Ледышка для двоих

Глава 14

— Малыш, не пори горячку, — Даня врезается в дверное полотно плечом, — поговорим?

— Уже поговорили, — дергаю проклятую ручку сильнее. С размаху бью кулаком в дверь, — быстро выпустите!

— Не надо так, — словив мою руку на втором ударе, Даня прикладывает ее к своей груди, — поранишься.

— Я не ребенок, прекрати так со мной разговаривать, — вырываюсь из захвата и врезаюсь спиной в Саву, — ключ, — беру голосом высокую ноту. Оборачиваюсь через плечо и смотрю вверх на внимательного парня, — что непонятно? — цежу сквозь зубы, выдерживая тяжелое осуждение в карих глазах, — ключ!

— Держи, — он поднимает руку, в которой зажат пластиковый брелок с логотипом фитнес-зала и разжимает кулак. Ключ повисает в воздухе перед моими глазами.

— Спасибо, — сглатываю, стараясь не обращать внимания на прижатый к спине каменный торс. Хватит с меня этих метаний. Выдергиваю ключ и пытаюсь попасть им в замочную скважину. От волнения получается не с первого раза.

— Аврора, стой, — когда я уже готова выскочить, Сава обхватывает меня своими руками, а Даня обратно захлопывает дверь и становится передо мной. Хлопок заставляет встрепенуться. Между нами тремя повисает тишита, прерываемая лишь шумным дыханием. Она становится невыносимой и тягучей. Напряжение простреливает электрическими разрядами. Будто вот-вот что-то должно произойти.

— Пусти, пустите, — шепчу в отчаянии, — ну что вам надо?

— Ты, — Даня резко подается вперед. Скользит губами по губам и влажно целует. Глубоко, жарко. Так, как только он умеет. Втрамбовывает мое тело в Саву своим.

Пытаюсь вдохнуть, скребу ногтями по его груди, отпихиваю. Но Даня словно не чувствует сопротивления, продолжает атаковать мой рот. А руками мнет ягодицы.

— Ты делаешь только хуже, — выдыхаю во время краткой передышки, когда он натужно дышит и облизывается, — Сава, скажи ему. Хватит.

— Не могу, — раздается хрипло сверху.

Даня разворачивает меня спиной к себе. Его ладонь сжимает мою шею, задирает подбородок, заставляя запрокинуть голову и открыться. Он делает это для Савы, подставляет мои губы ему.

— Поцелуй, — шепчет на ухо, — я принимаю тебя такой, какая ты есть, Аврора. И железный человек примет, никуда не денется.

— Нет, — отчаянно мотаю головой. Смотрю куда угодно, только не Саве в глаза. Не хочу видеть презрение.

— Ледышка, — горячим шёпотом мне в губы, — посмотри на меня.

— Не могу, — всхлипываю. Мной овладевает жуткая растерянность и стыд, — не хочу тебя заставлять. Ты нормальный. А я, — кусаю губу, — прости.

— Ты прости, — жадно целует мои губы. Пальцы сжимают мое лицо и челюсть, не позволяя дернуться. Ему все и всегда хочется контролировать.

И мне нравится, как и безбашенность Дани.

Сквозь пелену заторможенного сознания прорывается звук щёлкающего в замке ключа. Рвано втягиваю ртом воздух и распахиваю глаза. Оборачиваюсь на Даню, который не позволяет даже нечего возразить по этому поводу. Обхватывает мой затылок ладонью и притягивает к своим губам. Затыкает меня самым чувственным способом.

— Нет, — судорожно отпихиваю наглые пальцы Савы, задирающие юбку, — что вы делаете? Мы не будем.

— Будем, — коротко отрубает Савелий, спуская ладонь мне между ног.

— Ты не хочешь так, — жмурюсь, когда его палец нажимает через капрон и кружево на клитор. Он настойчиво трет, заставляя меня постанывать, — потом опять будете морды друг другу бить?

— Оно того стоит, — Даня задирает юбку сзади.

Оба действуют слаженно. Савелий расстегивает мелкие пуговицы на блузке, пока Даня придерживает мне локти и не дает вырываться. Тянет шелковую ткань по плечам и рукам. Щелкает застежкой лифчика, кусает лопатки и шею. Сава сдергивает чашечки лифчика вниз и опускается на колени.

— О боже, — задыхаюсь, видя его голову ныряющую мне между ног. Колготки вместе с трусами едут вниз до колен, а расстегнутая юбка так и болтается на талии.

