Гринландия

Глава 10.

Ученые люди.

Шон стоял за спиной у хозяйки, старательно делая спокойную морду, подозревая: его присутствие вовсе не случайно. К сожалению, догадаться его проверяет или гостей провоцирует Ифа, не смог. Он понятия не имел зачем заявились прекрасно ему знакомые толстый маленький блондин и высоченный худой брюнет. Зато собирался стоять спокойно, но если она только мигнет, с превеликим удовольствием отпинает обоих, без употребления оружия.

- Итак, сеньоры, - произнесла Ифа, терпеливо дослушав цветастые комплименты. - Простите за задержку, не могла не присутствовать на поминках. Но вы вполне могли поговорить с доном Фредерико.

- Анджело Гоццоли предупреждал, вряд ли его заинтересует наша нижайшая просьба.

- Не в первый раз сей хитроумный господин сводит людей, оставляя их довольными, - сказала женщина. - Причем, сами они могли и не узнать друг о друге без помощи. Правда, он обычно не делает это бесплатно.

- О, да, - согласился толстяк, - отнюдь не бескорыстный человек, однако крайне информированный.

- И свой процент с каждого имеет. Небольшой, но стабильный. Я иногда размышляю над количеством обязанных ему всевозможными услугами и думаю, а в интересах ли университета он действуют или в личных? Ну, ладно, я вас слушаю, - произнесла, нетерпеливо выбивая пальцами дробь по столу, - Дезире?

- Так. Фабиан Дезире и, - показал на длинного, - Эдмонд Маркот. Адъюнкт-профессор и архивариус университета Саламанки. Кафедра истории.

- Занятно, - парень почти увидел, как недоуменно ее поднялась бровь. Такое шикарное движение, у него не получалось вопреки попыткам повторить. Сразу видно разницу между его кривлянием и аристократизмом. - Теперь помимо права, медицины и теологии в университетах Старого Света изучают историю? И что вы под этом понимаете, сеньоры?

- Изучение прошлого, нахождение и сбор новых данных.

- Покупка старинных рукописей по монастырям и угасающим старым семьям?

- В том числе. Вам знакома, например, работа Жан Модена?

- 'Methodus ad facilem historiarum cognitionem?' . Тоже не новость, почти Геродот с Плутархом.

- Как приятно говорить с образованной женщиной, - потирая пухлые лапки, произнес Фабиан. - Не нужно объяснять элементарные вещи. Мы не пытаемся придумать идеальный мир или давать советы государям. Мы стремимся понять прошлое, чтобы избежать ошибок в будущем.

Она кивнула, поощряя продолжение.

- В истории человечества огромные дыры. Мы о многом даже не подозреваем, а кое-что не способны прочитать, хотя нет никаких сомнений - это тексты. Лет десять назад армия императора Генриха разграбила Рим. Попутно германцы вынесли папскую сокровищницу с библиотекой и немалое количество реликвий. Многое пропало, однако немало интереснейших рукописей и предметов продавали за бесценок. Сегодня существует не меньше двух десятков билингв и трилингв. То есть идентичных текстов на разных языках. Оказывается, при ранних Птолемеях, достаточно распространенная практика. Мы уже способны прочитать часть древнеегипетских текстов! Кроме того, буквально в прошлом году экспедиция раскопала Трою, пользуясь дополнительными источниками!

- Хм...

Шон в первый раз слышал о какой-то Трое, но его-то никто образованным не называл. Наверное, огромное достижение, вон как раздухарился, руками махает и весь счастливый.

- Нашли сокровища. Конечно османские беи их себе забрали, но это не важно! Главное каждая вещь зарисована, а сведения подтвердились. Не выдумки! Место описано достаточно точно и в мифе содержится ядро, позволяющее вычленить реальную историю. Был город и он сожжен греками! Даже теперь обнаруживаются скелеты со следами физических повреждений и наконечниками стрел между костями.

