Каменные джунгли

Глава 17 План

До Лос-Анджелеса мы добрались без особых приключений. Если, конечно, не считать за приключения болтанку в зоне турбулентности, сильный встречный западный ветер и небольшую задержку перед посадкой, из-за которых обратный перелёт занял почти на час больше.

Мишель подбросила меня до самого дома, пожелала хорошенько отдохнуть после долгого пути и ещё лучше выспаться после бессонной нью-йоркской ночи и ударила по газам, обдав меня песочной пылью и оставив недоумевать над тем, что это было — ревность или просто дружеская подколка?

А я с искренним удивлением уставился на заметно преобразившееся левое крыло моего будущего отеля. Складывалось впечатление, будто я отсутствовал не жалкие три дня, а как минимум несколько месяцев — новенький фасад смотрел на меня свежей отделкой, большие панорамные окна сияли бликами закатного солнца, а часть строительных лесов уже была разобрана и перекинута на центральный корпус. Судя по всему, работа тут шла полным ходом…

Я закинул свою дорожную сумку в номер и с головой погрузился в заброшенные на три дня дела…

Встретился с Сарой и получил от неё короткий, но исчерпывающий отчёт по делам в отеле и нашим финансам. Заскочил в ресторанчик к старику Изи, перекусил у него домашней едой и толстым прожаренным стейком, выслушал от него порцию свежих уличных сплетен и помчал к Джимми. У Санчеса я пробыл недолго, минут двадцать, просто чтобы обозначить наше возвращение в город и посмотреть на его настрой…

Вернулся к себе и набрал номер Мишель. Сообщил ей, что байкер назначил нам встречу в своём баре на завтрашнее утро, выслушал сонное, недовольное ворчание блондинки о том, что об этом я мог сказать ей и утром, а не будить посреди ночи, пожелал ей сладких снов, положил трубку и только после этого выдохнул. Длинный день, наконец, подошёл к концу…

Остаток вечера я провёл на крыше отеля в компании Андрюхи и упаковки холодного пива, наслаждаясь видом на темный океан, шумом прибоя и редкими криками ночных чаек. Я вкратце рассказал русскому о результатах нашей поездки на восточное побережье, знатно озадачив и удивив его этим, и получил от него несколько отличных, сугубо практических советов о том, как лучше и правильнее выстроить силовую структуру будущего охранного агентства. Разошлись мы поздно, наверное, ближе к полуночи…

Утро встретило меня привычным ярким калифорнийским солнцем и шумом океанских волн. Я поднялся пораньше, сделал бодрящую пробежку по влажному песку вдоль берега, размялся на спортивной площадке в компании таких же маньяков спорта, перекусил в только что открывшейся уличной забегаловке и вернулся к себе. Принял душ и как раз успел взять разрывающуюся трубку телефона.

— Алекс, я подъехала к твоему дому, — произнёс телефон голосом Мишель. — У нас встреча с Санчесом, ты не забыл? Спускайся.

— Окей, босс, — коротко бросил я в трубку, быстро оделся и двинулся на выход.

Мишель ждала меня у входа, небрежно опираясь задницей о капот своего белого «Мерседеса», облачённая в тесные, идеально сидящие джинсы, белую облегающую майку и простенькие кроссовки, с большими солнцезащитными очками на пол-лица.

— Доброе утро, Стоун! — усмехнулась блондинка, блеснув белоснежной улыбкой.

— Доброе.

— Идём к Джимми?

— Идём… — кивнул я, и мы неспешным шагом направились в сторону бара Санчеса, расположенного минутах в десяти ходьбы от моего отеля.

Залитая утренним солнцем набережная Венис-Бич уже вовсю жила своей привычной, сумасшедшей жизнью. На знаменитом «Muscle Beach», поигрывая горами мышц, тягали железо местные качки, по асфальтовым дорожкам неслись бегуны и роллеры в кислотных лосинах, а в сторону воды, поблёскивая на солнце досками, топали расслабленные сёрферы…

— Как тебе Нью-Йорк? Понравился? — небрежно поинтересовалась Мишель.

— И да, и нет, — неопределённо пожал я плечами. — Шумный, суетливый, слишком громкий… Хотя, признаю, есть в нём и свои прелести.

— За один день его сложно полюбить, — согласилась девушка. — Нужно будет и правда как-нибудь съездить к Энджи в гости на недельку или на две. Ты как?

