История сыска в России. Книга 2

ПЕТЕРС РАСКРЫВАЕТ ЗАГОВОРЫ

Сообщение ВЧК об окончании следствия по делу о крупном центре спекуляции — “Российском Союзе торговли и промышленности”.

30 августа 1918 г.

Заведующий следственной части отдела по борьбе со спекуляцией ВЧК т. Закс закончил следствие по делу о “Российском союзе торговли и промышленности для внешнего и внутреннего товарообмена”. Дело будет передано на рассмотрение Верховного Революционного трибунала.

Союз был учрежден в 1914 году князем Щербатовым, профессором Федоровым, Сытиным, Грибовым и другими. Его членами состояли видные общественные деятели, профессора, адвокаты и крупные негоцианты. Союз широко рекламировал свою деятельность и издал целый ряд брошюр по поводу своего учреждения. Союз имел целью ознакомление русских торговцев с рынками славянских стран и, наоборот, должен был изучать условия сбыта товаров на русских и иностранных рынках — словом, способствовать развитию внешнего и внутреннего товарообмена.

Однако материалы, собранные ВЧК, показывают другое. Под фирмой союза процветала безудержная спекуляция и расхищение народного добра. Это признают и видные члены, основатели союза, например, ИД.Сытин в своих показаниях констатирует, что союз стал хиреть, не успев развиться, и что он заявил о своем выходе из правления союза и года два, как перестал посещать заседания. Сытин заявляет, что к этому последнему периоду и могут относиться злоупотребления, о которых велось следствие.

Первые сведения о спекуляции в “Российском союзе торговли и промышленности” поступили в апреле с.г., и с тех пор за союзом и его деятельностью было организовано секретное наблюдение.

Наблюдение выяснило, что помещение союза — не столько контора торгово-промышленного предприятия, сколько место встречи различных “торговых людей”, нечто заменяющее биржу, где собираются торговые агенты, комиссионеры и другие лица, занимающиеся спекуляцией.

Центром союза был товарный отдел, которым заведовал инженер Богатырев. Там предлагались для продажи: мука, крупа, сахар, чай, металлы и пр., и все в громадных количествах. Инженеры Богатырев и Сюдзинский предлагали разным складам большие количества товаров, подлежащих учету.

Когда все это выяснилось, в конторе союза был произведен обыск и обнаружено множество заявлений, в которых различные лица и фирмы предлагали союзу самые разнообразные товары. В торговых книгах после Октябрьского переворота никаких записей не велось.

На основании данных, полученных при обыске, были арестованы члены правления и мнимые торговцы и посредники: Дежур, Шереметьевский, Валерьянов, Крейнес и другие — всего 17 человек, а позднее было арестовано еще 12.

Из следственного материала видно, какое громадное количество товаров прошло в разное время через руки союза. Были одновременные предложения таких партий товара: 200 тысяч пудов металла через акционерное общество “Келлерт” (председатель правления Крейнес), 700 тысяч пудов чая от Губкина и Кузнецова, 13 тысяч пудов мыла от завода Акшинази, Столкинда и Давыдова, 35 тысяч пудов смазочных масел от торгдома Горфельд, затем 10 миллионов пудов пшеничной муки, 100 тысяч банок консервов, 10 тысяч пудов сахара и тд. Немалую роль в этих операциях играл “штаб металла”, реорганизованный из прежнего “Фрон-тометалла”.

Спекулировали не только товарами, ускользнувшими от учета, но и казенным имуществом, оставшимся после демобилизации армии, поэтому обвинение будет формулировано не только за спекуляцию и сокрытие товаров от учета, но и за расхищение народного достояния, за преступления по должности.

К ответственности привлекаются видные промышленники и биржевые тузы, в том числе Крашенинников, Тахта-миров, Валерьянов, Воронов, Яблонский, Аганьев, Крейнес, Тарнопольский, Раговин и другие — всего 29 человек.

