Кремль уголовный. 57 кремлевских убийств

Глава 5.
Пытки как вид искусства

Детям и беременным женщинам читать эту главу нельзя. В ней нет ни фабулы, ни сюжета. Экранизировать ее тоже невозможно. Зато создатели фильмов ужасов могут почерпнуть из нее многое, чего еще не было даже в самых страшных ужастиках Голливуда.

Конечно, формально испанская инквизиция имеет в этой области первые патенты, но вот всего три цитаты:

922 год. Ахмад ибн Фадлан ибн аль-Аббас ибн Рашид аль-Багдади, посол аббасидского халифа, который в 921-922 годах посетил Волжскую Булгарию: «Если рождается у руса сын, отец вручает ребенку меч, заявляя: это – твое наследство, отец приобрел мечом свое достояние, так и ты должен поступать. Потому нет у русов недвижимого имущества, деревень, пахотных полей и ремесел, кроме выделки мечей, а главное их занятие – меховая торговля и грабежи соседей-славян. Вероломство среди русов – обычное дело, потому даже за нуждой они ходят в сопровождении друзей… Главный напиток славян – медовый набиз, который они пьют без меры и столько, что могут и умереть с кубком в руке… А если они увидят среди себя человека, обладающего подвижностью и знанием, они говорят: «Этот более всего достоин служить нашему Господу!» И они кладут ему на шею веревку и вешают его на дерево, и он висит так до тех пор, пока не распадется на куски. И так они поступают с каждым человеком, посвященным знанием вещей».

1653 год, раввин Натан бен Моисей Ганновер, исторические хроники «Пучина бездонная»: «С одних казаки сдирали кожу заживо, а тело кидали собакам; другим наносили тяжёлые раны, но не добивали, а бросали их на улицу, чтобы медленно умирали; многих же закапывали живьём. Грудных младенцев резали на руках матерей, а многих рубили на куски, как рыбу. Беременным женщинам распарывали животы, вынимали плод и хлестали им по лицу матери, а иным в распоротый живот зашивали живую кошку и обрубали несчастным руки, чтобы они не могли вытащить кошку. Иных детей прокалывали пикой, жарили на огне и подносили матерям, чтобы они отведали их мяса. Иногда сваливали еврейских детей в кучи и делали из них переправы через речки».

1922 год, Максим Горький: «Главной чертой российского национального характера является жестокость, и то жестокость садистическая. Говорю не об отдельных взрывах жестокости, а о психике, о душе народной. Я просмотрел архив одного суда за 1901-1910 годы и меня охватил ужас от огромного количества невероятно жестокого обращения с людьми… За 1917-1919 годы крестьяне закапывали пленных красногвардейцев вниз головой так глубоко, что из земли торчали ноги. Потом смеялись, как те ноги дёргались. Или высоко на дереве прибивали гвоздями одну руку и одну ногу и наслаждались мучениями жертвы. Красногвардейцы же сдирали из живых пленных деникинцев-контрреволюционеров кожу, забивали гвозди в голову, вырезали кожу на плечах, как офицерские погоны».

Я, однако, пишу не о давней истории, а о событиях, которые были при нашей и вашей жизни. И честно признаюсь: писать про это мне страшно. Но профессия требует. Поэтому продолжим…

Аппетит, как известно, приходит во время еды. В 1922-1923 годах при убийствах Камо и Султан-Галиева Сталин, по выражению Троцкого, лишь «лизнул крови». Если продолжать эту метафору, то с убийства Кирова в 1934 Сталин стал пить ее литрами, а с 1937 – ведрами, причем ежедневно: «в июле 1937 года Ежов представил Сталину список на 138 высших командиров с предложением пустить их по первой категории, то есть расстрелять, – сообщает в «Новой газете» Леонид Млечин, журналист и историк. – Сталин список утвердил. Примерно за полтора года Сталин лично подписал 362 подобных списка… В общей сложности в них перечислено больше 44 тысяч фамилий, из них почти 39 тысяч приговорены были к смертной казни до суда».

