Гостиница заблудших душ

Глава 20

– Эй! Вы тут? – позвал Лавров, открывая дверь на второй этаж и выходя в коридор.

Здесь было еще темнее, чем на первом. Мир за пределами усадьбы сквозь мутно-грязное окно казался темно-серым: свет солнца окончательно погас. От этого старая заброшенная усадьба стала еще менее уютным местом, даже у Лаврова по коже уже бегали мурашки. Он старался убедить себя, что это просто от холода: в коридоре второго этажа температура явно была ниже, чем на первом, не говоря уже о том, что она разительно отличалась от уличной. Даже под вечер он маялся от жары в легкой джинсовой куртке, а здесь и сейчас ему стало зябко.

На его вопрос вновь никто не ответил, только где-то в противоположном конце коридора что-то опять скрипнуло. Лавров посветил туда и обнаружил, что, в отличие от остальных, одна дверь распахнута.

Внутри еще раз тревожно екнуло, сердце забилось быстрее. Вокруг вроде бы ничего не происходило, но от этого почему-то становилось все больше не по себе. Если эти девицы здесь, то почему они не отвечают? Если их здесь нет, то почему их машина так и стоит у забора?

Лавров довольно быстро пересек коридор, ни на секунду не забывая об осторожности. В паре метров от открытой двери остановился, посмотрел на ту, которую только что миновал. На ней значился номер двенадцать. Значит, перед ним тринадцатый.

– Забавно, – еле слышно выдохнул он, переложил фонарик в левую руку, а правой потянулся к наплечной кобуре.

Объективных причин доставать оружие он пока не видел, но тревога внутри росла с каждой минутой. Вспомнились слова девчонки о том, что в усадьбе вот уже двести лет умирают люди, повторяя некую трагедию, и продолжат умирать, если ничего не сделать. Может быть, как раз эти слова были главной причиной ее визита в полицию? Своего рода предупреждение, почему-то облеченное в фантастическую форму?

Только бы эти две бестолочи были еще живы!

Прижавшись к стене, Лавров быстрым движением заглянул в комнату и тут же отпрянул на случай агрессивного ответа того, кто там затаился. Но ответа не последовало. Тогда он заглянул в нее уже более обстоятельно.

Комната была практически пуста. Во всяком случае, людей в ней точно не находилось, поэтому Лавров осторожно переступил порог, все еще держа пистолет в руке. Заметил проход в соседнее помещение: то оказалось чуть поменьше, но в нем тоже никого не было, только какой-то грязный матрас и тряпье валялись на полу.

А вот в первой комнате, помимо перевернутого разломанного столика и мелкого мусора, на полу обнаружился неровный круг, внутри которого лежала спиритическая доска и стояли чуть оплывшие свечи.

Лавров убрал пистолет в кобуру, присел на корточки, потрогал пальцами мелкий белый песок, очерчивающий контур круга. Покатал в руках крошечные крупинки, понюхал, даже попробовал на язык и тут же сплюнул.

Соль. Судя по всему, обычная, поваренная.

Соляной круг. Доска. Свечи. Все вместе звучало как спиритический сеанс. Лавров не особо увлекался этой темой, но в кино нечто подобное видел.

Так это что получается? Девушки сами верили в то, что говорили? Про три неспокойные души и все прочее? Не добившись результата в полиции, они поехали сюда проводить спиритический сеанс, чтобы – что? Чтобы расследовать то убийство, которое, по их словам, полиция плохо расследовала двести лет назад? Ну да, вроде логично: спросить у убиенных, что случилось, раз надо это выяснить. Ну… Логично для того, кто в это верит.

Вот только что же случилось потом? Куда девушки делись?

В коридоре за его спиной вновь послышался шум, как будто кто-то что-то уронил или случайно пнул ногой. Лавров стремительно выпрямился, проворно выхватив пистолет, и обернулся, светя в дверной проем. Однако там никто не появился.

– Здесь кто-то есть? – крикнул Лавров и недовольно поморщился, услышав, как дрогнул голос. – Обозначьте себя! Я из полиции и вооружен!

