Глава 2

Петроград. Посольство Священной Римской Империи

Апрель 1983 года


Моросил мелкий дождь. Порывы ветра брызгами стекали по стеклу автомобиля. Больше полугода прошло, а результатов всё ещё не было. Первоначальный план уже не работал, всех молодых дуэлянтов, до каких Эмиль и Рауль смогли добраться, проверили. Теперь Рауль метался по крупным городам, проверяя слухи и молву. Где-то молодой дворянин победил в дуэли взрослого и опытного мага — и француз ехал туда, знакомился, наводил справки. Тупая, убогая работа с почти нулевыми шансами на успех. Похоже, их противник всеми силами оттягивал момент своего триумфального появления. Шолль мысленно опасался именно такого развития событий. Инициатор, понимающий, что время у него, в принципе, есть, не будет спешить, медленно набирая силы и сторонников.

А у начальства, рано или поздно, возникнут вопросы. Проект «Валькирия» предоставлял Шоллю предельной глубокий лимит доверия, однако не безграничный. Рано или поздно Виктор фон Штауффенберг обязан был пригласить Эмиля на разговор. Понятно, что сейчас не прозвучит никаких обвинений, никаких ультиматумов или требований. Однако Штауффенберг обязан будет попросить Эмиля поработать не только со своим таинственным поиском инициатора, но и с делами внешней разведки. И Эмиль, вероятно, будет вынужден согласиться, если аргументы окажутся достаточными.

Посольство Священной Римской Империи занимало поместье князей Литвинов, оборвавшегося во время войны великого княжеского рода. Выдающиеся были маги, правда, всегда малочисленные. Это их и сгубило.

Ворота открылись, пропуская посольскую машину на территорию. Эмилю не придётся выходить под дождь, машина въехала на шикарный помост, прикрытый навесом. Услужливый сотрудник открыл дверь. Шолль вышел, закрепляя в уме манеру поведения молодого маркграфа. С Раулем Шолль чувствовал себя спокойно и достаточно свободно, француз оказался комфортным партнёром, не превращавшим дружеское общение в панибратство, что позволило расслабиться. Сейчас же от Эмиля требовалась собранность.

— Эмиль фон Шолль, — назвал себя сотруднику маркграф, войдя в холл.

— Пожалуйста, следуйте за мной, — молодой мужчина поклонился и жестом показал направление.

Кабинет управляющего подразделением внешней разведки располагался на третьем этаже, между архивами и хранилищем секретных документов. Прежде чем войти, Эмиль сделал глубокий вдох, ещё раз обдумывая возможные ответы на ожидаемые вопросы. Вежливо постучав, Шолль вошёл.

Виктор много курил. Шумно работающая вентиляция не справлялась с табачным дымом, поэтому Эмиль в первую же секунду ощутил резь в глазах. Виктор давно не спал, это было видно по тёмным кругам под глазами и общей бледности. Подняв на вошедшего взгляд, Штауффенберг без церемоний кивнул.

— Рад, наконец, познакомиться лично. Давай мы не будем нарушать рабочую атмосферу переходом на высокопарные речи и изображать здесь придворный этикет. Я заочно знаю тебя, ты заочно знаешь меня. Присаживайся.

Эмиль мысленно отдал Виктору должное, такого захода среди ожидаемых не было. Штауффенбергу удалось удивить Шолля и сбить с выбранной манеры общения. Сев, Эмиль кивнул.

— Я тоже рад знакомству. Чем могу быть полезен?

Виктор сделал последнюю долгую затяжку и загасил сигарету. После чего поморщился, оглядев кабинет, и применил заклинание, чтобы очистить воздух.

— Вот так, — удовлетворённо кивнул, когда дым перестал обнаруживаться визуально, хотя лёгкий запах ещё оставался. — Слышал о том, что в Москве произошло?

Эмиль отрицательно качнул головой.

— Скорее нет, чем да. Знаю только, что спецслужбы что-то между собой не поделили, устроили несколько перестрелок. Скрывали что-то, а когда вскрылось — полетели головы.

— Верно, если по существу. Я знаю, что не могу задавать вопросы о будущем, но, допустим, если чего-то в будущем нет, ты же можешь это подтвердить? Например, в будущем не упал метеорит, уничтоживший обе Америки?

