Жена для огненного дракона

Глава 17 Туфли для званого вечера

В замке нас ожидала обувщица с готовым заказом: изящными туфельками, расшитыми цветочными узорами. Тонкий каблучок — сантиметров семь — на вид казался не слишком устойчивым, но мастерица заверила, что сделанные ею туфли за много лет никогда не ломались.

При примерке обувь идеально мне подошла. Я собиралась встать с кресла и пройтись. Обувщица поспешно остановила меня.

— Госпожа Каяра, если всё хорошо и вам удобно в туфельках, лучше сейчас не поднимайтесь, — она выразительно посмотрела на меня. — Опробуйте их попозже.

— Когда попозже? — не поняла я.

Мастерица покосилась на Гариона.

— У себя в покоях, — после небольшой паузы сказала она.

— Но я же должна проверить, какие ощущения будут при ходьбе, — возразила я.

— Если что-то окажется не так, позовете меня, я все поправлю, — медовым голосом ответила обувщица. — Вы, конечно, можете попробовать пройтись и сейчас, но я всегда советую дамам проверять новые туфли в своих покоях.

Похоже, дело в очередных местных тонкостях. То ли при муже ходить в новых туфлях неприлично, то ли сами туфли таят какой-то сюрприз. В общем, я решила послушаться мастерицу.

Стоило мне надеть в спальне туфли и встать, как я тут же пошатнулась. Как местные дамы вообще в этом ходят? Я не сразу обратила внимание, что каблуки располагаются не прямо, а под небольшим углом. Центр тяжести при этом оказался смещен. Может быть, если бы я в прошлой жизни носила нечто в этом духе, то смогла бы при необходимости продержаться в подобной обуви несколько часов. Но тело Каяры не привыкло к ходьбе даже на удобных каблуках, и я чувствовала себя, как корова на льду. Ноги разъезжались, норовили подвернуться, я шаталась и пыталась удержать равновесие.

В итоге я плюхнулась плашмя спиной на кровать.

Надеюсь, обувщица ещё не ушла. Я влезла в матерчатые домашние туфли, схватила расшитое цветочками орудие пыток и ринулась в коридор. Внизу были слышны голоса мастерицы, Фаривы и Валии. Позвякивала посуда, похоже, служанки очень удачно позвали обувщицу перекусить и поболтать.

Я пролетела к лестнице мимо Гариона и ринулась вниз по ступенькам.

— С туфлями есть проблема! — выпалила я, ворвавшись в кухню.

Мастерица отложила булочку и поспешно поднялась со стула.

— Что не так, госпожа Каяра? — озабоченно спросила она.

— Каблук идёт под углом, — объяснила я.

— Что? — обувщица нахмурилась.

— Каблук не прямой, — я продемонстрировала ей туфли. — В этом невозможно ходить.

Валия хихикнула, Фарива громко вздохнула.

— Госпожа Каяра, жены драконов появляются на званых вечерах и танцах именно в таких туфлях, с такими каблуками, — вежливо ответила обувщица. — Обычно все пробуют новую обувь так, чтобы этого никто не видел, привыкают к ней какое-то время. Это ваши первые туфли на выезд, конечно, вам пока что в них неудобно.

Валия молча кивала.

— Все драконицы так и ходят, — подтвердила Фарива. — Жуть жуткая эти их туфли для танцев.

Ну да, для танцев. И как в них танцевать, если я даже стоять в этой обуви нормально не могу? На коньках кататься проще, чем пройтись в парадных туфельках.

— Благодарю, буду привыкать, — скрипучим голосом произнесла я.

— Как там в поселениях, интересно было? — спросила Фарива. — Представления устраивали?

Интересно было, но наши с Фаривой интересы совершенно не совпадают. Я никак не смогу дать ей захватывающую информацию для обсуждения на рынке.

— Только музыканты пели, — ответила я. — Мы нигде не задерживались.

— А глав поселений видела? — не отставала Фарива.

Я кивнула. Было бы на что смотреть! Я и в прошлой жизни видела достаточно нечистых на руку начальников.

— И как? — влезла Валия.

— Главы как главы, — буркнула я. — Благодарю, — я обратилась к мастерице. — Буду разнашивать туфли. Не подскажете, есть какой-нибудь секрет, чтобы научиться ходить в них побыстрее?

— К сожалению, только время, госпожа Каяра, — она развела руками.

Ну что же, времени у меня много, могу упражняться хоть часами. Хотя…

— А драконья магия может помочь? — с надеждой спросила я.

— Об этом вам лучше спросить вашего супруга, — вежливо сказала мастерица. — Я не слышала, чтобы для привыкания к обуви применялась магия, но мне о таких вещах и не рассказывают.

Попрощавшись с обувшицей, я ринулась на второй этаж.

— Каяра, скоро придет лекарь, — крикнула мне вслед Валия.

Поднимаясь по лестнице, я услышала негромкий голос обувщицы:

— Вы слишком по-свойски разговариваете с госпожой Каярой. Она теперь — жена дракона и…

И мне пока что нужны советы и разъяснения, поэтому я терплю излишнюю фамильярность Валии и особенно Фаривы. Мастерица, конечно, права, но вряд ли ей удастся в чем-то убедить служанок. Когда будет нужно, я сама создам нужную дистанцию между собой и прислугой.