— Можно, — легко согласился я.

— На Рождество, например… — задумчиво наморщила она свой лоб. — Или на День благодарения… Будет весело. Только нужно заранее всё распланировать.

— До ноября ещё далеко… — философски отозвался я.

— Это только так кажется, — хмыкнула блондинка. — Не успеешь оглянуться, как уже и рождественские выходные на носу… О, кстати! — остановилась она у яркого жёлтого фургончика с едой, пробежалась глазами меню на доске, заказала себе большой стакан свежего кофе, и через минуту мы двинулись дальше вдоль пляжа.

В бар Джимми мы вошли ровно в девять ноль-ноль.

Заведение Санчеса встретило нас непривычной тишиной, запахом мокрого дерева и въевшимся в стены ароматом застарелого пива и сигаретного дыма. На входе криво висела перевёрнутая табличка «Закрыто до 12:00», но дверь оказалась не заперта.

Я пропустил Мишель вперёд и шагнул следом за девушкой в лёгкий полумрак бара. Влажный после недавней уборки пол тускло отсвечивал в лучах утреннего солнца, пробивающихся сквозь деревянные жалюзи, а тяжёлые стулья были аккуратно перевернуты ножками вверх и расставлены на столах.

Джимми стоял за барной стойкой, с задумчивым видом протирал белым полотенцем и без того сияющий пивной бокал и одним глазом поглядывал в сторону бубнящего под потолком выпуклого телевизора.

— О! Мой любимый юрист… и… — усмехнулся Санчес, заметив нас на пороге своего заведения. — Тебя я ещё не решил, к кому отнести, — хмыкнул он на меня, поставив натёртый до блеска бокал на полку и небрежно кинув полотенце на стойку. — Заходите. И дверь за собой закройте.

— Я и рад тебя видеть, — усмехнулся я, прикрыв тяжёлую входную дверь на внутренний засов.

Джимми вышел из-за стойки, подошёл к ближайшему столику в центре зала, ловко снял с него три стула и приглашающе махнул нам рукой.

— Кофе, чай, пиво? — дежурно поинтересовался он, отодвигая стул для Мишель.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась блондинка, сев за стол и продемонстрировав свой бумажный стаканчик. — Я уже заправилась кофе с утра.

— Отлично, — хмыкнул байкер. — Тогда давайте сразу к делу. Пока вы там прохлаждались в Нью-Йорке, я тут много о чём успел подумать. Но давайте по порядку. Что нам нужно для начала? С чего начать? Нужно же как-то правильно всё оформить? — вывалил он сразу целый список не до конца сформулированных вопросов.

— Вы правы, мистер Санчес. Легализация уличной банды — это сложный процесс. Недостаточно просто снять косухи, надеть пиджаки, зарегистрировать оружие и начать продавать свои услуги охранников, — ровным, профессиональным тоном начала Мишель, поставив стаканчик с кофе на стол, щёлкнула замками своего кожаного портфеля и достала из него пухлую папку с документами. — Это столкновение с суровой бюрократической машиной штата Калифорния. Охранную деятельность здесь жёстко контролирует BSIS — Бюро по охране и расследованиям. И с ними будет непросто…

Джимми слегка поморщился и тяжело вздохнул, поёрзав на стуле.

— Криминальное прошлое — это наша главная проблема, — продолжила блондинка. — Если у человека есть судимость за тяжкое преступление, так называемое Felony — ограбление, убийство, торговля наркотиками, то этому человеку категорически запрещено владеть огнестрельным оружием и он никогда не получит лицензию охранника. Если речь идёт о мелких правонарушениях, Misdemeanor — драка в баре, хулиганство или сопротивление аресту пять лет назад, то шанс всё ещё есть. Но даже такие случаи комиссия будет рассматривать под микроскопом.

Мишель ненадолго замолчала, давая Санчесу переварить информацию, а через несколько секунд продолжила.

— Я наверняка не ошибусь, если скажу, что половина ваших… — она на мгновение замялась, подбирая слово, — сотрудников имеет приводы или судимости. Вы просто по закону не можете выдать им оружие и бейджики с надписью «Security».

