Крытый фургон

Глава 15. РАЗДЕЛ

То, что уцелело от лагеря переселенцев после опустошительного пожара и ливня, лежало в полном беспорядке. Но, если бы Уильям Бэнион не успел заблаговременно разжечь встречные искусственные пожары, которые преградили дорогу большому огню, то от него бы вообще ничего не осталось. Двести оставшихся фургонов, вокруг которых сгрудились несчастные первопроходцы, представляли собой островки отчаяния, нищеты и горя. Похоже, путешествие в Орегон закончилось катастрофой ещё до того, как оно толком началось.

Сгорбившиеся вокруг редких костров обросшие бородами мужчины молча пялились друг на друга или вообще смотрели в сторону. Весь боевой дух и прежнее воодушевление исчезли напрочь.

Калеб Прайс медленно прошёлся вдоль фургонов, рассматривая дрожащих от холода мужчин и измождённых женщин, прижимающих к себе плачущих детей. Даже собаки, спрятавшиеся под днищами фургонов, тявкали на него как-то угрюмо.

В конце концов он отыскал фургон, в котором находился когда-то служивший в армии горнист.

— А ну, выходи! — обратился к нему Прайс. — И сыграй сначала «Сюзанну», а затем сигнал общего сбора. Нам надо провести совещание.

Через некоторое время совещание началось. Джесси Уингейт, почувствовавший, что встретит там оппозицию, решил уклониться от присутствия на совещании.

— Нет смысла долго говорить, друзья, — сказал Калеб Прайс. — И нет смысла обманывать самих себя. Дела обстоят таким образом, что с нашим предприятием практически покончено. Все мы, в том числе и я, с симпатией относимся к Уингейту. Но ясно, что Джесси — это не тот человек, который может вести наш караван. Что же нам делать?

Он повернулся к Саймону Холлу, но Холл только покачал головой. Затем Прайс вопросительно посмотрел на Келси, но Келси лишь невесело рассмеялся:

— Сам я мог бы довести до Орегона не больше дюжины фургонов. А здесь их две сотни. С этим мог бы справиться Вудхалл, но его сейчас не видно. Он или затерялся где-то в просторах прерии, или его там убили. Калеб, ты должен пойти во главе каравана.

Калеб Прайс задумался.

— Нет, — сказал он наконец, — сейчас не то время, чтобы кто-то из нас попытался взяться за подобное дело, когда есть те, кто может сделать это гораздо лучше. Жизни наших женщин и детей угрожает опасность, и мы не имеем права рисковать подобным образом. Нам нужен гот, кто действительно лучше всех остальных. Нам нужен тот, кто думает быстрее и лучше других и всегда приходит к правильному решению в нужное время. Только за таким человеком мы могли бы пойти. — Калеб Прайс обвёл глазами присутствующих: — Кто бы мог являться таким человеком?

— Я готов признать, что самый лучший план переправиться через реку Кроу предложил именно Уильям Бэнион, — проронил Келси. — Кстати, он сумел успешно переправиться через все вместе со всеми своими людьми.

— Всё верно. И теперь они находятся ниже по течению в десяти милях от нас. А Молли Уингейт рассказала мне, что именно Бэнион начал искусственно разжигать небольшие пожары, чтобы преградить дорогу главному огню. Это спасло и его собственные фургоны, и большую часть наших. — Калеб Прайс покачал головой: — Идеи, которые приходят в голову слишком поздно, никуда не годятся. Нам нужен человек, который способен выдвигать верные идеи именно тогда, когда это нужно.

— И ты считаешь, что этот человек — Бэнион? — подал голос Саймон Холл.

— Да, — кивнул Прайс, — я считаю, что Бэнион — как раз такой человек. Я просто не вижу на месте старшего каравана никого друг ого, кроме него.

— Вудхалл никогда за это не проголосует.

— Но его здесь нет.

— И Джесси Уингейт не будет от этой идеи в восторге.

— Ему придётся согласиться с этим.

Калеб Прайс выдержал паузу.

— На этом совещании присутствуют представители всех переселенцев. По нашим правилам, решение принимается большинством голосов. Кто-нибудь хочет внести предложение?

Снова наступила тишина. Затем поднялся Саймон Холл. Это был солидный человек, владелец трёх фургонов.