Весь богатый материал, ужасающий по бесстыдству и наглости, будет подробно опубликован и освещен на заседаниях Верховного Революционного трибунала.

Сообщение ВЧК об издании специального еженедельного журнала.

31 августа 1918 г.

ВЧК по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией в целях установления надлежащей организационной связи между всеми ЧК Советской республики предполагает в скором времени приступить к изданию специального еженедельного журнала, предназначенного для идейного руководства из центра и для непосредственного инструктирования по очередным вопросам.

Необходимость такого журнала выяснилась в связи с запросами, получаемыми ВЧК от местных ЧК

В этом журнале будет введен отдел по исторической систематизации всех материалов, освещающих классовую борьбу в русских условиях.

Сообщение газеты “Известия” о раскрытии контрреволюционной организации на юге Украины,

29 октября 1918 г.

Благодаря бдительности чрезвычайной комиссии Западной области выяснились весьма интересные подробности тайных организаций “Южной армии”, действовавших в местностях, расположенных вблизи демаркационной линии.

Агенты этих тайных организаций работали на важнейших железнодорожных пунктах для вербовки членов и отправки их на Украину с подложными документами. Ответственные должности заведующих пропускными пунктами и вербовщиков занимали бывшие офицеры в чине не ниже капитана.

Удалось выяснить местонахождение этих организаций и их состав; из захваченной переписки установлено, что всей этой организацией руководит белогвардейский союз “Наша родина”, находящийся в Киеве. Приказы подписаны исполняющим должность начальника главного бюро генерал-майором Шульгиным; полковник Чесноков назначен начальником главного бюро по набору добровольцев. В приказе № 2 указаны главные пункты явки добровольцев: Харьков, Полтава, Екатеринослав; во главе этих трех пунктов стоит полковник Домашнее. Затем идут следующие этапные пункты: Минск, Псков, Бердичев, Житомир. Кроме заведующих этапными пунктами и вербовщиков, имелись еще “курьеры”, которые по делам организаций разъезжали по всей Советской России. По раскрытии организации главные агенты, оперировавшие в Советской России, подверглись расстрелу.

В забранной переписке найден устав этой тайной организации, освещающий ее цели. Вот некоторые выдержки из него:

1. Цель и назначение организации “Наша родина” — борьба с большевиками, восстановление в России монархии. Армия не может сейчас задаваться широкими политическими задачами, когда внешний враг, “Интернационал”, душит коренное русское население, а потому границы будущей России и та или другая форма правления, но непременно монархическая, могут быть только установлены после изгнания большевиков.

2. Командный состав. Во главе корпуса ставится генерал, находящийся во власти большевиков, почему фамилия его в настоящее время не объявляется. Фамилия генерала в переписке обозначена цифрами 5327135721805496 и 524333772899611385454 (белогвардейский шифр).

3. Ход формирования. Все, какие возможно, силы направляются на места военных действий, где находится генерал Семенов, командующий первой дивизией. Вооружение производится на месте боевых действий.

4. Источник финансирования. Армия существует на деньги, добытые союзом “Наша родина” заимообразно. Деньги эти будут возвращены лицам, их ссудившим, по достижении нашей главной задачи — восстановления России.

5. Ориентация. Сперва выгнать большевиков, восстановить монархию, а потом уже разбирать наши внутренние дела своими русскими руками. Образ правления — монархия с народным представительством по двухпалатной системе, министерство ответственное, но не парламентарное.

После этого документа становится ясным, с какой целью буржуазия стремилась увезти свои деньги и драгоценности и почему бывшие офицеры пробираются на Украину с подложными документами.

Наши пограничные пропускные пункты должны усилить надзор и бдительность и решительными мерами предотвратить увеличение кадров активных врагов трудового народа. Любопытно было бы узнать скрытую под шифром фамилию генерала. Как известно, украинские монархисты тратили громадные суммы денег на освобождение одного известного генерала, арестованного на западной границе.

