Каменные джунгли

Глава 6 Встреча друзей

Офицер Дениз Уокер вернулась в участок в 23:05… Прошла мимо стойки watch commander’а, коротко кивнула дежурному, сдала ключи от служебного автомобиля и направилась в оружейку. Сдала прикреплённый за экипажем дробовик «Remington 870», перекинулась в оружейной последними новостями с дежурным сержантом и через пять минут направилась заполнять рапорт и отчёты. После дела Родни Кинга контроль за применением силы сотрудниками усилился, а рапорты патрульных изучали чуть ли не под микроскопом…

За двадцать минут Дениз заполнила бумажки, ещё раз перечитала написанное в рапорте, поставила дату, время, подпись и тяжело вздохнула. В графе «применение силы» она честно отметила однократное применение ударного оружия по корпусу задержанного с целью обеспечения контроля при досмотре, прекрасно понимая, что получит за это очередной выговор от начальства, и мысленно обозвала себя последней дурой.

Ей не следовало этого делать — бить задержанного. Она злилась сама на себя за это и прекрасно понимала, что перегнула. Она знала, что тот удар был лишним, но в ту секунду ей казалось, что ещё слово — и ситуация выйдет из-под контроля. А контроль — это то, за что она держалась зубами последние два года.

Да, формально она была права — подозреваемый начал спорить во время досмотра, упоминал процедуры и чуть ли не прямым текстом говорил, где она была неправа. В академии учат — если подозреваемый отвлекает, значит готовит нападение или попытается сбежать. Она пресекла это. Но легче ей от этого не было. Она не должна была этого делать… И если начальство решит сделать из неё козу отпущения за это и с позором уволить со службы — пусть так и будет…

Писать в рапорте про оскорбительные и расистские слова сержанта пляжного подразделения Дениз не стала. Это всё равно ничего не даст, в отчёте это просто подотрут или вовсе заставят переписывать. Да и привыкла она уже к тому, что к ней обращались как к человеку второго сорта — что в академии, что в департаменте… Привыкла, но каждый раз, где-то глубоко внутри себя, всё равно кипела от гнева…

Дениз сдала заполненный рапорт watch commander’у и направилась в раздевалку. Сняла форму, аккуратно сложила её в шкафчик и пошла в душевую. Постояла несколько минут под тёплыми струями воды, смывая с себя запах улицы и длинной двенадцатичасовой смены и вернулась в раздевалку. Переоделась в лёгкое летнее платье, повесила полицейский жетон на шею, сунула пистолет в кобуре в сумочку, захлопнула шкафчик, вышла из раздевалки и направилась по длинному, уже совсем пустынному в это время коридору в сторону выхода…

— О! Детектив… — столкнулась она практически лоб в лоб на очередном повороте с детективом О’Коннором, идущим по коридору с задумчивым видом и стаканчиком горячего кофе в руке.

— Уокер, — непроизвольно поморщился ирландец.

— Что-то вы задержались сегодня…

— Ещё даже не полночь, — усмехнулся детектив. — Детское время… Ладно, пойду я… — О’Коннор демонстративно постучал ногтем указательного пальца по папке, зажатой подмышкой и сделал шаг в сторону, пытаясь обогнуть перегородившую ему дорогу девушку. — Мне ещё отчёты заполнять…

— Да, конечно, — кивнула Дениз, пропуская мужчину мимо себя и тут же окликнула его в спину, словно вспомнив о чём-то. — Детектив!

— Да?

— А помните того парня? Стоуна, кажется.

— Стоуна? — задумчиво наморщил лоб О’Коннор.

— Его задерживали неделю назад по подозрению в серии убийств… Он ещё отказывался сдавать отпечатки пальцев…

— А! Тот умник… — усмехнулся детектив. — Ну да, помню… Хотя, скорее не его, а его адвоката… — честно признался О’Коннор.

— А что с его делом?

