гладко, чтобы оказаться правдой. Да, нельзя просто быть дочерью одного из самых влиятельных членов крупнейшей преступной организации этого города, и она явно была осведомлена в делах семьи, но чтобы знать кто такой Скрин? В это мне верилось с трудом, даже с колокольни будущего. Однако это позволит мне продвинуться дальше по сюжету сценария и, возможно, даже его закончить.

Я повернул голову и увидел, как верещавший словно маленький ребенок жених бросил свою суженную и побежал в сторону двери. В этот же момент ему в затылок прилетела порция свинца, и он упал лицом вниз, как бесполезный кусок дерьма. Мей, будучи дочерью своего отца, сохранила хладнокровие. Девушка схватила пистолет убитого охранника, несколько раз выстрелила и разорвала подол платья, обнажив ногу до талии.

Когда я вернулся к Дракону, он уже был мёртв, оставив меня с последним желанием. Ну что же, видимо, придётся выполнять. Мой второй подчиненный убил одного нападающего и смертельно ранил другого встроенным в ладонь имплантом, но его взяли числом. Кибернизированные убийцы скакали по стенам, потолкам и не чурались применять химическое оружие.

Весь банкетный зал медленно наполнялся нейротоксином в виде плотного дыма, и я понял, что пора отсюда сваливать. В памяти всплыло сразу несколько адресов конспиративных квартир, которые я держал по всему городу, но под такой случай подходило лишь одно место. Я подбежал к Мей, схватил её за руку и потащил в сторону заднего выхода.

Мы перепрыгнули через тело убитого жениха, а затем поспешили вниз по лестнице. Девушка обладала лишь лёгкими имплантами, стараясь сохранить как можно больше естественной красоты, но я знал, что всех членов организации снабжали ядовитыми иглами. Их часто хранили под кожей, в небольших резервуарах по всему телу, а у неё такой находился на правом бедре, которое она оголила в первую очередь.

Сверху послышались выстрелы и шаги, — видимо, убийцы последовали за нами. Я выбил дверь первого этажа сразу выстрелил. На меня прыгнул убийца, ожидавший нас внутри, и тут же поймал пулю из моего пистолета. Я схватил ублюдка за шею и несколько раз выстрелил ему грудь. Белый костюм окрасился кровью, но на этом всё не закончилось.

Из двери напротив огромного холла гостиницы выбежало ещё двое людей, заставляя меня активировать опорно-двигательные улучшения. Синтетические мышцы сократились, подали импульс на пневмогидравлические приводы, и я, сжав в объятьях Мей, сорвался с места. Всего за секунду мне удалось преодолеть десять метров и убить двух нападавших.

Снаружи нас уже ждала моя машина, в которую мы быстро запрыгнули, и я ударил по газам. Автомобиль меня ещё никогда не подводил, и не думаю, что в этот раз будет иначе. Улицы города сливались в один неоновый поток, а мой разум не хуже навигатора выстраивал маршрут.

Мей тяжело дышала и смотрела перед собой, стараясь сохранить спокойствие, но вдруг не выдержала и ядовито высказалась:

— Я думала, ты их всех убил! Мой отец предупреждал, что такое может произойти, но всегда говорил, что если на кого и можно положиться, то только на тебя.

— Они мертвы, Мей. Я лично убил каждого ублюдка, но за нападением стоит кто-то другой.

Девушка резко обернулась и приготовилась отчитывать меня дальше, как вдруг заметила алое пятно на моей темной рубашке. Она дёрнула за край пиджака, разорвала ткань двумя руками и, прищурившись, спросила:

— Норадреналин ещё в крови?

— Как и дофамин, эндорфин, миостанин и блокаторы. Ты и так всё знаешь.

— Тогда ничего не почувствуешь, — произнесла она и погрузила свои тоненькие пальчики в мою свежую рану.

Препараты действовали, и боль оказалась не такой сильной, но когда-то кто-то копается в твоих внутренностях, ощущение так себе. Мей достала пулю, открыла окно и выбросила её на улицы города.

— Повезло тебе, мышечные импланты не дали ей пройти дальше. Куда мы едем?

— Туда, где ты ещё не была. Об этом месте никто не знает, даже мои подчиненные, — ответил на её вопрос, резко сворачивая с широкой дороги на узкую улочку. — Ты точно…

[Ошибка… обрывочное воспоминания Курьера] … [Идёт поиск новой цепи и точки продолжения]

А это что ещё за хрень? Ощущение такое, словно меня схватила невидимая рука и насильно вырвала из целой вселенной! Я на мгновение повис в холодном и абсолютно мёртвом киберпространстве, а затем меня пинком забросили куда-то вдаль. Картинка растянулась, и видимо, мы только что совершили прыжок во времени.

Я сижу на стуле у окна, привычно поставив его спинкой вперёд и облокотив на неё локти. В правой руке мой любимый пистолет, левая крутит между пальцев какое-то устройство, похожее на флешку, а в воздухе пахнет пластиком и табаком. Я повернул голову и увидел обнаженную и курящую на кровати Мей. Она задумчиво смотрела перед собой и о чём-то размышляла.

Выглянул в окно, дабы ещё раз убедиться, что за нами не последовало хвоста, и выдохнул. Вроде всё тихо, но это временно. Те, кто пытался её убить, попробую ещё раз и не угомонятся до тех пор, пока у них не получится. Флешка отправилась в карман штанов, откуда я вытащил сенсорный смартфон и провёл по нему пальцем.

В списках контактов целый перечень имён, которые не говорили мне абсолютно ничего. Кроме одного. При взгляде на это имя во мне просыпались противоречивые чувства, не позволяющие нажать на вызов. Я решил, что пока лучше не стоит и, обернувшись, заговорил первым:

— Твой отец сказал, что ты расскажешь мне о Скрине.

Мей глубоко затянулась, выдохнула едкий дым и поинтересовалась:

— Вот как? Это он сказал или в тебе говорит твоя одержимость?

— Моя одержимость только что спасла нам жизнь, тебе это известно не хуже меня, так что открывай свой милый ротик и начинай рассказывать, как мне найти Скрин.

Она докурила, потушила сигарету и, сложив губки, резко заявила:

— Я не могу.

— Мей, не заставляй меня умолять, а то ведь…

— Не могу! — вновь заявила девушка, а затем с толикой вины продолжила. — Я действительно виделась со Скрин, но после на меня наложили Мнемоблок, чтобы незнающие люди не смогли вытянуть информацию.

— Хэшлок?

— Нет, — она покачала головой. — Тактильный. Однако отец сказал, что доверит эту информацию лишь нескольким людям, в том числе и тебе.

В голове всплывали обрывочные познания о технологии блокирования памяти. Так называемый мнемоблок обычно устанавливали с чёрным выходом, если носитель вдруг решит вернуть себе воспоминания, однако при этом требовался ключ. Хэшлок был самым простым, ведь для активации требовалась всего лишь биометрика, заключенная обычно в отдельном файле. А вот тактильная… Здесь в дело вступал креативный разум конструктора.

Кто бы мог подумать, что все эти годы, гоняясь за таинственной личностью Скрин, подсказка находилась у меня под рукой, которую я видел много раз и в разных позах. Мей повернулась ко мне спиной, показывая свою татуировку во всю спину, и я, прищурившись, присмотрелся. В этот момент перед глазами забегали неизвестные символы, перестраиваясь в настоящую цепь и постепенно возвращая привычный интерфейс.

Я словно маленький ребенок пялился на интересную картинку, пытаясь подобрать к ней ключ, а затем встал, подошел к девушке и провёл по рисунку пальцами. В этот момент он, будто виртуальная подделка, поплыл перед глазами, а девушка слегка повернула голову и мягко произнесла:

— Что ты знаешь о проекте «Возрождение»?

Глава 12

— Проект «Возрождение» не более чем городская легенда, байка на задворках киберпространства, — произнёс я, замечая, как татуировка, которая на самом деле оказалась тактильным шифром на спине девушки, постепенно обретала привычные очертания.

— Стала бы я с тобой говорить о городских легендах сразу после смерти моего отца? — ответила она спокойным и ровным голосом, от которого веяло могильным холодом ранней скорби.

Сценарий должен был закончиться спасением Мей, но я продолжал отыгрывать в нём свою роль, пытаясь стать собой образца… Чёрт, а сколько месяцев этому воспоминанию? Лет? Мей вообще ещё жива? Не знаю почему, но я чувствовал с ней неописуемую близость, и секс здесь ни причём. Каждое сказанное ею слово заставляло мой разум натужно выдёргивать отрывочные знания, глубоко похороненные где-то на задворках памяти.

— Разве не поэтому ты пытаешься отыскать Скрин? Сколько уже времени прошло? Год?

— Мей, если ты хочешь что-то сказать — то говори прямо. Мне уже начинают надоедать твои игры.

Она достала новую сигарету, закурила и, выдохнув, ответила:

— Я не спрашивала, что ты думаешь о проекте. Я спросила, что тебе о нём известно?

— Байка о создании целого города в киберпространстве, где не будет ни корпораций, ни жадных ублюдков, сидящих на горах золота. Влажна фантазия любого даркраннера, Мей, жёсткий перезапуск для человечества с надеждой на второй шанс. Почему ты внезапно заговорила об этом? Скрин как-то связан с проектом?

— Не напрямую, но да, — ответила она, сладко затягиваясь едким дымом. — Группа даркраннеров с островов около двух недель назад заявила, что сумела связаться со Скрин, но проверить эту информацию невозможно, так как её тщательно оберегают и тут же подтёрли из киберпространства, не оставив при этом следа. А как ты сам понимаешь, на такое способны лишь люди с особым допуском.

Сознание отказывалось напоминать, о ком шла речь, но мысль об этом вызывала противоречивые чувства уже в который раз. Некая смесь ненависти, отвращения и тоски, словно мне хотелось убить этих людей, но не мог отделаться от мысли, что буду по ним скучать. Мей пристально смотрела мне в глаза, и я спешно спросил:

— Но ты в это веришь? Где Скрин? Почему ты опять говоришь загадками?

Она постучала кончикомпальца по виску и коротко произнесла:

— Мнемоблок, помнишь?

Сука, как же я ненавижу бродить во тьме. Надо попробовать снять с неё блокировки и заставить мне всё рассказать. Мей явно известно не только об истинной личности Скрин, но и где эту личность можно отыскать. Зачем она с ней виделась и, главное, как? Её отец несомненно был могущественным человеком, но не настолько.

За Скрин гонялся не только я, но и половина всего этого чёртового мира. Может, Мей врёт? Ей и раньше приходилось меня обманывать, правда, никогда на такую серьёзную тему. Нет, эти глаза не врут, по крайней мере не сейчас.

Я встал со стула, подошёл к окну и заметил, что пошёл дождь. Странно, но людей практически не было, даже с учетом того, что стояла глубокая ночь. После месяца приема так называемых очистительных ванн резко захотелось выйти на улицу голышом и ощутить холодную влагу на своём теле, но нашёл в себе силы сдержаться.

Я знал, как можно снять мнемоблок, даже не так, я был уверен, что занимался этим много раз, только почему у меня не получается вспомнить?

— Я знаю этот взгляд, — проговорила Мей, потушила сигарету и подошла ко мне сзади. — Ты всё ещё думаешь, что у тебя получится их спасти?

— Не сейчас, дай мне спокойно подумать.

Она прижалась к моей спине так крепко, что я ощущал её дыхание и как вздымаются её груди.

— Бегаешь по этому городу, носишься, словно акула, не в силах остановиться хоть на секундочку и подумать. Что, если им не требуется твоё спасение? Ты об этом не размышлял? Не все люди разделяют твой взгляд на мир и на то, каким он должен быть.

— Ты не видела того, что видел я, Мей, — вдруг вырвалось из моей глотки, удивив даже меня самого.

И что я такого видел? О чём говорил? В сознании остался яркий отпечаток, а сердце застучало быстрее. Поднятая девушкой тема разбудила очень сильные чувства, от которых кровь закипала в венах. Она ощутила, как напряглись мои мышцы, но не отступила. Мей продолжала меня обнимать, с интересом посматривая за тем, как я судорожно пытался вспомнить имя и адрес человека, который смог бы помочь с нашей маленькой мнемо проблемой.

— Подожди, — вдруг сорвалось с моих губ, когда в голове всплыли кадры из прошлого задания на повышение социального уровня. — Две недели назад мне как раз пришлось подчищать за твоим отцом хвосты. Ты ведь знаешь, что я не верю в совпадения. Точнее, я их ненавижу.

— Совпадение или нет, но я рассказала тебе то, что смогла вспомнить, а что делать с этой информацией дальше, зависит только от тебя.

Трев…Тревор! Точно! Так звали одного мужика, который прекрасно разбирался в мнемоблоках. Пускай я не помню, как их вскрывать, зато есть люди, которые зарабатывают на этом неплохие деньги. Адрес… адрес… Может, у меня где-то есть записная книжка? Нет, вряд ли бы я стал держать контакт столь полезного мастера в цифре. Всё должно храниться в памяти. Остается только найти к ней доступ.

Я освободился от объятий девушки, положил пистолет на стол и сорвал с вешалки чистую рубашку. Мей с уселась на подоконник, закинула ногу на ногу и внимательно следила за моими действиями. Следом полетели штаны, удобные кроссовки и чёрная куртка. Незачем привлекать к себе внимание.

Она всё это время молча смотрела, а когда мне удалось подобрать женскую одежду, которую она хранила в моём шкафу, бросил ей и приказным тоном произнёс:

— Одевайся, нам предстоит небольшое путешествие.

***

Мир свернулся в спираль, и я открыл глаза уже в капсуле КиберСанктуума. Сработала автоматика, и откидная крышка выпустила меня в светлый и счастливый мир ОлдГейта. Обычно после сценария я спешил встать и размять мышцы, но не в этот раз. Мне захотелось вернуться, провести больше времени с Мей и снять с неё этот чёртов мнемоблок.

Предыдущие сценарии были похожи на обычные боевики. Пройди локацию до конца, убей всех на своём пути и получи за это новый социальный уровень, однако в этот раз всё казалось слишком реальным. Во мне просыпались глубоко похороненные воспоминания, о существовании которых я даже не подозревал.

Скрин. Это вообще человек? Откуда у меня такая одержимость этой личностью, и как с этим связана Мей? Пускай я смог слегка приоткрыть завесу тайны своего прошлого, вопросов стало ещё больше. «Проект «Возрождение» — городская легенда, байка с задворок киберспространства», — как я сам выразился. Попытка создать виртуальную утопию для наивных и идеалистических даркраннеров. Очень похоже на реальность, в которой живу.

С другой стороны, возможно, Кокон и есть тот самый город, в котором происходили события в моих воспоминаниях, и на самом деле прошло всего несколько месяцев? Если и так, то мне удалось — или наоборот, не удалось — отыскать Скрин, а дальше… Дальше имплант, блокировка памяти и путешествие на ВР-3. Так?

Чёрт, да может быть всё что угодно! Может, я вообще нахожусь в виртуальной симуляции! Это как минимум объяснило бы все эти игровые механики с силой, крепостью тела, инвентарём и прочим.

Я посмотрел на собственные ладони и задумался. Вроде настоящие, хотя и прикосновение Мей ощущались точно такими же. Это что получается, я погружался в виртуальность с виртуальной реальности? Сюрреализм какой-то!

Решил, что с выводами пока лучше не спешить, по крайней мере до тех пор, пока не доберусь до Кокона и не выясню, там ли происходили события из моей памяти. Проект «Возрождение»… Точно! Прежде, чем вылезти из капсулы, я вспомнил, что его упоминал ИИ из предыдущего сценария с Фокс. Или там был проект «Возмездие»?

Над ухом противно запищала система оповещения, намекая, что пора уступить капсулу другим. Я выбрался, потянулся и посмотрел на часы. Фокс уже должна ждать меня в Дивизионе, желательно, с новостями о том, как устроился добрый доктор. В интерфейсе действительно появилась вкладка «Биоинженерия» в разделе профессий, где можно было вести записи и отслеживать прогресс моей тренировки.

*Плоть — это не тюрьма. Это код, который можно переписать*

Имя: Смертник. Профессия: Фарматех. Биоинженерия: Ур 1.

Система адаптации и усиления организма «РеГеном» не запущена.

Ожидание поступления препаратов.

Я зашёл в мигающий раздел РеГенома, и передо мной появились четыре строчки с нулевым уровнем заполнения. Каждая из них делилась на пять отдельных промежутков, каждый из которых давал свою награду. Хм, вот это уже интереснее.

//Физиоморф — Укрепление тела, повышение плотности, массы, структуры органов и тканей. (Внимание! Не путать с параметром «Крепость тела». Метаморфозы, полученные в ходе физиоморфа, являются прямой мутацией тела пользователя, изменяя и усиливая структуру всего организма)

//Нейросинтез — Расширения восприятия, ускорение нейронных связей, контроль над внутренним процессом.

(Внимание! Не путать с параметром «Скорость реакции». Метаморфозы, полученные в ходе нейросинтеза, напрямую влияют на мозг пользователя, увеличивая скорость взаимодействия нейронов и общую проходимость сети)

//Гомеостаз — Управление балансом, восстановление, резервная энергия.

(Внимание! При увеличении уровня будут происходить мутация гипоталамо-эндокринного узла. Увеличение объема лёгких. Крайне советуется приступать к тренировкам исключительно после 3-5 курсов физиоморфа.

//Геннокорекция — Глубокая работа с ДНК. Позволяет перестраивать тело изнутри, добавляя чужие искусственные цепочки.

(Внимание! Требуется углубленное знание биоинженерии. Не рекомендуется для применения новичкам. Возможна смерть.)

Кажется, когда Баух заикался насчёт контроля тела, он немного умолчал о том, что речь шла о настоящей биоинженерии! Я ещё раз перечитал весь предложенный список и убедился, что не пропустил ни единого пункта. Вся система выглядела как очередной кирпичик в мою общую стену, с которой должен буду войти в Город. Железо, биоинженерия и характеристики. Они должны собрать из меня человека, готового к любым испытания, и отсюда возникал вполне логичный вопрос. Неужели за стенами Кокона всё настолько ужасно?

Со стороны тот выглядел как массивный мегаполис, где двадцать четыре на семь шло световое шоу. Думаю, если бы там на ежедневной основе происходила яростная резня, узнали бы снаружи об этом? Здесь вообще кому-нибудь известно о том, что происходит внутри? Или даже мысль об этом сама по себе является запретной?

В любом случае, пока не разберусь в «эликсирах» Бауха и не проведу с ним разъяснительную беседу, с прокачкой РеГена придётся немного подождать. Правда, ветка физиоморфа меня привлекала всё больше и больше, как, собственно, и остальные.

В теории, характеристики напрямую не влияли на тело. То есть да, при повышенной силе можно голыми руками разорвать человека на части, но становились ли при этом руки мускулисто накачанными настолько, чтобы порвать плоть? Ответ отрицательный. Тот же Мышь, пускай и отожрался, и верхняя часть его тела была похожа на торс культуриста, но он ёж. С ними не всё так просто.

РеГеном, в свою очередь, напрямую влиял на тело. Защитная оболочка вокруг сердца? Плотные мышцы? Крепкие кости? Увеличенный объем лёгких, перестроение скелета и настоящие мутации!

Превращаться в чудо из пробирки мне хотелось в последнюю очередь, но если найти идеальный баланс и укрепить то, что дала мне мать-система, выйдет очень даже неплохо.

Во мне сразу заиграл спортивный интерес, и захотелось узнать, а есть ли кто-нибудь в ОлдГейте, кто рискнул вырастить себе новую руку или ногу? Конечно, её лучше заменить на механическую, получив при этом полезный имплант, но всё же. Вариантов игры с ДНК ведь бесконечное количество.

Надо будет ещё выяснить у Бауха рецепт этих эликсиров, чтобы не зависеть от доктора. В конце концов, фарматех я или кто? Думаю, у других профессий тоже открывались свою плюшки со взятием ранга элитного наёмника, поэтому, как спасу ватагу, надо будет всех загнать в КС.

За размышлениями и в строительстве планов я совсем успел позабыть о том, что моя собственная жизнь висела на волоске, а спасительного чая осталось не так много. Последнее, что решил проверить прежде, чем отправлюсь в дивизион — это вкладку Нейролинка, в которой открылась вторая способность.

//Боевой оракул: Способность Нейролинка, позволяющая Курьеру рассчитывать процентную вероятность потенциального поведения противника и проводить тактическую оценку на поле боя.

Для получения информации умения КиберСанктуума, загрузитесь в сценарий.

Ух, а неплохо. Кто бы мог подумать, что с получением нового социального уровня меня атакует целое обилие новых плюшек? Качай — не хочу! С новой способностью Нейролинка жизнь станет намного проще, правда, придётся его опробовать в действии, причём как в бою, так и вне. Решил, что далеко ходить нет смысла, нашёл проходившего мимо человека с пластиковым стаканом в руке и активировал Нейролинк.

Чуть не подключился к его имплантам, устроив бедолаге настоящую головную боль, но вовремя отозвал мысленную команду и сфокусировался. Сработало как часы! Если раньше мне требовалось погружаться в глубокий дзен, вырывая лишь части информации, которые выглядели как размытые цифры, то сейчас всё стало как никогда ясно.

Нейролинк предлагал сразу несколько вариантов: шанс нападения, оценку боевых имплантов, потенциальный путь следования и траектория броска стакана. Я переключил фильтр и перешёл на «гражданскую» версию. Уже интереснее. Частота сердцебиения, общее состояние организма, включая давление и уровень потоотделения. Чёрт, да это настоящий детектор лжи! Видимо, Нейролинк считывал информацию с имплантов цели и переводил её на доступный человеку язык.

Надо будет обязательно поэкспериментировать, но позже. Меня ждёт путешествие в Старый город, кишащий сотнями и тысячами монстров, через стену. Баух, насколько мог, составил описание старого военного бункера, который, возможно, ещё не вскрыли. Там должны находиться стерильные запечатанные медикаменты и ингредиенты для старушки. Часть из них пойдет на подкуп, часть уйдет самому Бауху, а остальное — на создание «волшебного» чая.

Условия скотские, но я буду рисковать не ради наживы, а ради собственной этой жизни.

Прогнал интерфейс прочь, вышел из Санктуума и попутно наметил, что в Город я должен войти на шестидесятом уровне. У входа в комплекс Дивизиона меня уже ждала Фокс, облачённая в свою чёрную форму оперативника. Не знаю, покупала ли она её на свои деньги или мне выдадут такую же, но чувствовал себя лучше в своей одежде. Девушка сдержанно махнула рукой и позвала к регистратору.

— А, это о вас говорила Фокс, я вас помню. Готовы вступить в стройные ряди Дивизиона и встать на защиту крепкого и здорового общества ОлдГейта?

— Ага, именно за этим и пришёл, — произнёс я без особого энтузиазма, заметив, как закивала стоящая рядом Фокс.

Я приложил индекс к ладони регистраторши и через несколько секунд она ответила:

— Всё готово. Подробности задания могут быть получены через один из терминалов. Там же вы можете узнать номер выхода и плату за выполнение.

Её голос резко изменился, ведь теперь она говорила с не потенциальным рекрутом, а с обычным куском мяса, которого она воспринимала как очередную цифру. Я не придал этому значения, подумав, сколько таких вот смельчаков проходило через её руки и сколько возвращалось домой живыми. Надо обязательно убедиться, что не стану одним из них.

Фокс проводила меня к консоли, где опять же через сканирование индекса, я открыл личную страничку и увидел информацию:

Имя: Смертник. Отряд: «Лисья нора». Уровень Дивизиона – 1.

Доступно задание: Зачистить сектор 716 и убить 250 экскувиаторов.

Награда: 100 омни + один курс полного био-очищения.

Сердце пропустило удар, когда увидел сочетание из двух желаемых слов, но вовремя успокоил нарастающее чувство радости. Био-очищение, вместо обновления, по описанию оказалось более дорогой версией обычного душа. Видимо, дополнительный массаж всего тела во время мытья и литр энергетического напитка после, что перевешивало весь тот риск, на который шли оперативники.

Ну вот и всё, Смертник, теперь ты официально один из них. Дали автомат, щенка бульдога и пустили на врага. Кстати, а оружие мне какое полагается?

— Эм, я забыла тебе сказать, — неуверенно произнесла Фокс. — На первое задание тебе придётся отправляться со своей снарягой. Организации нужно посмотреть, как ты справишься и стоит ли на тебя тратить ресурсы. Ну ты ведь понимаешь, да? — она широко улыбнулась и положила мне руку на плечо. — Не переживай, я видела тебя в деле, и с таким как ты нам нечего опасаться!

Комплимент прозвучал не так уверенно, как надеялась сама девушка, но он не требовался. Я ухмыльнулся, заметил, что нам надо к выходу номер два и сказал:

— Ничего страшного, сам как-нибудь справлюсь. Тебе наш доктор ничего не передал?

— Ах, да! Чуть не забыла, — она протянула мне жестяную коробочку, в которой лежали разноцветные капсулы с жидкостями. — Мне он тоже наделал в качестве платы за постой. Сказал, лучше начинать с зеленых. В них легко усваиваемые ферменты, которые подстегнут организм и подготовят тело к будущим испытаниям.