Постановление VI Всероссийского съезда Советов об освобождении некоторых категорий заключенных.

6 ноября 1918 г.

Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, казачьих и красноармейских депутатов в своем заседании от 6 ноября по предложению Совета Народных Комиссаров постановил:

1. Освободить от заключения всех тех задержанных органами борьбы с контрреволюцией, которым в течение двух недель со дня ареста не предъявлено или не будет предъявлено обвинение в непосредственном участии в заговоре против Советской власти или подготовке его, или в организации белогвардейских сил, или в содействии тем партиям и группам, которые явно поставили себе целью вооруженную борьбу против Советской власти.

2. Освободить от заключения всех заложников, кроме тех из них, временное задержание которых необходимо как условие безопасности товарищей, попавших в руки врагов. Необходимость дальнейшего содержания под стражей заложников такого рода для каждого отдельного лица может быть установлена только Всероссийской чрезвычайной комиссией. Никакая другая организация не имеет права брать заложников и содержать их под стражей.

3. Предписать всем революционным трибуналам и народным судам в срочном порядке пересмотреть списки осужденных ими лиц с целью применить досрочное освобождение в самых широких размерах в отношении тех из них, освобождение которых не представляет опасности для республики.

4. Поручить наблюдение за точным и неуклонным проведением этого постановления Центральному Исполнительному Комитету, а на местах — исполнительным комитетам местных Советов.

5. Ввести это постановление в действие по телеграфу.

Председатель VI Всероссийского съезда Советов

Я.Свердлов.

Секретарь Аванесов.

Запись беседы заместителя председателя ВЧК Я.Х.Петерса с корреспондентом газеты “Известия” об итогах работы ВЧК за год.

6 ноября 1918 г.

Всероссийская чрезвычайная комиссия создалась после конструирования всех комиссариатов. С упразднением Военно-революционного комитета почти вся ликвидационная комиссия его вошла во Всероссийскую чрезвычайную комиссию. Из первоначально назначенных семи товарищей только четверо — я, Дзержинский, Евсеев и Фомин — приступили к работе в ней, остальные привлечены были в разные комиссариаты.

Первой нашей задачей в то время была борьба с саботажем, разгон собраний саботирующих, арест руководителей их, конфискация имевшихся у них фондов и т. д. В тот момент политические контрреволюционные организации были слабы. Приходилось считаться лишь с отдельными группами контрреволюционеров, почти не связанных между собой единой организацией.

Такие группы, как “Организация белого креста”, “Черная точка” и другие, были вербовочными пунктами для Каледина и других контрреволюционных деятелей. Борьба с ними была легка и в первый период нашей работы отнимала относительно мало сил. После полной ликвидации саботажа Чрезвычайная комиссия занялась борьбой с хулиганством и бандитизмом, который принял тогда в Петрограде ужасающие размеры. Нам удалось арестовать князя Эболи с любовницей, и над ними — это было в феврале — были совершены нами первые смертные казни.

Вопрос о смертной казни с самого начала нашей деятельности поднимался в нашей среде, и в течение нескольких месяцев после долгого обсуждения этого вопроса смертную казнь мы отклоняли как средство борьбы с врагами. Но бандитизм развивался с ужасающей быстротой и принимал слишком угрожающие размеры. К тому же, как мы убедились, около 70 процентов наиболее серьезных нападений и грабежей совершалось интеллигентными лицами, в большинстве бывшими офицерами.

Эти обстоятельства заставили нас в конце концов решить, что применение смертной казни неизбежно, и расстрел князя Эболи был произведен по единогласному решению.

Борьба с бандитизмом поглощала все наше внимание до самого переезда в Москву. Тут мы натолкнулись на относительно мало распространенное в Петрограде явление — на густую сеть активно выступавших анархистских организаций. Последние в Москве представляли собой как бы вторую, параллельную Советской власти, власть: они выдавали ордера, имели черную гвардию и тд.

