Часовые 2. Молодая кровь

Эпилог

Интерлюдия первая: Секрет в багажнике.

Гараж на минус третьем этаже Башни был похож на техно-грот: низкие своды, пахнущие озоном и маслом, сияние нуль-фонарей, отбрасывающее длинные тени от накрытых тентами автомобилей. И одно кислотно-зелёное пятно, выглядевшее здесь чужеродным — слишком обтекаемое и яркое на фоне рубленых форм советских боевых агрегатов.

Лиза стояла у открытого багажника «Порша». Её виноватое лицо было красноречивее любого рапорта. Рядом топтался Борис, избегая встречаться со мной взглядом.

— Ну, — сказала Лиза, и её голос прозвучал неестественно высоко. — Тебе не показалось, Сумрак. Стазис-пакетов было действительно пять…

В тесном багажнике, придавленный парой бесформенных сумок с трофеями из ломбарда, лежал ещё один стазис-пакет. Пятый. В полупрозрачном зелёном пластике угадывались очертания человека в полицейской форме.

— Кто это? — хаотично соображая, что делать, произнёс я.

— Алексей, — краснея до кончиков ушей, ответила Лиза. — Он… Он был первым, кого мы встретили на Земле 505. Ну, когда Сумрака убили.

— Кстати, именно он подсказал найти дубликата Сумрака. Ну, тебя, то есть, на Земле 505.

— В общем, он… — нервно перебирая пальцы, продолжила Лиза. — Он почему-то следит за мной. И всегда находит.

— Видимо, забил твой портрет по камерам. Говорят, наша полиция теперь так тоже умеет, — прикусив губу, кивнул я на угадывающиеся под целлофаном погоны. — Он — мент. И, видимо, очень хороший…

— Был очень настойчив. В общем, он… Он…

— Ой, да влюбился он в тебя, Лиза! — не выдержал Борис. — Втюрился! Втрескался! Ещё тогда, на поляне у Маяка.

— … и в этот раз нашёл. Правда, когда мы тело Старьёвщика из ломбарда выносили. В общем… — а затем, будто собравшись, Лиза решительно посмотрела мне в глаза. — Олег, что со мной теперь будет?

— Трибунал, — за меня ответил Борис. — Статья «Самоувравство, повлёкшее межмировой инцидент». Минимум — лишение значка.

— Сумрак, скажи что-нибудь, пожалуйста! — вдруг не выдержав, разревелась Лиза.

Терпеть не могу женские слёзы.

— Молчи, — прикусив губу, буркнул я, моментально заткнув девчонку. — Думать мешаешь.

— Да что тут думать⁈

— Думать, как твой залёт в подвиг обратить.

Интерлюдия вторая: Мастер-класс по вербовке

Зеркала Гезелла, вопреки канонам жанра, здесь не было. Да и вообще вся комната была цифровой голограммой.

Но капитан полиции Алексей Кузнецов, проснувшийся в уютной комнате, об этом не знал.

Он знал, что вчерашний поиск таинственной незнакомки обернулся не очень хорошо. Что его пистолет куда-то делся, а вместо привычной формы на нём — мягкий спортивный костюм. А напротив его постели, мирно раскачиваясь на стуле, дожидался его пробуждения смутно знакомый мужчина.

— Добрый день, Алексей, — сложив пальцы домиком, произнёс незнакомец. — Меня зовут Мэлс. Мэлс Игоревич.

— Ты! — аж подскочил Алексей, узнав сидящего. — Ты же тот… — он защёлкал пальцами, вспоминая. — Тот тип, которого они искали…

К сожалению, после последней встречи с той же незнакомкой, которая чем-то ослепила его в лицо, события вечера Алексей восстановить не смог. В памяти остались лишь отрывочные, самые яркие кадры.

Образ той девушки, чей странный документ он нашёл в своём шлеме. Парень, творивший чудо с талым снегом. И этот мужчина, которого они звали «Сумраком».

— Точно! Сумрак!

Мужчина улыбнулся, сделав лёгкий кивок.

— Можно и так… Мы наблюдали за вами.

