Красавец и чудовищ...ная ведьма (СИ)

Глава 9. Приятности и неприятности

Вивиан

Сама не поняла как, но я оказалась в спальне, урча, словно довольная кошка. Вот как у дознавателя выходит ругать и хвалить одновременно?

Но настроение быстро испортилось, потому что в покоях меня ожидали непрошеные гости. Сидела мачеха и Ирис, а моя Маргарита неистово терпела крики Аннабеллы. Леди Андерсон во всю отчитывала мою подругу, полагая, что она спихнула меня с праведного пути и заставила свернуть на скользкую дорожку плохого поведения.

Такого я стерпеть не могла. Уважаю матушку за ее добродетели к аристократической, неродной дочке, но помыкать Мэгги, оскорблять ее я не дам.

В данное мгновение Аннабеллу было не перекричать. Легкие и связки она натренировала, пришлось пользоваться сомнительными, где-то жестокими методами.

Молча подошла, резко стянула покрывало с постели, поднимая опешившую Ирис, и замотала мачеху в одеяние, особенно постаравшись у ее рта. Сковала по полной, не выберется.

— Вив, что ты делаешь? — вроде именно это произнесла разъяренная родительница, чудом бубнеж разобрала.

Я приоткрыла ее лицо, оглянулась на Мэгги.

— Ты в порядке? Тебя не обидели?

Она фыркнула.

— Если бы я получала монетку каждый раз, когда меня называют бессовестной куртизанкой и танцовщицей, мы бы давно обогатились. Вив, не бери в голову.

Ценю ее за быструю отходчивость и умение не страдать по пустякам. Получается, на матушку она не шибко злится, в связи с этим я нежно попросила ее:

— Тогда неси иглу, рот зашивать будем.

Эх, как ошарашенно взглянула на меня мачеха. Такого выражения у нее, да и у Ирис я давно не видела. Аннабелла заверещала пуще прежнего, призывая сестру ей помочь. Ирис — добрый ребенок, естественно, бросилась на помощь, пока я перемигивалась с хохотавшей Мэгги.

— Вивиан, я этого не прощу, — наконец-то освободилась от хлопковых пут моя мачеха. — Зачем? За что?

— А вы за что нападаете на Маргариту? Если она ниже вас по статусу, то это не повод вести себя хамски. Вы знаете, что она для меня такая же сестра, как и Ирис. Я не разрешаю грубо обращаться с ней. Вам моя грубость неприятна? Отчего Мэгги должна вас терпеть?

К моему глубокому сожалению, матушка отповедь восприняла неправильно. Частично я ее не винила, полно аристократов, кто на прислугу смотрит свысока, ее так воспитали, но попробуйте только покуситься на моих близких... Даже если это сами близкие.

Леди Андерсон выскочила из комнаты, как обезумевшая сипуха, ворчала, что поговорит со мной наедине, когда не будет рядом всяких таких... всяких таких. За ней побежала и Ирис.

Ну, дадут боги, пару дней во дворце без гостей перебьемся.

— Зачем ты с ней так? — спросила меня Мэгги, когда я застеливала кровать обратно. — Я ее как фон воспринимаю. У нее есть причины меня не любить.

— Потому что мне надоело, — закатила я глаза. — Матушка не чувствует границ. Пора и ей ощутить, как это, когда тебя с грязью мешают, а то ее все без исключения превозносят. Завтра утром подойду и извинюсь. Может, за ночь она хоть что-то осознает.

Неожиданно дверь за нами заскрипела.

Ан-нет, с мыслью, что гости нас долго не будут навещать, я поспешила. Младшая сестра вернулась и кралась мышкой к нам.

— Вив, — она понурилась, — я ведь никого не оскорбляла. Ты и мне рот хочешь зашить?

— Тебе я бы дала пинка, — надменно скрестила руки на груди. — Ты сидела и просто смотрела, как мама издевается над Мэгги.

— Но Мэгги в доме иногда издевалась надо мной! — возмутилась она.

Что было правдой. Обе друг друга на дух не переносили, и обе были мною обожаемы. К чести Ирис, на Маргариту она не доносила. К "нечести" Ирис, жаловаться на Мэгги она перестала, когда я в юности дала ей заслуженных, сестринских, слабых лещей.

— Ну да, — кивнула подруга, подтверждая прошлое. — Тут мы квиты.

— Тогда, — обратилась к Ирис, — отвечай самостоятельно, а не упивайся тем, что матушка рассвирепела. Всему учить надо, как маленькая, ей-богу.

