Каменные джунгли

Глава 5 Чужая территория

«Мама? Микки — мама Мишель?» — уставился я на замершую у большого холодильника девуш… женщину. Чёрт! Как я раньше не догадался, она ведь точная копия Мишель, только слегка постарше.

Чёрт! И как я умудряюсь вечно влипать в такие ситуации? Хорошо хоть, с Мишель у нас практически дружеские отношения, иначе, было бы неловко… Дружеские, конечно…

— Мама… — зачем-то произнёс я вслух.

— Микаэла, — улыбнулась мне блондинка, — но вы, молодой человек, можете звать меня Микки. Так называют меня друзья. И дочь, — недовольно глянула Микки в сторону Мишель. — Так как, Алекс? Чем занимаешься по жизни? — небрежно бросила она. — Я слышала, ты будущий юрист?

— Угу… Работаю… Учусь… Периодически вытаскиваю вашу дочь из разных передряг… — вздохнул я.

— О! Это у неё с детства! — с усмешкой на лице сообщила Микки. — Она у меня постоянно влипала во всякие неприятности. Вечно терялась — то в торговом центре, то в видеосалоне, то среди пинбольных автоматов. Лазила куда не надо — по стройкам, крышам, заброшенным бассейнам. Попадала в полицию… То не там припарковалась и спорила с копом, то полезла защищать подругу и подралась, то оказалась «слишком близко к чужой разборке».

— Мама! — недовольно нахмурилась Мишель.

— А ещё вечно спасала кого-то и тащила домой, — не обратив внимания на свою дочь, продолжила Микаэла, — начиная с плешивых котят и выпавших из гнезда птенцов, ума не приложу, где она их только находила, и заканчивая пьяными подружками и бездомными не первой свежести, которые воровали из нашего дома драгоценности, деньги и телевизоры…

— Микки! — уже гораздо строже произнесла Мишель.

— А что, разве не так? — удивлённо посмотрела в сторону дочери блондинка. — Сколько телевизоров у нас вынесли? Десять или двадцать?

— Шесть…

— Шесть! Всего-то! — усмехнулась Микки.

— Ладно, — обречённо вздохнула Мишель, поднявшись из-за стола, — вы тут можете и дальше сплетничать обо мне, если хотите… Но мне нужно ехать в офис… Алекс, я быстро… Мне только одеться…

— Хорошо… — кивнул я.

— А ты, Микки… — обернулась в дверях Мишель, строго глянув на мать.

— Да, дочур? — невинным голоском произнесла Микаэла.

— Хватит до утра по подругам шляться! Чтобы в восемь была дома!

— Сегодня точно из дома ни шагу, — скорчив скорбную мину на лице, театрально вздохнула Микки. — После вчерашнего, мне кажется, я нагулялась на месяц вперёд… — потрясла она головой и снова жадно приложилась губами к бутылке с холодной водой.

— Пить нужно меньше, — проворчала Мишель.

— Угу, — не отрываясь от бутылки, согласилась Микаэла, проводила Мишель слегка насмешливым взглядом, кинула опустевшую бутылку в мусорное ведро, подошла к обеденному столу и заняла место напротив меня. Взяла оставленную на столе чашку Мишель и сделала глоток… — Гадость! Как вы пьёте эту чёрную горькую жижу? — скривилась она и снова посмотрела на меня с улыбкой. — Прости, что убежала утром и не попрощалась. Ты так мило спал…

— Думаю, это сейчас меньшее, на что мне следует обижаться… — проворчал я.

— Это точно… Но в свою защиту, — подняла блондинка руки перед собой, — я это всё не планировала. Это вышло как-то само собой…

— Та девушка, которая приходила в ресторан — это с ней я должен быть ужинать?

— Угу… Прости… — виновато нахмурилась Микки. — В какой-то момент я поняла, что эта гламурная безмозглая дурочка тебе не подходит и просто испортит тебе вечер… Ты и так был на взводе и готов был уйти в любой момент. Думаешь, я этого не заметила?

— А ты подходишь? — усмехнулся я.

— Я же сказала — я сделала это не специально. Я просто хотела поужинать с парнем, поболтать… Я не думала, что вечер закончится в твоей постели… Но если честно, я ни о чём не жалею… — самодовольно улыбнулась Микки, откинувшись на спинку стула.

— Мишель не знает, что ты пошла на свидание вместо дочери твоей подруги? — осторожно поинтересовался я.

— А нужно, чтобы знала? — не переставая заигрывать, вопросом на вопрос ответила Микки.

— Миссис Хадсон! — вздохнул я.

— Нет, не знает, конечно…

— Сколько тебе лет? — всё же не выдержал, и задал я вертящийся на языке вопрос, внимательно глядя в молодое, без следов возрастных изменений и морщинок лицо блондинки. — Я думал, тебе не больше тридцати.

