Глава 41

Москва. Центр Службы Безопасности Тихомировых.

Июль 1983 года


Тело князя Тихомирова заваливается набок, от Пугающего приходит чувство удовлетворения. Неполного, князь не успел осознать свою ничтожность и никчёмность перед лицом смерти, но мне и этого достаточно. Сдох и хорошо.

Поднимаюсь на ноги, сплёвывая кровь, сразу сжигая её заклинанием. Голова постепенно проясняется, но до возвращения в удовлетворительное состояние придётся потерпеть пару часов. Подхожу к Славе, медленно возвращающей контроль над собой после вспышки ярости. Нижнюю челюсть девушки вырвало выстрелом, смотрится жутко, но я знаю — всё восстановится и следов не останется. Слава тянет руки к лицу, но я перехватываю ладонь, отрицательно качая головой.

— Вырвало кусок, подожди, пока заживёт.

Звучит ужасно, я плохо соображаю, однако девушка кивает, смирившись.

Подхожу к Люде и помогаю ей. Тоже успела лицом пулю поймать, но у Доброславовой только рассечение по скуле. Ерунда, затянется за пару часов.

— Подождите.

Сосредотачиваюсь и создаю новые маски. Киваю на выход, уверенный, что меня поймут. Наша связь обострилась, даже сильнее, чем я предполагал. С поправкой, что это не эмоциональная, а скорее информативная связь. Взаимопонимание, которое в обычных условиях требует недель и месяцев совместной работы в экстремальных условиях.

Проверяем оружие и выходим. К нам спешит ещё одна группа, но это, похоже, обычные люди. Стреляю, чувствуя неприятную ватность тела. Я всё ещё неприлично силён, быстр и ловок, для местных. Однако каждое движение, каждый рывок ощущается так, будто я бегаю и воюю уже часа три кряду, а то и все пять. Это немного странно, по воспоминаниям выносливости и живучести у носителей Аида должно быть больше, но времени обдумывать нет.

Мы заходим в один из кабинетов, разбиваем окно и, выглянув наружу, выпрыгиваем. Первыми идут девушки, замыкаю я. Так куда быстрее, чем бегать по лестницам. На открытом месте не торчим, забегаем в гараж с раскуроченными машинами. Сюда успело прибежать несколько человек, девушки расправились с ними быстрее, чем я вошёл. Ждём.

Покой помогает, самочувствие быстро улучшается.

Открывается одна из дверей, но никто из неё не выходит, а вместо этого донёсся изменённый маской голос:

— Свои!

— Заходи! — отзываюсь.

Все четверо зашли в гараж, и у меня отлегло от сердца. Я был уверен в них, но беспокойство не отпускало до последнего момента. Брат разве что шёл как-то неуверенно.

— Миша?

— Словил целую очередь зачарованных грудью… Анх сработал.

Мысленно матерюсь.

— Идёшь в центре, не подставляйся. Всё, ходу! Надо убраться, пока гости не пожаловали. Мы трое прикрываем.

Мы выходим и быстро топаем к своим машинам. Я со Славой и Людой следим за тылом, но никто из Тихомировых за нами в погоню не бросился. Мы и так прилично проредили сегодня их Московское отделение, все основные силы, похоже, положили.

Мысли пронеслись у меня в голове за секунду, пока мы шли к улице. Пушки мы уже спрятали, но прохожие всё равно спешили убраться подальше, едва нас завидев. Раздался вой сирен, кто-то вызвал городовых.

— Бегом!

Теперь остаётся провернуть трюк. Формально, если мы уйдём незамеченными, то никаких претензий к нам со стороны городских властей не будет. Однако, если попадёмся городовым и жандармерии — придётся объясняться и платить некислые штрафы, но это ерунда. Проблема в том, что если нас поймают, нам придётся говорить, куда мы ходили, то есть официально признать нападение на Тихомировых. Официально объявить войну, чего я хотел избежать.

Добегаем до машин, рассаживаясь. Часть городовых будет рваться сюда, другая часть устроит оцепление и задействует план-перехват. Осталось не попасть на глаза первым и скрыться от вторых.

Убедившись, что Павел, севший за руль второй машины, готов ехать, воткнул передачу и втопил педаль газа. Наши машины слишком приметны, чтобы пытаться затеряться. Да и одежда на нас тоже не самая обыденная. Пытаться прятаться бессмысленно, когда оцепление закроют, жандармы набросят поисковый купол. Скрыться от этой магии я смогу, а вот прикрыть других, увы. Поэтому необходимо прорываться.