Кусаю губы, гася собственный крик, когда язык Савы скользит между моих лепестков. Он нагло раскрывает их, слизывая влагу и щелкает по набухшему клитору.

Уровень развратности в помещении зашкаливает. Меня всю бьет дрожью.

Томно стону, ища губы Дани. Нащупываю и требовательно впиваюсь в них.

— Только один раз, — шепчу сбито, — один. И никто не узнает.

— Никто не узнает, — вторит он. Ладонь мнет мою попу, поглаживает сзади пылающий вход во влагалище, ныряет внутрь пальцами.

— Ааа, — задыхаюсь от бегущих по коже горячих мурашек. Ощущений слишком много, до невыносимости. Одной рукой тереблю волосы Савы, другой поднимаюсь по шее Дани и вцепляюсь в его рыжую шевелюру.

Внутри начинает нарастать пульсация. Мышцы подрагивают вокруг Даниных длинных пальцев. Мне хочется больше.

— Не могу больше, — реагирую на круговые ласки клитора. Савелий прикусывает его и встает. Все губы блестят от моей смазки.

Сглатывает шумно и опять принимается ласкать пальцами. На этот раз с Даней. Мои глаза расширяются, когда я чувствую обоих там. Они ныряют в меня, гладят вокруг, касаются клитора и колечка тугого сфинктера.

— Хочешь? — нашептывает Даня. Его палец давит на тугое кольцо сзади, как до этого делал раньше Савелий. Проникает внутрь, ритмично насаживая.

Они до сих пор в шортах, трутся о меня стояками через ткань, но не раздеваются.

— Снимите, — хриплю сбивчиво, — пожалуйста, хочу вас.

— Нет, — Сава мотает головой. Его взгляд конкретно пьян, — едем ко мне.

— Почему к тебе? — Даня перебирает мой сосок пальцами, сплющивает его и проводит языком вдоль пульсирующей венки на шее.

— Ближе, три минуты.

— Я не поеду с вами, — еле шевелю языком. Все тело обмякает от их синхронных ласк. Низ живота горит, — еще чуть-чуть, пожалуйста. — Сосредотачиваюсь на скольжении их пальцев. Они в обеих дырочках и на клиторе. Без ласки не остается также грудь. Савелий склоняется и обсасывает вишенки сосков, втягивает их в рот поочередно.

Внутри сжимает все стремительнее, отчего пальчики на ногах поджимаются и тело вытягивается струной. Я с силой впиваюсь в плечи Савы и откидываюсь головой на грудь Дани. Мне нужно как-то удержаться и не упасть на дрожащих ногах.

— Нет малыш, — Сава выдергивает пальцы из меня и целует в висок, — придется подождать.

«Сволочь!» — чуть не срывается с моих губ, но я их закусываю. Внутри все продолжает требовать финальной точки. Тело готово и ждет.

— Даня, — жмусь к нему спиной и провокационно жмусь попкой. К черту все и гордость в том числе, мне сейчас очень нужно. Треклятые волны возбуждения сжимают и скручивают меня внутри. Соски горят.

Не представляла, что уровень возбуждения может быть столь высоким. Как у нимфоманки одержимой сексом какой-то.

Обеими руками цепляюсь за его мощную шею. Делаю телом волну. В ответ раздаются хриплые стоны и ругательства. Сава смотрит на мою агонию, облизывая пальцы. Подносит их к носу, втягивает аромат и сжимает свободной рукой пах. В глазах чернота, чудовищная дыра, засасывающая меня.

Рассеянно смотрю вниз на собственное тело, по которому гуляет его взгляд и шокировано охаю. Расстегнутая и болтающаяся на локтях блузка, лифчик свисающий там же, задранная на поясе юбка и скомканные на коленях нейлоновые колготки с трусами. Да и не забыть полусапожки из белой кожи на высоченных каблуках.

— Пиздец хочу тебя, — выдает сзади Даня отрывисто, — сука, сдохну пока доедем, — его палец все также бесстыже растягивает узкое местечко. Ласка кажется грязной и пошлой, но мне не хочется прекращать. Пусть Сава и понимает, что происходит.

Скромность и адекватность в данный момент помахали моему напичканному дофамином мозгу ручкой и свалили в закат.

Сава втягивает шумно воздух, опускает ладонь мне на шею и ведет по телу. Гладит, щипает за сосок. Отбирает одну руку и кладет себе на пах. Моей ладонью сжимает член через ткань.