— Ну, Вив... — пододвинулась сестренка. Когда она общается со мной в таком, я оттаиваю. Все же Ирис в моих глазах навсегда останется белокурым ангелочком с острыми зубами, любившему покусать старшую. — Давай я что-нибудь сделаю для тебя и Мэгги. Заглажу свой проступок. Хочешь, пойду и пообщаюсь с теми мымрами из сада? Они звали меня погулять.

— Нет! — воскликнула я.

— Да, — синхронно завопила Маргарита. — Все прощу, и поклянемся в вечной дружбе на мизинчиках.

И я ее защищала? Эту волчицу в овечьей шкуре? Лисицу, забравшуюся в курятник?

— Ты хочешь отправить мою Ирис, — уточнила я, сжимая кулаки, — к презирающим ее фрейлинам?

Я осознавала, что Ирис и без моего участия со всеми познакомится, не один день будет гулять во дворце, но специально отправлять к склочницам? Они ее растерзают.

— Они ее не презирают, — отмахнулась Мэгги. — Все рассудили, что вы соперничаете. Что мачеха тебя недолюбливает, раз не встала на твою сторону...

— Ага, — вклинилась между нами Ирис. — Ты с господином Говардом ушла, а они как начали о тебе сплетничать. По их словам, ты злая демоница, опоившая дракона зельем, а она, — тыкнула Ирис пальцем в Маргариту, — твой верный гоблин, снабжающий тебя эликсирами.

— Эй, я не гоблин! Такого они не говорили! — вспыхнула подруга.

— Говорили, говорили, — мотала головой Ирис, явно наслаждаясь реакцией ведьмы. — Тебя там не было!

— Я была, я в кустах пряталась.

— Что и требовалось доказать. Известно, гоблины в кустах живут.

А девочка-то выросла, вон, как уверенно побеждает мою наперсницу в схватках на репризах. Но я все равно не соглашалась, бросив на Маргариту гневный взгляд. Включать сестру в расследование с герцогом... Нет, никогда.

Мэгги сдалась, но внезапно сама Ирис подбросила новую идею.

— Нет, я все-таки пойду, — заканючила она. — Хочу разузнать, что там у стервы-Мэрилин было с твоим драконом. Я заметила, — она усмехнулась, — как ты взбесилась, когда она про него упомянула. Чепуху про голого господина Говарда наплела. Это же чепуха, да?

С виду святая простота, но уставилась на меня цепко и с живым интересом.

Теоретически, ничего плохого в этом не вижу. А из-за моего поступка фрейлины меня не допустят в свой кружок. Почему бы и нет?

— Да, полная чепуха, — спохватилась под ее взглядом. — Ничего не было... — и опять я спохватилась, потому что сестра разочарованно шмыгнула носом. Мы же с Говардом жених с невестой. Я так сильно завралась, что не успеваю следить за всеми хитросплетениями своей лжи. — Ничего не было... пока.

— Пока вас не поженят перед алтарем? — восхищенно произнесла Ирис.

— Пхах, — гаркнула Маргарита, — пока Вивиан не заставит подписать дракона брачный контракт, где он обязуется дарить ей мешок золота по утрам, серебро по вечерам...

— И огнетушитель, — задумчиво добавила я.

Обе девушки с недоумением повернулись в мою сторону.

— Огнетушитель-то зачем?

— Ну, он древний дракон, — я скучно перебирала свои же пальцы, — наверняка живет в средневековом замке. А я ведьма.

— И я все равно не понимаю твоей логики, — прищурилась Мэгги.

— Спалиться не очень хочется, — серьезно ответила ей.

Она не сразу догадалась о шутке, но, едва сообразив, громко расхохоталась. Увы, Ирис ведьмой не была, и шутка для нее осталось непонятной.

— Вас послушать, никто не способен на искреннюю чистую любовь, — ворчала сестра. — Даже драконы с их истинностью. Благодаря вам, мое сердце зачерствеет. Пойду я... подслушивать и сплетничать.

Мой маленький нежный ребенок. Матушка умудрилась втемяшить в блондинистую голову Ирис, что свадьба и любовь — понятия равнозначные. И как ее разубедить?

— Ирис, не обижайся, — пыталась остановить ее, но она уже смылась из спальни, будто ее и не было.

Я печально вздохнула и пожалела о сказанном. В возрасте Ирис отсутствие любви — трагедия.

