Гринландия

Глава 8

Учителя и ученики.

Следующие дни они Дорадом таскались за госпожой с утра до вечера. А еще их сопровождало с пол дюжины милитари. Самой ей отправляться в город отец запретил, выделив дополнительную охрану. Никто не знает, может и не на одного йотуна покушаться могут. И не они одни нечто выясняли. Шоново дело охранять и в разговоры не лезть. Посему почти ничего и не понял в происходящем. Нечто она искала или проверяла, заезжая на склады, в порт, беседуя с владельцами кораблей. Главное никто на них не напал и даже криво не посмотрел. Все были вежливы и предупредительны.

Шон уже знал, Дон Фредерико входит в Городской Совет. Там состояли тринадцать консулов и они из своей среды избирали главу города. Каждый занимался определенными делами. Таможня, налоги, суд, расходы городских денег, скрепление всех имущественных перемен договорами и купчими, а также хранение и многое другое. Кордоба отвечал за внешние отношения, как с другим городами Содружества, так и странами севера. Сориться с ним для купца означало серьезные проблемы.

Система городского управления достаточно простая, но всегда могут вмешаться личные интересы. Поэтому существовал Большой Совет из 480 представителей гильдий, объединяющих всех представителей некой профессии, не взирая на титул и богатство. Они могли быть даже разной религии, однако правила для всех устанавливали специальные хартии. При том высшим органом власти считалось народное собрание. Его уже лет сто не собирали. А вот гильдии свои интересы могли жестко отстаивать.

Дело в том, что жить в городе вовсе не означало быть горожанином. Если ты приезжий, то не мог просто так заниматься ремеслом и торговлей. Без взноса в соответствующее братство, да дополнительно на благотворительные нужды, просто бы выгнали, а то могли и морду набить. Кому нужны конкуренты. Ведь они и сами платили ежегодную мзду, уходящую на помощь пострадавшим или заболевшим членам гильдии. Бедняков такое отсекало сразу, разве идти в подмастерье или податься в деревню.

Что характерно, избранные в Городской Совет членами гильдии не являлись. Они должны были быть беспристрастны. И это тем более забавно, что одни и те же семьи правили городом из поколения в поколение.

Пока что Шон временно оказался свободен и в очередной раз, как всю предыдущую неделю, направил стопы, как и следует паладину к своей даме. Она это принимала как должное, а он немало выяснил из обычных разговоров. Да и с самого начала собирался проникнуть в библиотеку, где шли занятия. Конечно, можно было Ифу спросить о разрешении, но зачем грузить хозяйку, когда есть другой способ. Абсолютно невинный.

- Это Шон, - сказала Анна величественно, представляя его подслеповато щурящемуся еще не старому, но уже полностью лысому мужчине. - Учитель Винченцо, - тут тон внезапно стал умильным, - вы позволите ему посмотреть книги?

- Выносить нельзя, - сразу заявил тот, скептически осмотрев гостя с головы до ног. - Руки должны быть чистыми и читать, положив на кафедру, - показал на специальный столик.

- Я буду осторожен, - смиренно пообещал Шон, деловито оглядываясь.

Библиотека впечатляла. Все стены заняты шкафами с сделанными из маленьких кусочков стекла дверцами. У них такое могли позволить себе разве в окнах церкви. И не настолько чистое. А главное книги! Самых разных размеров, от в рост человека с толстенным деревянным переплетом, до совсем маленьких. Ну два столика с креслами явно для детей, а больше в комнате ничего и не имелось. Она не для гулянок предназначена.

Тут дверь распахнулась и влетел запыхавшийся брат Анны.

- Как всегда! - язвительно вскричал библиотекарь. - не было случая, чтоб не опоздал к началу занятий.