- Все это замечательно, но я по-прежнему не улавливаю чем могу быть полезна. Древние государства и всякие Александры Македонские где-то там, в Старом Свете. Далеко от Гринландии. Вероятно, за перешейком в южной части континента, можно чего обнаружить, но я б крайне не рекомендовала туда соваться без армии. У нас, кроме охотников в лесах и скотоводов, цивилизации в прошлом не имелось. Книг огры с йотунами не писали и из мрамора статуй не высекали.

- Вот! - воскликнул внезапно Эдмонд, подавшись вперед, - в том-то и дело. Я нашел собрание документов, принадлежащих тамплиерам в одной из бывших прецепторий. Ее превратили в замок, передав одному из баронов через какое-то время. К счастью, он не стал подстилать свиньям пергаменты или вырезать из них стельки для обуви. Свалил в кучу, не разбираясь. Многое пострадало и восстановлению не подлежит, но часть удалось разобрать...

Что-то Ифе не нравилось в этой истории, сама не могла б объяснить, пусть и звучит правдоподобно.

Внутри городка, как водится, суетилась прорва людей и все чем-то заняты. Подковывают лошадей, таскают воду, кормят кур, пекут хлеб и таскают самые разные вещи начиная с мешков с мукой и заканчивая тюками материи и звенящими кольчугами.

- Сюда, - показал сопровождающий, показывая на богатый особняк.

Эдмонд удивился, постаравшись не показать. Выходит, его ведут не в резиденцию барона Тарса. А ведь сказано было достаточно четко. Либо тот не хочет, чтобы о встрече знали, либо имя прозвучало для отвода глаз. А может Рикард Тарс Лукавый постоянно ведет здесь дела, либо еще куча других причин. Выводы пока делать преждевременно. Особенно в отношении данного господина.

Он был не прост, недаром получил прозвище. Начав с одним мечом и на старой кляче, умудрился понравится графу и за храбрость получил в награду пару деревень. Другой бы на радостях всю оставшуюся жизнь пил, прерываясь лишь на женитьбу и сбор со своих вилланов налогов. Ну может еще на производство детей, которые тоже пойдут на службу с одной саблей и старой кобылой, потому что на весь выводок не хватит доходов. Таких, удовлетворенных имеющимся феодом, всегда полно.

Рикард Тарс не успокоился. Он на свои средства построил мельницу и каменный мост, заворачивая тем самым купцов на новый путь. Капиталы его были не бесконечны и обратился за финансовой помощью к церкви. Фратеры монастыря в долю войти отказались. Заняв средства под немалые проценты барон все же закончил строительство и организовал постоянную ярмарку. Она, в первую очередь, была овечьей и властитель неплохо зарабатывал на съезжающихся регулярно за шерстью торговцах.

Тут епископ очнулся и стали требовать часть пошлины за проезд. Тарс наотрез отказался отдавать деньги, продемонстрировав письменный документ о нежелании участвовать в строительстве. Монахи не стерпели и попытались сжечь мельницу. Обычно в соседских сварах жертвами становились скот и имущество. До смертоубийства старались не доходить, хотя искалеченные и раненые достаточно часто случаются. Рикард повел себя на удивление жестко. Ответным налетом он разгромил монастырь и последовательно сжег принадлежавшие тому корчму, разрушил рыбные пруды и угнал почти весь скот, заодно вывезя и собранный урожай.

Сопротивление подавлялось без малейших колебаний и стоило монастырю десятка погибших. Фактически он лишил церковь доходов во всем районе, заодно и отобрав деревни. Конфликт пришлось гасить лично графу, но монастырь получил мизерную компенсацию, а пресловутую часть пошлины, на которую изначально претендовал, верховный властитель присудил себе. В результате монастырь так и не поднялся снова, фактически полностью проиграв. Зато Рикард Тарс процветал.

Покои оказались достаточно вместительными. На стенах висели гобелены, а каменные полы покрывали многоцветные ковры, привезенные с мусульманского юга. В очаге жарко пылали дрова, и вся комната ярко освещена доброй дюжиной горящих свечей. За огромным столом, на котором лежали внушительная пачка бумажных листов и стояла массивная чернильница с пером, удобно расположился человек, откинувшись на резную спинку кресла.

