Город Бегемотов

Глава 7

Первым в квартиру вошел Дэм, на всякий случай держась за рукоять сабли. Его движения были напряжены, глаза чуть светились в темноте, он внимательно окидывал взглядом каждую деталь в подъезде, начиная с признаний в любви некоему Марусику и заканчивая фантиками у лестницы. Воин Духа наказал не мешаться под ногами и я, как примерная и послушная девочка, семенила позади, с интересом выглядывая из-за его плеча. Интуиция молчала, потому страх если и накатывал удушливыми волнами, то лишь периодами. Возле входной двери, прямо на пороге, сидел Бегемот. Было заметно, что кот недоволен: хвост ходил ходуном, а взгляд зеленых глаз источал ехидное: “Ну что, вернулись?! И где вас демоны носили?”.

— Алиночка, ты дома? — с кухни вышел дедушка. Такой же, как и раньше: темные волосы, которые едва-едва взяла седина, упрямо сомкнутые губы и добрые, но усталые глаза. За то время, что его не было — он не изменился. Хотя о чем это я? Это только кажется, что прошло несколько месяцев, но на самом деле всего пару тройку недель.

— Дедушка! — воскликнула я и тут же повисла у него на шее, скидывая по дороге легкую ветровку. А после ехидно добавила, — совсем ты забыл про любимую внучку!

— Ну я же обещал к твоему дню рождения вернуться, — усмехнулся дедушка, не замечая Дэма. Тот завис в дверном проеме и внимательно наблюдал за нашей встречей. — А ты… Ты что?! Татуировку сделала?! Алина! Это же…

В его голосе прозвучало неподдельное возмущение, даже ярость. На моей памяти, дед никогда не позволял так себе разговаривать с кем бы то ни было. Он отстранил меня от себя и начал пристально разглядывать. И тут Дэм тихонько кашлянул, привлекая к себе внимание. Я насторожилась — мне категорически не нравилось все, что сейчас происходило. Да и колокольчик проснулся и издавал тревожные трели. Дед отвлекся от меня и цепким взглядом впился в Воина Духа, тот в долгу не остался — но в ответ смотрел как будто на зверушку в зоопарке.

— Я так понимаю, что это вас мне следует благодарить за то, что на моей внучке знак принадлежности? — ледяным тоном процедил он.

Откуда он про это знает?! Что происходит? Почему в глазах Дэма играет неприкрытая вражда и агрессия, почему руки деда трясутся от злости?

— А я так понимаю, что это вас следует благодарить за то, что душа вашей внучки принадлежит вовсе не ей? — в тон ему произнес парень. Костяшки пальцев, которыми он держался за рукоять, побледнели.

Дедушка медленно выдохнул, прикрывая глаза и стараясь успокоиться. Черт, у него же сердце больное!

— Деда, что с тобой? — я подскочила к нему, цепляясь за руку, пытаясь узнать, чем помочь и толком не понимая, что происходит.

— Мм, как там говорится? А ларчик просто открывался? — мрачно произнес Дэм. — Поздравляю, Алин, мы подобрали к нему ключик и пришли к разгадке. Позволь вас познакомить, — Дэм на мгновение подался вперед, к деду, но, увидев мой испуганный взгляд, замер. — Перед тобой человек, благодаря которому твоя душа тебе не принадлежит.

— Но… Что? — накатил ужас, закружилась голова. Нет, я не хочу верить. Может, я что-то не так поняла?

— И за какие блага вы заложили душу любимой и единственной внучки? За карьерный рост? Вечную жизнь? За что? — со злостью в голосе поинтересовался Дэм.

— Дэм, прекрати, — прошептала я, опираясь на стену. В висках пульсировала боль.

— А что прекрати, Алин? — выплюнул Воин Духа. — Я не уверен, что артефакт поможет тебе в полной мере. Но я хоть что-то попытался предпринять. Как и Альвина! Сколько ты нас знаешь? Месяц? А вот человек, которого ты знаешь всю свою жизнь сперва искалечил тебе жизнь, а потом палец о палец не ударил, чтобы вытянуть из всего дерьма, что сам же и наворотил!

В следующий момент произошло невероятное: дедушка, в руке которого внезапно появился кинжал, стремительно бросился на Дэма. Тот молниеносно выставил саблю перед собой, отводя удар в сторону. Второй рукой резко выбил кинжал из руки деда. Он отскочил, но Дэм подался вперед, хватая его за руку и потянув на себя. Дедушка не воспротивился, наоборот, двинулся вперед, чтобы заехать Воину Духа в нос, но тот присел и плечом влепил дедушке в живот. После чего незаметным моему глазу движением извернулся и оказался сзади, прислоняя к шее деда саблю, а второй рукой заливая ему в рот жидкость из какого-то флакончика.