Однажды с помощью моих друзей-психиатров Национального медицинского исследовательского центра психиатрии и наркологии имени В. П. Сербского мне удалось прочесть стенограммы их бесед с серийными убийцами Андреем Чикатило, Федором Богулом, Леонидом Жигало и другими каннибалами. Оказалось, что у всех массовых убийц есть одно общее свойство: после первых убийств они уже не могут остановиться, это становится манией.

Похоже, то же произошло со Сталиным в тридцатые годы прошлого века. Практически каждый день он, аки дракон, пожирающий людские жизни, утверждал новый расстрельный список, причем читал их внимательно, вносил исправления. Уже через девять дней после суда над М. Н. Тухачевским были арестованы как участники военного заговора 980 командиров и политработников, в том числе 29 комбригов, 37 комдивов, 21 комкор, 16 полковых комиссаров, 17 бригадных и 7 дивизионных комиссаров.

Но даже если Сталин действительно был садистом, получавшим удовольствие от массовых убийств, какой был смысл уничтожать все руководство Красной Армии, на создание и вооружение которой он тратил половину, если не больше, бюджета страны?

Лично я нахожу только одно объяснение: страх. Сталин знал, что никакого сговора Тухачевского, Гамарника и других высших руководителей Красной Армии с руководством вермахта не было, потому что этот сговор он сам придумал. Более того, в условиях плотно закрытых границ Советского Союза 44 тысячи генералов и офицеров просто физически не могли контактировать с немцами. Но затянувшаяся подготовка армейского путча привела к тому, что сведения о папке «Особо важные документы» статского советника Сергея Виссарионова, фотокопии которых Балицкий «строго секретно» делал «только для высшего руководства Генштаба», могли распространиться по всей армии. А поскольку все тайное становится явным, то даже удивительно, как эта информация дошла до Сталина только через год после того, как майор Штейн передал папку с этими документами Балицкому, а Якир привез их Тухачевскому.

Сегодня в России все просталинские историки говорят, что раз ни папки «Особо важные документы» вице-директора Департамента полиции Сергея Виссарионова, ни собственноручных донесений Сталина полиции о совещании большевиков в краковской квартире Ленина в январе 1913 года и других подлинных документов из нее нет, то и вся история службы Сталина в царской охранке – вымысел и фантазии предателя Родины Александра Орлова и прочих клеветников на «великого лидера». Следуя этой логике, можно сказать, что, поскольку у нас нет Скрижалей Завета, Десять Заповедей являются еврейской выдумкой и фантазией. Я считаю, что Сталин убивал сначала тех, кто видел эту папку и держал в руках документы из нее, потом тех, кто мог видеть копии этих документов, потом тех, кто знал тех, кто мог их видеть, потом тех, кто знал тех, кто знал тех и так далее. Больше того: чтобы уничтожить подлинники и копии «ужасных документов» и искоренить даже слухи о них, Сталин убил не только 44 тысячи генералов и офицеров, но и тысячу следователей, допрашивавших тех офицеров и узнавших о тех документах на допросах.

Но даже после этого страх не оставлял Сталина. На всех его дачах у него было свое кресло, не потому что самое удобное или любимое, а потому что у этого кресла спинка была бронированная, пуленепробиваемая. То есть, приглашая на свою тщательно охраняемую дачу лишь самых близких и самых доверенных людей, Сталин, имевший наибольший опыт предательства, сам боялся выстрела в спину…

Пытки. Когда-то очень сильное впечатление произвело на меня гуляющее по интернету интервью девяностошестилетнего Исаака Иткинда, великого еврейского скульптора, работы которого в 1935-1936 годах купили сын Рузвельта Джеймс и премьер-министр Франции Леон Блюм, побывавшие в то время в Москве. В 1937 году этот Иткинд был арестован. В Шлиссельбургской крепости он восемь месяцев провел в одиночной камере, находящейся рядом с камерой генерала Рокоссовского, будущего знаменитого маршала ВОВ. Вместе с другими заключенными их обоих выводили по ночам во двор на расстрел, ставили к стенке и стреляли поверх голов. А затем вели на допрос, избивали и пытали, требуя признаться в том, что они японские шпионы. Рокоссовскому выбили все зубы, а Иткинду выбили барабанные перепонки и придавили сапогом тестикулы…

Показательно, что три самые зловещие пыточно-расстрельные зоны – Сухановская тюрьма, спецобъект НКВД «Коммунарка» и Бутовский полигон – были созданы именно в Ленинском районе Подмосковья. В «Коммунарке» массово расстреливали, на Бутовском полигоне расстрелянных закапывали в общие ямы-могильники тракторами, а Сухановская тюрьма достойна отдельного описания.