Шолль размышлял несколько секунд, прокручивая в голове инструкции.

— Нет, метеорит не падал. И да, на очень ограниченный ряд вопросов я могу ответить. Но также вы должны понимать, что если бы метеорит упал, я не смог бы сказать да.

Виктор улыбнулся.

— Отлично, этого достаточно, — он потянулся за сигаретами, но одёрнул себя.

Шолль задумался. В его понимании Штауффенберг был великолепным специалистом, иначе не занимал бы свой пост. Откуда такие действия? Неконтролируемые движения? Неужели Виктор устал настолько сильно?

— Мы выяснили, из-за чего началась борьба. Отдел Колониального Контроля откопал где-то в Китае методику, позволяющую серьёзно продлить жизнь. В теории — вплоть до бессмертия.

Эмиль удивился, сосредоточившись, а Виктор продолжал.

— Самой методики у нас пока нет, но мы её достанем со временем. Сейчас она сырая, полно побочных эффектов, но они устранимы. Так вот, Шолль. Была такая в будущем?

Эмиль сам едва не забыл про инструкции, отрицательно покачав головой.

— Нет, первый раз слышу.

Такие вещи очень сложно утаить. Они либо всплывают и становятся общеизвестными, либо навсегда исчезают, пока за них борются. Виктор внимательно отслеживал реакцию гостя, Шолль, впрочем, и не скрывался.

— Ясно, — Штауффенберг улыбнулся. — Значит, этой истории в твоём будущем не случалось.

Шолль едва не подпрыгнул на месте. Понятно, что в этом время Шолль был далеко от России и мог не знать о каких-то конкретных разборках местного значения. Но факт появления секрета бессмертия пропустить не мог. Значит, что-то изменилось. А если изменилось — в этом участвовал инициатор. Виктор обыграл Эмиля, обставил, как мальчишку.

— Мне нужна вся информация, все действующие лица.

Виктор кивнул:

— Конечно, за этим я тебя и пригласил. К нам вся эта история попала через перебежчика. Сотрудник ОКК попросил политическое убежище, у них там сейчас чистка рядов. Перебежчик к истории имеет далеко не прямое отношение, но грешки есть и помимо этого. Могут во время проверки зацепить. Естественно, он поведал нам всё, что знает.

На стол легла обычная непримечательная папка.

— Информация обрывочна. Есть действующие лица из числа оперативников ОКК, есть имена некоторых людей, что были привлечены со стороны. ОКК долгое время сотрудничало с некими торговцами живым человеческим товаром, однако все контакты подтёрты. Физически устранены, часть ещё во время разборок, часть после, когда наводили порядок. Ещё участвовал Специальный Отдел, но там у нас нет информаторов, поэтому никаких имён. Предстоит приложить ещё немало усилий, чтобы распутать этот клубок. Наиболее перспективным мне показался некий специалист, которого привлекали ОКК. Специалист по работе с сущностями иных планов.

Эмиль задумчиво кивнул:

— Да. Сейчас эта тема предельно табуирована. Сейчас.

Определённые намёки он себе позволить мог.

— Я так и подумал, — удовлетворённо кивнул Виктор. — Однако информатор об этом специалисте не знал ничего, кроме самого факта существования. Я уже начал аккуратно наводить справки, однако всплыла одна проблема. Специалистом интересуемся не только мы, но и некто из высшей аристократии России.

Эмиль раздражённо выдохнул. Слова Виктора значили, что по обычным каналам разведки работать нельзя. Две империи являются союзниками. Всем понятно, что и у немцев, и у русских есть разведка, действующая на территории союзника. В рамках союзного договора все придерживаются определённых правил, чтобы не провоцировать друг друга. И как жест доверия, часть резидентов и активов раскрыта и известна. В обычной обстановке контрразведка не мешает коллегам вести работу, пока так укладывается в рамки дозволенного. Однако вопрос информатора как раз выпадал из установленных рамок. Эмилю либо предстоит работать самому, либо привлекать скрытых агентов, о которых неизвестно контрразведке русских.

— Известно, кто именно интересуется?

Виктор отрицательно покачал головой.