— Да ничего, — ирландец пожал плечами. — Умник ни при чём. Мы взяли настоящего убийцу буквально на следующий день. Ты разве в новостях не слышала? Да и весь отдел об этом только и говорил…

— Слышала… — растерянно кивнула патрульная. — Но я думала, это другое дело…

— То же самое! Убийцей оказался медиамагнат, уважаемый человек. Кажется, у него крыша потекла на почве измены жены…

— А это точно он?

— Угу… — подтвердил О’Коннор. — Его взяли на горячем, как раз в тот момент, когда он хотел разделать очередную жертву у себя в подвале. А при обыске нашли не только улики, но ещё и трофеи за последние двенадцать лет… Так что Стоун там точно ни при чём — на момент первого убийства парню было лет восемь, наверное.

— Хм… А могу я посмотреть досье Стоуна?

— Досье? — нахмурился детектив. — Да нет никакого досье. Парень чист, как младенец. Ни приводов, ни задержаний. Работает в юридической фирме, помощником юриста, кажется, ещё и учится.

— Золотой мальчик… — презрительно хмыкнула девушка.

— Да нет, обычный. Из пригорода, кажется. Отец военный, мать умерла…

— Как он тогда очутился в юридической фирме?

— Да я откуда знаю⁈ Судя по его острому языку, наверняка благодаря ему. Ну или правда голова соображает. А ты почему им интересуешься?

— Да встретила его сегодня во время патруля в районе Вениса, в компании парочки байкеров из мелкой банды.

— Байкеров? Хм… — задумчиво хмыкнул О’Коннор. — Ну может и прибился к ним. Сейчас у молодёжи в голове одна романтика — или в байкеры идут, или в сёрферы, лишь бы не работать… А потом уже катятся по наклонной — наркотики, грабежи, лёгкие деньги…

— Но он же работает, вы сами сказали. И учится…

— Ну да… — растерянно почесал затылок детектив, едва не выронив папку. — Ну может ему просто байки нравятся, или суровые вонючие мужики на байках. Ты ещё что-то хотела спросить, Уокер? У меня отчёты, — напомнил он, снова нетерпеливо постучав пальцем по папке.

— Простите, детектив, — смутилась девушка. — Доброй ночи, сэр!

— Ночи, Уокер… — О’Коннор отрешённо кивнул, развернулся и через секунду скрылся за поворотом коридора…

Домой я вернулся поздно… Сначала включил свою паранойю, вернее, она и без моего прямого вмешательства отлично включилась, а я просто колесил по городу, внимательно рассматривая в боковом зеркале следующие за мной машины и ожидая обнаружить слежку. А потом слегка увлёкся, выехал на автостраду, крутанул рукоять газа до упора и понёсся на своём байке вперёд, презирая все знаки и ограничения, выжимая из двигателя все заложенные в него 80 лошадок и глядя на стрелку спидометра на отметке 120 mph. Почти две сотни кэ-мэ в час…

Да, старичок Harley-Davidson Ironhead — не про комфорт и скорость. Он жёсткий и вибрирующий, на нём не выжать 300 км/ч. Но мне он всё равно нравился…

Домой я вернулся почти к полуночи. Принял душ, выпил чашку кофе, стоя на балконе и глядя на тёмный океан, и завалился спать…

Проснулся рано, около пяти… Последнее время мне нравилось вставать с утренним солнцем, дышать ещё не раскалённым, прохладным и слегка влажным океанским воздухом и слушать звуки просыпающегося города, ещё не заполнившегося гомоном тысячи голосов и рёвом моторов…

Я пробежался по набережной, на полчаса заскочил на спортивную площадку, повисел немного на брусьях, потягал железо и двинулся в сторону дома. По дороге купил хот-дог и стаканчик кофе в только что открывшейся закусочной на колёсах, перекусил, вернулся к себе, принял душ, переоделся и поехал в офис юрфирмы, в которой мне оставалось работать чуть меньше месяца, если Мишель, конечно, не передумает, не помирится с дядей и не останется в конторе своего родственника… Хотя, зная принципиальность и неуступчивость блондинки, вряд ли это произойдёт…

День в офисе пролетел, как обычно быстро, монотонно и до одури скучно. За первые пару часов я перебрал стопку договоров, сверил пару исковых заявлений и сел за толстенный фолиант «Prosser and Keeton on Torts», шестьсот с лишним страниц по деликтному праву, который подогнала мне Мишель, велев зубрить его от корки до корки.