На вид ему было лет пятьдесят или чуть меньше. Высокий, худощавый, с ястребиным носом. Редеющие каштановые волосы щедро серебрила проседь, а живот нельзя было назвать намечающимся. Он явно не прочь хорошо покушать и выпить.

- Эдмонд Маркот архивариус университета города Саламанки, - сказал без вопросительной интонации.

- К вашим услугам, барон.

Никем другим человек быть не мог. Внешность описывали неоднократно, а золотая цепь на шее достаточно выразительна.

- Присаживайся.

Тарс сидел и молча смотрел на гостя, будто не по его приказу позвали. Изучающе-подозрительно глядел, нечто важное для себя решая. Затем сделал жест, значение которого архивариус не понял. Зато слуга за его спиной все замечательно сообразил. Вышел и буквально через считанные мгновения приволок кувшин и два абсолютно одинаковых простых стеклянных стакана. Наполнил оба и снова отступил назад.

Может и не намек и все ж достаточно прозрачно. Определенное уважение присутствует, не кружку глиняную вручили и притом не стоит считать себя кем-то сильно важным. Работа простая, без украшений и стекло не прозрачное. Для властителя высокого ранга мелочь.

- О! - сказал Эдмонд, попробовав вино, -настоящее мушкитское.

Все ж не бурдой угощают и даже не из знакомой бочки из каравана, с которым прибыл. Там натуральные кислые помои. Исключительно для крестьян севера, ничего не понимающих в настоящем виноградном напитке.

- Говорят ты большой специалист по старинным рукописям и сильно себе на уме, - сказал, наконец Рикард.

- Кто, простите, говорит?

- Например Оскар из Фрода и Иса Ахун из Танжера.

Приведенные в одном ряду имена звучали несколько странно лишь для постороннего уха. Один скупщик краденого и достаточно подозрительный тип. Второй очень богатый торговец шелком с юга, имеющий всего одну настоящую страсть - книги дохалифатского периода. Получается нигде не афишируемые связи для его хозяина не тайна. И заодно наводит на занимательные мысли по поводу знакомств самого Рикарда.

- Правду вам довелось слышать, - охотно согласился архивариус. - По первой части фразы: именно в этом и заключаются мои основные обязанности. Определять наличие в библиотеке университета некого произведения и приобретать, в случае, если такового нет. А это включает в себя обязательное умение разбираться и в людях, и книгах. Насколько трактат ценен, редок и не вздумали ли особо ушлые жулики выдавать свое творчество за неизвестную рукопись известного автора. За много лет накопил немалый опыт и знания по этой части. Верх безобразия на подобной должности быть невеждой.

- А вторая?

- Ну, если мне позволено быть откровенным...

Благосклонный кивок.

- ... разные люди приносят книги и свитки. Иногда... ну не всегда... добыты редкости исключительно честным путем. Война, проигравшиеся наследники, даже краденное. Прозвучит несколько сомнительно, но часто нельзя отказаться от приобретения пусть и при подозрительных обстоятельствах. Просто жалко, коли пропадет вещь абсолютно не нужная владельцу. Но переплачивать? - он демонстративно пожал плечами. - Бюджет университета не бездонен и мне выделяется строго определенная сумма. Далеко не всегда я могу подтвердить траты официальной бумагой и тем не менее, - в голосе отчетливо звякнуло железо, - честь дороже.

- Имена продавцов не разглашаются, - фраза опять не содержала вопроса.

- Независимо от результатов торговли, - подтвердил Эдмонд.

- И при консультации, даже если хозяин не собирается продавать тоже.

Что ж он нашел такого ценного, лихорадочно размышлял архивариус. Неужели речь идет о том розыске графа Тулузского? Не просто беглец, а вор. Почему тогда промолчал? Где одно, там второе.

- Естественно экспертиза может занять время, - сказал деловито вслух. - А я тороплюсь до холодов успеть вернуться домой.