— Чего ты хмуришься? — присвистнула подруга. — Ребенок сделал новый шаг к взрослению. Ты должна быть счастлива от этого. И тебе поможет.

— Как бы ее не заклевали, — нервничала я.

Маргарита подбоченилась и склонилась надо мной.

— Вивиан, она уже не маленькая. Я как-то мимо парка проходила, а твоя Ирис в компании друзей знаешь, что вытворяла?

— Болтала и веселилась?

— Если бы. Несколько парней, между прочим, издевающихся над ней, надумали ей сверчка под воротник засунуть, но были повержены под натиском твоей младшей сестры.

— Ты ее спасла? — я изумилась.

Особенно изумилась тому, что ни Ирис, ни Маргарита эту историю раньше не рассказывали. Что за тайны от меня?

— Зачем? Один из обидчиков одеревенел, второй остекленел, третий...

— Ты, ты что сделала? — перебила я ее.

— Я ахренела, впрочем, как и другие посетители парка. Так что не ной, если Мэрилин ее обидит, Ирис в панамку ей напихает, будь здоров.

Она совсем меня не успокоила, но я уже все позволила, да и Ирис здесь нет. В конце концов, где-то по дворцу снует леди Андерсон. К тому же времени на рефлексию катастрофически не хватало. Намечался проклятый прием в честь племянника королевы, а у меня платье не глажено, волосы не убраны, и Кристофер куда-то запропастился.

Я не очень отдавала себе отчета, когда занималась сборами. Схватила первую попавшуюся одежду, но над парочкой платьев замерла. Находясь в нашем городском доме, впервые поймала себя на мысли, что мне хочется выделиться, ощутить на себе внимание Ричарда.

Не знаю зачем, это, видимо, какая-то наивысшая сила мазохизма к себе, чудная степень моей любви к приключениям. Между мной и драконом ничего нет, но мне нравилось, когда он переходил на флирт и милые пикировки. У меня пылился один наряд, я любовалась им часами, но не представляла, куда его можно надеть. Интересно, что дознаватель скажет на мое новое облачение, ведь раньше я выходила к нему в скучных рабочих платьях, а куда чаще в рубашке и брюках.

Маргарита помогла основательно замазать метку, чтобы ни одно случайное прикосновение не размазало косметику. Она же заколола мне волосы и прослезилась.

— Такая красивая, почему дома так не ходишь?

— Мэгги, зачем? Поражать своим великолепием летучих мышей, поселившихся на нашей крыше?

— Ну, положим, кое-кого ты сегодня определенно поразишь.

Будто в подтверждение ее слов, за стеной раздался шум, а следом накренилась ручка у нашей двери.

Сердце неистово забилось, спина предательски вспотела, но... к нам без стука ворвался взломщик, а не господин Говард.

Кристофер отчего-то был взбешен. Метнулся вперед, толкая ногой разложенные вещи Маргариты, в том числе и ее любимый котелок для зелий, который она не знала, куда пристроить. Котелок огорченно зазвенел и треснул. Нельзя к магическим вещам относиться с пренебрежением. Они обладают памятью и разумом.

Меня Крис не заметил, а когда Мэгги бросилась на него коршуном, он оттолкнул и ее.

— С дороги, большая женщина, — выпалил он, направляясь к смежной двери в спальню дракона.

— Заткнись, недомерок, — разъярилась она. — Ты что натворил? Посмотри, мой котел разбился.

Тут-то наш друг замер, запоздало осознав, что дружба с колдуньями имеет свои последствия. Мрачные, угрюмые и жестокие последствия. Лицо Кристофера невозможно описать словами. Он покраснел, подбородок дрогнул, а на лбу проявились синие прожилки. Перепугался не на шутку, бедолага.

— Маргарита, прости, я случайно. Ты же простишь? Я все исправлю, куплю новый, заклею этот, — забубнил он, опускаясь на колени и принимаясь собирать осколки.

— Прощу, конечно, копытами же гарцевать неудобно, да, козел?

Я тоже опустилась рядом, помогая в сборах.

— Какая муха тебя укусила? — тихо расспрашивала Криса, покуда Мэгги заходилась в проклятиях.

— Ненавижу аристократов, а во дворце вдвойне ненавижу. Меня приняли за лакея, один мужик потащил разгружать чужие чемоданы и был очень груб. Потом пришел второй, отправивший меня в отхожие места, сбежав от второго, я случайно нарвался на повариху... — Он, наконец-то, окинул взглядом меня. — Вау, Вивиан, — присвистнул он. — А почему ты дома так не одеваешься?