Лишь тишина в ответ… Да и звук больше не повторялся, поэтому пришлось подойти к дверному проему и выглянуть в коридор. Тот по-прежнему был пуст.

Может, тут кошки бродят? Или крысы?

Лавров вернулся к следам спиритического сеанса, скользнул лучом фонаря по комнате, надеясь найти какие-то подсказки, и едва не вскрикнул, вздрогнув всем телом и испуганно отпрянув назад.

С потолка свисала веревка с петлей на конце. Веревка, которой еще пять секунд назад здесь не было.

– Да что же тут творится?..

Коротко стриженные волосы на затылке вдруг встали дыбом, кожи коснулось холодное дуновение. Лавров отчетливо почувствовал, что за спиной у него кто-то стоит. Кто-то, от кого исходит могильный холод.

– Иди ко мне, – прозвучало у самого его уха.

Голос был тише шелеста листвы, а потому Лавров не смог разобрать, мужской он или женский. Да и позади никого не оказалось, когда он снова обернулся.

– Да ну на фиг, – выдохнул Лавров и чуть ли не бегом побежал к лестнице, с которой пришел.

Он торопливо спустился по ступенькам, игнорируя жужжание, которое за это время стало громче и теперь походило на звук, который мог бы издавать огромный рой разъяренных гигантских ос, распахнул дверь на первый этаж, рванул через холл к выходу… и замер, не пройдя и десяти шагов.

Половины холла не было. Вместо него впереди клубилась непроницаемая тьма, в которую луч фонаря утыкался, как в стену, не разгоняя ни на сантиметр.

– Господи, до чего же он жуткий, – выдохнула Карина с нотками облегчения, когда незнакомец исчез. – И как ты только с ним ужинала? У меня бы кусок поперек горла встал.

– Разве он жуткий? – искренне удивилась Лина. – То есть… В первый раз он и меня, конечно, напугал. В основном тем, что непонятным образом проник ко мне в квартиру и говорил странные вещи. Я тогда решила, что он псих. Или маньяк…

– А теперь? – Карина настороженно посмотрела на нее.

– А теперь он кажется мне скорее загадочным, интригующим…

– Нет, я имела в виду другое. Кто он, по-твоему? Какого черта он пристал к тебе с этой причиной?

Лина пожала плечами. Кем является безымянный мужчина, она не имела ни малейшего понятия. Единственное, в чем теперь не приходилось сомневаться, – это в том, что он не человек. Точнее, как минимум, не обычный человек.

– Кем бы он ни был, он явно пытается помочь.

– Нам? – усомнилась Карина.

– Может, нам. Может, застрявшим на земле призракам.

– Так это он устраивает… – Карина нервно махнула руками, указывая на окружающую их обстановку, – все это?

– Не знаю я! – с нотками раздражения ответила Лина, о чем тут же пожалела. Уже мягче она добавила: – Не об этом сейчас надо думать, а о том, что он сказал.

– Да он вроде ничего не сказал, – проворчала Карина, скрестив руки на груди и насупившись.

– Он очень многое сказал, – возразила Лина. – Он сказал, что наша версия относительно того, что произошло, неверна. Точнее, он дал понять, что наша версия случившегося – это не та причина, которая позволит нам отпустить… что бы то ни было.

– Когда он все это сказал? – недоверчиво уточнила Карина. – Где я была в тот момент?

– А ты не заметила, как он покачал головой, когда я сказала, что мы уже почти разобрались? – Лина замерла, только сейчас осознав, что меряет шагами комнату, и вопросительно посмотрела на подругу. – Он покачал головой и повторил, мол, найди причину. Значит, мы ее еще не нашли. Значит, наша версия неверна!

– С Тимофеем и Анастасией произошло совсем не то, что мы подумали? Или дело вообще не в них?

– Вот это непонятно, – вздохнула Лина.