— Кто «мы»? — насторожился Алексей, его взгляд стал жёстким, профессионально-оценивающим.

За спиной Сумрака открылась дверь, в которую вошла… Определённо, это была она. Та самая таинственная незнакомка.

— Добрый день, Алексей, — она улыбнулась краешками губ. — Рада, что в этот раз вы не в доспехах и трезвый.

— Елизавета⁈ — парень тут же выпрямил спину, но в его позе не было расслабленности, только готовность к действию.

— Да, — девушка пододвинула стул и села рядом с Сумраком. — Это моё настоящее имя. Елизавета «Комсомолка» Гагарина. Я ваш куратор.

Будто бы невзначай, девушка закинула ногу на ногу, повторив сцену из «Основного инстинкта».

— Куратором? Погодите, это что, вербовка? — он нехорошо усмехнулся. — Вы что, меня, Лёшку Кузнецова, хотите сделать предателем Родины?

Однако Сумрак бровью не повёл.

— Никто не предлагает вам тридцать сребреников, Алексей, — спокойно ответил он. — Более того, на Земле 505 Часовые действуют в сотрудничестве с вашим правительством. Просто ваш Т-мир… ещё не совсем готов к публичному заявлению об этом.

— Земле 505?

— Так мы называем ваш мир, — ответила Елизавета.

— Знаю, для вас это звучит дико, — слегка улыбнувшись, добавил Сумрак. — Но ваш мир — лишь один из сотен миллионов.

— Вы что, инопланетяне, что ли? — Алексей фыркнул, но его глаза внимательно шарили по комнате в поисках хоть какой-то подсказки.

— Мы — с Земли 1, — пояснил Сумрак. — В отличие от вашего мира, СССР Земли 1 не развалился в девяносто первом, да и вообще в истории есть довольно много различий. Чтобы вы понимали порядок разницы между нашими цивилизациями: сейчас СССР активно осваивает Марс.

— А «Часовые» — это кто? — в его голосе прозвучала откровенная колкость.

Однако Сумрак не повёлся.

— Часовые — это спецслужба, защищающая целостность всех миров от угроз, — его слова прозвучали так, что Алексей подсознательно им поверил. — Контрабандисты, перемещающие оружие между измерениями. Диверсанты. Фильмы про Бонда смотрели? Что-то вроде этого, только без смокинга и с лицензией на работу в других Т-мирах.

— И почему я должен вам верить? — парировал Алексей. — Докажите.

Сумрак и Лиза будто этого и ждали.

— Базовый курс маскировки, — произнесла Лиза, настраивая свои очки ТОКВДР. — Одна из наших технологий.

Она подмигнула Алексею и изменилась.

На месте девушки неожиданно появился бородатый седой старик. Через секунду — Борис. Ещё через мгновение — идеальная копия самого Алексея, которая тут же скопировала его настороженную позу.

Алексей невольно отшатнулся.

— Хороший софт, — сдавленно произнёс он, пытаясь сохранить лицо и найти логическое объяснение невозможному. — Дорогая голограмма. Это всё ещё можно сымитировать…

Наконец, на стуле вновь сидела Елизавета.

— Алексей, перестаньте обманывать самого себя, — парировала она. — Я понимаю, принять такое сложно, но вы всё же попробуйте.

— Почему я? — глядя уже скорее в глаза Лизе, спросил Алексей.

— Вы умны, обучены, мотивированы, — ответил я за девушку, вставая и подходя к окну. — А Часовым нужны свои глаза и уши. Местные специалисты, которые знают Землю 505. Участник боевых действий. Капитан полиции, который умеет работать с системами наблюдения и аналитикой. Человек, проявивший настойчивость и аналитический склад ума, выследив Гагарину при помощи ваших примитивных технологий. Вы — неплохой кандидат.

Сумрак вдруг повернулся.

— Мы раскидали «хлебные крошки» — тот спектакль в лесу, потерянный паспорт — чтобы проверить не только ваши навыки, но и тип мышления. Вы прошли проверку.

— А ID-карточка? — парень машинально похлопал по карманам.