Дэм! — вскрикнула я, бросаясь к ним. Тело дедушки обмякло, но он остался в сознании.

Это всего лишь зелье истины, — раздраженно произнес Воин Духа. — Или ты не хочешь знать, в чем соль? Что послужило причиной такому поступку?

Дэм, оставь нас, — пробормотала я. — Это семейное дело, мы сами разберемся.

Я боялась, невыносимо боялась, что Дэм нанесет дедушке еще больше боли. Он уже тяжело дышал, а рука тянулась к сердцу, как будто оно болело.

Дэм, оттолкнув его, пробормотал какие-то ругательства и, стараясь не встречаться со мной взглядом вышел на лестничную клетку. Громкий грохот шагов известили, что Воин Духа направился вниз.

Бегемот крутился у моих ног, а дедушка замер в центре прихожей, взглядом уткнувшись в пол. Подняв нервничающего кота на руки, я крепко прижала его к груди и направилась на кухню, ставить чайник. Разговор, похоже, предстоит долгий и во мне теплилась надежда, что дедушка сможет все объяснить так, чтобы я поняла и уверилась в правильности его решения.

Я тебя жду, — прошептала я.

Дедушка вошел на кухню, когда чай был почти готов. Сев на свое любимое место, около окна, он наконец поднял на меня взгляд.

— Можешь мне все объяснить? — я нашла в себе силы для вопроса.

— А что тут объяснять? — от растерянности деда не осталось и следа. Он говорил твердым уверенным голосом. — Я заложил твою душу одному из высших демонов.

— Но ведь у тебя не было другого выхода? Ты был болен или кто-то из близких тебе людей был при смерти? — хрипло поинтересовалась я. Мне казалось, что я оказалась в самом центре бушующего океана и старалась зацепиться за соломинку.

— Был и другой выход, — кивнул дед. — Но я был юн и максималистичен. И тогда это казалось мне самым действенным способом. Этот щенок отчасти прав, ради продвижения на службе…

Что-то внутри меня оборвалось. Оказалось, что даже тонкая соломинка была всего лишь галлюцинацией — мне хотелось верить в лучшее, но нет. А что, если я сплю? А это просто новый кошмар…

С двадцати лет я работал в тайном отделе по борьбе со сверхъестественным. Не то, чтобы я по началу был успешным сотрудником. Я понимал, что мне чего-то не хватает. Суккубы, инкубы, мавки и прочая нечисть… я не понимал их образ мышления, их цели, и не хватало мне знаний. А твоя бабушка, наоборот, была одной из лучших. Я влюбился, как и многие. Вокруг нее всегда было много ухажеров, потому мне нужен был план. Чтобы она меня заметила. Я с головой погрузился в изучение тех, с кем мы так самозабвенно боролись. Даже глубже, чем того позволял Устав. Однажды я наткнулся на магазин, благодаря которому я смог бы открыть уйму тайн: огромное количество старинных фолиантов, приоткрывающих завесу мироздания, ингредиенты для различных зелий, тайные свитки… Я был жаден до знаний, переступил порог… и вышел на демона, способного утолить мое стремление стать лучшим. Хар Дарсан Зууд Шиг. Тогда я полноценно не понимал, что происходит, тогда я хотел лишь стать лучшим. Он пошел мне навстречу, но цена была однозначна — душа внучки. У меня тогда и детей то не было, даже не хотелось, потому расплата казалось мне какой-то призрачной и нереальной, потому я согласился. Спустя год я достиг цели — пошел на повышение, да и твоя бабушка, наконец, меня заметила. Мы начали встречаться, затем поженились, а после появилась твоя мама… К тому моменту я уже и думать забыл про сделку, семейная жизнь накрыла меня с головой. Мы даже планировали уйти из ведомства… Тогда она сказала, что это ее последнее дело — зачистка стаи оборотней. Она не вернулась, а мне не удалось ее спасти. Хваленые Воины Духа не пришли на выручку, хотя с ними у нас всегда были стабильные взаимоотношения. Никто не помог и мы остались с твоей матерью вдвоем. Я не рассказывал ей, где работаю, не хотел, чтобы юное дитяко знала, что мир, в котором мы живем, не так прост, как мог бы показаться на первый взгляд. А о сделке я вспомнил лишь тогда, когда ты родилась…Но это щенок прав, я и правда не попытался ничего сделать. Да и что может обычный человек выставить против демона? Но нет, я не жалею. Годы, проведенные с твоей бабушкой, были лучшим временем моей жизни. И я ценю каждое мгновение прошлого, проведенного рядом с ней. И даже сейчас, если бы кто-то поставил меня перед выбором, я бы заплатил цену снова…

Заключительные слова дедушки стали последней каплей. Слезы, текущие по моим щекам на протяжении всего рассказа мгновенно высохли, а внутри поселилась темнота и пустота. Противно. Мерзко. И холодно… Человек, на которого я всегда хотела равняться, которого уважала, безумно любила и считала самым близким человеком на свете… предал меня? И предал бы вновь, если бы представился случай?