— Ну… — Джимми задумчиво почесал затылок. — Не половина, конечно, чуть меньше. Вы слишком плохого мнения о нас, мисс Хадсон. Но я же не могу просто взять и разогнать парней, которые пару раз оступились в жизни? Каждый имеет право на второй шанс…

— Разгонять никого не нужно, — вмешался я в разговор. — Нужно просто разделить структуру. Парни, у которых нет судимостей, идут получать официальные лицензии, носят форму и оружие, — пояснил я. — А те, у кого есть реальные сроки или проблемы с законом, оформляются в компанию как «диспетчеры», «водители», «менеджеры по логистике» или механики в автомастерских. Такие люди тоже нужны.

— Хм… Малой дело говорит, — одобрительно усмехнулся Джимми. — Что скажете, мисс Хадсон? С юридической точки зрения это прокатит?

— Согласна. Этот вариант вполне рабочий, — кивнула блондинка. — Дальше нам нужно официально оформить лицензии и обучить персонал.

— Обучить? — нахмурился байкер. — Мои парни и так умеют стрелять и ломать челюсти. Часть из них бывшие вояки.

— Да, но просто так оружие им никто не даст, — отрезала Мишель. — Каждому будущему охраннику нужно получить Guard Card. Для этого придется пройти базовый курс по полномочиям на арест и сдать отпечатки пальцев в Минюст и ФБР для проверки. Плюс Firearms Permit — отдельное разрешение на ношение для частного охранного агентства, которое включает курс по стрельбе и обращению с огнестрельным оружием.

— И сколько это займёт времени? — недовольно буркнул Джимми.

— Не так уж и много. Около двух недель обучения и ещё несколько недель томительного ожидания проверок. Я возьму на себя бюрократию, ускорю процесс оформления бумаг и помогу «отмазать» перед комиссией тех ваших парней, у кого были только мелкие грешки.

— Хм… Пока всё звучит не так уж и сложно, — задумчиво протянул Санчес, побарабанив пальцами по столешнице.

— Так и есть, мистер Санчес, — кивнула Мишель. — Обычная бюрократия…

— Можете называть меня просто по имени — Джимми.

— Я предпочту пока держаться в более официальных рамках, мистер Санчес, — невозмутимо парировала Мишель. — Идём дальше… Я тут немного изучила рынок… — она открыла папку и выложила на стол несколько распечаток. — Для вашей специфики идеально подойдут три ниши. Первая — защита бизнеса. Охрана складов и крупных торговых центров, особенно в Кореятауне и других районах, сильно пострадавших от весенних погромов. Владельцы там до сих пор до одури запуганы, полиция не справляется, и эти люди готовы платить хорошие деньги наличными за суровых парней, которые будут круглосуточно патрулировать периметр.

Джимми одобрительно кивнул.

— Вторая ниша, — продолжила юристка, сунув Джимми распечатки документов, в которых тот наверняка ничего не понял, — ночные клубы и бары Голливуда. Это ваша родная стихия. Жесткий фейс-контроль, вышвыривание буйных клиентов, защита заведений от рэкета других мелких банд. То есть, от ваших бывших коллег по бизнесу, — не удержалась она от небольшой шпильки в адрес Джимми. — И третья — серое сопровождение грузов.

— Серое? — удивлённо глянул Джимми на меня.

— Это не то, что вы подумали, — усмехнулась Мишель. — Всё законно. Просто вы не лезете в банковский сектор и ювелирку, там всё давно поделено крупными игроками. Но ваши люди могут сопровождать ценные небанковские грузы. Например, дорогостоящую аппаратуру для киностудий, музыкальное оборудование гастролирующих групп, реквизит и костюмы, коллекционные автомобили для съёмок рекламных роликов или оборудование для презентаций и выставок. Это достаточно большой рынок.

— Звучит как чертовски хороший план, — в глазах Санчеса загорелся неподдельный азарт. — Что по технике, Алекс? — глянул он на меня. — В прошлый раз ты говорил про бронированные тачки.

— Вам не нужны броневики, мистер Санчес, — ответила за меня Мишель. — По крайней мере, пока. Для начала вам понадобится несколько машин вроде тяжелых внедорожников Chevrolet Suburban и небольшой брендированный автопарк для сотрудников, чтобы они не разъезжали по городу на байках и не вызывали лишние вопросы у клиентов. Это повысит доверие клиентов, покажет, что компания легальная и одновременно будет работать как реклама для вашего бизнеса. Этого будет более чем достаточно, чтобы выглядеть профессионально и внушительно…

— Понял, — кивнул Джимми.