— Никогда не убегал от жандармов, — признаюсь.

— Это как в первый раз. Больно только поначалу, а потом втягиваешься, — поделилась опытом Люда.

Мы проскочили перекрёсток, едва разминувшись с фургоном. Догнали какой-то кортеж, пристроившись в хвост. В замыкающей машине охраны забеспокоились, потерпят они нас только до следующего перекрёстка. Большего и не надо.

Мимо проскочила машина городовых, я вдавил газ, выскакивая на вторую полосу. Виляя через поток, пролетаю ещё один перекрёсток, стараясь не увлекаться, водитель из меня, всё же далеко не великолепный, да и Павел тоже не ас.

Ухожу влево, концентрируя внимание на машинах, поэтому не замечаю жандармов, только слышу сирену. Ругнулся, хотел уйти в тоннель под реку, теперь нельзя, могут устроить горячий приём на выезде.

Свернул, нырнув во дворы. Дальше ехать нельзя, там либо тоннель, либо в центр города, а там от жандармов не уйти точно. Хорошо, в это время ещё не так много машин, как лет через десять, перед самой войной, дворы не заполнены.

Проскакиваю арку, вылетая на какую-то второстепенную улицу. Жандармы следуют за нами, хотя и отстают немного. Ускоряюсь, со скольжением уходя вправо, на внешнюю парковку какого-то торгового центра. Внутрь лучше не заезжать, чтобы не налететь на охрану. Рисковать не буду. Проскальзываю по парковке и удачно вливаюсь в поток автомобилей на другой улице. Оглядываюсь.

Вокруг мелькают машины жандармов, пока на дистанции, здесь обильное движение, просто так не проскочишь, даже если тебе уступают. Но на хвост они нам сели. Начинаю подготовку заклинания. Обычной иллюзией здесь не обойдёшься, нужен фокус покруче. Была бы доступна высшая магия — справился бы, лишь слегка напрягаясь. Пока же придётся исполнять на пределе своих способностей.

— Пригнитесь. Спрячьтесь, чтобы вас не было видно из окна.

Девушки без возражений скользнули вниз. Даю по газам, вновь виляя, Светлов двигается за мной. Увидели, что я вроде как один, тоже спрятались. Вижу знак, запрещающий грузовой автотранспорт, сворачиваю туда, несмотря на необходимость вылететь на встречку. Проезжаем ещё один перекрёсток, вклиниваясь в плотный поток.

Напряжение сил, тёмная пелена на пару секунд накрывает всё вокруг, а когда рассеивается, все машины на пару сотен метров в округе становятся чёрными. Замедляюсь, встраиваясь в общий поток. Готовлю ещё одно заклинание, уже не иллюзию, а более мощное, сложное. Мне требуется на это почти минута, но она у нас есть. Запускаю магию, и прямо под иллюзией мой автомобиль меняет цвет. Реально меняет, перестраивая состав краски. Временная трансфигурация, которую так просто не рассеять.

Мы с Павлом спокойно ушли на другую улицу, проехали мимо злых жандармов, и свернули на большую подземную парковку. Нашли удобное место и остановились.

— Быстро, всё оружие в наш багажник!

В багажник полетело не только оружие, но и часть одежды, сбруи, вообще всё подозрительное. Слава скинула штаны, хитро повязав на бёдрах куртку. Если не присматриваться — немного странного покроя юбка. Юля обрезала штанины ниже колен, получив свободные шорты. Я тоже скинул куртку. Всё ещё приметно, но уже лучше.

— Вы можете спокойно ехать в поместье, — киваю Павлу. — Вас задерживать не за что. А мы ещё покатаемся. Люда — за руль.

Разъехались. Несколько раз мы натыкались на жандармов, и они на нашу машину с известным интересом посматривали, но остановить не решились. Вид нас со Славой, милующихся на заднем сидении, наверное, всё же притуплял их бдительность. Было непросто, челюсть Славы продолжала восстанавливаться, приходилось прятать её лицо. Блокирующие посты посреди города организовывать не стали. Так что через какое-то время из оцепления мы выбрались.

Приехали мы не к Шемякиным, а ко мне домой.

— Что-то мне нехорошо… — призналась Люда, глядя на свои руки.

Слава тоже выглядела плохо.

— Препараты и адреналин отпускают, — ответил я не полную правду. — Потерпи, скоро пройдёт. Слава, ты как?

Славяна жестом показала, что всё в норме.