Под эту тюрьму был перестроен местный монастырь. В жилых корпусах разместились камеры для заключенных, в цементные полы вмуровали столы и табуретки для дневного сидения, устроили поднимающиеся и запирающиеся на замок доски-кровати, в окна вставили толстые гофрированные стекла с впаянной арматурой, почти не пропускавшие дневного света. Во всех помещениях были скруглены углы, чтобы заключенные не могли разбивать о них головы и тем самым уходить от «допросов с пристрастием» и «высшего революционного возмездия» – расстрела. Были устроены стоячие карцеры, карцеры горячие, холодные, темные и камеры для «буйных» – с обивкой из кошмы, покрытой сверху резиной, линолеумом или брезентом. Были помещения, оснащенные специальными приспособлениями для пыток. Но чаще обходились просто кулаком, сапогом и дубиной. На следствие в «Сухановке» отводилось не более двух недель, поэтому необходимые показания выбивались любым путем. Следователь-комиссар Богдан Кобулов, весивший 130 кг и допрашивавший подследственных с помощью кулака, мог убить человека одним ударом.

При этом всё, имеющее отношение к этой тюрьме, содержалось в тайне. Имен здесь не было. Не только заключенные, но и охрана существовали под номерами.

Повторяю: женщинам, детям и слабонервным эту главу читать нельзя – дальше еще страшней.

Пятьдесят два вида пыток насчитал бывший заключенный «Сухановки» Александр Долган; в их числе такие специфические, как подтравливание газом, горячий карцер (на языке чекистов он назывался «салотопкой»), «сухановская ласточка» или «взнуздание» – это когда длинное полотенце через рот со стороны спины привязывают концами к пяткам; и в таком положении, в котором, кажется, невозможно провести и несколько секунд, человека избивают, а затем оставляют суток на двое. Практиковались здесь и обычные «конвейеры», «переталкивание», многочасовое сидение во время допроса на ножке табуретки, так, чтобы она входила в прямую кишку, стояние сутками по колено в воде, соленые клизмы в жару, а в холод – пребывание в бочке с ледяной водой и многое другое. Местный житель, работавший в тюрьме электриком, говорил, что одним из излюбленных способов «дознания» в «Сухановке» был барабан из-под кабеля, обшитый нестрогаными досками, в который помещали подследственного и с гиканьем и свистом его раскручивали.

Следователи в «Сухановке» разделялись на «забойщиков» и «литераторов». «Забойщики» выбивали показания из подследственных, «литераторы» редактировали или сами составляли нужные следствию протоколы, которые затем давались подследственным на подпись. У «забойщиков» была своя система обработки арестованного. Первое избиение должно было сокрушить и парализовать его волю. Избивали бригадным методом по пять-шесть, а то и десять человек; когда уставали, сменяли друг друга. На их языке это называлось «обмолачивать рожь». «Обмолачивали» жертву по самым чувствительным местам в течение нескольких часов – кулаками, ногами, резиновыми дубинками, ножкой от стула, лампой, тяжелым пресс-папье. Втыкали в несчастного иголки, булавки, зажимали дверью пальцы рук, сапогом прижимали мужские половые органы. Распространенным и мучительнейшим способом было битье по лицу обыкновенной стопой бумаги, острый край которой как бритвой разрезал кожу. Несчастный валялся в собственной крови, рвоте, непроизвольных испражнениях, стараясь по возможности закрыть руками лицо, чтобы не выбили глаза, ведь и такое случалось. Чекист Кронгауз, описывая истязания, которым его подвергали в тюрьме, в своем письме-ходатайстве писал: «Я был хуже животного. Рядом со мной нельзя было стоять… В камеру меня уносили на одеяле».