— Я с самого начала был против того, чтобы вместе с нами ехали миссурийцы, — сказал он. — Они представляют собой неорганизованный сброд, не привыкший ни к порядку, ни к дисциплине. Но если есть человек, способный справиться с такими людьми, значит, он способен справиться и со всеми другими. Бывший офицер с опытом путешествий по Дикому Западу — именно такой человек, я считаю, нам и нужен. Поэтому я предлагаю образовать комитет в составе трёх человек и направить его к людям из штата Миссури, чтобы пригласить их присоединиться к нам, и попросить майора Бэниона возглавить наш объединённый караван.

— Я готов это поддержать, — сказал один из первопроходцев.

Прайс увидел, что ещё не меньше дюжины людей кивнули в знак согласия.

— Итак, вы слышали предложение, — сказал Калеб Прайс. — Прошу всех, кто за него, встать.

Поднялись почти все — за редким исключением. Это были суровые, в основном плохо одетые бородатые мужчины. Прайс внимательно оглядел их и сказал:

— Итак, все видели, как прошло голосование. Я хотел бы, чтобы здесь присутствовал Джесси Уингейт, но он так и не пришёл. Кто же поедет к Бэниону? Уингейт поедет?

— Нет, Уингейт к нему не поедет, — сказал Келси. — Он выступает против кандидатуры Бэниона. Говорит, что во время службы в армии Уильям допустил какие-то порочащие его поступки... что-то в этом роде.

— Зато во время путешествия нашего каравана по прерии Уильям проявил себя с самой лучшей стороны, — сказал Прайс. — Мы выбираем не смотрителя воскресной школы, а старшин каравана, который должен следить за тем, чтобы он двигался со средней скоростью двенадцать миль в день. Ты, Холл, и ты, Келси, поедете к Бэниону со мной. Посмотрим, что можно будет сделать. Ясно одно: необходимо что-то делать, иначе нам придётся просто возвращаться обратно. Лично я не хотел бы поступать подобным образом.

Они оседлали коней и поскакали к колонне людей из Миссури.

Впереди колонны скакали два человека — Билл Джексон и Уильям Бэнион. Уильям ехал на своём чёрном испанском жеребце. Его лицо побледнело и осунулось. Было видно, что он почти совсем не спал. Калеб Прайс прямо сообщил Уильяму, чего они от него хотят.

Бледное лицо Уильяма порозовело. Он задумался.

— Джентльмены, — произнёс он некоторое время спустя, — вы не знаете, чего вы от меня требуете. Сейчас мне будет трудно заниматься этим.

— А для нас будет больно наблюдать, как наше имущество исчезает, и нам приходится идти вперёд пешком, — возразил Калеб Прайс. — Мне будет совсем не радостно видеть всё это. Дело не в том. майор Бэнион, что вам или мне что-то будет больно или трудно. А дело в том, что стоит вопрос о выживании наших женщин и детей. Вы прекрасно это знаете.

— Да, я это знаю. Но есть ведь и другие люди. Кстати, а где Сэм Вудхалл?

— Мы не знаем. Мы думаем, что индейцы-пауни убили его имеете с остальными.

— Джексон, — повернулся к своему другу Бэнион, — нам надо бы поискать Вудхалла. Скорее всею, он находится на другом берегу реки.

— Вполне возможно, — кивнул Билл, — но самое главное для нас — это самим переправиться на тот берег. А он пусть катится ко всем к чертям.

— Вы нам нужны, майор Бэнион, — тихо произнёс Саймон Холл. И даже Келси, старый приятель Сэма Вудхалла, тоже кивнул.

— Что же мне делать, Джексон? — громко спросил Уильям.

— Ты должен пойти на это, Уильям, — сказал Джексон. — По крайней мере помоги им переправиться и преодолеть достаточное расстояние вместе со всем их скарбом и скотом. Ты, конечно, не смог бы работать с Джесси Уингейтом. Но теперь его сбросили с пьедестала, и мы можем показать им, как двигаются по прерии фургоны людей из штата Миссури. Как тебе эта идея?

Бэнион вновь надолго задумался. Он обдумывал вещи, о которых окружающие его люди не имели ни малейшего представления. Наконец он сказал:

— Надо собрать все фургоны в этом месте. Именно здесь мы будем переправляться на другой берег. Найдите брёвна и верёвки. Если не хватит верёвок, нарвите побеги дикого винограда. Нам надо будет соорудить плоты, чтобы использовать их для переправы. Я скоро вернусь.

Он повернулся и быстро пошёл вперёд. Казалось, его уже окружал незримый авторитет его новой власти.