— Оу! Спасибо за комплимент, — кокетливо хмыкнула Микки. — Но у женщин такое не спрашивают. Это неприлично…

— Алекс, я готова. Поехали, — появилась на пороге кухни Мишель в тёмно-синем деловом костюме с небрежно расстёгнутыми двумя верхними пуговицами на белой рубашке. — Микки! — строго глянула она на мать. — Чтобы сегодня ни шагу из дома!

— Как скажешь, милая… — покорно согласилась с дочерью Микаэла. — Да и не собиралась я никуда… Мне бы отоспаться…

— Вот и хорошо… Ты, кстати, у меня в вещах не рылась? — развернулась в дверном проёме уже собравшаяся покинуть комнату девушка.

— У тебя? В вещах? — озадаченно нахмурилась Микки. — Нет. А что?

— Не могу найти свой белый комплект нижнего белья. Ты не видела его случайно?

— Белый? — задумчиво переспросила Микаэла.

— Да.

— Кружевной?

— Да.

— Нет, не видела… — помотала Микки головой, украдкой глянув в мою сторону.

— Чёрт! Я за него три сотни отвалила и пару раз надела всего… Ладно… — вздохнула Мишель. — Может найдётся ещё… Алекс, поехали.

— Да, босс… — поднялся я со своего места. — Всего доброго, миссис Хадсон. Надеюсь, ещё увидимся…

— Всего доброго, Алекс…

Мы с Мишель вышли из дома, я сел за руль авто, завёл двигатель и повёз свою наставницу в сторону офисного центра…

— Спасибо за байк, — поблагодарил я девушку.

— Не за что… — легко отмахнулась она. — Было несложно. Пара звонков, парочка угроз… Всё как всегда…

Я кивнул, покрепче вцепился в руль и ненадолго притих, погрузившись в свои мысли и глядя на дорогу перед собой…

— Алекс, я слышу, как ты молчишь! — спустя несколько минут тишины и два перекрёстка, усмехнулась сидевшая рядом со мной на пассажирском сидении Мишель.

— А что я должен сказать?

— У тебя наверняка куча вопросов.

— По поводу? — сделал я вид, что не понимаю, о чём она.

— У всех всегда возникает куча вопросов, после того как они знакомятся с Микки.

Угу… Знакомятся…

— Есть парочка, — сказал я совсем не то, что подумал.

— Задавай…

— Ладно… — поёрзал я на сидении, перестраиваясь в скоростную полосу. — Микки действительно твоя мать? Не мачеха?

— Мать, — обречённо вздохнула Мишель. — Ты даже не представляешь, сколько она парней у меня отбила в детстве и как мне было тяжело! Сейчас-то я уже понимаю всё, а тогда…

— Отбила? — удивился я. — Прям по-настоящему?

— Нет, конечно… — улыбнулась девушка. — Но ты бы видел, как парни терялись, краснели и пытались ей угодить… Это было в чём-то даже забавно и смешно…

— Сколько ей лет? Хоть убей, но она совершенно не выглядит, как твоя мать, скорее, как старшая сестра.

— Когда ей было шестнадцать, она отправилась погостить на лето на ранчо к тётушке в Техасе. Вернулась через три месяца, а через семь месяцев родилась я.

— И как твои дедуля с бабулей это восприняли?

— Плохо, — честно признала Мишель. — Был небольшой скандал, но деваться было уже некуда. А через два года Микки выскочила замуж. Тот самый парень из Техаса, который сделал ей ребёночка, то есть меня, приехал и взял на себя всю вину. После их свадьбы мы переехали и лет пять жили в Остине, а потом вернулись сюда, в Лос-Анджелес. Вот и вся история, — усмехнулась блондинка.

— Ясно… — протянул я. — А почему ты называешь мать Микки?

— Может потому, что это её имя? — едко хмыкнула Мишель.

— Я серьезно.

— Она так просила назвать её с детства, вот я и привыкла. Я же говорила, у нас непростые отношения…

У меня за спиной раздался противный звонок мобильного телефона, и я машинально дёрнулся, потянувшись рукой к своему рюкзаку, лежащем на заднем сидении автомобиля.

— Следи за дорогой, я отвечу… — коротко произнесла Мишель, отстегнула ремень безопасности, перегнулась назад, тяжело крякнула и через мгновение вернулась обратно на своё сиденье, нажав кнопку вызова и приложив телефон к уху. — Да… Нет, это не Алекс… Это его босс… Лиза из мэрии… — нахмурилась юристка, прикрыв на секунду динамик рукой и сообщив мне имя звонящего. — Я слушаю, Лиза… — снова вернулась она к разговору. — Да, Алекс рядом. Я передам. Нет, он не может сейчас ответить… Хорошо… Угу… Угу…

Я недовольно поморщился, косо глянул на разговаривающую по моему телефону блондинку и мысленно выругался, надеясь, что Лиза не сболтнёт чего лишнего.