«Дачей» называли тюрьму чекисты между собой. «Дачей пыток» окрестили «Сухановку» заключенные в тюрьмах и лагерях. «“Сухановка”, – пишет Александр Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ», – это самая страшная тюрьма, какая есть у МГБ. Ею пугают нашего брата, ее имя выговаривают следователи со зловещим шипением. (А кто там был – не допросишься: или бессвязный бред несут, или нет в живых)… Если бы чеховским интеллигентам, всё гадавшим, что будет через двадцать-тридцать-сорок лет, ответили бы, что через сорок лет на Руси будет пыточное следствие, будут сжимать череп железным кольцом, опускать человека в ванну с кислотами, голого и привязанного пытать муравьями, клопами, загонять раскаленный на примусе шомпол в анальное отверстие («секретное тавро»), медленно раздавливать сапогом половые части, а в виде самого лёгкого – пытать по неделе бессонницей, жаждой и избивать в кровавое мясо, – ни одна бы чеховская пьеса не дошла до конца, все герои пошли бы в сумасшедший дом».

В январе 1939 года специальной шифротелеграммой всем региональным руководителям партии и НКВД Сталин сообщил: «ЦК ВКП стало известно, что секретари обкомов-крайкомов, проверяя работников УНКВД, ставят им в вину применение физического воздействия к арестованным как нечто преступное. ЦК ВКП разъясняет, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 года с разрешения ЦК ВКП. При этом было указано, что физическое воздействие допускается как исключение и притом в отношении лишь таких явных врагов народа, которые, используя гуманный метод допроса, нагло отказываются выдать заговорщиков, месяцами не дают показаний, стараются затормозить разоблачение оставшихся на воле заговорщиков, – следовательно, продолжают борьбу с Советской властью также и в тюрьме. Опыт показал, что такая установка дала свои результаты, намного ускорив дело разоблачения врагов народа… Известно, что все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей социалистического пролетариата и притом применяют его в самых безобразных формах. Спрашивается, почему социалистическая разведка должна быть более гуманна в отношении заядлых агентов буржуазии, заклятых врагов рабочего класса и колхозников. ЦК ВКП считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных и неразоружающихся врагов народа как совершенно правильный и целесообразный метод. ЦК ВКП требует от секретарей обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий, чтобы они при проверке работников НКВД руководствовались настоящим разъяснением. Секретарь ЦК ВКП(б) И. Сталин».

При этом Сталин не только задавал общее направление репрессий, а определял квоты на расстрелы и непосредственно указывал наркому Ежову, как вести следствие. Сохранились собственноручные резолюции Сталина на поступавших к нему от Ежова протоколах допросов арестованных, в которых он требовал «бить». Например, 13 сентября 1937 года в письменном указании Ежову Сталин требует: «Избить Уншлихта за то, что он не выдал агентов Польши»; 2 сентября 1938 года на сообщении Ежова о «вредительстве в резиновой промышленности» Сталин оставляет пометку: «Вальтер (немец)» и «избить Вальтера». Личная сталинская кровожадность зафиксирована и в его пометках «бить, бить» в опубликованных ныне так называемых расстрельных списках.

Антон Антонов-Овсеенко, сын знаменитого большевика Владимира Антонова-Овсеенко, расстрелянного в 1938 году, указывает: «Особое наслаждение доставляли генсеку очные ставки, и он не раз баловал себя этими поистине дьявольскими представлениями».

Английский историк Саймон Себаг-Монтефиоре (Simon Sebag Montefiore), специалист по сталинским архивным документам и автор книги «Двор Красного монарха. История восхождения Сталина к власти», говорит: «Этому бывшему семинаристу не был чужд определенный религиозный фанатизм. Его указания палачам из НКВД составлены языком инквизиции. “Вздерните их на дыбу, – писал он, – и не опускайте, пока они не сознаются…” Сталину нравилось унижение, которому подвергались его жертвы. Известно, что он с большим удовольствием слушал рассказы о мольбах своих бывших друзей, приговоренных им к смерти… Мы нашли сотни записок, сделанных рукой Сталина, в которых он требовал от чекистов убивать все больше и больше. Во время великого террора 1937-1938 годов Сталину представляли на рассмотрение списки потенциальных жертв… Приговор он выносил красным карандашом. Напротив некоторых имен писал: “Бейте еще”. Внизу многочисленных страниц стояло: “Всех расстрелять”. В некоторые дни Сталин приговаривал к казни более 3 000 так называемых врагов народа!»