Я пожал плечами, достал требуемую жидкость и, сорвав крышку, выпил залпом. Фокс удивленно посмотрела на меня, убедилась, что не я позеленел, и выпила свою порцию. Ожидал, что будет хоть какой-то эффект, но, помимо терпкого вкуса, лишь ощутил, как по телу распространялось приятное тепло, будто после стаканчика крепкого напитка.

— Пошли, познакомлю тебя с остальными из Лисьей норы, только должна предупредить сразу, Око у нас ГМ, правда, она не любит, когда его так называют, поэтому лучше не стоит.

— ГМ? — переспросил я, подходя ко второму выходу, где нас ждал скоростной вагон до зоны задания. — Стоп, так Око — это он или она?

— Ах да, тебе, наверное, неизвестно, — проговорила Фокс, словно стараясь не привлекать внимания. — ГМ — это «генетически модифицированная». Он лидер нашего отряда и, как и положено лидеру, из верхнего эшелона чистокровных. Проще говоря, родители у него — шишки из аппарата. Он, собственно, и ушёл в Дивизион, чтобы заработать требуемые галочки для карьеры аппаратчика, но об этом ни слова, договорились?

— До тех пор, пока твоя Лисья нора помогает мне на пути к моей цели, кто будет отдавать приказы — мне абсолютно плевать, Фокс. Он, она, оно — не имеет значения.

Девушка прикусила нижнюю губу, словно дважды пожалела, что взяла меня с собой, но было уже поздно. Я зашел в вагончик, который шел по линии через весь город, и внутри меня уже ждала Лисья нора. Взрослый и крепкий мужчина со шрамом во всё лицо и густыми чёрными волосами бросил на меня оценивающий взгляд и молча кивнул.

Рядом с ним сидел парень помладше, тщательно проверяя свою рабочую штурмовую винтовку. Лёгкий пушок под носом мог выдать в нём ещё мальца, но редкие пучки волос по всему лицу говорили о том, что он попросту не был способен отрастить бороду. Фокс устроилась напротив и приветственно произнесла:

— Это Смертник, он займёт место Стражника. Смертник, это Молчун, Рыльце и Око, — указала она на высокую и крепко сложенную женщину с короткими пепельно-белыми волосами, зачёсанными назад в виде гребня.

Она, или, как сказала Фокс, он смотрел на меня надменным взглядом, не убирая пальца с со спускового крючка винтовки, что довольно странно. Взгляд бабищи, а по-другому эту жертву генной модификации я обозвать не мог, меня не особо тревожил. Видят боги Города-Кокона, как на говно на меня смотрел каждый второй на ВР-3 и ВР-2, однако палец на крючке заставлял меня нервничать.

Профессионал внутри твердил простую истину, известную любому, кто взялся на оружие: «положил палец на крючок — готовься стрелять». Если эта была тактика запугивания новичка, то могу сказать, что не она сработала, по крайней мере, не в таком ключе. Око некоторое время всё ещё смотрела на меня, потом демонстративно убрала палец с крючка и заговорила:

— Всем ещё раз проверить оружие, чтобы как в прошлый раз не было. Молчун, в этот раз пойдешь в авангарде, Фокс, ты вместе с Рыльцем, а ты новичок, — она повернула голову и увидела, как на моих губах появилась лёгкая тень улыбки, которая ей явно не понравилась. — Ты мне уже не нравишься, поэтому смотри не лезь под ноги и не раскрывай пасть, пока не отдам такой приказ.

Я молча кивнул, сосредоточившись на своей истинной цели, и решил, что чувства у нас взаимны. Самоутверждаться и врубать альфу лишь для того, чтобы показать, кто здесь главный, было бы крайне глупо. Моя задача не понравиться этим людям, не создать крепкие братские узы и уж тем более не подружиться. Я использую их в качестве бесплатного такси и конвоя, а как доберемся до Старого города, махну рукой и отправлюсь на поиски. Фокс придётся остаться со своим отрядом, и меня это вполне устраивало. Если бункер действительно цел, то всё содержимое должно стать моим и только моим.

Поезд тронулся с места, постепенно набирая скорость и увозя нас к взлётным платформам ОлдГейта, а я откинулся на спинке сидения, закрыл глаза и попробовал немного подремать. Будет весело!

Глава 13

— Построились, сукины вы дети, быстро! Быстро, я сказал!

— Ровнее! Ровнее! Да куда ты тащишь, ошибка генокода? Мля, понабирают биошлак по объявлению, никто, сука, воевать нормально не умеет!

Передовая, или так называемая Красная линия, за которую одновременно сражались две стороны. С одной наступали орды монстров, яростно старающиеся откусить от территории людей кусок побольше. Напротив сменялись друг за другом оперативники Дивизиона, выступающие в качестве щита этого самого человечества. И всё это веселье сопровождалось тоннами крови, постоянными реакциями и кучами мяса.

Мат был настолько густой, что на мгновение ощутил, будто я попал на Третий рубеж. Правда, дисциплина здесь была на уровне. Операторы действовали как неплохая слаженная армия со своим командованием в тылу. По широкому проходу с высокими стенами, который раньше, видимо, предназначался для сортировочной линии, постоянно подносили боеприпасы и уносили трупы и раненых.

Пока остальные занимались регистрацией, я поднялся на стену и осмотрел линию фронта. Судя по взбудораженным воплям бойцов и дикому реву вселенной, сейчас как раз происходила новая атака экскувиаторов. Вывернутые куски плоти с десятками зубов и маленьких ножек волной вывернутого наизнанку мяса тянулись от усталых руин Старого города.

Он выглядел как настоящее кладбище, по которому всё ещё гуляли неупокоенные призраки. Огромный, едва ли не меньше самого ОлдГейта, он уходил далеко за горизонт, исчезая за узкой линией видимости. Перед окраиной города в траншеях защищались десятки людей, ведя огонь из автоматических винтовок. Если монстры подбирались слишком близко, в ход шли огнеметы и зажигательные гранаты.

С высоты стены место действительно выглядело как настоящая боевая зона. Мне придётся пересечь немалое расстояние, прежде чем доберусь до бункера, в котором должны находиться припасы. Вообще, пока мы сюда добирались сначала поездом до терминала, а затем воздушным транспортом до окраины, мне удалось неплохо поболтать с Фокс.

Она рассказала, что в городе живут не только экскувиаторы, а есть ещё так называемые «Психи». Если коротко — то это люди, претерпевшие серьёзную психическую альтерацию, которая заставляет их покидать ОлдГейт и перебираться в разрушенный Старый город. Фокс пыталась всё завуалировать, говорить иносказательно, будто лично за ней наблюдал верховный аппарат, но в конечном счёте главной сути ей не удалось скрыть. Психи — это неуместные люди ВР-1, которые слишком переборщили с фармой.

Говорят, они даже каким-то образом умудрялись жить среди монстров, которые не заходили на их территорию, во что мне верилось с трудом. Одно дело фронтир и охотники, обитавшие в основном исключительно в тени, а другое — ненасытные экскувиаторы, готовые пожирать себе подобных. Однако, на всякий случай, стоит быть на чеку, так как, опять же по рассказам Фокс, психи — весьма опасные и неуравновешенные люди.

— Эй, Смертник, мы готовы, спускайся!

Я отошёл от края стены, посмотрел вниз и увидел машущую мне рукой девушку. Бесстрашная предводительница с пепельно белыми волосами недовольно посмотрела на меня, затем взяла Фокс за руку и потянула за собой. Интересно. Я спустился по ступенькам, миновал небольшую закусочную в ветхом доме, где на открытом костре жарили синтетическое мясо, и подошёл к воротам.

Там меня уже ждал неплохой вездеход на четверых с без крыши. Вместо неё на авто была установлена дополнительная рама, с которой в случае атаки можно удобно вести огонь. Ну или держаться за поручни, чтобы не вылететь на очередной яме. За руль сел Молчун, рядом с ним во главе устроилась Око, а сзади я с Фокс. Паренёк по прозвищу, точнее, как говорили оперативники, тегу Рыльце, занял место в кузове и вцепился в тот самый поручень.

— Слушай, а кстати, почему «Лисья нора»? — спросил я Фокс, явно намекая на двусмысленность названия.

— Это Око выбрала. Раньше отряд по-другому назывался, но когда я вступила, он решил переименовать.

— Вот так вот без причины? — поинтересовался я, косо поглядывая на боевую бабу спереди.

— Ну она сказала, что старое название исчерпало себя, а с моим приходом отряд стал ярче, и нам потребуется новое название.

Ох, Фокс, а бревно-то оно вот где, прямо у тебя в глазу, а ты смотришь в другую сторону. Теперь понятно, почему эта чистокровная аппараторша меня невзлюбила с первого взгляда. Особенно после того, как Фокс лично порекомендовала меня на замену. Что, под всей этой броней оперативника каждый раз сердечко ёкает, когда рыжеволосая нагибается за упавшей обоймой? Не прочь заглянуть в лисью норку?

Косой взгляд на меня и растаявший — на Фокс подтвердил мою теорию, и я не сдержал улыбки. А судя по тому, как наивно и непонимающе рассуждала об этом сама девушка, видимо, чувства были безответны. Обычно чужие сердечные дела меня не волновали, однако в данном случае Око, возможно, постарается сделать так, чтобы в следующий раз им понадобилась очередная замена. Сгинул зеленый новичок, не вернулся из Мортмена.

Я решил, что буду за ней внимательно присматривать, когда джип тронулся с места. Впереди у нас минимум полчаса поездки по Старому городу, а то и весь час, если придётся ехать в объезд.

Когда мы миновали первые здания, у меня сложилось такое впечатление, будто прорвались сквозь невидимую пелену. Воздух в этом месте был необычайно холодным, отчего изо рта выходил густой пар. Вроде со стороны — обычный город-призрак, но стоило пересечь его границу, как возникало ощущение, будто попали в другой мир. Я заметил, что остальные притихли, и даже Око, постоянно бросающая на меня ревнивые взгляды, сосредоточилась на дороге.

То, что мы попали под очередную атаку, можно считать везением, так как накопившаяся критическая масса монстров рванула в бой, оставив позади лишь тех, кому ещё рано. Пока все держали руки на оружие и пульсе, я решил ещё раз пройтись по заметкам, оставленным добрым доктором Баухом.

Мне требовалось отыскать местное здание администрации, под которым находился старый бункер. Мужчина даже сумел составить примерную карту по описаниям знакомых оперативников, но она всё ещё была слишком размытой. От зданий остались одни торчащие из-под земли обломанные клыки опорных колонн, крыша и стены которых давно осыпались или были уничтожены.

Я надеялся отыскать это место как можно быстрее, разобраться с делами и вернуться в ОлдГейт, где после пополнения запаса целебного чая наконец приступлю к поиску моей ватаги. Баух ещё не догадывался, но вскоре ему предстоит воссоединение с бравым отрядом юных революционеров. Пускай тот и оказался весьма полезным и даже неплохим человеком, но он даже рядом не стоял с моей ватагой и пускай и мизерным шансом их отыскать.

Мы свернули на широкую улицу, которая вела к скверу, и я ощутил, будто меня резко атаковало похмелье. Сначала показалось, что в горле пересохло, затем начала мучить жажда, а после и вовсе закружилась голова. Похмелье постепенно переросло в опьянение, и мне стало не по себе. Автомобиль постепенно замедлял ход и мне в голову пришла мысль обратиться к новому разделу.

Имя: Смертник. Профессия: Фарматех. Биоинженерия: Ур 2.

Система адаптации и усиления организма «РеГеном» запущена.

Оп! Второй уровень, причём за один выпитый эликсир. Правда, оказалось, что ничего, кроме красивой циферки «два», мне не дали. Процесс раскачивался медленно, и в ветках не появилось новых плюшек, так что, видимо, придётся продолжать. Заметил в углу обратный отсчёт в двенадцать часов и медленно выдохнул. Кажется, похмелье отпускает.

Машина остановилась, и я, все ещё слегка покачиваясь, вышел. Фокс чувствовала себя превосходно и, перекинув винтовку со спины в руку, осматривала окрестности. Видимо, это не первая её доза, в противном случае, ей должно быть ничуть не лучше, чем мне.

— Мы на месте, — тихо проговорила Око, жестом отправив мальца занимать позицию на последнем этаже ближайшего здания.

Парень достал снайперскую винтовку крупного калибра, и я мысленно присвистнул. Неплохо вооружают в Дивизионе, где, судя по всему, и находятся все самые вкусные игрушки. Не помешало бы наведаться к ним на склад и узнать, что нужно сделать для того, чтобы получить одну из таких. После спасения ватаги, разумеется.

Пока все занимали позиции, я спокойным шагом подошёл к статуе человека в мантии с поднятыми к небу руками. Лицо давно стёрлось, правая кисть отсутствовала, а на постаменте красовалась надпись: «Слава Геному!». Фокс говорила, что сегрегацию ввели после падения Мортемена и что в старом городе её не было, однако даже тогда в этом месте восхваляли человеческий геном.

Сама статуя и надпись меня не удивили, но внимание приковало место, где она была установлена. Сквер был выстроен так, словно пустующее место на голой земле раньше занимала густая зелень. Представить нечто подобное здесь фактически невозможно, но выглядело именно так. Даже дорожки были выложены из потерявшего былой цвет кирпича. Странно, очень странно.

— Смертник, надо занять позицию, — прошептала Фокс, будто нас подслушивали. — Ты ведь не собираешься нас бросить?

Вообще-то, собираюсь, но я был ей обязан, по крайней мере, за то, что поставила свою репутацию на кон и приютила Бауха. К тому же неплохо бы выполнить задание и обзавестись дополнительной валютой. По этим причинам я кивнул, пошёл за ней, и мы заняли позицию внутри здания. Вскоре вернулся Молчун и, оправдывая свой тег, молча поднял вверх указательный палец.

Мужчина закончил установку мин по периметру сквера и, заметно тяжело дыша, устанавливал на сошки пулемет. Я со своим дробовиком и пистолетом выглядел не к месту, ведь экскувиаторы в первую очередь были уязвимы к огню — а не к свинцу. Решил, что пускай они начнут, а на мою долю выпадут те, кто приблизится на опасное расстояние, и принялся ждать.

Вскоре послышались первые шорохи, и с дальней стороны сквера выбежали монстры. Немного, десятка два, мелкая стая. Она, сбившись в комок плоти в форме шара, передвигалась, раскатывая всё на своём пути. Я медленно проводил её взглядом и прищурился, когда стая напоролась на зажигательную мину, и произошёл первый хлопок. Он эхом разнёсся по всему «сектору» Старого города, и послышалось множественное шипение.

Часть экскувиаторов из стаи сумела выжить и бросилась в бой. Сверху раздался первый выстрел зажигательного патрона, который убил одну тварь, а за ним ещё один. Я на всякий случай приготовил клинки к бою и демонстративно их накалил. Молчун повернул голову на источник поднимающейся температуры и некоторое время молча смотрел. Он не стрелял и, похоже, делал вид, что экономит патроны, но на самом деле хотел увидеть меня в действии.

Я мысленно улыбнулся, вышел на улицу и увидел двух бегущих на меня монстров. Их вывернутые наизнанку тела выглядели как изогнутые ковры, случайно попавшие под дождь и обледеневшие на морозе. Оба существа резко выпрямились, готовясь вонзить в меня мелкие зубы, а я шагнул вперёд и атаковал первым.

Двойной удар крест-накрест разрезал плоть как бумагу, и, чтобы два раза не ходить, я развернулся и вонзил оба клинка в широкую мясную стену. Существо заревело маленьким ртом, располагавшимся на уровне моих глаз, и попробовало меня укусить. Я взмахнул руками, разрывая ковёр на мелкие ошмётки и прямым ударом ноги отправил останки в полёт.

Интерфейс пискнул и дал понять, что за каждого убитого монстра было выдано по тысяче опыта. Забавно, но на ВР-2 давали всего по четыре сотни, видимо, здесь они были жирнее, или система подстраивалась под уровень пользователя. Однако для выполнения задания нам теперь надо убить на двадцать монстров меньше, что, несомненно, являлось хорошей новостью.

Экскувиаторы поперли со всех сторон, и сбоку заработал пулемет в тандеме с выстрелами этажами выше. Я решил, что стоять на линии — огня затея не из лучших, и спокойно вернулся в здание, пусть ребята работают. Фокс вскинула винтовку к плечу и короткими очередями убивала тех, кто выживал после зажигательных мин.

По всей округе разносился грохот, явно привлекающий других монстров, и у меня на секунду зародилось опасение, а мне обрушим ли мы себе на головы слишком много врагов? Нет, это, конечно, не первая их вылазка, но канонада из цепных взрывов мин была действительно громкой. Однако как бы то ни было, бойцы пока уверенно держали позиции и отстреливали те куски мяса, которые не подорвались на расставленных ловушках.

Слишком просто, слишком гладко всё идёт, а с экскувиаторами так не бывает. Я оставил фасад жилого дома оперативникам отряда и решил взглянуть как там идут дела сзади, и предчувствие меня не подвело. Часть тварей действительно решила нас обойти и сумела выбить старую дверь длинного коридора. Ещё бы чуть-чуть, и они ударили бы нам в спину, но к счастью, со мной были мои хваленные инстинкты.

Монстры скалились, пробирались по телам себе подобных и спешили как можно быстрее добраться до вторгнувшихся на их территорию людей. Я наклонил голову и попытался сосчитать точное количество, но где-то на середине плюнул и бросился им навстречу. Обычные жертвы реакции уже не приносили столько хлопот, как это было на фронтире ВР-2. Мой растущие характеристики, боевой опыт и умение обращаться с металлическим продолжением моих рук позволяли с лёгкостью разделываться со столь простым противником.

Раскалённые до ярко-оранжевого цвета клинки яростно выплёвывали искры каждый раз, когда они соприкасались, разрывая очередную тварь на обугленные куски. Пускай и в узком пространстве особо не попляшешь, но этого мне и не требовалось. Я занял чёткую полицию и медленно продавливал врагов, ступая по их трупах и двигаясь вперёд.

Их атаки были не только очевидными, но и заметно медленнее, опять же в сравнении со Вторым рубежом. Когда-то пугающие и, более того, неизвестные существа заставляли моё нутро съёживаться, но рутина по уничтожению выродков превратилась в обыденность. Возможно, вирус, гуляющий у меня в крови, каким-то образом нас сближал, но в голове проскользнула мысль, что я начал их лучше понимать.

Я вонзил оба клинка в тушу монстра, пинком отправил его в полёт и отвесил сам себе ментальный подзатыльник. С каких это пор я сравниваю себя с этими отродьями? Я и они? Общее? Похоже на первую стадию принятия неизбежности. Нет! Раздобуду ингредиентов, обзаведусь пускай не панацеей, но хотя бы временным решением, а затем найду ватагу. Вместе сдадим эту чёртову цепь и отправимся в Город на биологическое обновление. Чем бы оно ни являлось.

От запаха жаренного мяса и биомассы, которую изрыгали из себя отвратительно отожравшиеся монстры, в горле появился противный ком. Хотя, возможно, причина ему — это невесть откуда взявшиеся мысли, поэтому добил последнего противника, располосовав того быстрыми ударами на ремни и коротко выдохнул.

Ощущение подступающего приступа можно было сравнить с тягучей болью в животе, как от некачественной пищи, но потом всё нарастало по экспоненте. Тошнота, металлический привкус во рту и предчувствие, будто вот-вот произойдёт ужасное. Кто-то назвал бы это ощущением приближающейся смерти, но я понимал, что это лишь начало. В правой руке появился термос старушки, и сняв крышку, я заметил, что на донышке болтались остатки чая. Следующий приступ мне не пережить.

Я посмотрел на груду обугленного мяса под ногами и с отвращением выпил остатки. Надо развивать ветку фарматеха и выстраивать непробиваемую систему. Укрепление органов не только от внешних атак, но и от внутренних. Увеличение объема лёгких, возможно, даже подумать о корональной имплантации. Раньше у меня стоял искусственный клапан сердца, выплёвывающей в кровь коктейль из ферментов напрямую, и усилители ног. Штука очень полезная, только если это всё правда, куда они делись? Думаю, Элли бы заметила, если бы у меня имелся подобный хром, неужели не осталось даже следов?

Приступ постепенно отпускал, а когда последние капли чая провалились в глотку, я убрал термос в инвентарь и выдохнул. Всё, нельзя больше тянуть и надо искать этот бункер. За спиной перестали звучать взрывы, и выстрелы казались уже не такими частыми. Я вернулся к позиции, где меня ждал уже весь отряд, и первой орать начала Око:

— Кто тебе разрешал покидать позицию? Ты новичок и, как и все остальные, должен выполнять мои приказы, или тебе не ясно?

Я открыл интерфейс, увидел, что нам удалось набить требуемое количество монстров и при этом заработать двести пятьдесят тысяч опыта. В общем, у меня имелось пятьсот сорок, но для следующего уровня требовалось в целом почти полтора миллиона. Всё, закончились те деньки, когда счёт шёл на десятки и сотни тысяч. Теперь мне придётся либо проходить сценарии, где награда сразу уровнями, либо опять просить Трева сварить нам новый конструкт. Однако для начала надо его найти.

— Эй, ты меня слышишь? Я с кем разговариваю!

— Да не верещи ты так, и без тебя башка раскалывается, — махнув рукой, ответил я и выглянул наружу.

Бледное лицо женщины налилось дурной кровью, и она была готова взорваться не хуже зажигательной мины, но тут вмешалась Фокс.

— Я думаю у Смертника есть причина, так ведь? — обратилась она ко мне, а затем спешно вставила. — Наверное, мне надо было за ним следить, это моя вина, Око.

Такое ощущение, что кто-то резко дёрнул за рычаг, останавливая поезд на полном ходу, так как лицо женщины вновь приобрело естественный оттенок и она мягко заговорила:

— В этом нет твоей вины, Фокс, я спрашиваю новичка.

— Ни хера себе! — раздался за спиной писклявый голосок парнишки. — Кто это их так нашинковал и решил устроить барбекю, даже не позвав меня? Смертник, ты что ли? Ну ты даешь, мужик, крут!

Признаюсь, заткнуть, пускай и на секунду, бабищу было приятно, но я здесь не за этим. Планировал свалить намного раньше, но как когда-то сказал один из классиков: «Как оно будет, так оно и хер с ним». Видимо, придётся возвращаться одному. Чистокровной неопределяшке слишком нравится вылизывать причинное место Фокс, но думаю, даже если она попросит от всего сердца, бабища вряд ли согласиться меня ждать. Что уж говорить про помощь.

Однако задание мы выполнили, а значит, фактически свою роль как члена отряда Дивизиона я выполнил. К тому же уверен, Око не огорчится, узнав, что я случайно сгинул на улицах Старого города. По этой причине я подмигнул Фокс, вызвав на её губах широкую улыбку, сказал короткое «Увидимся дома», дабы ещё больше выбесить Око, и пошёл к выходу из здания.

Раз, два, три:

— Куда это ты собрался? А, впрочем, знаешь, если ты такой…

— Такой, — не дал ей закончить и вышел на улицу.

Наконец-то тишина и спокойствие. Передвигаться на своих двоих — затея не из лучших, что уж там говорить о том, что это займёт приличное количество времени. Подмывало по-тихому умыкнуть у отряда транспорт, но тогда в спину мне точно полетит свинец, да и к тому же будет как-то по-скотски, что ли. Свежая доза чая всё ещё булькала в животе — а значит, двадцать четыре часа в запасе у меня есть.

У меня было много пороков, и видят боги Города-Кокона, я ещё не успел их всех раскрыть, но, к счастью, топографический кретинизм не был одним из них. Где бы ни оказался, города и поселения были построены людьми — а значит, должны придерживаться одного и того же принципа. К счастью, Мортимен не накрыло ядерным взрывом, и здесь не происходили настоящие боевые действия.

Город попросту опустел, когда выжившие жители спешно покидали свои дома. Именно по этой причине большинство инфраструктуры, прошедшей испытанием времени, более-менее сохранило надписи. Местами отколотые, осыпавшиеся краской, но найти главную улицу не составило труда. Вдоль неё я набрёл на городской сквер, опять же с отдельными грядками, будто созданными для растений, и увидел центральную площадь.

Удивительно, но ни монстров, ни так называемых психов встретить не удалось. Я несколько часов шёл по пустым улицам Старого города, где когда-то кипела и бурлила жизнь. Довольно странное ощущение — проходить вдоль домов, понимая, что здесь раньше жили люди. Кто-то готовил еду, кто-то кого-то убивал или насиловал, в общем, обычный городской быт.

Экскувиаторы сами по себе не были такой уж и угрозой, однако волнами могли вырезать целые города. Мортемен и ВР-2 стали тому живым подтверждением. На секунду задумался, как там поживает Второй рубеж, и начались ли уже восстановительные работы. На третьем Серв, Дьякон и Некр явно уже начинают очередной виток своего социального безумия, может, тоже самое и на втором?

Я внезапно понял, что тема для размышления настолько скучная, что мысленно скомкал её, словно бумажный лист, и бросил в корзину для отходов.

Впереди возвышалось здание администрации с высоким и отколотым на середине шпилем. Своим дизайном оно напоминало мне нечто старое, но до жути знакомое, правда, никак не мог вспомнить что. Серые блоки с интересной архитектурой и главным шпилем, на котором раньше находился какой-нибудь объект.