Было у меня подозрение, что этот учебник дают студентам где-нибудь на втором или третьем году обучения, а не новичкам вроде меня, и что Мишель попросту издевается или проверяет пределы моих возможностей, слишком уж сложные и объёмные темы поднимались в этом монументальном фолианте. Но доказать этого я не мог…

Время за изучением деликтного права пролетело незаметно, и когда я опомнился, мой простенький Rolex показывал почти семь вечера. Я потряс головой, с каким-то мстительным удовлетворением захлопнул книгу, добив очередную главу, и поднялся из-за стола. Попрощался с миссис Гарфилд и двинулся из архива в сторону выхода…

Домой я приехал уставший, как собака… Принял душ, долго стоя под горячими струями и подставив затылок под тяжёлый поток воды, пока не ощутил, как смыл, наконец, с себя всю дневную усталость, вернулся к себе, переоделся, услышал голодное ворчание своего желудка, вздохнул и решительно двинулся к выходу. Нужно наведаться к Джимми, узнать, как у него дела, а заодно и перекусить…

«Чем не план?» — решил я и с чистой совестью вышел из своей квартирки.

Постучался к своему соседа, собираясь позвать Андрея прогуляться вместе со мной по злачным заведениям Вениса, постоял немного перед его дверью, повторил стук с тем же результатом, вздохнул и двинулся к лестнице…

— Алекс! — перехватила меня в районе третьего этажа бывшая основательница культа. — Ты меня избегаешь?

— Почему ты так решила? — замедлил я шаг, поравнялся с Сарой, опёрся плечом о стену и оглядел перегородившую мне путь брюнетку, одетую в простенькие, облегающие стройную фигурку синие джинсы и чёрную свободную футболку с бурым медведем, олимпийскими кольцами и цифрами, складывающимися в число «1980».

— Я тебя уже пару дней не могу поймать, — пояснила Сара.

— Дела, — вздохнул я и неопределённо пожал плечами. — А у тебя что-то срочное? Что-то случилось?

— Ничего не случилось. Просто хотела поговорить, пообщаться… Последнее время мой круг общения сузился до хамоватых строителей и ремонтников. Хочется немного разнообразия.

— Хм… — задумчиво глянул я на часы на своём запястье. — Давай в другой раз? Лады?

— А ты куда-то спешишь? — нахмурилась брюнетка, не торопясь освобождать мне перекрытый ею путь.

— Да так… В бар хотел зайти, перекусить и выпить бутылочку пива перед сном… — честно признался я.

— В бар твоего дружка Джимми Санчеса? — хитро усмехнулась Сара.

— Откуда ты… Хотя, ладно… — обречённо вздохнул я, перестав уже удивляться тому, что Сара знает обо мне чуть ли не больше, чем я сам.

— Не понимаю, зачем ты с ними нянькаешься… — недовольно проворчала бывшая Матушка.

— С ними?

— С этой мелкой бандой байкеров. От них же одни неприятности, — брезгливо поморщилась она.

— Я не нянькаюсь. Просто Джимми как-то помог мне, я помог ему.

— Ну да, конечно, — недоверчиво хмыкнула Сара. — Ладно, не хочешь — не говори…Я иду с тобой!

— В бар? — удивлённо уточнил я.

— В бар! — уверенно заявила Сара.

— Там грубые мужики, вонь, крики… — сделал я последнюю отчаянную попытку отговорить её от этой затеи.

— О! Люблю грубых мужиков, вонь и крики, — улыбнулась брюнетка, взяла меня под руку и уверенным шагом повела по лестнице вниз.