Мир рассыпался мириадами крохотных осколков, земля под ногами дрожала, а потолок ходил ходуном.

Я молча встала, пошла в свою комнату, зажимая притихшего Бегемота подмышкой. Достала из шкафа спортивную сумку, покидала туда самые необходимые вещи. Через пятнадцать минут я уже спускалась по лестнице, засунув кота под толстовку и придерживая его одной рукой… Дедушка меня не задерживал.

Слезы вновь текли ручьем, очень хотелось все бросить и биться головой об стену. Выйдя из подъезда, я набрала номер Ваньки. Хотелось все рассказать, поделиться, поплакаться в жилетку… “Абонент не абонент” — сообщил безучастный голос.

Машина, припаркованная возле подъезда, выехала с места и встала возле меня. Кажется, это автомобиль Дэма. Хотя какая уже к черту разница?..

Сон…

Мне три года и дедушка берет меня на руки, чтобы я могла получше рассмотреть бегемота в зоопарке.

— Дедушка это животное совсем некрасивое, пойдем лучше на лошадок посмотрим! — капризно заявляю я.

— Алиночка, милая, если животное не так красиво, это не значит, что оно не заслуживает любви и интереса… — нравоучительно говорит дедушка.

— Но ведь оно большое и совсем не гра… гра…

— Грациозное? — смеется дедушка.

— Да! — с улыбкой отвечаю я.

— Как ты думаешь, бегемоту обидно, что на него совсем никто не смотрит, а все бегут к красивым зебрам и ланям?

— Но это же животное! Как ему может быть обидно? — недоумеваю я.

— Каждый в этом мире обладает эмоциями и чувствами. И бегемоту тоже хочется, чтобы его любили.

— Тогда пойдем кормить бегемота! Лошадок и так все кормят! — тут же делаю свои выводы трехлетняя я.

И мы действительно идем кормить бегемота, а дедушка мне потом покупает мягкую серую пузатую игрушку.

Мне пять лет и я потерялась в магазине. Вокруг лица незнакомых людей и мне страшно. Тут неожиданно в толпе я вижу знакомое лицо дедушки и с ревом бегу к нему. Он подхватывает меня на руки и крепко обнимает, приговаривая, как сильно он волновался и испугался, когда не обнаружил меня рядом.

Мне десять лет и мама отдала меня дедушке на неделю, чтобы съездить к отцу. Мы делаем вместе уроки. Делать уроки с дедушкой всегда интересно, он пробуждает во мне интерес к этому, казалось бы, скучному занятию, рассказывая интересные истории и помогая справиться с числами, в которых я всегда плохо соображала. На душе легко и спокойно. Так всегда, когда я рядом с ним…

Так всегда БЫЛО… Но будет ли?..

Проснулась я в абсолютно незнакомой обстановке. Мягкая кровать, напротив располагались стройные ряды книжных полок. Мягкий уютный диван с торшером, от которого исходил теплый желтоватый свет, в углу. На стенках разные плакаты с письменами и узорами. Плотно завешенные темные шторы, не впускающие свет в комнату. Хотя, может быть, сейчас ночь?

— Опять кошмары? — услышала я обеспокоенный голос Дэма справа.

Он полулежал на противоположной части постели, на коленях лежала книга.

— Да… — вздохнула я. — Только эти я помню. К сожалению.

— Кошмары из прошлого? — понимающе переспросил парень.

— Нет-нет… Сны приятные, просто… — в горле опять образовался комок.

— Не объясняй, — понимающе произнес Дэм. — И… Прости меня.

— За что? — удивилась я.

— Мне не стоило вмешиваться, это и правда ваше семейное дело. Просто я очень разозлился, когда увидел на его душе такой же отпечаток как и у тебя на пятке.

— Не извиняйся. Может, это тот случай, когда я бы предпочла, чтобы мне соврали, но… Пожалуй, правду знать мне стоило.

— Аль, ты почти не спала.

— А где мы?

— У меня дома, — ответил Дэм. — Я решил, что тебе сейчас надо в какой-нибудь уголок спокойствия и умиротворения.

— Тут очень уютно, — кивнула я, приподнимаясь. Обеспокоенно спросила, — а где Бегемот?

— А он с рыбками играет, — хмыкнул Дэм.

— В смысле?

— Загляни под кровать.