Однако часики тикали, напоминая, что время играет мне не на руку, и пора наконец отыскать этот бункер. Пару часиков на поиски, затем вернуться к точке нашей высадки и побрести в сторону ОлдГейта. Если повезёт, по пути не превращусь в монстра, а может, даже сумею вызвать из города машину. Вдруг Фокс успеет подмазать бабищу. Но потом, всё это потом. Сначала — отыскать бункер, по возможности ни на кого не наткнуться и загрести всё, что к полу не прибито.

Глава 14

Я вошел в здание, куда не ступала нога человека уже долгое время. По стенам гулял прохладный ветерок, а остовы от старой мебели напоминали об ушедшей эпохе. Если Баух был прав, то бункер должен находиться под зданием администрации, где могли храниться не только припасы, но и полезная информация. Вряд ли узнаю что-то новое, но вдруг получится зацепить заодно что-нибудь из важных данных.

Само здание, скорее всего, давно обобрали до ниток, поэтому нет смысла разгуливать и тратить впустую время. Моя цель находится где-то под землей, значит, туда мне и путь. Я подошёл доске с планом здания, половина надписей на котором давно стёрлась, и увидел самую главную комнату — архив. Она единственная, помимо трансформаторной с отдельным источником питания, находилась на цокольном этаже.

Любопытство подмывало пройтись по всем комнатам и насобирать то, что пропустили другие, но здравый смысл твердил не забывать, зачем я сюда пришёл. Попасть в архив оказалось не так уж и сложно, пришлось правда разобрать куски осыпавшегося потолка и протиснуться между блоками, но в целом, всё получилось довольно легко.

Как только я оказался внутри, в нос ударил нехарактерный для этого помещения запах прелости и сырой земли. Ожидал всё что угодно, но только не это. Архивное помещение представляло собой несколько аппаратных полок с допотопными серверами и одним небольшим офисным столом. Питание давно отсутствовало, поэтому мне пришлось воспользоваться фонарём, чей луч освещал комнату, а в его свете танцевали многочисленные пылинки.

Мой нюх меня не подвёл, и запах сырой земли оказался здесь не просто так. В дальнем конце комнаты в стене была пробита довольно крупная дыра, уходящая куда-то вглубь. Я подошёл, ожидая увидеть слезы когтей и зубов, но, к собственному удивлению, передо мной предстал широкий, но довольно топорно прорытый туннель. Теория о монстрах всё ещё оставалась на повестке дня, но при этом мне удалось залезть внутрь и без приключений скатиться вниз.

Я приземлился на твёрдую поверхность и обнаружил себя окруженным крепкими бетонными стенами, в одной из которых находилась приоткрытая тяжёлая дверь. Массивная, с крепким замком, который управлялся при помощи округлого красного штурвала по центру. Монстры не умели открывать дверм — а значит, мне предстоит встретиться с существами, более знакомыми мне.

Перед тем как заходить внутрь, мне удалось внимательно осмотреться и увидеть ещё одну закрытую с моей стороны дверь, ведущую куда-то назад. Видимо, виновные в рытье туннеля также понятия не имели о существовании этого бункера и копали наугад. В противном случае, они бы зашли через обычных ход вместо того, чтобы прорываться сквозь бетон и землю.

Из бункера эхом раздавались человеческие голоса, не предвещающие ничего хорошего. Если внутри окажутся мародеры — а к этому я склонялся больше всего — вряд ли они добровольно расстанутся с тяжело добытой наградой. Видимо, придётся их всех убить, так как упущение даже одного может стать для меня непростительной ошибкой.

Я подошёл к двери, заглянул внутрь и сделал первый шаг. Где-то гудел одинокий генератор, пуская ток по многочисленным кабелям, через которые шло питание к висевшим с потолка лампочкам. Стены бункера выглядели довольно крепко и явно были созданы для того, чтобы выдержать настоящие бомбардировки.

Первое, что бросилось мне в глаза, когда я вошел внутрь, — это раздробленный на множество костей скелет давно умершего человека. Видимо, бедолага скончался недалеко от входа, и на него ступали те, кто зашёл до меня сюда. Длинный коридор по дуге резко уходил в сторону и вёл вглубь бункера, местами разделяясь на небольшие комнатки.

Прежде, чем устраивать кровавую резню, нужно понять, с кем предстоит иметь дело, и оценить численность врага. По этой причине я решил пока действовать скрытно и на полусогнутых направился к первой комнате, откуда раздавалось веселое посвистывание. Человек, облаченный в мастерски сшитые из нескольких кусков ткани обноски, что умудрялись выглядеть экипировкой, а не одеждой бомжа, насвистывал какую-то песенку и с интересом изучал содержимое полок. Всё, что ему не нравилось, в ту же секунду отправлялось на пол и создавало для меня неплохую маскировку.

Я достал армейский нож, быстро приблизился к нему и, закрыв рот ладонь, приставил лезвие к его горлу:

— Тихо, тихо, — сквозь стиснутые зубы прошептал я ему на ухо. — Я перережу тебе глотку прежде, чем ты успеешь закричать. Кивни, если понял.

Тот спешно закивал и что-то промычал. Я повернул его лицом к дверному проходу, дабы удобнее было следить за тылом, и медленно убрал ладонь со рта. Удивительно, но человек действительно сохранил молчание и лишь часто дышал, ожидая моего вердикта.

— Вы кто такие? Сколько вас и откуда узнали об этом месте? — ядовито прошипел я и, дабы он убедился в серьёзности моих намерений, сильнее прижал лезвие и пустил ему немного крови.

— Главный… главный привёл. Мы психи, брат, не убивай. Главный сказал, что здесь есть чем поживиться, и монстры нас здесь не тронут. Ты ведь из ОлдГейта, да? Слушай, то, что про нас говорят, — это чистая неправда. Аппарат сослал нас, чтобы…

— Заткнись, сука, и отвечай на мои вопросы! Сколько вас здесь? Число! Вооружение!

— Брат, давай я тебя к главному отведу, и он тебе всё сам расскажет. У нас есть горячая еда, медикаменты. Ты ведь сюда за ними пришёл, да? Чистые бинты, накормим, напоим!

— Число, — холодно прошипел, повторяя свой вопрос в последний раз.

Человек, будто прочитав мои мысли, резко перестал юлить и ответил прямо:

— Два десятка ровно. Четыре ватаги, одна коммуна!

Значит, между мною и ингредиентами для лекарства стоят девятнадцать человек. Ничего, мне приходилось выступать и при большей публике. Человек с перерезанной глоткой упал на холодный бетонный пол, и я резким ударом в сердце добил его. Может, он и говорил правду, так как по поводу верховного аппарата ОлдГейта я не питал пустых иллюзий, но риск в данной ситуации не был бы оправдан.

На том же ВР-2 постоянно рисовали картины, описывая шахтеров на фронтире как самых ярых и отпетых преступников, неспособных жить в нормальном обществе. Среди них, конечно, находились таковые, но в целом, истории были слишком преувеличены. К сожалению, даже если они окажутся обычными беженцам, нам придётся сражаться за одни и те же припасы, поэтому особого выбора у меня нет.

Я проверил содержимое инвентаря психа, не обнаружил ничего интересного, кроме нескольких тюбиков пасты, наточенного ножа и другого хлама. Киба и синта осталась в прошлом — омни в Старом городе было столь же бесполезно, как и на других рубежах. Перед тем, как отправляться дальше, обшарил полки в помещении и не нашел ничего интересного. Пустые контейнеры, колбы, личные вещи и старая мебель. Видимо, этим бункером успели воспользоваться ещё до того, как город пал.

Длинный коридор вёл меня мимо других помещений, которые ничем не отличались от предыдущих. Созданные по общему плану, они не могли похвастаться ничем, кроме одноместных и двухъярусных кроватей, шкафчиков для личных вещей и небольших столов. Даже для мародеров здесь не нашлось бы ничего, что могло показаться полезным. Что уж говорить про меня.

Однако, чем глубже я уходил, тем чаще эхом разносились человеческие голоса. Сначала сложилось впечатление, что кто-то яростно с кем-то спорил, может, даже кричал или негодовал, но они постепенно перерастали в настоящие вопли. Кому-то приходилось несладко, и вскоре, свернув за резкий поворот, я наткнулся на интересную картинку.

Кажется, психи уже начали обживаться и, пользуясь баллончиками с краской, малевали на стенах похабные надписи. Я подкрался к дверному проему и, едва заметно выглядывая, присмотрелся. Двое занимались настенным искусством, помечая новую территорию и пытаясь выбрать между изображением голой бабы или изогнутым половым органом.

Они были настолько поглощены работой, что я мог бы их убить ещё до того, как они поймут, что произошло, но меня больше интересовал третий. Ко мне спиной стоял мужчина с окровавленным охотничьим ножом, с которого обильно капала кровь. Вопль доносился как раз от него, и мне удалось заметить выглядывающие над ним связанные в запястьях руки.

Кого-то подвесили как скот и в него же и превратили. Человек стряхнул кровь с ножа, занёс его перед собой, и по бункеру пронеслась новая волна воплей. Сначала я подумал, что жертву попросту пытали, но когда псих аккуратно положил кусок отрезанной плоти на медицинский поднос, мне всё стало ясно.

Он орудовал ножом, как заправский мясник или, лучше даже сказать, хирург. Человек, которого подвесили, как скот, продолжал кричать на весь бункер, но его вопль, кажется, не волновал других. Более того, психи получали заряд бодрости и удовлетворения, а затем тот, что с ножом, положил очередной пласт мяса на поднос и довольно выпалил:

— Неплохо сегодня поужинаем! Неси на кухню, но скажи, чтобы без меня не начинали, а то, скоты, в следующий раз будете сами ловушки проверять!

Я мог бы убить всех троих, но мне стало интересно, куда они пойдут. Быстро перебежал в соседнюю комнату и проводил взглядом двух людей, скрывшихся за дверью в тупичке. В памяти всплыли слова убитого мною психа о горячей еде и предложении отужинать, отчего в горле образовался тошнотворный ком.

Неужели рубежи собирали в себе самый отпетый и больной на голову народ? Пора бы уже привыкнуть и не так сильно удивляться, однако мне каким-то образом ещё удавалось сохранять в себе надежду. Может, и не зря, хотя увиденное лишь уверяло в обратном.

В момент, когда мясник повернулся за новым подносом, я резко приблизился и пронзил его со спины. На лице ублюдка замерла удивлённая и наполненная предсмертным ужасом гримаса и он соскользнул с моих клинков и свалился на пол.

Пленницей оказалась женщина, которой разодрали одежду на груди и уже успели от души поработать ножом. Из-за заплывшего гематомами и синяками лица она не была способна увидеть, что только что произошло, и продолжала оглушительно верещать. Я отступил на шаг назад, внимательно осмотрел многочисленные увечья и, покачав головой, решил, что ей уже не помочь.

— Тихо, тихо, скоро всё закончится, — прошептал я как можно мягче.

— Ты… ты… убей меня, пожалуйста, прошу… убей… я больше не выдержу. Мне так больно…

За последнее время мне приходилось столько раз убивать, что давно перестал считать, однако именно в этот момент на душе стало паршиво. Я знал, что даже если чудом мы окажемся в лучшей клинике ОлдГейта, ей вряд ли уже помогут. С девушки, как с овцы, сняли урожай и оставили истекать кровью. Она бы и без моей помощи умерла через пару минут, но для неё даже секунда промедления казалась целой вечностью в аду.

Я занёс клинок, мысленно извинился перед ней и пронзил грудную клетку. Девушка коротко пискнула, медленно выдохнула и повисла мёртвым грузом. Я одним движением разрубил металлические кольца цепи и аккуратно уложил её на пол, прикрыв то, что осталось от груди, куском ткани.

Она была одета в чёрную форму оперативника из Дивизиона, и теперь понятно, откуда у Фокс такая ненависть к психам. Ублюдок упомянул ловушки, в которые, видимо, попадали молодые бойцы, и если их не успевали сожрать экскувиаторы, то на улице психов начинался праздник. Не знаю, кем она была при жизни, но оставлять её гнить в подземном бункере вот так мне показалось неправильно. Как только закончу и оставлю после себя два десятка трупов, вернусь за ней и похороню снаружи. Может, даже при возвращении скажу, где её искать.

С незаметностью покончено. Коридор заканчивался одной дверью, за которой меня, скорее всего, буду ждать оставшиеся ублюдки. У них наверняка имелось огнестрельное оружие, которое они затрофеили с тел оперативников, но на моей стороне — ближний бой. В замкнутом пространстве, будучи запертым с таким опасным зверем, как я, особенно не постреляешь, не задев при этом своих.

Я ещё раз посмотрел на девушку, подошёл к дверному проему и замер. Снаружи послышались голоса так называемых художников, которые возвращались за добавкой. Я отступил, прижался к стене и крепко стиснул зубы. Ну же, суки, мясца захотелось? Сейчас я вам устрою настоящее мясо!

Оба, о чём-то разговаривая, зашли в помещение, не сразу заметив убитого мясника и мёртвую жертву, но, когда осознали произошедшее, уже было поздно. Я широким взмахом отрубил одному голову, а второго пинком в грудь отправил в полёт. Он врезался спиной в стену, а когда повернулся, из груди торчали две железки, а перед глазами был мой яростный взгляд. Я, недолго думая, повалил его на пол и одним ударом ноги перебил ему гортань.

Следующий!

Я вышел из комнаты и направился в сторону двери в тупике, ведя кончиком клинка по стене. Скрежет металла о бетон настраивал меня на будущую резню, а когда в дверном проеме появился дико гогочущий человек, я разогнался и вместе с ним залетел внутрь. В нос ударил запах алкоголя и жаренного мяса.

А ублюдки уже успели устроить здесь себе неплохую базу!

Самое большое помещение, в котором должны были собираться жители бункера, превратилось в рассадник больных извращений. В клетках сидели голые и накачанные наркотиками молодые девушки, без слов понятно ради каких целей. Психи стащили всю мебель в центр, устроив там что-то вроде посиделок, однако главное место оставили для самого здорового упыря.

Он сидел в дальнем конце комнаты, словно на троне, и держал в руках кусок жаренного мяса. Крупный, мускулистый, с бритой головой и длиннющей бородой, в которой виднелись кусочки пищи и следы ранней седины.

Я быстро осмотрелся и прикинул варианты. В центре на диванчиках около десяти человек, жрут и пьют. Справа за стойкой на кухне у гриля стоят ещё трое. Два психа у трона и, собственно, сам глава всего этого безумия. Пятнадцать человек против одного Смертника — ну и где же настоящее испытание?

— Ты кто такой? — с вываливающимся изо рта куском еды удивлённо протянул человек с дивана.

Я медленно осмотрел всех, угрожающе взмахнул руками, разрезав воздух и злобно прошипел:

— Ну что, суки, понеслась?

Три быстрых выстрела из пистолета оставили после себя три трупа с аккуратными отверстиями между глаз. Я решил первым делом разделаться с тем, что в центре, и слегка проредить вражеское стадо. Когда кровь брызнула в лица выжившим, они повскакивали с мест и схватились за железки. Медленные, пьяные, примитивные, словно сбежавшие с ВР-3 наёмники, инстинктивно в защитном режиме выставили перед собой оружие и пронзительно закричали.

Я перемахнул через диван и прыжке убил двоих, разорвав первом глотку, а второму зарядив клинком в лицо. Всего за несколько секунд половина центра была уничтожена, а оставшаяся попыталась атаковать. Двое, заметив, как быстро всё произошло, отступили к своему вожаку. Я, не теряя скорости, врезался в одного, блокировал клинком удар в спину, а затем развернулся и провёл серию быстрых атак.

Психу ничего не оставалось, как повиснуть и дёргаться каждый раз, когда сталь проникала в его тело. Кровь потоком била в лицо, но останавливаться рано. Я вовремя сумел развернуться как раз в тот момент, когда псих достал пистолет и попробовал выстрелить в упор. Отклонился в сторону, пропустив свинец мимо уха, и казнил ублюдка коротким ударом в подбородок.

Всё это время наблюдавший за перепалкой, главарь медленно встал и выпустил из штурмовой винтовки длинную очередь, попутно задев одного из своих. Я перепрыгнул за стойку кухни, отметив, что минимум один псих отправился в принтер, сваленный «дружественным огнём», а когда затвор винтовки сухо застучал, схватил двух «поваров» и прижал рожами к раскаленному грилю.

Они, ощутив себя на месте своих жертв, закричали во весь голос и попытались меня отпихнуть. Я повернул голову и с улыбкой заметил, как главарь пытался справиться с заевшим затвором винтовки, выдававшим осечку за осечкой. Он ещё этого не понимал, но фактически урод уже был мёртв, но его оставим напоследок. Я схватил обе крышки гриля и со всей силы опустил вниз, размозжив головы ублюдков, а затем крепко прижал напоследок для более глубокой прожарки.

Здоровяк наконец справился с автоматом и сумел сделать ещё несколько выстрелов. Свинец пронзил пустоту, так как я оказался уже в другом месте. Его замершие охранники выставили перед собой наточенные кухонные тесаки и медленно замахнулись. Было заметно, что любое движение давалось им с трудом, и они едва могли побороть сковывающий каждую мышцу страх.

Мне с лёгкостью удалось опередить их удары и убить ещё до того, как они успели опустить свои тесаки. Первый свалился на пол, пытаясь удержать вываливающиеся их брюха внутренности, а второй так и замер с торчащим изо рта килограммом стали. Остался лишь ублюдок, который и командовал всем этим отребьем. Я спешно развернулся и, заметив перед лицом дуло автомата, растянулся в довольной улыбке и прислонился к нему лбом.

Лицо психа изменилось, словно он увидел перед собой настоящего монстра, а палец на спусковом крючке заметно дрожал, в не в силах пошевелиться. Я краем глаза заметил, как цифра шанса на выстрел из винтовки, молниеносно сменилась на ноль и человек полностью перешёл под мой контроль. Всё что ему оставалось — это беспомощно смотреть на меня, ощущая, что всё, включая его импланты и разум, теперь принадлежит мне.

Я демонстративно выпрямился, не вытирая капающую с лица кровь, сделал шаг назад и яростно улыбнулся. Губы психа задрожали, словно он вот-вот заплачет, а мышцы рук схватила внезапная судорога. Он и понятия не имел, что происходит, особенно когда его собственные конечности двигались без его участия.

Старенькие импланты на месте раздробленных костей подчинялись лишь моей воле, и псих наблюдал, как прислоняет дуло винтовки к собственному подбородку. Я слегка наклонил голову, с наслаждением растягивая последние секунды его жизни, а перед тем, как раздался выстрел, вернул ему частичный контроль и позволить жалобно закричать.

Мускулистое тело грохнулось у моих ног, ознаменовав тем самым мою безоговорочную победу. Адреналин всё ещё бешено лупил в кровь, когда я закрыл глаза и прочитал свою любимую мантру. Моё тело, мой разум, мои эмоции. Они подчиняются только моей воле. Кровавая горячка боя благодарно поклонилась и оставила сцену, уступая место холодному расчёту.

Я открыл глаза и улыбнулся от осознания, что пускай ещё не мог управлять процессами организма, однако в ментальном плане меня можно было называть настоящим мастером. Внутри всё ещё ощущалась ненависть и отвращения к этим ублюдкам, но увидев, как их изуродованные тела истекали кровью, мне стало практически всё равно.

Других дверей в помещении не было, а значит, это конечная станция. Я заметил небольшой закуток за клетками, в которых сидели одурманенные молодые девушки, и прошёл мимо них. Попробую после освободить, но признаться, понятия не имею, что с ними делать дальше. Тащить за собой на ОлдГейт? Если они не чистокровные — их развернут на входе и отправят в гетто. Может, пускай лучше так, чем сидеть в бункере и медленно умирать от голода? Ладно, решу потом, сначала то, зачем сюда изначально пришёл.

На стене красовалось изображение красного креста, что вызывало неподдельный ажиотаж, однако, как только завернул за угол, перед глазами предстало разочарование в виде пустых медицинских полок. Кто-то до меня опустошил содержимое и сгрёб в одну охапку. Чёрт, неужели проделал весь пусть впустую? Может, у кого-то из психов инвентарь ломится от моих трофеев?

Я подошёл к мёртвому телу здоровяка, приложил ладонь и открыл его инвентарь. Бинго! Мешок, сшитый из различных кусков одежды, в который были свалены медицинские коробочки. Интересно, что здесь может быть такого, чего нет в биологически направленном ОлдГейте, и почему они не могут произвести сами?

Да, совсем недавно мне пришлось разнести одно из Чистилищ, но были и остальные. Бесконечные города-фабрики, на которых штамповалась вся продукция рубежей. Что было особенного в этих препаратах? Я уселся на пол недалеко от трупов, высыпал содержимое и принялся разгребать.

Бинты, шприцы, антибиотики, пакеты с какой-то пылью, похожей на чай — это они? Пахнут лекарством. Так, что ещё? Таблетки, таблетки и всевозможные пилюли, ничего такого, что бы выделялось и невозможно было добыть на ВР-1. Я уже собрался всё сгребать обратно и позволить старушке определиться самой, как вдруг наткнулся на очень странную коробочку.

Внутри находился стандартный инъектор, на котором была надпись: «ПВ-0001» ПВ? Полевая вата? Пыль вечности? Пакет выживания? Проект Возмездие? Рядом с ним три аккуратных медицинских ампулы с загадочной зеленой жидкостью. Если присмотреться, то могло показаться, будто внутри плавали едва заметные организмы, либо во всем были виноваты блики света и скудное освещение бункера.

Возможно, это оно и есть, по крайней мере, ничего другого не вижу. Я убрал мешок в инвентарь, проверил, ответила ли мне ватага — не ответила — и, огорченно выдохнув, встал. Видимо, больше здесь мне ловить нечего. Уже собрался уходить, как вдруг заметил то, что раньше не бросилось в глаза. Под поваленным стулом вожака, который тот использовал как трон, находился не обычный парапет — а настоящая консоль. Технология города.

Похоже, это центральная точка управления с допуском для местных жителей. Стоит проверить, прежде чем уходить. Я подошёл, приложил ладонь, ожидаемо наткнулся на барьер из запроса на идентификацию и получил доступ с помощью Нейролинка. Каково было моё удивление, когда во всём списке имён с затёртыми датами последней активации я увидел имя П.В. и прикрепленный к нему файл.

Лог № 112

Пришлось пока поставить на паузу мой маленький проект, но с последнего раза мне удалось достаточно далеко продвинуться. Корпорация, кажется, больше не переживает за тот факт, что я могу принести потенциальный вред «ПРОЕКТУ», да, тому самому. У меня даже вышло получить разрешение покинуть Город и прогуляться по Первому рубежу.

Естественно, как только я это сделал, мне сразу пришло предложение курировать строительство аварийного бункера на случай непредвиденной опасности. Сначала долго думал, а затем согласился, им для чего-то понадобилось моё экспертное мнение как создателя «объектов», и они попросили создать мини версию, только без принтера и под землей.

Должен признаться, было приятно поработать вновь с людьми, а не бесконечно пялиться в экран интерфейса. К тому же, с альфа версией моего маленького помощника, который подчиняет только мне, у меня получилось намного быстрее справиться с расчётами, чем смог бы мой стареющий мозг.

В благодарность за проделанную работу мне разрешили оставить свой след и позволили единолично настроить систему этой консоли. Подмывало сделать им подарочек и вернуться в годы моей бешенной докторантуры, но я уже слишком стар, чтобы заниматься детскими шутками и подставами.

В кое то веки я построил то, что не сможет быть использовано в коммерческих целях, так как здесь попросту нечего использовать. Тот след, который мне позволили оставить, я заключу в этом небольшом куске моего дневника. Кто бы это потом ни прочитал, я заранее извиняюсь, что потратил ваше время на размышления одного старика, но помирать мне ещё рано.

Прежде, чем мои останки предадут ветру, я должен закончить работу над последним своим проектом, который, надеюсь, если не затмит, то по крайней мере послужит человечеству больше, чем мои любимые принтеры.

П.В. Бывший ведущий инженер проекта «Возрождение».

Я ещё несколько раз перечитал весь лог в попытке вырвать хоть какой-нибудь важный источник информации, а затем отключился от консоли и задумался. П.В. — значит, это его настоящее имя, но какое? Вариантов может быть бесконечное количество, поэтому гадать нет смысла. Однако теперь мне известно, что он имел прямое отношение к проекту «Возрождение», чем бы он ни являлся.

Этот человек не конструировал виртуальную реальность, а создал технологию принтеров, значит, в конечном счёте я оказался не прав, когда думал, что этот проект — всего лишь влажная фантазия даркраннеров? Хм, если Бауху известно об этом месте, возможно, добрый доктор ещё сможет помочь.

В любом случае, я получил то, за чем пришёл, и пора возвращаться обратно. Надо будет захватить с собой тело неизвестной девушки, попытаться выяснить, как её звали, и похоронить где-нибудь в заметном месте. Не знаю, будут ли её искать близкие, но надеюсь, этот маленький поступок, в конечном счёте, зачтётся мне в общую копилку кармы.

Хотя такого как я уже ничем не спасёшь.

Глава 15

— П.В.? — Задумчиво переспросила старушка, не отрываясь от привычного вязания.

