Крытый фургон

Глава 16. РАВНИНЫ

— Вперёд, ребята! Поедем туда, где пасутся бизоны!

Этот клич вновь сплотил первопроходцев в их неутолимом стремлении забраться как можно дальше на Дикий Запад, и люди, позабыв про все свои свары и перестав переругиваться, с энтузиазмом двинулись вперёд.

Впереди каравана по-прежнему ехал Джесси Уингейт — давнишний и первоначальный лидер переселенцев. Бэнион отказался от звания старшего, и власть теперь принадлежала совету, состоявшему из нескольких человек.

Дорога в Орегон была ясно видна среди буйной зелени прерий. Колёса фургонов углубили её в разных местах почти на целый круг. С неё невозможно было сбиться. И эта колея давала переселенцам дополнительную надежду на то, что и они благополучно доберутся до Орегона.

Фургоны неспешно катили вперёд, то растягиваясь, то смыкаясь почти вплотную. Караван был похож на гигантскую гусеницу, растянувшуюся среди равнин Дикого Запада. Местность всё время менялась, заметно прибавилось всяческой живности. В лесах было видно множество диких индеек. Среди деревьев бродили лоси и олени, а на открытой местности скакали стада антилоп. Охотники заметили также пантер и больших серых волков.

Затем леса сменились равнинной местностью. Почва здесь была более песчаная. На этой равнине росли дубы и гикори. Переселенцы пересекли реку Биг Блю, и затем миновали границу штатов Канзас и Небраска. Отсюда они двинулись вперёд, следуя течению реки Литтл Блю.

Почва стала ещё более песчаной. Вместе с изменением почвы неуловимо изменилась и растительность. Время от времени первопроходцам попадались кактусы. На горизонте стали появляться миражи. Они казались воплощённым духом Дикого Запада, который являл себя глазам людей.

Вскоре все увидели песчаные холмы, которые назывались «Берегами Великой Равнины». Люди восторженно закричали и стали подгонять мулов ударами кнута. Некоторые матери сказали детям, что они уже почти прибыли в Орегон.

Две тысячи американцев, некоторые из которых были неграмотными и малообразованными, но такими же физически крепкими, как и все остальные переселенцы, въезжали на Великую Равнину, везя с собой закон и порядок, церковь и образование. Великая драма человеческой жизни словно начиналась заново в этих местах.

Перед глазами путников раскинулась гигантская панорама Великой Равнины. Она расстилалась на десятки миль вширь. Везде зеленела весенняя трава. В небе ярко светило солнце. Время от времени на него набегали облака, усмиряя на время его обжигающий жар. На горизонте иногда мелькали миражи, добавляя частичку мистики в окружающий пейзаж.

— Эй, посмотрите! — закричал Джесси Уингейт, натягивая поводья своей лошади. — Смотри, Калеб! Вон стоят фургоны из каравана северян. Больше сотни фургонов. Смотри, каким большим лагерем они расположились!

Все переселенцы необычайно воодушевились. Значит, всего вместе их будет не меньше шести сотен фургонов. Теперь уже ничто не сможет остановить их на пути в Орегон.

Фургоны быстро покатили вперёд и наконец соединились. Люди, которые никогда раньше не знали друг друга, теперь сердечно пожимали друг другу руки, обнимались, оживлённо переговаривались, а некоторые даже плакали от радости. Вскоре огромная равнина превратилась в место для гигантского бивуака, который никогда ещё не видели в этих краях.

К этому месту постепенно приближалась колонна повозок из Миссури. Она двигалась примерно с часовым опозданием. Впереди ехал майор Бэнион. Он был мрачен и молчалив. Всё ощущение необычайного приключения, которое сопутствовало ему раньше, когда он только начинал путешествие в Орегон, уже давно оставило его. Казалось, он потерял ощущение вкуса жизни. Он посмотрел на свои руки, прикоснулся к губам, которые ещё хранили след поцелуя Молли — такого бесконечно сладостного и восхитительного. Ради чего ему теперь ехать в Орегон?

Когда они проезжали через проход между песчаными возвышенностями, открывавшими вход в Великую Равнину, Джексон вдруг натянул поводья своей лошади:

— Эй, смотри, Уильям, кто-то едет нам навстречу!

Бэнион увидел, что к ним скачет высокий мужчина средних лет с длинными волосами и седой бородой. Над глазами мужчины нависли кустистые брови. Под ним было индейское седло без стремян. Он был одет в старинный костюм охотника с Дикого Запада — в рубашку и штаны из оленьей кожи. На ногах у него были мокасины индейского образца. Голову мужчины прикрывала широкополая шляпа. Остановив лошадь перед конями Бэниона и Джексона, он выдохнул:

— Здорово!

— Мы следуем из Вестпорта, — сказал Уильям. — А ты едешь в Орегон?

— О да. Я видел, как вы подъезжали. А кто это сзади от тебя? — Незнакомец уставил костлявый указательный палец на Джексона: — Если это не Билл Джексон собственной персоной, то это, чёрт побери, должен быть его призрак!

— Привет тебе, Джим! — воскликнул Джексон. — Как дела?

Они пожали друг другу руки. Джексон, улыбаясь, повернулся к Бэниону:

— Майор, это — Джим Бриджер, самый старый охотник в Скалистых горах. Он знает о Диком Западе больше, чем кто бы то ни было. Я даже не рассчитывал, что встречу его здесь.

— Я тоже не рассчитывал свидеться с тобой, — пробормотал охотник.

— Джим Бриджер? — проронил Уильям. — Я слышал это имя ещё в Кентукки.