- Время будет оплачено, - произнес хозяин с нажимом.

- Время - необузданный скакун. Оно мчится, и невозможно натянуть поводья, остановив бег. Никакие суммы не могут компенсировать опоздание. Я должен обязательно застать одного человека до зимы. Иначе придется ждать еще год.

- И все же вопрос решаемый, - небрежно отмахнулся Рикард. - Скорость на хороших конях, охрана легко компенсируют задержку. Я все-таки надеюсь это не займет очень, - сказано было с сильным нажимом, - длительный срок.

Похоже он все решил и возражений выслушивать не станет. Главное, чтоб по окончании работы меня не дожидался нож под лопатку, подумал Эдмонд. Если я правильно уловил, свидетель, способный поделиться с людьми графа, ему не требуется. Слишком разные уровни.

Чрезвычайно опасно связываться с таким господином. Ой-ой как плохо. И отказаться нельзя. Он просто не примет возражений, что достаточно ясно показал. И прозвучавшая сумма неприятно велика для скромного библиотекаря.

- Да пребудет к тебе милость господа нашего в ответ на щедрость, - темпераментно вскричал, выразительно округлив глаза от жадности. - Да явит Всевышний свою милость и даруют вам господин долгую жизнь за проявленное великодушие.

Плохо, все очень плохо, радостно улыбаясь, размышлял архивариус.

Его позвали, отловив в стороне от обоза, не позволив рассказать остальным, куда направляется. В сам замок не привели и кроме открывшего входную дверь доверенного вояки, похоже, в доме никого нет. Слуга за спиной не в счет. Он тоже не очень похож лакея. Выправка, оружие, шрамы, одежда без герба. В коридоре арбалет. Во что это нежданно-негаданно влетел?

Открыл первую из четырех выложенных на стол книг, бросив небрежный взгляд на кожаные корешки. Неужели внутри, то что написано? тогда не удивительна обстановка и секретность. Такие вещи стоят даже не веса в золоте, а алмазах. И это особенно худо. Их никто не купит. Особенно, если не хочет крупнейших неприятностей на голову.

'Война во имя Аллаха', трактат приписываемый убитому соратниками зятю Пророка, с комментариями его жены и дочери Мухаммеда. До сих пор считалась все экземпляры уничтожены Омейядами. Не арабский. Латынь. Перевод или некто под чужим именем свое накалякал? Такое случалось.

Анонимная 'Династии'. Слышать о ней многие слышали, видеть редко кому приходилось. Помимо отслеживания родственных связей с незапамятных времен еще и многочисленные характеристики первых завоевателей державы. Вроде не слишком одобрительно автор отозвался и о роде халифа, за что сочинения и были публично сожжены. Не случайно имени не указал. Произведение естественно очень специфичное и мало пригодное для чтения. Фактически справочник. Имя, семья, род, племя, краткая характеристика. Ни для кого помимо потомков интереса не представляет, но редкость огромная.

'Народы мира', давно и безуспешно разыскиваемая всеми любителями чтения энциклопедия людских и нелюдских племен и рас. Опять же, явно копия, оригиналу добрых три тысячи лет и существует исключительно в цитатах. По невнятным намекам из глубокой древности создана вовсе не человеком. Это тоже не может оказаться изначальный экземпляр, потому что он должен быть написан на папирусе. Фактически сегодня не известно ни одного цельного папирусного тома или свитка. Материал столько не живет, а при неправильном хранении и обращении легко ломается на куски. Тем не менее, даже за полную копию любой любитель книг отдаст не жену, а руку и в придачу все имущество.

На самом деле Эдмонд размышляя на столь занимательную ему тему, даже и не подумал хвататься за книги и жадно их листать. Всему свое время. Написание букв, оформление рисунков, цвет чернил, кисловатый вкус бумаги. Да-да, пришлось маленький кусочек отщипнуть, стараясь не портить излишне страницу и прожевать.

- Знающему человеку, - пояснил для дернувшегося Рикарда, - вкус может о многом сказать. Сроки изготовления и метод, например.