— Подводя итог, — Мишель посмотрела прямо в глаза боссу байкеров. — Я беру на себя всё юридическое оформление вашей охранной фирмы, мистер Санчес. Регистрация юридического лица, подготовка устава, подача заявок в BSIS и получение всех необходимых лицензий для ваших людей.

— Звучит отлично, — удовлетворенно кивнул Джимми, откинувшись на спинку стула и скрестив татуированные руки на широкой груди. — Что нужно от меня?

— Заключение договора, — блондинка извлекла из портфеля несколько скрепленных документов и придвинула их байкеру вместе со своей дорогой ручкой. — Это договор на оказание юридических услуг и доверенность, позволяющая мне официально действовать от вашего имени и представлять ваши интересы во всех государственных инстанциях штата. Плюс…

— Плюс? — Джимми взял ручку, покрутил её в пальцах и черканул несколько подписей, даже не вчитываясь в текст договоров.

— Аванс за мои услуги и деньги на лицензии, мистер Санчес. Оплата государственных пошлин, сборов за рассмотрение заявок BSIS, оплата курсов и бэкграунд-чеков в ФБР.

— Сколько?

— Пятнадцать тысяч долларов. Десять тысяч — мой гонорар как вашего адвоката, пять — на пошлины и непредвиденные расходы. Я предоставлю вам полный финансовый отчет с чеками до последнего цента.

— Наличные устроят? — внимательно посмотрев на абсолютно невозмутимую, строгую блондинку напротив себя, Джимми искренне, во все зубы улыбнулся.

— Вполне, — кивнула юристка, аккуратно забирая подписанные бумаги и пряча их в портфель. — Я выпишу вам квитанцию…

— Я вот что ещё тут подумал… — пробормотал Джимми, резко подскочил со стула и нырнул куда-то за барную стойку. Через мгновение вернулся, бережно неся в руках свернутые в рулон большие листы бумаги, и начал с гордостью выкладывать их на стол.

С довольным видом он развернул один из плакатов прямо на столешнице, придавив края подручными средствами — пепельницей, пустой пивной бутылкой, кофейным стаканчиком Мишель и тяжёлой металлической зажигалкой, и улыбнулся нам всеми своими тридцатью двумя зубами.

На эскизе будущего билборда красовались три сексуальные девицы с выдающимися формами, затянутые в экстремальные мини-юбки и топы с глубоким декольте. В руках они игриво держали помповые дробовики, а над ними кричащим красным шрифтом горел огромный слоган:

«МЫ ЗАЩИТИМ ТЕБЯ, КРОШКА!»

— Ну? Как? — просиял Джимми, любуясь своим творением. — Повесим такие по всему району! Все голливудские холмы будут наши!

Мишель слегка побледнела и тяжело вздохнула.

— Мистер Санчес… — произнесла она. — Это… Это слегка вульгарно, и это я ещё очень мягко выразилась. Это выглядит как объявление о найме в особняк Хью Хефнера. И самое главное — это незаконно. Ни BSIS, ни одна страховая компания в штате не дадут нам лицензию на «эскорт-охрану».

— Да не! Какая эскорт-охрана? — искренне возмутился Джимми. — Это просто чтобы привлечь клиентов. Это же Лос-Анджелес, мисс Хадсон! Тут если на рекламе нет сисек или пушек — её никто не заметит! Здесь секс продает всё — от машин до жвачки!

Блондинка закатила глаза и повернулась ко мне в поисках поддержки.

— Джимми, твой маркетинг отстал от жизни лет на десять, — согласился я с Мишель. — Или, наоборот, спешит лет на тридцать. Ты кого хочешь охранять? Банки и склады или обслуживать пьяных звёзд и стриптиз-бары?

— Так, а в чём проблема? — набычился Санчес. — Я не пойму.

— Проблема в том, Джимми, что владелец ювелирного салона, у которого только что сожгли магазин во время погромов, хочет видеть в охране сурового парня в строгом костюме с наушником, как у агентов Секретной службы. А не полуголую цыпочку, которая не знает, с какой стороны браться за ствол.

— То есть, это не подходит? — кивнул Джимми на расстеленный на столешнице плакат. — Но реклама ведь всё равно нужна?