— Да, через точку, как инициалы, не слышала о таком? — спросил я, делая глоток приятного горячего чая, согревающего мои зараженные вирусом внутренности. — Не как надпись на инъекторе, что я тебе принёс, но мне это тоже интересно.

На морщинистых губах женщины заиграла лёгкая улыбка и она иронично ответила:

— Сколько, по-твоему, мне лет, юноша? Если ты считаешь, что я застала или, упаси боги, жила в Старом городе, то тебя ждёт разочарование. Наука — беспощадная стерва, а главное её оружие — это математика. Мне и трёх жизней не хватило бы, чтобы хотя бы краем глаза взглянуть на падение старых стен.

Я сделал ещё один глоток и подумал, что на этом хватит. Часть медикаментов, срок годности которых давно истёк, она действительно забрала себе и даже рассказала, что с ними будет делать. Женщина готовила из них так называемые «эликсиры», используя тоже слово, что и Баух. С её слов, некоторые препараты при распаде образовывали токсичные ферменты, опасно влияющие на печень и почки. Однако если их правильно подкрутить, грамотно использовать дозировку, соблюдая баланс в так называемых эликсирах, то тем самым можно повышать структурную целость внутренних органов.

Оказывается, каждый такой препарат, включая тот, который я уже успел употребить, частично состоял из яда. Он разрушал клетки целевого органа из заставлял их мутировать. Клетка сама по себе — это не только оболочка, но и хранилище информации закодированной в форме ДНК, в том числе, и мини завод по её реализации.

Старушка не сильно вдавалась в подробности, так как для нормального объяснения мне бы сначала пришлось прочитать труд на пятьсот виртуальных страниц, чтобы только подготовиться к беседе, поэтому сказала просто. Эликсиры — это яды, которые точечно работают на определенные органы и заставляют их мутировать, не нарушая общий цикл организма. Если переборщить, можно заработать рак, если наоборот, то эффекта никакого не будет. Именно поэтому заниматься самомутацией лучше под присмотром опытного фарматеха, такого как, например, Баух.

— Необязательно жить в те времена, чтобы знать о проектах, — я решил продолжить тему после нашего небольшого перерыва. — Баух мне рассказал, что ты была его наставницей и даже на пенсии продолжаешь заниматься наукой.

— Наукой? — она открыто рассмеялась, кивая в сторону трёх термосов с чаем. — Это больше похоже на искусство, но раз ты пришёл ко мне не с пустыми руками и не стал напрямую клянчить панацею, то уважу твоё любопытство, но не сильно. Та надпись на инъекторе относится к давно утраченной эре, о которой даже мне ничего неизвестно. Это было настолько давно, что вполне может оказаться и выдумкой, поэтому воспринимай всё со здоровым скепсисом и не верь ни единому моему слову.

— ПВ — это проект «Возрождение»? — спросил я, решив, что неплохо быть забросить в желудок что-нибудь помимо горячего чая, например, питательную пасту, которая на вкус все ещё была как жжённый башмак.

— О! — по-старчески протянула женщина, показывая редкие зубы. — Какие умные слова мы знаем! Но что тебе действительно известно об этом, юноша? Что ты знаешь о проекте «Возрождение»?

— То, что с ним как-то связан человек с инициалами П.В, — лукаво ответил я, скрывая от неё частицы моего истинного прошлого. — Но мои знания обрывочны, и я хочу их заполнить.

— И для чего же? Неужели в своём возрасте решил податься в верховный аппарат? Может, даже планируешь через него устроиться в одну из корпораций Кокона? М?

Внешне она не вызывала впечатлений женщины, которая шестьдесят лет провела, изучая биоинженерию. Обычная, на первый взгляд, старушка, владеющая небольшой лавкой, в которой продавала созданные собственными руками подделки, однако стоило лишь с ней заговорить и тогда открывалась совершенно другая сторона.

Только что, она без лишней воды и философских размышлений, как это любил Баух, завуалированно намекнула, что информация о проекте «Возрождение» доступна лишь в верховном аппарате и высших эшелонах корпораций Кокона. У меня и так не было сомнений об уровне технологий Города, образцы которого можно было встретить повсеместно, поэтому я не сильно удивился. К тому же, в своих дневниках некий П.В. постоянно упоминал их как ответственных за принятие основных решений, намекая, что именно они и есть правящая власть.

Больше о проекте она мне ничего не рассказала и спокойно вернулась к тому, чем занималась большинство времени на заслуженной пенсии. Я заметил, что она неохотно делилась информацией, а у меня не осталось того, за что можно её купить. Не бегать же по всем Старому городу и выискивать новые бункеры. Нет, она была из тех людей, которые не предпочитают многословие, прекрасно понимая, что язык — это путь лжи и обмана.

Я убрал запас чая в инвентарь, встал и уже приготовился выходить, как старушка кашлянула и бросила в спину:

— Что ты собираешься делать с Баухом? Кай ведь хочет, чтобы ты его вернул, да?

— Хочет, — повернувшись, ответил я и спросил прямо. — Что тебя связывает с этими людьми? Неужели в своём возрасте решила податься в идеалисты-утописты?

Женщина рассмеялась:

— Ты их так воспринимаешь? Ну что же, интересный взгляд, и ты имеешь полное право его иметь. Ты на ВР-1 всего несколько дней, и я не стану утомлять тебя долгими рассказами про то, что делает верховный аппарат. Это прозвучит наивно, наигранно и слишком по-стариковски. Нет. Ты нашёл то, за чем я посылала несколько отрядов, причём в одиночку, и спокойно вернулся назад, так что, думаю, у тебя есть достаточный набор, чтобы умений ввязаться в смертельно опасную ситуацию и выяснить всё самостоятельно. К тому же, кто сказал, что меня с ними что-то связывает? Насколько мне известно, я помогаю тебе. Так что взамен как минимум можешь ответить на мой вопрос: что ты собираешься делать с Баухом?

— Баух был и остаётся разменной монетой, за которую я получу информацию об очень важных для меня людях.

Старушка понимающе закивала.

— Твоя ватага, да. Кто может быть ближе, чем люди, с которыми вместе проливаешь кровь на поле боя, да, Смертник? И что же тебе обещал Кай? Сказать, в каком гетто их поселили? Ну, допустим, ты узнаешь, и каковы твои дальнейшие действия? Ворваться с оружием наперевес и всех убить?

— Если до этого дойдет, то так оно и будет, но вообще нет, предпочитаю более тонко подходить к процессу. Что-то слишком много вопросов о том, на которого, мне казалось, тебе плевать.

— Плевать на Бауха? — открыто удивилась та. — Он мой ученик, а меня всегда заботит их благополучие и карьерный успех. Он тебе успел рассказать?

— О чём? — спросил я слегка, повысив тембр голоса, понимая, что она старается водить меня по кругу и запутать в собственных же рассуждениях. — О чём мне должен был рассказать Баух?

Женщина подняла голову, посмотрела мне прямо в глаза и после длинной паузы пояснила:

— Значит, не рассказал, иначе твой взгляд бы выглядел совершено иначе. Тогда лучше поспеши, но прежде, чем примешь какой-то решение, обязательно выслушай этого человека. Ему есть что тебе поведать, а затем поступай как хочешь. Обещаешь?

Я коротко кивнул и ответил:

— Обещаю, я его выслушаю.

— Возьми с собой ещё, если у тебя уже закончились.

По левую руку открылась фальшивая стена и мой взгляд упал пластиковые контейнеры с картечью. Убойной силы у меня и так хватало, но в прошлый раз я пообещал, что вернусь вот за тем посеребрённым красавцем, что выделялся своим статным видом и непомерно длинным дулом. Старушка не оказалась против, когда сгрёб пять контейнеров с картечью, несколько барабанов для револьвера и забрал само оружие. Взамен положил собранные винтовки и пистолеты-пулеметы с тел уже мёртвых гончих.

Я покрутил в руках откровенно тяжелый револьвер, прикинул, сколько урона он может нанести, и убрал от греха подальше в инвентарь. Надеюсь, в ближайшее время не придётся его использовать, а если и да, то приятно иметь в рукаве вот такой вот аргумент. Старушка, словно любящая бабушка, надававшая внуку в дорогу пирожков, махнула морщинистой рукой и вернулась к вязанию.

На улице смеркалось. Для возвращения в ОлдГейт мне потребовалось прилично времени. То, что на автомобиле занимало около часа, пешком заняло практически весь день. Повезло, что ближе к концу пути мне попалась группа оперативников и захватила меня с собой, иначе пришлось бы ночевать под открытым небом.

В Дивизионе на смерть девушки никак не отреагировали и лишь попросили её личный жетон, на котором был выбит тег, а затем отправили получать награду за информацию о её захоронении. Попутно сдал задание, заметив, что все остальные уже получили своё, и решил испытать на себе услугу так называемого биологического очищения.

Услуга, должен сказать, моё почтение. Меня очистили до такой степени, что впервые за всё время аж скрипела кожа. С одеждой они тоже разобрались, видимо, не впервые оттирая с неё застывшую кровь. От массажа, правда, пришлось отказаться, так как время поджимало, а реакция не станет курить в сторонке, пока меня мнут женские руки.

Ингредиенты для чая подоспели как раз вовремя, когда накатывающее чувство грядущей опасности вероломно подбиралось. На создание ушло не так уж и много времени, которое я потратил на перечитывание старых логов П.В.

Оказавшись на улице, я заметил, как закрывались магазинчики, и наоборот, открывались вечерне-ночные заведения, а мне действительно надо что-то решать с Баухом. До разговора с женщиной у меня не было ни капли сомнения на его счёт. Отдам Каю, заберу в ответ информацию и на белом коне спасать ватагу, вроде всё логично, так ведь? Тогда откуда зародились эти сомнения, произрастающие через заложенное старухой в груди семя?

Я пообещал, что обязательно выслушаю доктора, а уже оттуда будем плясать. Мысленно хлопнул в ладоши и поймать проезжающее рядом такси. Оно быстро домчало меня до обычного жилого комплекса в двадцать этажей, который со стороны выглядел как серая надгробная плита. Расплатился с ним через индекс и поднялся на лифте на нужный этаж.

На лестничной площадке как обычно стояла, выпивала и яростно материлась группа подростков, которая даже не обратила на меня внимания. Я подошёл к двери, открыл ключом и, на всякий случай, закрыл за собой замок. Не успел и раскрыть рта, как меня поприветствовал сильный ветер, идущий откуда-то из главной комнаты. Инстинкты забили в тревогу, а сердце постепенно начало наращивать ритм. Я достал армейский нож, понимая, что в тесном помещении мои клинки будут только мешать, и, вооружившись ещё и обычным пистолетом, выглянул из-за угла.

Комната превратилась кошмар аккуратиста. Мебель перевёрнута, стекла в окне выбиты, а на полу большая лужа крови. То, что на первый взгляд могло показаться обыском, на самом деле оказалось похищением. Тел я не обнаружил, значит, Баух всё ещё жив. На всякий случай, выждал короткую паузу, внимательно осматривая помещение, и лишь затем всё тщательно осмотрел.

Никого. Кто бы это ни сделал, ублюдки явно успели сбежать. Вопрос в другом: кто? Гончие? На меня вышли после нашей погони по ОлдГейту? Все преследующие мертвы, инсценировка сработала, так как из новостей я слышал, что во всём обвинили Либертал. Опознали жители? Тогда почему ко мне всё ещё не нагрянул отряд захвата и не отвёз в КПЗ? Нет, гончие тут ни причём.

Вывод напрашивался сам собой, но я всё ещё не хотел верить, что Кай был настолько туп, чтобы предать наше соглашение уже после того, как я нашёл доктора. Ведь так? Прежде, чем делать выводы, я достал телефон и позвонил Фокс, по крайней мере, для того, чтобы сказать ей пока не приходить. Здесь всё ещё может быть опасно.

Система заявила, что она недоступна. Вот это уже странно. Я, конечно, не мог нас назвать хорошими знакомыми, но девушка обычно всегда отвечала, когда ей звонили. Баух? Баух уничтожил свой телефон ещё тогда, когда завязал с мирной жизнью и присоединился к Либерталу. Чёрт, да как же всё не вовремя! Может, Фокс попала под перекрёстный огонь, когда за доктором пришли люди Кая, и это её кровь? Не думаю, что они бы стали избивать до полусмерти и без того хилого человека и лишь потом его вести под улицы ОлдГейта. Однако что-то тут всё же не сходится. Фокс не сдалась бы без боя…

Я достал телефон, нашёл в контактах Кая и начал молиться, чтобы мои предположения оказались ошибочны. В трубке пошли длинные гудки, а я стоял посреди перевернутой с ног на голову квартиры и смотрел на загадочное пятно на полу. Ну же, беру трубку, скотина!

— Смертник, — послышался спокойный голос с другой стороны. — А мы уже начали делать ставки, когда ты позвонишь! Чего так долго? Как там поживает наш доктор? Всё с ним хорошо?

Я закрыл глаза и медленно выдохнул:

— Просто скажи: зачем?

Из трубки донёсся коллективный смех, постепенно перерастающий в полноценный гогот, и парень ответил:

— Потому что тебе надо было преподать урок. В этом городе никто, слышишь, никто не говорит мне, что я могу делать. Зато теперь и тебе это известно, и той рыжей суке, которая подняла на Чернику руку, ну и, самое главное, конечно же, нашему всеми любимому доктору. Ты всё понял? Теперь ты моя сучка, Смертник, и если хочешь найти свою ватагу, — последнее слово он произнёс с явной издёвкой. — То будешь делать всё, что я тебе скажу, уяснил?

Кулаки медленно сжимались, отчего даже захрустел тонкий корпус раскладного телефона. Если бы мыслью на расстоянии можно было убивать, я бы пополнил свой личный счётчик теми, кто находился по ту сторону трубки. Однако реагировать на откровенную издёвку и желание вывести меня из себя я не стал, поэтому подавил ярость и, стиснув зубы, спокойным голосом произнёс:

— Послушай внимательно, бесстрашный ты пиз….

— Нет, это ты меня послушай, — перебил Кай, явно давясь смешком. — А лучше давай вместо меня поговорит доктор, а? Эй, Баух, нравилось тебе пялить Лейлу? Я думал, мы с тобой друзья, а ты вон какой оказался. Совесть у него проснулась, ага! А когда Лейла тебе отсасывала так, что у тебя оставшиеся волосы на голове дыбом вставали, нормально было? Ну, чего молчишь, скажи что-нибудь!

— Прости меня, Смертник, — раздался приглушенный хлюпающий голос. — Я никуда не ходил, как ты и сказал, но они…

— Ладно, ладно, поболтали и хватит, а то все секреты ещё раскроешь! Ты ведь больше не собираешься от меня убегать, доктор? Мне нужны ещё твои плюшки! В прошлый раз вон как задорно вышло! Эй, Смертник, ты всё ещё здесь? Слушаешь?

— Слушаю, — ответил я спокойным голосом, стараясь не провоцировать Кая, при этом внимательно прислушиваясь и пытаясь на звук определить, в каком типе помещения они находились.

— М-м, вот, уже лучше. Видишь, как всё может быть, если ты поймёшь, где твоё место, сучка? Вот сразу бы у ноги встал, как я тебе предлагал, и к этому не пришлось бы прибегать. Хотя кого я обманываю, всё равно тебя бы кинул. В общем, слушай внимательно. Если хочешь и дальше ходить по ОлдГейту и не оборачиваться, то можешь вернуть моё положение. Скажем, для начала, мне понравилось, как ты убиваешь гончих. Давай так: принеси мне сотню голов, и я подумаю над тем, чтобы тебя не убивать, договорились?

Они явно под улицами, но, насколько помню, ячеек у них может быть несколько. Судя по звукам и общему хохоту, помещение должно быть достаточно большим, чтобы вместить в себя не только людей, но и отдельную комнату для заложников. Значит, они не на одном из перевалочных пунктов. Мне понадобится проверить большую территорию, и желательно остаться незаметным, что практически невозможно. Лучше пока его не бесить и сделать вид, что согласился, а там построю план и обязательно отыщу урода.

— Откуда мне знать, что ты и в этот раз не кинешь, Кай?

— Да ниоткуда! — напыщенно фыркнув, ответил тот. — Мне вообще насрать, что ты там знаешь, а что нет. Сучке отдан приказ — сучка его выполняет. Всё, Смертник, у меня нет времени с тобой здесь разглагольствовать. Давай, братан, мне надо с доктором поговорить. Покеда!

Звонок резко оборвался, оставив меня наедине с собственными мыслями. Я ощутил, что если надавлю сильнее, то придётся покупать новый телефон, а это лишь отнимет больше времени. Моё тело, мои мысли, мои чувства. Они всего лишь орудия в моих руках. Глубокий вдох, выдох — и сердцебиение замедлилось.

Для того, что произойдет дальше, мне нужна трезвая голова и холодное сердце. Доктор не был таким уж дураком, поэтому оставил бы для меня послание на случай подобного. Он прекрасно понимал, что за ним гоняется и военная полиция, и люди Кая, а квартира Фокс далеко не крепость. Как мыслил Баух, мне уже удалось понять, поэтому без особого труда нашёл флешку на дне пустого термоса и вставил в компьютер Фокс.

Всего один файл, причём текстовый. Я открыл и внимательно вчитался:

Это письмо на случай, если я не успею тебе рассказать, но раз у тебя случилась беда и я напрямую ответственен за смерть твоей ватаги, то не могу умереть с таким грузом на плечах. Причина, почему меня так сильно хочет вернуть Кай, — это результаты моих исследований с экскувиаторами. Не нагружая вереницей терминов, скажу лишь, что мне удалось выделить субстанцию, при помощи которой можно вызывать контролируемую реакцию.

При контакте с плотью происходит она практически мгновенно, и главное то, что сделать это вещество оказалось не так уж и сложно. Когда я передал субстанцию Каю, то думал, что он применит её в борьбе с верховным аппаратом, но, конечно же, оказался не прав. Ниже я прикреплю фотографии, но, думаю, ничего нового ты не увидишь. Прости меня, Смертник, но это чистое совпадение.

Либертал применил субстанцию в одном из гетто, вызвав цепную реакцию. На том, что было ближе всего к сортировочному пункту, куда обычно приводят свежее поступление… там … никто не выжил. Реакция получилась слишком молниеносной, и погибли тысячи…ТЫСЯЧИ!

Именно в тот день, когда я узнал об этом, собрал вещи и сбежал. Кай планирует превращать гетто один за другим в рассадник монстров до тех пор, пока не покажет всему ОлдГейту и, главное, Кокону, что местная власть беспомощна. Это его план, но на деле, мне кажется, ему попросту нравится хаос.

Я не знаю, как мне ещё перед тобой извиниться, поэтому больше ничего не буду говорить. Скажу лишь одно: если меня уже нет, пожалуйста, не вини во всём. Я, правда, был глуп и наивен…

Кристиан Баух.

Я откинулся на спинке стула и медленно выдохнул. Откровение доктора застало меня врасплох, ведь в тот день мне посчастливилось сбежать именно благодаря этому инциденту. Страшно даже подумать, что среди монстров, атаковавших пост, возможно, даже были члены моей ватаги, но тогда что насчёт показателей? Система указывала на то, что все они живы, или это глюк? Может, Баух ошибся, или ошибается система? В конце концов, насколько мне известно, ОлдГейт окружен множеством секторов, состоящих из гетто.

Кто-то из них явно не прав, и пока не выясню, я предпочту и дальше думать, что ватага жива, просто по какой-то причине не может выйти со мной на связь. Кай совершил огромную ошибку самовлюбленного мальца, который яростно убеждён в том, что у действий не бывает никаких последствий. Убийство тысяч людей ему обязательно аукнется, но только что в моём списке с предельно плохой кармой верхний пункт занял один очень злобный и бессердечный ублюдок. Перед тем, как он сдохнет, я выжму из него всю информацию, даже если придётся подвесить его как скот и несколько дней жестоко пытать.

Только вот одному мне не справиться. Канализации простилаются под всем ОлдГейтом, и пускай помещений внизу не так много, они могут быть где угодно. В отличие от других, у меня не было много знакомых на ВР-1, помимо старушки, но она не в счёт.

Я достал телефон, сам себе не веря, зашёл в контакты, а когда с другой стороны раздался настороженный голос, произнес:

— Фокс похитили, мне нужна твоя помощь. Жди меня у антикварного магазинчика на сорок второй улице и не приведи никого за собой.

Глава 16

Содержимое стеклянного пузырька эликсира провалилось в глотке, и я с отвращением поморщился. Не знаю, что добавил в эту смесь Баух, но на вкус как трижды пропущенный через несвежий носок медицинский раствор. Что ж, если мне вдруг предстоит выступить против всей организации ублюдка, моё тело должно быть готовым ко всему.

Кто-то, может, и не стал перед столь важным моментом накачиваться сомнительной субстанцией, но мне требовалось не просто шагнуть вперёд, а взлететь на несколько ступеней. В инвентаре всё ещё побулькивал раствор нейрококтейля, составленного по моему рецепту, но его лучше оставить на крайний случай. Если он работает хотя бы на десять процентов от силы его использования в КиберСанктууме, мне предстоит путешествие в земли, полные безумия и крови. И совершать его лучше, когда рядом нет беременных детей и малолетних женщин.

Я закрыл глаза и, сидя на влажной от конденсата бетонной ступеньке, закрыл глаза. Запах сырости и зловоний от населявших ОлдГейт людей перебивался появившимся горьковатым привкусом на кончике языка. Отсчёт для повторного применения запустился вновь, а у меня сложилось такое впечатление, будто начинаю физически ощущать свои внутренние органы.

Даже нет так…

Чувство такое, словно эликсир покинул желудок и самостоятельно путешествовал по организму, выборочно впитываясь в требуемые органы. Вот моя печень, вот почки, вот лёгкие и даже сердце. Добрый доктор Баух для меня подписал подготовленные им мензурки, и я, открыв глаза, посмотрел на ту, на которой было написано «ФМ».

Физиоморф. Укрепление общего состояния тела, повышение плотности мышц и улучшения структуры органов. Кажется, эликсир решил начать с внутренних слоёв и в первую очередь взяться за мягкие и склизкие части. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы он занялся мышцами и костями, но выбирать не приходится. Ощущение распространения жидкости по организму постепенно проходило, и я открыл интерфейс:

Имя: Смертник. Профессия: Фарматех. Биоинженерия: Ур 3.

Система адаптации и усиления организма «РеГеном» запущена.

Препараты в действии. РеГеном в действии. Ожидайте завершения процесса. (11ч 58м)

Пассивная прокачка началась, и я встал, ощутив, как на меня накатило лёгкое головокружение, видимо, вызванное токсичным действием эликсиров. Ничего, для этого и нужна железная печень, а эффект отравления перебьют другие препараты, созданные именно для этого.

Я проверил барабан револьвера, зарядил дробовик, и в правом ухе раздался противный голос:

— Ты уже закончил? Я проверила первый квадрант, тут пока никого нет. Ты меня нормально слышишь, гарнитура работает?

— Работает, — лениво ответил я, поправляя маленький наушник, подключенный к сотовому телефону. — Выдвигаюсь на первую точку. Ты пыталась ей позвонить?

— Всё так же, и не думаю, что в ближайшее время что-то изменится, если только мы её не найдем. А мы обязательно её отыщем, ведь всё из-за тебя!

Я дважды успел пожалеть, что обратился к Око, она или он… чёрт, бабища мне не понравилась ещё в первый раз, но мне требовалась помощь если не в сражении, то по крайней мере того, кто прикроет мне спину. Естественно, не ради меня. Неудивительно, когда та, услышав о пропаже Фокс, сразу согласилась и даже бесплатно выписала гарнитуру для удобства связи, однако мы только начали.

Ещё предстоит проверить каждый сантиметр этого места и выяснить, где их держат, если вообще здесь. Разум подсказывал, что пускай Кай и казался малолетним дурачком, но он бы не продержался так долго, если бы не умел в конспирацию. Думаю, на поверхности у них есть люди, которые прикрывают им тыл, возможно, даже в аппарате, но не это главное. Главное то, что я нахожусь на их территории, и надо смотреть в оба.

Я ничего не ответил на обвинения Ока, так как прекрасно понимал, что Фокс попала в такую ситуацию именно из-за меня. Не появись я в тот день в КС, она бы спокойно отыграла свой сценарий и занялась другими делами, но нет. В её жизни появился Смертник — а значит, та только что стала в десять раз опаснее и веселее.

Первым делом было решено отправиться в то место, к которому я уже знал путь. Тем более, помещение было довольно просторным, чтобы вместить сразу несколько человек. Однако и Каю, и остальным было известно о том, что я знаю, как туда добраться, и из этого вытекало два сценария.

В первом меня там будет ждать хорошо подготовленная и тяжело вооруженная засада. На всякий случай.

Во втором я наткнусь пустое помещение, в котором, возможно, смогу найти подсказки, которые поведут меня дальше. Существовал ещё и третий вариант, при котором Кай, в силу своего характера, решит, что полностью мною владеет, и не станет устраивать засад и скрываться. Вдруг в его понимании я сейчас, как ковбой с Дикого Запада, скачу по всему ОлдГейту и пытаюсь насобирать как можно больше голов законников. Чушь, но всякое может быть.