Паспорт Лизы, который машинально искал Алексей, вдруг появился у Сумрака между пальцев.

— Одна из тех самых крошек.

Сумрак протянул руку и сделал жест, приглашая Алексея подойти.

— Ну так что, Алексей? Как вам ёлочка? Нравится?

Он подошёл и замер. За окном, из окна Башни Часовых, открывался вид на джунгли Терра Новы, на шагающие боевые платформы и летающих ящеров.

Алексей молчал несколько долгих секунд, будто не веря собственным глазам. Он смотрел, пытаясь найти хоть намёк на голограмму, проекцию, нестыковку. Но Сумрак, улыбнувшись, открыл окно, и оттуда в помещение ворвался тёплый влажный тропический воздух.

— Это… птеродактили? — наконец выдохнул он, и в его голосе впервые прозвучал не скепсис, а чистое, детское изумление.

— Как-то так, Алексей, — тоже любуясь пейзажем, произнёс Сумрак, плавно переходя на «ты». — Можешь вернуться назад, если хочешь. Сотрём твою память об этом месте, о нас, о динозаврах за окном и о Гагариной.

В этот момент Алексей невольно обернулся и посмотрел на Елизавету.

А Сумрак продолжил:

— Ты вернёшься к своей «серой» жизни, к расследованиям краж велосипедов и поискам телефонных мошенников, которые обнесли очередную бабку-миллионершу. Паспорт, кстати, можешь оставить как сувенир. Правда, что это за сувенир, ты так и не вспомнишь.

Сделав паузу, Сумрак положил пластиковую карточку на подоконник и подвинул её к Алексею.

— А можешь стать глазами Часовых на Земле 505, — Сумрак вдруг усмехнулся. — Правда, график ненормированный. Но зато тринадцатая зарплата в две тысячи советских рублей, и отпуск — сорок восемь календарных дней в любом из Т-миров. Можно даже на лунный курорт слетать!

Интерлюдия третья: книга с автографом.

Поздний вечер. Кабинет в самом центре Москвы.

За массивным столом, заваленным папками и отчётами, сидел хозяин этого кабинета, чьё лицо было знакомо, без преувеличения, каждому жителю планеты. Свет настольной лампы выхватывал из полумрака усталые, но невероятно острые глаза и жёсткие складки у рта, которые сейчас смягчила лёгкая, чуть удивлённая ухмылка.

Он отложил в сторону изучаемый документ и взглянул на неожиданного гостя, появившегося так тихо, что не сработала даже интуиция охраны за дверью.

— Меня о вашем визите не предупредили, Мэлс Игоревич, — по старой привычке бывшего разведчика отметил хозяин кабинета.

Гость, мужчина в простом тёмном костюме с футуристичным наручем на предплечье, будто вышедший прямо из стены, улыбнулся.

— Если бы ССО меня отследило, мне бы и впрямь пора на пенсию, — его голос был низким и ровным, без вызова, лишь с лёгкой примесью самоиронии.

Хозяин кабинета фыркнул, оценив точность замечания, и жестом пригласил в кресло напротив.

— Ну что, Мэлс Игоревич, есть какие-то новости по поводу?.. — неопределённо крутанул он ручкой в воздухе.

— Первый Часовой готов к личной встрече.

Реакция была мгновенной и искренней. Хозяин кабинета отодвинул от себя стопку разномастных папок, всем видом показывая, что сейчас это — главное. На лице бывшего разведчика читалось и удовлетворение, и любопытство.

— Замечательно! И когда вы сможете организовать встречу?

— Сложно пока сказать как скоро, но мы что-нибудь придумаем.

Такой ответ явно не обрадовал собеседника.

— Я понимаю сложность вопроса, но всё же, Мэлс Игоревич, попробуйте ускорить процесс.

Визитёр кивнул и, поднимаясь из кресла, вдруг вспомнил. Его рука скользнула во внутренний карман пиджака, и он извлёк книгу в твёрдой обложке.

— Совсем забыл. Вот, небольшой презент…

— Сибиряк ⁈ — удивился хозяин кабинета. — Не думал, что он ещё пишет…

Он перевернул книгу и пробежал глазами по аннотации.

