Индонезия — острова и люди

ЧАНДИ

Ява вся великолепна, но Центральная Ява ни с чем не сравнима. В первую очередь это относится к плоскогорью, или долине, Кеду, которое прославило на весь мир созвездие буддийских и индуистских храмов (чанди). Слово «чанди», по-видимому, происходит от слова «Чандика» — одного из названий богини смерти Дурги. Первоначально к разряду чанди относили лишь мемориальные памятники, но со временем ими стали называть все буддийские и индуистские храмы и вообще все сооружения общественного назначения. Правда, на Бали храмовые постройки называют «пура». По мнению ряда ученых, далеко не все индуистские и буддийские храмы на Яве, Бали, Суматре имеют прототипами индийские храмы. Это нечто оригинальное, национальное, особенно восточнояванские чанди. Они больше напоминают ступенчатое мегалитические культовые сооружения, возведенные еще до того, как Ява испытала на себе влияние индийской культуры (хотя многие из них были созданы позднее). В частности, это видно на примере эротического храма Сукух на Центральной Яве. Статуи, лесенки и т. п. в чанди Сукух характерны для доиндуистского периода.

В первоначальном виде чанди служили только местом захоронения раджей, считавшихся наивысшим земным воплощением богов и призванных управлять людьми. После смерти каждого раджи его тело сжигалось, а пепел зарывался в землю. Над ним воздвигалась статуя бога, земным воплощением которого считался покойный раджа. Лицо у статуи напоминало лицо раджи. Статуя считалась местом пребывания души покойного, которая, слившись с богом, время от времени спускалась на землю для встречи с людьми, поклоняющимися духу раджи, прося у него благословения. Чанди именно и строились как кров над головой статуи раджи, одновременно — и бога. Олицетворяющие вселенную чанди по вертикали делятся на три части: нижний мир (основание) — для простых смертных, само здание — срединный мир — местопребывание людей, отказавшихся от земных благ, и верхняя часть — верхний мир, мир богов. По горизонтали индуистские храмы Явы и Бали подразделяются на внешний, центральный и внутренний дворы. Два последних священны: они предназначены для богов и их земных воплощений — раджей. На Бали, чтобы попасть в центральный и внутренний дворы храма, необходимо пройти процесс очищения. Что же касается внешнего двора, то он предназначен для подготовки религиозных церемоний.

Поскольку боги обитают на священной горе Махамеру (Семеру) — самой высокой горе Явы, чанди по возможности строились таким образом, чтобы они напоминали эту гору. Яванские раджи нередко строили себе чанди еще при жизни. Так произошло с самым величественным шиваитским чанди Лороджонгранг, который расположен в деревне Прамбанан, в 17 километрах от Джокьякарты, и поэтому более известен как храмовой комплекс Прамбанан. Строительство храма относится ко второй половине IX и началу X века, когда на Центральной Яве после буддийского периода снова ненадолго воцарился шиваитский индуизм. Прамбанан был построен раджей Матарама Балитунгом как место поклонения духам, а вернее, как памятник самому себе и своим родственникам. Это подтверждается и самим устройством храма, имеющего форму стилизованной копии кратона (дворца) раджи. В центре на троне — как бы сам Балитунг. Справа и слева от него расположились советники и супруга раджи, а сзади — наследный принц в одежде главнокомандующего. Впереди — животное, на котором ездит раджа. Вокруг в торжественных позах стоят сотни военачальников, устремивших взгляды в сторону владыки. Чанди Прамбанан одновременно был задуман и как прекрасное место отдыха для души раджи и членов его семьи, когда они будут сходить на землю для встречи со своими подданными. Хотя в своем большинстве современные индонезийцы исповедуют ислам, вера в то, что древние чанди — это обиталище душ умерших раджей, все еще сохраняется. Во время посещения на Восточной Яве в районе Маланга великолепного чанди XIII века Кидал, в котором увековечен раджа государства Сингосари — Анусапати, я обратил внимание на то, что выступавший в роли гида сторож храма вел рассказ в настоящем времени. «В этой нише, — авторитетно заявил сторож, — ныне обитает дух раджи Анусапати. Прежде же он обитал в статуе, которая теперь находится в центральном музее Джакарты».

