НАС СО СВЕТЛЫМ мариновали в участке уже почти час. Это не было похоже на допросы, как в фильме, где тебе тычут в лицо ярким светом и кидают улики на стол. Здесь всё было по-другому. Эти недополицейские решили, что одного мутного видео на старую камеру хватит, чтобы посадить Романа Андреевича за решётку.
– Роман Андреевич, – выдохнул сидящий напротив нас полицейский с уставшим видом и недовольным лицом. Да ещё и тон у него такой… неприятный. – Хотите сказать, что на данном видео не вы?
– Не я, – холодно ответил Светлый. – И я не понимаю зачем вы меня сюда привели. У вас кроме мутного изображения ничего нет.
– Хотите сказать, что не знаете Иванова Георгия?
– Впервые слышу.
Казалось, что Светлого начала бесить данная ситуация . И не только его. Я сидела под боком и заламывала себе пальцы, только чтобы успокоиться. Но не могла я оставить его в одиночестве с этими упырями. Поэтому и заставила Светлого поехать вместе. Только мне не давали даже слова вставить. Пришлось тихо помалкивать.
В кабинет вошёл ещё один полицейский. И судя по всему, главный.
– Здравия желаю, Леонид Геннадьевич, – резко поднялся с кресла неприятный полицейский.
– Брысь отсюда, – фыркнул главный, заставляя полицейского уступить его законное место. Он покорно отошёл в сторону и вместо удобного кресла – сел на неудобную табуретку.
– Капитан Новиков, – кивнул мужчина тыча в нос своим удостоверением. – Надеюсь, сержант успел ввести вас в курс дела.
– Не особо, – легко ответил Светлый поглядывая в мою сторону. – Просто непонятно, каким образом я причастен к данному делу.
– Непонятно, говорите…? – усмехнулся капитан. – Что вы делали в субботу с трёх до четырёх часов ночи?
– В эту субботу?
Капитан только кивнул и начал посматривать в бумаги. Моё присутствие его не смущало.
– Спал у себя дома, – бросил Светлый.
– И этого молодого человека вы не знаете? – повернул он к нам фото пропавшего. Какой-то молодой парень, примерно моего возраста с рыжими волосами и дерзкой ухмылкой. – Или вы всё-же вспомнили? Может, ваша спутница что-то вспомнила?
Я уже хотела открыть рот, но Светлый не дал этого сделать:
– Вы подозреваете меня, значит, и говорить будете со мной, – нежно взял меня за руку Светлый, чтобы унять мою дрожь в теле. – Девушка здесь в качестве поддержки.
Темноволосый капитан усмехнулся и согласно кивнул. А у меня на душе стало теплее. Заботиться. Даже стоя уже одной ногой в тюрьме. Правда непонятно за что.
– Мужской поступок. Но вернёмся к делу, – сухо ответил капитан. – Пропал сын очень влиятельного человека, отец указал на вас. Смысла ему не верить у нас нет. Да и алиби у вас, Роман Андреевич, не самое надёжное. Кто-то кроме подушки может подтвердить то, что в этот день вы были дома?
– Я могу, – вмешалась я. Сжимая от волнения пальцы Светлого. – Эту ночь мы провели вместе.
– Валентина, я сам, – тихо сказал мне на ухо Светлый продолжая сверлить капитана и его помощника взглядом. – Капитан Новиков, у меня в подъезде есть камеры, если не верите мне – проверьте их. Увидите во сколько я вошёл и вышел.
Мне было ужасно не по себе. Я видела, что этот капитан Светлому не верит. Он стоит на стороне какого-то важного человека, который явно начислил на его счёт немаленькую сумму. Продажная крыса. Не зря моя мама всегда называла их злодеями в погонах. Образ правильности и только.
–К сожалению, в тот день камеры в вашем доме вышли из строя, – спокойно ответил помощник капитана.
– Вот так совпадение, – глухо рассмеялся Светлый.
– Прекратите этот цирк и просто признайте вину, – грозно ответил капитан. – Всё равно узнаем правду. Будет только хуже.
– Это бред какой-то. Не буду я признавать то, чего не делал.
А я и не дам этого сделать. Если понадобится – позвоню папе. Он заставит заткнуться этих шавок.
– Вы утверждаете, что в ночь с пятницы на субботу находились в своей квартире?
– Да.
– Один?
– Нет, с девушкой.
– С этой, которая сидит рядом с вами?
– Именно, – холодно бросил ему Светлый.
Все трое уставились на меня в ожидании моих объяснений. И я не могла просто молчать. Тем более, это чистейшая правда. Хоть я и не помню эту ночь полностью.