— «Часовые»⁈ Забавно. Учитывая схожесть с… вы меня понимаете…

Визитёр кивнул, не сообщив высокому человеку всех своих мыслей. Книга, как и всё, что он делал, была не просто подарком и тоже имела «двойное дно». Умный, как говорится, прочтёт. А дураков в этом кабинете уже лет двадцать не водилось.

Пользуясь тем, что хозяин кабинета отвлёкся, визитёр хотел было покинуть кабинет так же, как и пришёл — сквозь стену. Но, сделав пару шагов, услышал удивлённое:

— Да ещё и с автографом? — в его голосе зазвучали оттенки живого интереса и лёгкого изумления. — «Моему самому влиятельному моему читателю. С уважением, Олег Сибиряк».

Визитёр, всегда и безупречно контролирующий эмоции, на долю секунды замер. Затем обернулся. Он мысленно отмотал последние часы до разговора с Первым Часовым.

Он был абсолютно уверен: новый Сумрак услышал предложение о встрече уже после того, как передал Визитёру книгу! И значило это только одно. Автограф, адресованный абстрактно но удивительно конкретно «Самому влиятельному читателю», был написан сильно заранее.

А значит… значит, новый Сумрак просчитал старого.

«А он хорош…» — усмехнулся он себе под нос, покидая кабинет так же незамеченным, как и появился.

Интерлюдия четвертая: Инай

Ночь. Виталиканское посольство в Москве.

Сирена разрезала тишину ледяным воем. В роскошный приёмный зал, где винтажная мебель соседствовала с видами на ночную столицу, ввалилась тройка бойцов с нашивками «V. S. Navy». Умные пистолеты-пулемёты с интегрированной функцией дробовика сканировали пространство в поисках тепловой сигнатуры. Но в главной приёмной посольства было чисто.

— Третий раз за смену! — отщёлкнув забрало замкнутой системы жизнеобеспечения, рявкнул первый. — Сегодня финал весеннего сезона НАСКАР, «Кубок Миссисипи»!

— Остынь, Кирк, — буркнул напарник, вводя код отключения сигнализации. — Тепловые сканеры чистые. Датчики движения полетели.

— Может, крысы? — произнёс третий, так и не отщёлкнув зеркальное забрало.

— Слышь, Баклажан, у вас в Эфиопии все такие умные? Да какие крысы⁈ — прорычал любитель виталиканских кольцевых гонок. — Мы, мазафака, в Москве, а не в твоём Гарлеме!

— Я виталиканец, — отщёлкнул забрало третий. Под ним оказалось молодое лицо афровиталиканской наружности.

— Вот только не надо гнать… Виталиканцы столько не курят…

— Заткнись, Кирк, — осадил его второй. — Ложная тревога. Возвращаемся, и смотри свой наскар молча! Завтра скажу техникам, чтобы поменяли лидары.

Помотавшись ещё пару минут, дежурная группа ушла. Тяжёлые двери закрылись.

Только тогда в дальнем углу зала, на вершине массивного канцелярского шкафа, воздух дрогнул, словно от жары над асфальтом.

Инай осторожно разогнул онемевшие ноги. Долгие десять минут он сидел, забившись в угол, поджав колени к груди и почти не дыша. Оно того стоило.

В его невидимых руках зашуршала цветастая упаковка печенья, стащенная из запасов старой консьержки. «От этой мымры не убудет, — оправдывался он про себя. — А Сумрак может и задержаться…»

Мысль о том, что Сумрак может вообще не вернуться, кольнула его ледяной иглой. Парень тут же прогнал её, как назойливую муху. «Вернётся. Отец говорил — он всегда возвращается».

Эта мысль стала якорем. Если задержится — на сладких запасах консьержки можно протянуть недели две. Приняв это как аксиому, парень наконец расслабился и растянулся на пыльной крышке шкафа во весь рост. Тихо вздохнул, глядя в потолок.

Утро вечера мудренее. Главное — ждать. Он умел ждать.

Конец 2 тома.

21.01.2026.