Решил не спешить с выводами и для начала добраться до точки, а оттуда плясать. Око отправилась в противоположном направлении, и мне всё чаще приходил на ум одна очень противоречивая мысль. Мне, скорее всего, придётся её убить. Не то чтобы мне этого сильно хотелось, но после того, как она узнала о ходе через магазинчик старушки, пожилая женщина оказалась в потенциальной опасности, так что, если выбирать между ними двумя, то всё очевидно.

Фокс, думаю, поймёт, а если нет, да и плевать. Я уже должен был сдать Бауха, получить информацию о ватаге и придумывать план их спасения. Вместо этого я иду на выручку человеку, который никак не может решить, за какую сторону он играет, и рыжеволосой девушке, попавшей меж двух огней. Я явно где-то не там свернул.

Самокопания меня не приведут куда надо, а вот дорога канализации вывела к тому месту, где находилась одна из конспиративных баз Либертала. Я подошёл к двери и внимательно прислушался. Сейчас было бы идеальное время, чтобы напасть исподтишка и ударить в спину, но ничего не происходило. Я подумал, что сюрприз может ждать меня внутри, и, вооружившись дробовиком, приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

Комната оказалась пустой, если не считать старую мебель, засыхающую еду в контейнере и спонтанно разбросанные вещи. Никаких признаков засады или того, что можно было воспринять как её. Да, видимо, ставить на то, что банда Кая послушно будет дожидаться меня на месте, так же глупо, как и заходить с оружием наперевес, но вариантов оставалось не мало.

Мне надо не только отыскать их в бесконечных туннелях канализации, но и каким-то образом сделать так, чтобы заложники выжили и не попали под перекрёстный огонь, когда я буду всех убивать. На словах, может, и звучало довольно просто, но на деле вражеская территория не играла мне на руку.

Я, всё ещё крепко сжимая оружие, зашёл внутрь, внимательно осмотрелся и выдохнул. В прошлый раз из дальней комнаты выходил Кай, с кем-то о чём-то яростно споря. Ванная, наполненная синтетическим льдом, всё ещё стояла возле серверной стойки, которая в этот раз была обесточена. Вообще, по внешнему виду могло показаться, что местные жители уходили в спешке, не надеясь сюда вернуться, однако вдруг они что-нибудь оставили, что-нибудь, что сможет меня привести к Фокс и Бауху.

В комнате всё ещё пахло синтетическими спецями, которыми посыпали еду из маленького пакетика, а на столе стояли пластиковые стаканчики с недопитой водой. Я прижался спиной к стене и упёр приклад дробовика в плечо. Тихо, слишком тихо, но атаки не последовало. Решил всё же проверить дверь, прошёл мимо ванны, с интересом разглядывая технологию, а затем потянул пальцы к ручке двери.

Инстинкты сработали раньше сознания и, на рефлексах отпрыгивая назад, я нажал на спусковой крючок. Дробь пробила тонкую дверь, и наружу выбрался настоящий Джаггернаут. Черника каким-то образом сумел реанимироваться за такой короткий срок, и, как только он выпрямился в полный рост, я понял причину.

На мускулистой груди у человека находилась металлическая пластина, с уходящими в места ранения толстыми кабелями. Видимо, внутренним органам сильно досталось, раз ему понадобился переносной поддерживающий аппарат.

Черника выпрямился, расставил руки в стороны, словно собирался меня прихлопнуть одним хлопком и, подняв голову, заревел будто дикий зверь. Не помню, чтобы прошлый раз он так выглядел и тем более себя вёл. Огромный темнокожий мужчина сжал кулаки, и по торчащим из пальцев магнитным катушкам прошлась яркая искра.

Я отпрыгнул назад и несколько раз выстрелил. Каково было моё удивление, когда дробь отскочила от кожи, лишь разорвав её в месте попадания. Наружу выглядывали розовые мышцы, казалось, совершенно нетронутые моей атакой. Черника успел не только получить новый хром, но и заметно окрепнуть, фактически превратившись в живой мясной танк.

Мне с лёгкостью удалось увернуться от его размашистого удара, но я тут же оказался прижатым к стене из-за откровенно небольшой площади помещения. Внешне противник казался высотой практически в два человеческих роста, но это, скорее всего, из-за запредельной мышечной массы, которая смотрелась на его теле будто подкожные наросты. Я передёрнул затвор дробовика, произвёл ещё один выстрел и едва не стал жертвой собственного рикошета. Пускай кожа Черники и рвалась от кусающей плоть дроби, но в целом человек оставался невредимым.

Он повернул голову, и из-за свисающих толстых прядей его волосы на меня посмотрели молочно-белые глаза. Мёртвые, практически как у транклов в Чистилище. Он, с искаженным яростью лицом, побежал ко мне и даже не стал уворачиваться, когда я выстрелил навстречу. Человек, каким бы высоким параметром крепости тела он ни обладал, не будет так открыто подставляться под выстрел.

Я успел убрать оружие в инвентарь и отскочил, будто тореадор от разъяренного быка. Черника пробежал за спину, широко при этом расставляя руки, и пробил бетонную стену. Помещение задрожало, а с полотка мне на плечи посыпалось серое крошево. То ли противник не понимал, какой силой обладает, то ли ему было абсолютно плевать, даже если он обрушит улицы города нам на головы.

Последний вариант меня не сильно радовал, поэтому я воспользовался клинками и приготовился закончить нашу битву, как вдруг произошло неожиданное. От крепкого удара Черники в стену его сплетенные косы, которые он называл волосами качнулись и оголили его шею. Обычная, мускулистая и нечеловечески рельефная. Только вот на задней её части красовалось серебристое устройство с мигающими красными огоньками.

Ещё один имплант? Судя по месту установки, он подключался или к позвоночнику, или к нервной системе человека. Так вот откуда такие кардинальные изменения не только в размерах ублюдка, но и в поведении. Черника не просто сошёл с ума, обзаведясь новым хромом, он превратился в настоящего зверя, полностью отключив чувство самосохранения. Если, конечно, его не отключили него насильно.

Я выставил перед собой клинки, пошёл по дуге и приготовился парировать очередную атаку. Черника, взяв на себя роль бешенной гориллы, хватал всё, что под руку попадёт, и швырял со всей силы. Мне удалось увернуться от стульев, разрубить пополам стол и пригнуться, когда над головой пролетел пустой газовый баллон.

Пока враг не дошёл до чего серьезней и не принялся за ванную и шкаф сервера, я побежал навстречу, делая вид, что целюсь ему в грудь, а когда тот попытался меня схватить, резко ушёл в сторону и прыгнул на стену. Оттолкнуться от неё оказалось проще простого, и я, вогнав один клинок в спину врага, на удивление легко пробив и кожу, и мышцы, схватился за шею Черники.

Ощущение, когда назойливый комар не только жужжит, но и издевательски кусает в спину, вызвало у человека неподдельную ярость. Будто нынешнего состояния было мало, он, как ребенок, принялся прыгать и стараться сбросить меня со спины. Пока не прищучили и не разбили о стену, я решил ускориться, и мне удалось схватить имплант и вырвать вместе с мясом.

Черника заревел и, наконец сумев до меня дотянуться, схватил и бросил в противоположную стену. В полёте сумел кое-как сгруппироваться и удариться о неё пятками ног. По всему телу прошлась кинетическая волна, однако её быстро впитали нагрудные наниты и погасили отдачу. Я приземлился на пол, всё ещё сжимая устройство в руке, и заметил, что Черника смотрел на меня пустыми глазами, обильно пуская слюну.

Это мой шанс! Я растоптал имплант каблуком ботинка и стремительно приблизился, намереваясь окончить всё одни ударом. Черника пришёл в себя, и на его лице появилось то, что можно было описать одним словом — недоумение, однако уже было поздно. Я на полном ходу вонзил оба кончика клинков ему в глазницы и резко провернул.

Мужчина схватился за стальные рельсы и заревел, в этот раз уже от нестерпимой боли. Я со всей силы зарядил ему двумя пятками в нос и, оттолкнувшись, отпрыгнул назад. Он упал на холодный пол и, держась массивными ладонями за вытекающие глаза, внезапно замолк, а после раздался телефонный звонок.

— Ну вот зачем ты убил Чернику? Мы только начали развлекаться! Ты вообще представляешь, что мне стоило прокачать его до потолка? Это десятки вложенных часов, к тому же, представь, насколько тяжело спрятать огромного чёрного чувака посреди КиберСанктуума! Он едва в самую большую коробку влезал!

— Кай… — произнёс я его имя сквозь стиснутые зубы.

— Ага, тебе что было сказано? Ты, как послушная сучка, которой дали команду, должен сейчас убивать для меня гончих, а сам что? Пришёл сюда в поисках рыжей и доктора? Ты меня совсем за идиота держишь? Думаешь, я буду сидеть и ждать, пока ты придёшь?

— Доктора ты убивать не станешь, — перебил я его и задумчиво нахмурился, наблюдая за едва заметно дёргавшимся Черникой. — Её ты тоже не тронешь. Она тебе нужна на случай, когда я доберусь. Нужно будет чем-то прикрываться.

— Зато могу изнасиловать! — прокричал тот в трубку, явно теряя контроль. — Пустить по кругу, пускай пацаны радуются, а? Что скажете, парни? Как насчёт рыжего мясца? — на том конце трубки раздался массовый восторженный вопль, а затем ублюдок продолжил. — И раз теперь ты сломал мою игрушку, я, пожалуй, сломаю что-нибудь твоей знакомой. Скажем, м-м-м-м, пальцы? Да, начнём с пальцев!

Я подошёл к Чернике и пинком перевернул его на спину. Гигант по-прежнему держался за глаза, но даже не пытался сопротивляться. Он спокойно лежал, едва заметно стиснув зубы, от боли и чего-то ждал. Ждал, когда я его добью или решу, что с ним делать? Ещё при первой нашей встрече мне показалось странным, когда после серьёзных ран он даже не пискнул, словно мышь в вату завёрнутая.

— Эй, Смертник, Смертник, скажи, ты действительно планируешь меня отыскать и убить, а? —голос Кая заметно дрожал, но не от страха, а от нарастающей в груди ярости. — МЕНЯ? МЕНЯ УБИТЬ?! ЗАПОМНИ, СУКА, ЭТО МОЙ ГОРОД!!! ОЛДГ…

Я положил трубку и присел на корточки рядом с Черникой. Теперь он выглядел как обычный маленький ребенок, запертый в теле огромной гориллы. Я рывком заставил его убрать ладони от глаз и, посмотрев в красные от крови глазницы, произнёс:

— Я знаю, что это он с тобой сделал, и ты понимаешь, что даже если я тебя отпущу, Кай, скорее всего, тебя обратно не примет. Однажды я тебя уже почти убил, но он восстановил. Что будет после второго раза, учитывая, что тебе понадобятся новые глаза? Думаешь, он продолжит тратить омни, чтобы ты и в третий раз не смог меня убить? Я знаю, что тебе не страшно умирать, поэтому предлагаю выход из ситуации. Каю на тебя откровенно насрать, и ты это не хуже меня знаешь. Спаси две жизни: невинную девушку и доктора. Я знаю, что он тебе нравится, Баух мне сам говорил, что только ты относился к нему без насмешек за спиной. Умри достояно, а я убью Кая и отомщу за тебя.

Темнокожий гигант молчал, периодически поджимая нижнюю губу, словно собирался заплакать, а затем низким басом впервые произнёс:

— Он в коптильне, вход туда только со стороны «Либерталии» — это ночной клуб, в честь которого он назвал движение. Отсюда пешком около часа до насосной станции, оттуда спустишься к дренажной шахте, а там не потеряешься. Иди на звук музыки. Мне не приносит удовольствия тот факт, что ты меня убил, Смертник, но, по крайней мере, ты не стал надо мной издеваться и не превратил в бездумную машину. Хватит слов, от меня ты ничего не услышишь, закончи начатое и помоги мне вернуться в принтер.

Я посмотрел на абсолютно безмятежное лицо человека, который, казалось, смирился со своей участью и занёс клинок.

— Нет, Черника, я не стану забирать твою жизнь, — с улыбкой произнёс, вставляя в ухо гарнитуру телефона и, набирая контакт Ока, проговорил — мне нужен опытный мясник с парой искусственных глаз в кармане, который не задает лишних вопросов. Скажи, что оплачу работу сырой рудой и пускай всё бросает.

— Мы пришли за Фокс, а ты просишь меня… — резко оборвался голос Ока, а затем она, сглотнув, недовольно продолжила, — я это сделаю не для тебя, а для Фокс! Ты мне нужен, чтобы её спасти.

Я ухмыльнулся, положил ладонь на металлическую грудь человека и поинтересовался. — Что будет, если встретишься с Каем?

— Ты ведь собираешься его убить? — спокойным голосом спросил человек, несмотря на всё ещё вытекающую жидкость из его глазниц, — а что будет со мной, когда ты его убьешь?

Я получил подтверждение о мяснике, написал старушке, чтобы она его направила в моем направлении и, убрав телефон в инвентарь, ответил:

— У нас с Каем было соглашение, но он его нарушил. Ты выполнял волю человека, которому нет до тебя дела, Черника, поэтому у нас с тобой всё ровно. Я убью Кая, а что касаемо тебя? — я хлопнул ладонь по его стальной пластине на груди и продолжил, — твоя жизнь в твоих руках.

***

В зале, который больше подходил для принятия делегаций из далёких земель семнадцатого века, собралась целая группа людей. На повестке дня был всего один вопрос, а именно — растущая проблема со стороны террористической группы. Они столпились у широкой круглой консоли, которая проецировала голограмму всего ОлдГейта, включая множество огибающих его гетто.

С каждым новым поступлением данных тревожно-красных зон становилось всё больше, и помимо постоянных атак независимой группы и участившихся реакций внутри города, им предстояло разобраться с растущей проблемой миграции. Чистокровные служители аппарата всё чаще докладывали, что на улицах происходит скрещивание без предоставления генетических данных, и пускай забеременеть было невозможно — это шло вразрез с установленными правилами Кодекса Генетика.

— Геном — сила! — во весь голос приветственно завопил мужчина в чёрной офицерской форме, когда в помещение вошёл глава всего ОлдГейта.

Верховный лидер аппарата, человек с заметным животом, но при этом не растерявший мышечную массу, шёл по мраморному полу, на котором было изображён герб ВР-1: стилизованная под клинок красная цепь ДНК, под которой были выбиты слова лозунга.

За ним с совершенно безмятежным лицом шёл высокий азиат с красными как зарево пожара глазами и в чёрном длинном кожаном плаще. Он привычно держал руки за спиной и шёл нога в ногу с верховным лидером, пропустив его вперёд.

Мужчина подошёл к консоли с проекцией его города, ответил на приветствие его главного помощника и произнёс:

— Только быстро, у меня запланирован визит в Кокон. Что произошло на этот раз?

— Верховный лидер, — обратился к нему помощник и с военной выучкой выпалил. — Мы зафиксировали новые нападения террористической ячейки и думаем, что они собираются атаковать Главный Директорат Аппарата!

— Ничего они не собираются, кишка у них тонка, — явно недовольно произнёс другой мужчина, занимавший должность главы специального отдела военной полиции. — Последняя атака была лишь отчаянным жестом. Мне удалось отыскать их главное убежище, и пока мы тревожим верховного лидера, я послал туда группу зачистки. Скоро мы от них избавимся.

— Тогда что насчёт недавней вспышки реакции в секторе-1? Это совпадение? С момента основания ОлдГейта не происходили такие внезапные и, главное, массовые реакции биошлака, — вмешался в разговор глава испытательных лагерей гетто. — Мои люди смогли распознать источник, и им явно был не зараженный человек.

— Хотите сказать, что его заразили насильно? Изнутри? — наконец прервал молчание верховный лидер. — Это как-то связано с вашим недавним расследованием?

— Нет, что вы, — спешно запротестовал гончий. — Случай в исследовательском отделе уже давно расследован и решён. Нет ничего такого, что бы потребовало вашего внимания.

— А что насчёт последних поступивших? — вмешался в разговор всё это время молчащий азиат с красными глазами. — Есть информация об участниках? Особенно меня интересуют воздушные суда, прибывшие из конфликтного Ч-1.

— Эм, — глава спецотдела чуть не проглотил собственный язык и, заметно покраснев, ответил. — Как раз в этот момент произошла атака и данные были стёрты… эм… уничтожены.

— Так стёрты или уничтожены? — уточнил главный помощник. — Экскувиаторы не умеют пользоваться техникой. Я думал, вы говорили, что террористы не опасны, а теперь выясняется, что они смогли проникнуть на строго охраняемый объект сортировочной зоны и стереть данные.

— Одновременно с атакой или, я бы даже сказал, под прикрытием массовой реакции, — дополнил глава гетто. — Чего вы нам ещё не рассказываете?

Человек в форме, ощутив, что на него только что ополчились все присутствующие, а верховный лидер вместе с гостями из Кокона смотрит на него настороженным взглядом, едва сумел проглотить вставший в горле ком и смело заявил:

— Ситуация под контролем. Как я и сказал ранее, мои лучшие люди отправлены в сердце террористический организации и с минуты на минуту должны приступить к зачистке. Все данные, которые они украли, будут восстановлены, не вижу причин для опасений.

Верховный лидер кивнул, краем глаза посмотрел на человека в плаще, а когда тот одобрительно кивнул, то перевел взгляд на голографическую карту и повелительно произнёс:

— Ладно, посмотрим на результаты работы специального отдела, а тем временем решим с переселением биошлака из уничтоженного гетто во временную точку содержания – Чёрный узел.

— Мясная башня? — удивленно переспросил глава лагерей гетто. — Но никто из уцелевших не обладает уровнем генетического импринта ниже 0.22. Это порог вхождения в Чёрный узел из обычных ге… — мужчина не успел договорить, а когда поймал на себе недовольные взгляды одновременно и верховного лидера, и загадочного гостя, то быстро закивал и спешно согласился. — Чёрный узел, все выжившие отправятся в Чёрный узел.

Глава 17

Не знаю, правильно ли поступил, оставив здоровяка в живых, в конце концов, он дважды пытался меня убить! Однако, когда я уходил, а мясник, согласившийся молчать за десять килограммов руды, достал охлаждённый контейнер с новой парочкой глаз, Черника выглядел задумчивым. Могло показаться, что он впервые за долгое время получил шанс на свободный выбор и пока ещё не понимал, что с ним делать.

Не менее удивила меня Око, которая согласилась вырвать своего мясника и притащить в канализацию, чтобы вставить глаза невесть пойми кому. Возможно её убедил тот факт, что всё это ради спасения Фокс, но я уверен, что ей попросту было плевать. Всё что она хотела — это скорее найти свою безответную любовь и… Впрочем, что дальше меня уже не будет касаться.

Черника не солгал, и по его маршруту мне удалось добраться до ночного клуба, глубоко похороненного под улицами ОлдГейта. Напротив него выстроилась длинная очередь из контингента, очень сильно напоминавшего наёмников с ВР-3. Выкрашенные в яркие и пёстрые цвета волосы, причудливые причёски, одежда в сеточку, чёрные высокие ботинки с мощными протекторами и яркий макияж, даже у мужчин.

Они явно пришли, чтобы хорошо провести время, которое, к сожалению — или к счастью — придётся им обломить. После нашего небольшого разговора Кай, думаю, выставит своих людей для охраны, по крайней мере, так бы поступил разумный человек. И вряд ли он догадывался о том, что Черника вообще способен переметнуться на другую сторону, что, несомненно, сыграет мне на руку.

Подмывало, конечно, разыграть старую сцену, где он приводит меня в качестве заложника, а затем вероломно предает бывшего хозяина и яростно всех убивает. Однако не факт, что Кай захотел бы его видеть, к тому же, он, удалённо управляя здоровяком, прекрасно знал, что мне удалось его одолеть. Других способов проникнуть внутрь у меня не было, так как даже алкоголь и наркотики завозили через единственный главный вход.

— А я говорил тебе, что зря ты вырядилась в форму оперативника. Тут тебе не задание Дивизиона, — проговорил я в наушник гарнитуры, бесцеремонно проходя мимо очереди.

— Моё лицо и так известно многим, так что не вижу смысла стыдиться своего ремесла. Думай лучше о том, как собираешься проникнуть внутрь. Может, лучше попробуем вместе?

— Не, твоя рожа действительно отличается от других, а про габариты вообще молчу. Ты будешь выделяться как снежный гигант на узких улицах северных деревень, а здесь нужны рожи гнусные.

— Ну тогда ты точно подходишь. И чему я вообще удивляюсь — кровожадный наёмник среди ему подобных.

— Ага, — ответил я, не до конца поняв, что меня в её словах должно было оскорбить, и подошёл к охраннику на входе.

Он медленно осмотрел меня с головы до ног, заметил пятна крови на одежде, которые я даже не пытался скрыть, а затем кивнул в обратную сторону. Я так понимаю — это нет. Ну что же, билета у меня всё равно не было, а попасть внутрь очень как хочется.

— Пропусти, бугай, у меня к тебе претензий нет, я к твоему начальству — поговорить хочу.

Охранник недовольно нахмурился, услышав мои слова, и вдруг за его спиной открылись двойные двери клуба, и под оглушительную и быструю музыку вышла Лейла в сопровождении двух крепких мужчин. Один целовал её в шею, отчего ей становилось одновременно щекотно и вызывало желание, а второй ласкал ей языком соски, выглядывающие из-под сетчатой футболки. Девушка задорно хохотала, явно пребывая под влиянием чего-то серьёзного, а когда открыла глаза и увидела мою маниакальную улыбку, то резко остановилась, указала на меня пальцем и прокричала:

— Смерт-т-т-тник! Смертник! Убить! УБИТЬ ЕГО!

Охранник повернулся, и мой клинок вошёл ему в подбородок. В ту же секунду я воспользовался его телом в качестве щита и выстрелил. Под оглушительный грохот пуля из револьвера милой старушки разнесла половину головы одного из сопровождающих Лейлу парней, а второй, отстреливаясь, наклонив оружие вбок, убил трёх посетителей, а в меня даже не попал.

Сама девушка спешно скрылась в дверях заведения, скорее всего, попутно набирая Кая. Я не стал придумывать какой-нибудь изощрённый план, в ходе которого мне пришлось бы тайно проникать внутрь и сливаться с толпой. Нет, я пришёл ради крови и не успокоюсь, пока не утолю свою жажду.

Гости снаружи принялись толкаться, наступать друг на друга и бежать кто куда. Чем меньше народу, тем меньше мне придётся переживать за то, что кто-нибудь решит геройствовать. Кладбища были полны подобными людьми, которые вместо того, чтобы поддаться чувству самосохранения, отчаянно бросались в бой.

Око не могла не услышать выстрелов, так как засела со своей винтовкой не так уж и далеко, и надеюсь, она проделала такой путь не для того, чтобы наблюдать за тем, как меня убивают. Однако в первую очередь я рассчитывал исключительно на себя, так как рядом не было верной ватаги.

Внутри клуба правил настоящий рейв. Под громкую и быструю музыку, окутанные потом и дымом машин, люди извивались в ритм, поддаваясь повсеместному разврату и танцу. Идеальная атмосфера, чтобы убивать…

Первым на меня выскочили двое людей, которых Лейла оставила стеречь вход. Они оказались слишком слабыми и вооруженными лишь короткими ножами, скорее отчаянные, нежели способные действительно нанести вред. Первому я отрубил кисть вместе с оружием, а затем, поймав нож в полёте за кончик лезвия, метнул прямиком между глаз второму.

Музыка играла настолько громко, что бешенный крик, пропитанный ужасающей болью, утонул в общем антураже заведения. Я пронзил грудь первому противнику и быстрым шагом пошёл дальше. Среди толпы заметил быстро убегающую Лейлу, которая, забежав за будку диджея, бросила на меня взгляд и скрылась за огромным цифровым экраном. На нём две молодых и полностью обнажённых девушки извивались словно змеи, имитируя близость.

Всё заведение выглядело как дешёвая и легкодоступная версия ему подобных на улицах ОлдГейта. Сюда явно стекался весь шлак города, желая попробовать разнообразных наркотиков, покутить на полную и даже с кем-нибудь переспать, не обмениваясь при этом генетическими данными. Не знаю, по каким критериям местные фашисты делили людей на группы, но нутро подсказывало, что, когда дело касается похоти, чистокровный или нет — в этом плане природа сделала всех одинаковыми.

Со стороны танцпола, распихивая посетителей, ко мне двигалось четверо охранников, вооруженных пистолетами-пулемётами, которые те явно готовились пустить в ход. Думаю, такое даже сможет перебить громкая музыка и яркие огни стробоскопа. Вдруг раздался звонок моего телефона, и я, не глядя, принял вызов. С той стороны послышался голос Око, которая явно что-то пыталась прокричать, но её перебивал грохочущий вокруг рейв.

Из наушника послышались редкие хлопки, похожие на выстрелы, однако мне предстояло разобраться с собственным весельем. Двое человек приставили ПП к бедру и открыли беглый огонь. Они явно получили этот приказ от Кая, и цель была в том, чтобы если не похоронить, то хотя бы замедлить меня с помощью убегающего стада.

Несколько посетителей погибли на месте, а я схватил ближайшего человека, прикрылся его телом и со всей силы отправил пинком вперёд. Уже будучи мёртвым, он, с раскрытыми от удивления глазами, буквально упал в объятья стрелка, и мне удалось пронзить клинком их обоих. После чего закрутился полупируэтом и отрезал голову второму.