С этого мгновения шикарное платье не заботило. Я жаждала подробностей о его встрече с поварихой. Очевидно, что история с изюминкой. А то на щеке и шее парня так отчетливо сияют следы губной помады.

Кристофер, не стесняясь в выражениях, поведал нам о своих приключениях, будучи переодетым в лакея.

Все верно, как мы и договаривались, он отправился на разведку, полагая, что прислуга охотно поделится с ним сплетнями, витавшими в древних королевских стенах. Он-то, конечно, полагал, но перед приемом взмыленных горничных и лакеев больше волновало, чтобы работа была сделана. Тут действовало правило: «сделал дело, гуляй смело делать новое».

Устав от таскания тяжестей, когда никто и рта не мог раскрыть, потому что аристократы налегке не путешествуют, и все, что ты можешь, это вздыхать над своей угрюмой долей, Кристофер аккуратно смылся из-под глаз распорядителя и нарвался на двух красивых сестер близняшек. Те тоже радели за чистоту и блеск в коридорах.

Он посчитал, что наконец-то удача повернулась к нему лицом. Прехорошенькие сестренки игривым тоном позвали парня на помощь. Что именно придется делать, они умолчали. А Крис, у которого мозги отвалились от будущих эротических фантазий, не скумекал, что беда и близнецы не приходят в одиночку. За ними обязательно кто-то стоит.

Нашелся новый начальник, велевший Кристоферу мыть туалеты на нижних этажах. Близняшки переглянулись и были таковы, а мой друг изучал фронт работ, попутно возненавидев всю столицу, короля, прислугу, дракона и меня в частности. Он решил всем показать, где раки зимуют, поэтому... сбежал... на кухню.

На кухне всегда чисто, опрятно и пахнет вкусно. Когда человек оказывается по уши в дерьме, мозг выдает отличные идеи.

Но и тут Крису не свезло, он не ожидал, что повариха окажется дамой властной, любвеобильной и придерживающейся философии, что от настойчивости до прямых приставаний всего один шаг.

Кое-как вырвавшись из объятий, попятившись от хозяйки горячих чанов и бутылей, он вновь проявил свой недюжинный талант — ускорился и прибежал к нам.

— Я из этих стен больше не выйду, — плаксивым тоном обратился он ко мне, — даже не заикайся.

— Не переживай, Кристофер, — раздалось за нами, — не выйдешь из этих дверей, потом из темницы не выйдешь.

Мы синхронно обернулись, обратив взор на господина Говарда. Он вошел через смежную дверь и, кажется, застал весь красочный пересказ, иначе чего так улыбается?

Я выпрямилась и поймала его восхищенный взгляд. Я знала, что выгляжу превосходно.

На мне синее, с серым отливом платье, вышитое золотой нитью. Его украшало огромное количество перьев, подол переливался блестками, ноги приоткрывались благодаря двум разрезам впереди, а грудь выгодно подчеркивало глубокое декольте. Я и про перчатки не забыла, все в тон к наряду.

Надеялась, что Ричард меня похвалит, сделает комплимент, но мои надежды рухнули так же, как у Криса с близняшками.

— Не слишком открыто? — внезапно нахмурился он. — Мы опоздаем, но я готов пойти на такие жертвы, чтобы ты переоделась.

Маргарита ахнула, а в руках у Кристофера раскололся единственный большой осколок от разбитого котелка. Дракон сейчас рисковал.

— Серьезно? — молниеносно изменилось мое настроение. — Это все, что ты можешь мне сказать?

— Хорошо, не переодевайся, — выдохнул дознаватель. — Хотя бы шаль накинь.

Ничего не ответив, я поджала губы и молча вышла, прихватив подол. Вот же козел, я же для него старалась.

Где-то за стенкой услышала приглушенный голос Мэгги.

— А вы, господин Говард, страшный человек. Вивиан вас руками не тронет, но проклясть-то может.

Могу, вот завершится наше сотрудничество, прокляну и прикопаю.

Я бы так и дотопала в гневе до первого этажа, но мужчина успел перехватить меня на лестнице.

— Вив... Вивиан, — звал он меня, а я упрямо не откликалась. — Леди Андерсон, — добавил он своему тону пару металлических ноток.

— Что? — пришлось обернуться.

— Подожди, — бросился он ко мне. — Не злись, пожалуйста, — взял он меня под руку и посмотрел в лицо. — Немного непривычно видеть тебя... такой.

