Мишень Номер Один

Глава 21

ВСЁ ПРОИЗОШЛО СЛИШКОМ быстро. Я не успела опомниться, как увидела нависающего Светлого над Андреем. Он прижал его к полу, сжимая одной рукой порванную куртку, другой же – крепко держал букет свежих белых роз, в такой же белой упаковке. Я пыталась отдышаться, плотно прижимаясь к стене. На душе даже стало спокойнее, зная, что Светлый рядом.

– Профессор, ты чё берега попутал? – злобно прошипел Андрей.

– Хлыстов, не забывайтесь, – холодно ответил Светлый, сжимая букет до хруста. – За пределами университета – я обычный мужчина, который готов защищать свою девушку, в случае опасности и даже лёгкого недопонимания.

– Это ты мне морду бить захотел, профессор недоделанный? – с насмешкой в голосе отозвался Андрей. – Силёнок то хватит?

– Можете в этом не сомневаться, – любезно, почти тепло ответил Светлый.

– Так давай, чё ты ждёшь? Драки с профессором у меня ещё не было.

– Неинтересно. Силы заведомо не равны, – спокойно ответил Светлый. – Да и вы, Хлыстов, явно не в адекватном состоянии. Давайте вы просто извинитесь перед Валентиной и попытайтесь больше не попадаться мне на глаза.

Взгляды двух мужчин встретились. Хотя, кого я обманываю? Одного мужчины – сильного, красивого, умного, сексуального… И придурка с длинным языком, дебильными шуточками и заторможенным развитием. Хлыстов всячески пытался спровоцировать Светлого. Не только словами, а и неким насмешливым тоном. Напряжение росло, но Роман Андреевич даже не дрогнул. Видимо, работа преподавателем закаляет не только нервы, но и выдержку.

– Валь, а ты не планируешь рассказать своему престарелому парню… правду? – невзначай бросил Андрей.

– Рот свой закрой. Иначе, я сама его закрою, – шикнула я и уже хотела на него наброситься. За компанию. Только Светлый не дал. Он перекрыл мне дорогу рукой.

– Валюша, поставь цветочки в вазу, а то завянут… Жалко будет, – нежно вложил он мне в руки букет, мягко намекая, чтобы я удалилась и не мешала их «мужскому» разговору.

В его голосе слышалась угроза и скрытая злость. Я прижала цветы к себе, но уходить не спешила. Одному Богу известно, что будет дальше, а драка мне здесь не нужна. Конечно, приятно, когда из-за тебя дерутся два мужчины… Есть в этом что-то, что повышает самооценку и собственную значимость. Только сегодня я не в настроении терпеть скотское поведение Андрея. Да и со Светлым я планировала провести более приятный вечер.

– Я вам дам пищу для размышления, Роман… Ан-дре-евич… – насмешливо улыбнулся Андрей. Он попытался подняться, однако Светлый грубым движением ударил им об пол.

Изо рта Хлыстова вырвался обречённый смешок. Он посмотрел мне в глаза и подмигнул. Я не знала, что это значит, но такой жест мне не понравился.

– Ваша «любовь» с Валей… это фальшь, фарс, какие там ещё есть синонимы?... Не подскажите? – продолжил Андрей. – Молчите?… Ладно, я скажу. Она, как и я, ненавидит вас. Презирает и брезгует. Все эти милые слова, обнимашки и поцелуи были сделаны с целью вышвырнуть меня из универа. А ещё наказать… За то, что я ей изменил и долго-придолго вешал лапшу на уши. Видите-ли, она всё ещё меня любит. Даже на поцелуй ответила. Только вы помешали. Ох…, что было бы потом. Стены бы тряслись, да штукатурка сыпалась. Может, вы свалите и мы продолжим? Вы свою роль в нашем невинном споре уже выполнили. Пора дать дорогу молодым.

– Это неправда! – попыталась я защититься. – Не верь ему…

Я перестала дышать и попыталась подойти к обездвиженному Светлому. На глаза накатились слёзы. Я боялась, что он поверит Андрею. Что он уйдёт и не вернётся. Плечо Светлого дрогнуло, когда я к нему прикоснулась. Но он даже не повернулся в мою сторону. Молча продолжил сверлить взглядом Хлыстова, который получал особое наслаждение от данного представления.