Я послушалась. Под кроватью располагался небольшой аквариум с яркими, светящимися в темноте, рыбками. Напротив него лежал Бегемот и не отрываясь следил за тем, как они плавают, периодически стукая по стеклянной поверхности лапой.

— А почему они под кроватью? — поинтересовалась я, возвращаясь на постель.

— Им там нравится, — просто ответил Дэм. — В шкафу они сидеть отказываются, но комфортно им только в темноте. Поэтому, если тебе очень захочется, открыть шторы, подумай несколько раз. На лампу они внимания не обращают.

— Они… Они очень красивые.

— Ага, — вздохнул Дэм. — Жаль только пока что абсолютно бесполезные. Ну ничего, подрастут и оружие с их слизью сможет убить любое потустороннее существо. Правда до этого еще далеко.

— Я бы удивилась, если бы они так и остались бы бесполезными, — хмыкнула я. — С твоей-то практичностью.

— Алин, с днем рождения! — откладывая книгу, внезапно произнес Дэм.

— Да уж… — вздохнула я. — Прекрасный день.

— Ну вообще-то, пока ты юна, подобные праздники еще имеют значение. Ведь происходит становление твоей личности и характера. Вот после ста уже подобное сложно заметить. Это как с зачеткой, первые два курса ты работаешь на нее, а потом она на тебя. Так же и с возрастом. Первую сотню лет ты нарабатываешь характер, принципы, формируешь мышление, ставишь цели, а потом уже просто с этим живешь.

— То есть после ста уже перестаешь развиваться? — хмыкнула я. Кажется, Дэм забыл, что люди редко доживают свой век.

— Для каждого вида по-своему, — ответил он. — Ведьмы, к примеру, развиваются всю жизнь. Их характер может поменяться десятки, если не сотни раз. Вампиры и оборотни перестают меняться годам к пятидесяти — их крайне сложно, фактически невозможно перевоспитать. Суккубы и инкубы редко доживают до этого возраста, в их рядах очень высокая смертность. Им хватает ума даже между собой биться. С Воинами Духа сложнее. Наш главный принцип закалять этот самый дух. В целом, это происходит на протяжении всего нашего биологического существования, но это скорее превозмогания над самим собой. Воины Духа те еще упертые бараны, хотя ты, возможно, уже заметила. Людям повезло многим больше — им от природы дано гибкое мышление, возможность видеть и замечать. Вот только мало, кто этим пользуется…

— Спасибо за поздравление, — хмыкнула я. — Про барана особенно понравилось. Но вот, вынуждена напомнить, нечасто люди полноценно проживают свой век.

— С учетом того, что с тебя не снимается мой знак принадлежности, у тебя есть все шансы дожить до сотни, кстати.

— Я думала, ты это специально для матери сказал, — удивленно ответила я.

— Я сказал это специально для матери, чтобы она выяснила почему. Но то, что она не снимается — факт.

Но… Ешкин-кошкин! Как же так? — заволновалась я. — Если ты не сможешь ее снять, то не получится пометить свою избранницу.

Сказала и хмыкнула. Звучит так, словно Воин Духа — пес, который помечает свою территорию.

— Не переживай, — отмахнулся парень. — В ближайшую сотню лет я все равно не планировал. Зато благодаря метке я могу защитить тебя. Это моя обязанность, в конце концов. В договоре с Альвиной четко прописан пункт защиты ее помощниц.

Почему-то стало очень неприятно. Бегемотик отвлекся от рыбок и запрыгнул ко мне на колени, после чего робко заглянул в глаза.

Стало немного неприятно, но развеев эту эмоцию как сигаретный дым, я начала гладить вскочившего на постель Бегемотика.

— Его же покормить надо, — спохватилась, наконец.

— Покормлено твое животное, не переживай, — усмехнулся Дэм. — Кстати, на тему дня рождения… Протяни руку и закрой глаза.

— В прошлый раз, когда ты меня просил закрыть глаза, ты мне проколол ухо. Ты же не станешь делать то же самое и с рукой?

— Не брюзжи и протягивай, — строго произнес Дэм. Ешкин-кошкин. Пока я ждала, до меня дошло, что мы с ним лежим в одной постели. Стало неловко, я почувствовала, как щеки заливает румянец. Интересно, это видно в свете торшера?

— Открывай, — требовательно произнес Дэм.

Открыв глаза, я увидела на своем запястье тонкий браслет с подвеской-котом. Его глаза были яркими зелеными камушками, чуть поблескивающими.

— Ух ты… Красота какая… — не кривя душой произнесла я. — Спасибо!

— Ты даже не знаешь, что это такое, — самодовольно ответил парень.

— И что же? Если бы это было обычное украшение, то было бы слишком просто?