Брызнувшая кровь и громкие выстрелы совпали с тем, что обычно называют пенной вечеринкой. Многочисленные машины в виде пушек выстреливали густую и плотную пену, которая накрыла весь танцпол. Знали бы устроители, что сегодня в клуб заявлюсь я — могли бы обойтись просто перекисью водорода

Часть людей, которая находилась ближе всех, заметила, что происходило вокруг, и с ужасом закричала. Однако остальные подумали, что это вопли неудержимого удовольствия, и продолжили танцевать.

Всего за пару секунд нас накрыло пеной, что мешало одновременно и мне, и моим врагам. Оставшиеся двое сами попали в собственную ловушку и, отпихивая локтями обезумевших от страха посетителей, пытались направить на меня оружие. Остатки человечности внутри твердили вести себя осторожно и не подвергать опасности обычных жителей, однако обитающий внутри меня наёмник с чёрным как ночь сердцем откровенно на них плевал.

Я отрубил кисть одному противнику, попутно задев плечо посетителя, а затем вогнал оба клинка в грудь. Тот, что находился рядом, попытался огреть меня оружием по голове, но всё, что мне пришлось сделать — это взмахнуть левой рукой и, вместе с плотью уже убитого, отсечь ему голову.

Пока не прибежали новые противники, я решил, что пора выбираться из этого людного места и приступать к самому главному блюду вечера. Распихивая танцующих людей, попутно купающихся в искусственной пене, мне удалось добраться до стойки диджея и запрыгнуть на неё. Сверху танцпол казался покрытым морской пеной, под которой дёргались многочисленны люди.

Вдруг человек, который кончиками своих пальцев мог завести всю толпу, достал пистолет и, направив его на меня, выстрелил. Неудачная затея кончилась тем, что я отступил, рубанул его по локтю, а затем вогнал клинок в горло. Диджей повис над собственным оборудованием и медленно сполз на стойку. Музыка продолжила играть, хоть и часть посетителей клуба поспешно удалялась.

Я зашёл за цифровой экран, спрыгнул вниз и прошёл сквозь двойные чёрны двери, ведущие в задние помещения. Меня встретил плотный огонь сразу с нескольких стволов. Ублюдки меня явно ждали и планировали устроить засаду. Я спрятался за стеной и, коротко выдохнув, не глядя выстрелил из револьвера. Они продолжали стрелять до тех пор, пока сухо не застучали бойки, и у меня появился отличный шанс контратаковать.

Первым выстрелом я проделал заметную дыру в груди одного стрелка, на ходу убил ещё одного, и лишь третьему пришла в голове идея вместо перезарядки ПП достать пистолет и открыть огонь. Мне удалось отбить две пули, немного уходя в сторону, а затем оттолкнуться от стены и вогнать клинок тому прямиком в открытый рот. Голова разделилась на две части, и не успела закончиться эта битва, как началась следующая.

Из дверей напротив выбежали ещё пятеро вооруженных людей. Я догадывался, что на защиту Кай выставит небольшую армию, но ублюдки напирали волна за волной. Неважно, сколько мне приходилось убивать, сложилось такое впечатление, что всегда оставалось ещё больше. Я успел спрятаться за контейнер для аппаратуры и подумать над дальнейшей тактикой.

Путь всего один, и надо двигаться дальше. В теории звучало довольно просто, однако пересечь плотную свинцовую завесу не получится даже с моей скоростью. Будто этого было мало, за спинами стрелков показался человек, ростом превышающий в два метра. Мини-версия Черники, он был напичкан таким количеством железа, что больше походил на киборга, нежели человека. Он двумя руками держал то, что можно было описать как ручную пушку.

Не думаю, что контейнер для звукового оборудования выдержит выстрел из ЭТОГО, что уж говорить про моё тело. Я на мгновение выглянул, поняв, что противник выбрал сдерживающую тактику и не палил почём зря, и тоскливо подумал, что всё, что мне надо — это хотя бы одна граната, которая поможет мне продвинуться дальше.

Вместо неё в ладони появился пузырёк с нейрококтейлем — вот и настало твое время, дружок. Я поменял револьвер на дробовик, не глядя несколько раз выстрелил, а когда послышался крик, меня сбило невидимой волной. Пузырёк с нейрококтейлем отправился вместе со мной в полёт, и чем бы нас ни ударили, я дважды успел чертыхнуться и выпил содержимое.

Сердце пропустило удар…

Мои чувства взвинтились на триста процентов, а в груди заколотило с такой скоростью, что онемевшие кончики пальцев начали намекать о возможном инфаркте. Я спешно встал, обернулся и отчётливо увидел три направленных на меня ствола.

Нейролинк активировался самостоятельно, и одному человеку буквально выжгло на моих глазах мозги. Он схватился за голову, свалился на пол, и из всех отверстий его тела потекла кроваво-бурая жидкость. Я скакнул вперёд, попутно отбивая сразу несколько пуль, и заметил, что моя скорость выросла в несколько раз. Причём я больше двигался на инстинктах, предугадывая куда попадёт следующая, нежели принимал холодное и хорошо продуманное решение.

Перед глазами появился процентный расчёт следующей атаки одновременно с тем, как моя рука замахнулась для удара. Стоящая передо мной жертва не могла похвастаться ничем, кроме нулей и одного параметра ниже пяти. Клинок рассёк голову надвое, и я одновременно подставил левую руку под удар. Второй клинок попал прямиком в висок ублюдка, и я замер, когда впереди появилась яркая цифра в сто процентов.

Меня вновь отбросило на несколько метров назад, а гора мяса передёрнула затвор звукового оружия и приготовилась к очередному выстрелу. Мою плоть должно было порвать, однако вовремя скрещённые на груди клинки и сгруппировавшееся тело сумели меня спасти. Я приземлился в дальнем конце комнаты, и проценты перед глазами начали дрожать.

С первого взгляда могло показаться, что сам интерфейс дрожал перед мощью звуковой пушки громилы, но на самом деле — это меня распирало изнутри. Я ощутил, что взгляд застилает кровавой пеленой, отчего затряслись руки, а зубы застучали с удвоенной силой.

Кровь, больше крови! Внутренний зверь постепенно захватывал контроль, приказывая телу вцепиться во врага голыми пальцами и разодрать его глотку зубами.

Мускулистый противник смотрел на меня так, словно собственными глазами видел, что происходило у меня внутри. Коктейль захватывал не только тело, напитывая каждую мышцу невероятной мощью, но и брал под контроль сознание. Я ощутил себя запертым в комнате два на два сторонним наблюдателем за тем, что произойдет дальше.

Противник поднял пушку и нажал на кнопку активации, как вдруг произошла осечка. Медленный гул механизма постепенно набирал обороты, а затем резко срывался, будто отказывался на меня нападать. Я широко улыбнулся, когда человек продолжал судорожно нажимать на клавишу, явно ожидая другого эффекта, а затем кровавая пелена окончательно упала мне на глаза, и я потерял контроль.

Ещё мгновение назад я находился на дальнем конце коридора, как вдруг мгновенная вспышка сначала лишила меня зрения, а затем перенесла к врагу. В лицо брызнула горячая кровь, а я, словно в замедленной съемке, увидел, как от его тела отсоединяется левая рука. Человек подался в сторону, попытаясь избежать удара, но он был слишком большим и слишком медлительным.

Очередная вспышка, и я погружаю ладони вместе с клинками в его грудь и, нащупав лёгкие, сжимаю со всей силы. Здоровяк беззвучно открыл рот и выхаркнул порцию крови, не понимая, как кто-то может двигаться с такой скоростью. Мой внутренний зверь требовал больше крови, больше мяса и больше убийств. Я попытался вернуть себе контроль над собственным телом, но разъяренный монстр вырвался наружу.

Он поднял оружие противника, проделал им дыру в животе, а затем, засунув внутрь, нажал на кнопку активации. Мотор в этот раз не дал осечку и, накопив достаточное количество заряда, разорвал мягкие и склизкие органы на тряпки. Здоровяк буквально лопнул на моих глаза, окрасив стены в кроваво-красный цвет.

Я ощущал, как впитываю жизнь врага, и мне это нравилось, однако то, что следовало с этим чувством рука об руку, вызывало вполне серьёзное опасение. Не обнаружив других целей, зверь ворвался в следующее помещение и первым делом вцепился пальцами в глотку оказавшегося на пути человека. Ногти вновь разорвали плоть и со всей яростью вырвали гортань противника.

Пока что всё, что было видно — это редкие очертания вражеских силуэтов, а зверь орудовал без меня, превратив тело в личный аттракцион, и я понял, что с нейрококтейлями лучше не частить. Самоконтроль, о котором говорил Баух, видимо, должен научить меня распределять препарат и контролировать своё тело, в противном случае, пускай я и становился быстрее и выносливее, случайно мог навредить не тем людям.

Пока мои клинки разрывали силуэты людей, а вокруг свистели пули и звучали крики, я мысленно закрыл глаза и обратился к любимой мантре. Даже плавая в нейрококтейле, моё тело всё равно остаётся моим. Мои эмоции выполняют только мою волю, и они оружие, которым управляю я. Вдох-выдох. Вдох-Выдох.

Я открыл глаза и заметил, что всё вокруг резко замедлилось, а пелена постепенно рассеивалась. Мне вновь удалось ощутить собственное тело от кончиков пальцев ног до макушки, и признаюсь, чувство было непередаваемое, если бы не похмелье. Как от любого препарата, нацеленного на изменение сознания и химии мозга, меня атаковала мощнейшая абстиненция.

Я попытался шагнуть и едва устоял на ногах. Вокруг было столько тел, что могильщику хватит работы на весь день. Впереди показался Баух с искаженным ужасом лицом, который сидел, прижавшись к батарее, не в силах избавиться от наручников. Рядом с ним сидела Фокс с засохшей под носом кровью и почему-то широко улыбалась. Я попытался сделать ещё один шаг, как вдруг, хлюпнув кровью в правом ботинке, пошатнулся, и перед глазами просвистела холодная сталь.

Адреналин снова ударил в кровь и удержал меня на ногах. Мне удалось отшагнуть и блокировать удар. Мой взгляд упал на знакомую сетчатую футболку — Лейла… Она попробовала извернуться змеей и атаковать снизу, но опыт сражения с Литой меня кое чему научил. Я ударил на навстречу и со всей силы зарядил ей коленом в нос. Пускай действие нейротоксина постепенно улетучивалось, моё сердце всё ещё отбивало бешенный ритм, и мощи хватило, чтобы откинуть врага назад.

Лейла развернулась в полете и, сжимая нож в руке, бросилась в атаку. Я видел, как она приближается, видел, как пытается сделать обманный трюк и ударить меня в печень. Мне не понадобился Нейролинк, чтобы это понять, но вместо блока или уворота в моих руках появился дробовик, и я нажал на спусковой крючок.

Попавшая в упор дробь пробила кожу, грудную клетку и разорвала сердце. Девушка мёртвым грузом упала на пол и испустила дух. Голова вновь закружилась, и на мгновение вернулось похмелье. Я краем глаза заметил, как сверкнула светлая кучерявая голова в синей бандане, и мысленно сказал сам себе, что мы ещё не закончили.

Кай попытался пробежать мимо меня и рвануть на выход, но мне удалось вернуть себе чувства и на полном ходу схватить ублюдка. Он занёс нож для удара, но оказался слишком медлительным. Я выбил оружие, сломал ему правую руку в локте, а затем швырнул в сторону ближайшей стены и вогнал клинки в оба плеча.

— А-а-а-а-а-а-а! — закричал тот, ощутив, как целая волна болевых ощущений захватила его тело. — Стой, стой, брат, стой! Я ведь просто пошутил, пошутил! Ты не остановил мне выбора… мне надо было действовать, чтобы не упасть в глазах движения. Я ведь их лидер!

Клинки медленно провернулись по часовой стрелке, и по ним тонкой струйкой потекла кровь, капая мне на ботинки. Я с особым и каким-то садистским наслаждением смотрел в глаза ублюдка и смаковал каждое его слово, каждую его мольбу. Единственная причина, почему он всё ещё жив — это информация о моей ватаге, и, если понадобится, буду его пытать.

— Фокс! — раздался за спиной голос Ока, но я даже не стал оборачиваться. — О боги, думал, я тебя потерял! Скорей, я помогу тебе выбраться, нужно отсюда уходить, гончие…

— Где… — медленно произнёс я, прокручивая клинки, — Моя… — вырвал их из стены и поднял ублюдка над собой. — Ватага?!

— А-а-а-а-а, отпусти меня! Отпусти! Сука, больно же! А-а-а-а-а-а! Черника? Лейла? Помогите мне, а-а-а-а-а-а!

Значит, пытки. Я бросил ублюдка на металлический стул, мысленно приказал клинкам разогреться до трёх сотен градусов для начала и занёс их над противником. Тот попытался заслониться, но руки не слушались, поэтому всё, что ему оставалось — это давиться собственными соплями, реветь как ребенку и что-то мычать.

— Смертник, — раздался за спиной голос Бауха. — Я знаю, где твоя ватага. Всех выживших с того сектора отправили в Чёрный узел, информация на флешке, они успели это выяснить до твоего прихода. Тебе необязательно убивать Кая.

Я, вымазанный с ног до головы вражеской кровью, обернулся и взглядом заставил доктора замолчать. Он резко опустил взгляд, сгорбился и сделал два шага назад.

— Он не врёт, брат! — кашляя кровью, выпалил Кай. — Лейла успела выяснить, что произошло в секторе. Твоя ватага на Чёрном узле!

— Ты… — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Я знаю, что ты сделал, урод. Тысячи людей погибли из-за твоей влажной фантазии, но, видишь ли, мне, как и тебе, на них абсолютно насрать. Однако ты просчитался в двух вещах. Первое — среди них оказалась моя ватага, и второе, — я сделал короткую паузу и яростно оскалился. — Ты решил, что меня можно кинуть.

Раскаленные клинки вошли в плоть парня как нож в топленное масло и оборвали его жизнь. Я развёл руки в стороны, превращая труп в обугленную кучу мяса и наконец выдохнул. Убийство Кая не принесло мне желаемого облегчения, но осознание придёт позже. Животная ярость постепенно уходила, и я, прочитав мантру, взял чувства под контроль.

Пора выяснить, какую информацию им удалось собрать, но не успел я обернуться, как ощутил у затылка холодное прикосновение дула штурмовой винтовки, а за ним последовал серьёзный голос Ока:

— Не двигайся.

Глава 18

— Око, — произнёс я как можно спокойнее, стараясь вновь не впасть в кровавую горячку. — Убери ствол пока не поранилась.

— Что ты делаешь? — возмущенно выпалила Фокс, вытирая подсохшую под носом кровь, и разминая затёкшие от наручников запястья. — Это ведь Смертник, убери оружие! Око!

Женщина угрожающе нахмурилась и холодно проговорила:

— Нет, ты оказалась в беде из-за него. Если бы он не появился тогда на твоём пороге, то всего бы этого не было. Как ты не понимаешь, Фокс? Он — это прямая угроза твоей жизни.

В кое-то веки мы были друг с другом согласны, но раз она направила на меня оружие, то с дороги уже не свернуть. Я старался не шевелиться, как вдруг даже сквозь приглушённую музыку ночного клуба услышал частые выстрелы. Видимо, остатки армии Кая отбивались от нежданных гостей.

— И что ты собираешься делать? Убить его? Вот так просто взять и убить? Он ведь помог тебе меня спасти! Чёрт, Око, да убери ты пушку!

Женщина — или как она… оно… он… там себя идентифицирует — осталась непоколебимой и оттолкнула от себя Фокс, когда та потянулась за оружием. Я мог бы воспользоваться этим моментом и покончить с абсурдной ситуацией, но мне было интересно, что она скажет дальше. Фокс нахмурилась, не ожидая такого от старой знакомой, а Баух отошёл подальше, периодически бросая взгляд на ошмётки тела Кая.

— Кто это? — поинтересовалась рыжеволосая девушка, услышав частые выстрелы.

— Отряд захвата специального отдела военной полиции, — спокойным голос ответила Око. — Не бойся, они пришли за террористами и за Смертником. Тебе ничего не грозит, как и вам, доктор Баух. Я обещаю, что сделаю всё, что в силах моей семьи, чтобы обеспечить вам безопасность от этого человека.

— Гончие? — заикаясь от удивления, проговорила Фокс, а затем чуть не взорвалась. — Ты натравила на нас гончих?!

— Не на тебя, а на него. Когда наёмник мне позвонил и сказал, что тебя похитили, я сразу связалась с главой специального отдела, и мы составили план. Я знала, что Смертник не только сумеет найти место, где вас держат, но и сможет вывести на террористическую ячейку Либертал. Правда, даже не подозревала, что здесь существует целый ночной клуб с ироничным названием.

— Это не отменяет того факта, что ты натравила на нас гончих! Око, с каких это пор ты якшаешься с ними? Тебе ведь известно, чем они занимаются!

— Сохраняют чистоту крови? — совершенно спокойным и непонимающим голосом переспросила та, а затем, стиснув зубы, перешла на гневный тон. — Я не понимаю, чего ты нашла в нём? Пускай, по Кодексу Генетика он и проходит как чистокровный, но я ведь вижу. От него за километр несёт биошлаком! До сих пор не могу поверить, что ты смогла запятнать свою чистую кровь таким как он, когда есть я!

— А я не могу поверить, что, вместо собственных сил и помощи Смертника, ты связала себя с спецотделом! Хотя, чему я удивляюсь, мне и стоило этого ожидать. Дитя аппарата, всё, что ты делала, — это исключительно ради выслуги перед Директоратом! Лисья нора для тебя никогда ничего не значила!

— Да как ты смеешь! — возмущенно запротестовала Око, но договорить ей так и не удалось.

Вся эта любовная перепалка и выяснения, кто кого предал, мне уже начинали серьёзно надоедать. Пока они разбирались в своих сложных отношениях, снаружи спецназ местных фашистов вырезал остатки армии мелкого засранца. То, что они разберутся с разбалованными детьми, взявшими оружие в руки ради несбыточной мечты, у меня сомнений не оставалось. А что дальше? Дальше они возьмутся и за меня вместе с Фокс и доктором.

Момент для атаки выдался идеальным, пока Око, ведомая своей похотью и обидой, повернулась к Фокс, однако прежде, чем я успел хоть что-нибудь сделать, сзади раздался мощный удар, который застал всех врасплох. Черника вынес собой двери, схватил одну из створок в полёте и со всей силы швырнул назад. Его преследовал целый рой из пуль, но темнокожий гигант стойко выдержал обстрел и, красуясь новой парой синтетических глаз, вбежал в помещение.

Я резко развернулся, вовремя убрал голову от выстрела, и от грохота зазвенело в правом ухе. Фокс схватила лежащий на полу пистолет Кая и, не раздумывая, несколько раз надавила на спусковой крючок. Око оказалась проворнее, чем выглядела и, увернувшись, ответила тем же и побежала в сторону выхода — к своим. Нет, скотина, ты сдохнешь в канализации, и твоя чистая кровь смешается с дерьмом таких же, как и ты.

В моей руке появился револьвер, но пуля не успела настигнуть бабищу, и она побежала к своим. Подмывало броситься в погоню, но прежде придётся разделаться с группой захвата, которая буквально выстроилась стеной недалеко от входа. Однако не думаю, что это станет большой проблемой теперь, когда со мной Фокс и быстро вставший на ноги Черника.

— Смертник, — поздоровался он, посмотрев на меня новыми фиолетовыми зрачками. — Я вижу, ты выполнил своё обещание, Кай мёртв.

— И мы к нему присоединимся, если не свалим отсюда как можно скорее, — вполне справедливо вставила Фокс и прикусила нижнюю губу. — До сих пор не могу поверить, что она связалась с этими людоедами… Надеюсь у тебя есть план, Смертник?

В мой план не входило предательство разнополой особи и появление целого отряда зачистки, но по-другому просто и быть не может. Всегда, когда что-нибудь идёт как надо, появится один урод с огромным ящиком сюрпризов и испортит всю вечеринку.

Баух протянул мне флешку и как мог криво улыбнулся. Да, информация о моей ватаге. Кай успел сказать, что их отвели в какой-то Чёрный узел, правда, я понятия не имею, что это. Да и плевать. Чёрный, белый, синий, красный, хоть, сука, багровый в клеточку! Я обязательно отыщу их и выведу! Но сначала первостепенное.

Я осмотрел тело Черники, над ранами которого после нашей битвы успел поработать мясник. Вокруг глазниц всё ещё остались свежие шрамы, а те, что нанёс я ему собственными руками, аккуратно зашиты и заклеены. Рваная кожа от пуль гончих свисала короткими лоскутами, но самого здоровяка это, кажется, не беспокоило. Так что, как минимум, у нас есть свой мобильный танк.

— Первым делом надо всех убить и догнать Око. Она тоже не должна уйти, иначе о спокойной жизни на ВР-1 можно забыть.

Фокс приняла мой заряженный дробовик, проверила патронник и, передёрнув затвор, коротко кивнула:

— Согласна, она переступила черту, связавшись с гончими.

Отлично, значит, не придётся выслушивать упрёки рыжей, когда мозги бывшего главы отряда будут растекаться по холодному полу. Так, раз с этим решили, надо позаботиться о том, чтобы шальная пуля не настигла доброго доктора. Ему ещё придётся многое объяснить и обучить меня принципу прокачки тела, так что он теперь со мной. Хорошо иметь под рукой человека с такими знаниями. Я посмотрел на возвышающегося надо мной Чернику и спросил:

— Ну и что ты будешь делать со своей новой жизнью?

Гигант взглянул на обугленные останки Кая, перевёл взгляд на труп Лейлы и остальных, а затем уверено ответил:

— Если ты не против, я пока остался бы с тобой. Думаю, у меня есть чему поучиться.

Надеюсь, Черника не был в розыске, хотя ублюдок Кай ранее заявил, что водил его в КиберСанктуум, так что, думаю, проблем с этим не будет. А вот с Баухом… Бедолаге фактически придётся сидеть под домашним арестом, пока я не вытащу свою ватагу. Не самый идеальный вариант, но такова цена принятых решений. Может, получится подстроить его смерть или попросить Элли изменить ему внешность. Такому лысеющему толстяку не помешало бы небольшое обновление.

Я подошёл к проему в стене и, активировав Нейролинк, на мгновение выглянул. Процентное соотношение утверждало, что соваться напрямую будет самоубийством, к счастью, у меня имелась передвижная живая стена. Вот бы ещё сделать так, чтобы я мог симулировать сценарии у себя в голове, добавляя или убирая определенные элементы. Цифры показывали шанс одиночного нападения, но как он изменится, если подключить к нему Чернику?

Пытливый разум добавил угля в топку, и, жадно потирая ментальные ручонки, начал прикидывать возможности. Пришлось охладить его пыл, пока он не увёл меня в дебри размышлений, и вернуться к насущному. Спецотряд занял позицию на выходе из коридора и не спешил атаковать. Видимо, бойцы Либертала успели попить им крови, и ублюдки ждали подкрепления.

— Смертник, — раздался голос девушки, и она протянула мне связку гранат. — Смотри, что нашла на трупах.

Я довольно улыбнулся и заметил, как добрый доктор копался в интерфейсе серверного шкафа, возле которого стояла наполненная синтетическим льдом ванна. Какого чёрта он там забыл? Хотя, пускай занимается и сидит лучше тут, по крайней мере, до тех пор, пока мы не закончим. А для этого стоит начать.

Гранаты в связке на деле оказались светошумовыми, что, пожалуй, было к лучшему. Ночной клуб был достаточно большой, и, помимо кевларовых бронежилетов, бойцы явно обладали повышенными характеристиками, но здесь мне поможет Черника. Здоровяк уже закончил разминаться и ждал моего приказа. Фокс выглядела готовой, несмотря на несколько свежих ран на теле, оставленных больными ублюдками Кая.

Кивнул Чернике и, дёрнув за чеку, швырнул связку гранат. Хлопок! Черника сгруппировался и тараном побежал убивать первых противников. Я последовал за ним, укрываясь за нечеловечески массивной спиной. Нас встретил плотный заградительный огонь, который на себя храбро принимал темнокожий гигант, однако даже у него не получится сопротивляться вечно.

Я выглянул из-за его спины и дважды выстрелил. Первая пуля сбила шлем с головы противника, а вторая попала аккуратно между глаз. Собирался попутно убить ещё одного, но тот успел меня удивить. Человек сорвался с места со скоростью ветра и спешно отступил, занимая новую позицию. Мне пришлось покинуть укрытие, когда Черника схватил одного из бойцов и у меня на глазах одной рукой превратил его голову в кровавое месиво.

За спиной меня поддержала стрельбой Фокс, которая старалась особо не высовываться и убивать тех, кто избегал массивных лап Черники. Моя стихия — это скорость, и, прячась за спиной, я лишь сам себя сдерживаю. Перед глазами вновь появился интерфейс, тонкой линией обозначив движение сбежавшего бойца. Вот это уже лучше!

