Князь Целитель 5

Глава 14

Картина маслом: я сижу раздетый по пояс на функциональной кровати, облепленный датчиками, нажимаю сенсоры включения диагностической аппаратуры и любуюсь на графики, отображаемые на повисших в пустоте голографических экранах. Современность как она есть.

Здесь в деталях обозначено и дыхание, и кардиограмма, работа мозга, концентрация кислорода и негативной энергии в крови, даже показывает наполненность кругов маны в процентах — пусть и ориентировочно, но не каждый маг вообще обладает достаточными умениями, чтобы почувствовать даже такие нюансы. Все показатели продублированы красочными диаграммами. Загляденье, да и только, глаза разбегаются с непривычки, куда смотреть.

Вдруг распахивается дверь и буквально вваливается чуть ли не половина госпиталя. Все с раскрытыми ртами устремились к голографическим экранам, меня почти не замечая. Потом я поймал-таки на себе один взгляд — это была Евгения. Она с интересом рассматривала графики и диаграммы, но периодически бросала на меня косой взгляд. Забавно смотреть за тем, что она старается делать вид, что этого совсем и нет.

Ну и ладно, я же не совсем голый — штаны на месте. Я уловил момент, и очередной её косой взгляд совпал с подёргиванием левой грудной мышцы, облепленной датчиками. Девушка резко покраснела и больше не смотрела в мою сторону, полностью сосредоточившись на аппаратуре.

Смешная она, но и дразнить больше этого я девушку не собирался.

Анатолий Фёдорович восторженно тыкал пальцем в неосязаемые экраны, комментируя для окружающих отображаемые показатели. Я следил за его жестами и в то же время периодически поглядывал на алхимичку. В мою сторону она больше не смотрела, но избыточный румянец так и не проходил, и во всей её позе и жестах чувствовалось какое-то невольное напряжение. Это получается, что я её так смутил? Ну подёргал мышцей, прикольно же, что тут такого?

— Так, Комаров, — обратился вдруг ко мне Анатолий Фёдорович. — Системы инфузии растворов, медленного введения препаратов и переливания крови испытал?

— Мне из правой руки в левую перелить, что ли? — спросил я, с удивлением уставившись на заведующего отделением.

— М-да, это будет лишнее, — махнул он рукой. — Так, вставай и показывай, где что включается, выключается, какие датчики куда лепить. Будем изучать.

Ответы на его вопросы заняли несколько минут и все присутствующие довольно быстро разобрались.

— Ну вот, — толкнул Олег Валерьевич локтем Василия Анатольевича. — А ты говоришь полгода осваивать будем.

— Ну тут ты прав оказался, да, — неохотно согласился Василий Анатольевич. — Но всё равно, на эти же деньги можно было купить вдвое больше аппаратуры, а то и втрое.

— Вечно тебе не угодишь, — вздохнул Олег Валерьевич и снова вперился в приборную стойку и мониторы, запоминая, что и где находится.

Когда вопрос вплотную подошёл к датчикам, я показал всем присутствующим наглядную схему и маркировку самих датчиков. Даже не надо было ничего запоминать, есть простая и чёткая инструкция. Главное — следовать ей до того, как что-то пойдет не по плану и всем захочется изучить инструкцию более внимательно.

Когда вся толпа направилась на выход, я окликнул Евгению, не особо надеясь на её ответ, но она остановилась и старалась в этот момент смотреть мне в глаза.

— Завтра в шесть утра у восточных ворот, — сказал я девушке, когда остальные вышли. — Надевай свой красивый доспех и приходи. Если хочешь, можем за тобой зайти.

— Да нет, спасибо, — ответила девушка и едва заметно улыбнулась. — Я не заблужусь.

Женя развернулась и ушла, закрыв за собой дверь, но я заметил, как она отреагировала на фразу «красивый доспех» — ей это явно понравилось. Девушки всегда любят комплименты, даже если они вот такого рода.

Я не без дискомфорта отлепил от себя все датчики, оборудование ненадолго начало сходить с ума, но быстро угомонилось, поняв, что сигнал больше не поступает. Касание одного общего сенсора выключения заставило мониторы исчезнуть. Я оделся и вернулся в ординаторскую. Жени и Кости тут не было— видимо, вернулись в библиотеку.

— А ты дуй домой, — ответил на мой немой вопрос Анатолий Фёдорович. — У тебя завтра сложный поход, надо будет ещё и с девчонкой нянчиться. Чтобы с ее головы ни волоска не упало. Надеюсь, про это напоминать не надо?

В госпитале было тихо, пальбы на севере не слышно. Чем просто сидеть и скучать, я и, правда, отправился домой, пользуясь добротой начальника. Точнее, зашёл домой, а потом мы с Матвеем отправились в гараж, чтобы поухаживать за саженцами и по возможности выделить что-то для лаборатории.