Мальчишка откровенно ухмыльнулся и не пытаясь просить прощения, застыл в ожидании нотации, которая моментально последовала. Шон не стал слушать, продолжая изучать содержимое шкафов, пытаясь сообразить по какому принципу расположены. Большинство книг рукописные, но некоторые печатные. Он про такие только слышал, но не видел прежде. Тем не менее, не ошибешься. Они сделаны проще и даже обложка без украшательства. Где-то треть оказалась на латыни. Не то, чтоб не смог бы разобраться, достаточно слов общих с порто-кастильским и окситанским, но сходу не прочитать. Отложить на будущее.

А вот это... 'История кельтского заселения Гринландии', не иначе то самое сочинение, о котором говорила мать, подчеркивая, что саги хорошо, а настоящая история не всегда совпадает. У барда основная задача выпятить роль Харальда Строителя или Эйрика Изгнанника. Тогда их потомки щедро заплатят. А напоминать, как первый убил брата, а второй сжег несколько ирландских городов, отчего его ловили как бешеного пса и хотели казнить, несколько неудобно.

Осторожно потянул за ручку и извлек из шкафа увесистый томик. Ага, автора нет. Похоже, не ошибся. Мать говорила приписывают епископу Ульстера Рольфу, но точно никто не знает. Зато внизу первой страницы про смиренного фратера-переписчика и год 1460 от рождения господа. Последние новости в книге не найти, свыше двухсот лет прошло.

Короткие главки о кельтских племенах Ирландии, Шотландии, Галлии, Британии пролистал, не задерживаясь. Первый набег викингов на Ирландию состоялся в 795г, когда практически весь остров уже крещен. Два столетия скандинавские конунги владели немалой частью, пока в битве при Клонтарфе в 1014г не разгромили общее войско кланов , положив полный конец надеждам выкинуть завоевателей в море. Правда, к тому времени, местные жители нередко переняли обычаи захватчиков и сами стали не хуже викингов по части кровожадности и упертости, но возможно они всегда такие были. Не случайно так и не создали общего государства даже перед лицом врага и общего уничтожения. Свой клан был важнее.

Согласно автору, ирландцы прекрасно знали о существовании огромного континента на западе. Они давно ходили к обширным отмелям у тамошней земли ловить в кишащей рыбой воде добычу. На берегу имелись временные поселения для копчения и соления. Так что ничего нового Эйрик Рыжий и его сын Лейф Эрикссон не открыли. Те места не особо интересовали кельтских мореплавателей, ходивших за треской, сельдью и мясом китов южнее. Все изменилось, когда скандинавы принялись уничтожать ирландцев всерьез. Сопротивление давили с огромной кровью и остров опустел немало на треть.

Далеко не все погибли от мечей и последовавшего голода. Многие снялись с мест и уходили знакомой дорогой по морским волнам к далеким зеленым землям. Первым поселениям пришлось туго, несмотря на возможность прокормиться с воды. Немало народа умерло от тяжелых трудов, болезней и отсутствия знаний местных растений. На счастье пришельцев они уже были знакомы с местными народами. Крепкие, светловолосые, практически не отличающиеся внешне от европейцев с севера, те были малочисленны и не агрессивны. Хотя нельзя сказать безобидны и безответны. В книге приводилось несколько примеров, когда обнаглевших приезжих вырезали полностью.

Жили местные, неизвестно с чего получившие прозвище огров, больше охотой, используя каменные и костяные орудия, не особо мешая распахивающим прибрежную полосу. Зато очень быстро вкусили пользу железа и инструментов из него. Многие ирландцы охотно брали в жены тамошних девиц. Все ж в изгнание отправлялись все больше крепкие мужчины и своих баб не хватало. Огры без проблем принимали крещение и адаптировались к оседлой, более приятной и сытной жизни.

Тут автор сам себя уточнял, что частенько женщин у огров покупали. У тех не приданное давали в род мужа, а за выкуп отдавали. Вероятно, мнение никто и не спрашивал. Сам же добавлял: старинные ирландские обычаи почти соответствовали. Жена переходила в род мужа и за нее выплачивалось вознаграждение родичам. В тоже время свободно распоряжалась приданным и при разводе получала обратно. То есть возврат к знакомым традициям, никого не обижавший.