— Нужна, — согласился я. — Но не такая… агрессивная. Если хочешь крутой билборд — не вопрос. Строгий чёрный фон. Силуэт охранника в идеальном костюме с бабочкой, — принялся я описывать образ Бонда. — И слоган: «Охранное агентство „САНЧЕС СЕКЬЮРИТИ“. НОВЫЙ ЩИТ ЛОС-АНДЖЕЛЕСА». Никакого секса, Джимми. Только холодный, дорогой и пугающий профессионализм.

— А мы можем привлечь какого-нибудь крутого актёра? — не унимался Джимми, явно поймав кураж рекламщика. — Кто там у нас сейчас в топе? Джонсон? Гибсон, Уиллис… О! А может, того здоровяка, который играл робота-убийцу из будущего? — звонко щёлкнул пальцами байкер. — Он как раз частенько трётся у нас в Венисе на пляже со своими дружками-качками и поклонницами!

— Арни? — усмехнулся я.

— Угу…

— Мишель? — я повернулся к девушке.

— Боюсь, вы не потянете ни Арни, ни Мэла, ни Брюса, — снисходительно вздохнула юристка. — Не с вашим скромным рекламным бюджетом в три пачки дешевого рамена и гамбургер.

— Да ладно тебе, у нас есть деньги! — насупился Джимми.

— Мистер Санчес, они звезды категории «А». Они вообще не снимаются в американской рекламе. Для них висеть на билборде в Лос-Анджелесе с рекламой местной конторы считается «смертью карьеры» и признаком того, что ты скатился на дно. Среди актёров это называется «продаться».

— Гибсон снимался в рекламе японского пива, — упрямо проявил осведомлённость Джимми. — Он там катался на байке и играл на саксофоне.

— Угу, — буркнула Мишель. — А Уиллис снимался в рекламе «Subaru», а Сталлоне рекламировал японские сосиски. Арнольд вообще берет по два миллиона долларов наличными просто за то, чтобы в нелепом костюме выпить банку энергетика в токийском ролике, который никто в Штатах никогда не увидит. Но всё это за пределами Америки. Для местной охранной фирмы они не сфотографируются даже за десять миллионов.

— Чёрт… — разочарованно выдохнул байкер, сдувшись, как проколотая шина. — Грёбаный Голливуд с их правилами…

— Добро пожаловать в большой бизнес, мальчики! — усмехнулась блондинка. — Звёзды Голливуда — это ненужный и слишком дорогой пафос.

— Мишель права, — кивнул я. — Зачем нам переплачивать зажравшимся миллионерам? Мы в Лос-Анджелесе. Город набит голодными, фактурными актёрами, которые через пару лет будут стоить десятки миллионов, а сегодня готовы работать за этот самый гамбургер.

Джимми с надеждой во взгляде уставился на меня, а Мишель заинтересованно прищурилась.

— И у тебя, конечно же, есть кто-то на примете? — скептически хмыкнула она.

— Эрик Робертс, например, — осторожно предложил я, пытаясь припомнить, насколько он уже был знаменит в девяносто втором.

— Робертс⁈ — Мишель поперхнулась воздухом и посмотрела на меня как на сумасшедшего. — Алекс, он номинировался на «Оскар», и он родной брат Джулии Робертс! Его агент даже трубку не снимет, если мы предложим меньше миллиона долларов. Ты же сам сказал, что нужны неизвестные люди, а не голливудская элита!

— Тогда… Микки Рурк! — вспомнил я ещё одного брутального парня.

— О, да! Просто идеальный кандидат для банды байкеров! — саркастично усмехнулась блондинка. — Алекс, ты издеваешься? Мы об одном и том же Рурке говорим? Это тот самый Микки Рурк из «Девяти с половиной недель»? Он мировая звезда и один из самых высокооплачиваемых актёров Голливуда. За ваши центы он даже с дивана не встанет. Кроме того, он в прошлом году послал кино к чёрту и ушел в профессиональный бокс. Прямо сейчас ему на ринге отбивают остатки мозгов. Многие в Голливуде считают его сумасшедшим — променять карьеру в кино на удары по голове… — осуждающе покачала она головой.

— Ладно, — я задумчиво потер подбородок, копаясь в закоулках памяти. — А как насчёт… парня и девушки на билборды? Дженнифер Лопес… Молодая, симпатичная. Ей сейчас лет двадцать, но я уверен, она наверняка станет звездой.

— Лопес? — нахмурилась Мишель. — Не слышала о такой… Кто она?