— Я родом оттуда, джентльмены, — торжественно провозгласил Бриджер. — Сорок лет тому назад я покинул родные места и оказался здесь. Но когда я был молодой, я не раз бывал в Кентукки. Недавно я пытался обосноваться в новом городе Канзас-Сити, но мне там не понравилось. И я снова двинулся в дикие края. Я нанялся проводником в караван мормонов, который расположился вон там на привал. В его составе путешествуют несколько моих фургонов с железными изделиями, мукой и беконом. Мне надо доставить все эти припасы в свою избушку, которая расположена по другую сторону Скалистых гор. Если только мы сумеем добраться туда... Сейчас мы находимся между землями, заселёнными индейцами из племён сиу и пауни. Они охотятся на бизонов в каких-то десяти милях отсюда. Но когда я рассказываю об этом мормонам, они просто смеются надо мной. Сейчас индейцы из племени сиу занимаются весенней охотой. Я с удовольствием бросил бы этих пилигримов-мормонов и поехал бы с вами, тем более, что среди вас я вижу человека, которого так хорошо знаю, — старину Билла Джексона. Пошли к чёрту эти святоши! Их пять тысяч человек. Они на каждом шагу только и делают, что славят Господа. И среди них так много женщин и детей, что становится просто жутко. Женщинам вообще не следует находиться в этих местах — здесь должны находиться мужчины-охотники. А теперь сюда приехали ещё и вы и привезли с собой ещё тысячу женщин. — Он помолчал и добавил: — Прошлой ночью в лагере умерла женщина с младенцем. И теперь они пытаются сколотить из дерева гробы, чтобы похоронить их в гробах.

— Какие же они будут счастливчики! — прервал его излияния Билл Джексон. — А мы недавно хоронили людей, просто обернув их одеялами. На небольшой лагерь переселенцев из состава нашего каравана напали индейцы-пауни.

— Я слышал об этом.

— Откуда, интересно? — встрепенулся Бэнион.

— Здесь находится трое людей, которым посчастливилось выжить во время этой резни. В том числе предводи гель этого отряда, Сэм Вудхалл.

— Как же они оказались здесь?

— Они пришли вместе с небольшой группой мормонов. Они сказали мне...

— Сэм Вудхалл сейчас здесь? Ты можешь найти его тут?

— Ну конечно! Ты хочешь встретиться с ним?

— Да.

— Он рассказал мне, что...

— Мы знаем об этом. Знаем, быть может, лучше, чем ты — даже после того, как он рассказал тебе об этом.

Джим с любопытством посмотрел на Бэниона.

— У одного из этих людей в ноге застрял наконечник от индейской стрелы. Думаю, ему сейчас очень больно. Я хорошо это знаю, потому что сам несколько лет таскал такой наконечник под собственной лопаткой. — Он немного помолчал и сказал: — А теперь вы можете помочь мне организовать охрану этих пилигримов? С другой стороны реки находится всё индейское племя сиу, а у них так до сих пор не выставлено никакой охраны. При этом пилигримы не желали переправляться через реку Платт так, чтобы оказаться с южной стороны от реки. Они непременно хотели перебраться через неё в том месте, где окажутся с северной стороны от Платт. Если бы всё так случилось, индейцы уже сушили бы наши скальпы. Я скажу вам одну вещь: этой весной индейцы твёрдо решили дать белым отпор и не позволить нам проникнуть на их земли. Они говорят, что с нами едет слишком много женщин и детей — а это означает, что мы решили обосноваться здесь, на их землях, навсегда. И глядите, что теперь творится на всём протяжении ну ги до Орегона. Прошлой весной в самом Орегоне каюзы вырезали переселенцев из каравана Уитмана. Теперь даже шошоны относятся к нам враждебно, а чейены готовятся к войне. Индейцы из племени «пресных лепёшек» ждут нас восточнее, и неизвестно, когда нам следует ожидать нападения индейцев из племени «черноногих». Да, в такой вот обстановке я очень рад повстречать Билла Джексона!

— Всем фургонам растянуться и ехать вперёд! — приказал майор Бэнион.

Его фургоны растянулись и, окружив полукольцом лагерь переселенцев, остановились. Всё было проделано очень быстро и с военной точностью. Лошадей и скот тут же отправили пастись, окружив импровизированные загоны верёвками, чтобы они не вырвались и не убежали. Джим Бриджер одобрительно кивнул.

— Кто старший в вашей колонне, Билл? — спросил он Джексона. — Всё так здорово организовано!

— Старший у нас майор Бэнион. Он служил под началом Донифана.

— А он способен сражаться?

— Увидишь!

Тревожные новости быстро распространились по всему лагерю переселенцев. Стало известно, что на противоположной стороне реки находится большое поселение индейцев и что можно ждать их нападения уже сегодня ночью.

Прозвучал горн, созывая всех на совещание. Получив инструкции, люди вернулись в свои фургоны. На ночь была выставлена стража в двойном размере. Джесси Уингейт и его помощники, а также Бэнион, Джексон и Джим Бриджер решили не ложиться спать. Все с особой надеждой смотрели на этих троих. Но, пока Бэнион бродил по лагерю, он так и не сумел встретиться с Вудхаллом.

Вперёд были высланы дозоры, которые должны были предупредить переселенцев о приближении индейцев сиу. Ночь тянулась медленно. Костры постепенно гасли и остывали. Становилось холодно.

Время было около полуночи, когда ночную тишину разорвали звуки ружейных выстрелов. Их было два. Они прозвучали один за другим. И в следующую минуту всё пространство лагеря озарилось вспышками выстрелов.

— Сомкнуть ряды! — закричал майор Бэнион. — Заполнить пустое пространство между фургонами! Линия фургонов должна превратиться в непроходимую баррикаду.