— Так бы и сказал, а не предлагал переодеваться, — зажужжала я, словно залетевший в форточку шмель. — Как я себя теперь должна чувствовать? Я некрасивая? Недостойна, чтобы ты представил меня своей невестой?

Наша перепалка, пожалуй, привлекала много внимания, но мне было наплевать. А дракону не было. Он уволок меня в укромную нишу между окнами и страстно, нежно, читай ощутимо, сдавил запястья.

— Вивиан, ты очень красивая, — улыбнулся он, приподнимая мне подбородок одним пальцем, — но в мои намерения не входило, что ты будешь так сильно выделяться из придворных. Все дамы оденутся в муслиновые, светлые платья, а у тебя подол будто чешуей выткан.

— Это не она, — поспешила заверить я, — ну, и ты дракон.

— И что? — изогнул Ричард бровь. — Что с того, что я дракон?

— Как-то глупо выходит. Ты один из немногих драконов в нашей стране, который служит Его Величеству. Ты бы не выбрал себе тихую, невзрачную скромницу. Считай, что я поддерживаю наш образ и ложь.

— Не выбрал? — усмехнулся он и уткнулся в мой вырез. — Да тебе на грудь все будут пялиться.

Мне показалось, или где-то промелькнула ревность?

— Я всецело за этот маневр, пока они пялятся мне на грудь, у них мозги в кучу, — готово отрапортовала. — Эй, а сам куда смотришь?

Ричард моментально поднял взгляд и демонстративно отвернулся.

— Времени уже ни на что не хватает, — взял меня за руку и потянулся к лестнице. — Идем скорее, пока наше опоздание не привлекло короля и герцога.

Ага, сам задержал, сам отчитывает. Почему считается, что у женщин с логикой не все в порядке? Я вот логично похвалила внешний вид господина Говарда... про себя.

Делать комплименты дракону вслух — гиблое дело. Меня уже ненавидит добрая половина замка, потому что я увела холостого красавчика из-под их носа. Знали бы они, что с меткой я увела его гораздо раньше.

Мы вошли, и все зашептались. Слава богам, что монархи не отличаются пунктуальностью, вот и Его Величество Чарльз на прием племянника королевы не торопился.

Я не реагировала на слухи, периодически доносившиеся с разных уголков тронного зала.

— Это он? Наш дознаватель? — поднималась какая-то фрейлина на носочки.

— С невестой? С «несчастливой Вив»?

— Фу, смотреть на нее не могу, — отозвалась Мерилин. — Что он в ней нашел? Одета постыдно и вычурно, вся грудь напоказ. Боги, да что все мужчины в ней нашли?

Это да, у меня был своеобразный триумф. Если дамы меня презирали, то мужчины презирали тоже, но с глазами жадного маньяка. Не зря наряжалась. Вот это во мне и нашли, а еще у меня морду от злости не перекосило.

Вообще, было несколько опасно нервировать красивую половину двора. Прозванные «бешеными фрейлинами» (в народе, разумеется), непредсказуемые барышни сеяли ужас в рядах врагов и среди своих. Никто не знал, когда и где они взорвутся от ревности и негодования…

Ричард, держался невозмутимо, на лице образовалась легкая усмешка. Естественно, с его тонким слухом, он разбирал каждое слово сплетниц. Я все диву давалась, что же он нашел в леди Ройстен.

Внезапно она и ее сопровождающий отделились от толпы, приближаясь к нам. Седовласый придворный был смутно похож с Мэрилин, явно ее отец. Я пару раз сталкивалась с ним в моих редких выходах свет, но близко не общалась. Он мне не нравился: полноватый, усатый и очень высокомерный. Становится ясно, почему Мэрилин невыносимая. Я бы быстро потеряла интерес, но к ним присоединилась еще одна парочка. Почувствовала, как напряглась рука дракона.

Вторая девица была постарше Мэрилин, но и в ее лице я уловила сходство. Получается, она старшая сестра, которая уже удачно вышла замуж.

А вот ее супруг был мне знаком. Это господин Вэст. Он служил поверенным у одного из женихов, чью свадьбу я, Мэгги и Крис расстроили. Знатно попортил нам нервы, вызвав в суд, но не отыскал доказательств, чтобы составить толковое обвинение. Вэст и леди Ройстен. Если посмотреть с финансовой точки зрения, это, пожалуй, был брак по любви. Поверенный не обладал внушительным состоянием. Сейчас он гневно буравил меня взглядом, потом перевел этот взгляд на Говарда, а потом и на свою жену. Всем досталось.