Мы решили проникнуть в анархические коммуны и после обследования их мы убедились, что громадное большинство членов этих коммун обыкновенные бандиты, ничего общего с идейным анархизмом не имеющие. Тогда мы решили приступить к разоружению этих коммун.

В одну ночь при помощи вооруженной силы мы блестяще выполнили эту задачу.

Следствие по делу анархистов доказало, что наше предварительное обследование не было ошибочным: среди арестованных не больше 5 процентов оказались идейными анархистами. Организованный нами вслед за тем уголовный подотдел занялся ликвидацией наводнявшей всю Москву фальшивыми деньгами шайки фальшивомонетчиков.

Только в Москве пришлось нам в своей работе считаться уже с организованными кадрами контрреволюции, которые первой своей задачей ставили дезорганизацию Советской власти. Об этой своей задаче специально говорят в одной из резолюций правые эсеры. Когда мы до того заговаривали о проявляющейся в этом направлении работе правых эсеров, наши же товарищи склонны были отнестись скептически к нашим уверениям. Но время показало и им нашу правоту. И нам пришлось для успешной работы усилить наш контрреволюционный отдел и разбить его на несколько подотделов.

В мае месяце мы раскрыли “Союз спасения родины и свободы”. При ликвидации этой организации перед нами вырисовалась картина объединения русской и мировой контрреволюции. Уже тогда мы увидели причастность к деятельности русской контрреволюции иностранного империализма. Последний не ограничивался помощью пассивной — снабжением деньгами, он приносил российской контрреволюции и помощь активную — людьми.

В конце мая при ликвидации этой организации нам ясны стали слова Бонар-Лоу, который сказал, что союзники выступят против Советской власти лишь в тот момент, когда образуется в России группа людей, которые позовут их на помощь в борьбе против большевиков. Из различных источников мы убеждались в том, что союзники деятельно занимаются организацией таких групп.

Когда возникли опасения занятия немцами Москвы, московская организация “Союза спасения” получила от союзников 3 миллиона рублей и переехала в Казань. При ликвидации этой организации выяснились и цели ее. Она думала сорганизовать силы в приволжских городах, организовать там правительство и продержаться до прибытия на помощь союзников. Уже в тот момент выяснилось, что вместе с ними выступят чехословаки, но, к сожалению, выступление последних предупредить было уже поздно.

По найденным адресам, паролям и т. п. были произведены аресты в Казани, Рязани и других городах, и организация “Союза спасения” была подавлена. В ней всего больше оказалось офицерства. Вся внутренняя структура ее была построена на военный лад. Только при ликвидации “Союза спасения” мы выяснили, что контрреволюционные организации — от правых эсеров до алексеевцев — объединены. Для этого объединения разных течений контрреволюционного лагеря выезжала арестованная в Казани жена бывшего министра Никитина.

После ликвидации “Союза спасения” наступило в нашей работе некоторое затишье, и опять мы отдались работе по внутренней организации. Созвана была конференция провинциальных чрезвычайных комиссий. Был предпринят целый ряд других мероприятий с целью сплочения сети разбросанных по всей России чрезвычаек в одно целое.

В начале июля мы узнали определенно — подозревали мы это давно, — что следы видных контрреволюционеров ведут в дипломатические представительства союзников, даже в союзные посольства. Узнали мы об этом, когда в поисках сотрудников союзники напали на наших агентов, приглашая их приступить к предательской работе. В течение почти полутора месяцев нами велась секретная слежка. Нам удалось войти в связь с посольствами и с их агентами во многих городах, но с раскрытием наших карт мы выжидали, однако опасность предательских выступлений в отдельных местах пришлось устранять, не выжидая раскрытия всего заговора.