Мои ненаглядные растения благоухали под яркими лампами, пустили новые побеги, а легендарный кустик с не особо приятным названием «Кровь призрака» даже решил расцвести. Учитывая, что уже имеющиеся побеги подросли и появилась пара новых, я решился срезать пару цветущих веточек для лаборатории, но в последний момент остановил секатор, едва коснувшись коры.

— Вот сходим завтра в Аномалию, там видно будет, — пробубнил я себе под нос, осторожно убирая секатор от замершего в страхе растения.

— Ты там с ними и разговариваешь, что ли? — удивлённо спросил занимавшийся кожей Василисков Матвей.

— А почему бы и нет? — усмехнулся я. — Им нравится, может, и расти будут быстрее. А ещё говорят, что растения музыку любят.

— Музыку, говоришь? — спросил приятель, скручивая цветастую кожу в рулон. — Я там видел, кто-то на улицу старое пианино вытащил, можно забрать. Играть умеешь?

— Вот до пианино у меня руки как раз и не дошли, — ответил я, осторожно поливая растения в горшках, чтобы не размыть корни.

Покрасневшая от негативной энергии земля была очень неустойчивой, но растения всё устраивало. Накопленной в осколках рогов Красного медведя энергии было ещё достаточно для роста и развития растений.

— Ну а на чём умеешь играть? — спросил Матвей, не отпуская интересную тему.

— Я? — этот вопрос заставил меня задуматься, но ненадолго. — Если только на нервах.

— Тоже хороший инструмент, — рассмеялся парень. — Ну а я на гитаре как-то учился играть, даже аккордов немало выучил, потом забросил всё — некогда было.

— Жаль, — произнёс я с грустным вздохом. — А то сыграл бы моим цветочкам серенаду.

— Серенаду я сыграю своей любимой, когда она появится, — на удивление серьёзным тоном сказал Матвей. — Но на это пока нет времени. А может, и не будет.

Последнюю фразу он сказал особенно грустным голосом. Я даже сразу обернулся к нему, позабыв на время о своих драгоценных растениях.

— Тебе этого сейчас остро не хватает? — осторожно спросил я.

— Да нет, — пожал он плечами. — Я просто вдруг подумал, что при таком образе жизни о женщине рядом с собой даже думать некогда.

— Ну не знаю, — покачал я головой. — У тебя бывает свободное время, пока я на работе в госпитале, например.

Матвей как раз закончил упаковку готовой к продаже кожи Кошачьего Василиска и задумчиво посмотрел на меня. Махнув рукой, он закинул мешок за спину и огляделся, не забыл ли чего.

— Идём домой, — сказал приятель. — Скоро Стас придёт на ужин с жареной белкой под мышкой. А потом в поход завтрашний собираться, у нас же завтра особый компаньон, я так понимаю.

— Мне почему-то кажется, что она не будет обузой, — поделился я своим мнением по пути домой.

— Вот завтра и узнаем, — сказал Матвей. — Ты только скажи ей обязательно, чтобы далеко не отходила, чтобы её Игольчатые волки не утащили, а то мы её и отбить не сможем.

Стас пришёл, когда мы с Матвеем уже заканчивали с приготовлениями к ужину. Готовил, как обычно, Матвей, а я в большей мере выполнял роль интересующегося статиста и собеседника. Ну помог немного — лук потереть, морковку порезать. То есть, наоборот. Готовка — не мой конёк, разве что яичница или омлет, ну максимум картошка.

— Странная это затея, — сказал Стас, когда я рассказал про участие в завтрашнем походе юной герцогини. — Не хватало ещё аристократов начать водить на экскурсии в Аномалию.

— А как по мне, так, наоборот, неплохая идея! — оживился вдруг Матвей. — За определённую не особо умеренную плату можно и повыгуливать. Только по окраине и на поводке.

— Не хочу тебя огорчать, — сказал Стас и криво улыбнулся, — но завтра будет без поводка, не совсем по окраине и бесплатно. Правильно я понимаю, Ваня?

— Почти, — улыбнулся я, слушая их рассуждения. — Точнее всё так, кроме одного. Мы ведём её не на экскурсию, а за травами. Она в них очень хорошо разбирается и знает, как правильно собирать, чтобы не испортить. Так что наверняка и нам что-то перепадёт. И есть некоторые другие планы.

— Это какие же? — поинтересовался Стас, начиная дербанить жареную бельчатину.

— Надеюсь, что она сможет нам помочь со снаряжением на будущее, — ответил я, отрезая себе первый кусочек стейка. — Ты раздобыл арбалеты?