- Хочешь помочь мастеру - отойди и не мешай, понимающе согласился тот, наливая себе из кувшина и неторопливо отпивая очередной глоток. - Может желаешь поужинать? Что хочешь?

- Не сейчас, - отмахнулся Эдмонд, продолжая внимательно изучать очередную книгу, оказавшуюся 'Наукой о пользе', достаточно известным наставлением для властителей по управлению государством.

В ней содержится множество практических советов и рекомендаций едва ли не по всем аспектам общественно-политической жизни, включая административные методы управления, деятельность, ведение военных действий и тому подобное. Рассчитано на человека честолюбивого, подозрительного, злопамятного и стремящегося к верхней части иерархической лестницы вне зависимости от личных достоинств.

Можно изменить все, утверждал трактат. Волю Высшего, собственную судьбу, ход истории. Будь великим даже в злодеянии, призывал неизвестный автор. Не твори мелкие гадости. Они не устрашают, а раздражают. Иди до конца в великом, независимо от отношения народа. Любовь к правителю не важна. Куда полезнее страх.

Некоторые советы не утратят актуальности вечно. Например: 'В борьбе за власть нет морали, а цель оправдывает средства', 'В основе поведения человека и государства всегда лежат выгода и сила' или 'Истинность религии не важна, лишь ее благотворное влияние на государство при полном отсутствии влияния на политические решения'. За последнее утверждение и данное произведение и недолюбливали очень многие.

Похоже на греческом. Здесь он пас. Все языки не освоишь. Тоже немало стоит, но не чрезмерно. В любом случае, в сравнении с 'Народами мира' мусор. И все ж, в данном наборе, она оказалась вовсе не случайно. Реально могла стоить на аукционе, который конечно же никогда не состоится много дороже остальных. Тот вор, унесший из частной библиотеки самого графа Тулузы, а Эдмонд уже в его наличии нисколько не сомневался, был не посторонний и знал, что берет.

Уехать ему не позволят и придется идти до конца. Хочется, не хочется - выбора нет. Сейчас главное не насторожить раньше срока.

- Даже на первый беглый взгляд, - произнес с улыбкой довольного собой дурачка, закрывая книгу, - это естественно не оригиналы. Моему экземпляру, - он ласково погладил корешок, - в районе двухсот лет. Другие тоже где-то этого периода. На самом деле вот это, - он показал на виньетку 'Народов мира', - не орнамент, а очень четко выписанная дата в староарабском стиле.

Человек за спиной втянул воздух со свистом. Ему явно пояснения не пришлись по душе. Риккардо быстро взглянул на него. Будто кинжал блеснул и снова доброжелательность во взоре.

- Каждый рисунок означает некую конкретную звезду, а вот эти солнце и луны. При наличии астрономических таблиц точная дата изготовления книги определяется без всяких сложностей. Исключительно хорошо выполненные копии. Причем написанные в разное время, но в одном месте. Странно конечно, что отсутствует на нужном месте обычные данные о мастерской переписчика, но это случается.

Есть подозрение, что копии делали в одном месте и в одно время, но тогда должны быть и более древние оригиналы. Неужели опять след в Ватиканскую библиотеку? Не удивительно, что граф ничего конкретного об украденном не сообщал вопреки энергичным поискам. Либо с краденных снимали список, либо получив незаконный доступ. Папе Римскому вряд ли понравятся оба варианта.

- Не все и не всегда в цеху следуют определенным правилам. Все остальное - написание букв, происхождение бумаги и даже вот посмотрите на это, - Эдмонд обернулся и позвал, - подите сюда, помогите.

Повернулся снова к столу и все с той же счастливой улыбкой безобидного придурка ударил наклонившегося вперед барона в переносицу, ломая нос и вбивая кость в изумленный мозг. Убитый еще не упал, а Эдмонд взвился со стула, отшвыривая его в сторону и вонзил пальцы в основании глотки, удачно подошедшему охраннику. Тот захрипел, валясь на колени, будто бык на бойне. Когда кадык вырывают, не до сопротивления.

