Герцог на счастье

Глава 55

Лицо господина Бонда стало каменным. Он молчал целую минуту, что само по себе было красноречивее любых слов.

— Я не собираюсь покрывать преступников, кем бы они ни были, — заявил он наконец сквозь зубы и встал, чтобы уйти. — Благодарю за гостеприимство. И боюсь, что это наша с вами не последняя встреча.

— Я даже не сомневаюсь, — кивнула я сухо. — Не смею вас задерживать.

Но задержаться господину Бонду все же пришлось. Не успели мы выйти из столовой, как к нам подошел Ховард и негромко предупредил:

— Пришел ваш друг, говорит, что дело очень срочное.

— Да что ж такое! — пронзил меня рассерженным взглядом Далтон. — Вас же нельзя оставлять без присмотра ни на минуту!

— Совершенно с вами согласен, — скупо улыбнулся ему Кеннет. И обратился к племяннице: — Селестина, будь добра, иди к себе, ты перенервничала и очень плохо выглядишь.

А я тем временем кивнула Ховарду и, развернувшись, направилась обратно в столовую. Бонд, естественно, устремился за мной, брюзжа себе под нос:

— Ужасная, ужасная женщина!

— Кстати, вы уже выяснили, кто может быть хозяином ярко-желтого зонта и фонаря, светящегося желтым цветом? — Обернувшись, я снова встретилась с разгневанным взглядом королевского уполномоченного. Похоже, пока что ничего важного выяснить не удалось, но на след Бонд встал и, надеюсь, движется в выгодном нам направлении.

— Оливия! — В столовую влетел возбужденный Джонас, уже предупрежденный Кеннетом о постороннем, при котором следует быть осторожней. Но при этом информацией делиться можно и нужно. Я больше не собиралась скрывать, что веду собственное расследование. Нам, наоборот, требовались помощь и защита Бонда.

— Вы не поверите! — Парень разве что не пританцовывал, так его распирало от новостей. — У артефакта Майбаров есть двойник! Это совершенно точно!

— Насколько точно? — Бонд мгновенно позабыл об усталости, у него даже тени под глазами посветлели.

— Я лично видел запись о создании. Мне было позволено взглянуть в дневник! Я видел почерк одного из величайших мастеров прошлого… — Тут Джонас прервался, вспомнив, что нам полностью не понять его восторгов и благоговения перед артефакторами прошлого. — Заказчиком был лорд Кристофф Майбар, герцог Оттон Гемс, — ясен пень, дальний предок моего Кена, — на свою свадьбу. Это должны были быть парные артефакты для него и его невесты…

Имя невесты мне ничего не говорило, но остальные присутствующие прекрасно поняли, о ком идет речь.

— Что-то пошло не так, да? — Я требовательно уставилась на мужа.

— Да, свадьба не состоялась. А вышеназванная леди чуть позже стала женой князя Эвлонского.

О, вот теперь у меня и, надеюсь, у Бонда все идеально сложилось. Ведь королева в девичестве носила ту же фамилию. Правда, я-то уже давно подозревала ее величество, а у несчастного сотрудника королевской канцелярии сейчас полный разрыв шаблона.

— Еще я внимательно прочел характеристики изготовленных объектов. Они могут запускаться только руками и никогда не ошибаются с целью. А еще…

Бонд жестом, выставив вперед ладони, остановил разгоряченного Джонаса. Ему явно требовалось время, чтобы смириться с услышанным. Тени под глазами к нему снова вернулись, став еще больше и чернее.

— Мне надо увидеть эти записи. Лично.

— Простите, сударь, — растерянно забормотал Джонас. — Нет, возможно… Конечно, давайте попробуем… Надеюсь, нас пустят. Но я не рассказал самое важное! — снова воодушевился он. — Артефакты дополняют друг друга. Если кто-то усыплен одним из них, то его всегда можно разбудить другим. Только главное — не перепутать! Повторный запуск лишь ухудшит состояние спящего.

Обедать мы с Кеннетом сели вдвоем, вот только ни мне, ни ему не сиделось, не елось… Лишь подпрыгивалось, вместе со стулом.

Но приходилось терпеливо ждать возвращения или Джонаса, или Бонда, или их обоих, чтобы узнать, как там все прошло. Позволили ли правнуки артефактора посмотреть записи снова?

Надеюсь, уполномоченному королевской канцелярии не отказывают. И очень надеюсь, что у друга детства Оливии не возникнет проблем в гильдии. И что вообще все будет хорошо!

Ведь благодаря этим записям мы сможем не только полностью оправдать Кеннета, но и призвать к ответу ее величество.

— Интересно, где она прячет свой артефакт? — Кеннет перевел взгляд с окна на меня и вздохнул.

— Знаешь… — Я задумчиво прикусила губу. — На ее месте я бы поменяла артефакты местами. Твой конфисковали в день покушения, верно? И кто-то из гвардейцев точно работает на сообщников этой… умной женщины. Значит, она имела доступ к уликам. Самое умное — сделать подмену. Положить в хранилище тот предмет, который наслал проклятие. И все, взятки гладки.

— Ты права… но тогда мы не сможем… она не отдаст тот артефакт, что может спасти принца!

Глядя, как побледнел от этих предположений муж, я подхватилась, налила ему местную разновидность коньяка — сразу полстакана, заставила выпить и принялась успокаивать.

— Не хочет — заставим, не отдаст — отнимем. Сейчас главное — убедить Бонда выступить на нашей стороне. Я правильно понимаю, что его контора не подчиняется регентше?

— Только королю, — кивнул Кеннет, приходя в себя. — И даже если его величество покинет этот мир, служба королевских уполномоченных будет следить за соблюдением законов вплоть до совершеннолетия нового короля. Она же не позволит регенту узурпировать власть, если он попробует отодвинуть повзрослевшую королевскую кровь.

Я кивнула. Наша история знала немало примеров, когда настоящий наследник так и не добрался до трона вовремя. Тот же Павел, сын Екатерины Второй, ждал свою корону вплоть до смерти маменьки. А здесь, значит, против этого особая служба есть. Умно.

Мы просидели в библиотеке с мужем и коньяком полночи. О том, чтобы пойти спать, даже речи не было. Все равно нервы не дадут отдохнуть, и никакой секс не поможет.

Наконец в холле послышался шум. Мы подскочили одновременно и кинулись к входным дверям, как встревоженные ворами собаки. И попытались с ходу наскочить на господина Бонда с расспросами. Ведь то, что он вернулся в наш дом с новостями, уже говорило о многом.

— Что вы пили? — принюхался мужчина, устало облокотившись на стену возле двери. — Мне тоже налейте. Я отказываюсь дальше вести это сумасшедшее расследование на трезвую голову.