— Ну ладно… — согласился я, смирившись с неизбежным.

Мы спустились на первый этаж, вышли на улицу и замерли у ступеней, глядя на дерзко выруливший со второй полосы и резко притормозивший у входа чёрный Porsche 911…

— Алекс, добрый вечер, — сдержанно поздоровалась со мной вышедшая из автомобиля сексапильная блондинка в джинсах, почти идентичных джинсам Сары, коротких ботильонах, белой футболке с глубоким вырезом, небрежно накинутой на плечи чёрной кожаной куртке и накрашенными алой помадой губами, ярко выделяющимися даже в темноте на бледном лице.

— Добрый вечер, миссис Хадсон. Вы ко мне? — слегка удивившись неожиданному визиту Микки, произнёс я.

— Прости, — виновато смутилась она, — я не знала, что ты с… дамой… Да ещё такой красивой… — усмехнулась блондинка, оценив стоящую рядом со мной и крепко держащую меня под руку брюнетку.

— Спасибо! — улыбнулась Сара, успев рассмотреть незнакомку и пробежаться по её фигуре заинтересованным взглядом. — Я Сара, тётушка Алекса…

— Тётушка? — нахмурилась Микки, переведя вопросительный взгляд сначала на меня, а затем обратно на Сару. — То есть, вы не вместе?

— Нет! Конечно, нет… — ещё шире улыбнулась брюнетка. — А вы, простите? — с намёком замолчала она.

— А я Микаэла, для друзей — Микки. Я… — блондинка на секунду замялась. — Я мама босса Алекса…

— Босса? — нахмурилась Сара. — Вы мама Мишель?

— Вы знаете Мишель? — вопросом на вопрос ответила Микки, а у меня в голове почему-то заиграла индийская музыка.

— О! Конечно, знаю! Прекрасная девушка! Милая, умная… — расщедрилась Сара на комплименты. — Красивая. Теперь я понимаю, в кого… Погодите… Но вы не можете быть её мамой! — уверенно заявила моя спутница.

— Почему? — недоумённо нахмурилась блондинка.

— Вы слишком молоды. Скорее, старшая сестра, да и то, не сильно старшая.

— Вы мне льстите, Сара, — скромно улыбнулась Микки.

— Ничуть!

— Но я и правда мама Мишель.

— Чёрт! — восторженно покачала Сара головой. — Никогда бы так не подумала. Не хотите поужинать с нами? Мы как раз шли в классическое кафе на берегу океана, с брутальными байкерами, шумом и тёплым пивом.

— О! Звучит восхитительно! Если Алекс не против, конечно…

— Алекс? — вопросительно впились в меня две пары женских глаз.

— Если Мишель узнает, что я ужинаю хотя бы с одной из вас, она меня пристрелит, расчленит, закопает где-то в лесочке по кусочкам и скажет, что так и было! Боюсь даже представить, что будет, если я рискну и соглашусь поужинать сразу с вами двумя… — обречённо вздохнул я.

— Алекс не против, — усмехнулась Сара, сделав из моих слов какой-то свой, совсем неправильный вывод. — Идём, Микки!

Две женские фигурки решительно прижались ко мне с обеих сторон, взяли под руки и защебетали о чём-то своём, женском, словно две старые подруги, не видевшие друг друга сто лет. Я вздохнул, мысленно прикинул, где я так накосячил в этой или прошлой жизни, не пришёл ни к какому выводу и повёл двух своих спутниц по шумной вечерней набережной в сторону бара на пляже…

В заведение Джимми мы пришли через четверть часа. Заняли свободный столик у стены, сделали заказ, откупорили по бутылочке пива и продолжили нашу непринуждённую болтовню…

— А здесь круто! — покрутив головой по сторонам, восторженно произнесла Микки. — Прямо как во времена моей молодости…

— И не говори! — подтвердила Сара. — Шум, гам, запах… Я будто снова оказалась у себя в Уэйко, в Техасе.

— Ты из Уэйко? — удивилась Микки.