Выбрались из машины, одному из свободных водителей приказал перегнать транспорт Шемякиным, пусть убирают. Предупредил, что цвет может измениться в самый неожиданный момент. Девушек отправил помыться и переодеться. Сам поднялся в кабинет.

Там меня нашёл Евгений.

— Дмитрий… — мужчина окинул меня взглядом. — Выглядишь так, будто вернулся… — он замолчал, заглянув мне в глаза. — Все живы?

Кивнул.

— Да.

— Хорошо. Все дела у Анны я принял. Навёл порядок в документах. Если есть какие-то распоряжения, готов приступать.

— Спасибо, Евгений. Пока ничего нового, разве что охрану бы усилить на всякий случай. И создать тайники с оружием в быстром доступе.

Объяснять мужчине, с чем связаны такие пожелания, не пришлось.

— Организую, всех проинструктирую.

Отпустив Евгения, я опустился на стул, ожидая звонка. Мне должны позвонить, иначе конфликт не закончится сегодня.

Вошла Слава, одетая как-то по-домашнему уютно, в домашнее платье, свободное и слегка мятое. Челюсть ещё не восстановилась, хотя процесс пошёл быстрее. Видимо, прокачивала энергию через виту.

— Как ты?

Девушка вновь обошлась жестом, успокаивая меня. Спросить что-либо ещё я не успел, в кабинет заглянул слуга.

— Господин, госпожа Доброславова просит вас ей помочь. Я вспомнил, что Люда не снимала куртки.

— Её ранили? — спрашиваю у Славы.

Девушка кивает, причём с таким видом, будто я спросил глупость. Мы все сегодня по несколько пуль поймали.

— Идёшь со мной?

Девушка на секунду задумалась и отрицательно покачала головой. Поднялся и подошёл к Славе, проверяя, насколько хватает моих знаний, как идёт заживление.

— Потерпи, процесс идёт хорошо, так что скоро снова будешь радовать нас своей улыбкой.

По мимике понял, что Слава улыбнулась. Целую её в лоб и поворачиваюсь к слуге.

— Я жду звонка.

Сообразят, как перевести в комнату. Быстро прошёл до покоев девушек, постучался, вошёл, не ожидая подтверждения.

— Люда?

Девушку я не увидел, только кровавые пятна на полу у кровати да брошенную одежду.

— Наконец-то! — донеслось из ванной. — Иди сюда. У меня не такая бешеная регенерация, как у вас со Славой.

Прохожу глубже и вижу Люду, сидящую на бортике ногами в ванной. На девушке только трусы, не трусики, а нормальные армейские трусы, мы все в таких были, но мне не до нижнего белья, у девушки только на спине пять кровоточащих ран.

— Голова не кружится?

Подхожу, первым делом останавливая кровотечения. Не умрёт, раз сюда сама дошла, но в обморок провалиться может.

— Есть немного, — кивает.

Останавливаю кровь и обхожу спереди. Пара ран уже почти затянулись, остальные в процессе. Помогаю остановить кровь, для начала. Потом посмотрим, что у неё внутри, если какой-то орган разорвало, придётся настоящего врача вызывать.

— Славе челюсть вырвало… — с усталым безразличием произнесла Люда.

— До свадьбы заживёт, — отвечаю, опуская взгляд. — Ты кровью писаешь, почку прострелили… Возможно, обе.

Помогаю Люде полностью опуститься в ванну. Срываю испорченную тряпку и выкидываю в сторону. Укладываю, чтобы девушка полулежала. Включаю душ и смываю красноту. Запускаю заклинания, чтобы очистить внутренние полости, где не должно быть крови, от её остатков. Люда начинает кашлять, прочищая лёгкие и пищевод. Да и не только кашлять, естественно, если брюхо прострелено, то и в кишечник попало.

— Сейчас легче станет, — ободряю.

Смыв всю грязь, ещё раз проверю, что больше ничего никуда не течёт.

— Ну как?

Люда кивает.

— И правда, легче. Помоги… — протягивает руку.

Помогаю ей выбраться из ванной и дойти до кровати.

— У тебя физическое истощение, надо плотно поесть. Или укрепляющее зелье выпить.

Люда криво улыбается.

— После подобного ты просто обязан на мне жениться.

Хмыкаю.

— Славе это скажи.

Девушка серьёзно кивнула.

— Да, уже сказала. Мог не проводить ритуал, ничего не изменилось. И за тебя я ещё поборюсь.

Я не нашёлся что ответить.

Загрузка...