Мы ликвидировали местные заговоры в Вятке и Вологде. При ликвидации заговора в Вологде (в середине августа) мы убедились, что главный штаб заговорщиков находится в союзных посольствах. В конце августа выяснилось после обысков у некоторых французов, что они думают после отъезда из Москвы оставить здесь контрреволюционный штаб. Для этой цели у американского консула было созвано специальное совещание. На этом совещании решено было направить свои усилия в трех направлениях:

1. Работа по дезорганизации Красной Армии путем подкупа, саботажа, воспрепятствования доставки продовольствия, а также путем разрушения транспорта и лишения всего населения продовольственных припасов.

Выполнение этой задачи и было поручено английскому офицеру Рейли. Последний обратился, между прочим, к т. Берзину; он понял, что латышские части, состоящие главным образом из пролетариев, представляют душу русской армии, ту часть, в которой раньше, чем в других, проснулась революционная дисциплина. Он хотел направить раньше всего свои усилия на деморализацию латышских частей и с этой целью вручил т. Берзину крупную сумму денег, услащая эти свои предложения рядом обещаний насчет будущего устроения Латвии и т. п.

2. Подрывная работа — взрывы Советов, поджоги продовольственных складов и тд. Эти задачи должен был выполнять французский офицер Вертамон.

3. Шпионаж. Организация последнего была поручена американскому торговому агенту Коломатиано, который создал широкий аппарат шпионажа. Его шпионы работали на ответственных постах в советских учреждениях, доставляя союзникам нужные им сведения. Так, например, Евгений Галицьш работал в трех учреждениях военного ведомства.

Обслуживали союзников еще и генерал Загорский, и Фриде. Все эти лица добросовестно освещали положение армии. С арестом Коломатиано шпионской организации был нанесен непоправимый ущерб. Вслед за ним мы могли уже приступить к аресту Локкарта и целого ряда других главарей шпионской шайки.

В данный момент чрезвычайная комиссия занята раскрытием новых нитей союзного заговора. Пока могу лишь сказать, что, например, поджог Казанского вокзала был совершен французами. По этому делу арестовано около 80 человек, и они предстанут перед гласным судом Высшего революционного трибунала, так как целый ряд подробностей этого дела представляет большой общественный интерес.

Такова в общих чертах деятельность Всероссийской чрезвычайной комиссии со времени ее возникновения.

Ближайшей нашей задачей является создание правильно организованной инспекции над всеми чрезвычайными комиссиями по всей России. Придется произвести — и мы будем это делать — сильнейшую чистку среди наших работников, ибо теперь основная наша задача — беспощадная борьба с контрреволюцией — требует сильнейшего напряжения всех наших сил.

В ближайшем будущем нам предстоит, может быть, выдержать последние и наиболее сильные удары. Для Советской России теперь в самой оголенной форме стоит вопрос: “Быть или не быть”. И мы используем подсказываемое нам опытом правило, в силу которого внутренняя контрреволюция поднимает свою голову, как только почует помощь извне, и направим к сокрушению ее все наши усилия.

Справка сотрудника ВЧК о деле бывшего хлопкового “короля” Потеляхова, уличенного в спекуляции.

25 ноября 1918 г.

Гражданин Потеляхов был арестован по подозрению в контрреволюции в апреле 1918 г.

При разборе дела выяснилось, что арестованный гражданин Потеляхов также и крупный спекулянт. До сих пор показаниями и документами бесспорно установлено следующее:

1. Гражданин Потеляхов перевел на имя германского подданного принадлежащие ему 2400 паев потеляховского товарищества. Паи эти отобраны у этого германского поданного ВЧК (покупная ценность их 30 миллионов рублей).

2. Гражданин Потеляхов купил в ноябре 1917 года ватную фабрику, но она почти не работала. С декабря 1917 года она не работает, между тем гражданин Потеляхов получил хлопок якобы для фабрики, а на самом деле хлопок продавал по спекулятивным ценам. До сих пор выяснено, что гражданин Потеляхов таким образом продал 213 вагонов хлопка.