От того, как он подрагивает, становится еще хуже. Сава говорил, что хочет в рот.

Я не пробовала и не была уверена, что мне может такое понравиться. Но прямо сейчас задумываюсь. Провожу языком по сухим губам, увлажняя их и делая блестящими.

— Поехали, — бросает он коротко в сторону, — иначе заночуем в зале.

— Бля, — Даня прикусывает мое ушко, — ты точно железный, — в последний раз разворачивает мое лицо к себе и прижимается к губам, — но я не такой, Аврора. Я горячий.

Не отпуская, принимается меня одевать. Хватаю от возмущения ртом воздух, но внимания никто не обращает. Сава болезненно морщится, поправляя член и натягивает обратно мои трусы и колготки. Через минуту я полностью одета.

Не уверена, правда, что это позволит скрыть мое состояние. Я вся измята, волосы растрепаны, на щеках непреходящий румянец. Главное сейчас не думать. Мы втроем на одной волне. Нам хорошо.

Что, если действительно что-то получится? Если мы сможем?

Парни быстро переодеваются, натягивая джинсы и футболки. Все происходит лихорадочно торопливо, словно каждый боится, что кто-то другой может передумать.

Я чаще смотрю на Савелия, проверяю его, пытаюсь почувствовать, что у него внутри. Действительно ли ему комфортно с нами. Меньшее, чего я бы хотела, чтобы он себя принуждал.

— Идем, — Даня распахивает для меня куртку.

— Идем, — всовываю руки в рукава и следую за Савой, когда тот выходит в коридор. Мне становится некомфортно, я прислушиваюсь к окружающей обстановке. А вдруг кто-нибудь нас слышал?

Но музыка, льющаяся из основного зала более-менее успокаивает. Она громкая и заводная, как раз для тренировок. Никто бы ничего не услышал. Секс так точно.

На ресепшене Савелий бросает ключ от зала на стойку. Выдыхает, ожидая пока администратор отдаст им с Даней абонементы.

— Привет, — раздается со спины. Сладкий женский голосок неприятно царапает мне по нервам.

Эва.

— Привет, — Даня разворачивается, выпуская мою ладонь. Я молюсь, чтобы она этого не заметила. У нее точно возникнут вопросы, почему я держала друга моего официального парня за руку, — не знал, что ты сюда ходишь.

— Уже неделю вместе с Лерой. Привет, Аврора, — добавляет она громче.

— Привет, — разворачиваюсь тоже. Саве отдают абонементы и он обнимает меня со спины.

— Эва, как дела? — в его голосе полностью отсутствует интерес.

— Хорошо, — та покачивается на пятках. При этом демонстрирует нам свою фигуру, обтянутую коротким топом на бретельках и миниатюрными шортиками, — хотела узнать, может ты мог бы посоветовать мне толкового тренера, — поворачивается к Дане, — или сам мог бы меня потренировать? — в голосе и позе откровенное предложение. И отнюдь не спортом заняться.

Но меня напрягает не это, а то, как она смотрит на меня. Потом на Савелия и Даню. Мне чудится, будто Эва что-то подозревает. Может быть даже заметила как мы с Даней взялись за руки. И еще мой ужасный вид с распухшими губами. Он ведь все выдает. Боже, только идиот не догадается, что у меня был секс.

— Неплохо вы друг друга, — Эва морщит свой носик, указывая на потрепанный вид Дани. Подходит близко и осматривает разбитый подбородок, — может быть лед приложить? — ее пальчики осторожно прикасаются к его лицу и меня рвет от приступа ревности. Хочется подойди и отпихнуть, чтобы даже подходить не смела.

— Дома, — Даня без эмоций отводит ее ладонь.

— Нам пора, — Сава кивает ему, — идем, — сплетает наши пальцы и ведет на выход из зала.

— Пока, — кидаю Эве. Проскакивая мимо нее, стараюсь не встречаться взглядами.

«На воре и шапка горит», — так кажется говорят. Это однозначно про меня. Я вообще не из тех, кто любит что-то скрывать. Тайные свидания с Савой и Даней сожгли всю мою нервную систему дотла. Спать ночами не могла.

Что будет со мной сейчас, ума не приложу.

— Я за вами, — Даня сворачивает к своему внедорожнику, пока мы садимся в Савин. Внешне все выглядит совершенно обыденно. И только я как оголенный параноидальный нерв.

— Сава, я, наверное, не смогу, — оборачиваюсь на него, держа в руках так и не пристегнутый ремень.