Куколка

Глава 36

Маша

16 июля

Вчера это произошло, хотя мне до сих пор в это не верится.

Бабушка Максима ещё неделю назад, завершив все школьные дела, уехала гостить к сестре в соседний город, и мы могли снова проводить время вдвоём, не слоняясь по паркам и подъездам. Я по-хозяйски расхаживала по квартире, готовила нам обеды и ужины и наслаждалась уютными вечерами за просмотром фильмов.

Ожидание результатов убивало, я старалась отвлечь себя, как могла. Мама по-прежнему считала, что я подала документы в медицинский и каждый день спрашивала когда вывесят списки поступивших. Нужно было тянуть время до 16 июля, именно тогда объявят о том, кто прошёл конкурс на бюджет в музыкальной академии. Для остальных, кто не впечатлил комиссию в творческом этапе, но прошёл по баллам, можно было подать документы на платное отделение. Но это не мой вариант, мне оставалось надеяться на удачу и талант. Я записала классное видео с песней Muse, на которой настаивал Максим, сомневаясь до последнего, но он убедил меня, что получилось шикарно.

Вчера у Тани был день рождения, но этот день она хотела провести с родными, а с друзьями собиралась отметить следующим вечером. Я об узнала в последний момент, поэтому уже успела предупредить родителей, что вернусь поздно.

Мы с Максимом взяли вина и устроились перед ноутбуком. Я не могла смотреть фильм, просто не воспринимала информацию, меня колотило и трясло от волнения перед завтрашним днём. Днём икс, днём, когда все решится. Я либо выиграю счастливый билет, либо глубоко влипну. Легко объяснять свою ложь с видом победителя, сложнее будет приползти к маме, как побития собака, и признаться, что никакого медицинского нет и не будет.

Максим чувствовал, что я нервничаю и старался меня поддержать и успокоить.

Лучше бы он меня не успокаивал!

В какой-то момент все вышло из под контроля, и я не заметила, как в процессе жарких поцелуев, моя одежда полетела на пол. Дальше все было как в тумане, то ли от выпитого вина, то ли от внезапно вспыхнувшей страсти.

В книгах безбожно врут, когда пишут, как Мэри прильнула к горячим губам Хуана, из ее рта вырвался томный стон удовольствия, и она провалилась в безмятежную негу блаженства. По крайней мере, я никуда не проваливалась, а об удовольствии и речи быть не могло.

Когда все закончилось, мы целовались, лёжа в кровати и Максим гладил мое обнаженное плечо.

- Во сколько завтра вывесят списки?

- Не знаю, после двух.

- Не волнуйся, все пройдёт отлично. Хочешь, будем вместе ждать результатов?

- Хочу, - я провела пальцами по его щеке и поцеловала в губы.

- Завтра у меня будет важное онлайн собеседование, не теряй, если буду недоступен. Но я постараюсь освободится к обеду.

- Ты не передумал? Не будешь никуда поступать?

- Не-а, - протянул Максим и крепче ко мне прижался, - Хочу быть свободным художником вне системы, учеба никуда не денется.

- Вечером пойдём к Тане?

- Конечно, пойдём.

- Если я не провалюсь. Тогда я умру на месте, - я загрустила.

- Даже не думай об этом!

Я проснулась ещё до восхода солнца, сначала просто пыталась уснуть, потом встала и ходила по комнате, взяла «Грозовой перевал» в надежде, что смогу отвлечь себя чтением, но так и не смогла сконцентрироваться.

Время тянулось очень долго.

Когда родители уехали на рынок, я нарезала круги по всей квартире, слоняясь из комнаты в комнату, каждую минуту обновляя сайт университета, в надежде, что списки поступивших вывесят раньше положенного времени. Моя старая подружка в виде нервной тошноты снова ко мне вернулась, к горлу, то и дело, подступал ком, и я бежала в ванную.

«Привет. Освободился?»

Я набрала смс Максиму, но сообщение оставалось непрочитанным.

Ближе к обеду, я решила, что можно отвлечь себя делая макияж, но он никак не получался приличным. Из-за дрожащих рук, я перепачкала все лицо тушью и судорожно пыталась исправить это недоразумение ватными палочками.

