Ледышка для двоих

Глава 24

Утренняя съемка Авроры проходит в одной из интерьерных студий Москвы. Если в нашей было лишь профессиональное оборудование и фоны, то здесь огромные оформленные павильоны.

Тот, в котором будет сниматься Аврора, похож на эко-отель или что-то в этом роде. На стене огромное панно из мха, кругом натуральный текстиль и материалы.

Народа на пятидесяти квадратах уйма. Фотограф носится с осветительным оборудованием, визажист и парикмахер берут мою малышку в плен и уводят в гримерку, стилист развешивает одежду на вешалках. Заказчик расставляет свою продукцию — коврики для йоги, аромо-наборы, массажёры.

На меня, засевшего в углу на небольшом диванчике, внимания никто не обращает.

— Аврора пришла? — в студии появляется высокий накачанный блондин. Он оценивающе рассматривает себя в одном из зеркал рядом, бросает большую спортивную сумку недалеко от меня.

— Да, — фотограф морщится при его появлении, — она в гримерке. Ты тоже иди. — Угу, — парень скидывает свитер и трется рядом с продукцией. Что-то берет в руки, осматривает.

Он красавчик и меня это напрягает.

— Макар, иди давай. Тебе потом бокс на обзор соберут.

— Клева, — он ухмыляется расслабленно, — пойду с Роркой перетру, давно не виделись.

Фотограф качает головой и отворачивается.

Я прекрасно понимаю, что этот Макар — модель. Но все равно ревную. Высокий, лет двадцать, спортивный красавчик с обложки.

— Господи, докатился, — кривлюсь от своих мыслей. В просвет двери, где он над Авророй нависает, засматриваюсь. Улыбается ему, позволяет поцеловать в щеку, что-то быстро рассказывает.

Если бы не зазвонивший в руке телефон, я бы уже отправился выяснять насколько тесная у Авроры дружба с этим хмырем.

Даня быстро рассказывает мне про встречу с адвокатом. Про успехи детектива, которого он еще вчера на раскопки прошлого Стаса отправил. Не нашел нам Рору, так хотя бы тут пусть отрабатывает.

— С виду все неплохо у Стаса, — Даня мрачно смеется, — братик крышует. Но, есть куча людей, которым они перешли дорогу. Модельный бизнес очень прибыльный. И эти двое не теряются.

— Что предлагает адвокат?

Аврора выходит из гримерки в коротеньких хлопковых шортиках болотного цвета и белом топе. Волосы собраны в высокий хвост, на лице легкий макияж. Следом за ней плетется Макар, склоняется над ее ухом, смеется и подхватывает Аврору на плечо.

— Похудела, что ли?

— Пусти, — она отпихивает его, на меня смотрит с испугом.

— Ладно тебе, соскучился я, — Макар ставит ее на коврик, — что ты, как неродная?

— Астахов предлагает поговорить с девушками в такой же ситуации, как и Аврора, — продолжает говорит Даня. — Предложить им помощь взамен на показания.

— Согласен. Это будет не частный случай, а серия.

— Есть слухи, что одна из девушек вены себе вскрыла в прошлом году, — вздыхает друг, — она не в Москве, домой уехала в Новосиб.

— Надо съездить, — мое тело напрягается. В голове мутится. После того, что Стас сделал с Авророй, она тоже могла не справиться. Что братья той девушке сделали, что она на попытку суицида решилась?

— Да, — тянет Даня, — но только нам нельзя. Мы лица заинтересованные, так адвокат сказал. С нас деньги на его гонорар, защита Авроры, чтобы ее не запугали и не заставили молчать. И выдержка. Эти суки сесть должны, а не в больничку уехать и соскочить.

— Знаю, — сглатываю ком в горле. Мы с Даней вопрос потери ребенка Авророй еще не обсуждали. Но вместе с избиениями это нехилый триггер. Сорваться будет раз плюнуть.

Я о детях никогда не задумывался, рано еще. В идеале думал завести их после тридцати, может быть даже ближе к сорока.

Но от мысли, что ребенок мог бы уже быть, больно. Три месяца, мальчик или девочка. Малыш от любимой женщины.

Стас сделал все по-скотски, обманом. Убить бы эту тварь...

Дверь павильона хлопает и Стас вваливается на площадку. Злой и взъерошенный. Он лихорадочно шарит по помещению, пока не находит объект своей злобы — Аврору.

Идет к ней, сжимая кулаки. Но, блядь, не угадал, падла..

— Стас, — дергаю его за руку, останавливая движение, — привет.

— Что? — он оборачивается на меня и бледнеет, — пусти. Ты что тут делаешь? Кто его пустил? — начинает повышать голос.