– Это не так, – дрогнул мой голос. – Врать не буду, спор был, но это…

– Ты его любишь? – прервал меня Светлый.

Меня удивил его вопрос, даже больше его реакция. Мне казалось, что Светлый фыркнет, вильнёт хвостиком и покинет мою квартиру громко бахнув дверью, но нет. Его будто не интересовал этот дебильный спор, то, что я играла с ним во влюблённую дурочку, даже тон его был не обвиняющим, как обычно, а просто уставшим. Словно, из всего монолога Андрея он услышал только о мнимой любви. А может, это его больше всего и интересовало. Я уже не была ни в чём уверена.

Я даже рот не успела открыть, как Андрей снова начал тявкать. У него явно отсутствует инстинкт самосохранения. Наего месте, я бы придержала язык за зубами, если бы надо мной нависал такой мужчина, как Светлый. Хотя…

– А губки у неё такие же сладкие и нежные, как раньше, – выплюнул слова в лицо Его Светлости наш вечно храбрый Андрюша. – Успели её уже потаскать? Понравилось? Или она мало старалась, не так, как для меня?

Слова Андрея вывели из состояния равновесия не только меня, но и Светлого. Видимо, нам хотелось одного и того же, чтобы этот придурок поскорее покинул моё скромное жилище. Я скривилась и уже хотела послать его к кошкиной матери, и даже показать направление средним пальцем, однако Светлый, чьи мышцы напряглись, а лицо потемнело, он негромко сказал:

– Повтори.

Андрей усмехнулся. Глупо и самодовольно, как умеет.

– Я сказал, что она целуется так же, как раньше. Мягко… Сладко… Хочешь подроб…

Чёткий удар Светлого оборвал Андрея на полуслове. Он пришёлся по лицу. Если быть точнее – по левой скуле. Андрей даже не успел прикрыть лицо, настолько всё произошло быстро. Удар был точным, натренированным и очень агрессивным.

Я вскрикнула, а Светлый даже бровью не повёл.

Первый удар не стал последним. Последующие последовали в нос, губу, живот. Куда угодно. Лишь бы сделать, как можно больнее. Андрей даже не пытался защищаться, он просто пытался сбежать, но Светлый лишь раз за разом впечатывал его голову в пол, почти что до хруста черепной коробки. Или что там у него.

– Хватит! – закричала я, но Светлый на меня не реагировал.

И тогда я крепко вцепилась в его руку, пытаясь остановить удар, но ничего не получалось. Его разум больше не контролировал тело. Вот что бывает, когда долго держишь себя в руках. Лицо Андрея медленно, но уверенно превращалось в нечто. И нет, мне не было его жалко. Ничуть. Я просто вспомнила о проблемах Романа Андреевича с доблестной полицией. Его могли повязать за одну только ссадину нанесённую подобию человека, не говоря уже о побоях.

Я двигалась инстинктивно. Не знаю, что мною двигало. Точно не здравый рассудок, ведь и мне могло прилететь. Ну знаете, эмоции, чувства и ещё новая информация о споре… Отлетела бы я от одного только его удара, как мягкая игрушка. И даже писку бы не издала.

Времени думать у меня не было. Поэтому я просто запрыгнула ему на спину. Ну а что? Такой балласт хоть и приятен, но кулаками размахивать мешает.

Я зацепилась за него резко и неуклюже. Ногами, точнее одной ногой, обвила его талию, прижалась всем телом и крепко схватилась за его разгорячённую грудь. В которой сердце было готово выпрыгнуть. Розы шипами впились в мои ладони, а несколько лепестков посыпалось на лицо Андрея, придавая ему лёгкость, прикрывая ссадины и кровь, которая сочилась с его губы.

– Остановись, – прошептала я ему на ухо, так, чтобы даже Андрей не услышал. – Успокойся и приди в себя. Ты мне нужен…

Последние слова дались мне с трудом. Да и я сама не поняла, как выдавила их из себя. Видимо, это шок и пережитый стресс повлияли на меня.

– Я люблю тебя.