— В точку, — усмехнулся Дэм. — Это подарок, как ты уже поняла. Но не только тебе, но еще и твоему коту. Благодаря этому браслету между вами будет связь, и ты сможешь его призывать туда, где бы ты не была. Он всегда сможет быть с тобой рядом. У тебя очень сильный фамильяр. Любая ведьма бы позавидовала. Но достался он почему-то обычной человечке… Впрочем, сперва ему надо подрасти.

— Дэм… — тихо произнесла я. — Это… Это действительно удивительный подарок.

— Обращайся, — самодовольно изрек Дэм. — Это просто решит некоторые проблемы. Кстати, тебе Ванька звонил…

— Точно, я же ему пыталась дозвониться!

— Ты уж прости, но я ответил, а то названивал он нон-стопом.

— И?..

— Он хотел поинтересоваться, какого черта ты ушла из дома.

— А ты?..

— А я сказал, что у тебя были веские причины.

— А он?

— А он, поинтересовался, почему он обо всем узнает последним и спросил где ты.

— А ты?

— А я сказал, что ты со мной, и он может не беспокоиться.

— А он…

— А он выразил замысловатую обиду на тему того, что у тебя есть друг, к которому ты можешь обратиться в любой сложной ситуации, и с которым знакома почти всю жизнь.

— А..?

— А я сказал, что ты просто не могла до него дозвониться, ему стало стыдно, и он спросил, куда он может приехать. Я, в свою очередь, сообщил, что ты спишь, но не мог не продиктовать адрес, потому что твой друг достаточно сильно начал злиться от моего, по его словам, формального тона. Он даже умудрился несколько раз послать меня к черту, но я на него не злюсь, потому что понимаю, что он просто за тебя волновался и не понимал, почему ты ушла от деда, с которым жила душа в душу.

На глазах вновь появились слезы и Дэм тут же заткнулся.

— Душа в душу это я, наверное, совсем некорректно выразился… — пробормотал он.

Я, неожиданно для самой себя, громко рассмеялась. Слезы тонкими струйками стекали и по щекам, но я хохотала, как безумная. Вот так каламбур!..

— Совсем двинулась? — пораженно спросил Дэм.

— Просто мне показался этот комментарий жутко забавным, — вновь хихикнув, ответила я.

— Ты… Ты просто… капец! — пораженно произнес Дэм. — Я уже планировал, как выводить тебя из затяжной депрессии, а ты уже весело ржешь с самой неудачной шутки, которую можно было придумать!

Я на минуту задумалась, постаравшись совладать с роем мыслей, возникших в моей голове.

— Дедушка говорил, что не надо ни о чем жалеть. Будет глупо, если такая мудрость пропадет вместе с нашей с ним долгой дружбой. Я не хочу задумываться, почему самый добрый человек, которого я знала, так поступил, больше не хочу копаться в его мотивах. Это сделано. Этого не вернуть и не изменить. Разумеется, это будет причинять мне боль на протяжении долгого времени, но я думаю, что глупо убиваться… теперь. Предательство в нашем мире было… есть и будет. Если бы то были незнакомые люди, то не было бы так тяжело, но… Как я уже сказала, с этим ничего не поделаешь.

— Интересно, — пробормотал Дэм. — С таким мышлением ты бы стала идеальным Воином Духа!

— Но мне не повезло. Я первая и единственная дочка, — ухмыльнулась я. — Лучше расскажи про Жанну. Как ее так угораздило… И про артефакт матери.

— А Жанна просто очередной феномен клана, как и мой знак принадлежности, который отказывается сниматься. Очень долгое время, когда она еще пыталась доказать, что женщины и мужчины равны, ей удавалось оставаться одной из самых сильных Воинов. Ну а потом ты видела. Я с легкостью победил ее в схватке, хотя раньше она не позволила бы мне и на метр приблизиться. Она стала слабой.

— А может это не Жанна стала слабой, а ты сильным?

— Вполне возможно, — задумался Дэм. — Но мне проще думать, что клан разваливается, а не я иду вперед… Проще восстановить путеводную звезду, чем становиться ей для многих.

Повисло молчание. Каждый из нас задумался о своем.

— А теперь спи, — произнес Дэм. — Завтра сложный день. С утра приедет Ванька, чтобы сопроводить тебя в вуз, потому что, цитирую: «Я уже устал прикрывать ее прогулы». Вечером же у вас посиделки с его семьей. Ваньке хватило ума пригласить твоего деда, но тому хватило такта отказаться, сославшись на здоровье. Хотя вот с чем-чем, но со здоровьем у него все в порядке.

— Действительно сложный день, — вздохнула я и встала с кровати, проигнорировав фразу про деда. — Дашь мне какой-нибудь плед?