Храмовой комплекс Лороджонгранг первоначально состоял из 8 главных чанди и 156 гробниц. Но его постигла та же участь, что и все другие чанди Центральной Явы: он был заброшен, когда в X веке яванская государственность переместилась с Центральной Явы на Восточную. Страшные землетрясения в начале XI века, а затем в 1584 году превратили в руины большинство чанди в Прамбанане. Затем пришел ислам, и об индуистских и буддийских храмах забыли. Затерянные в джунглях руины Прамбанана были обнаружены учеными лишь в конце XVIII века. Реставрационные работы начались в 1885 году. Шла также расчистка джунглей, поглотивших храмы. Настоящая реставрация началась лишь в 1937 году. 20 декабря 1953 года президент Сукарно официально открыл восстановленный главный чанди комплекса — храм Шивы 47-метровой высоты. Затем, в 70-е годы, были восстановлены два других главных храма высотой 23 метра: чанди Брахмы и чанди Вишну, а также чанди Нанди и ряд других. Восстановительные работы ведутся и сейчас с использованием разбросанных вокруг фрагментов разрушенных сооружений. Тут же в мастерских вытесываются недостающие детали. Теперь стало строже, а более четверти века назад, когда я впервые побывал там, почти каждый турист брал на память «кусочек» Прамбанана. Хорошо еще, что туристов тогда было мало.

С храмом Лороджонгранг, что означает «стройная дева», связано много легенд. Одна из них приводится в книге Л. М. Демина «Из яванского дневника», другая — в книге И. Ф. Муриан «Искусство Индонезии с древнейших времен до конца XV века». Мне лично приходилось слышать несколько устных преданий и видеть балет «Лороджонгранг», в основе которого лежит следующее предание. У раджи Ратубака, кратон которого находился на вершине горы Бака к югу от Прамбанана, была красавица дочь, которую звали Лороджонгранг. Однажды к ней посватался богатырь-волшебник Бандунг Бондовосо. Боясь огорчить Бандунга своим отказом, принцесса согласилась, но при условии, что Бандунг преподнесет ей свадебный подарок, построив за одну ночь храм с тысячью статуй. Лороджонгранг полагала, что юноша не сумеет выполнить ее пожелание. Но ее надежды не сбылись. Бандунг созвал подвластных ему духов и принялся за работу. К рассвету они воздвигли храм с 999 статуями. Осталось создать последнюю статую. Коварная принцесса решила помешать претенденту на ее руку выполнить свое обещание. Она приказала разбудить проживавших во дворце девушек и велела им толочь в ступах рис. Шум разбудил остальных обитателей дворца. Духи, помогавшие Бандунгу строить храм, решили, что наступило утро, и спешно удалились восвояси, так и не достроив последнюю статую. Разгадав козни Лороджонгранг, богатырь превратил ее в каменную статую. Эта статуя, которая и теперь стоит в северной целле главного храма — чанди Шива, изображает на самом деле богиню смерти Дургу.

До сих пор статуя Лороджонгранг привлекает массу паломников. Большинство их — молодые девушки, которые просят «стройную деву» помочь поскорее выйти замуж, а молодые замужние женщины — стать матерями. Они подносят статуе принцессы цветы и душистую золотистого цвета рисовую пудру, которой натирают статую до блеска, и жгут благовония.

С первого взгляда Прамбанан напоминает индийские храмы: там возвышаются статуи божественной троицы Тримурти — Брахмы, Шивы и Вишну, т. е. высших богов в пантеоне индуизма. Те же рельефы, повествующие о перевоплощении бога Вишну, иллюстрирующие жизнь и приключения Рамы, в первую очередь поход обезьяньего войска на остров Ланка, где в плену у Раваны томится супруга Рамы Сита, героические поступки сына богини ветров в образе обезьяны Ханумана, помогающего Раме освободить Ситу. А весь храм как бы представляет копию священной горы Махамеру на Восточной Яве, где обитают боги. Прамбанан для богов — временное пристанище. Орнаменты и рисунки Прамбанана: небесные деревья и живые существа, мифические животные, листья и цветы — все это стилизованные копии того, что водится и растет на горе Махамеру и в ее окрестностях.