Мрачный Джесси Уингейт не выходил из своего фургона. Вместе с ним там скрывалась и Молли. И только миссис Уингейт встречалась с остальными людьми и служила для всего семейства основным источником новостей.

Бэнион тоже старался держаться подальше от семейства Уингейтов. Он позвал лишь Джеда и сказал ему:

— Джед, собери всех ребят и разыщи скот, который разбежался во время пожара и грозы. Он может бродить где-то здесь неподалёку. Коровы всё равно не смогли бы переплыть на другую сторону, так что они должны быть где-то здесь.

После того как Джед с ребятами ушёл на поиски скота, Бэнион позвал переселенцев и сказал им:

— Вытащите из фургонов все вещи, прежде всего — постельные принадлежности, и хорошенько просушите их на солнце. Приготовьте еды и хорошенько поешьте. И выпейте кофе. Пусть горнист всё время играет что-нибудь весёлое, что-то такое, что поднимает людям настроение. Ту же «Сюзанну», например. Если всё пойдёт так, как я запланировал, то через неделю или самое большее через десять дней мы сможем уже есть мясо диких бизонов. Всё, что нам нужно — это хорошая организация и побольше кофе. Когда у нас будет и то и другое, ничто на свете нас не остановит.

Вскоре началось строительство илотов из подручных материалов. Нагрузив плоты вещами, переселенцы переправлялись на них через реку и затем возвращались обратно, чтобы перевезти ещё больше грузов. Люди также переправляли через реку лошадей и скот вплавь. Это оказалось совсем не страшным. Всё происходило довольно быстро и даже весело.

К вечеру Джед Уингейт и другие ребята пригнали огромное стадо заблудившегося скота. Они подошли к лагерю с радостными криками, затянув «Сюзанну» во всю мощь своих юных глоток.

Однако майор Бэнион был мрачен. Он даже постелил себе в эту ночь постель отдельно от остальных. Всю ночь он ворочался на ней без сна и думал.

На следующий день он направился к Уингейту, который ещё не переправил на противоположный берег свои фургоны. Он увидел, что Джесси сидит на сиденье фургона, а не в седле. Помедлив, Уильям обратился к нему:

— Все мои люди уже переправились на другой берег, мистер Уингейт. Последние фургоны с остальными переселенцами переправятся туда сегодня вечером. Сам я встал лагерем примерно в миле от остальных.

— Ты встал лагерем отдельно от остальных? А я-то думал, что мои бывшие друзья избрали тебя старшим всего каравана!

Уингейт говорил с заметной горечью. Одновременно в его словах звучало презрение, которое заставило Бэниона вспыхнуть.

— Мы можем следовать вперёд отдельно друг от друга, мистер Уингейт. Надо лишь держаться неподалёку, чтобы успеть прийти друг другу на помощь. Вы хотите ехать впереди всех? Или лучше это сделать мне?

— Делай как хочешь. Это свободная земля.

— Эта земля действительно свободная, но есть некоторые вещи, которые даже здесь делать не следует. Вы можете ехать впереди всех юга ехать как вам угодно, но лично я не поеду в одном караване с человеком, который думает обо мне то, что думаете обо мне вы, — с горячностью проронил Бэнион.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы прекрасно знаете это. Вы поверили тому, что сказал вам про меня другой человек. Всё зашло слишком далеко.

— Того человека, о котором ты сейчас говоришь, здесь нет. Он не может сказать тебе всё это в лицо.

— Сейчас действительно не может. Но когда-нибудь мы обязательно встретимся. Земля — она круглая.

Не в силах больше сдерживаться, Уильям пришпорил своего жеребца и ускакал прочь. Подскакав к своему лагерю, он осадил коня и крикнул Джексону:

— Ты спрашивал меня, могу ли я путешествовать вместе с этими янки. Нет ! Мы не будем ни путешествовать с ними, ни стоять одним лагерем. Я вообще не желаю быть вместе с ними.

— Я и сам не очень-то верил в то, что мы сможем путешествовать вместе, — ответил Джексон. — Но я думаю, что может случиться какая-то новая беда и тогда мы опять окажемся все вместе.

— Ладно, хватит говорить об этом, Джексон! Давай-ка лучше поедем вперёд и попробуем отыскать следы Вудхалла.

— Это всё равно, что искать иголку в стогу сена, да к тому же очень дрянную иголку, — только и сказал Билл.