— Зачем? — недоуменно поинтересовался Дэм.

— Ну я на диванчике лягу, чтоб тебя не стеснять

— Знаешь, есть несколько цитат. После драки кулаками не машут или поздно пить боржоми, когда желудок иссох. В общем, мы уже провели время в одной постели, а на диване спать, мягко говоря, неудобно.

— Но…

- Если ты так сильно волнуешься за свою честь, то так и быть, на диване лягу я.

— Но…

— Да не парь ты мне мозги и ложись. И позволь мне хоть чуть-чуть побыть джентльменом. Я сам там лягу, если для тебя это играет такую важную и большую роль, только позволь мне дочитать. Тут освещение лучше.

— Ну ладно, — согласилась я. Очень сложно спорить с человеком, который так сильно верит в свою правоту.

Когда я погружалась в сон, последней моей осознанной мыслью было: «а почему это на кровати освещение лучше, если торшер стоит прямо подле дивана?».

Когда я вновь проснулась, долго пыталась сообразить — где я. Лениво повернувшись на другой бок, уткнулась в голую спину, усыпанную огромным количеством татуировок. Почему-то я даже не удивлена, что на диван он не пошел. Когда тебе больше сотни лет, тебе не парят подобные мелочи. А вот мне резко стало неуютно.

Но знаки на его спине увлекли. Я как завороженная их разглядывала, понимая, что это целое произведение искусства. Они словно жили своей жизнью — некоторые из них едва заметно шевелились, другие замерли в безвременье.

— У меня от твоего взгляда спина чешется, — услышала я голос Дэма.

— А вот если бы последовал своему обещанию и лег на диван, то ничего бы не чесалось, — нагло ответила я. — Развращаешь юную девушку!

— Знаешь, обычно я сплю голышом, — Дэм допустил театральную паузу. — И если бы я тебя развращал, то не стал бы задвигать подобные привычки куда подальше.

— Ну за это тебе великое спасибо! — усмехнулась я.

Не то, чтобы меня сильно смущали полуобнаженные мужчины. Нет. Но меня в принципе смущали мужчины, которые провели со мной ночь в одной постели. За исключением Ваньки, наверное. Он для меня был той самой лучшей подружкой, с которой в детстве можно было разделить горшок.

Дэм встал с постели. Брюки на нем действительно были и в кои то веки не цепастые, а обычные. Спортивные. Он лениво подошел к окну, замер возле штор, потягиваясь.

— Дэм, а тут душ есть? — я отвела взгляд в сторону.

— Прямо по коридору, вторая дверь справа. Правда коридор громко сказано. Короче, выйдешь и зайдешь в правую дверь. Полотенце на полочке.

Квартира у Дэма и вправду оказалась совсем небольшой, но очень уютной и чистой. В ванной все баночки и скляночки были расставлены будто по цветам и размерам, чистые полотенчики общей стопочкой лежали на полочке. Ешкин-кошкин, кажется, Дэм самый настоящий перфекционист. Либо у него есть домовой. Третьего не дано. Домовой — перфекционист это, наверное, большая удача в жизни.

Приняв душ и одевшись в чистую одежду, я вышла из ванной комнаты и столкнулась лицом к лицу с Дэмом. Ну лицом к лицу — слишком громко сказано, скорее, уткнулась в грудь. Опять неловко, да что же это такое?!

— Я пойду завтрак приготовлю, — буркнула я и зашла в соседнюю дверь. которая, к счастью, оказалась кухней. Такс, а холодильник-то совсем не похож на холодильник столетнего холостяка. Все аккуратно расставлено по полочкам.

Пока Дэм принимал душ, я приготовила банальную яичницу с сыром и помидорами и пожарила сосиски — купаты. Дэм поспел прямо к горяченькому.

— Ничего так вышло, — задумчиво изрек Дэм, насыщая свой желудок.

— Да уж, чтоб приготовить яичницу много ума не надо. И испортить ее фактически невозможно.

— Попадались мне на пути люди, способные испортить любое блюдо.

— Именно из-за них ты стал неким подобием женоненавистника?

— Ничего я не женоненавистник, — возмутился Дэм. — Просто меня пару раз очень невкусно накормили. А я достаточно требователен к еде. Мне нужно хорошо питаться, иначе у меня банально не будет сил на ту физическую нагрузку, которую я выполняю ежедневно.

— Мм, — дожевывая произнесла я. — Ясно, ладно, мне в ВУЗ пора. Что-то Ванька не звонит. Встречусь с ним по дороге.

— Ты же даже не знаешь, где мы находимся и за сколько до начала занятий тебе надо выходить.

— И где же?