Получил уже без особой необходимости ногой сбоку в голову и завалился в бок. Даже при том выхваченный, не смотря на всю неожиданность нападения и дикую боль, клинок не выпустил. Правильно определил - боец и не из последних. И все ж допустил типичную ошибку. Будучи на голову выше и почти в два раза тяжелее принял архивариуса за безобидного чернильного человечка. Справедливости ради именно этого впечатления Эдмонд старательно и добивался.

Не давая опомниться бил и бил, по затылку и вообще в голову. Проще всего было убить, но ему требовался живой для разговора и важно быстро превратить воина в нечто не способное сопротивляться. Даже в этот момент такой может оказаться опасным, допусти слабину.

- Ну что, - наступив на спину еле шевелящемуся врагу и бросив быстрый взгляд на неподвижное тело барона - мертв, сказал, - жить хочешь?

Человек невнятно, но явно ругательно промычал нечто.

- Храбрость вещь хорошая, - подбирая валяющееся на полу оружие, согласился Виатор. Еще раз пнул со всей силы в район почек. - О ятаган! И сталь каринская. Давно не пользовался.

Наступил на ладонь, давя с силой, так что сжатые в кулак пальцы воина невольно распрямились и одним движением отсек большой.

Человек замычал, извиваясь и пытаясь снова подняться. Крепкий все ж, подумал с уважением Виатор, полоснув его под коленкой острием и с удовлетворением наблюдая, как набухает штанина от крови.

- А сейчас второй пальчик, - сообщил игривым тоном. - Ведь все равно все скажешь, только в конце еще и калекой останешься.

- А так, нет?

- Ответишь - умрешь чисто и сразу. Без мучений. Предавать уже некого.

- Чего ты хочешь? - похрипел воин.

- Ты не кричал, значит в доме помимо открывшего дверь, никого нет. Но этого почему не попытался позвать?

- Клер во дворе. Все равно не услышит.

А говорить, что в первый момент растерялся, все ж не стал. Обидно, да так лопухнуться. Вдруг услышал бы. Пусть мизерный, но шанс. Теперь то не сумеет. Нутрянку я ему отбил. Еле дышит.

- И кто еще в курсе про книги, помимо вас?

- Теперь уже никто, - хмыкнул тот. - Избавились от них, чтоб не болтали лишнего.

Ну да, ну да. Не обязательно даже ставить в известность о причинах. Барон мигнул и в таверне прикончили вне связи с предыдущим. Награда прекрасно заменяющая золото. Претензий предъявлять некому.

- И от меня тоже собирались?

- Теперь какая разница? Я ответил. Заканчивай! - он рванулся, явно провоцируя на действия.

- Ты сказал, - пробормотал Эдмонд, ударив ятаганом без промедления.

Обошел все увеличивающуюся лужу крови на полу и подобрал тот самый мешок, из которого первоначально Рикардо извлек книги. Там оказалась еще немалая кипа пергаментов. Сейчас не до этого, посмотреть и потом можно. Кроме книг и арбалета ничего брать не стал. Любая вещь вполне может оказаться следом и быть узнанной. А поиск украденного один из основных способов выйти на убийцу. Сыновьям придется продемонстрировать рвение, дабы отвести от себя любые подозрения в соучастии. Зато про книги никто не в курсе помимо оставшегося охранника.

Проще всего оказалось с ним. Приоткрыл дверь и свистнул. Тот моментально появился. Даже если обычно зовут не так, правильно отреагировал. Правда болта в живот не ожидал, но из-за забора никто не видел, а глотку перерезал сразу.

Перед воротами он остановился и внимательно прислушался, приоткрыв. Уже вечер и на улицах народу мало, но меньше всего ему нужен некто случайно увидевший выход. Арбалет оставил, мысленно вздохнув. В дороге мог бы пригодиться, но вдруг у него приметы есть. Решительно толкнул дверь и прогулочным шагом двинулся вперед. Прохожих нет, зато на углу между зданиями, так что сразу не заметишь, а он всех видит, притулился Фабиан и с деловым видом изучает башмак.