— Арбалеты? — удивился Стас, потом уточнил: — Именно во множественном числе?

— Вообще я хотел, чтобы у каждого такой был, — сказал я. — Хорошая штука — лёгкая, удобная. А самое главное — работает почти бесшумно. Подходит для охоты на относительно мелкую живность в зоне Аномалии. Не особо сложно будет приторочить к поясу колчан со стрелами и повесить небольшой арбалет с пистолетной рукояткой.

— Задачу понял, — кивнул Стас. — Куплю ещё два.

— Три, — поправил я.

— Ты с двух рук, что ли, стрелять собрался? — усмехнулся Матвей. — У тебя на такое пистолеты есть.

— Третий для Евгении, — уточнил я.

— Вот ещё! — возмутился Стас, положив вилку и даже перестав жевать. — Это с какой это такой радости?

— Ну например с такой, что только благодаря ей у нас есть всегда при себе лечебный и другие эликсиры. И в принципе я не понимаю смысла заданного вопроса, я ведь за всё плачу.

— Ты прав, извини, — пробурчал парень и поник. — Дважды прав, что-то я погорячился.

— Ладно, забыли, — махнул я рукой, переключая тему. — Я же вам не сказал главное, нам военные выделят машину, и мы поедем к той бреши, через которую я позавчера с магами ходил.

— А вот это уже интересно, — оживился Матвей, притихший до этого из-за неловкости ситуации. — Пойдём охотиться на Игольчатых гиен?

— Мне кажется вряд ли, — покачал я головой. — Не забывайте, что с нами завтра девушка будет. Хотя не факт, что она будет нам в тягость, посмотрим по обстоятельствам.

После ужина я по традиции проверял, как ведёт себя негативная энергия из мяса в желудке у моих бойцов. С Матвеем всё давно уже наладилось, а теперь и Стас перестал как-либо отрицательно реагировать на бельчатину. Самочувствие стабильное, при сканировании — усвоение негатива хорошее, без разбредания по организму.

И у одного, и у второго уплотнялась и медленно расширялась серая магическая сфера маны. Всё идёт по плану, эксперимент проводим не зря. Все наблюдения я вносил в виртуальный журнал и отправлял отчёт в исследовательский центр рода Демидовых.

Когда мы с Матвеем вышли на улицу, ведущую к восточным воротам, как раз солнце только начинало подниматься над крышами домов, и вдалеке мы увидели изящную фигурку в блестящих доспехах. Подойдя немного ближе, я окончательно убедился, что это Евгения. Теперь я разглядел у неё за спиной не только узкий полутораручный меч, но и интересной формы лук, и колчан со стрелами. Девушка тоже заметила три приближающихся фигуры и встречала нас с улыбкой.

Сегодня нашего алхимика было не узнать: вместо пышной шевелюры волосы убраны в хвост, на девушке изящные доспехи с богатой чеканкой и инкрустацией, явно непростой, о чём говорили вкрапления кристаллов и тускло светящиеся руны. Возможно, семейная реликвия, передающаяся по наследству. При этом доспех явно был доработан до современных стандартов.

— Доброе утро, мальчики! — бодро приветствовала Евгения, когда мы подошли ближе.

— Здравствуйте, — пробубнили мои бойцы, уставившись на красотку-блондинку в доспехах валькирии, да ещё и вооружённую до белоснежных зубов, которые она сейчас в полном составе демонстрировала.

— Идёмте, — прервал я неловкий момент, от которого у Жени уши начали краснеть.

Признаться честно, я и сам немного оторопел. Ну, допустим, меч ей достался по наследству, как и доспехи, но лук она явно не просто так с собой взяла. Что-то мне говорило, что она им в совершенстве владеет и вообще под вопросом, кто тут кого будет защищать. Вполне возможно, что она никому не даст к нам приблизиться, по крайней мере, пока не закончатся стрелы. С учетом, что девушка — алхимик, еще и на стрелах наверняка что-то нанесено для пущего эффекта.

Военный внедорожник приехал в назначенное место за несколько секунд до шести. Девушку мы посадили вперёд, а сами залезли на заднее сиденье. Так-то здесь довольно просторно, если бы не наше оружие: снайперская винтовка, здоровенный меч Матвея и мой протазан, самый большой из них по длине.

Куда нам ехать, водитель помнил, поэтому мне не пришлось напрягаться, вспоминая, где находится эта «калитка заднего двора», которую мы всё равно в итоге искали чуть ли не на ощупь. Войдя в зону Аномалии, я первым делом сделал метку, разделив один из пока редко растущих кустов надвое. Это было хорошо заметно при взгляде из глубины Аномалии и почти не видно сбоку. Для человека постороннего этот куст выглядел вполне естественно.