Ко всему, достаточно быстро, стало заметно, общие дети почти не болели. Даже слово появилось - когр. Потомок огров и кельтов. Ничуть не обидное. Среди хирдманов и ярлов почти в каждом кровь местных присутствовала. В итоге огры практически растворились в пришельцах, пусть и есть небольшие группы до сих пор.

Со временем ирландцы обнаружили Великие озера и стали заселяться вокруг. Тем более, к воде им не привыкать. Устойчивый поток пушнины шел в Европу, давая неплохой доход и подталкивая идти дальше за зверями. И тут впервые пришли йотуны. Они в леса обычно носа не совали и проходили у поселенцев на манер страшных сказок отсталых туземцев. К сожалению, легенда оказалась истинной. Благо никуда не делась пресловутая ирландская задиристость, а постоянная жизнь в стычках с соседями и охота на диких зверей воспитывали не боящихся ничего и никого. Хотя и отбились, но потери оказались огромными. Не только люди, но и целые поселения уничтожены.

Все могло б вернуться к первоначальному уровню, но поток новых приезжих стабильно продолжался и дальше. От скандинавских конунгов бежали целые рода, не согласные жить под чужим управлением. Ирландию, Шотландию с Уэльсом и Бретанью периодически трясло от вторгающихся англичан, голода и эпидемий. Католическая церковь давила, пытаясь заставить ирландцев соответствовать их правилам, но те крепко держались за свою веру, когда молитвы на понятном языке и нередко монахи целыми монастырями, со своим добром и сельскими жителями, уходили на запад.

А были еще жуткие холода с 1600 по 1610 и с 1690 по 1700 подумал Шон. Книга написана раньше, но вымирали Шотландия, Финляндия, Швеция, Исландия. На юг Европы уходить было бессмысленно, там не жировали. В неведомой России, где и так неурожаи, шла война. Мощный поток северян отправился в Гринландию. Не случайно на стройке канала была масса скандинавов, да и в королевствах их немало.

Уже давно дорога в 'Зеленую землю', где каждый мог получить изрядный кусок земли почти бесплатно, стала хорошо известной и население все росло. И хотя йотуны приходили нелднократно, теперь им до побережья дойти не удавалось, а хирды ходили нередко в степь, ответно вырезая кочевья. Успехи были переменные. Иногда и вовсе не возвращались, но гибель северным королевствам уже не грозила. Да и наличие огнестрельного оружия изменило картину. Брать больше города с серьезными укреплениями и пушками йотуны не могли. Разве положить почти всех ради минутного успеха. Война потихоньку уходила в степи от озер и лесов.

- Молодой человек!

Шон оторвал голову от текста, озадаченно посмотрев на учителя.

- Помогите.

Та самая огромная книга чуть не в рост человека, с невразумительным названием 'Атлас', оказался сборником изумительно выполненных в цвете карт. Толком рассмотреть не получалось, учитель целенаправленно искал нечто ему требующееся, уверенно перелистывая изображения Старого Света. Средиземноморье, знакомый сапог Италии, какие-то страны или острова. Карт он прежде не видел, если не считать рисованную Ифой дорогу. Но там изгибы реки и не говорящие чужому взгляду обозначения. Посторонний человек увидел бы никчемные каракули, но он имел возможность сопоставить с местностью. Поселки, городки квадратик и вид штриховки означал количество жителей. Каждый заметный ориентир зарисовывался.

Надо было знать на что смотреть и что означает бессмысленная загогулина. Поэтому ничуть не удивило предупреждение о необходимости помалкивать. Военным всегда интересны дороги и вообще местность. А они приезжие, недолго записать в шпионы и вздернуть.

- Вот! - сказал учитель довольно, добравшись до нужного. - Три северных королевства.

Шон присел, вглядываясь. Береговую линию он не знал, но названия не проблема прочесть, пусть они и на латыни. Буквы те же самые. Эри на озере Эри, Ульстер на Верхнем и Локронан на восточном побережье. Самые большие владения оказались у последнего, но линия границы проходила по Аплачам, а он прекрасно знал, как велика там власть короля. Если честно, имя его не помнил, а уж чтоб налоги приехали собирать и вовсе не слышал.