— Конкретное имя — нет. Склоняюсь к князю Лопухину, но однозначно утверждать не могу.

Шолль задумался. Участие инициатора было очевидно. Раз всё произошло в Москве, это сужало зону поиска. Однако стоит ли бросать всё и искать этого неизвестного «специалиста»? Но Эмиль от чего-то был уверен: специалист и есть инициатор. В будущем близкое общение с существами других планов у русских магов было налажено по полной программе, тогда как сейчас подобное табуируется. И что с того? Раз инициатор пошёл на использование своих знаний, как некий специалист, ему что-то было нужно. Деньги, влияние, практика, неважно. Что-то его к этому побудило. Это снова ничего не даёт, потому что ловлей на живца озаботится этот Лопухин, начнёт искать специалиста, обещая щедрую награду.

Нет, Шолль должен пользоваться теми знаниями, каких нет ни у кого другого. Впрочем, и здесь Эмиль зашёл в тупик. Конечная цель инициатора очевидна, но путь её достижения оставался неизвестным.

— Я хотел предложить тебе взаимопомощь, — заговорил Виктор.

Мужчина предугадал мысли Шолля и лишь выждал, пока предполагаемый вывод будет сделан, чтобы Эмиль охотнее шёл на сотрудничество. Штауффенберг имел больше опыта и мастерства в том, что касалось управлением разговора и выведением собеседника на требуемые выводы.

— Какого рода? — насторожился Эмиль.

Шолль тоже мальчишкой не был, хоть таковым и казался. Нередко он осознанно позволял себе соответствовать физическому возрасту, вводя собеседника в заблуждение. Шолль ехал сюда уже зная, что Штауффенбергу что-то нужно, нужен Эмиль для каких-то своих дел. Сейчас Шолль в этом убедился, Виктор не по доброте душевной делился информацией.

— Я подключу своих людей к поиску специалиста, — начал Штауффенберг, как водиться, с морковки. — Из тех, на кого не падёт подозрение. Заодно установлю наблюдение за Лопухиным и всеми, кто попытается искать неизвестного специалиста. И при появлении любой информации сразу сообщу тебе.

Шолль мысленно хмыкнул. Как будто Штауффенберг мог предложить что-то ещё. Но даст ли такой поиск результат? Гарантий никаких.

— Щедро. Что требуется от меня?

Виктор чуть улыбнулся, считая, что рыбка уже заглотила наживку.

— Участие в одной операции. Не боевое, конечно же. Присутствовать на балу, несколько разговоров, занятие нужных позиций и наблюдение, не более того.

Шолль поднялся.

— Мне нужно подумать над этим и, — поднял папку со стола, — ознакомиться с материалами. У меня есть время на размышления?

Виктор кивнул:

— Да, три дня.

— Этого достаточно.

Маркграф Шолль вежливо распрощался с Курфюрстом Штауффенбергом, однако уже у самых дверей остановился, обернувшись.

— У меня возник один вопрос, Виктор. Позволите?

Разведчик заинтересовался, сделав приглашающий жест.

— Какого рода информацию вы собираете о Российской Империи?

Виктор удивился.

— Это очень широкий вопрос. Работа ведётся во всех направлениях, где-то интенсивнее, где-то нет. Тебя интересует нечто конкретное?

Шолль задумался. Прямой конкретный вопрос может привести к неприятным последствиям в будущем, повлечь цепочку событий, что обернутся катастрофой.

— Помимо прочего меня интересует следующее. Вы рассматриваете возможный конфликт с Российской Империей?

Штауффенберг по-прежнему не понимал сути вопроса.

— Естественно. Всегда нужно быть готовым к тому, чтобы решить какой-то пограничный спор, либо же спор из-за колоний и силой оружия в том числе. Такая аналитика регулярно передаётся в Рейхстаг.

То есть не более чем обычная работа разведки. Никакой подготовки к масштабным военным действиям. Штауффенберг неплохо держал лицо, но сейчас Эмиль был уверен: Виктор не пытался скрыть что-либо. По какой бы причине ни началась война, заранее подготовку к ней не вели.

— Благодарю, вы утолили моё любопытство.

Покинув посольство, Эмиль отправился домой, готовить переезд в Москву.

Загрузка...