– Я и говорю: стремный какой-то мужик! – вновь завелась Карина. – Почему нельзя нормально словами через рот объяснить, что не так и как надо? А то бы просто сказал, в чем причина, кого и как надо отпустить – и мы бы уже дома были!

– Вероятно, он не может сказать прямо, – задумчиво предположила Лина. – Поэтому и говорит загадками, образами… Ладно, давай для верности считать, что вся наша теория неверна и нужна совсем другая…

– Если подумать, то это вполне возможно, – после небольшой паузы подхватила Карина. – Мы все задавались вопросом, в чем причина того, что отношения между молодыми супругами изменились, но так и не нашли ее… А может быть, именно ее нам и надо найти?

– Точно! – обрадовалась Лина. – Гибель Тимофея, Анастасии и Агафьи может быть не причиной, а следствием того, что случилось. Тетушка Фролова писала, что в племянника словно бес вселился…

– И нам надо понять, что это за бес, как вселился и… прогнать его? – напряженно предположила Карина. – Не по зубам может оказаться задачка. Экзорцизм – дело серьезное. Изгнанием бесов обычно священники занимаются.

– Раз этого требуют от нас, точнее, от меня, то задачка должна быть по зубам… Возможно, это и не бес никакой.

– И как же нам это выяснить?

Лина снова пожала плечами. Тут их возможности были крайне ограничены: ни тебе интернета, ни библиотеки под рукой… Может, со Стомовым можно как-то связаться? В семьдесят втором году он определенно уже существовал, правда, был очень молод…

– Архив, – неожиданно произнесла Карина.

– Архив? – не поняла Лина.

– После библиотеки, когда мы узнали, что в санатории тоже что-то происходило, мы думали о том, что было бы неплохо посмотреть данные о смерти пациентов в архиве, но до них нам было сложно добраться. И мы пошли по пути общения с историком – со Стомовым. Но что, если это был неправильный путь? Что, если нам действительно нужен архив санатория?

– Точно! – обрадовалась Лина. – Возможно, именно поэтому мы и оказались здесь! Это тоже подсказка!

– Тогда пошли. – Карина решительно направилась к двери. – Что может быть интереснее, чем копаться в бумагах?

Они вышли из палаты и, постоянно оглядываясь и надеясь не попасться никому на глаза, спустились обратно на первый этаж. На этот раз лестница не стала водить их кругами, а спокойно привела туда, куда нужно, вновь косвенно подтверждая теорию о том, что главное – не пытаться выбраться из здания.

Внизу тоже никого не оказалось, поэтому девушки спокойно изучили висящий на стене план санатория.

– Конечно, где же еще ему быть, – хмыкнула Лина, обнаружив на схеме нужное помещение. – На бассейн санаторию, видимо, денег не выделили.

Архив действительно оказался в том месте, где в гостинице, по ее воспоминаниям, находился спа-центр, в частности – небольшой бассейн. Просторное помещение идеально подошло для хранения бумаг, а там, где находилась стойка смотрительницы, выдавшей ей полотенце, сейчас сидел архивариус.

Им оказалась женщина с каштановыми волосами, безжалостно скрученными в тугой узел, из которого выбилось несколько волнистых прядок. Она что-то писала, склонившись над столом, и подняла голову, только когда подруги вошли.

Увидев лицо женщины, Лина не удержалась от возгласа:

– Прабабушка Антонина?..

Чуть изогнутые брови женщины, так похожие на ее собственные, приподнялись в удивлении.

– Вы мне?

– Извините, – стушевалась Лина, не зная, что еще сказать.

Не могла же она сообщить, что является ее правнучкой из далекого будущего… Неизвестно, как это повлияет на… пространственно-временной континуум… Или как там это называют фантасты? Может, она вообще не сможет родиться, если прабабушка узнает некоторые факты грядущей биографии.

– Здравствуйте, – вместо нее заговорила Карина, сориентировавшаяся первой. – Простите, нас просили… Вас хочет видеть главный врач!