Говорят, что на Соловках, в Соловецком лагере особого назначения (СЛОН) по превращению живых людей в трупы, была надпись: «Если есть Бог, он устанет принимать…»

Действительно, такого масштабного и планомерного уничтожения офицерского корпуса собственной армии мировая история не знает. Массовые расстрелы офицеров Красной армии в предвоенные годы, по существу, привели к катастрофе лета 1941 года. Высшие командиры были уничтожены почти все, командиры среднего звена наполовину… Последних крупных командиров расстреляли осенью 1941 года, когда немецкие войска уже подошли к Москве…

P. S. Генрих Ягода, народный комиссар госбезопасности, предстал перед судом в марте 1938 года на третьем московском процессе антисоветского «право-троцкистского блока» Бухарина, Рыкова и др. Он признал себя виновным в том, что прикрывал участников заговора, будучи заместителем председателя ОГПУ, а затем руководителем НКВД. Согласно утверждению бежавшего на Запад секретаря Сталина Бориса Бажанова, между Вышинским и Ягодой произошёл на этом процессе следующий диалог:

«Вышинский: Скажите, предатель и изменник Ягода, неужели во всей вашей гнусной и предательской деятельности вы не испытывали никогда ни малейшего сожаления, ни малейшего раскаяния? И сейчас, когда вы отвечаете, наконец, перед пролетарским судом за все ваши подлые преступления, вы не испытываете ни малейшего сожаления о сделанном вами?

Ягода: Да, сожалею, очень сожалею…

Вышинский: Внимание, товарищи судьи. Предатель и изменник Ягода сожалеет. О чём вы сожалеете, шпион и преступник Ягода?

Ягода: Очень сожалею… Очень сожалею, что, когда я мог это сделать, я всех вас не расстрелял».

Генрих Ягода был расстрелян 15 марта 1938 года на спецобъекте «Коммунарка».

P. P. S. В книге «Величайший секрет Сталина» американский историк Исаак Дон Левин писал: «Однажды весной 1939 года я случайно встретил в Нью-Йорке Бертрана Рассела, который прогуливался по 64-й улице. Английский философ был одним из первых западных ученых-историков, посетивших в 1920 году Советскую Россию…

Обменявшись взглядами относительно большой чистки и показательных процессов с их фантастическими признаниями обвиняемых, я спросил Рассела: «Известен ли вам в истории человечества другой такой феномен, как Сталин?»

– Да, – ответил он, – в данный момент мне на память пришла одна историческая параллель. Этот человек был из числа парфянских прародителей Сталина. Я имею в виду Митридата Великого.

В то время мысль о современном Митридате показалась мне невероятной. Глядя в прошлое, я отказывался верить тем обвинениям, которые выдвигались в отношении раннего периода деятельности Сталина… По множеству сведений из различных источников в начале своей карьеры в революционном движении Сталин выдал некоторых своих товарищей царским властям, а в ряде случаев манера его поведения наводила на мысль, что он был агентом охранки, ненавистной царской тайной полиции.

Только огромное чувство вины и неотступный страх разоблачения могли объяснить фантастическую манеру поведения Сталина в тридцатые годы…»

Честно говоря, сравнение Сталина с Митридатом, почти незнакомого современному русскому читателю, мало что прибавляет к моему рассказу. Мне кажется, куда больше ему даст короткая цитата из исторических высказываний русского писателя Льва Николаевича Толстого: «С Петра I начинаются особенно близкие и понятные ужасы русской истории… и не только не поминают его злодейств, но до сих пор не перестают восхваления доблестей этого чудовища, и нет конца всякого рода памятников ему…»

Казалось бы, на этом можно и закончить эту главу. Но, на мой взгляд, она будет неполной без еще одной исторической информации. Согласно официальным документам, в период с 1936 по 1953 год из личного состава НКВД были расстреляны:

Наркомы внутренних дел СССР

Ягода Г. Г. – расстрелян в 1938 году

Ежов Н. И. – расстрелян в 1940 году

Берия Л. П. – расстрелян в 1953 году

Заместители наркома внутренних дел СССР

Агранов Я. С. – расстрелян в 1938 году

Прокофьев Г. Е. – расстрелян в 1937 году

Берман М. Д. – расстрелян в 1939 году

Фриновский М. П. – расстрелян в 1940 году

Бельский Л. Н. – расстрелян в 1941 году

Жуковский С. Б. – расстрелян в 1940 году

Заковский Л. М. – расстрелян в 1938 году

Меркулов В. Н. (1-й зам) – расстрелян в 1953 году

Начальники Особого совещания при наркоме

внутренних дел СССР

Буланов П. П. – расстрелян в 1938 году

Цесарский В. Е. – расстрелян в 1940 году

Шапиро И. И. – расстрелян в 1940 году

Особоуполномоченный при наркоме

внутренних дел СССР

Беленький А. Я. – расстрелян в 1941 году

Главный инспектор при наркоме внутренних дел СССР

Быстрых Н. М. – расстрелян в 1939 году

Особое бюро при секретариате НКВД СССР

Горожанин В. М. – расстрелян в 1938 году

Особоуполномоченный НКВД СССР

Фельдман В. Д. -расстрелян в 1938 году

Следственная часть НКВД СССР

Кобулов Б. З. – расстрелян в 1953 году

Главное управление исправительно-трудовых

лагерей (ГУЛАГ)

Берман М. Д. – расстрелян в 1939 году

Плинер И. И. – расстрелян в 1939 году

Главное управление рабоче-крестьянской

милиции (ГУРКМ)

Бельский Л. Н. – расстрелян в 1941 году

Главное управление пограничной и внутренней

охраны (ГУПВО)

Кручинкин Н. К. – расстрелян в 1938 году

Главное управление пожарной охраны (ГУПО)

Хряпенков М. Е. – расстрелян в 1939 году

Главное управление государственной съёмки

и картографии

Горянов-Горный А. Г. – расстрелян в 1937 году

Тиунов В. Ф. – расстрелян в 1938 году

Главное управление шоссейных дорог (ГУШОСДОР)

Благонравов Г. И. – расстрелян в 1938 году

Волков М. А. – расстрелян в 1939 году

Дмитриев Д. М. – расстрелян в 1939 году

Главное управление мер и весов

Шур К. В. – расстрелян в 1938 году

Отдел охраны Сталина (1-й отдел)

Паукер К. В. – расстрелян в 1937 году

Дагин И. Я. – расстрелян в 1940 году

Оперативный отдел (2-й отдел)

Николаев-Журид Н. Г. – расстрелян в 1940 году

Залпетер А. К. – расстрелян в 1939 году

Экономический отдел (ЭКО)

Миронов Л. Г. – расстрелян в 1938 году

Контрразведывательный отдел (3-й отдел)

Минаев-Цикановский А. М. – расстрелян в 1939 году

Секретно-политический отдел (4-й отдел)

Молчанов Г. А. – расстрелян в 1937 году

Особый отдел (5-й отдел)

Гай М. И. – расстрелян в 1937 году

Николаев-Журид Н. Г. – расстрелян в 1940 году

Транспортный отдел (6-й отдел)

Кишкин В. А. – расстрелян в 1938 году

Шанин А. М. – расстрелян в 1937 году

Волков М. А. – расстрелян в 1939 году

Леплевский И. М. – расстрелян в 1938 году

Иностранный отдел (7-й отдел)

Артузов А. Х. – расстрелян в 1937 году

Специальный отдел (секретно-шифровальный) (9-й отдел)

Бокий Г. И. -расстрелян в 1937 году

Шапиро И. И. – расстрелян в 1940 году

Отдел водного транспорта, шоссейных дорог

и связи (11-й отдел)

Ярцев В. В. – расстрелян в 1940 году

Отдел оперативной техники (12-й отдел)

Жуковский С. Б. – расстрелян в 1940 году

Отдел кадров ГУГБ

Вейншток Я. М. – расстрелян в 1940 году

Главное экономическое управление (ГЭУ) НКВД СССР

1-й отдел (оборонная промышленность)