— Лиза из мэрии, — посмотрев на меня, скривилась Мишель с ноткой ревности… или мне показалось… — Говорит, что человека, с которым ты хотел встретиться, можно сегодня застать в ресторане «The Bristol». Он будет обедать там около двух часов дня.

— А вечером?

— Алекс спрашивает, — снова заговорила Мишель, не переставая сверлить мой профиль внимательным, недовольным взглядом, — вечером можно с ним встретиться, Лиза из мэрии?.. Угу… Поняла… Лиза говорит, что можно. В семь он ужинает в «The Federal». Но Лиза говорит, что она не его секретарь, и это и так предел её возможностей…

— Отлично, — кивнул я. — Скажи, что мне подходит и передай ей мою благодарность.

— Спасибо, Лиза… — снова защебетала в телефонную трубку Мишель. — Да… Передам… Пока!

Чёрт! Я же говорил, что вокруг меня слишком много блондинок? Говорил… А от блондинок, как известно, одни проблемы… Ну ещё и от рыжих… Да и от брюнеток и шатенок не меньше, если мне память не изменяет… Да уж…

— Ну! — кинув телефон на заднее сиденье, Мишель повернулась ко мне. — Ничего не хочешь мне рассказать?

— А что Лиза просила передать? — вопросом на вопрос ответил я.

— Что ты всё ещё должен ей поход в кино или ресторан…

— Ясно…

— Так что? Почему тебе звонят из офиса мэра и что за встречи у тебя, о которых я не знаю?

— А должна? — усмехнулся я.

— Я твой босс, Алекс! Наша фирма ведёт сотни дел одновременно, часть из них связаны с городом или против города. Любой прямой контакт сотрудника фирмы с офисом мэра — это потенциальный конфликт интересов. Ты не можешь общаться с офисом мэра без меня или хотя бы не поставив меня в известность.

— Лиза — помощница Хейворда, — пояснил я.

— Хейворда? — нахмурилась Мишель. — Того самого, чью дочь мы вытащили из религиозной секты Уэллса?

— Угу…

— А он в мэрии работает?

— А я разве не говорил?

— Не припомню, — покачала Мишель головой.

— Значит говорю. Хейворд заместитель мэра по развитию городской недвижимости.

— Хм… И что у вас за дела? Опять этот твой Джимми что-то мутит? Я же просила тебя не связываться с ним!

— Нет, Джимми тут ни при чём, — я включил поворотник, свернул на светофоре и продолжил: — Хейворд отвечает за городскую недвижимость, а у меня, как ты знаешь, появилось немного налички после истории с культом. Вот я и пытаюсь её куда-то вложить, чтобы не лежала без дела…

— Хм… Разумно, — задумчиво произнесла юристка. — Если хочешь, я попрошу Микки подключиться. Она хорошо разбирается в этом…

— Не нужно Микки! — слишком торопливо произнёс я. — Сам разберусь…

— Хорошо… Но если что — имей в виду.

— Хорошо… Приехали, — объявил я, заезжая на офисную парковку…

Рабочий день в офисе пролетел, как всегда, скучно и однообразно. Ни тебе громких дел в суде, ни расследований, ни беготни, погонь и сбора улик. То ли фирма не брала такие дела, больше предпочитая что-то связанное с финансами и мошенничеством, то ли Мишель перевели на бумажную работу, учитывая то, что она отрабатывала в фирме свой последний месяц, то ли книги Гарднера о похождениях Перри Мейсона слегка преувеличивали действительность… Хотя, Мейсон, вроде, был частником, а не корпоративным юристом. Может дело в этом?

Я закончил ровно в шесть. Мишель осталась в офисе, намереваясь поработать в тишине ещё пару часов, а я взял такси и вернулся домой. Переодел офисный костюм в одежду попроще, пересел на байк и направился в Даунтаун, в ресторан «The Federal», в котором должен был ужинать мой старый знакомый Фрэнк Колдер…

К ресторану я приехал ровно к семи. Припарковал байк на гостевой парковке, поднялся по ступеням, зашёл внутрь, проигнорировал окликнувшую меня девушку-администратора, нашёл взглядом сидящего у окна Колдера и направился к нему. Без приглашения уселся за его столик и посмотрел в глаза своего конкурента.

— Значит, ты решил заняться поджогами? — произнёс я, внимательно наблюдая за его реакцией. — Я думал, мы всё обговорили в прошлый раз. Но ты, кажется, оказался намного тупее, чем я думал, — я разочарованно вздохнул, достал из стоящего на столе серебряного ведёрка со льдом открытую бутылку вина, сделал глоток прямо из горла, скривился и вернул бутылку обратно. — Ну и гадость ты пьёшь, Фрэнк…

Колдер поморщился, сделал небрежный взмах рукой, давая отбой решительно двинувшемуся в мою сторону охраннику, судя по взгляду последнего, собиравшегося вышвырнуть меня на улицу в особо изощрённой форме, и вернулся к своему занятию, скрипнув вилкой по фарфоровой тарелке.