На часах было почти два, а Максим все так же был не в сети. Я нервничала. Забыв взять сумку и подарок для Тани, я выбежала из дома и поспешила к Кораблеву, по дороге бесконечно обновляя сайт.

Я звонила Максиму несколько раз, но он по прежнему оставался недоступен. Когда я поднялась на второй этаж, несколько раз позвонила в дверь и мне никто не открыл, я окончательно растерялась и не знала, что делать.

Ну где же ты, Максим? Разве твоё собеседование не должно проходить дома? Я поднялась на один пролёт вверх по лестнице, и села на корточки оперевшись о стену. Я вновь и вновь набирала его номер, потом возвращалась к сайту, затем снова продолжала звонить.

Списки поступивших на бюджет вывесили в четыре часа, моей фамилии там не было. Я раз за разом смотрела на список, в надежде, что если посмотрю ещё раз, то, возможно в нем что-то изменится.

В голове звучал мерзкий писк, словно это был ультразвук, во рту пересохло, меня бросило в пот, сердце стучало так сильно, что мне казалось, что у меня настоящий сердечный приступ. Я глотала ртом воздух, пытаясь задышать полной грудью, но этого воздуха мне не хватало, и я чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег. А потом меня накрыло потоком рыдания. Я опустилась прямо на бетон и беззвучно всхлипывала, глотая слёзы.

Ну где же ты Максим? Я посадила практически весь заряд на телефоне.

Вдруг, телефон завибрировал в руке, я соскочила с места и сразу же приняла вызов, не успев посмотреть кто звонит.

- Маша, ты мне можешь сериал скачать про цыганку, тетя Лена очень советовала, но я забыла, как он называется, - голос мамы звучал совершенно беззаботно.

- Угу, - я невнятно буркнула в трубку, и тут же сбросила вызов.

Господи, да мне же теперь конец! Что же теперь начнётся дома?

Я просидела в подъезде ещё около часа. Мне просто некуда было сейчас идти, Таньке я испорчу праздник, домой мне никак нельзя.

В какой-то момент, показалось, что я услышала какую-то возню у двери Кораблева, я высунулась и навострила уши. Там точно кто-то есть! Я слышу гулкие голоса с обратной стороны двери! Я спустилась на несколько ступенек ниже, постаралась прислушаться, но слов было не разобрать.

Замок захрустел, дверная ручка начала опускаться вниз, и я бросилась наверх.

- Я люблю тебя! – голос Максима звучал приторно и слишком сладко.

Меня убило на месте. Ещё минуту назад, мне казалось, что хуже быть не может, но как же я ошибалась.

Я просто растерзана в клочья, предана, обманута и унижена.

Я немного высунула голову вниз, чтобы в полной мере насладиться прекрасной картиной.

Кораблёв, одетый по пояс, с любовью и трепетом сжимал в своих объятьях Галю и не хотел отпускать домой.

Пока я рыдала в подъезде, пытаясь до него дозвониться, он кувыркался с ведьмой прямо за стенкой. Он знал, что это я звоню в дверь, он специально отключил телефон! Какая же я дура! Дура! Дура! Мне казалось, что я сейчас обезумлю от горя. Теперь понятно, что чувствуют люди, которые убивают в состоянии аффекта.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться и решила посмотреть ему в глаза.

- Приветики! – я спустилась со ступенек, вытирая с лица размазавшуюся тушь.

Максим оторопел и замер на месте, Галя встрепенулась, в ее глазах горел адский огонь.

- Ой, а кто это тут у нас? – она похабно улыбнулась, - Наша красотка сегодня почему-то не красотка! Это ты что ли звонила? Прости, что не открыли.

Мне хотелось вцепиться ей в волосы, выдрать все до единого, а потом расцарапать лицо до мяса.

- Не надо, - сказал Максим полушепотом, смотря на ведьму, - Иди, я позвоню.

- Ну, пока! – она засеменила пальчиками, продолжая противно улыбаться, и спустилась вниз.

Звонкая пощечина обрушилась на Кораблева, а затем сменилась следующей. Я с остервенением лупила его по лицу, пихала ногами и кричала не своим голосом.

- Ненавижу! Ненавижу тебя!