— Пошли, — дергаю его, как тряпичную куклу на выход. В студии повисает гробовая тишина и все оборачиваются на нас, — мы выйдем со Стасом поговорить, продолжайте.

— Савелий, — растерянная Аврора несется к нам, — подожди, я с вами.

— Не надо, мы сами, — пихаю Стаса в дверь и со всей дури бью его ладонью в плечо. Хочется кулаком, но тогда сломаю.

— Нет, — глаза малышки расширяются. Она выбегает в коридор следом, захлопывая дверь, — не трогай его, Сава. Не марайся.

— Дружков своих натравила? — Стас оборачивается, держась за плечо, — ты мне за все ответишь. Ты у меня знаешь где? — шипит от, брызжа слюной и сжимает кулак.

— Где? — с размаху впечатываю его в стену спиной. Кулак врезается рядом с его лицом. Слежу за натужной злобой, которая бродит по лицу Стаса. Губы дергаются, глаза бегают, — так что, Стас? Говори, не молчи.

— У нее контракт, — гавкает сука.

— Рабочий, а не рабовладельческий, — отвечаю спокойно, хоть внутри все и кипит, — и его очень скоро проверят мои юристы.

— Да кто ты такой? Кто твои юристы такие, чтобы я им что-то показывал? — визжит, тыкая мне в грудь пальцем, — отвалил, быстро, а то в полицию позвоню.

— Что, на братца надеешься, падла? — свободной рукой сжимаю его шею, перекрывая кислород, — зря.

— Пусти, — хрипит, хватая воздух, — Аврора, скажи ему.

— Не буду, — она стоит рядом вся белая. Дрожит и глаз оторвать не может от моей руки. Уверен, она миллионы раз представляла как делает то же самое, только у нее, в отличие от меня, сил на это не было.

— Вы сядете, ясно? — Пытается отбиться Стас.

— Не думаю, — бью его в живот кулаком. Через пиджак и рубашку, так что следов не останется. Но больно пиздец.

— Аврора, — корчится Стас. Хрипит, хватая воздух, — скажи, скажи ему.

— Смотри на меня, — сжимаю его лицо, поворачивая к себе, — ребенок, которого ты убил, был моим.

В его выкатившихся, пошедших красными прожилками глазах, глазах появляется дикий страх:

— Никого я не убивал, она придумала, — то ли хрипит, то ли сипит.

— Ты смертник, Стас? — двигаюсь к нему так близко, что слышу его кислое дыхание, — не боишься, что башку тебе сейчас сверну?

— Ты сядешь за это, — его руки сжимаю мою и пытаются отодрать. Лицо наливается кровь. Изо рта брызжет слюна. Так возмущается, будто праведник ебаный.

— Сядешь ты, — разжимаю ладонь. Внутри колошматит ад, но я блядь права не имею подвести Аврору и Даню.

Я хочу на свободе быть. Рядом с той, которую нашел. Сделать ей ребенка, любить их. Ради этого стоит остановиться.

— Думаешь, без меня сможешь? — он держится за шею, судорожно хватая воздух ртом, — ты без меня ноль, поняла. Я тебя сделал звездой, я и задвину. Ни одного контракта тебе не видать без меня, ясно? Еще приползешь.

— Закрой рот, Стас, — Аврора усмехается. Она трясет головой, приходя в себя, — это явно не то, что меня испугает.

— Дура.

Замахиваюсь, но в последнюю долю секунды удерживаю кулак у его лица:

— Еще раз и тебя точно не соберут.

— Пошли вы, — Стас начинает пятиться от нас спиной по коридору, — я это так не оставлю.

— Не переживай, мы тоже. Иди документы готовь, юристу нужен контракт Авроры. Проверим каждый твой пункт на правомерность.

— Только через суд, раз такие умные, — он дрожащими ладонями привел в порядок растрепавшиеся волосы с проседью. Одернул пиджак и застегнул на пуговицу.

— Ты как? — разворачиваюсь к Авроре и прижимаю дрожащую малышку к себе. Стас свалил и мы можем побыть вдвоем.

— Нормально, — шепчет она тихо. Ладони цепляются за мою шею, — спасибо, что остановился сам. Не знаю, что со мной.

— Тише, — целую влажное от выступивших слез лицо, — все хорошо.

— А если он придет, когда вас не будет? Мне страшно.

— Или я, или Даня, кто-нибудь обязательно будет рядом. Если потребуется, у тебя будет персональный охранник.

— Хорошо, спасибо, что возитесь со мной.

— Тише, — покачиваюсь с ней в руках. Хочу только одного — утащить ее домой. Отгородить от проблем, спрятать.

