Игрушка альфы

Герд

— Объяснись.

Сати вздохнула, но с места не сдвинулась, продолжая сверлить меня пытливым взглядом.

— Он моя пара, Герд. Я не могла иначе.

— Сати!

— Не начинай! — Выставила руку перед собой, ограждаясь от моих слов, и выпятила губу.

Как будто пять лет!

— Немедленно объясни мне, что здесь происходит, или я прямо сейчас утащу тебя домой, а этот… Этого прикопаю.

— Хватит мне угрожать! — рыкнула девушка и мотнула головой, смешно фыркнув под нос, сдувая длинную челку. — Он моя пара, Герд. Что еще здесь объяснять? Мы с ним связаны, это больше чем просто любовь.

— Именно поэтому ты сбежала и выскочила замуж?!

— Не кричи. Да, именно поэтому. Ты бы не понял, не отпустил бы.

— Да, Сати, не отпустил бы, потому что…

— Что? — перебила меня и отступила, приближаясь к волку, что смотрел на меня исподлобья. — Потому что моя пара не подходит под твой вкус? Недостоин меня? Незнатных кровей или просто тебе не нравится? Что из этого, Герд?

Прикрыл глаза, тяжело вздохнув и пытаясь взять себя в руки. Если я сейчас порву этого сопляка и залью его кровью дом, не думаю, что малышка Сати будет рада моему поступку. И сейчас, пока он еще не открыл рот, я могу соображать и даже готов выслушать, но недолго.

Пододвинул к себе стул и сел, упирая локти в колени. Взглянув на нахмуренного парня и взъерошенную, как воробушек, сестру, кивнул головой, приказывая им тоже сесть.

— Как давно узнала?

— Луну назад, — послушно ответила и, судя по глазам, честно.

Знает, что врать мне не стоит.

— Когда решила сбежать?

— Почти сразу же. Через пару дней.

— Совсем мозгов нет?

— Есть немного, — пожала плечами, будто ничего не происходит.

— Сати, ты хоть представляешь, что с тобой могли сделать? Ты понимаешь, что я оббежал всю округу, боясь обнаружить тебя растерзанную, с перекусанным горлом?

— Именно поэтому я хотела вернуться с первой луной. Уже завтра я бы сама к тебе пришла.

— Сати, — застонал и опустил голову в ладони, растирая виски. — Я выпорю тебя, честное слово.

— Нельзя.

Поднял голову, рассматривая храброго, но глупого самоубийцу, что посмел открыть рот и крепко сжать пальчики моей сестры в ладони.

— Тебя забыл спросить, э-э-э…

— Эвар, альфа, — подсказал он и покорно склонил голову, отказываясь конфликтовать.

Ладно, не такой уж и глупый.

— И что мне теперь с тобой делать?

— Ничего. Уйди и ничего не делай.

— Серьезно? Предлагаешь оставить тебя в этом сарае, в компании хилого паренька, просто развернуться и уйти?

— Именно так, Герд. Просто дай мне самой решать, что и как делать со своей жизнью.

— Ты себя слышишь? Ты — Эверик!

— Теперь я Трестан. Сати Трестан.

— Не напоминай!

— Герд, — Сати мягко сбросила мужские пальцы со своей ладони и скользнула ко мне, опускаясь передо мной на колени и складывая ладошки на мою ногу. — Он моя пара, понимаешь? Никто так не пахнет, ни от кого голова так кругом не идет, только от него. Мне и луны без него не прожить, моя волчица озвереет. Так было всегда и всегда будет. Прости меня и отпусти.

Пока она говорила, перед глазами упрямо вставали картинки пшенично-золотых волос, приоткрытые алые губы, а тихий шепот «Ге-е-ерд!» звучал в голове оглушающе.

Я как никто другой понимал, о чем твердит мне сестрица, и мой волк протяжно заскулил, уговаривая меня бежать к своей паре, зацеловать ее с головы до пят, погладить везде, куда можно достать, и брать ее, брать, сладко вдавливая в постель.

Мне чудился аромат яблок, которым пропахла ее кожа, и я, моргнув, прогнал видение, сталкиваясь взглядом с удивленной и подозрительной Сати.

— А ты сам ничего не хочешь мне рассказать?

Сати всегда была проницательной. И если в любой другой ситуации я бы гордился ею, то сейчас хотелось ущипнуть ее, чтобы не лезла в мою голову.

— Ничего, кроме того, что твоя пара, — намеренно выделил это слово, глядя на напряженного юнца, — на испытательном сроке. Я жду вас обоих в замке через три ночи.

— Спасибо! — взвизгнув, девушка повисла у меня на шее, но быстро оторвалась, возвращаясь к своему Эвару.

— Ты меня услышал.

— Услышал. — Волк кивнул, так и не смея отвести взгляд.