Рейхман Л. И. – расстрелян в 1940 году)

Мешик П. Я. – расстрелян в 1953 году

2-й отдел (тяжелая промышленность

и машиностроение, оборонная промышленность)

Григорьев В. Ф. – расстрелян в 1941 году

4-й отдел (сельское хозяйство и заготовки)

Гатов М. Л. (и. о.) – расстрелян в 1939 году

Следственная часть ГЭУ

Влодзимирский Л. Е. – расстрелян в 1953 году

Шварцман Л. Л. (и. о.) – расстрелян в 1953 году

5-й отдел (иностранный отдел)

Пассов З. И. – расстрелян в 1940 году

6-й отдел (наблюдение за милицией, Осоавиахимом,

пожарной охраной, райвоенкоматами, спортивными

обществами и т. п.)

Морозов И. Д. – расстрелян в 1940 году

8-й отдел (чекистское наблюдение за всей

промышленностью)

Григорьев В. Ф. – расстрелян в 1941 году

9-й отдел (чекистское наблюдение за торговлей,

заготовками и сельским хозяйством)

Залин Л. Б. – расстрелян в 1940 году

2-е управление: Управление особых отделов (УОО)

НКВД СССР

Начальники:

Заковский Л. М. – расстрелян в 1938 году

Фёдоров Н. Н. – расстрелян в 1940 году

1-й отдел (авиация, ПВО, связь, Развед. упр. РККА,

штаб, снабжение и финансы РККА)

Рогачев Б. В. – расстрелян в 1939 году

Агас В. С. – расстрелян в 1939 году

3-й отдел (пехота, кавалерия, артиллерия,

автобронетанковые и технические войска)

Ямницкий М. С. – расстрелян в 1939 году

5-й отдел (штабная служба, Развед. упр. РККА,

снабжение и финансы РККА)

Шапиро Н. Е. – расстрелян в 1938 году

3-е управление: Управление транспорта и связи

НКВД СССР

3-й отдел (гражданский воздушный флот, связь

и шоссейно-дорожное строительство)

Радзивиловский А. П. – расстрелян в 1940 году

Отдел оперативной техники («2-й спецотдел»)

Алехин М. С. – расстрелян в 1939 году

Секретно-шифровальный отдел («3-й спецотдел»)

Попашенко И. П. – расстрелян в 1940 году

Тюремный отдел

Антонов-Грицюк Н. И. – расстрелян в 1939 году

Административно-хозяйственное управление

Жуковский С. Б. – расстрелян в 1940 году

Кооперативное управление

Шнеерсон М. Б. – расстрелян в 1939 году

Управление особого строительства хлебогородков

для хранения неприкосновенного фонда хлебофуража

Зибрак Э. А. – расстрелян в 1937 году

Управление коменданта Московского Кремля

Ткалун П. П. – расстрелян в 1938 году

Инженерно-строительный отдел

Лурье А. Я. – расстрелян в 1937 году

Особое техническое бюро для использования заключённых, имеющих специальные технические знания

Давыдов М. А. – расстрелян в 1941 году

И это далеко не полный список. Он подтверждает то, что сказано мной выше: любые вещи и предметы, даже маленькие пули хранят энергию смерти, предательства, зла и передают ее от старого хозяина к новому. Конечно, не все сотрудники НКВД принимали непосредственное участие в расстрелах, но заразный запах смерти исходил (и, похоже, до сих пор исходит) от всей этой организации и даже от букв в ее названии. И, соответственно, передается от стен, полов и потолков всем, кто под этими потолками работает…

«Жуков скомандовал Берии: “Руки вверх. Вы арестованы”. Генерал Батицкий направил на Берию свой парабеллум (пистолет), Юферов – пистолет “ТТ”. Ладони Юферова скользнули по карманам арестованного. Берию вывели в соседнюю комнату. Ночью, в машине Булганина Берию вывезли на Таганку, в Алёшинские казармы…

Ночь Берия провёл на гауптвахте. На следующий день его перевезли в штаб Московского военного округа (МВО), в железобетонный бункер, расположенный во внутреннем дворе…»

Из официальной версии, журнал «Советский воин»