Земли королевства лежали гораздо дальше на восток и север, очень отличаясь от заселенной людьми территории. Возможно нечто подобное имеет место и у Великих озер. Вряд ли мытари способны найти всех в тамошних лесах. Иные, наверняка, не подозревают, подданными какого государства числятся. Занятно, за Аплачами сплошное белое пятно, Ничейные земли лишь местами по рекам.

- И что мы видим?

Вопрос библиотекаря явно относился к детям. Лично Шон искал родные места. Естественно, никакие фермы здесь не обозначены, зато нашелся значок с надписью Бантри. Городок сей в их округе все знали. Самая большая торговая ярмарка и перевалочный путь к побережью. Там уже была почта и даже возможность пообщаться с королевским бейлифом. Какие-то сто миль до дома. При желании можно проследить как поедет Энн, если решится удрать.

- Здесь, - на невразумительное мычание слушателей, показал линию пальцем, - проходит теперь канал шириной в 40 футов через 363 мили девственной глуши! Построено 83 шлюза, ведь на некоторых участках уклон и вода вверх не потечет. Самое важное: если дно канала станет пропускать воду ничего хорошего не выйдет. Для недопущения сей неприятности необходимо герметизировать дно.

- И тогда папа с друзьями стали очень богатыми, - сказал с ухмылкой Фред.

- Ну хоть об этом не нужно напоминать. Древний рецепт бетона использовался еще античными римлянами, о которых я вам поведал недавно...

- Мы помним, - сказала поспешно Анна.

Видимо не одному Шону казалось, что учитель способен бесконечно говорить.

- ... но немногие знали технологию. И ее удалось улучшить. А требовалось пол миллиона бушелей цемента. Это очень много. Сколько нулей в цифре?

- Пять! - крикнул Фред.

- Правильно. На следующем уроке вернемся к сложным процентам.

Оба ученика демонстративно застонали.

- Насчет канала, - напомнил Шон.

Он не жалел несчастных, самому стало любопытно. Как минимум, узнал очень интересную вещь. Видать неплохо сбывала здешняя гильдия товар. Пол миллиона - это жуть. Цифры он знал, мог и площадь участка посчитать, и стоимость товаров, однако сроду больше тысячи не требовалось.

Даже если на нескольких компаньонов поделить и прибыль в одну крону, очуметь. К тому же можно не сомневаться что-то своровали, испортили или утонуло при перевозке. Попутно построили форт, вроде Лаудона, прикрывающий бухту Локронана и не один. Фактически цифра должна быть гораздо больше. Да, можно и содержать сотню человек только в одном особняке, а твое имя слышали и у Танаси с Охайо, охотно возьмут вексель-обязательство. Это он вахлак, не сообразивший куда попал.

- На самом деле, - будто и не отвлекался, продолжил Винченцо, - опыт строительства каналов имелся и прежде. Даже нижнее озеро было недоступно прежде для морских судов, поднимающихся по Реке Святого Лаврентия из-за множества порогов. Первый канал начали строить в незапамятные времена, когда только-только состоялось первое нашествие. Строительство затянулось из-за этого, но через четыре года все ж доделали. Он был не очень глубок, но хватало для перевозки пятитонных барж. Сегодня существует пять каналов с шлюзами, позволяющие проходить морским судам в Великие озера. Вопрос, в чем смысл нового?

Лица у детей изрядно поскучнели. Вряд ли им особо интересны эти материи. А вот Шон на этот счет за время перехода по рекам изрядно просветился. Еще Гунар о многом поведал, а затем кое-какие мысли добавились в разговорах.

- Цена, - сказал он. - Стоимость перевозки товара по земле от восточного побережья до Аплачей выше, чем расходы от Старого Света до порта в Гринландии. Если везти на баржах, пусть и с лошадьми, но они потянут не одну телегу, а сразу десяток и быстрее. Значит товар дешевое обойдется покупателю.