Он стоял не сопротивляясь, пытался увернуться от моих рук, а в меня вселилась неведомая сила, которая не давала мне остановиться.

- Какой же ты ублюдок! Тварь!

Слёзы плотной пеленой закрывали мои глаза, и я уже не понимала куда именно бью, я молотила руками вокруг себя и продолжала биться в истерике.

- Чтоб ты сдох, гадина! Я тебя ненавижу! Ненавижу!

Силы начали меня покидать, я сползла вниз и закрыла лицо ладонями. Ну за что он так со мной? Изменить на следующий же день после первой ночи, слишком жестко даже для бразильского сериала. Или он изменял мне все время?

Максим тихо опустился и сел рядом.

- От того, что я скажу, что мне жаль, ничего не изменится, ты все равно меня не простишь… Дв такое и не прощается.

- Пожалуйста, заткнись! – я завыла, обхватив себя руками, - Просто скажи, за что? Спортивный интерес, спор, скука?

Я посмотрела на него глазами полными боли, желая получить ответ.

- Ты мне правда нравилась…

Максим замолчал на какое-то время.

- Когда я увидел ее в первый раз, мне было тринадцать лет, Галя жила за стенкой, и наше знакомство состоялось намного раньше первой встречи. Она очень громко слушала музыку, и стены нашей квартиры содрогались от вибрации ее колонок. Эта музыка меня завораживала, я прилипал ухом к стене, пытаясь разобрать слова, чтобы найти эти песни. Я все думал, что за человек там живет, чем занимается, сколько ему лет? А потом встретил ее в подъезде. Она курила на лестничной клетке, несмотря на проклятья соседей. Гале было все равно, что говорят другие люди, она делала только то, что хотела сама. Она была странная, импульсивная, заносчивая, много скандалила. Все это я узнал, прижимаясь ухом к стене. Мы не знакомились и не болтали на улице, Галя была уже взрослой девушкой, а я ребёнком.

Я стал расспрашивать о ней бабушку. У неё только волосы дыбом вставали- наркоманка, истеричка, парня пыталась зарезать. А меня все это влекло, как магнитом. Есть в этой мерзости какой-то романтизм. Я приезжал каждое лето, спешил на каникулы, как на праздник, чтобы ее увидеть, пока она не пропала. Я долго ее искал в социальных сетях, и когда наконец-то нашёл, ужасно обрадовался. Сначала просто молча за ней наблюдал, каждый день мониторя ее страничку, добавлял себя музыку, которую она слушала, скачивал фильмы, которые она смотрела. А когда мне исполнилось шестнадцать, я решил, что уже не такой маленький, и можно попытать удачу. Мы сошлись на вкусах в музыке и кино, часами переписывались или болтали по скайпу, и я понял, что окончательно попал. Я так сильно в неё втрескался, что не мог ни о чем думать. Я был уверен, что приеду на лето, и у нас закрутится роман, но ничего не закрутилось. Тогда я ещё не знал, какой она человек, просто был наивным сопляком. Галя не воспринимала меня всерьёз, ее интересовали мужчины постарше, а я волочился за ней, как щенок и радовался малейшему вниманию. Я не должен был здесь учиться, было намного проще закончить школу в Москве, но я специально попросил маму переехать к бабушке, чтобы быть рядом с Галей. Мне казалось, она заметит меня и обязательно оценит, но ничего не происходило, как бы я не старался. Потом она сменила тактику, и я понял, что ей просто нравится со мной играть, она могла поцеловать меня, а потом сказать, что мне это причудилось и по две недели не брать трубки. Я сходил с ума, ревновал, изводил себя, но как только Галя появлялась на горизонте, я бежал к ней сверкая пятками. Так продолжалось все лето. А потом в мою жизнь пришла ты, такая милая, светлая, добрая, совершенно не такая, как она. Мне было так легко и комфортно проводить с тобой время, что ты стала моей таблеткой от Гали, моим спасением. Меня все так же к ней влекло, и я старался избавиться от этого чувства, отвлечься и ни о чем не думать. Представлял, как бы было классно, если бы рядом со мной была такая девушка, как ты. Я был уверен, что ты сможешь сделать меня счастливым. Я просто хотел быть счастливым, Маша! И ты смогла… я пообещал себе, что больше никогда не подойду к Гале, заблокировал ее везде, где только можно и решил начать новую жизнь. Все было классно, я почувствовал контраст, понял, что такое иметь нормальные отношения и полностью расслабился. Я очень хотел провести сегодняшний день с тобой, не подозревая, что утром в мою дверь позвонит Галя, и я как безвольная тряпка сразу упаду к ее ногам, забыв про гордость. Ты никогда не сможешь ненавидеть меня так, как я сам себя ненавижу. Я готов умереть, осознавая, что предал единственного человека, который меня любил. Хотя, в душе я, наверно, уже мёртв. Я хочу чтобы ты знала, я никогда не хотел тебя обманывать, я искренне надеялся, что у нас все сложится хорошо.