— Тебе идти минут десять, поэтому Ванька и не зашел еще.

— Ну ничего. Чур, ты моешь посуду, а я хочу прогуляться.

Прослушав все возражения, сбегала в комнату и взяла сумку. Пожалуй, обнаженный торс Дэма меня все же смущает. И как бы я не старалась не смотреть на его татуировки, взгляд все равно цепляется.

Напоследок Дэм сказал мне, чтобы я была осторожна. Заботливая нянюшка прям, ешкин-кошкин.

Когда я вышла из дома, погода стояла солнечная и теплая. Лишь прохладный осенний ветерок мягко обдувал лицо и развевал волосы.

— Алин, — услышала я Ванькин голос. Он стоял сбоку от подъезда с огромным букетом гербер. Это уже как традиция, дарить мне на день рождения огромный букет гербер.

— И тебе привет, — улыбнулась я ему, принимая букет. — Спасибо. И тебя с днем рождения!

— Подарок получишь вечером, а цветы занеси, чтобы не таскаться с ними.

Что я и сделала. Дэм спокойно принял букет, сообщив, что поставит его в вазу, после чего я вновь вышла на улицу. Еще и хозяйственный. Надо срочно обеспокоиться поиском недорогого жилья, а то, чую, закончится все это не очень хорошо.

— Если ты думаешь, что я буду весь день таскаться с твоим подарком, то ты сильно ошибаешься. Носи сам, а то, если я что-то сломаю, я себе не прощу, — протараторила я.

— Давай мне мои подарки, — довольно изрек Ванька.

Я достала из сумки три старинные пластинки Ванькиных любимых групп. Друг удивился. Чтобы достать эти пластинки, мне пришлось потратить уйму времени. Одну из них я нашла в интернете. Какой-то молоденький британец распродавал наследство своего дедушки. Вторую я нашла в завалах старого магазина пластинок. Видимо, продавец еще пока не понял, какое сокровище он хранит буквально в мусоре, и я быстренько ее приобрела буквально за бесценок. А третью я, как ни странно, нашла в магазине Альвины. Та вообще собиралась ее выкинуть, потому что, по ее словам, в магазине слишком много никому не нужного хлама, но я буквально выбила у нее из рук такую ценность, и положила на дальнюю полочку. Ваня самый настоящий фанат пластинок. На прошлый день рождения он получил в подарок от бабушки старый граммофон, и с того самого момента его любовь к пластиночной музыке не знает границ.

— Но это же… — пораженно смотрел Ванька на пластинки.

— Да, да… Можешь начинать благодарить.

— Алинка… Ты чудо! — после этих слов Ванька приобнял меня одной рукой. Аккуратно, чтобы даже не дышать на круглые пластиковые штуковины.

Остальной путь до университета мы весело болтали.

— Алин, а тебе не кажется, что Дэм на тебя уж очень сильно влияет? — напряженно произнес Ванька.

— О чем ты?

— Ну во-первых, твое плечо. Я даже не хочу задаваться вопросом, с какого это перепугу ты сделала татуировку, но то, что ты ее не прячешь, да и свитер надела достаточно вызывающе обнажающий твое плечо… Это немного тебе не свойственно. Во-вторых, я заметил, что ты проколола хрящик на ухе. И знаешь, несмотря на то, что эти изменения достаточно неформальны, мне нравится. Ты стала женственней. На тебя стали чаще смотреть прохожие. В общем, я не задаю вопрос, что вас связывает с этим парнем, зная, что если захочешь, расскажешь, но то, что вы много времени проводите вместе и то, что ты провела с ним ночь, о многом говорит…

Казалось, что Ванька нес какую-то бессвязную ахинею. Видимо, сильно нервничал, зная, что иногда я достаточно остро воспринимаю любые замечания.

— Ванька, мы с ним просто хорошие друзья. Вот честно-честно, — закивала я, вычленив из его монолога то, что поняла.

— Ну тогда я начинаю ревновать. Воспринимать его в качестве твоего молодого человека гораздо проще, чем в качестве друга, — буркнул Ваня.

— Да ладно тебе, все равно ты у меня самый-самый лучший! — возмутилась я.

— Именно поэтому, у тебя появились от меня секреты? Много секретов. Думала, что я не замечу? А вот нифига… — он обиженно нахохлился.

— Вань, ну какие секреты? — удивилась я.