— Не понимаю о чём ты, парень… — отрицательно покачал он головой, невозмутимо отрезав ножом кусок мяса и отправив его в рот.

— Не понимаешь — ну и ладно, — не стал настаивать я. — Лучше смотри, что у меня есть…

Я положил на стол несколько листков из папки, полученной от Лизы, и откинулся на спинку стула.

— Что это? — нахмурился Колдер. — Перечень недвижимости, которую я купил? Откуда он у тебя?

— Не важно, — отмахнулся я. — Читай внимательно. Ничего странного не замечаешь?

— И что? — пробежавшись глазами по списку, всё же не понял он.

— Посмотри, кто владелец фирм, на которые ты покупаешь дома и отели.

— Мистер Триббиани, — пожал Колдер плечами. — Я работаю на него.

— Я знаю одного Триббиани… — усмехнулся я. — Ты отмываешь деньги итальянской мафии, покупая недвижимость, перепродавая её или пуская в дело.

— И что? Вздумал пугать меня ФБР? — пренебрежительно усмехнулся мой оппонент. — Щенок! У меня легальный бизнес, все сделки законные, все деньги чистые.

— Не ФБР… — отрицательно покачал я головой и положил на стол ещё пару листов. — А теперь смотри сюда… Видишь, какие-то забавные совпадения?

— Какие совпадения?

— Забавные… — усмехнулся я. — Вот смотри, Фрэнк… В прошлом июне ты купил для своего босса офисное здание в Даунтауне за $4,8 миллиона, и тут же — дом в Пасифик-Палисейдс, за $620 тысяч. Владелец, вернее владелица — мисс Ривз. Твоя любовница?

— Моя клиентка, — хмыкнул Колдер. — Или ты думаешь, у меня только один клиент?

— Да? — удивлённо округлил я свои самые невинные глаза. — Хорошо, идём дальше… В августе ты оформляешь покупку отеля Sunset Palm Inn в Палм-Спрингс за $2,1 миллиона, покупатель — мистер Триббиани. И уже на следующий день ты покупаешь таунхаус в Редондо-Бич за $340 тысяч на миссис Колдер. Твоя жена или мама? Хотя, погоди, не говори… Вот ещё одна забавная сделка. Март этого года. Земельный участок в Сан-Бернардино за $1,3 миллиона на мистера Триббиани, и почти одновременно с этим — скромная квартирка в Санта-Монике за $280 тысяч. Хм… И снова покупка оформлена на нашу с тобой старую знакомую миссис Колдер.

Я глянул на помрачневшего Колдера и усмехнулся.

— Интересные совпадения, Фрэнк. Не находишь? У тебя всегда после крупных сделок идут более мелкие?

— И что? Что ты хочешь этим доказать?

— Ничего, — равнодушно пожал я плечами. — Просто смотри как получается. Ты находишь нужную недвижимость, твой босс покупает её, но при этом не догадывается, что в каждую крупную сделку ты аккуратно прячешь ещё одну помельче, для себя лично. Как думаешь, если я отдам эти бумаги мистеру Триббиани с пометками и объяснениями, как всё трактовать, он заинтересуется? Итальянцы не любят, когда у них воруют, Фрэнк, — осуждающе покачал я головой.

— Чего ты хочешь? — хмуро бросил мой собеседник, отложив в сторону вилку и нож и явно потеряв аппетит.

— Чтобы ты отстал от меня. Забудь о зданиях на Венис-Бич. Кажется, я тебе уже говорил об этом, но ты меня не услышал.

— Хорошо… — поиграв желваками и пободавшись со мной взглядами, произнёс Колдер.

— Вот и славно, — преувеличенно бодро произнёс я, спрятал бумаги в папку и поднялся из-за стола. — Рад, что мы, наконец, поняли друг друга, хоть и не с первого раза… Руку пожимать не буду, прости. А! И вино ты выбирать не умеешь…

Я развернулся, подмигнул стоящему неподалёку от столика охраннику, наверняка только и ожидавшего от своего хозяина команды растерзать меня, и направился в сторону выхода.

Да, можно было, конечно, обойтись без угроз и сразу слить через Джимми весь компромат итальянцам. Но если бы Колдер отбрехался и как-то выкрутился, тогда бы он точно не оставил меня в покое. Так что, пусть лучше будет так — пусть поживёт в страхе, а я в относительно временном спокойствии. Надеюсь, Фрэнк не настолько тупой и не будет делать очередные глупости…

Я вышел из ресторана, сел на свой байк и покатил в сторону дома. Двадцать минут от центра, и я на Венис-Бич, который уже успел стать для меня за последнее время каким-то родным…

Вырулил на очередном перекрёстке, скинул скорость и неторопливо подкатил к двум стоящим у входа в здание байкам.

— Чёрт, Алекс! — проворчал Бак, едва я заглушил двигатель и снял шлем. — Где тебя черти носят⁈

— Да то здесь, то там, — честно признался я.