3. Потеляховское товарищество, во главе которого стоит Потеляхов, продавало хлопок урожая 1916 года (Зб рублей за пуд) как хлопок урожая 1917 года (цена 118 рублей за пуд). В настоящее время производится дознание, каким образом Потеляхову удавалось обходить правила торговли хлопком и кто из служащих хлопкового комитета и Центротекстиля помогал ему в этом. Дело это тянется по следующим причинам:

1. Сложность дела, так как необходимо проверить не только книги гражданина Потеляхова, но и книги Центротекстиля, банка и фабрик, получавших хлопок от Потеляхова.

2. Отсутствие надежного переводчика, который мог бы перевести письма-отчеты Натаэля Потеляхова брату своему Рафаилу Потеляхову, также директору потеляховского товарищества.

В этих письмах мы находим ряд указаний, как Потеляхову удавалось обходить правила торговли хлопком. Письма писаны на древнебухарско-еврейском языке (РЭШИ).

Потеляхов был до сих пор допрошен 5 раз. За все время своего пребывания в Таганской тюрьме гражданин Потеляхов получал нормально свидания со своими родственниками. Но с переводом его в тюрьму при ВЧК он свиданий не получал. Мною послана записка в Контрольную ревизионную коллегию о возобновлении свидания.

Сотрудник ВЧК (подпись неразборчива).

Резолюция: т. Аванесову. Вот справка о деле хлопкового короля Потеляхова. Мы предложили отдать его родственникам, если они дадут за него на несколько миллионов хлопка.

26/XI Ф.Дзержинский.

Из сообщения газеты “Известия” о следствии по делу контрреволюционного заговора Локкарта.

26 ноября 1918 г.

Назначенное слушанием на 25 ноября дело Локкарта отложено на 28 ноября ввиду ходатайства защиты о предоставлении возможности обвиняемым, не владеющим русским языком, ознакомиться со следственным материалом на своем языке. Трибунал это ходатайство удовлетворил и постановил перевести заключение Обвинительной коллегии на французский, английский и чешский языки для вручения обвиняемым.

В деле выступят 14 защитников: граждане Полети, Вебер, Кажелаки, Гольдман, Кармель, Липскеров, Плевако, Тагор, Трестар, Кобяков, Михайловский, Сороколетов, Яку-лов и Савари.

Обвиняемые Локкарт, Гренар, Рейли и Вортомон от суда скрылись и будут судимы заочно. Суть дела Локкарта, как это уже раньше сообщалось в “Известиях”, заключается в следующем.

В августе нынешнего года английский посланник Локкарт и французский генеральный консул в Москве Гренар путем подкупа старались склонить командира 1-го дивизиона латышской стрелковой бригады Берзина перейти на службу к англо-французам и работать в том направлении, чтобы латышские стрелки восстали против Советского правительства и низвергли его. Доложив об этом председателю ВЧК Петерсу, Берзин по его поручению вступил в организацию заговорщиков с целью раскрыть все их намерения.

Обнаружилось, что согласно плану, выработанному одним французским генералом, два латышских полка должны были движением на Вологду способствовать захвату союзниками Северной области; одновременно оставшиеся в Москве латышские части должны были арестовать пленарное заседание ВЦИК вместе с председателем Совета Народных Комиссаров В.И.Лениным.

За содействие перевороту Локкарт и Гренар обещали Берзину до 5 миллионов рублей и выдали ему 1200 тысяч на организацию восстания, объяснив, что деньги они берут у богатых русских людей в обмен на чеки, по которым будет платить английское правительство.

Показание Берзина относительно намерений Локкарта и Гренара дополняет и развивает найденное ЧК при обысках письмо французского гражданина Рене Маршака к президенту французской республики Пуанкаре. Письмо написано под впечатлением одного из закрытых собраний в американском генеральном консульстве; в нем Рене Маршак предупреждает Пуанкаре о рискованности действий представителей английского и французского правительства, действий, направленных к тому, чтобы еще более обострить в России классовую и политическую борьбу, и обрекавших страну на ужасные страдания и голод.