Впрочем, когда они встали перед нами, выражения поменялись на приветливые, словно глава семейства скомандовал: «Так мы в гостях, давайте притворяться, что любим друг друга и окружающих».

— Господин Говард, какая встреча, — расплылся в улыбке отец Мэрилин. — Дочь сообщила, что вы приехали, я наделся столкнуться с вами раньше.

— Прошу прощения, — повинился дракон. — Сами понимаете, дела.

— Да, вы как всегда в заботах. Еще эти похищения аристократов... — покрутил господин Ройстен усы. — Я из-за этих кошмаров нанял дополнительную охрану дочерям. Вы, конечно, помните моих дочерей. Мэрилин, Жизель...

Брови у Ричарда сомкнулись, превращаясь в сплошную линию. Да что с ним такое?

— А это мой зять, Фредерик Вэст.

— Мы встречались, — очень сухо отозвался дознаватель, даже не взглянув на поверенного, зато чуть ли не вытолкал меня вперед. — Тогда рад представить свою невесту. Вивиан Андерсон.

— Неужели это та самая несча... хм... падчерица леди Андерсон. Ваша матушка тоже здесь? — воззрился на меня господин Ройстен.

— Да, это я, очень приятно. А матушка... — я невежливо, очень по-простецки ткнула пальцем в Аннабеллу, — вон, стоит и подслушивает. Матушка, присоединяйтесь.

Аннабелла покраснела, ведь я ее знатно позорила, но я ненавижу находиться в толпе, где все меня уже заранее осуждают. Я отношусь к людям соответственно. Они видят во мне невежу и грубиянку, значит, я буду грубить и невежествовать.

— Ричард, позволь удалиться. Я к сестре подойду, — попросила дракона.

— Да, иди, — он расслабил пальцы, отпуская меня на волю.

Впервые видела его таким растерянным и виноватым. И перед кем?

Я засомневалась, что предметом его воздыхания была Мэрилин. Другая девушка. Все-таки Ричард утонченный красавец, умный и уверенный в себе.

Жизель, выглядела предпочтительнее. Она ничего не произнесла, но в глазах какая-то затаенная грусть. Оба ведут себя странно, рядом свирепеет господин Вэст. Она красивее младшенькой, попусту не раскрывает рот. Может...

Ну нет...

Ну да...

А когда? А как? У него же метка истинности.

Наконец-то я нашла Ирис, двигающуюся в позе краба. Чую, талант позорить мачеху в нашей семье передается генетически.

— Вивиан, — громко зашептала она, — я такое узнала...

— Про Жизель?

— Ты-то откуда узнала? — расстроилась она.

— Я ничего не узнала, выкладывай, — приобняла сестренку, чтобы нас никто не подслушал.

Как назло, передачу сплетен прервала церемония. Распорядитель во дворце объявил, что входит король.

Все низко поклонились, приветствуя нашего монарха.

Вообще, Его Величество прослыл очень добрым правителем, мягким, остроумным. А по-моему личному мнению, ничего лучше не характеризует человека, как наличие у него чувства юмора.

Он был относительно молод, ему недавно перевалило за тридцать, счастливо женат на женщине чуть старше себя. Кажется, король с королевой очень любили друг друга, ведь даже сейчас, разместившись за столом, они одаривали друг друга теплыми, нежными улыбками.

Рядом встал Лириус Мора, чье выражение было нечитаемым. Он поджимал губы и хмурился. Да, о нем мнение у меня с первой помолвки не сложилось. Не припомню его улыбок и шуток.

А в метре от герцога выпрямился племянник королевы — первый жених на выданье Гилберт Флетчер. Вторым женихом называли Ричарда, но тот занят... мною.

И этого увальня прозвали самым перспективным магом? Меня Гилберт не больно-то впечатлял, но парочка дам позади влюбленно вздохнули. Да и Ирис последовала их примеру.

— Да что в нем такого? — шепотом расспрашивала ее я.

— Он же лучший выпускник, у него самая сильная магия... — мечтательно произносила сестра.

— Он намного старше тебя и имеет залысины.

— Со мной прорастут, — уверенно заявила Ирис. — Тебе-то чего все не нравится? Хочу и любуюсь. Отхватила красавчика и брызжешь недовольством.

— Ну, я бы хотела, чтобы ты себе выбрала жениха в твоем возрасте, в которого ты по-настоящему влюбишься... Тебе не за чем бегать за Флетчером. В нужный момент твой возлюбленный появится.