— Джимми ещё неделю назад просил разобраться с баром «Iron Dog» на Lincoln Boulevard.

— И что, никто не разобрался? — наивно предположил я.

— Джимми сказал, чтобы мы без тебя туда не совались.

— Ладно, поехали… — вздохнул я, снова натянул шлем, завёл двигатель, подождал, пока парни тронутся с места, и пристроился следом за ними…

В стриптиз-бар «Iron Dog» мы приехали минут через семь. Lincoln Boulevard встретил нас шумом, автомобильными выхлопами и жёлтым электрическим светом, в котором всё выглядело чуть грязнее, чем было на самом деле. И вроде бы пять минут езды от песчаного пляжа, жалкие полторы мили по прямой, но район кардинально отличался от набережной, и совсем не в лучшую сторону.

Здесь уже не было аккуратных домиков с лужайками и пальмами, строгих таунхаусов или тех же коробок кондоминиумов с вечно кричащими шумными соседями. Здесь не пахло свежей выпечкой, заварным кофе и не звучала лёгкая, ни к чему не обязывающая музыка уличных музыкантов. Да и туристов здесь не было.

Зато вдоль дороги с залатанным тёмным асфальтом, изгаженным масляными пятнами, не смываемыми даже после дождя, тянулись серые, безликие приземистые коммерческие здания, автомастерские с распахнутыми настежь воротами и ночные магазинчики с решётками на окнах и ржавыми, облезлыми вывесками.

Среди всего этого однообразия стриптиз-бар «Iron Dog» выделялся своей нарочитой грубостью, стоя чуть в стороне от других зданий, на пятачке раскалённого асфальта. Тёмный фасад, потускневшая металлическая вывеска с перекрещёнными цепями и стилизованной собачьей мордой, и массивная дверь с облупившейся краской и оставленными на ней следами чужих кулаков и обуви.

Мы припарковались напротив бара, заглушили двигатели и направились ко входу. Я замешкался всего на секунду, опустился на одно колено, завязал так некстати распустившиеся шнурки на правом Конверсе, украдкой оглядел почти пустую парковку и непроизвольно напрягся, сам ещё пока не до конца понимая, что именно меня насторожило.

Справа от входа теснилась пара байков, слева стоял старый Lincoln с потускневшим хромом, чуть дальше ржавый Mustang с просевшей кормой и помятая Corolla, пережившая явно не один чужой бампер, с напрочь стёртыми протекторами на всех четырёх колёсах.

На самом краю парковки, возле поцарапанного жестяного автомата с презервативами, замер грязно-серый фургон с тёмными стёклами. Пыльное, давно не мытое лобовое, приоткрытая боковая дверь, лениво оперевшийся о борт широкоплечий усталый мужчина с сигаретой в зубах, вышедший покурить и безразлично глядящий в сторону играющих на проезжей части малолетних пацанов…

Обычная картинка для такого места — ничего лишнего, ничего вызывающего, обычные работяги приехали после тяжёлого трудового дня поглядеть на голых девчонок, попускать слюни на женские прелести и выпить по паре бокалов светлого…

Вроде, ничего такого… Но тогда что?

Я поднялся на ноги, отряхнул левое колено, догнал парней и через несколько шагов переступил порог бара следом за Баком…

Внутри было полутемно, затхло и накурено. В воздухе висел густой, тяжёлый аромат, пропитанный запахом дешёвого алкоголя, сигаретного дыма и мужского пота. Со стен на посетителей взирали выцветшие постеры с голыми бабами, неоновые лампы неприятно резали по глазам, а диско-шар под потолком явно пытался вогнать первого же вошедшего в бар эпилептика в неконтролируемый приступ.

У барной стойки сидело несколько мужчин, ещё человек пять рассыпались по залу, заняв столики в хаотичном порядке, стараясь держаться подальше друг от друга, а на подиуме очередная танцовщица медленно кружила вокруг шеста, лениво выгибаясь и демонстрируя немногочисленной публике свою небольшую грудь, не добравшуюся ещё до пластического хирурга.

— Хотите выпить, парни? — подошла к нашей троице девушка официантка. — Или чего-то ещё? — с намёком добавила она, поиграв бровями, приоткрыв рот и несколько раз подряд оттопырив языком щёку изнутри.

— Детка, позови хозяина или управляющего… — хмуро буркнул Джо.

— Управляющего? — нахмурилась девушка, оглядев нас более внимательным, оценивающим взглядом.

— Да…

— Одну минуту, — кивнула официантка, развернулась и через несколько секунд исчезла за тяжёлой тёмно-бордовой портьерой справа от барной стойки.

— Чёрт! А неплохо у них тут, — оглядевшись по сторонам, произнёс Бак. — Только тёлка немного тощая, — кивнул он в сторону девушки на шесте, — её бы подкормить. Да и клиентов что-то не слишком много…

— Они другим зарабатывают, — буркнул Джо. — Бар просто для прикрытия.