Как было сказано выше, главной статуей Прамбанана, олицетворяющей весь шиваитский храм, является статуя Шивы. В руках у Шивы (а их у него, как и у Вишну и Брахмы, четыре) — веер, чтобы отгонять мух, кувшин со святой водой, четки и трезубец. На голове Шивы Махадева как верховного бога — корона с изображением черепа и полумесяца. На лбу — третий глаз. Набедренная повязка — из тигровой шкуры. У ног Шивы на постаменте примостился дракон. Из открытой пасти дракона иногда сочится вода. Это тирта — святая вода после омовения Шивы. Омовение совершается в определенные дни, и вода охотно раскупается как целебная, ибо считается, что тирта омыла не статую, а тело самого бога Шивы. На Бали священники-педанды, считающиеся земным воплощением Шивы, тоже продают святую воду для жертвоприношений с той лишь разницей, что вода там становится «святой» после того, как педанды омывают ею… самих себя. «Вода жизни» — тирта, земля и деревья почитаются яванцами как святая троица — символ всего живого.

В целле храма Шивы, обращенной на север, установлена статуя супруги Шивы — богини смерти Дурги. По индуистской мифологии север символизирует смерть. Дурга имеет устрашающий вид. Она восьмирукая и в каждой руке держит оружие. В храме Брахмы находится прекрасная, но, к сожалению, поврежденная статуя Брахмы. Он четырехликий. Там же и статуя супруги Брахмы — богини искусств и красоты Сарасвами. Летает Брахма на гусе.

В храме Вишну стоит четырехрукая статуя бога Вишну. В руках он держит дубинку, оружие в виде диска, крылатую раковину и цветок лотоса. Он летает на священной птице, наподобие орла, Гаруде. Очень красива статуя супруги Вишну — богини счастья Лакшми. В третьей целле храма Шивы, обращенной на запад, помещена статуя Ганеши — четырехрукого бога счастья, науки и преодоления препятствий. На голове Ганеши корона с теми же атрибутами, что и у его отца — Шивы: черепом и полумесяцем. Б Прамбанане Ганеша — земное воплощение сына раджи Балитунга. Одновременно он воплощает образ патиха (премьер-министра) и главнокомандующего с их атрибутами.

Ганеше, можно сказать, повезло. Не будучи главным богом в пантеоне индуистских богов, он не только не уступает по популярности главным богам — Брахме или Вишну, но и нередко превосходит их. В первую очередь это касается популярности Ганеши в изобразительном искусстве. Каких только статуй Ганеши не доводилось встречать на Яве и Бали: из камня, бронзы, дерева. Специалисты считают, что популярность Ганеши происходит от трех причин: 1) вид у него необычный (с головой слона), 2) он сын могущественного Шивы и 3) кроме бога познаний и науки он еще бог, способный преодолеть любое препятствие. Вот люди и обращаются к Ганеше, прося его помочь преодолеть всевозможные невзгоды. Оружие Ганеши — короткий топор парасу, которым он разит врагов. В одной руке он держит парасу, а в другой — осколок бивня, который у него отрубил в единоборстве предводитель великанов Ниларудрака. История, почему Ганеша родился с головой слона, такова. Когда одна из жен Шивы, богиня Ума, собиралась родить Ганешу, к ним в гости приехал на слоне бог Индра. Слон испугал Уму, она потеряла сознание и через некоторое время родила сына с головой слона. Хобот Ганеши опущен в чашу, наполненную научными познаниями. Он беспрерывно пьет из чаши, содержимое которой никогда не кончается. Вот почему Ганеша — бог познаний и науки. Кроме того, слоны способны пробираться через любые заросли в джунглях, преодолевать любые препятствия. Ганеша ездит на… мыши, которая вместе со слоном является символом преодоления препятствий. Кроме того, Ганеша почитается как бог разума: в левой задней руке, которая отходит от локтя передней руки, Ганеша держит волшебные четки, означающие мудрость. Ганеша служит символом различных научных учреждений в Индонезии.

Прамбанан — каменная симфония рельефов, повествующих о жизни Рамы — земного воплощения Вишну, — в последние годы стал громадной сценой под открытым небом, где в сухой сезон во время полнолуния (всего четыре раза в год) ставится балет «Рамаяна». Это ни с чем не сравнимое зрелище. Эффект присутствия абсолютный. Кажется, что ты сам непосредственный участник происходящего на сцене. Более подробно об этом рассказывается в главе «Ваянг».