— Начинающая актриса. Видел её в каком-то шоу по телеку… Молодая, горячая, спортивная латиноамериканка. Идеально для привлечения внимания. Или Кэмерон Диас…

— Первый раз слышу, — помотала головой Мишель. — Тоже актриса?

— Модель. Мне как-то попадалось её фото в журналах. Стройная симпатичная блондинка с отличной фигурой. Прям как ты, — усмехнулся я. — Думаю, она не откажется сняться за обычный модельный гонорар.

— Нам нужен ещё мужчина, — напомнила Мишель, проигнорировав мою подколку про симпатичную блондинку.

— Хм… Записывай, — хмыкнул я, вспомнив сразу несколько подходящих будущих голливудских звёзд, на которых популярность обрушилась точно после девяносто второго года. — Для образа элитного шефа безопасности в костюме можно взять парня по имени Джордж Клуни. Сейчас он перебивается дешевыми эпизодами на ТВ и снимается во всяком низкосортном мусоре. Но года через три-четыре, я уверен, он станет главным секс-символом страны, а у нас будут эксклюзивные права на билборд с его лицом.

Мишель молча достала из сумочки блокнот и ручку, и быстро набросала в него три имени, поставив напротив них жирные вопросительные знаки.

— Дальше, — продолжил я. — Если нужна гора мышц для устрашения, то для этого даже не нужен профессиональный актёр. Можно просто пройтись по местным клубам и найти вышибалу по имени Майкл Кларк Дункан. Огромный чёрный парень ростом под шесть с половиной футов и весом далеко за триста фунтов. Дать ему пятьсот баксов, и он с удовольствием попозирует с дробовиком в форме охранного агентства.

— Я бы и сам мог позировать с дробовиком, — ревниво буркнул Джимми.

— Ты глава серьезной фирмы, мистер Санчес, тебе это не положено по статусу, — отрезал я. — Кстати, — вспомнил я ещё одно имя. — Нужно поискать мексиканскую актрису Сальму Хайек. Кажется, она недавно приехала в Лос-Анджелес, и наверняка сидит без нормальных ролей из-за своего мексиканского акцента. Одеть её в строгое чёрное платье, подчёркивающее фигуру, дать в руки тяжелый пистолет… Джимми, клянусь, клиенты будут выстраиваться к нам в очередь! А когда она выстрелит в большом кино, наша реклама взлетит в космос!

— Хм… — хмыкнула Мишель, занеся в список очередное имя.

— Найдёшь их? — поинтересовался я у девушки.

— Звучит как бред сумасшедшего, конечно… — честно призналась юристка. — Но у меня есть пара знакомых скаутов в мелких актёрских агентствах. Я поспрашиваю в своем кругу. Если они реально такие голодные и дешевые, как ты говоришь, мы сможем выкупить права на использование их изображения за жалкие пару сотен баксов на пять или десять лет вперед.

— Отлично! Супер! — радостно потер татуированные руки байкер.

— А если хочешь на плакат кого-то вроде себя, Джимми, сурового и колоритного, — усмехнулся я, — можно взять парня по имени Дэнни Трехо. Мелкий актёр эпизодов, но типаж невероятно подходящий. Он так глянет в камеру с билборда, что уличные мародеры обойдут охраняемый район за милю!

— Дэнни? — искренне удивился Джимми, вскинув брови. — Откуда ты знаешь Дэнни?

— А ты откуда? — удивился я не меньше него.

— Мы как-то жестко бухали с ним в Тихуане пару лет назад, — хохотнул байкер. — Кажется, я по пьяни даже звал его к нам в банду, но он отказался. Сказал, у него свой путь. Сейчас он вроде работает консультантом в реабилитационном центре для наркоманов тут неподалёку…

— Как тесен мир, — усмехнулся я, в очередной раз поразившись тому, как причудливо переплетаются судьбы людей в городе Ангелов.

— В общем, я поспрашиваю, — подвела итог Мишель, решительно захлопнув блокнот и убирав его в сумочку. — Может, кого-нибудь из этого твоего списка и найду…

— Спасибо, мисс Хадсон, — вполне искренне поблагодарил девушку байкер, уже представляя, как его агентство захватывает Голливуд. — Чёрт! — мечтательно протянул он. — Даже не знаю, чью рожу я бы хотел видеть на рекламном плакате сильнее… Чернокожего амбала и мексиканца с лицом убийцы?