— Ну хер его знает, — философски заметил Бак. — Джимми и на баре неплохо получает, и помимо. Одно другому не мешает.

— Вы хотели поговорить с хозяином? — вышел из-за бордовой портьеры грузный широкоплечий бородатый мужик, в сопровождении двух вышибал за плечами.

— Ну мы, — недружелюбно отозвался Бак. — Ты, что ли, хозяин?

— Вы парни Джимми, — словно приговор, произнёс незнакомец, окинув нашу троицу небрежным взглядом. — Валите отсюда! Вам тут не рады.

— Чё! Чё ты вякнул⁈ — с пол-оборота завёлся Бак.

— Чё слышал! Ни с Джимми, ни с его шавками я разговаривать не буду!

— Да мы тебя…

— Чё за дела⁈ — вмешался я, незаметно придержав Бака за край кожанки. — Мы просто зашли выпить пива и тёлок ваших пощупать! Вкрай охерели уже! Идёмте, парни! — я обиженно нахмурился. — Найдём другой бар, который не побрезгует нашими баксами…

Здоровяк проводил нас недружелюбным взглядом до двери заведения, я пропустил парней вперёд, вытолкав их наружу, и через секунду вышел следом, перестав наконец ощущать кислый запах дешёвого пойла и с удовольствием набрав в лёгкие океанский воздух, перемешанный с автомобильными выхлопами и ароматами перегретого за день на солнце асфальта.

— Алекс! Чё за дела? — набычился Бак, став передо мной и перегородив мне дорогу. — Джимми нас сюда нахера прислал?

— Не нравится мне это… Ты тот фургон видел? — едва слышно пробормотал я, глядя в противоположную от фургона сторону.

— Чё? Какой нахер фургон?

— Который у тебя за спиной. Да не оборачивайся ты, идиот! — рыкнул я. — Просто скажи, видел или нет?

— Ну видел, и чё? Серый, пыльный… Когда мы заходили, возле него какой-то кент курил.

— Он и сейчас всё ещё курит… — удивился я наблюдательности байкера и при этом его полной неспособности делать нужные выводы.

— И чё⁈

— Лобовое пыльное, а хозяин рядом трётся… — заметил я.

— И чё⁈

— И то! — не выдержал я, слегка повысив голос. — Значит, фургон уже несколько дней никуда не выезжал и всё время стоит здесь. Но при этом, хозяин рядом и тачка не просто брошена здесь. Хотя, может, я просто слегка параною… — пробормотал я.

— Хозяин фургона в нашу сторону даже не глянул, когда мы подъехали… — добавил Джо. — Это не паранойя.

— Угу, — согласился я. — Кто-то пасёт бар…

— Пасёт? В смысле? — нахмурился Бак.

— Да я откуда знаю… Кто-то следит за баром или за посетителями. Не важно. Нужно валить отсюда… Вы сейчас к Джимми? — глянул я на парней.

— Да.

— Предупредите его. Мне кажется, что-то нездоровое происходит вокруг этой вашей байкерской тусовки…

— Нездоровое?

— Джимми подминает мелкие банды. Это не может остаться незамеченным, — пояснил я. — Сейчас главари будут меряться членами и возможно попытаются устранить конкурентов. Пусть будет осторожен и поглядывает по сторонам.

— Хорошо. Передадим, — кивнул Джо.

— Ты не с нами? — поинтересовался Бак.

— Нет, — покачал я головой. — Справитесь сами. Не хочу лишний раз светиться… А! И узнайте у Джимми — у владельца этого бара, — кивнул я себе за спину, — нет, случайно, покровителей в департаменте?

— С чего ты это решил?

— С того… Фургон уж больно на полицейское наблюдение похож. И если это так, то мы сейчас очень тупо спалились, заявившись сюда. Всё, расходимся… — буркнул я, неторопливо двинувшись в сторону наших байков, и тут же выругался. — Дерьмо!

— Что?

— Не оборачивайтесь и не крутите башкой по сторонам… Из того фургона ещё пара парней вылезла. И судя по их походке и повадкам, это либо копы, либо бывшие военные…

— Мы тоже бывшие военные, — усмехнулся Бак.

— Военные разные бывают, — заметил я. — Ладно, идём к байкам и не останавливаемся, что бы ни случилось…

«Пи-и-иу!» — издав противный звук и мигнув сиреной, проезжающая мимо патрульная машина сбросила скорость, заехала на парковку и перекрыла нам путь к нашим байкам.