– Да, мы были вместе в квартире Романа Андреевича, – усмехнулась я.
– Что вы делали до этого? И уверены ли вы, что он не выходил из дома.
– Вам прям в подробностях рассказать, что мы делали со Светлым ночью в его квартире? – хмыкнула я нежно поглаживая тыльную сторону ладони Светлого.
– Только то, что касается дела, – хмуро ответил капитан.
– Хорошо, – начала я рассказывать правду. – В пятницу вечером, мы с моей подругой пошли повеселиться в ночной клуб. Там я немного перебрала и позвонила Светлому, чтобы он забрал меня. Через час он приехал, и мы вместе с ним поехали на его машине домой. Затем, легли вместе спать. В одной кровати.
– И вы не заметили его отсутствие?
– Конечно же нет, – улыбнулась я глядя в серые глаза Романа Андреевича. – Он обнимал меня целую ночь. Я бы заметила пропажу своего парня.
Капитан хмуро прокашлялся. И устало посмотрел на меня.
– Сможете подтвердить это в письменной форме? – достал он из тумбочки позади себя чистый лист и синюю ручку. – Так, как рассказали мне.
– Могу. Только я впервые это делаю, – схватила я ручку. – Нужно ставить дату там… подпись?...
– Сержант поможет вам с этим.
Сержант кряхтя навис надо мной и как злая учительница начал поправлять каждую букву. Но я терпела и даже слова не промолвила. От этого алиби зависит будущее моего Светлячка, которое портить я не хочу.
– На этот раз вам повезло, Роман Андреевич, – бросил тот на меня скептический взгляд. – Ваше красивое алиби спасло вас от нескольких лет колонии. Но дело расследовать мы не перестанем. Можете даже не надеяться.
– Тогда я могу пожелать только удачи в поисках, – отозвался Светлый и подошёл ко мне. Он взял меня за руку и уже повёл к выходу. – Надеюсь, на вашу честность и справедливость.
– Хорошего вечера, – хмуро ответил капитан перечитывая моё творчество. – И помните, Валентина, ложные показания – тоже статья.
– Не переживайте, – улыбнулась я. – Я всегда была честным человеком. Вам не о чем беспокоиться.
После этих слов, мы со Светлым вышли в коридор, где нас уже ждала знакомая мне блондинка с каким-то симпатичным брюнетом.
– Наконец-то, – взволновано подбежала к нам Инночка. Брюнет тоже не отставал.
Он похлопал Светлого по плечу и сказал:
– Дружище, я пытался тебя предупредить. К сожалению, не успел.
Брюнет перевёл свой взгляд с моего Светлого на меня. На остром лице появилась улыбка. Они с Инночкой переглянулись и захихикали.
– Костя, – протянул он руку. – Валентина, насколько мне известно?
Я повернулась к Светлому и довольно улыбнулась. Получается, рассказывал обо мне. Думал и страдал. Ну как его можно не любить?
– Всё правильно, – пожала я руку в ответ. – А что Роман Андреевич так часто обо мне вспоминал?
Костя приобнял Инночку за талию и прижал к себе. У меня упал камень с плеч. Они с брюнетиком вместе. Светлый не её парень.
– Ну, – бросил Костя взгляд на друга. – Частенько.
– Подождите меня в сторонке. Я хочу поговорить с Валентиной.
– Пфф…, – закатила глаза Инночка. – Зубчик, пошли. Птички хотят пощебетать.
– Только щебетать надо тише, – рассмеялся Костя. Он уводил Инночку подальше от нас. – Здесь у каждого оборотня уши…
Светлый убедился, что друзья отошли на безопасное расстояние и за плечи повернул меня к себе.
– Спасибо тебе, – нежно сказал он.
– За что? Я просто сказала правду, – моя рука легла на щеку Светлого. Я бережно погладила её.
– Я правда в тебе ошибался, – поправил мне волосы Светлый. – Спасибо.
Мы неловко смотрели друг на друга. Пора было уже прощаться, но нам не хотелось.
– Наше свидание не закончилось, – хитро улыбнулась я. – Я надеюсь, будет новая не менее милая встреча. Может, в конце вы меня даже поцелуете.
– Будет, – коротко ответил он.
– Поцелуй или встреча?
– Встреча, – неожиданно для меня, Светлый прижался ко мне губами и поцеловал в лоб. – Поцелуй уже был.
– Ты серьёзно? – нахмурилась я. Хоть было и приятно. – Как покойника. Только веночка не хватает.
– Цветы будут в следующий раз, – поправил он мне волосы. – Мне нужно идти. Я тебе позвоню и мы всё обсудим.
Я кивнула и с довольной улыбкой смотрела, как троица выходит из участка.