— Угу! Родилась и прожила там первые двадцать лет своей жизни!

— А я пять лет прожила в Остине!

— Как тесен мир, — покачала Сара головой.

— Я несколько раз бывала у вас в Уэйко на ярмарке… Может мы даже встречались, — улыбнулась блондинка.

— Может, — улыбнулась брюнетка в ответ, на несколько секунд приложившись губами к горлышку бутылки.

— Ого! Какие дамы! — подсела за наш столик парочка бородатых брутальных байкеров.

— Эй, придурок! — ощетинилась Микки, будто готовясь кинуться в драку в любой момент. — Ты не видишь, мы с мужчиной пришли⁈ А значит, точно не собираемся ни с кем знакомиться. Валите отсюда!

— Чёрт, Алекс! Ты умеешь выбирать женщин. Я даже завидую тебе… — восхищённо пробормотал один из байкеров.

— Алекс? — недоумённо нахмурилась блондинка. — Вы знакомы?

— Мы друзья Алекса, — подтвердил второй.

— Это Бак и Джо… — вздохнул я, сделав глоток пива из бутылки. — А это Микки и Сара, парни.

— Чёрт! Ну где ты вечно берёшь таких красоток⁈ — возмутился Бак, с щенячьим восторгом в глазах глядя на моих спутниц. — Да ещё каждую неделю новую…

— Я лучше твоей жене расскажу, что ты интересуешься, где находить красоток, она тебе быстро всё расскажет и покажет! — уколол я здоровяка.

— Э! Зачем сразу по больному бьёшь, малой⁈ Так не честно!

— Вы реально друзья? — удивлённо глядя на нашу дружескую перепалку, пробормотала Микки.

— А что не так? — нахмурился Бак.

— Два здоровых взрослых мужика, пропахших дизелем и потом, и наивный молодой юноша? — пояснила блондинка. — В каком параллельном мире вы друзья⁈

— Да мы и правда друзья, — обиженно посопел Бак и повернулся ко мне в поисках поддержки. — Алекс, скажи ей!

— Что у вас вообще может быть общего? — не сдавалась Микки.

— Мотоциклы, — пожал здоровяк плечами.

— Мотоциклы, — хмыкнула блондинка. — А как вы познакомились?

— Познакомились… — нахмурился Бак. — На парковке позади бара, если это можно назвать знакомством… Малой избил нас, — обвиняюще ткнул он в меня указательным пальцем.

— Прям вот так взял и избил? — скептически хмыкнула моя спутница. — Какой негодяй!

— Да не, — отмахнулся Бак, приняв издёвку Микки за реальное сочувствие. — Алекс нормальный. Это мы хотели подрезать его на парковке за длинный язык… Ну и получили по заслугам.

— Подрезать? — нахмурилась Микки. — В смысле, ножом?

— Ну… Не… — забормотал Бак, поняв, что сболтнул лишнего. — Просто попугать хотели… Ну, может побили бы немного…

— И как это всё переросло в дружбу?

— Да как… — Бак задумчиво почесал затылок. — То мы ему помогли, то он нам, то опять мы… Вот так и сдружились…

— Захватывающая история, — усмехнулась Микки.

— А я о чём! — хмыкнул Бак, довольный тем, что так легко выкрутился и прошёл по краю острого лезвия. — О, кстати! А вы слышали о культе «Дети бога»? — с хитринкой в глазах глянул он на моих спутниц.

— Читала в газетах… — осторожно кивнула Микки, ещё не до конца понимая, к чему здоровяк задал этот вопрос, а Сара незаметно обменялась со мной красноречивым взглядом, с опаской посмотрев в сторону выхода и наверняка мысленно приготовившись к побегу, на случай, если байкеры как-то узнали, кто она такая на самом деле.

— Ну вот! Это наш парень закрыл её! — с гордостью в голосе произнёс Бак. — Сжёг дотла! Ну мы тоже помогли ему, конечно… Подготовили пути отхода, прикрытие… Да, Джо?