- При условии...

- Да, первоначально продавец может задирать стоимость, но если их будет с десяток в неделю, а не один в месяц, выгоднее отдать по меньшей цене и пару раз обернуться. Все равно прибыль выше.

- Вот! - довольно заявил учитель. - У него в роду не было купцов... Не было же?

- Не-а. Фермеры.

Мать не в счет. Все равно торговлей никто не занимался. Почти все делали сами, а про сахар он узнал случайно и не дома. Кое-что меняли в городке, вроде плодов хлебного дерева и не больше. Невыгодно продавать было. Слишком низкая цена.

- Но думает абсолютно правильно. Более того. Вот эта территория, - он снова показал на карте немалый район возле нового канала, - станет выгодной для освоения и заселения. А значит пойдут новые налоги и появятся даже в глуши представители закона.

Ага, повышение доходов всегда грозит нашествием фискалов и ярлов, желающих подгрести под себя разбогатевших жителей.

- По свидетельству Бэрка Маккелара после строительства первого канала на реке Святого Лаврентия очень быстро вырос в разы Фойнс, а в его округе насчитывалось до десяти тысяч зажиточных бондов с доходом в 500 крон, имевших по 5-8 молочных коров, 5-6 лошадей и нередко собственные корабли. Откуда деньги, как не с продажи дальше. На вранье его не ловили, зато хорошо известно немалое ополчение, выставляемое городом. Да! - раздраженно крикнул Винченцо на робкий стук. - Кого еще принесло?

В открывшуюся дверь сунулся веснушчатый парнишка.

- Простите, - сказал, ничуть не смущаясь недовольным тоном библиотекаря, - молодая госпожа кличет Шона.

- Моя сеньорита? - с честным видом спрашивает Шон.

- Честная служба превыше всего, - величественно кивает, - мой паладин.

Она вроде бы серьезно, но притом прекрасно знает границы. Не капризничает и все соображает. Шон спрашивает не ради разрешения, а чисто из вежливости. Как сказала, вовсе не играя, наедине: 'Когда подрасту, попрошу Ифу об одолжении, мне тоже драбанты понадобятся, а кому, как не тебе их возглавлять'. Шон не очень понимал, как к этому относится, но пока потихоньку показывал не так давно усвоенные ухватки. Как вывернуться из захвата, куда ударить стилетом напавшего и тому подобное. От брата Анна их занятия не скрывала и тот тоже присоединился к их урокам, а когда сумел одним из приемов опрокинуть Шона, сознательно чуток подыгравшего, проникся и перестал ухмыляться.

Благородные редко пускали в ход кулаки, а уж ноги и вовсе неприлично. В Аплачах каждый изучал высокое искусство драки. Правда в голову и между ног лупить запрещалось, но по праздникам молодые парни обязательно бились, выясняя кто сильнее. И отнюдь не обязательно все заканчивалось синяками. Могли серьезно искалечить. Даже падать правильно нужно учиться.

А для женщины полезно не изображать тигрицу при встрече с бандитом, а горько плакать и заламывать руки, потихоньку извлекая клинок из широкого рукава. Когда примется хватать за разные интересные места воткнуть ему острие в глаз, например. Даже с небольшим лезвием можно отправить в ад здоровенного мужика, если знать правильные точки. А он мог продемонстрировать и без тренировок Белтара.

Не понадобится? И хвала Есусу. А быть готовым необходимо. И это не дикая блажь. Как-то заглянули к дальним соседям в отсутствие мужа двое сомнительных типов. Баба их обоих уложила, не смотря на то, что застали врасплох. Именно так: изображая перепуганную клушу. Будь ты три раза из рода дона, а постоять за себя уметь необходимо. Между прочим, ни Ифа, ни мать Анны против подобной науки не возражали.