— А мне пора. Еще матери объяснять, почему ее непутевая дочь сбежала и скрывалась от семьи.

— Уверена, ты найдешь слова лучше, чем кто-либо другой, — подлизалась девушка.

Покинул дом, все еще слыша, как колокольчиком рассыпается облегченный смех Сати, и, нырнув в ближайшие кусты, обернулся волком, отдавая стае команду покинуть территорию, но под конец передумал и оставил одного волка на страже. Здесь Сати и этому Эвару ничего не угрожает, но кто-то все-таки должен за ними присмотреть.

Больше всего я сейчас хотел Лину. Что угодно с ней, в ее исполнении или просто в ней. Картинки утреннего секса, если можно его так назвать, мельтешили перед глазами, закрывая обзор хорошо знакомого леса, и сладкий шепот все повторялся и повторялся, уговаривая меня мчаться как можно скорее.

Весь день без нее. Весь проклятый день без нее.

М-м-м-м, малышка. Только доберусь до тебя и поставлю метку. Сразу же. Отмечу своей, чтобы никто не смел и думать о том, чтобы положить на тебя глаз.

Нутро горело и гнало меня вперед, домой, где в постели лежит желанное тело моей пары. Как наяву видел сладкие половинки попки, игриво сверкнувшие своей белизной, соблазнительный взгляд и томную улыбку. Именно такой я хотел видеть ее и знал, как сделать так, чтобы она так же захотела этого.

Только брыкается и артачится, но тонкие пальчики в моих волосах сегодняшним утром говорили об обратном. Она хотела! Хотела и просила еще, и я не мог отказать! Слишком желанная она была.

О, Лина, не выпущу тебя из постели. Никогда.

В замок вернулся с закатом, что краснотой обрисовывал горизонт, и, обернувшись в холле, натянул домашние брюки, направляясь прямиком в спальню.

— Альфа! — голос Марты раздался неожиданно, и я обернулся, удивленно приподнимая брови. — Альфа, я должна вам рассказать…

— Быстрее, Марта. Я тороплюсь.

Девчонка огляделась по сторонам и, убедившись, что лишних ушей нет, прошептала:

— Приезжал альфа Рейдан Герби.

— Дьявол! Что он хотел?

— Не знаю, нам не говорили. Он уже уехал, только вот…

— Что?! Говори быстрее, Марта, не тяни волка за хвост.

— Он забрал…

— Герд! — голос Латисы был подобен грому среди ясного неба.

Мать умела появляться не вовремя, и Марта покорно опустила голову, прячась за меня всем телом и пытаясь слиться со стеной.

— Марта, тебе нечем заняться? На кухне закончилась работа?

Девушка вздрогнула и, поклонившись, сбежала. Я ее понимал. Мог бы сейчас — побежал бы за ней, но, к сожалению, эта женщина — моя мать и спрятаться среди котлов не получится.

— Что ты хотела, мама?

— Узнать, нашел ли ты свою сестру, что же еще?

— Нет.

— Хм, — она покачала головой, будто ей действительно жаль, и вздохнула. — Где же моя малышка, где же она, моя крошка?

— Не ломай комедию. Уверен, Сати достаточно взрослая, чтобы суметь о себе позаботиться.

— Она еще ребенок! И кстати, — перевела тему, вспоминая, что сопереживание не мой конек, — приезжал Рейдан.

— И что он хотел?

— Поганые сплетники нашептали ему, что Сати нечиста, и невинность ее под большим вопросом. Заявил, что свадьбы не будет! Я пыталась объяснить ему, что это не так, но он и слушать не захотел! Но не переживай, я все решила.

— Что «всё»? — спросил, понимая, что конфликт с Герби мне ни к чему, но Рейдан был прав в одном — свадьбы не будет.

Как ни крути, но Сати уже обвенчана со своей парой и рвать святой союз грешно. Первый волк не простит такого поступка.

— Ну как же? Рейдан был недоволен тем, что мы не знаем, где Сати, и не можем ручаться за ее… благополучие. Но я смогла с ним договориться, Герд. Он был благосклонен и принял мой подарок в качестве извинений.

— Какой еще подарок?

— Ту дикарку из Альдейна, которую ты притащил. Она пришлась ему по вкусу, и я не посмела ему отказать. Она всего лишь рабыня, а дружба наших стай важная часть мира Вольфторна. Цена и без того была занижена.

Кровь отхлынула от лица, и меня впервые в жизни окатил такой гнев, что я страстно желал разломать все вокруг, превращая в руины. Латиса все говорила и говорила, смотря на меня с любопытством и восхищением, будто специально испытывая мое терпение.

— Ты отдала мою пару?! — рявкнул так, что дрогнули стены, сверху вниз глядя на умолкнувшую женщину.

Она побледнела, и на то была причина.