— Ага, а если он появится на закате моей молодости? — надулась Ирис.

Ммм, узнаю тон матушки. В ее странной системе подсчета те, кому перевалило за девятнадцать, должны были соглашаться на любое предложение. А я... меня можно в хоспис... доживать век старой девы.

— Молись, чтобы такой мужчина появился не на закате твоей старости, Ирис, — тихонечко рассмеялась, поддевая сестру.

Пока все чествовали племянника Ее Величества, я украдкой посмотрела на дознавателя. Он так и не отделился от семейки Ройстен, но и не давал Мэрилин повиснуть на его плече. Знала, что он уже распорядился об охране Гилберта, что возле комнаты молодого человека спрятались стражники, служившие под руководством дракона. Они умеют быть незаметными, но очень эффективными. Единственное, чего до меня так и не доходило — предупредил ли Ричард Его Величество о предпринятых мерах? И если не предупредил, не является ли это тоже преступлением?

Бесилась на него и не отдавала отчета, почему злюсь. Можно же и стервой побыть, не всегда мне сиять и дарить крылатому солнечные лучики.

Сегодня чего-то особенного в тронном зале не намечалось. Накрыли шикарный, длинный стол, за который приглашали всех придворных. Специально это было сделано, или нет, но мне не досталось места вблизи от жениха, а господин Говард не заметил, потому что что-то шептал на ухо королю.

Устраивать скандал на глазах Его Величество и королевы будет глупо даже для меня.

И пусть, меня не гложет обида, да и невеста я фиктивная. Я уселась там, где находилась мачеха.

Я подумала о том, что удобно сложилось. Рядом с Ричардом сидел Лириус Мора, а я не выдержу и пяти минут под его леденящим взглядом. Возможно, он сам об этом и распорядился, памятуя об испорченной свадьбе. Зато я могу помириться с Аннабеллой.

А это стоило бы сделать. Леди Андерсон добрая, но и в этом хрупком теле вдовы вшита конфигурация: «долбанутая с пляской». Как-то в подростковом возрасте я тоже отстаивала границы, не дав заплести себе витиеватую прическу и не согласившись на диету, которая, по мнению мачехи, была мне жизненно необходима. В ответ она мне устроила форменную экзекуцию. С возгласом «перемен требуют наши сердца» отвела меня в салон и отстригла всю мою роскошную шевелюру. Больше над прическами можно было не заморачиваться. Но и на этом бедствия не закончились. Последовали издевательства с зарядкой и растяжкой. К счастью, маленькая Ирис меня всегда выручала.

После этой экзекуции стало ясно, что все-таки душа у меня лежит больше к растяжке. Растяжке желудка заварными эклерами, принесенными сестрой, но это уже, знаете ли, не так важно.

Получив долгожданное прощение, слушала наставления леди Андерсон:

— Выпрями спину, Вив. Не ешь лучше ничего, а вдруг тебя туда, — указала она почти на противоположный край стола, — позовут.

— Да кому я там сдалась, — отмахивалась я, выбирая кусочек пожирнее.

С переездом в покои, с нашей вылазкой я забыла про завтрак и обед. Станется, мне любимая наставница станет напоминать заварной крем и взбитые сливки.

Но я мало разбиралась в церемониалах, а Аннабелла во дворце ощущала себя как рыба в воде. Напророчила:

— А где же твоя невеста, Ричард? — громко заявил Его Величество. — Я получил столько противоречивой информации о ней, жаждал увидеть.

Дракон что-то пробурчал, но его ответ с такого расстояние до меня не донесся.

— Что ты застыла, как суслик у дороги? — шепотом запричитала леди Андерсон. — Иди, пусть тебя господин Говард представит.

— А если он не хочет представлять? — прикинула я в уме.

Но кто же отказывает королю?

Дракону пришлось подняться и дойти до меня. Во взгляде я прочитала усталость и... страх. Он боялся, что я что-нибудь отчебучу.

— Подать леди дополнительный стул, — распорядился кто-то.

Лакеи за секунду принесли стул, устроив меня рядом с женихом, ну и с королевской четой.

Я чувствовала себя довольно неуютно, привлекая внимание всего зала. Уверена, что каждый тянулся, выкручивал барабанные перепонки, чтобы расслышать любое слово, доносившееся из наших уст.

Меня напрягала и приветливая, улыбчивая королева, подталкивающая своего племянника, и Гилберт Флетчер, угрюмо сдвинувший брови, да и Лириус Мора не скрашивал трапезу.