- Ты что здесь делаешь? - потребовал на ходу, когда тот вскочил и пристроился рядом.

- Не понравился мне этот тип, - ответил старый друг, послушно принимая мешок с книгами. Боец из него никакой, зато тяжести таскать годится - Не похож на посыльного. Наемник, что я их не видел? И подошел сторожко, стараясь быть незаметным.

- С самого начала сзади шел?

- От самой таверны.

- Плохо.

- Не надо было?

- Плохо, что я тебя не заметил.

- Ну я далеко шел. Специально.

- Помалкивай. И про него, и где я был. Ни с кем.

- А где мы были? - вовсе не дурашливо, а серьезно переспросил Фабиан. - Надо ж чего объяснить, коль спросют.

- За покупками ходили, еды на дорогу искали.

- И чего барон предложил?

- Ты не поверишь, - хмыкнул Виатар. - Лучшее приобретение в нашей жизни. Только пришлось убить Тарса. Он не собирался отпускать.

- ... к сожалению, невозможно установить точные даты, но описание туземцев не оставляет сомнений. Тамплиеры были где-то здесь задолго до первопоселенцев. Кельты уже жили у озер, так что в не таком уж далеком прошлом.

- Ну, не таком уж и ближнем. Явно до процесса. Когда он был... начало 1300х.

- Казнь состоялась в 1312г, - любезно доложил толстяк.

- Тут важно, что рыцарь Андрэ достаточно точно описал как раз каменные дома, храмы с колоннами и земледелие, основанное на маисе. Как он писал: 'Большой плод, усыпанный зернами, ничуть не уступающими вкусом пшеницу, но превосходящие колос количеством'. Про потат, томат и хлебные деревья тоже имеются рассказ, не оставляющий сомнений о каком овоще речь. Ни о чем подобном в Европе знать не могли в те годы.

- Через северян...

- Здания? Никто и никогда ничего подобного не сообщал из нордлингов. Какой ему смысл придумывать?

- Хотя б бы приблизительно, где он путешествовал.

- Увы, кроме большой реки, за которую заходить нельзя, если хочешь жить - ничего.

- А на той стороне, где начинается степь, злые нелюди, - сказала Ифа с сарказмом. - Вы уверены, что это не шутка, а то уж очень знакомо звучит?

- Текст на латыни, с оборотами нынче не употребляемыми. К тому ж бывший хозяин не представлял ценность документов, охотно отдал за сущую мелочь, что что для него было мусором. Абсолютно точно никто там не способен был не то что говорить, но и писать на древней латыни, создавая к тому же кучу бессвязных обрывков разными почерками. Для дурной шутки слишком много затрачено усилий, а ведь никто не знал о моем приезде заранее.

- Позови Белтара!

Шон моментально выскочил за дверь. Нечто такое он и ожидал. Не случайно эти типы из университета пришли к ним. Кому и знать о давнем прошлом, как не йотуну.

В комнате того не было. Он уже достаточно оправился от ранения и самостоятельно ходил на кухню. Кушать продолжал, как не в себя. Крайне интересно, чтоб стал делать, не имей бесконечного запаса у дона. Шон бы совершенно не удивился, завали случайного прохожего и употреби его тело прямо без огня. Видать не все рассказы о йотунах брехня. Зато он теперь хоть знает причину, по которой они такое делают. Правда приятней от этого не становится. Месяцами находился рядом и настолько привык, что не замечал его нелюдского происхождения. А потом снова приходило понимание, он совсем иной. Не лучше, не хуже - другой.