Что там Валия говорила о лекаре? Я мысленно выругалась словами, каких в этом мире ни разу не слышала. За время поездки и с туфлями, в которых невозможно ходить, совсем забыла об идее Гариона проколоть мне уши. Да что ж за день сегодня такой⁈ Вернее, вторая его половина, первая была очень даже ничего.

Я огляделась. Гариона в коридоре не было. Ну что ж, значит, вспомню, что я его законная жена, и загляну в его покои. Или в хранилище, если не найду дракона в его спальне.

Гарион сразу отозвался на мой стук, и я решительно ввалилась в комнату с туфлями наперевес. Он стоял у окна в чем-то вроде темного халата.

— Я не могу в этом ходить, — сообщила я, потрясая обувью. — Обувщица сказала, что это нормально и нужно привыкнуть. Получится использовать твою магию, чтобы туфли стали удобными?

— Попробую, — флегматично пообещал Гарион. — Не слышал, чтобы кто-то тратил на такие вещи магический ресурс, но почему бы и нет? Сегодня попозже проверим, можно ли магией сделать туфли такими, как ты хочешь. Уйдет лекарь, ты привыкнешь к новым ощущениям с серьгами в ушах…

— Ну уж нет! — выпалила я. — Я не хочу дырявить свои уши.

— Каяра, все жены драконов носят определенные драгоценности, — спокойно напомнил Гарион.

— Я не против драгоценностей, — я глубоко вздохнула. — Неужели нельзя прилепить мне серьги как-то магически? Или сделать на них защёлки, чтобы пристегивались к ушам? — я вспомнила о клипсах.

Не думаю, что их было бы так уж трудно изготовить.

— Как прищепки? — Гарион хмыкнул.

— Да, вроде того, — я энергично закивала. — Только маленькие, чтобы их не было видно.

— По-моему, проще было бы проколоть уши, — Гарион пожал плечами.

— И больнее, — подхватила я. — А потом, я слышала, ранки в ушах ещё должны зажить, и это тоже больно. Приделать прищепочки к серьгам не так уж сложно.

— Приделают, — хмуро пообещал Гарион. — Скажи Фариве или Валии, пусть пошлют кого-нибудь передать лекарю, чтобы не приходил.

И все? Так легко сдался? Я ожидала крупного, почти семейного скандала.

— И пока что не мешай мне, я кое-что продумываю, — добавил он.

— Благодарю, — я почти довольная вылетела за дверь.

От одной проблемы вроде избавилась, вечером напомню Гариону, чтобы разобрался с туфлями. Буду реалисткой, танцевать в них фрейк я не смогу. В лучшем случае, научусь шествовать в линселе, вцепившись в Гариона для опоры.

Любопытно, о чем так задумался дракон. В карете он сидел со мной в обнимку и смотрел очень выразительно, до этого намекал на приятный вечер. А теперь моего супруга за несколько минут как будто подменили. И не похоже, чтобы играл. Я не раз видела такое сосредоточенное выражение лица у разных людей. Обычно оно было связано с проблемами, которые надо решать поскорее, но непонятно, что именно с ними делать.

Что обеспокоило Гариона, выяснилось за ужином.

— Фарива, к утру нужно подготовить гостевую комнату, — сказал он, только войдя в столовую. — Подальше от моей спальни.

— Для кого? — уточнила служанка.

Я тут же представила, как весь рынок с утра будет обсуждать новости из замка.

— Для дракона, разумеется, — в голосе моего супруга скользнуло лёгкое раздражение. — Сюда прибудет мой младший брат. На всякий случай готовьте две комнаты, — после короткой паузы добавил Гарион. — Возможно, он прилетит вместе с матерью.

— Все сделаем, господин Гарион, — с энтузиазмом и с горящими глазами пообещала Фарива.

— И ещё. Если кто-то назовет при госте мою супругу просто по имени и на ты, — уволю, — ровным голосом пообещал он. — Обращайтесь к госпоже Каяре, как положено, начиная с этой минуты.

— Да, господин Гарион, — лицо Фаривы вытянулось.

Она поспешно вышла из столовой. Я отметила, что предстоящему приезду родни мой супруг совсем не рад. Между бровями Гариона пролегла заметная морщинка.

— Постарайся поменьше общаться с гостем наедине, — негромко заговорил он.

— Может, лучше сразу скажешь, какие темы с ним не обсуждать? — спросила я. — Не могу же я бегать от твоего брата и матери по замку, если они захотят поговорить.

Я была почти уверена, что родственники Гариона прибудут на меня посмотреть. Наверняка до них дошли интересные слухи, распущенные Квиром и Гвиром.

— Мать вряд ли прилетит, — хмуро сказал Гарион. — Я, знаешь ли, позор ее рода, в котором никто не занимался торговлей. Но комнату на всякий случай пусть подготовят.