— Дерьмо! — снова выругался я, мельком глянув на заметно замедлившихся и явно не ожидавших такого подвоха троих парней из фургона. Похоже, патрульная тачка для них такой же сюрприз, как и для нас. Это немного радует…

Двери полицейского автомобиля синхронно распахнулись, выпустив наружу двоих патрульных, и мы с парнями озадачено замерли, так и не дойдя до наших байков десяток жалких футов. Темнокожая девушка-коп окинула нашу троицу хмурым, холодным взглядом, обошла тачку сзади и демонстративно положила ладонь на кобуру. Её напарник, усатый белый коп лет под сорок, лениво хлопнул пассажирской дверью, сложил руки на груди и с прищуром во взгляде пробежался по нашим фигурам.

— Добрый вечер, джентльмены, — произнёс он усталым, будничным тоном, будто мы встретились не на ночной парковке у стрип-бара, а на званом вечере у губернатора. — Куда идёте, откуда, зачем?

— Документы! — коротко бросила его напарница.

Мы переглянулись с парнями, Бак хмыкнул, Джо вздохнул и полез за бумажником.

— Медленно! Руки на виду! — предупредила девушка.

Усатый коп сделал шаг вперёд взял наши документы, мельком пробежал их глазами и поднял взгляд.

— Оружие, наркотики? Может хотите сообщить нам о чём-то до начала обыска?

— Угу… — буркнул Бак. — Хочу сообщить, что твоя мамка…

— Бак! — одёрнул я байкера. — Заткнись!

Коп криво усмехнулся и внимательно посмотрел на меня.

— Давайте сделаем проще. Поверхностный осмотр. Для нашей и вашей безопасности. Уокер, — бросил он своей напарнице, не оборачиваясь и отступив на шаг назад.

— Руки в стороны. Не дёргаемся, — произнесла девушка, подойдя ближе.

Бак недовольно фыркнул, но послушно приподнял руки.

— Мы ничего не сделали, — буркнул он сквозь зубы. — Какого хера…

— Чисто, — закончив с Баком, патрульная бегло ощупала Джо и повернулась ко мне. — Руки!

Я вздохнул, приподнял руки и через секунду ощутил на своём торсе её уверенные и жёсткие ладони…

— Офицер Дениз Уокер, — пробормотал я, глядя в упор на обыскивающую меня темнокожую девушку.

— Мы знакомы? — прищурилась она. — Откуда ты знаешь моё имя? Чёрт! — дошло до неё. — Ты же тот умник, который не хотел идти на снятие отпечатков. Тебя разве не посадили?

— Как видите, офицер, — пожал я плечами.

— Похоже, у тебя достаточно хитрожопый адвокат… Или ты просто белый мальчик из хорошей семьи, — криво усмехнулась патрульная, пытаясь меня поддеть. — Таким закон не писан…

— Скорее второе, офицер, — согласился я. — Нам вечно всё сходит с рук, даже серийные убийства…

— Тоже так думаю… — брезгливо бросила она и жёстко, не церемонясь, толкнула меня в спину в сторону патрульного автомобиля. — Руки на капот, ноги на ширину плеч…

— Уокер, что у тебя? — обеспокоенно бросил её напарник.

— Этот умник уже задерживался по подозрению в убийстве. Хочу обыскать его более тщательно, учитывая его послужной список.

— Хорошо, — коротко кивнул коп, положил ладонь на кобуру и перевёл взгляд в сторону замерших на месте Бака и Джо.

— А разве это ваш район, офицер? — невинным тоном поинтересовался я. — Или вас понизили до Вениса?

— В Венисе нехватка экипажей. Нас прислали на усиление. Ещё вопросы? — хмыкнула у меня за спиной офицер Уокер.

— Да есть один. Не вопрос, а скорее замечание…

— Удиви меня, — презрительно бросила девушка, снова ткнув меня в спину, и ударом по ботинкам заставила расставить ноги шире.

— Тщательный обыск на улице — скользкая тема, офицер, — спокойно сказал я. — Поверхностный осмотр — да. Но лезть в карманы без ареста или согласия — это уже перебор, офицер…

— Я сказала — руки на капот! — рявкнула патрульная.

— Я просто поясняю ваши же процедуры, — не повышая голоса, продолжил я, — чтобы потом ни у кого из нас не было проблем.

— Угрожаешь сотруднику полиции? — подозрительным тоном поинтересовалась девушка.

— Информирую вас о ваших же правилах, — я чуть повернул голову вправо, собираясь сделать ещё парочку замечаний — и в этот момент она сорвалась.

Удар дубинкой под рёбра был коротким, злым и точным. Воздух со свистом покинул мои лёгкие, я непроизвольно согнулся, уткнулся лбом в холодный капот полицейского авто и ненадолго затих…

— Я не просила меня информировать, — холодно процедила девушка мне в затылок. — Я отдала приказ!

— Уокер! — резко окликнул её напарник.

— Он не выполнял команды, — злорадно усмехнулась она, не оборачиваясь, — и продолжал сопротивляться.

Усатый на миг замер, оценивая ситуацию, а через секунду коротко кивнул.

— Парень, делай, как тебе говорят! И без тупых комментариев, — бросил коп в мою сторону. — А вы стойте на месте… — указал он пальцем на переминающихся с ноги на ногу парней перед собой.