Йотун с подсказки поварихи обнаружился на заднем дворе. Он колол дрова без рубахи. Ничего подобного прежде за ним не замечалось, но вдруг просто не видел. В очередной раз Шон подивился на фигуру нелюдя. Со спины можно запросто перепутать с человеком. Даже приземистое туловище при излишне длинных руках не вызывало неудобства. Люди еще и не такие бывают. А что шерстью зарос, так видал парочку ничуть не менее волосатых. Притом прекрасно знал по личному опыту: силища в тех руках неимоверная. Запросто кочергу свернет в кольцо. И зубы, как молот. Орехи разгрызает. Зато долго бегать не способен. Опять же, кто сказал, среди людей такие не встречаются? Отец мог телегу с грузом в одиночку поднять, чтоб колесо поставили новое вместо сломавшегося.

- Что? - спросил йотун, не оборачиваясь.

Шон тоже иногда чувствовал, когда на него смотрят, но не до такой же степени. А потом случайно заметил, как ноздри раздуваются. Похоже он чуял по запаху не хуже собаки и не ошибался, хоть ты чистый, хоть грязный и в крови.

- Госпожа зовет.

Кочевряжится йотун не стал и сразу прекратил махание топором, надевая на ходу рубаху. Уже по дороге Шон подробно пересказал разговор, не видя в том тайну. Ведь для того и позвали, зачем время зря терять.

- Сейчас, - не дожидаясь вопроса и не обращая внимания на уставившихся на него приезжих, сказал йотун, - Великая река идет вот так.

Прямо из чей-то кружки вылил вино на стол и провел от образовавшейся лужицы петляющую линию.

- Так было не всегда. Лет триста назад она поменяла течение после большого наводнения. Тогда она шла вот так.

Еще одна линия пальцем.

- То есть, в этом районе, - возбужденно вскричал Фабиан, - были города.

- Там жили племена саб, копающиеся в грязи, - равнодушно сообщил Белтар. - Чего-то они строили. Сейчас на равнине пасут скот. Больше ни на что место непригодно. Вода ушла, а вместе с ней и жизнь. Если хотите нечто найти - зря. Это не случилось враз. Города умирали постепенно. Большинство ушло на юг. Сначала на плоскогорья, затем за перешеек. Все ценное унесли с собой. А в могилы ничего не ложили. Труп, завернутый в саван. Да я б очень не рекомендовал их трогать. Бандейра rojo осквернителей покойников на кол сажают. Синие и зеленые просто вешают, но это территория красных.

- Спасибо Белтар, - кивнула Ифа.

Спрашивать с чего б прежде не сообщил глупо. Сама знает ответ. Не считал важным. Если честно, ей тоже не особо любопытно. Зато можно одной стрелой свалить сразу трех зайцев. Послать на крайне волнующие территории своих людей. Заодно осмотрятся. Наладить контакты с там живущими и подкинуть им информацию. Пусть и не среагируют, но запомнят. А главное, все за чужой счет и не выказывая интереса. Она б с удовольствием и сама за такую идею заплатила и послала шарится по пустому месту, а удача привела прямо к порогу мечтающих ее облагодетельствовать за бескорыстную помощь.

- Можешь что добавить?

Йотун молча пожал плечами.

Его безразличие иногда выводило из себя. Прекрасно известно - посылать его в тот район, все равно, что приговорить к смерти. Причем без разницы кто на него наткнется люди или соплеменники. С одинаковым удовольствием превратят в фарш. На западе харир, его бывшее племя, на востоке последние эмид и красная бандейра, имеющая крайне серьезные претензии лично к бывшему вождю. Она готова была к столкновению, но не искала проблем. Не случайно на Охайо не задерживались, сплавляясь вниз без остановок. Сама б сроду не пошла в те места с Белтаром. Чересчур много там его кровников. Выбора не имелось. По земле еще скорее бы нарвались, а на востоке ловили всерьез. И все ж йотун пойдет, прикажи она. Тупой идиот.

- Значит там и не нужен, - сказала вслух.

Эдмонд дернулся в изумлении. Объяснять ничего не собиралась.

- Ступай, - и когда вышел, уже гостям, - а теперь поговорим конкретно. На что вы рассчитываете и каким образом готовы обеспечить экспедицию. Мне, извините, развалины ни к чему, а лезть на чужую территорию опасно. Бандейры пришельцев не привечают. Убить не убьют, но развернут обязательно.