Мишень Номер Один

Глава 11

ДАЖЕ СОЛНЦЕ НЕ успело выйти, как я уже была на ногах. С самого утра маникюр, педикюр, маски для лица. И, прости Господи, депиляция. На что не пойдёшь ради Его Светлости.

Пришлось привести себя в боевую готовность, чтобы он закрыл глаза на свою Инночку, и был только моим. Да, соревноваться с таким бюстом – заранее проиграешь. Но я попыталась увеличить свои шансы. Надела лифчик, который был с таким пуш-апом, что у моего папы глаза на лоб вылезли. Вот так вот у доченьки за ночь выросла грудь на размерчик. И платье выбрала подходящее. Женственное и немного провокационное. Шоколадного цвета с длинными и свободными рукавами, короткой юбкой, намного выше колена и большим вырезом в зоне декольте. Настолько большим, что Светлый может в нём потеряться.

– Только не говори, что ты в таком виде гулять собралась, – угрюмо сказал папа допивая вторую кружку с кофе.

– А что, собственно говоря, не так? – выдохнула я копаясь в фотошопе на телефоне. – Главное, какое содержание внутри, а не снаружи.

– Поэтому ты вырядилась, как непойми кто.

– Она вырядилась, как молодая и красивая девушка, которая хочет нравиться... людям, – легко усмехнувшись положила мама голову на плечо папы.

– Людям или хмырям каким-то? – нежно погладил маму по волосам папа.

– А хмыри уже не люди? – рассмеялась я закончив редактировать фото, которое делала специально для будущего парня. Все мы знаем, кто это будет.

Это фото станет неким поводом написать мне и сказать, как он скучает и хочет поскорее увидеть. Я специально выложу его после нашей с ним встречи. Он на сто процентов зайдёт на мой профиль, чтобы полюбоваться и в который раз убедиться, что я лучше всех.

– Только попробуй привести очередное ничтожество в мой дом, – буркнул папа. – Твоего Андрюши нашей семье хватило.

– Не переживай, – ласково ответила я сдерживая улыбку. – Андрюша уже пройденный этап. Как и другие недозревшие мальчики.

– Это ещё что за заявления?

– Пап, это просто к слову пришлось, – мне не хотелось провоцировать его. Только если самую малость. Главное, вовремя остановиться, пока у него венка на лбу не вылезет.

– Валечка, мы с папой знаем, что ты сделаешь правильный выбор. И его мы примем целиком и полностью, – посмотрела мама на папу строгим взглядом. – Так ведь, милый?

Милому, ну то есть, моему папе ничего не оставалось, как угрюмо кивнуть. Был бы Роман Андреевич таким покладестым... цены бы ему не было. А так приходится завоёвывать.

– Примем. Только если хмырём очередным на окажется.

Ну что ты, папочка. Этот хмырь образованный, воспитанный и культурный. Птица высокого полёта, которая никак не может спуститься с небес на землю. Немного высокомерная, но такая красивая. Сил моих уже не хватает.

Я решительно поднялась, чтобы поскорее реализовать свой коварный план, который был надёжный, как швейцарские часы. Только, как мы выяснили, со Светлым даже такие часы могут сломаться.

Но я настроена на победу. А если Оленьева решила взять чьи-то кхм… в крепкий женский кулак – ему не сбежать. Пусть даже не пытается.

– Хорошего вечера, доча, – рассмеялась мама уткнувшись папе в шею. – Повесились от души.

– Только без глупостей, – добавил папа посматривая на камин по центру стены. Рядом с которым мы всегда собирались всей семьёй и играли в разные настольные игры. Чаще всего в монополию. Папа с самого детства приучал нас с Олесей к финансовой грамотности, чтобы в будущем из нас получились хорошие руководители. Олеська никогда не доигрывала до конца, постоянно уходила тяжело дыша ноздрями и с опущенной головой. А потом быстро возвращалась, даже не смотря в мою сторону.

Монополия пылиться на одной из полок, где валялась всякая всячина. Никому уже нет дела ни до этой игры, ни до Олеськи. По-началу, папа пытался её найти, но даже его связей не хватило. А мама тихо плакала в подушку, думая, что её никто не слышит. Забыв, что стены у нас тонкие. Мне было жаль маму, но она не хотела, чтобы её жалели. Поэтому, проще было сделать вид, что я слепая и глухая. А Олеська ещё за всё ответит.

– Это вы тут без глупостей, – улыбнулась я на прощание родителям, которые ведут себя хуже подростков. Но за это я их и люблю. – Буду поздно вечером.

Дверь за моей спиной молниеносно захлопнулась, а вызванное такси уже ждало своего пассажира.