Мальчишка умчался по своим делам, а Шон прошел к комнате хозяйки. Их помещение находилось прямо напротив, для удобства как охраны, так и начальства. Она как раз стояла в дверях.

- Не строй из себя идиота, - говорила, обращаясь к Белтару.

Выздоравливал тот на удивление быстро, причем жрал постоянно и много. Все время приходилось таскать котелки с разнообразным мясом. Не удивило б, употребляй сырое, однако нет. Цивилизовано питался. Можно и не спрашивать куда все девается - на восстановление уходит. И все ж не настолько оправился, чтоб нормально ходить через неделю, не говоря уже о поездке. Правда доктор пожал плечами уже на третий день и сказал, что ему больше делать у постели раненого нечего. Начнет загибаться - зовите. А в целом незачем надоедать хозяевам посещениями.

- Ты нужен здоровый, - сказала Ифа сидящему на кровати йотуну. - В поместье Гарсия мне ничего не угрожает. Собирайся, - уже Шону, - через час выезжаем.

- А что случилось? - спросил парень Дорада.

- Жена Пабло Гарсия умерла. Он дону Фредерико компаньон по многим делам, очень уважаемый человек. Нужно засвидетельствовать уважение.

Хозяйка иногда странными делами занималась. Вот недавно ходила в суд. И ладно бы кто-то из семейных 'клиентов'. Совершено посторонняя баба, в пользу которой дала показания. Добрый год назад жена сапожника в церкви поссорилась с женой шорника. Очень важная тема, кто стоит впереди на молитве. Вздорная и сквалыжная баба. И шорникова орала нечто вроде: 'Я тебе еще покажу'. Прошло полгода и даже свыше, внезапно заболела жена сапожника чахоткой. Никто бы и не вспомнил про давний случай, да буквально на днях опять поругалась шорникова с соседкой и при свидетелях говорит: 'станет с тобой как с той'. Соседка, не будь дурой, бегом в магистрат и орет про колдунство. Говорливую под стражу, побежали выяснять, а тут как раз у донесшей о безобразии курица внезапно сдохла. Явно ж сглазили. Все. На костер готовы волочь. Хотели уж пытать, добиваясь показаний, но к счастью в суде не все остолопы. Выслушали Ифу, напомнившую про полное отсутствие хоть малейших доказательств колдовства помимо ругани. Дом тщательно обыскали и никаких признаком черного ритуала не нашли. Возможно к ее речи прислушались не из-за правильности, а известной фамилии, но ведь важнее результат.

Обеих выпороли за сплетни и поклеп, а жене шорника язык урезали, чтоб глупости не болтала. Все лучше, чем закончить на эшафоте. Какая б она дура не была, жалко не ее, а мужа с детишками. Такие симпатичные и ухоженные. Видать все ж дома не кидается на всех подряд. Наверняка урок, который она получила по причине собственного скверного характера, запомнится надолго. И не для нее одной.

Белтар лег на кровать с громким вздохом и на оркском наречии буркнул:

- Обязательно сыну.

Шон слова понял, но не смысл. Оглянулся на Дорада. Тот прикрыл дверь и понизив голос объяснил.

- Она с Хосе года три назад, - и энергично показал очень понятный жест. - А жениться нельзя, оба отца категорически против.

- Почему?

- Он со всей семьей конверсо . Дважды. Ренегат.

- Э...

- Можно сколько угодно биться рядом или совместно крутить денежки, но если родители разной веры, кем станут дети? Причиной для конфликта. Хотя и такое бывает в Содружестве. Сразу договариваются и пописывают в брачном контракте: мальчик воспитывается как в семье матери, а девочка в отцовской. Или наоборот. Обычно ничего хорошего от такого не бывает. А перейти в чужую веру ни один не захотел. Страсть одно, пойти против рода совсем другое. Не для того предки сохранили веру даже под арабами, чтоб менять. Короче, не наше дело. Увидишь чего, держи рот закрытым, даже если дон Фредерико спросит. Мы ей служим и не наше дело решать с кем хозяйке постель делить, а за кого замуж выходить.