— Алекс? — с сомнением глянула в мою сторону Мишель. — Уверен, что это хорошая идея предлагать таких людей для рекламы солидного охранного агентства? Богатые белые клиенты из Беверли-Хиллз могут этого не понять.

— Уверен, — кивнул я. — Нам пока не нужны клиенты из Беверли-Хиллз. Нам нужны те, кто до усрачки напуган весенними погромами. Когда бизнесмен из Кореятауна покупает безопасность, он хочет купить себе самого страшного монстра, которого будут бояться уличные банды и при виде которого любой мародер наложит в штаны.

— Охрененно точно сказал, Малой! — хмыкнул Джимми.

— Угу, — кивнул я. — Дэнни в паре с симпатичной девчонкой подошёл бы для этого идеально. Его лицо на билборде — это послание не столько клиентам, сколько самим преступникам. Ребята, этот объект охраняют не мальчики по вызову из агентства Пинкертона. Его охраняют люди, которые на улицах чувствуют себя как дома! Сунетесь сюда — вам поломают руки, ноги и хребет!

— Малой дело говорит, мисс Хадсон, — довольно ухмыльнулся байкер.

— Хм… Ну, возможно, вы и правы… Ладно, если мы всё обсудили… — произнесла Мишель, собираясь защёлкнуть замки своего портфеля.

— Ещё один момент, — спохватился Джимми и принялся увлеченно рыться в ворохе принесённых им бумажных рулонов. — Хотел кое-что уточнить… Вот! — развернул он один из листов, с рисунком, больше похожим на настоящую чертёжную схему, испещрённый сносками, масштабами, пометками и расчетами толщины материалов. — Я тут подумал… А нахрена нам вообще покупать готовые броневики? У меня есть толковые парни, которые собирают и разбирают «Мустанги» с закрытыми глазами.

— Наверное, больше разбирают? — не удержалась от саркастичной усмешки Мишель.

— Не важно, — отмахнулся Джимми, пропустив шпильку мимо ушей. — Так вот, если дать им нужный материал и инструменты, они тебе такую бронированную конфетку из ничего слепят!

— Вы хотите собрать бронированный автомобиль сами? В гараже? — искренне удивилась блондинка.

— В профессиональной автомастерской, — поправил девушку босс байкеров и тут же слегка нахмурился. — А что, это незаконно?

Мишель посмотрела на чертёж бронированного автомобиля на столе, прикидывая юридические риски, и задумчиво склонила голову набок.

— На самом деле… законно, — кивнула она после небольшой паузы. — Модификация гражданских автомобилей, будь то установка скрытой брони, пуленепробиваемых стёкол или усиление подвески, практически никак не регулируется на федеральном уровне. Главное, чтобы вы не ставили на крышу крупнокалиберные пулеметы и не вешали гранатомёты. Для закона это просто обычный тюнинг. Ни ФБР, ни УБН нет никакого дела до этого. Многие голливудские звёзды разъезжают на бронированных автомобилях, сделанных под заказ, и ничего.

— Ну и отлично! — радостно хмыкнул Джимми. — Я тут глянул на рынке цены на заводские бронированные тачки. Знаете, сколько они стоят?

— Сколько?

— От сотни тысяч долларов и выше! За одну машину! — байкер ткнул толстым пальцем в чертеж. — А мы можем сделать всё гораздо дешевле. И даже продавать их потом на сторону. Сейчас на такие тачки в городе огромный спрос. Базовая цена самого автомобиля, скажем, нового «Suburban» этого года — около двадцати пяти тысяч. Баллистическая сталь класса AR500 и кевларовые маты в двери обойдутся еще в три-пять тысяч. Самая дорогая часть — это пуленепробиваемое стекло, его придется заказывать под размер окон. Комплект толстого поликарбоната встанет тысяч в шесть-восемь. Плюс усиленная подвеска, тормоза и шины «Run-Flat», чтобы машина могла уйти из-под обстрела на пробитых колесах — еще пара тысяч.

Джимми победно глянул на нас.

— Итоговая себестоимость бронирования: всего от двенадцати до пятнадцати тысяч долларов. То есть, полностью оборудованная бронированная тачка обойдётся максимум в сорок тысяч. Мы сможем делать такие машины для себя и на продажу, зарабатывая неплохие деньги. Это не так уж и сложно.

— Хм… Неплохая идея, — признала Мишель, впечатлённая расчётами. — Я на всякий случай всё равно проверю, какие именно сертификаты для этого нужны, и всё оформлю.