Особняком на Яве стоит эротический индуистский храмовой комплекс Сукух, расположенный на западном склоне горы Лаву, недалеко от Соло. Лишь лет десять назад была проложена грунтовая дорога на склон горы, и появилась возможность добираться до чанди Сукух на автомашине, чем я не преминул воспользоваться. Правда, путь к храму по-прежнему нелегкий и довольно опасный. Сукух представляет собой сплав чего-то мистического, различных стилей и какого-то сатанинского величия. Хотя фаллический культ в чанди Сукух превалирует (в форме рельефов), он отличается от эротических храмов Индии и Непала. Во внешнем облике чанди Сукух много общего, казалось бы, со столь далекими от Явы ступенчатыми пирамидами Египта. До сих пор не получен ответ на эту и ряд других загадок чанди Сукух, построенного в середине XV века в период расцвета империи Маджапахит. Сукуху повезло по части туристов. По посещаемости туристами он стоит на втором месте после шедевров Центральной Явы — Боробудура и Прамбанана.

Храмы плато Диенг — самые древние индуистские храмы Явы — расположены на высоте две тысячи метров, в пятистах километрах к востоку от Джакарты, на северо-западе Центральной Явы. Плато Диенг, бывшее когда-то кратером вулкана, представляет пустынное каменистое нагорье с многочисленными горячими источниками и небольшими озерами.

Воспользовавшись тем, что группа советских специалистов занималась исследовательскими работами на предмет строительства гидроэлектростанции Мерича на реке Сераю на склонах плато Диенг, в октябре 1978 года я еще раз осмотрел храмовой комплекс Диенга. Довольно однообразную картину плато оживляют вздымающиеся в небо на стометровую высоту фонтаны геотермальных вод, по запасам которых Диенг держит первенство в Индонезии. В некоторых местах из земли вырываются ядовитые газы. Буквально через несколько дней после нашего посещения от этих газов погибло несколько сот местных жителей, преимущественно детей, и много скота, так как газы распространялись на высоте до полутора метров. Днем на плато жарко, а по ночам температура падает до нескольких градусов выше нуля. Диенг — царство овощей и шампиньонов. Последние консервируются на экспорт.

Храмы на плато были построены в VIII–IX веках правителями государства Матарам. Будучи расположенными на плоскогорье, где очень редкое население и нет действующих вулканов, храмы Диенга сохранились гораздо лучше других храмовых сооружений Центральной Явы. Всего храмов около десятка. Они небольшие — высотой 7–8 метров. Шиваитские храмы южноиндийского типа плато Диенг расположены группами. Самая большая — группа Арджуны. В нее входят чанди Семар, Сриканди, Пунтадева, Сембадра и Арджуна. В южном конце плато, простирающемся почти на два километра, расположен чанди Бима. Несмотря на кажущуюся простоту, храмы плато Диенг представляют исключительную ценность. Они геометрически строги, лаконичны, но очень выразительны. Построены они по единому принципу: квадратное или слегка вытянутое основание, кубическая целла и трехступенчатая верхняя часть (теперь, как правило, сильно разрушенная). Статуи не сохранились.

Краткое описание древних храмов Явы я хочу закончить буддийским чанди Боробудур, шедевром яванской архитектуры, который величают восьмым чудом света. Боробудур настолько грандиозен, так совершенен, пропорционален и красив, так изумительно вписывается в окружающий ландшафт, что если бы в Индонезии не было Прамбанана, храмов Восточной Явы и плато Диенг, одного Боробудура было бы достаточно, чтобы прославить Индонезию как страну шедевров мирового искусства. Боробудур — самый грандиозный в мире буддийский храм. Он на триста лет старше знаменитого Ангкор Вата в Кампучии. «Чудо в камне» — так называют Боробудур, поражающий своей монументальностью. Его объем — 55 тысяч куб. метров; состоит он из более чем двух миллионов каменных плит.