Этот важный документ устанавливает, что Локкарт и Гренар, стремясь путем подкупа Берзина взбунтовать латышские войсковые части, одновременно развивали план взрыва мостов через реку Волхов, около Званки и около Череповца, с целью обезопасить латышские войска после захвата ими Вологды от удара петроградской Красной Армии и вместе с тем вызвать голод в Петрограде для создания недовольства против рабоче-крестьянского правительства.

На основании представленного Берзиньш материала был арестован целый ряд членов организации, осведомлявших главарей ее о политическом и военном положении каждой отдельной местности России. Уликами против обвиняемых служат их собственные признания в том, что они состояли на службе у главаря организации бывшего американского генерального консула Коломатиано, получая за труд от 500 до 1000 рублей в месяц, большинство обвиняемых утверждает, будто бы они не знали о преступных целях, с какими им предлагалось давать информации, и думали, что назначение сообщаемых ими сведений чисто коммерческое. Виновность их, кроме того, устанавливается вещественными доказательствами в виде найденных при обыске крупных сумм до 50 тысяч рублей, предназначенных, по показаниях подсудимого Загряжского, для уплаты агентам-шпионам.

С несомненностью устанавливают виновность заговорщиков письменные донесения шпионов, найденные в трости Коломатиано, шифр и ключ к нему; корреспонденция велась под флагом экономической и торговой информации; так, австрийцы назывались “металлургическая промышленность”, германцы — “сахарная”, мобилизация русских для немцев — “банковская операция”, дух войск — “положение и состояние сахара” и пр.

На основании следственного материала суду Верховного трибунала предаются следующие лица: бывший английский посланник Локкарт и бывший французский генеральный консул Гренар по обвинению в том, что они, вопреки международному праву и обычаю, использовали свое положение для создания в России контрреволюционной организации, причем в задачу их входило путем повреждения железнодорожных мостов и путей сообщения создать в стране волнения на почве голода и, пользуясь недовольством масс, при помощи подкупленных латышских войск свергнуть рабоче-крестьянское правительство Советской республики с целью реставрации буржуазно-капиталистического строя.

Лейтенант английской службы Сидней Рейли и бывший американский генеральный консул Коломатиано, проживавший по подложному паспорту Сергея Серповского, обвиняются в том, что, зная о планах Локкарта и Гренара, принимали непосредственное участие в их осуществлении, причем Рейли для подкупа латышских стрелков внес Берзину 1200 тысяч рублей.

Бывший подполковник А.В.Фриде, служивший в управлении начальника военных сообщений, и бывший генерал-майор А.А.Загряжский обвиняются в том, что они участвовали в создании Коломатиано организации в качестве ближайших его сотрудников.

А.В.Потемкин, бывший чиновник московской таможни, ГШ.Солюс, бывший полковник Генерального штаба, военный цензор Е.М.Голицын, студент Петроградского университета А.К.Хвалынский, корреспондент газет Д.А.Ишевский, бывший служащий в Центропленбеже Л.А.Иванов, чешский гражданин И.И.Пшеничко, бывшая служащая распорядительного отдела ВЦИК О.Д.Старжевская и бывший заведующий автомобильным складом Московского военного округа М.В.Трестар обвиняются в том, что они собирали сведения для Коломатиано и Рейли, пользуясь при этом своим служебным положением.

Артистка Художественного театра Е.Е.Оттен, бывшая надзирательница женской гимназии М.В.Фриде и бывшая директриса женской гимназии Ж.Моренс обвиняются в том, что они принимали участие в контрреволюционной организации в качестве посредниц по тайной передаче донесений, сводок и вообще корреспонденции.

Бывший генерал-майор П.Д.Политковский, чешские граждане Я.В.Шмейц, А.А.Лингард и С.Ф.Иеллинек обвиняются в том, что они укрывали агентов-шпионов и облегчали им работу по собиранию сведений.