Максим, наконец-то, замолчал.

Я посидела на месте ещё несколько минут, пытаясь переварить информацию. От мысли, что он никогда меня не любил, становилось только хуже. Я молча поднялась с места и вышла из подъезда, так и не посмотрев ему в глаза.

В груди зияла дыра, чёрная и тягучая. Мои руки дрожали, губы тряслись, а ноги шли на автопилоте. Горькие слёзы, размером с виноградины, безостановочно катились по моему лицу, стекая по шее. Почему сейчас прекрасный солнечный день? Почему все вокруг такие счастливые? Кто- то идёт по своим делам, кто- то сидит на скамейке, обсуждая последние сплетни. Беззаботные, безмятежные. Меня обогнала женщина средних лет, которая вела маленькую девочку за ручку. Девочка катила впереди себя большую железную бабочку на палке. Крылья бабочки пружинили синхронно с бантиками на ее голове. Она обернулась на меня: большие голубые глаза, вьющиеся русые волосы, милое личико, настоящая куколка. Куколка... Зуев все знал, и ничего мне не рассказал!

Как же я вас всех ненавижу! Весь этот город, со всеми его жителями, улицами, разрухой, нищетой, вместе с этой девочкой! Провалитесь вы все пропадом!

Я не могла успокоитбая, тело знобило, а в груди пекло. Ещё десять минут, и я зайду в комнату, в которой все стоит на тех же местах, как я оставила. На столе лежит «Грозовой перевал», на спинку стула накинуто белое платье, косметика рассыпана по кровати. Очень спешила, не успела убрать. Дурочка.

Главное не застать родителей, не хочу их сейчас видеть, никого не хочу видеть.

- Маша, - слышу быстрые шаги сзади, - Ты куда пропала, мы тебя потеряли.

Только его тут не хватало. Поравнявшись со мной, Зуев заградил мне путь и смотрел с растерянностью.

- Что случилось?

Я молчала в ответ, опустив глаза, не хочу на него смотреть.

- Почему ты молчишь? Маша! Что произошло? - Не молчи же, кто тебя обидел?

Я сделала несколько шагов назад, для того, чтобы развернуться и как можно быстрее удалиться и ничего ему объяснять, но в какой- то момент в моем сознании что-то щёлкнуло, и я пошла прямо на него.

- Что ты ходишь за мной? Что тебе вечно от меня надо? Перестань унижаться. Ты не видишь, что совсем мне не интересен? Посмотри на себя, ты жалкий, глупый, бесперспективный отброс, - мой голос звучал очень жестко и холодно, а слёзы, наконец-то, перестали литься из глаз, - Как тебе пришла в голову мысль, что у нас может что-то получиться? Мы с тобой на разных ступенях развития, между нами пропасть, понимаешь? Я никогда тебя не полюблю. Найди себе кого-то своего уровня, а меня оставь в покое!

Он ошарашено посмотрел на меня, на его лице отразился целый букет чувств: удивление, тревога, боль, но главное- разбитые надежды. Сейчас мне хорошо знакомо это чувство.

Я решила не дожидаться ответа, шагнула вперёд, толкая его плечом, и поспешила к своему дому. Мне совсем не было его жалко, жалко мне было только себя, потому что все, что он сейчас услышал, я говорила не ему, а именно себе. Я не могла уместить в себе всю боль, которая на меня обрушилась, она была больше меня. Зашла в квартиру, опустилась на кровать и завыла.