Дядя короля откинул свои длинные, белые волосы и уставился на меня. Он сохранял ледяное спокойствие, но разжигал во мне одновременно и чувство вины, и ярость, и малюсенькое стремление к неоднозначным поступкам. По спине побежали мурашки.

— Вы очаровательны, леди Андерсон... кажется? — уточнил Его Величество мое имя, многозначительно переглянувшись с герцогом.

Боги, а у них есть другое слово для комплимента. День во дворце начинался с очаровательного утра, все дамы после завтрака шли в очаровательный сад, чтобы сказать друг дружке, что платье и румянец очаровательны.

— Да, я леди Андерсон, — скромно потупилась, игнорируя переглядки. Не сулит мне это ничего хорошего, как пить дать, не сулит.

Король чуть наклонился, подперев подбородок кулаком.

— А я могу говорить открыто, леди Андерсон? — поинтересовался он.

— Кто же вам запретит? — забурчала я и мгновенно получила болезненный тычок от Ричарда.

Чего я такого сказала?

Зато я развеселила Чарльза. Мой ответ его почти восхитил.

— Она очаровательна, — повернулся он к жене.

— Воистину, очаровательна, — поддакнула блистательная супруга.

Фу! Видимо, этот день определенно запомнится мне не очаровательным.

— Правда ли, что открыли свое дело, и помогали юным девушкам избегать нежелательных для них помолвок?

Как хорошо, что я не ела, ничего не пила, иначе бы все стали свидетелем моей позорной смерти от попадания куска не в то горло.

Я побелела, застыла, а потом едва слышно выпалила:

— А я на допросе?

— Конечно, нет.

— Тогда нет, Ваше Величество.

И он снова рассмеялся. Впрочем, рассмеялись и другие: королева, Гилберт, сидящие поблизости придворные. Ричард смеялся фальшиво. Единственный, кому было не до смеха — это мой покинутый у алтаря жених.

— Приводи ее завтра ко мне, — подмигнул он дракону. — Хочу узнать о твоей невесте побольше, а пока...

Он объявил пир на весь мир, и все чуточку расслабились. К сожалению, эта атмосфера праздника продлилась недолго. Тяжело быть веселой и игривой, если твой любой жест публика пристально оценивает. Все незамужние дамы, кто увлекался не господином Флэтчером и мечтал о господине Говарде, мыслили, что вот они были бы гораздо лучше меня. Все замужние дамы думали о том, что их дочери были бы гораздо лучше меня. Сплошное ненавистничество.

Да и Ее Величество подсуетилась. Когда все набили желудок и принялись расхаживать по тронному залу, она пересела ко мне.

— Леди Андерсон...

— Да, моя королева...

— Как же вы познакомились с нашим Ричардом? Он нас ошарашил новостью о своей помолвке. Я верю, это любовь с первого взгляда, как в любовных романах, не поделитесь своей историей?

Мда, ну точно, как в любовных романах. А если брать во внимание, что романы я читаю исключительно с середины: занятно посмотреть, как все это кончится, но куда занятнее понять, как это все началось, то рассказывать было стыдно. Врать женщине не хотелось. Я влезла в запертый кабинет, а дознаватель меня поймал. Ни грамма романтики, один стресс.

Я что-то промямлила про прием у семейства Тропов, но благо дракон пришел на помощь.

— Да, это была любовь с первого взгляда, — подтвердил он. — Как увидел ее, так и понял, что следует сковать, — подчеркнул он последнее слово, — красивую девушку. А после меня пригласили к ее матери.

— Так красиво, — Ее Величество прижала платок к глазам. — Гилберт, — ткнула она племянника, — тебе тоже надо почаще выбираться в свет. Возраст для женитьбы подходящий.

Судя по физиономии выпускника академии, это было последнее, что он запланировал в своей свободной жизни.

— Не торопи парня, — внезапно произнес Лириус Мора. — Иногда поиски невесты затягиваются. Взять к примеру меня...

— Ой, прости, — спохватилась королева, — Лириус, знаю, что тема для тебя болезненна, — приложив ладонь к щеке, она зашептала: — от него сбежала невеста несколько лет назад.

— Да вы что? — притворно ахнула я.

— Моя королева, давайте не будем делиться моими семейными неурядицами, — мрачно отозвался герцог. — Я вел к тому, что из-за положения и статуса Гилберту лучше присмотреться, а еще, — он вновь взглянул на меня, — удостовериться, что невеста согласна.