Боробудур был построен во время правления династии Шайлендра из суматранской империи Шривиджая, исповедовавшей буддизм. В середине VIII века Шайлендра захватили значительную часть Явы, вытеснив оттуда шиваитских властителей. Расположен Боробудур в сорока километрах к северо-западу от Джокьякарты. Название храма, по-видимому, состоит из двух слов: «Боро», или «Бара», и «будур». «Бара» происходит от санскритского слова «вихара», что означает комплекс храмов или монастырей, а «будур» напоминает балийское «бедухур», что означает «наверху». Следовательно, «Боробудур» можно расшифровать как «комплекс храмов на холме».

Каждый раз, путешествуя по Яве, я обязательно посещал Боробудур, и не ради праздного любопытства, а чтобы еще глубже осознать, какие шедевры были созданы талантливыми предками современных индонезийцев, которым, кстати, и самим не занимать таланта. Мне посчастливилось быть свидетелем того, как в течение четверти века Боробудур из почти заброшенного храма превратился в один из главных культурных памятников Индонезии и всего мира, стал объектом массового паломничества туристов, возродился в «симфонию из камня», прославляющую гений и титанический труд человека. Даже не верится, что каких-нибудь тридцать лет назад этот гимн индо-яванской культуры интересовал лишь ученых, и то немногих. В день Боробудур посещали с десяток людей, и при нем жил всего один сторож, как до сих пор при большинстве восточнояванских храмов.

Впервые мне довелось увидеть Боробудур в конце ноября 1960 года. Сезон тропических дождей был в самом разгаре. Смеркалось. Никто из моих спутников не решился выйти из машины. Я же, много лет мечтавший о встрече с Боробудуром, невзирая на ливень и грозу, направился к храму один. Хотя я много читал о Боробудуре, видел его изображения на многочисленных открытках и картинах, «живой» Боробудур меня буквально ошеломил. Я стоял как завороженный. Казалось, небеса разверзлись, оттуда вышел великан и застыл, как огромное каменное изваяние. Несмотря на раскаты грома и полыхающие молнии, делавшие Боробудур абсолютно неземным, я стал подниматься наверх по крутым каменным ступеням. Взобравшись на верхнюю террасу, я застыл в оцепенении при виде открывшейся мне картины. В сгущавшихся сумерках при свете молний открылась главная ступа-пагода и множество статуй Будды и ступ поменьше. Картину дополняли стаи обезьян. Напуганные грозой, они носились по верхним ярусам чанди, истошно крича. Не знай я, что Боробудур — храм буддийский, впору было подумать, что ожили картины «Рамаяны». Казалось, полчища обезьян штурмом берут чанди. Одна из обезьян, что покрупнее и почти совсем белая, была точь-в-точь как легендарный предводитель обезьяньего войска Хануман. В ужасе я поспешил вниз. Поскользнувшись на мокрой плите, кубарем полетел по ступенькам лестницы.

Хотя первое посещение Боробудура стоило мне разбитых коленей, исцарапанных рук и разорванных брюк, я был безмерно счастлив. Единственно, что портило настроение, это реакция моих спутников, дожидавшихся в машине. «Стоила ли игра свеч?» — спросил один из них. «Еще как стоила», — ответил я. Не успокоившись на этом, к явному неудовольствию тех, кто «пожалел свечей», я направился в будку сторожа, чтобы задать ему несколько интересовавших меня вопросов, в том числе— почему такой всемирно известный памятник культуры мало посещается. Вместо ответа уже было задремавший сторож протянул мне книгу отзывов почетных гостей. Хотя я не причислял себя к почетным гостям, все же расписался в книге и по своей дотошности записал все тот же вопрос — о причинах редкой посещаемости. По отзывам в книге было видно, что и почетные гости не баловали Боробудур. Последняя запись была сделана две недели назад женой министра иностранных дел Индонезии Субандрио.

Забегая вперед, скажу, что Боробудур я «сглазил». Когда я снова приехал туда в 1963 году, от полчищ обезьян не осталось и следа, а во время посещения Боробудура еще через пять лет уже были полчища туристов.