Но, черт…

— Аврора, ты скоро? — в дверях появляется фотограф, — где Стас?

— Отъехал, — она быстро промакивает ладонями щеки, — иду, одна минута.

— Ждем.

— Аврора, — перехватываю ее ладонь, когда она разворачивается к двери, — тот парень, с которым ты снимаешься.

— Макар? — она поднимает бровь.

— Он ведет себя… — я медленно тяну в себя воздух через ноздри, — у вас что-нибудь было?

— Нет, — она мотает головой. На губах появляется слабая улыбка, — ты ревнуешь?

— Пиздец как, — говорю через зубы.

Всю съемку слежу за парнишей, который так и норовит Аврору потрогать. Касается, сука, слишком интимно. Поглаживаю и вечно что-то нашептывает. Даже несмотря на мое присутствие и собственническое отношение к ней в перерывах. У меня от нахальства Макара рвет башню. Изготовитель чертовых ковриков для йоги ведет себя не лучше.

— Ты похож на Отелло, — сообщает мне уставшая после дня съемок Аврора. Мы едем в ее квартиру, чтобы собрать вещи.

— Тебя все хотят полапать, — скашиваюсь на нее.

— Половине мужчин, что были сегодня на съемках, я в принципе не интересна, — она прикусывает губу, — мы как подружки. Понимаешь о чем я?

— Да… — тяну и до меня доходит, — но Макар точно клеился.

— Он ко всем клеится. Даже диагноз оправдательный для этого имеет — сексоголизм.

Квартира Авроры меня удивляет многолюдностью. Оказывается, она живет еще с тремя моделями.

— Рора, заезжал Стас. Он был дико зол на тебя, — подскакивает рыжая. Фигура у нее, как и у остальных девушек, похожа на Аврорину. Стас действительно подбирает по определенным параметрам. На меня девушка смотрит с удивлением, — это кто? Нам нельзя водить парней, ты что не помнишь?

— Я уезжаю, — Аврора проходит мимо говоруньи в одну из комнат. Я следую за ней.

— Как? А Европа? — Та ошарашено оборачивается на брюнетку, — Стас знает? Что у вас случилось?

— Узнает.

Аврора вынимает из зеркального шкафа огромный чемодан и начинает складывать туда вещи. Она курсирует в ванную, в спальню и обратно.

— Европа под вопросом, но если вариантов не будет — поеду, — Рора устало отмахивается. — Савелий поможет мне с контрактом. И я заявлю о побоях и прочих нарушениях.

— Ты, что, спятила? — все девочки разом влетают в ее комнату и тут становится тесно, — это тебя он надоумил? — кивает в мою сторону. — Я с Макаром сегодня снималась после тебя и он в шоке от твоего парня, — девушка делает пальцами кавычки.

— Я хочу Аврору защитить, — забираю у нее чемодан, — он ее пальцем больше не тронет.

— Дура, Стас же тебя турнет, — надрывается рыжая, — ну замахнулся пару раз, пофиг. Меня отчим и не так колошматил. Стас нормальный. Квартира, работа, деньги — у нас все есть. Что ты творишь?

— Дура не я, — Аврора смотрит на нее печально, — и меня никто, кроме него не бил. Это не нормально, слышишь? Как ты можешь такое говорить?

— Неженка, — девушка надменно усмехается.

— У нас с тобой разные взгляды на то, что можно и что нельзя с женщиной делать, Наташ, извини, — отмахнувшись от нее, Аврора дает мне еще сумку.

— Если Стас предложит, в Европу вместо тебя поеду, — говорит с вызовов.

— Вперед. Мирамистин и презервативы не забудь.

— Ой бля, святая ты наша, — летит нам в спину, — посмотрим, какая ты гордая ходить будешь, когда Стас своего Николая подключит.

— Не обращай на нее внимания, — Аврора прислоняется к стенке лифта, — у Наташи была очень сложная жизнь, намного ужаснее моей.

— Она готова терпеть побои.

— Отчим избивал ее до полусмерти. Страшно, но то, что делает с ней Стас — действительно лайт.

Мы приезжаем ко мне в квартиру. Аврора улыбается, видя царящие здесь чистоту и порядок.

— У тебя уютно, — она разувается. Вешает шубку в шкаф у входа, — и постеры на месте, — проходи мимо моих супергероев в гостиной. — А груша где?

— Здесь есть спортзал, там, — обнимаю ее со спины. Оплетаю руками и втягиваю запах волос. За день они пропитались огромным количеством средств для укладки. На коже какие-то блестки. Она родная и одновременно необычная.

— Где мне можно расположиться? — ее голос становится чуть ниже.

— В спальне, — подталкиваю Аврору к нужной двери.