— Я же говорила, не нужно умничать… — проворчала девушка, обыскивая мои карманы и каждую складку моей одежды. — Вы все — насильники, убийцы и наркоторговцы! Байкеры, — брезгливо процедила она, склонившись у меня над ухом. — Ненавижу вас всех!

— Зато вы все святые, госпожа офицер! — лёжа мордой на холодном капоте, с трудом выдавил я. — Говорят, что проще найти девственницу среди проституток в Южном Централе, чем честного копа в LAPD.

— Не все копы взяточники и коррупционеры, — недовольно прошипела патрульная. — Некоторые просто делают свою работу!

— Согласен. Есть ещё насильники, вымогатели и стукачи…

— Заткнись! Ещё слово, и я упеку тебя за неуважение к полиции!

— Вы же ничуть не лучше тех же байкеров, просто прикрываетесь значком, — всё же не выдержал и выдал я, ожидая очередного удара по рёбрам.

— Чисто… — коротко бросила она, закончив обыск.

— Отпускай его, Уокер…

— Нет, — качнула она головой. — Пусть прокатится с нами в участок, посидит там пару суток…

— На это есть причина?

— Зрачки расширены, — оторвав меня от капота, развернув лицом к себе и посмотрев мне в глаза, мстительно произнесла она. — Речь бессвязная — какой-то бред несёт. Похоже, парень под препаратами…

— Хорошо, пакуй… — секунду посомневавшись, всё же согласился её напарник.

«Пи-и-иу!» — издав очередной противный звук и мигнув сиреной, на парковку вырулила ещё одна патрульная машина. Остановилась в паре футов от нас и через секунду выплюнула наружу полицейского с сержантскими нашивками.

— Уокер, Макгрегор! Что у вас? — хмуро произнёс сержант командным тоном, обведя парковку взглядом и остановившись глазами на моей скромной фигуре.

— Остановили троих для проверки документов, — коротко отчиталась патрульная. — Провели беглый осмотр. Одного из них придётся задержать. Он вёл себя агрессивно, не выполнял команды и, возможно, находится под веществами.

— Отпустить! — бросил сержант.

— Отпустить? — недоумённо нахмурилась патрульная. — Но, сэр…

— Отпустить, я сказал! — рявкнул коп. — Ты что творишь, Уокер⁈ Я напишу рапорт, и уже завтра ты вылетишь из полиции! Своих дружков будешь задерживать и проводить обыск без оснований, черномазая дура!

— Слышишь, жирдяй. За языком следи! — не выдержал и зачем-то заступился я за девушку, которая пару минут назад прессовала меня дубинкой по рёбрам. Стокгольмский синдром, что ли, прорезался…

— Что⁈ Как ты меня назвал? — прищурился полицейский, сделав шаг в мою сторону.

— Жирдяй, — произнёс я и тут же захлебнулся от очередного удара дубинкой под дых, для разнообразия, в этот раз уже от сержанта.

Удар у него, конечно, потяжелее, чем у девчонки…

— Ещё раз это сделаешь, — отдышавшись, прохрипел я, — и я засуну твою дубинку тебе в зад, сержант…

— Что⁈ — снова рявкнул он.

— Тебе до пенсии сколько, сержант? — выдохнул я, заставив себя выпрямиться. — Пять лет? Семь? Очень жаль будет вылететь со службы из-за одного неосторожного слова в адрес коллеги и слишком длинного языка. Особенно если этим заинтересуются Внутренние расследования.

— Самый умный, да? — посопел мой оппонент.

— Вас этим вопросам в академии учат? — вздохнул я. — Одни и те же…

— Пошёл нахёр отсюда, пока я тебе все зубы не пересчитал! — рявкнул сержант, ткнув в мою грудь указательным пальцем. — Уокер, Макгрегор! Хватит здесь прохлаждаться — продолжайте патруль по маршруту, — бросил он, не оборачиваясь и приблизил ко мне вплотную своё лицо. — А ты… Джимми передай, что мой тариф только что вырос в два раза из-за твоего длинного языка, сынок!

Сержант недобро ухмыльнулся, убрал палец, развернулся, запрыгнул в машину, хлопнул дверью и через секунду резво тронулся с места.

— Не нужно было за меня заступаться, — недовольно пробормотала патрульная, косо глянув в мою сторону, — я сама могу за себя постоять.

— Было не очень заметно, — усмехнулся я. — Мы можем быть свободны, офицер Дениз Уокер?

— Да… Но лучше больше не попадайтесь мне!

— Погнали парни, — коротко бросил я, обогнул полицейский автомобиль, глянул на толкущуюся возле фургона троицу парней и запрыгнул на свой байк.

Натянул шлем, завёл двигатель и крутанул ручку газа до упора…

Чёрт! Что же это за парни в фургоне? Точно не копы… И не обычные байкеры… Но тогда кто?