В последние годы туристский бум в Боробудуре стал абсолютно неуправляемым. В отличие от индуистских храмов Боробудур не имеет внутренних помещений. По всей вероятности, он был задуман не как молитвенное сооружение, а как место паломничества буддистов. Поэтому внутренние помещения были излишни. Боробудур был буквально облеплен туристами. Они карабкались по его крутым ступеням, ходили по террасам, взбирались на ступы, тянулись руками до находящихся внутри ступ изваяний Будды. Существует поверье, что тот, кто дотянется до статуи Будды, будет счастлив и все его желания исполнятся. Некоторые наиболее ретивые посетители взбирались на главную дагобу высотой семь метров, чтобы сфотографироваться. Повсюду кожура от бананов и других тропических фруктов, листья бананов, в которые заворачивают рис и приправу к нему, бутылки от прохладительных напитков, обрывки бумаги. Ребятишки играют в прятки. Вся территория вокруг чанди обросла лавочками и лавчонками, торгующими сувенирами, изделиями ремесленников, прохладительными напитками, фруктами и всякой снедью. Воздух отравлен чадом выхлопных труб туристских автобусов. Шум невообразимый.

Для подавляющего большинства туристов сложная философия буддизма, отраженная в Боробудуре, его символика не очень понятны. По этой философии, ступы, или дагобы, а их в Боробудуре семьдесят две, как основные сооружения храма представляют наивысший символ буддизма. Одновременно это модель вселенной. Так же как и весь Боробудур, каждая его ступа — модель человека с его телом, мыслями и поступками. Ступы относятся к последней, десятой ступени в структуре Боробудура. Все эти ступени отражают мечту буддистов освободиться от порочного круга житейских страданий, вырваться из этого лабиринта, очиститься и перевоплотиться, достичь нирваны, т. е. абсолютного покоя. Буддисты верят, что после смерти человека, которому удалось вырваться из этого лабиринта, его душа отделяется от тела, перевоплощается тысячи раз и, наконец, находит покой в нирване.

Бытовавший на Яве во время возведения Боробудура буддизм махаяны делал упор на элементы Тантраяны, повествующей о способах достижения нирваны, в первую очередь через посредство дыхания. Особый способ дыхания позволяет человеку воплотиться в Будде и достичь нирваны. Каждая часть тела находится во власти определенного божества, в основном Будды или Шивы. В дальнейшем в XIII веке во времена правления раджи Сингосари Кертанагара, когда центр яванской государственности прочно закрепился на Восточной Яве, шиваизм и буддизм слились в одну религию — шивабуддизм.

При всей своей грандиозности не ступы и не статуи Будды, которых первоначально было 504, а рельефы Боробудура составляют славу и гордость величайшего буддийского храма. Они поражают своей жизненностью и простотой, являя собой энциклопедию жизни яванцев VIII века. Именно в рельефах, несмотря на то что они повествуют об этапах развитий буддизма, о жизни его основателя Сиддхартхи Гаутамы, о деяниях человека, приводящих к карме, согласно которой общественное положение человека является результатом его поведения в прошлых существованиях, — именно там отражен жизненный уклад и религиозные представления яванцев того времени. На этом фоне и разворачиваются джатаки — притчи о 550 перевоплощениях Будды. Каждая панель рельефов Боробудура, составляющих в длину 3 тысячи метров при площади 2500 квадратных метров, — это изображения на камне, по которым мы можем представить себе повседневную жизнь, обычаи, пищу, животных, средства передвижения, музыкальные инструменты яванцев, живших двенадцать веков назад. Правда, рельефы самой нижней стены первого яруса изображают садистские и сексуальные сцены, которые были закрыты еще в стародавние времена по причине их непристойности. Закрывшая их балюстрада шириной шесть метров укрепила основание храма.

Приехав в очередной раз на Центральную Яву в 1978 году, я не смог полюбоваться Боробудуром: он был закрыт лесами. Но зато повезло в другом. По рекомендации нашего соседа по Дому советской культуры в Джакарте, профессора Роосено, бывшего министра общественных работ, руководившего реставрацией Боробудура на первом этапе (начиная с 1973 года), я встретился с заведующим отделом общественных связей при штабе по реставрации Боробудура, известным искусствоведом Р. Сухарсоно. Было интересно узнать, как идет реставрация храма. Заинтересовала меня и ранее неизвестная легенда о сотворении Боробудура, которую пересказал Сухарсоно.