— Ну во-первых твоя работа. Ты совсем мне о ней не рассказываешь. Во-вторых, неожиданно появившееся пристрастие к кошкам, хотя ты всегда была собачницей. В-третьих, если ты заметила, я специально не спрашиваю, что происходит у вас с дедом. В-четвертых, ты явно отрицаешь наличие отношений с этим парнем, хотя что-то между вами явно происходит. В-пятых… Да черт, список может продолжаться бесконечно. Алин, я знаю тебя всю свою сознательную жизнь и знаю, когда ты что-то намеренно мне не рассказываешь. Я всегда уважал чужие тайны. Но не твои. Потому что твои тайны это мои тайны, а мои тайны — твои…

Последняя фраза это наша клятва друг другу, данная в десятилетнем возрасте. После этого мы начали рассказывать друг другу ну совсем все. Тогда мы сидели на чердаке у него на даче, зажгли свечи и взяли старый ржавый ножик, даже не побоявшись скрепить эту клятву кровью. Разумеется, я, как дочь ученых, захватила с собой перекись водорода, чтоб продезинфицировать рану. Но, честно говоря, заживали они очень долго.

— Вань, я работаю в магазине, в котором продают разные сверхъестественные штуки… — выпалила я, потому что поняла, что ничего не мешает мне раскрыть эту тайну. — Не стала я рассказывать лишь потому, что ты меня попросту засмеешь, потому что такого скептика, как ты, еще поискать надо… Насчет кошек. Просто Бегемотик сидел на ступеньках прямо возле моего подъезда, и у нас с ним получилась какая-то любовь с первого взгляда, я поняла, что не смогу его не забрать. Дедушка… Дедушка просто оказался не тем человеком, которым я его всегда считала. Он совершил один большой отвратительный поступок, о котором я действительно не могу тебе рассказать, потому что ты попросту не поверишь. Дэм… Тут я еще сама не разобралась. Но я понимаю, что отношения с ним ни к чему хорошему не приведут, да и не нужно это ему. Потому постараюсь побыстрее справиться с едва возникающей привязанностью к нему.

— Так- то лучше, — произнес повеселевший Ванька, — Насчет поступка поговорим позже, когда будешь к этому готова. А Дэм… Ну он неплохой парень. Но тут решай сама.

Ванька замечательный. И он действительно знает меня лучше всех в этом мире. Знает, о чем можно спросить, а на что сделать вид, будто не обратил внимание.

День проходил спокойно. Я уже давным-давно так не веселилась. Одногруппники устроили нам сюрприз, и когда мы вошли в аудиторию, в нас полетели конфетти, шарики, все задудели в эти мерзкие свистки. На столах стояли тортики, по чашкам разлит чай. Кажется, первая пара явно будет посвящена не современному искусству и миленькой аккуратной преподавательнице, а нашему с Ванькой двадцатилетию.

После учебы я направилась на работу. Магазин встретил меня звенящей тишиной и запиской на чайном столике, в которой говорилось, что Альвина поздравляет меня с великим днем, но будет лишь через пару часов. Что-то было написано про шабаш, но я отнеслась к этому с определенной долей скепсиса. Ну, кто устраивает шабаш днем? О том, что земля круглая и день сейчас не везде я подумала многим позже. Так же, в записке рассказывалось о том, что я должна принять сегодня нескольких клиентов.

Инструкция выглядела так:

1. Первый клиент. Ракх. Высокий, с обезображенным лицом. Но он вполне безобиден, вот только, если начнет скалить зубы, выставь перед ним серебряный крест. Он еще молод и не может полностью контролировать свое обращение. Кстати, он оборотень. Ну, это так, чтоб ты знала. Он придёт за книгой о вампирах. Должен тебе дать две монетки немного зеленоватого цвета, на которых изображена женщина со змеями на голове. Книга о вампирах стоит на первой полке, второй секции, чтобы взять ее в руки, надо уколоть палец и смочить ее корешок кровью. Для тебя эта информация не так важна, но вот Ракху это надо будет сделать обязательно. Дэм, конечно, обрадуется, если одним оборотнем станет меньше, но так мы растеряем всех клиентов.

2. Второй клиент. Точнее вторые клиенты. Помнишь, я тебе рассказывала о самом главном начальстве Воинов Духа. Так вот, заглянут те самые братья. Запомни, с черным разговаривать даже не смей. Не отвечай ни на один его вопрос. С белым же можешь болтать о чем угодно. Им просто надо будет отдать кинжал, лежащий подле записки. Никаких денег от них брать не надо.

Алин, будь умничкой, я на тебя полагаюсь. Дэм заглянет чуть позже, чтобы проверить не сожрал ли тебя оборотень. Будь аккуратна. Следуй инструкциям и не забывай о своих непосредственных обязанностях.

Записка меня повеселила. Вообще, весь день меня преследовало ощущение новой жизни. Может, бросить вуз и полностью «перейти на темную сторону», как в Звездных Войнах? Может, это тот самый знак, который я ждала всю жизнь?

Дверь тихонько заскрипела, извещая меня о новоприбывшем.