— Кстати, это синий барбарис, — сказала Евгения, когда я отошёл от куста, любуясь своей меткой. — Кондитеры делают экстракт из его почек и добавляют в выпечку — очень тонкий изящный аромат получается.

— Ну пирожки мы печь пока не собираемся, — усмехнулся я. — Цель несколько другая. Ты если вдруг найдёшь что-то ценное, дай знать.

— Хорошо, — кивнула девушка и стала внимательно приглядываться к растениям вокруг, стараясь от нас не отставать.

Евгения чувствовала себя в Аномалии настолько уверенно, что я уже был уверен, она здесь далеко не впервые. Шаг осторожный, почти беззвучный, взгляд проницательный. За первым полезным кустиком мы отклонились от курса метров на сто в сторону.

Когда я паковал растение по всем правилам, сбоку послышался знакомый рык. Между моментом, когда девушка резко потянулась за висящим на спине луком и падением мёртвого Игольчатого Волка, прошло секунды три, не больше. Я только начал набирать в руку энергию для разряда, а уже не в кого было метать молнию.

— Лихо, — произнёс видевший это всё Стас, а Матвей молча присвистнул.

Девушка гордым взглядом смерила поверженного хищника и резко повернулась вместе с луком в другую сторону, но в этот момент щёлкнула тетива небольшого арбалета и в шею следующего волка вошла небольшая стрела из иглы гиены, это уже Стас постарался. Волк обречённо тявкнул, изогнувшись в сторону, но теперь я ударил в него молнией, и он растянулся на красной потрескавшейся земле.

— Тоже неплохо, — усмехнулась Евгения, оглядываясь по сторонам, потом убрала лук за спину. — Куда дальше?

— Я так посмотрю, что нам и к центру Аномалии можно выдвигаться, — сказал Матвей, глядя на двух убитых монстров. — Нам там ничего не угрожает.

— Идём? — подхватил Стас, лукаво улыбаясь.

— Нет уж, — покачал я головой. — Пока обойдёмся.

— Нужных растений и тут хватает, — сказала Евгения, и мы уверенно пошли к следующей её находке.

Мы планомерно и неторопливо набивали мешки ценными ингредиентами, постепенно приближаясь к лесу, куда, как я до этого был уверен, мы не пойдём. Однако за последние полчаса мы в совокупности уничтожили столько Игольчатых Волков и Спрутолисов, что уже и с них одних можно было достаточно набрать полезных ресурсов, но в приоритете оставались всё-таки растения.

Значит, ощущения меня не обманули — девушка оказалась очень ловким и быстрым стрелком. Она не раз уже замечала приближающихся монстров первой и стреляла из лука без промедлений. Я уже представил себе, как она управляется с мечом, но до этого пока не доходило.

— Твои стрелы можно усилить, — сказала Женя Стасу, вытащив снабжённую оперением иглу гиены из убитого Спрутолиса. — Она же полая, её можно так зарядить, что она не то что эту рыжую тварь, а и волка будет сразу наповал убивать.

— Это чем же, интересно? — с сомнением произнёс парень, забирая у девушки свою стрелу.

— Есть у меня один рецептик, — сказала девушка, хитро улыбаясь. — Могу для тебя приготовить такое зелье. У меня есть усиленные зельем стрелы.

Она достала из колчана стрелу с синим оперением и показала нам. В наконечник было вмонтировано что-то типа тонкой ампулы с жидкостью, которая тускло светилась голубым.

— И что она может? — поинтересовался Стас, протягивая руку к стреле, но коснуться так и не решился.

— На волков такое жалко переводить, — сказала Женя. — Идёмте дальше.

Я посмотрел ей в глаза и увидел предвкушение и азарт настоящего охотника. Вот уж чего не ожидал. А я всё думал, что доспехи — просто наследство, а она, если говорить без прикрас — тепличное растение, как большинство аристократок в её возрасте.

— А что, Ваня? — спросил Матвей, довольно улыбаясь. — Идём в лес. Как раз с пары гиен иголок нащипаем, чтобы всем на стрелы хватило.

— А вы, молодой человек, — обратилась к нему девушка, — верхушки веток с кустика позади вас пообломайте, они для усиления стрел как раз нужны, покупать не придётся.

Матвей резко обернулся назад, словно там был не куст, а Красный медведь. Я тоже уставился на растение. Если бы Евгения не обратила на него внимания, я бы прошёл мимо, он не сильно отличался от сотен подобных кустов вокруг нас. Лишь подойдя ближе, я заметил лёгкое свечение центральной жилки каждого листа на самой верхушке веток.

— Вот их как раз и режем, — сказала Евгения и показала пример, осторожно срезая верхушки секатором, она даже инструмент соответствующий с собой прихватила.