С незапамятных времен остров Ява плавал в океане. Чтобы Ява не уплыла куда-нибудь, ее пришлось прибить гвоздем к центру земли. Не случайно в именах многих центральнояванских раджей присутствует слово «гвоздь» (паку). Со временем гвоздь, которым прибили Яву, превратился в холм, расположенный к югу от города Магеланг. Холм назвали горой Тидар. Район вокруг гвоздя стал известен как долина Кеду. Из-за необычайного плодородия и трудолюбия его жителей долину Кеду нарекли «садом острова Ява». Именно в этом саду и возник Боробудур. Красоту долины Кеду дополнили две высокие горы-близнецы — Мерапи и Мербабу — на востоке и горы Сумбинг и Синдоро на северо-западе. Особенно величественна огнедышащая Мерапи, название которой и происходит от слова «огонь» (апи). Это один из наиболее часто извергающихся вулканов Явы, за что его восславил Л. М. Демин в своей книге «Над Мерапи облака». Над остроконечной вершиной Мерапи постоянно видны клубы дыма. В среднем извержение происходит каждые два-три года. Согласно легенде, именно Мерапи породил Боробудур. Но он же его и разрушил, вызвав в 1006 году страшное землетрясение.

С западной и южной сторон плоскогорье Кеду обрамлено цепью гор Менорех. Если смотреть на них со стороны Боробудура, явно различимы гигантские черты лица какого-то человека, возлежащего на вершинах гор. Этот человек и есть создатель Боробудура по имени Гунадарма. Его имя означает, что он «сделал добро». Гунадарма отдыхает на вершинах гор, глядя на творение рук своих.

В прежние времена долина Кеду считалась священной. Кроме Боробудура там почти одновременно было возведено два других буддийских храма — Мендут и Павон. Все три составляют единое целое. Мендут расположен в трех километрах от Боробудура, а Павон — в полутора километрах. Несколько позже, в начальный период государства Матарам, был воздвигнут чанди Каласан, ставший четвертым крупным буддийским храмом долины Кеду. Подобно чанди Мендут, Каласан имеет три основные части: основание, главную целлу и многоступенчатую кровлю, к сожалению сильно разрушенную. Храм венчала дагоба, от которой осталось лишь основание. Несмотря на разрушения, Каласан необычайно красив и величествен. Особую красоту ему придают длинные, пышно декорированные лестницы и высокие входы с огромными грозными масками кала-макар над ними. Хотя Каласан буддийский храм, по своим очертаниям он гораздо ближе к индуистскому Прамбанану, чем к буддийскому Боробудуру. Это впечатление усиливается, когда видишь, насколько грандиознее типично индуистские маски кала-макар, нежели статуи бодхисатв, обрамляющие порталы чанди Каласан. Храм — продукт синкретизма двух религий: шиваизма и буддизма.

Очередь Каласана на восстановление пока не наступила. Когда смотришь на величественный храм, кажется, что он ждет, когда же наконец и к нему придут реставраторы. В ожидании же этого он почернел и продолжает дряхлеть. Как и многие другие, движимые любопытством, однажды я забрался в главную целлу Каласана и с трудом спустился вниз, едва не свалившись из-за скользкого мха, которым оброс храм.

Что же касается Боробудура, то он отреставрирован полностью, вернее, насколько возможно и 23 февраля 1983 года был официально открыт заново, венчая тем самым десятилетний титанический труд реставраторов. Правда, десять лет может показаться не таким большим сроком в сравнении с восьмьюдесятью годами, ушедшими на возведение Боробудура. На его строительстве было занято несколько десятков тысяч человек, правда… без компьютеров. В феврале 1983 года закончился последний этап реставрации Боробудура. Начался же он 170 лет назад, когда в 1814 году английский губернатор Т. С. Рафлс (тогда англичане владели Явой) узнал от местных китайцев, что в джунглях около деревни Бумисегоро, недалеко от Джокьякарты, находится полузаросший каменный холм, представляющий собой развалины храма. По поручению Рафлса в 1815 году начались раскопки под руководством офицера саперных войск капитана Корнелиуса, который незадолго до этого провел первые работы по восстановлению Прамбанана. Но к реставрации Боробудура приступили лишь в конце XIX века.