– Главный врач? – Антонина посмотрела в темное окно. – Я думала, он уже уехал давно…

– О… ну… – принялась выкручиваться Карина, поскольку Лина так и молчала. – Может, это дежурный врач, а мы просто не так поняли.

– А вы уверены, что зовут именно меня?

– Да, – наконец смогла подать голос Лина. – Нас попросили позвать Антонину Зиновьевну из архива. Это же вы?

– Да, это я, – будущая прабабушка Лины поднялась, оказавшись одного роста с будущей правнучкой. Она окинула ее внимательным взглядом и улыбнулась: – Спасибо. Присмотрите тут, чтобы мне двери не запирать?

Девушки активно закивали, не веря в собственную удачу. Антонина Зиновьевна поблагодарила их и вышла, на прощание пообещав, что постарается не задерживаться.

– Да вы не торопитесь, мы никуда не спешим, – крикнула ей вслед Карина. А как только женщина исчезла из вида, прошептала, во все глаза таращась на Лину: – Прабабушка? Та самая, что квартиру тебе оставила?

– Да, – таким же шепотом отозвалась Лина, поглядывая на дверь. – Не спрашивай, я и сама не знала, что она тут работала как раз в это время. Фотографий много дома пересмотрела, но таких пока не было. У нее куча альбомов осталось…

– Может, в этом и есть причина, почему и призраки, и мужик этот страш… странный к тебе явились со своими просьбами? Потому что она здесь работала?

– Думаешь, все это как-то связано с ней? – усомнилась Лина.

– Да черт его знает! Просто очень уж странное совпадение… Ладно, пошли в хранилище, пока она не вернулась, посмотрим, что здесь есть.

Лавров сделал несколько шагов к плотной тьме, возникшей на месте выхода из заброшенной гостиницы. Та бессовестно проглатывала луч его фонаря, даже не думая развеиваться. Когда он приблизился к ней на расстояние вытянутой руки, почувствовал, что от нее тоже веет холодом.

– Что за черт? – пробормотал он себе под нос.

Звук собственного голоса помогал держать связь с реальностью, потерявшей вдруг былую незыблемость. Лавров поднял руку с пистолетом и потрогал тьму кончиком его дула. Ничего не почувствовал, словно оружие касалось обычного воздуха. Тогда он убрал пистолет в кобуру и, затаив дыхание, попытался коснуться тьмы кончиками пальцев.

Снова ничего. Может, тогда на самом деле ничего и нет, а это просто визуальная галлюцинация? Может, тут что-то токсичное распылено? Или плесень какая-нибудь ядреная по углам растет, а он наступил в нее и надышался… Что-то такое он тоже видел в каком-то кино.

«Надо просто зажмуриться и пойти вперед, – решил Лавров. – Или даже не зажмуриваться, а так пойти… Может, тогда этот морок развеется?»

Он уже почти убедил себя сделать шаг во тьму, но врожденная осторожность в последний момент взяла свое. Покрутившись вокруг своей оси, Лавров нашел на полу осколок чего-то плотного и тяжелого и кинул его в черноту перед собой. Если это действительно морок, то сейчас он услышит звук удара, когда осколок рухнет на мраморный пол впереди.

Однако услышал он только тишину. Немного подождав, Лавров нашел еще какой-то достаточно крупный и тяжелый мусор и бросил его в темноту уже немного в другом месте и чуть сильнее. Результат был тот же: на пол так ничего и не упало.

Теперь в груди уже не екнуло от дурного предчувствия, а все похолодело от осознания, что он мог вот так же исчезнуть неизвестно куда, если бы не решил проверить. Лавров сделал несколько шагов назад, отодвигаясь от черноты подальше.

И вдруг словно уперся во что-то, хотя еще совсем недавно за его спиной точно ничего не было.

– Прочь отсюда! – рявкнул кто-то ему на ухо, и на этот раз голос точно был мужским.

Лавров вновь резко обернулся, шарахнувшись в сторону, но опять никого не обнаружил. И тем не менее советом он решил воспользоваться и бросился бежать в противоположную от тьмы сторону.

Где-то же должен быть еще один выход!