— Отлично! Раз такое дело, я бы ещё и производство оружия наладил под шумок в соседнем боксе… — глаза байкера загорелись от открывающихся перспектив.

— А вот это уже лишнее, — Мишель резко покачала головой, сбрасывая Джимми с небес на землю. — Даже не думайте об этом!

— Почему?

— Потому что! Чтобы легально производить огнестрельное оружие, нужна лицензия «FFL Type 07». И эту сферу жестко контролирует ATF — Бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием. И у них есть одно очень неприятное правило: если вы производите оружие, инспекторы ATF имеют полное право в любой момент, днем или ночью, без всякого ордера прийти к вам на завод с внезапной проверкой.

— Ну пусть приходят, — упрямо набычился Джимми.

— Они будут считать каждый ствол, каждый серийный номер и каждую пружину, — наклонилась чуть вперед Мишель, чеканя каждое слово. — Для организации, которая планирует отмывать миллионы долларов грязных денег синдиката, — хмыкнула блондинка, — пускать федеральных агентов с проверками к себе в бухгалтерию и на склады — это абсолютное самоубийство.

— Ладно. Понял, — сдался байкер. — Значит, с производством стволов пока отбой…

Мишель откинулась на спинку стула и несколько секунд внимательно, изучающе смотрела на сидящего напротив здоровяка.

— Мистер Санчес…

— Можно просто Джимми…

— Джимми… — вздохнула блондинка. — Я не пойму одного.

— Скажите, чего именно, а я попытаюсь истолковать, — усмехнулся он.

— Вы всё делаете сами. Деньги ваши, люди тоже, блестящий план придумал Алекс, — покосилась блондинка в мою сторону. — Какая во всём этом роль у Хоукинса? Ради чего вы вообще на него работаете и, к тому же, собираетесь отдавать ему львиную долю выручки и отмывать его грязные деньги? — она брезгливо поморщилась. — И только не говорите мне, что не будете ничего отмывать. Я не дура и прекрасно всё понимаю.

— Вы сейчас говорите как типичный корпоративный юрист, мисс Хадсон, — Джимми грустно усмехнулся. — Вы мыслите категориями контрактов, честного партнерства, инвестиций и справедливых долей. Но на улице всё работает иначе. Есть две веские причины, почему я это делаю.

— Какие же?

— Во-первых, в масштабах всей Калифорнии моя банда — это всё ещё мелочь. Вокруг полно отмороженных мексиканских картелей и других крупных, голодных группировок. Почему они до сих пор не стёрли меня в порошок и не забрали мой бизнес? Только потому, что все знают — за моей спиной стоит Восточный синдикат и лично Хоукинс. Если я завтра объявлю о независимости, меня тут же сожрут более крупные рыбы.

— А вторая причина? — осторожно произнесла Мишель.

— Вторая ещё банальнее, — хмыкнул байкер. — Из этого бизнеса нельзя уволиться по собственному желанию. Если я просто скажу: «Спасибо, босс, за всё, но раз вы не даёте нам денег, мы сделаем всё сами», Хоукинс не подаст на меня в суд за нарушение контракта, как это принято в вашем мире. Он просто пришлет своих людей, чтобы устранить проблему. Он убьёт меня. Убьёт Алекса. И, скорее всего, доберётся и до вас, мисс Хадсон… А на моё место он просто поставит более покладистого и преданного человека.

Джимми тяжело вздохнул, его плечи на мгновение поникли.

— Простите, что втянул вас в это дерьмо. Я правда не знал, что всё так повернется и в Нью-Йорк пошлют именно вас…

— А как же… — нахмурилась Мишель, посмотрев на меня в поисках поддержки. — Можно ведь обратиться в полицию? К федералам, в конце концов! У них же есть программа защиты свидетелей… Чёрт! — прервала она сама себя. — Ладно, я поняла, что сморозила полнейшую глупость. Простите. Получается, вам в любом случае придётся ему платить?

— Придётся, — пожал Джимми плечами. — До тех пор, пока мы не станем настолько самостоятельными и сильными, чтобы делать всё самим. И пока не станем настолько неприступными, что в нашу сторону не то что побоятся рыпнуться, а даже смотреть будут с опаской… — Он перевел взгляд на меня, затем снова на блондинку и горько усмехнулся: — Но до этого дня нам всем ещё очень, очень далеко…