Первый период восстановления закончился в 1911 году. Однако это не только не спасло храм от дальнейшего разрушения, но и отчасти усугубило этот процесс: его стали еще больше размывать тропические дожди (в среднем в день в сезон дождей на Боробудур обрушивается до 100 миллиметров осадков). Горный пористый камень андезит, из которого создан храм, впитывал влагу, как губка. Грунтовые воды безжалостно подмывали основание чанди, расположенное на небольшом земляном холме. Кроме того, в колониальный период десятки статуй Будды были похищены. Многие статуи были обезглавлены. Как писал индонезийский журнал «Вариа» (24 января 1973 года), в 1896 году было совершено «величайшее, ничем не прикрытое преступление: голландские власти преподнесли в подарок королю Сиама Чулалонгкорну лучшую статую Будды из Боробудура».

Второй этап реставрации Боробудура начался в 1969 году. Именно тогда с помощью ЮНЕСКО, куда обратилось правительство Республики Индонезии, пошли на риск разборки основания храма. Но это все же был лишь подготовительный этап. Настоящая реставрация началась в 1973 году и длилась десять лет. Срок, конечно, большой, и, по выражению упоминавшегося ранее первого руководителя реставрационных работ профессора Роосено, работы вначале велись по широко распространенной на Яве пословице «Медленно, но верно». Но и объем работ был колоссальный. Было разобрано, обработано, реставрировано и уложено обратно 29 тысяч кубометров камня, что составляет более половины общего объема Боробудура. Из разбросанных вокруг 10 тысяч камней было вытесано и уложено около 5 тысяч новых фрагментов-заменителей, помеченных белой краской. Каждый камень предварительно был тщательно изучен, дизенфицирован, покрыт предохранительным раствором. Успешному завершению реставрационных работ во многом способствовали компьютеры. Они кодировали вес, размеры, форму и цвет каждой плиты, каждого камня, а затем классифицировали, определяли, какой куда положить, какой статуе Будды принадлежит та или иная голова, веками валявшаяся у подножия храма. До начала реставрации Боробудура 280 из 504 статуй Будды были без голов. Подсчитано, что использование вычислительной техники ускорило процесс реставрации Боробудура в семь раз.

Величайшее творение человеческого гения удалось сохранить для будущих поколений. Теперь его посетители имеют возможность ознакомиться с памятником последовательно, увидеть главное, ради чего он был построен. Боробудур стал крепче, ярче, но, как выразился руководитель реставрационных работ доктор Сукмоно, он «стал менее романтичным, в первую очередь из-за изменения цвета. Прежде он был темно-серым, теперь его седые камни стали белесыми. Боробудур потерял очарование веков, хотя его удалось сохранить на века».

Казалось бы, на этом можно поставить точку. Но, думаю, что уместно сказать и о том, что для регулирования потока туристов, для ведения просветительной и научной работы создается туристский комплекс Боробудур — Прамбанан площадью 86 гектаров. Комплекс, или парк, будет создан в течение десяти лет, и на его создание будет затрачено столько же средств, сколько ушло на реставрацию Боробудура, а именно 25 миллионов долларов. В состав туристского комплекса войдут рощи священного дерева Бодхи, молитвенные здания, научные лаборатории, занимающиеся проблемами сохранения памятников старины, помещения для научных симпозиумов, информационный центр, киоски, торгующие сувенирами для туристов, кафе, автобусные станции. Станут лучше и шире дороги, тянущиеся к Боробудуру мимо живописных рисовых полей и пальмовых рощ. Во главе туристского комплекса встал бывший министр информации и бывший посол Индонезии в Испании маршал авиации Будиарджо, уроженец тамошних мест, большой знаток яванской культуры. Правда, в конце 1985 года Будиарджо был заменен. Несколько ступ Боробудура 20 января 1985 года было взорвано злоумышленниками. Ими оказались исламские экстремисты. Они взорвали Боробудур, а также ряд других «немусульманских» зданий в различных частях Явы в знак протеста против «политики правительства». В январе 1986 года начался процесс по делу о взрыве Боробудура. К величайшему сожалению, мне не довелось увидеть реставрированный Боробудур (видел лишь на кинопленке). Кто знает, может быть, еще доведется…