Не знал, что у Нейролинка есть такая функция, хотя и никогда не доводилось проверить её наличие. Линия привела за один из столиков на другом конце танцпола, от которого вела лестница наверх. Там уже заняли позицию бойцы и нещадно поливали нас свинцом из штурмовых винтовок. Сейчас бы не помешало погрузиться в небольшое кровавое безумие, но для себя я настрого решил, что, пускай Баух и наделает мне коктейлей в будущем, использовать их буду исключительно, когда смогу себя контролировать.

Однако даже без него мне довольно быстро удалось пересечь танцпол, отбить несколько выстрелов и прыгнуть на человека пантерой. Боец ловко переключился на ближний бой, вооружившись крупным ножом, и даже сумел заблокировать мою атаку. Правда, он не учел одного простого фактора: мои клинки имели обжигающее прикосновение. Я скользнул ими по лезвию ножа и одним ударом рассёк лицо человека надвое.

Сверху послышались выстрелы, и, перепрыгнув через труп, мне удалось забраться по лестнице на второй этаж, попутно вооружаясь револьвером. В барабане осталось всего три патрона, но этого было более чем достаточно. Выстрел в затылок отправил одного стрелка в принтер, а второй, обернувшись, попробовал вкус раскалённого до нескольких сотен градусов куска стали. Рваные куски кожи, зубы и хрящи полетели в стороны, и я наметил следующую цель.

Весь периметр второго этажа занимали вооруженные бойцы, с которыми требовалось разделаться в первую очередь. Фокс сумела спрятаться за огромными колонками акустической системы, а Черника рвал на тряпки тех, кто находился на первом этаже. Его тело заметно кровоточило, но он всё равно продолжал сражаться, отрывая конечности врагов голыми руками.

Как только разделаюсь с этими, смогу продолжить преследование и отомщу за предательство Ока. Я сорвался с места и, наращивая скорость с каждым шагом, молниеносно приблизился к врагу и убил его одним ударом. С первого взгляда могло показаться, будто против меня выступали обычные люди, однако скорость реакции и то, с каким трудом клинок проходили через некоторые тела, говорил об обратном.

Я оставил два трупа за спиной и вовремя успел закрыться клинками, когда боец специального отряда военной полиции выпустил в меня короткую очередь. Одна пуля попала в правую ногу, чуть выше колена, и выбила кровавый фонтанчик. Я стиснул зубы и продолжил движение по касательной, перебегая от колонны к колонне. Боец продолжал стрелять, выбивая каменную крошку, но когда его боек сухо застучал, он бросил винтовку побежал и навстречу.

Его оказавшиеся искусственными руки полностью трансформировались в два швейцарских ножа, и тот атаковал на всей скорости. Десятки толстых прутьев с острыми наконечниками едва не отправили меня в принтер, но я оказался проворнее. Мне удалось закрутиться вокруг своей оси и коротким ударом отрубить ему одну руку. Человек не издал ни звука и попытался атаковать со спины.

Я сумел вовремя блокировать атаку, однако пришлось отпрыгнуть, дабы не стать жертвой его единственной конечности. На секунду позавидовал ему, имеющему такой козырь в кармане, но затем понял, что при этом придётся лишиться собственной руки. Нет, на такое я пойти не мог, по крайней мере, сейчас.

Боец продолжал размахивать своей открывашкой до тех пор, пока мне не надоело уклоняться, и в очередной раз, прочитав его движения, я нырнул под удар и насадил его на оба клинка. Труп полетел вниз, где уже добивал оставшихся Черника, и я поспешил закончить начатое. Осталось всего два бойца, которые прочно заняли гнездо за поваленным ВИП-столиком и одновременно старались вести огонь по всем. Им это, конечно же, не удавалось, и когда Фокс прижали огнём с первого этажа, я стремительно приблизился и потратил свой последний патрон в револьвере. Новый барабан был заряжен одновременно с тем, как бездыханное тело повалилось на плечи своего товарища.

Я запрыгнул на стул, оттолкнулся от него и, повиснув в воздухе, прицельно выстрелил. Пуля с чавканьем попала противнику в нос, и мой прыжок пришелся на уже бездыханное тело. С клинка капала всё ещё горячая вражеская кровь, а я быстро огляделся и не заметил больше врагов.

Ночной клуб превратился в настоящую братскую могилу, в которой лежали бойцы специального отряда, люди Либертала и обычные посетители, которым не посчастливилось оказаться сегодня здесь. Трупов было столько, что в воздухе откровенно витал запах смерти, а на кончике языка поселился металлический привкус.

Я выглянул со второго этажа и заметил, как из дверей неуверенно выходил доктор Баух, держа ладони у груди. Мужчина медленно осмотрел поле боя, отвернулся и опорожнил содержимое своего желудка. Странно такое видеть от человека, который десятки лет занимался тем, что изучал загадочных монстров. Правда, смерть на каждого действует по-своему, поэтому я не стал его винить и вместо этого со второго этажа прокричал:

— Черника, займись доктором. Как он придёт в себя, хватай и дуй за нами. Фокс, ты со мной, быстро!

Перемахнув через перила и оказавшись на первом этаже, я побежал к выходу. Нейролинк дважды пропищал и построил путь тонкой красной линией. Не знаю, каким образом ему это удавалось, но подсознательно было этому рад. С таким тузом в рукаве от меня не уйдет ни одна сволочь, включая предательскую рожу Ока.

Пока мы сражались, бабища успела сбежать и явно направлялась к единственному известному ей выходу. На мгновение проблеснула мысль, что она, скорее всего, сдала тайный ход через магазинчик старушки, и сейчас её уже отвозят для допроса. Вот это паршиво, мало того, что у меня не будет больше доступа к чаю, так ещё и её заведение разберут на винтики, явно обнаружив фальшивую стену с оружием.

Ладно, разберусь с этим после того, как убью Око, и в этом мне поможет Фокс. Рыжеволосая девушка выглядела уверенно и бежала за мной не сбавляя шаг. Не знаю, какая история была между ними, и признаюсь, мне откровенно плевать, но глубоко внутри всё же сочувствовал ей. Узнать о предательстве человека, с которым делил боевые будни отряда Дивизиона — не то, что хочется услышать. Однако жизнь не всегда справедлива. Чёрт, да практически никогда!

Правда, за всё это время мне удалось неплохо узнать Фокс. Девушка явно что-то скрывала о себе и недоговаривала, но, когда дело касалось насилия, она не чуралась кровавой работы. А такие люди очень плохо переносят предательства. Я на мгновение повернул голову, чтобы её спросить, как перед носом просвистела очередь.

Рефлекторно спрятался за каменную стену канализации и резко выдохнул. Вот что бывает, когда на мгновение теряешь концентрацию. Ещё бы сантиметр влево — и мой импринт вернулся бы в принтер на переработку.

— У тебя ещё есть шанс передумать, Фокс! — прокричала Око в надежде переманить на свою сторону девушку. — Я всё расскажу аппарату, о том, как тебя похитили из собственной квартиры, о том, как он подверг тебя опасности и заставил взять себя в Лисью нору! У тебя ещё есть…

Ответом Фокс стал выстрел из дробовика. Око спряталась за поворотом лабиринта канализации и вела ответный огонь. Значит, загнали крысу в угол, и осталось только раздавить её ботинком. Однако такой тег Дивизиона она получила не просто так. Женщина крайне ловко обращалась с огнестрельным оружием и била наповал. Я был уверен, что смогу блокировать выстрел-другой на таком расстоянии, но, как опытный оперативник, она быстро прочитает мои движения и найдёт изъяны.

— Ну что ты в нём нашла?! — вновь затянула она свою тираду. — У нас могло быть всё! Будущее в Дивизионе! Ты бы стала лидером отряда, когда я устроилась бы в аппарат, и мы смогли бы жить вместе! Я и ты, Фокс! Ещё не поздно!

— И с твоими новыми дружками-людоедами? Как ты могла так низко пасть и связаться с гончими, Око? Или ты всегда с ними якшалась, а при отряде делала вид, что их презираешь?

Я, конечно, знал, что женщины любят поговорить, но чтобы настолько? Они обменивались взаимными выстрелами, попутно находя время поболтать и выяснить отношения?! Ну что же, у каждого свои тараканы, и видят боги, у меня их достаточно, однако всё равно довольно странно.

Правда, их небольшая перепалка дала мне очередную возможность. Я прошёл вдоль стены, выглянул и заметил, что Око полностью сфокусировалась на рыжеволосой девушке, которая находилась на противоположной от меня стороне через коллектор канализации. Можно попробовать зайти с другой стороны.

После очередного выстрела, пока Око меняла обойму, я перепрыгнул через канал, пробежал мимо Фокс и прошептал короткое: «Задержи её». Она кивнула и выстрелила из пистолета. Если окажусь прав, то на следующем повороте нужно свернуть влево, затем по прямой — и ещё раз влево, и так зайду к предательской твари в тыл.

Первый поворот не подкачал, и впереди показалась прямая с ещё одной развилкой. Как только добрался до неё, увидел открытую спину Ока.

— Я ведь люблю тебя и всегда любила! — продолжала кричать и яростно отстреливаться та.

О, боги, я готов отдать левую почку лишь для того, чтобы эта похотливая бабища наконец заткнулась. Вместо выстрела в спину, я решил подобраться поближе, а когда она услышала мои шаги, атаковал. Первым ударом выбил её винтовку и отправил в полёт. Око сумела схватиться за нож, но я вывернул ей запястье и со всей силы вонзил клинок в живот.

На её бледных губах появилась кровь, и женщина посмотрела на меня со смесью ненависти и презрения. Я вынул клинок, ударом выбил из руки оружие и отошёл на шаг назад. Око выхаркнула очередную порцию крови и медленно сползла по стене. Из-за поворота выбежала Фокс с пистолетом в руках, и в глазах девушки всё же прочиталась толика грусти.

— Ты не понимаешь, чего ты только что лишилась…

Око едва говорила, и я уже замахнулся для финального удара, как вдруг Фокс остановила мою руку и коротко произнесла:

— Нет, я хочу услышать её последние слова, узнать, всегда ли она такой была, или я видела только то, что хотела видеть…

— Чистота крови! ОлдГейт всегда был и будет для тех, чей генетический импринт достоин солнца и внимания верховного лидера. Биошлак — это не только реакция, но и смерть для всего генома. Ты чистокровная, Фокс, всегда ею была и будешь, и не надо на меня так смотреть. Гончие делают то, на что не способны обычные люди. Они охраняют нас от животных, которые лезут со всех рубежей к Кокону. Мы — истинный фильтр и последняя преграда между раем и адом. Надеюсь, в один день ты это поймешь и сможешь занять своё место среди избранного народа!

Фокс посмотрела на неё как на кусок дерьма, коей она фактически и являлась, и с отвращением на губах произнесла:

— Значит, я ошибалась. Чёрт, а я думала, что хорошо разбираюсь в людях!

Око потянулась к ней рукой, словно моля о помощи, а затем коротко отсалютовала и произнесла:

— Геном – сила. Слабость – преступление!

Одинокая пуля вошла между её глаз, и тварь наконец замолчала. Фокс несколько секунд молча смотрела за тем, как из аккуратной точки на лбу вытекала струйка крови и спускалась по её бледной коже, а затем присела, подняла нож убитой и произнесла:

— Помоги мне разделать её тело и бросить в канал. Её не должны найти в таком виде.

Глава 19

Я плюхнулся в удобное кресло и, откинувшись на спинку, закрыл глаза. В квартире Фокс всё ещё пахло пятновыводителем, и даже открытые окна, сквозь которые доносились запахи вечернего ОлдГейта, не смогли его перебить. На столике напротив стояла чашка свежезаваренного порошкового кофе, и если обычно я бы с удовольствием его потягивал, то сейчас у меня полностью пропало всё желание.

Центральные новости из небольшого пузатого телевизора передавали об успешно проведенной операции специального отдела, в ходе которой была нейтрализована террористическая группа Либертал вместе с её бесстрашным лидером. Я бы не стал называть его таким, но Кай мёртв, а у меня есть информация местонахождении моей ватаги, по этой причине возвращаться к этому вопросы смысла нет.

За последнее время произошло слишком многое, и даже тот факт, что у меня в крови поселился вирус экскувиаторов, не заставлял бурлить кровь. Вообще, у меня сложилось такое впечатление, будто я начинаю ко всему относиться как к данности или даже обыденности. Предательство? Ну, ничего, бывает. Очередная скотина хочет моей смерти? Пускай становится в очередь. Фокс краем глаза с заботой и волнением на меня смотрит? Так и это не заставляло удивиться.

Знаю, что человек существо крайне адаптивное, в том числе и к любым социальным изменениям, но то, что происходило со мной, мне начинало нравиться всё меньше и меньше. Казалось, что теряю ту последнюю частичку, которую донёс с собой до стен Города, и она вот-вот выпадет из моих пальцев. Что за частичка? Хотел бы я знать ответ на этот вопрос.

Почему-то показалось, будто единственный человек, который мог хоть что-нибудь сказать — это Мей. Загадочная девушка с мнемоблоком и тактильным шифрованием на спине в виде татуировки дракона. Она и Скрин — когда это именно эти имена для меня заменяли целый мир, но почему?

Я постарался погрузиться в глубины своей памяти, словно пытался насильно растянуть полотно сценария, и сосредоточился на мысли. Если система проецировала моё прошлое в виде виртуального конструкта, то она должна черпать информацию из моего сознания или, по крайней мере, матричного импринта. В любом случае, и то, и другое — это моя собственность.

Перед глазами замелькали мутные отрывки, какие-то невнятные голоса и размытые лица. Они были будто затянуты толстой мембраной, через которую ничего не удавалось рассмотреть, однако именно в этот момент у меня появилась мысль. Что, если причина, по которой я не могу вспомнить своё прошлое, заключается в том, что у меня стоит такой же мнемоблок?

Вполне логично, так ведь? Это объяснило бы не только происходящее, но и почему отрывки памяти, всплывающие в моей голове, выглядят подобным образом. Если следовать этой логической цепочке и дальше, мне, в первую очередь, надо определиться с типом мнемоблока и подобрать к нему шифр. Чёрт, вроде в прошлый раз я собрался отвезти Мей к какому-то Тревору, мастеру ключа. Если удастся погрузиться в этот сценарий — то смогу вспомнить не только как работают мнемоблоки, но и как с ними разбираться.

Значит, нужен следующий социальный уровень. Нужна крепкая и долгая прокачка.

Чёрт, ещё и ватагу надо вытащить, всех куда-то расселить, выяснить, что с ними произошло, получить гражданство и избавиться от этого долбанного вируса. Ладно, с мнемоблоком придётся немного повременить, но хотя бы знаю, в какую сторону нужно мыслить.

Я открыл глаза и первым делом потянулся в инвентарь за напитком. Ощущение нарастающего приступа теперь удавалось распознавать ещё до того, как начнут разбухать внутренние органы. Глоток всё её горячего чая постепенно приводил в себя, и, убрав его в инвентарь, я заметил на себе обеспокоенный взгляд Бауха. Не переживай, доктор, превращаться в монстра пока не собираюсь, но вот за будущее уже не так уверен.

Магазинчик старушки был перевёрнут вверх дном, а самой женщины внутри не оказалось. Её, скорее всего, отвезли в местное отделение, где проводили допрос с пристрастием. Баух уверил, что переживать особенно не о чем, и с ней всё будет в порядке, но я поставил мысленную галочку, если придётся её спасать.

В центре квартиры сидел Черника, над ранами которого заботливо работал доктор. Фокс, с неуверенным взглядом и, видимо, всё ещё плавая в размышлениях о своём будущем, то уходила на кухню, то возвращалась. Мы на мгновение встретились взглядами, и она натянуто улыбнулась. Я смотрел на группу людей и не мог отделаться от мысли, что собрал новую ватагу.

Они, естественно, не вступили в неё, но каким-то образом мне вновь удалось окружить себя людьми. Это получилось само собой, ведь подсознательно я никогда не пытался заручиться чьей-то поддержкой, однако факт остаётся фактом. Эти люди теперь напрямую зависят от меня, если не брать в расчёт Фокс.

Сама девушка вела себя странно. Вместо того, чтобы погнать нас ссаными тряпками и пыльной метлой, она сама предложила на первое время остаться в её двухкомнатной квартире, даже несмотря на произошедшее. Возможно, она это делала не по доброте душевной и преследовала свои цели, только вот какие? Понятия не имею, да и, уверен, что не стал бы её за это винить.

Новая ватага или нет, мне нужно сосредоточиться на основной. Трев, Седьмая, Элли, Приблуда и даже Мышь. Уже прошло несколько дней с тех пор, как нас разделили на сортировочной станции, и их отправили в так называемое гетто, а оттуда в Черный узел, о котором мне как раз предстояло выяснить.

Я наклонился, сделал глоток уже холодного кофе и пристально посмотрел на доктора. Это была достаточно понятная для него команда, и человек, отложив медицинские инструменты, звучно выдохнул и привычно сгорбился. Черника посмотрел на него, затем перевёл на меня взгляд и принял от Фокс кружку с кофе, которая выглядела издевательски маленькой в его ручище.

— Спрашивай, Смертник, я отвечу на все твои вопросы, — проговорил Баух, несколько раз послушно кивнув.

— А их действительно много, но начнём с главного: что такое Чёрный узел, и как мне туда попасть?

— Чёрный узел, — задумчиво повторил Баух. — Место весьма ужасное. Его ещё называют Мясной башней из-за того, как он устроен. Туда отправляют из гетто тех, у кого уровень чистоты генетического импринта падает ниже 0,22 единицы. Скажем так, если выше двадцати двух сотых считаются биошлаком, то ниже — это даже не люди, а биологический материал со случайной способностью говорить и думать.

— Не назвал бы свою ватагу биологическим материалом, — уверенно уточнил я, намекая на то, насколько они сильны и выносливы, а уж про Элли и Седьмую я вообще молчу. Таких красоток, как они, нужно ещё поискать.

Кажется, Баух понял и спешно пояснил:

— Да, пускай Кодекс Генетика и построен на биологическом и шовинистическом превосходстве чистокровных над другими импринтами, но не всё измеряется в силе и внешнем виде. Если было бы так, то половину людей из Верховного Директората пришлось бы отправить в гетто. Ты бы их видел. Здесь речь идёт больше о, скажем так, врожденных параметрах.

— Ты никогда не слышал о генетическом импринте? — поинтересовалась Фокс, сев рядом со мной и положил ладонь на моё колено. — Не знала, что на других рубежах о них неизвестно.

— Генетический импринт — это не то, что можно отыскать в логах или интерфейсе системы, — пояснил доктор. — О матричном приходит оповещение в самом начале, поведенческий люди получают при первом погружении в КС, а вот генетический нужно раскрывать. Нам мало ещё о нём известно, но в его наличии нет никакого сомнения. Как минимум, он позволяет более успешно проводить, как назвал бы её Смертник, биоинженерную прокачку. От него зависит и уровень адаптации новых препаратов, скорость обмена веществ и прочие, прочие научные термины, которыми я не стану вас нагружать. Проще говорят, ГИ — это то, насколько легко или, наоборот, тяжело будет адаптироваться организм и тело к насильственным и эволюционным мутациям.

— То есть это ещё одна часть человека, которой награждает принтер при печати?

— Можно и так выразиться, — покачал головой доктор. — Но, скорее, это всего лишь удобный термин для описания явления бионженерии. Проще всегда сказать «ГИ», чем «генетическая предрасположенность ассимиляции приобретенных в процессе мутаций новых цепочек ДНК».

— Значит, генетический импринт — это всего лишь предрасположенность, не более того, а верховный аппарат превратил его в политический инструмент и объяснение превосходства одной группы людей над другими? Чистокровные и биошлак?

— Ты, как обычно, всё быстро схватываешь налету, Смертник, — согласился Баух, делая глоток предложенного кофе. — Когда я брал у тебя кровь, то параллельно проверил уровень твоего генетического импланта. Ты хочешь его знать?

У Фокс загорелись глаза. Девушка посмотрела на доктора, а затем я ощутил, как пальцы её правой руки крепко сжали мою ногу. Она настолько хотела знать или, наоборот, давала понять, что лучше не стоит. Я пожал плечами и коротко поинтересовался:

— Почему ты спрашиваешь? Это какой-то местных секрет, о котором я не знаю?

Доктор слегка улыбнулся, Черника молча сделал глоток, моргнув новенькими глазами, а Фокс, словно маленький ребенок, смотрела на Бауха и терпеливо ждала ответа.

— 3,02, — произнёс тот, и в помещении повисла тишина.

Я не знал, оскорбиться мне или плясать от радости, поэтому вопросительно смотрел на доктора и ждал его объяснений, попутно замечая, как вздымалась грудь у рыжей.

— Я понимаю, что тебе эти цифры ничего не говорят, поэтому покажу в сравнении. Самый высокий показатель чистоты крови в ОлдГейте за всю историю был зафиксирован тридцать шесть лет назад, когда Директорат возглавил новый верховный лидер. У него уровень чистоты два и один. Три — считается недостижимым уровнем для любого человека. Любого!

Фокс посмотрела на меня так, словно была готова при всех сорвать с себя одежду и наброситься на меня, как после года целибата. Вспомнил, как раньше официантка прислала мне свой генетический профиль, и задумался. То, что считалось эталоном сексуальности в этих местах, могло показаться полнейшим безумием в другом, однако проживающие здесь с момента печати люди впитали это с первым тюбиком пасты.

— Получается, что Смертник чище, чем сам верховный лидер, — прервал длительное молчание Черника. — Но почему это не обнаружили на сортировочной станции? Сканер всегда показывает точное число.

— Сбой? — пожал плечами Баух. — Человеческая ошибка? Обычная невнимательность? Может быть всё что угодно, однако мне ещё никогда не удалось видеть столь чистый генетический импринт, Смертник. Это означает, что у тебя огромный потенциал в развитии РеГенома, и твоя цепочка очень лояльно отнесётся к добавлению новых звеньев. Однако в близкой перспективе это создает огромную для тебя сложность.

— Я уже догадался, док, — ответил я за него и, похлопав по сжимающей могу ногу кисти рыжеволосой, добавил. — В Чёрный узел можно попасть лишь с уровнем в двадцать две сотых, не выше. Однако я всё ещё не могу поверить, что вся моя ватага — вся! — оказалась с такими показателями.

— Потому что она не оказалась, — пояснил доктор, заметив, как Фокс наконец расслабила побелевшие от напряжения пальцы. — По приказу верховного лидера всех выживших из реакционного сектора перевели в Чёрный узел. Без исключений. Мне удалось вытянуть эту информацию с сервера Либертала, пока вы… ну… ты понял. Не переживай, я всё подчистил, и гончим не достанется ничего.

Я встал с кресла, выпрямился и размял затёкшие мышцы.

— Это хорошо, док, очень хорошо, но не отменяет того факта, что моя ватага находится в Мясной башне. Отребье из отребья. Мне нужно туда проникнуть, желательно, не сражаясь со всем специальный отделом.

— О, — произнёс тот, допив свой кофе. — Там лютуют такие отморозки, в сравнении с которыми гончие покажутся сорванцами на детском утреннике.

— Тогда мы ему поможем! — резко вмешалась Фокс, взяв чувства под контроль. — Если мы попробуем зайти с двух сторон, то встретим Смертника с его ватагой на полпути и тщательно спрячем.

Черника кивнул.

— В квартиру все не влезем, но, если доктор Баух действительно поработал над сервером и стёр всю информацию, гончим неизвестно о всех точках Либертала в городе. Есть одно место, замаскированное под магазин. Заднее помещение достаточно просторное, а под ним находится старый бункер, который служил нам передовой точкой много лет. Пока Смертник будет орудовать в Чёрном узле, мы можем проверить, остались ли там люди, и забрать его в своё пользование.

— Отличная идея, — согласилась Фокс. — А я тем временем разузнаю, как обстоят дела в Дивизионе. После случившегося меня, скорее всего, поставят главой отряда, и заработок вырастет в несколько раз, как и появятся дополнительные привилегии. К тому же, если там действительно безопасно, то доктор сможет и дальше работать над своими исследованиями и поможет нам в развитии РеГенома, да, Смертник?

Кажется, мой энтузиазм слишком заразителен, и я опять медленно подхожу к всё тем же граблям. Ещё когда на ВР-2 нам удалось обзавестись собственный углом, у меня сложилось такое ощущение, будто ватага собиралась там обживаться. У меня никогда не было цели оставаться на рубежах и постепенно наращивать влияние и богатство. Нет! Моя цель — это Город-Кокон и вся информация, которую он может дать.

Однако остальные привыкли жить на рубежах и, кажется, даже не собирались двигаться дальше. Затея с новой версией жилого блока ВР-2 меня не сильно привлекала, но факт оставался фактом: моей растущей ватаге нужно где-то находиться. К тому же, квартира Фокс — слишком заметное место, и рано или поздно кто-нибудь из соседей обязательно стуканёт.

Видимо, всё же придётся соглашаться, особенно, если хочу воспользоваться их помощью. Черника загорелся идеей, а Фокс, согласно кивая, всё ещё прикусывала нижнюю губу, когда я попадал в поле её зрения. Им всё равно понадобится занятие, пока меня не будет рядом, так почему бы и не отправить их на подготовку нового жилья.