— Угу… — буркнул тот.

— Было круто! Особенно то, как мы уходили в закат, а за нашими спинами пылало ранчо. Чёрт! — Бак восторженно покачал головой. — Я когда-нибудь сяду за мемуары, напишу сценарий к крутому боевику и продам его за миллион. О! Точно! У меня как раз есть один знакомый продюсер. Он у меня травку иногда покупает. Нужно будет спросить у него по поводу сценария…

— Это середина ночи была. Закатом там даже и не пахло, — усмехнулся я.

— Да? — нахмурился Бак. — Ну и какая разница? С закатом более кинематографично.

— Не поспоришь, — подтвердил я.

— А основательница культа была та ещё маньячка! — продолжил Бак свою историю. — Матушка Сара… Я слышал, на ней как минимум два десятка убийств висело. И это ещё цветочки! Говорят, она была сумасшедшей извращенкой, помешанной на сексе, и часто использовала последователей в своих сексуальных ритуалах. Она такие оргии устраивала, что сам император Калигула на её фоне казался бы неопытным щенком!

— А ещё федералы на её счетах десятки миллионов баксов обнаружили, — подал голос Джо. — Это ж какие денжища крутятся в этих сраных культах? И самое главное — откуда⁈ — осуждающе покачал он головой.

— А разве культом руководила женщина? — задумчиво нахмурилась Микки, заинтересовавшись предложенной парнями темой. — Я читала в газетах — писали, что главный был мужчина. Гэри Джеймс Уэллс, если я не ошибаюсь…

— П-ф-ф-ф! — фыркнул Бак. — Уэллс — это прикрытие. За всем стояла Мать! Только женщина могла такое провернуть. Алекс, подтверди, — в поисках поддержки глянул он на меня.

— Женщина… Хитрая, алчная и очень опасная. Считала себя живым воплощением Сатаны! — усмехнулся я, почувствовал ощутимый тычок ногой под столом и встретился с суровым взглядом Сары, сидевшей напротив меня.

— Во-во! — радостно оскалился Бак и через секунду удивлённо вытаращился на меня. — Погоди! Так они сатанистами были?

— Типа того, — подтвердил я. — Жертвоприношения, оргии, кровь девственниц и всё такое. Чем на сатанизм?

— Очешуеть!

— Так эту Мать арестовали? — недоумённо нахмурилась Микки. — А то во всех газетах только об Уэллсе и пишут, и ни слова об этой Матери.

— Кажется, она сгорела во время пожара, — легко соврал я. — Ушла к своему господину. Так сказать, отдала ему последнюю жертву…

— Ваш заказ, — остановился возле нашего столика официант с подносом, поставил передо мной большую тарелку с бифштексом, двумя яйцами и порцией картошки, перед девчонками тарелки с запечённой рыбой, и коротко буркнул: — Приятного…

— Спасибо, Родни, — кивнул я, взял в одну руку вилку, в другую нож и через пару секунд отправил в рот слегка пережаренный, горячий кусок мяса…

— Чёрт! — пробормотал Бак, повернувшись вполоборота и уставившись в сторону входа в заведение Джимми. — А это не тот парень, которого мы видели вчера у фургона возле стриптиз-бара?

— Он… — проследив за взглядом напарника, пробормотал Джо. — С дружками.

— И они явно не выпить сюда зашли, — буркнул я, тоже обратив внимание на высокого плечистого парня с военной выправкой, сканирующего пространство бара профессиональным взглядом, и четырёх молчаливых мужчин у него за спиной.

— Сука! — выругался Бак.

— Что?

— Это Семёрка…

— Семёрка? Уверен? — нахмурившись ещё сильнее, заметно занервничал Джо.

— Узнал одного из них, того, что справа… Дерьмо! Если они за нами… Нам реально жопа!

— Что за Семёрка? — так и не поняв, о какой Семёрке речь, поинтересовался я.

— Вороны! Семёрка! — повторил Бак, будто это всё объясняло…