Ну, «позоров семьи» мне приходилось в силу профессии видеть достаточно. Знаю, из-за какой ерунды иногда безумные родители рвут отношения с вполне благополучными детьми — то их не устраивает невеста сына, то выбранная им профессия оказывается «не интеллигентной» или «не мужской», то расходятся во взглядах на вещи, которые могли бы просто не обсуждать. В общем, Гарион меня не слишком удивил.

— Брат — не позор рода? — уточнила я.

— Разумеется, — Гарион хмыкнул. — Он блюдет все традиции. И я понятия не имею, по какому поводу Лингон решил посетить замок. Он никогда здесь не появлялся, общались мы только на званых вечерах и очень недолго.

Постепенно, путем осторожных расспросов, я выяснила, что брат Гариона не родной, а сводный, от другого мужа матери. Оказывается, драконы иногда всё же разводятся, если жена-драконица добровольно уходит из замка. Как я поняла, энергичная дама бросила супруга и упорхнула к какому-то властелину побогаче. С бывшим мужем поддерживала отношения на уровне «здоровались на званых вечерах», со старшим сыном перестала общаться, как только он начал зарабатывать монеты, продавая поселянам закалённые драконьим огнем металлические предметы — от этого они приобретали невероятную стойкость. Сельскохозяйственные орудия, ножи, топоры не тупились, не ржавели, не гнулись и никаким образом не портились.

Затем Гарион наладил доставки для драконов всяких продуктов из поселений — разумеется, втридорога, зато прямо в замки. Этого его родня по материнской линии уже никак не могла стерпеть. Отец оказался более лояльным — возможно, потому, что других наследников у него не было. И вот теперь, стоило Гариону получить власть, почти сразу объявились родственнички.

— А торговлей ты больше не занимаешься? — я не сдержала улыбку.

— В том-то и дело, что занимаюсь, только через управляющих, — Гарион хмыкнул. — И на металл дышу не сам, нанял для этого двух толковых молодых драконов. В общем, я по-прежнему позор семьи. И что от меня могло понадобиться родне — могу только предполагать.

Мотивы примирения в таких случаях чаще всего — деньги, связи или власть, приобретенные «паршивой овцой» благородного рода. Я совершенно не верила в бескорыстное желание сводного брата пообщаться с Гарионом. Согласна, что болтать с гостем надо поменьше: неизвестно, какая информация и для чего может быть ему нужна.

— Откуда ты узнал, что твой брат сюда собирается? — поинтересовалась я.

— Птичья почта, — рассеянно ответил Гарион. — Кстати, надо будет написать ответ.

Системой птичьей почты я заинтересовалась, а потому после ужина околачивалась поблизости от Гариона под предлогом ожидания урока танцев. В сокровищнице он быстро написал записку на белой бумаге, я в это время разглядывала серьги из шкатулки с украшениями и прикидывала, к каким из них можно незаметно приклепать маленькую прищепку.

Гарион открыл окно и дважды громко свистнул. Со стороны леса почти тут же прилетела яркая птица размером с сороку, но с синими крыльями, красной грудкой и жёлтым хохолком.

— В замок Угандара, — сказал Гарион и протянул ей свёрнутую в трубочку записку.

Птица схватила бумагу клювом. Толчок с подоконника, взмах синих крыльев — и пернатый почтальон взмыл в небо.

— И что ей за это будет? — спросила я.

— За это Валия каждый день носит в лес свежие лепешки, — ответил Гарион.

Интересная у них система передачи информации. Летает птица довольно быстро, она уже скрылась из виду, так что записку в другую область доставит скорее, чем почта нашего мира.

— Так этой почтой можно и с главами поселения общаться, — задумчиво сказала я.

— С главами поселения именно так все драконы и общаются, — кивнул Гарион. — Я думаю, как устроить, чтобы хоники приносили сюда прошения, которые мне не показывают главы поселений.

Хоники? Надо будет запомнить, как называют птиц-почтальонов. Уж это Каяра должна была знать.

— Скорее всего, так не получится, — заметила я. — Если назначить время и место отправки, любой глава все равно проконтролирует, кто и что передаст тебе через птиц.

— В том-то и дело, — кивнул Гарион. — И если ко мне прибудут жаловаться в приемный день в замок, глава тоже об этом узнает. Потому поселяне и боятся лишний раз открыть рот.

Ну да, дракон приехал и уехал, а непосредственное начальство осталось, и с ним лучше ладить. Что ж, подкину Гариону простую идею.

— А если поставить в каждом поселении какой-нибудь ящик для прошений? Лучше металлический, — начала я. — С замком, который сможешь открыть только ты, и с щелью, чтобы туда можно было закинуть прошение или жалобу. Такой ящик, чтобы его нельзя было поднять и унести, — добавила я, представив, как глава поселения тащит ящик туда, где до него никто не доберется. К себе домой, например.

— Можно, — Гарион взглянул на меня с интересом. — Благодарю, подумаю об этом. Мысль хорошая, только поставить надо там, где его не смогут охранять.

Тоже верно, иначе родственники главы поселения будут дежурить у этого ящика днями и ночами.