Светлый замер. Не сразу. На осознание ему понадобилось несколько секунд. Он посмотрел на свои ладони, разбитые костяшки, трясущиеся руки и перепуганное лицо Андрея. Он устало опустил голову и прикрыл глаза.

– Валентина… – прохрипел Светлый. – Прости… Прости меня.

Я не до конца поняла за что он извинился, но на душе стало приятно. Мои слова повлияли на него. Заставили остановиться и прийти в себя. Как можно не гордиться этим? А ещё… Я впервые призналась ему в любви. Взаимности я не ждала, да и на продолжение не надеялась, просто хотелось, чтобы он знал. И будь что будет. Папа всегда говорил, что лучше сделать и пожалеть на мгновение, чем не сделать и жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Светлый поднял взгляд и заправил мою выбившуюся прядь за ухо. Я улыбнулась дурацкой и такой наивной улыбкой. Мы непрерывно смотрели друг на друга, пока Андрей кряхтел под весом Светлого и портил момент своим присутствием.

– Кхм… Простите, что пре…рываю, – еле выговорил Андрей. – Но это передо мной надо извиниться. Желательно деньгами и чем-то покрепче… Тело болит, как после жаркой ночки с…

Хлыстов наткнулся на угрюмый взгляд Романа Андреевича – и резко замолчал. Видимо, наш юморной Андрюша снова решил упомянуть мою важную персону. Только ему не хотелось получать ещё один удар от Светлого.

– Слезай, – мягко произнёс Светлый, пока мои ногти впивались в его тело.

– Не слезу пока не удостоверюсь, что ты снова не накинешься на Андрея, – я устало положила голову на крепко плечо и только сильнее обвила его ногами. – Не хватало ещё тебе второй раз на него накинуться, как пёсик на игрушку.

Андрей хмыкнул и выплюнул кровь. Прямо на мой помытый пол! Вот же ублюдина.

– Я в порядке…

Светлый решил не дожидаться моего ответа и просто поднялся со мной на спине. Сказать что я удивилась – ничего не сказать. Сколько же силы в этом мужчине. Если он может поднять мои килограммы веса на спине.

Хлыстов молниеносно поднялся, поправил одежду и отошёл на безопасное расстояние. Ближе к приоткрытой двери. Хорошо, что у меня нет любопытной соседки, как у Светлого. Слухов то было бы… Каждая бабуля в районе трещала бы о том, что ухажёры Валентины решили устроить бойню прямо на семейном ложе. Зная их – мне бы ещё пару-тройку парней в придачу дорисовали.

– Философ, ты не думай, что тебе это сойдёт с рук, – Андрей облизнул нижнюю губу и угрожающе схватил телефон, видимо, чтобы поиграть в свой любимый тетрис. Но я понимаю, нужно сделать вид влиятельного человека.

– Хлыстов, вы мне угрожаете? – я почувствовала, как напряглись мышцы Светлого. Он как кот. Готовился напасть на наглую мышку.

– Предупреждаю. Мой отец разнесёт университет в клочья, но добьётся вашего увольнения, – затем он перевёл взгляд на меня. – А ты… ты…

Слов у него не нашлось.

– Что я? – насмешливо бросила я. – Буду смеяться над твоими идиотскими угрозами?

– Ты ещё ко мне прибежишь, как тупая псина будешь умолять меня принять тебя обратно. Но я не приму… Я даже в твою сторону не посмотрю.

– Какая трагедия… Всё сказал?

– Всё.

– Тогда прошу на выход. Провожать не буду.

Я наиграно, почти театрально провела рукой по волосам Светлого, чтобы Андрей понял – он проиграл, ему здесь не рады. И вообще он придурок. Бесит меня. Никогда не думала, что моя любовь к нему готова превратиться в чистую неприязнь. Теперь Роман Андреевич центр моей Вселенной. Может, не такой огромной и правильной, но искренней и чистой.

– Хана тебе, – сказал последние слова Андрей, перед тем, как открыть дверь. Я не поняла до конца кому были адресованы слова, ведь в следующий момент произошло то, что заставило кровь застыть в жилах, а волосы стать дыбом.

Мама с тортиком в руках. И папа с ошарашенным выражением лица.