— Ладно, но будьте осторожны, я думаю, что вряд ли гончие бросят свои попытки и продолжат искать и добивать выживших, поэтому сильно не отсвечивай. Кроме тебя, Фокс. Если вдруг пропадёшь после исчезновения Ока, все сразу подумают на тебя. Возвращайся в Дивизион и делай вид, что ничего не знаешь. Возглавляй отряд, выполняй задания и внимательно слушай, что говорят вокруг. Черника с доктором справятся сами, но сейчас нужно обсудить другое: как мне попасть в Чёрный узел?

— В теории, — начала рассказ Баух. — Есть препараты и даже импланты, способные сымитировать низкий уровень генетического импринта, но это временно решение. Внутри тебе всячески придётся избегать считывания, иначе попадёшься. Сигнал будет временно замаскирован, но твой высокий уровень невозможно будет скрывать вечно.

— Главное — попасть внутрь, а там я уже разберусь, — уверенно ответил я, размышляя, что с одурманиванием мне поможет Нейролинк. — Чего мне стоит ожидать?

Баух пожал плечами и коротко ответил:

— Ад? С местным правительством ты уже знаком, но для полного погружения предлагаю ознакомиться полностью с Кодексом Генетика. Он доступен в электронной версии, так что это очень удобно. Когда сложишь два плюс два, полученный результат умножь на самый страшный кошмар биологического шовинизма и представь, как будут относиться к тем, кто даже не заслуживает быть грязью под ногтями чистокровных. Думаю, даже в таком случае ты не получишь полное представление о том, что такое Мясная башня.

В комнате повисла тишина. Былой азарт командной работы и даже возбуждённое состояние Фокс мгновенно улетучились. У всех присутствующий был достаточно высокий показатель ГИ, и никому из них не приходилось бывать в гетто и уж тем более посещать Чёрный узел. Однако я проделал весь путь аж с Третьего рубежа, включая Чистилище и его транклов, так что, думаю, буду готов ко всему.

У меня попросту нет такой шикарной возможности, как провал. От моих действий и решимости зависит благополучие ватаги, людей, которых я пообещал защищать. Седьмая, Элли, Трев, Приблуда и чёртов суетливый раб Мышь. Все они доверились мне и до сих пор помогали, так что как минимум я им должен.

Тишина давила своим незримым присутствием, и все ждали от меня каких-то слов. Ободрения? Какой-нибудь помпезной и мотивирующей речи? Уверить их, что что бы ни случилось, всё будет хорошо, и мы справимся? Кому-то это действительно бы помогло, но мне, как никому другому, был известен простой факт. Когда не уверен в своём будущем — оторви задницу от стула и сделай всё возможное, чтобы получилось так, как ты этого хочешь. Именно по этой причине я хлопнул в ладоши, выводя присутствующих из задумчивого транса, и уверенно заявил:

— Фокс, Черника, у вас есть задания, поэтому отдыхаем пару часов — и выполнять. Баух, мне понадобится дополнительная информация касательно этих эликсиров, и наделай больше нейрококтейлей. Плюс составь список всего, что тебе понадобится для маскировки моего уровня, и дополнительно пройдемся по схемам, которые ты вытащил из сервера Либертала. Мне нужен безопасный путь внутрь и затем обратно, а когда всё будет готово, — я сделал паузу, перебирая все факты в голове, а затем добавил. — Я отправлюсь в Чёрный узел и спасу свою ватагу.

— Эм, Смертник, — прозвучал возбуждённый голос Фокс за спиной. — Пока ты не ушёл, можно тебя на секундочку накухню?

***

Верховный лидер всего ВР-1 шёл по длинному и шикарно украшенному коридору Директората с весьма хмурым выражением лица. Только что ему пришлось иметь весьма неприятный разговор с представителем корпорации Города, и всё, что ему сейчас хотелось, — это закрыться в своём кабинете и открыть бутылку с любимым алкоголем.

Он прогнал прочь всех слуг, ассистентов и прочих прихлебателей, которые не отходили от него, словно присосавшиеся пиявки, которые питались от его величия. Каждый его шаг отбивал звонкий ритм, разносившейся по стенам особняка, а когда мужчина подошёл к двери и повернул ручку, то почувствовал знакомый запах страха.

В его личном кабинете на стене висело огромное вышитое вручную чёрное полотно с изображением герба ОлдГейта и красной надписью: «Геном — сила. Слабость — преступление». Прямо под ним, в кресле главы ВР-1, сидел азиатский мужчина в чёрном плаще и увлеченно что-что читал с экрана его компьютера.

Верховный лидер вошёл, закрыл за собой дверь, поправил форму с перетянутой на груди портупеей и тихим голос произнес:

— Не ожидал увидеть вас в моем кабинете. Я только что разговаривал с Городом и доложил о недавних событиях. Мне казалось, к этому времени вы уже вернётесь в Кокон. Я чем-то ещё могу помочь?

Мужчина молчал, медленно бегая глазами по строкам, а затем, не отрывая глаз, ответил:

— Я решил немного задержаться и как раз вот читаю отчёт главы вашего специального отдела военной полиции. Если верить его словам, операция прошла успешно, и вся террористическая группа была уничтожена. Какой бахвальный слог, он прямо получает удовольствие от собственных слов.

— Уверяю вас, — ответил верховный лидер, остановившись у столика с крепкими напитками и налив по стакану обоим и сначала протянув его гостю. — Он намного компетентнее, чем кажется на первый взгляд. Гордыня — один из его пороков, но, в целом, я в нём полностью уверен.

Мужчина, опять же, не глядя, отмахнулся от напитка, чем вызвал лёгкий приступ гнева у собеседника и произнёс:

— Иногда полезно иметь такого человека под рукой. Он настолько трясётся над своим положением, что готов открыто врать, лишь бы усидеть на месте. Его откровенный страх перед руководством прекрасно показывает другим, что им тоже не стоит быть уверенным в завтрашнем дне. Это ещё больше мотивирует работников усерднее заниматься собственными обязанностями.

Верховный лидер поставил стакан, сделал глоток из своего и с прищуром посмотрел на гостя из Города. Тот молча читал отчёт о случившемся и даже не обращал внимания на того, кто, как школьник у стола директора, молча стоял и ждал. Через некоторое время человек в плаще всё же обратил на него свой кроваво-красный взгляд и, постучав кончиком пальца по пузатому монитору, произнёс:

— Если верить этому устройству, то данные, которые были украдены с сортировочного центра, не были восстановлены. Кто-то успел подчистить всё, прежде чем там оказались ваши оперативники. Это как-то связанно с недавним инцидентом и исчезновением титулованного работника? Как его, доктор Баух, кажется?

Верховный лидер сделал ещё один глоток, прекрасно понимая, что прямо сейчас обычная беседа превратилась в настоящий допрос, и нервно ответил:

— Насколько мне известно, доктор мёртв. Убит. Террористами из Либертал, если быть точнее.

Этот ответ явно не устроил человека в плаще и он, вновь уставившись в монитор, задумчиво спросил:

— Куда, вы говорите, отправили всех выживших из реакционного центра? Какой там узел?

— Чёрный, — резко выпалил лидер. — Чёрный узел, его ещё называют Мясная башня.

— Чёрный узел, — едва слышно проговорил мужчина и задумчиво постучал кончиком пальца по поверхности стола. — Чёрный узел…. Пожалуй, я лично туда наведаюсь и посмотрю, сказал ли правду ваш глава отдела, или пора подыскать ему замену.

Глава 20

Руки, по локоть вымазанные в человеческой крови, скрежет зубов и хруст ломающихся костей. Всё это обычно сопровождалось криком ликующей толпы и яростным завыванием тех, кто пришёл посмотреть на заказное насилие, но не здесь. Здесь нельзя было открыть рот без разрешения, даже когда противник вырывал кусок мяса из груди жадными зубами.

Посреди широкой площади, где внезапно началось сражение двух узников в дорожной грязи, Трев поднял голову и увидел на фасаде башни огромную цифровую надпись: «Отрежь ему ухо и съешь. Награда + 20 очков метрики.»

Кто-то из толпы выбросил тупой нож, зарезать которым можно было лишь гнилой кусок мяса, который уже сам разваливается на части, но человек схватил его окровавленными руками. Двадцать очков метрики за ухо, а сегодня доны расщедрились, и, видимо, кто-то поставил нехилую сумму, подумал про себя Трев и опустил голову.

Пускай, кричать без разрешения нельзя, но, когда ржавое лезвие старого ножа начало с хрустом продираться сквозь кожу и хрящи ушной раковины, он не выдержал и закричал. Второму не то чтобы доставляло это удовольствие, просто двадцать очков метрики за такое — это действительно много, особенно когда за последние месяцы в животе не было ничего, кроме питательной пасты.

С трудом, но ему всё же удалось справиться с заданием, и, пуская слёзы, он поднял голову к башне и принялся жевать. Трев на мгновение задумался, за сколько очков согласился бы стать каннибалом, но вовремя осознал, что слишком мало провёл здесь времени, и пошёл дальше. В карманах поношенных штанов лежали три тюбика питательной пасты, так как доступ ко всем прелестям системы блокировали наручные браслеты.

Он даже не мог открыть интерфейс, чтобы посмотреть который час, так как над всем узлом царила вечная ночь. Чёрным узел называли его не просто так, а второе своё название — Мясная башня — он получил за то, что всё здесь делалось руками людей. Ещё несколько дней назад он наблюдал за технологически развитым ВР-1 с высоты птичьего полёта, а теперь вновь оказался на Третьем рубеже, помноженным на настоящий ад.

Парень посмотрел на браслет, на котором виднелся его личный номер и количество накопленных очков метрики, а затем зашёл в башню. Она представляла из себя обычный жилой небоскрёб, внутренние помещения которого переоборудовали под нужды Чёрного узла. Внизу без остановки работал человеческий «Вечный ротор». Это была одна из мер наказания особо своевольных узников, которых фактически отправили на смерть.

Ротор был подключен к единому механизму, который вращался двадцать четыре часа и семь дней в неделю. Он выглядел как мини реактор, а соединённые с ним люди служили в качестве батареек. До самой смерти они будут крутить это колесо, пока механизм не высосет из них все соки, и их места займут другие. Парень на мгновение остановился, посмотрел на то, как бедолаги едва перебирали ногами и, с чёрными шлемами на головах, которые закрывали лицо, в такт бубнили один и те же слова: «Мы в круге… Мы в круге…»

Это напомнило ему о месяцах, проведенных в саркофаге, когда он питал своим телом ужасную станцию по созданию ежей. Именно с помощью его жизненной энергии Мышь превратили в такое существо, но в этом парень не видел своей вины. Однако каждый раз, когда он проходил мимо ротора башни, его разум считал нужным напомнить об этих месяцах заключения.

Наверх вела единственная лестница, по которой туда-сюда сновали узники в надежде когда-нибудь покинуть это место. Подниматься по ней Треву не пришлось, так как он сумел заработать пропуск на десятый этаж. Это было сложно, но, к счастью, он не был один. Когда парень зашёл в лифт, приводимый в движение приговорёнными к смерти рабами, он приложил браслет к сканеру, и на табло загорелась цифра десять.

Всего за какие-то секунды он преодолевал целые уровни, на прохождение которых он платил собственной кровью. Даже внутри он чувствовал откровенный запах мертвечины и слышал предсмертные крики людей. Но даже так Трев понимал, что это единственный шанс покинуть Чёрный узел. Те, кто сумеют добраться до вершины, смогут получить прощение и вернуться в гетто, ведь другого пути нет.

Двери открылись, и он вышел на десятый этаж, где к его личности сразу приковались множество взглядов. Они узнали в нём человека, который принадлежал к довольно сильной группе, поэтому быстро отвернулись и занялись ранами перед началом нового прохождения. Трев оказался в широком помещении, которые можно было представить как этаж многоквартирного дома со снесёнными стенами.

В углу сидела ватага, где Элли, пользуясь клеем, обрабатывала широкую рану на спине Седьмой. Девушка, лишившись своих наушников, в последнее время была сама не своя. Она отчаянно сражалась на каждом уровне, словно ждала, когда вражеский клинок пронзит её сердце и вернёт в принтер. Рядом с ними, облокотившись о стену и положив локти на колени, сидел Приблуда, чьи кулаки сточились до металла. Имплант, который ему установили на ВР-3 здесь был абсолютно бесполезным, как и всё остальное.

Трев подошёл, уселся на холодный пол, выложил карманов всё, что ему удалось купить на скудные единицы заработанной метрики, и протянул остальным. Элли первым делом сняла крышечку с тюбика и дала Седьмой. Ей пришлось хуже всего за последнее время, и её тело требовало энергии. Девушка не успела похудеть до впалых щёк, но былой розовый цвет на кончиках волос и яркие сияющие жизнью глаза были уже не те. Она приняла тюбик, долгое время смотрела на него, а затем, так и не попробовав, вернула обратно.

— Ну что там? — спросила Элли, чуть ли не насильно запихивая пасту в горло Седьмой.

— Какому-то упырю повезло разжиться двадцатью очками метрики. Доны сегодня щедры.

— Пф, — Недовольно фыркнул Приблуда и присосался к тюбику.

— Никаких вестей от Смертника? — с умирающей надеждой в голосе поинтересовалась Элли, на что внезапно подняла голову Седьмая и посмотрела в глаза Треву.

— Не-а, — ответил он, как отвечал вчера и за день до этого.

— Да чего ты постоянно спрашиваешь? — взорвался Приблуда, жадно высасывая весь тюбик. — Ты же заранее знаешь ответ. Никто его не видел с момента нашего прибытия, так что он, скорее всего, мёртв, иначе бы сидел здесь рядом с нами.

— Нет, —отрезала Седьмая, бросив осуждающий взгляд на светловолосого парня. — Я отказываюсь в это верить. Мы видели ВР-1 с высоты, и он явно не выглядел как это место. Нас куда-то отвезли, моя память о том дне всё ещё в тумане от наркотика, но помню, что нас куда-то везли.

— Точно, — согласилась Элли. — Я тоже помню, как качало из стороны в сторону, но куда нас доставили? Не знаю, как вам, но мне это место всё больше и больше напоминает Чистилище. Только вместо транклов здесь живые люди, и есть способ выбраться. Главное — это держаться вместе, тогда мы точно справимся.

Трев, который всё это время молчал, выдавил немного пасты на указательный палец и засунул себе в рот. В помещение вошли мясозаводчики. Жестокие и беспощадные люди, которые отвечали за дисциплину и продолжение так называемой Игры. Доны были готовы платить бешеные деньги, конвертируя их в очки метрики и удаленно отдавая приказы игрокам, которые те безысходно выполняли.

Приблуда недовольно цокнул и с интересом посмотрел на болтающиеся на поясах мясозаводчиков шоковые дубинки, которыми те избивали узников до полусмерти. В его сознании рождались любопытные и привлекательные ему образы, где он различными способами использовал это оружие, пробивая себе путь к свободе. Однако даже ему приходилось мириться со сложившейся обстановкой. По крайней мере, пока… по крайней мере, пока…

— Смертник — жив! — зло процедила Седьмая, словно процитировала слоган. — Просто эта скотина где-то в другом месте.

Зазвенели колокольчики, или, как говорили местные: «Кому-то привалило». Система оповещения через колонки, встроенные в небольшие настенные телевизоры, привлекла внимание всех на уровне, а затем высветилось сообщение:

«Изнасиловать девку с розовыми волосами. Если будет громко кричать + 5 метрики».

Пускай у Седьмой этого цвета были лишь кончики, но все окружающие прекрасно понимали, о ком идёт речь. Если бы не её боевые навыки и окружающая ватага, то она и Элли давно бы стали чьими-то личными игрушками. Девушка злобно заозиралась и заметила, что никто не отважился выполнить приказ этого дона.

Однако всё же нашёлся тот, кто потёр свою шишковатую лысину, встал и с широкой кривой улыбкой подошёл. Трев медленно поднял голову и осмотрел ублюдка. Высокий, крепкий и хорошо сложенный. Он продержался бы на роторе несколько месяцев, прежде чем отдал системе душу. Но это всё же была его ошибка, и парень поспешил ему напомнить:

— Не надо, успокойся, это всего лишь пять метрики, подожди следующего дона. Это того не стоит.

— Да? — хрипловатым голосом ответил тот. — А если сучка будет кричать, то получу ещё пять, итого будет десять. А за десять метрики я боюсь представить, на что способны остальные. К тому же, с чего ты взял, что я буду один?

Вдруг за его спиной появились ещё четверо. Не такие здоровые, как этот, но хорошо сложенные и чертовски злые. Все они пялились на Седьмую и жадно облизывались, дёргая себя за причинные места.

— Ну так чего? Сама ноги раздвинешь, или пацаны мне помогут? Кстати, а что будет если я…

— А что будет, — гневно прервал его Приблуда, переходя на откровенные оскорбления. — Если я отпилю тебе на хрен башку тупой ножовкой, засуну в жопу вон тому уроду, а сверху на вас поссыт Трев, а? Пшёл на хрен отсюда, пока есть ещё чем ходить!

— Ребята, спокойней, — прошептала Элли. — Нам не нужно сейчас сражаться, лучше сохранить силы для одиннадцатого уровня.

Главный зачинщик злобно посмотрел на Приблуду, но, когда угрозы ограничились словами, он расстегнул ширинку и вывалил богатство напоказ, видимо тем самым пытаясь соблазнить Седьмую. Сама девушка посмотрела на предложенные, и впервые за всё время на её лице появилась улыбка:

— И это должно меня впечатлить? Знаешь, трахали меня и покрепче мужики, а не мальчики как ты.

Трев зажмурился и медленно выдохнул, осознав, что мужчина может проглотить любое оскорбление, но точно не то, которое напрямую касается его хозяйства. Прежде, чем что-то успело произойти, вокруг вновь зазвенели спасительные колокольчики, и появилось сообщение от нового дона:

«Отрежь ему этот стручок и запихни в его грязную пасть. Награда +10 метрики.»

Хм, видимо, среди донов присутствовали и женщины…

Картина резко поменялась. Теперь наглые ублюдки стали целью заказа, который мог выполнить любой из присутствующих, проще говоря, кто первый встал — того и тапки. Они заозирались по сторонам и увидели, что взгляды всех присутствующих прикованы к ним. Десять единиц метрики — сумма не маленькая. Только что на улице за двадцатку один сожрал целое ухо, а здесь самому ничего есть не придётся.

Приблуда жадно улыбнулся, сделал вид, что встаёт, а затем по полпути согнул колени и со всей силы зарядил обидчику в пах. Седьмая присоединилась к веселью и с разгона зарядила коленом в нос и повалила того на пол. Остальные примирительно подняли руки, понимая, что заказ их не касался, и спешно отступили.

Седьмая протянула раскрытую ладонь, и в которую тут же легла самодельная заточка. Трев и Приблуда схватили ублюдка за руки, а огорчённая Элли держала ноги. Ей не хотелось наблюдать и тем более принимать участие в подобном, но даже она понимала, что десять метрики — это сумма немалая. Тем более, что ублюдок сам напросился.

На лице Седьмой растянулась довольная улыбка, и девушка, обвязав ремнём будущий трофей, приступила к делу. Мясозаводчики стояли, облокотившись о стену, заразно хохотали и тыкали пальцами. Они не просто не собирались останавливать всё действие, более того, поддерживать выполнение заданий донов являлось их прямой обязанностью. Так что всё шло как надо.

Седьмая закончила операцию, резким ударом сломала челюсть уроду, а когда она зафиксировалась в одном положении, выполнила заказ. Человек жалобно ныл, не в силах даже пошевелиться, а на браслете девушки появилась круглая цифра десять.

Что стало с другим заказом? Он всё ещё был активным, и в будущем кто-нибудь, может, и попробует его выполнить, однако после того, что только что совершила растущая в популярности группа, многие задумаются.

Девушка слезла с обидчика, вытерла окровавленную ладонь о штанину врага и спокойно вернулась в свой угол. Тому ничего не оставалось, как лежать, оскорблённым и опущенным перед глазами других и жалобно стонать. Мясозаводчики ещё некоторое время хохотали, а затем схватили упыря за плечи и утянули в сторону лифта.

— Смертник — жив, — медленно повторила Седьмая, стирая кровь с заточки. — Ему просто, видимо, на нас плевать.

В этот раз оскорбилась Элли, но девушка не успела ничего сказать, как в дальнем конце этажа загорелась жёлтая лампочка, означающая то, что им стоит начать приготовления к следующему испытанию. Все слова, все обиды и старые раны придётся отложить в сторону и двигаться дальше. Элли знала, что Седьмой на самом деле больно, и её слова отражали лишь внутреннее состояние, поэтому не стала ничего говорить. Жив Смертник или нет, сейчас им нужно в первую очередь позаботиться о себе и покинуть это место всем вместе, а когда это им удастся, они обязательно разыщут Смертника и всех тех, кого потеряли.

***

Труп в багажнике уже начинал довольно заметно пованивать, когда на горизонте показались первые силуэты Чёрного узла. Я ехал без остановки уже почти десять часов, оставив за спиной и ОлдГейт, и Старый город. Кай в своём последнем приступе сволочизма всё же смог сделать что-то полезное и накопал достаточно информации о Мясной башне.

Видимо, в какой-то момент он всё же планировал выполнить свою часть сделки или попросту прикрывал тылы. Как бы то ни было, теперь он мёртв, и правду я так и не узнаю, но этого и не требовалось. У меня имелось всё, что нужно, для проникновения в настоящий концентрационный лагерь, который оказался в частных владениях.

До этого я вполне справедливо считал, что всё здесь принадлежит верховному аппарату, и даже подозревать не мог, что где-то существует частный лагерь, используемый для наживы. Насчёт чистокровных всё понятно, с биошлаком тоже более или менее ясно, они люди породы ниже, а вот кто такие опустившиеся на самое дно? Ответ простой — лёгкий способ заработка, лишенный всех прав человека. Хотя, где права человека, а где рубежи.

Доктор снабдил меня обычным подкожным имплантом, который периодически будет вбрасывать в кровь маскирующий реагент, а если его окажется мало, всегда можно будет накачаться напрямую. Правда, Баух предупредил, что на вкус он как трижды переваренная кровь, но ничего, мой стальной желудок и не такое переваривал.

Задача была проста. Проникнуть внутрь, выяснить, как всё устроено, найти ватагу и спланировать побег, а на обратном пути нас встретит вторая группа, и мы спокойно вернёмся в ОлдГейт. Правда, в этот раз лучше обойтись без диверсии и массовых взрывов, но здесь ничего обещать было нельзя. На случай, если придётся бежать с фейерверком, устроив напоследок незабываемое шоу, у меня имелся свой план.

Главное, не задерживаться внутри. После того, как спасу ватагу, надо будет устроить терапевтическую прокачку всей группой уровней так на десять, а лучше больше. Ничего так не скрепляет, как хорошая дружеская резня в компании тех, кому можешь доверить свою спину. Я поймал себя на мысли, что уже начинаю делить шкуру ещё не убитого медведя, и сосредоточился на главном.

В планах узла имелось несколько точек входа, где можно смешаться с толпой. Обычно через них завозят новеньких, а фальшивый браслет, который удалось состряпать доктору с Черникой, должен подойти. Он, конечно, не будет блокировать мой доступ к системе, зато прекрасно замаскирует, напрямую подключаясь к временному подкожному импланту, превращая меня в биошлак.

Пока я рассекал по безжизненным землям ВР-1, мне удалось приобщиться, так сказать, к священным текстам и ознакомиться с Кодексом Генетика, и должен признаться, что это то ещё чтиво. Такого сконцентрированного биологического фашизма я не видел никогда. Чьему бы перу ни принадлежало сие произведение, этого человека явно очень часто обижали в детстве и не давали рисовать солнечных зайчиков.

Некоторые цитаты были настолько механически пропитаны ненавистью, что надолго засели в моём сознании, однако, если присмотреться получше, то за всей это ширмой сегрегации стояла одна простая цель — Власть. Определенная группа людей, по праву рождения, печати и крови призвана управлять теми, кто этого не заслуживает. Кажется, на ВР-2 встречалось нечто подобное, но сейчас не об этом.

Кодекс Генетика явно использовался как оружие власти, а вот для чего создали частный лагерь Чёрный узел — для меня пока оставалось загадкой, которую вскоре предстоит разгадать. Машину придётся оставить вдали и пройти некоторое расстояние пешком. В любом случае, она пригодится для обратного пути, и к тому времени бывшему водителю лучше перестать так яростно вонять.

Я вышел из автомобиля в нескольких километрах от Чёрного узла, который со стороны выглядел как огромный чёрный непроницаемый купол, и внимательно присмотрелся. Где-то там должна быть моя ватага, просто обязана быть! Всё приготовление заняло у меня слишком много времени, но сложилось как сложилось. Главное то, что мне наконец удалось выяснить, где их держат, и меня больше ничего не остановит.

Аккуратно сложив одежду на заднее сидение, я нацепил заранее подготовленные тряпки и открыл багажник. Человек, облачённый в форму военной полиции, широко раскрыв рот, смотрел на меня безжизненными глазами. Я мысленно перед ним извинился, нацепил на запястье фальшивый браслет и побрёл в сторону Чёрного узла.

Трев, Элли, Седьмая, Приблуда и Мышь. Не так мы себе представляли ВР-1, покидая горящее Чистилище… Не так всё должно было случиться. Однако реальность сложилась совершенно иначе, и прежде, чем двигаться дальше, я верну себе свою ватагу!